Клерков из Банка Москвы приговорили к выплате 1 млрд 86 млн рублей

В Москве вынесен приговор бывшим сотрудникам банка Москвы. Константин Сальников и Алла Аверина стали первыми, кто получил сроки за хищения, совершенные бывшими руководителями кредитного учреждения, бежавшими в Великобританию. Рядовым менеджерам не только дали реальные сроки, но и обязали выплатить 1 млрд 86 млн рублей. За всю ОПГ

Бывшие сотрудники Банка Москвы Алла Аверина (на переднем плане) и Константин Сальников (во втором ряду в центре). Фото: Мария Локотецкая/BFM.ru

Мещанский суд Москвы сегодня вынес приговор двум бывшим сотрудникам Банка Москвы Алле Авериной и Константину Сальникову. Суд согласился с доводами следствия о том, что подсудимые участвовали в реализации преступной схемы по фиктивной купле продаже валюты. Ее авторами были признаны бежавшие за рубеж бывшие руководители кредитного учреждения во главе с президентом банка Андреем Бородиным. Подсудимых не только приговорили к реальным срокам: 4 и 4,5 годам лишения свободы, но и взыскали по гражданскому иску банка всю сумму причиненного ущерба в 1 млрд 86 млн рублей.

Для того чтобы огласить 500-страничный приговор, судье Елене Максимовой потребовалось два дня. Чтение приговора началось во вторник, 9 февраля, и закончилось под вечер в среду. Находившиеся под подпиской о невыезде экс-начальница управления сопровождения банковских операций Банка Москвы 57-летняя Алла Аверина и старший трейдер дирекции валютных операций 30-летний Константин Сальников приехали в суд с вещами. «В нашей стране нужно быть готовыми ко всему», — объяснил молодой человек.

ОПГ «политического беженца»

В ходе судебного процесса, который длился с 3 сентября, фигуранты надеялись, что их оправдают. Однако почти сразу же стало ясно, что оправдательного приговора им не видать. «Суд установил, что Сальников совершил растрату вверенного имущества в особо крупном размере с использованием своего служебного положения (ч. 4 ст. 160 УК РФ), а Аверина — пособничество в совершении растраты», — произнесла судья и затем практически слово в слово принялась зачитывать обвинительное заключение.

Из него следовало, что подсудимые входили в организованную преступную группу, которую создали в октябре 2008 года бывший президент Банка Москвы Андрей Бородин и его первый заместитель Дмитрий Акулинин «для систематического отмывания денежных средств кредитного учреждения». В ОПГ также вошли вице-президент банка Алексей Сытников и начальник управления дочерних финансовых институтов Банка Москвы Дмитрий Строганов. Стоит отметить, что все четверо топ-менеджеров банка в 2011 году скрылись за границей и несколько лет назад получили в Англии политическое убежище. Решение об их заочном аресте Тверской суд Москвы принял еще весной 2011 года, а Бородин и Акулинин стали фигурантами сразу нескольких уголовных дел. Дела в отношении четверки высокопоставленных фигурантов выделили в отдельное производство. Поэтому, оглашая приговор, судья не называла их фамилии, обозначив их как «соучастник №1, 2, 3 и 4».

По их указанию с 10 декабря 2008 года по 24 ноября 2010 года Банк Москвы заключил ряд фиктивных договоров с 18 подконтрольными фирмами на покупку и продажу иностранной валюты по «заведомо невыгодному для банка курсу». «Хищение средств осуществлялось путем получения незаконной рублевой разницы от купли-продажи валюты в отсутствие конверсионных операций, которые были лишь «на бумаге»», — сказала судья. В приговоре говорилось, что за два года реализации преступной схемы было заключено более 228 фиктивных сделок, из которых 171 была признана убыточной. Общая же сумма незаконно изъятых из Банка Москвы денежных средств составила 1 млрд 86 млн рублей. Похищенными средствами руководители банка и их неустановленные соучастники распорядились по своему усмотрению. Суд пришел к выводу, что Сальников, который регистрировал сделки во внутренней системе банка, а Аверина готовила нужные документы, осуществляя внутрибанковское сопровождение сделок, действовали из «личной корыстной заинтересованности». Их корысть выразилась в «стремлении угодить руководству, выслужиться, желании получать зарплату и рассчитывать на дельнейший карьерный рост».

Срок за выполнение обязанностей

Между тем фигуранты утверждали, что их судят фактически за выполнение служебных обязанностей. Они называли себя простыми клерками. По словам Сальникова и Авериной, они лишь выполняли указания руководства, которые не могли проигнорировать. Ни один из них не получил никакой выгоды, их просто использовали «втемную». Оба заявили, что были уверены в законности своих действий: операции не вызывали сомнений ни у их коллег из банка, ни у проверяющих из ЦБ. Так, Константин Сальников в суде признался, что для него стало «открытием», когда на следствии он узнал, что многие работники банка числились директорами различных фирм.

Молодой человек, пришедший на работу в Банк Москвы в 22 года, до сих пор снимает квартиру в столице, а пенсионерка Аверина — проживает в спальном районе, у метро Бабушкинская, в квартире вместе с сыном и его семьей.

Принимая во внимание «общественную опасность» содеянного, Елена Максимова приговорила Константина Сальникова к 4,5 годам лишения свободы, а Алле Авериной дала на полгода меньше. Она удовлетворила гражданский иск потерпевшего, которым был признан Банк Москвы, и взыскала с осужденных в солидарном порядке сумму причиненного всей ОПГ ущерба в 1 млрд 86 млн рублей.

К тому, что их арестуют в зале суда, оба подсудимых уже были готовы. «Вот так бывает, когда выполняешь указание руководства», — бросил в сердцах Константин Сальников, когда на его руках защелкивались наручники. Алла Аверина шагнула к конвоирам, тяжело опираясь на инвалидную трость.

Адвокат осужденных Илья Брык и Алексей Артамошкин заявили, что приговор суда — незаконный и необоснованный, и они обязательно обжалуют его в Мосгорсуде. Защитник Аллы Авериной Илья Брык считает, что его клиентка, которая страдает сахарным диабетом, ревматоидным артритом и еще рядом хронических заболеваний, просто не выживет в тюрьме. «Я считаю, что этот приговор ее убьет», — сказал защитник. Муж осужденной, бывший военный Алексей Аверин признался, что всегда считал себя патриотом, «до сего дня свято верил своей Родине». «Но сегодня моей вере суд нанес такой удар, что я перестал быть патриотом»,— сказал полковник запаса.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?