Президент США Джеймс Маршалл взошел на борт самолета и первым делом осведомился у помощника, есть ли в записи последняя игра «Мичиган Вулверинс». Он велел членам экипажа не сообщать счет матча, отдал ряд указаний и уже приготовился поболеть, как вдруг в каюту вошел стюард, кинул взгляд на экран и поздравил начальника: «14:13 в пользу Мичигана. Отлично, господин президент!»

Ситуация, показанная в фильме «Самолет президента», знакома каждому. Многие испытывают трепет перед спойлерами. Спойлерить — приблизительно то же самое, что совершать акт вандализма. Это из-за спойлеров на сайты добавляют функцию скрытого текста (КиноПоиск не исключение), неосторожные рецензенты становятся объектами фанатской травли, а кинокомпании вводят строжайшие эмбарго и проверяют каждый кадр в трейлерах. И хотя фраза «spoiler alert» («осторожно: спойлеры») — ровесница интернета, зрители не всегда боялись спойлеров. Было время, когда их даже приветствовали.

Прежде чем кинематограф объявили «седьмым искусством», он успел снискать славу развлечения для простолюдинов. Билет в кино стоил куда меньше, чем в театр, наряжаться, как в филармонию, на показ в никельодеоне, не требовалось. Публику, в свою очередь, тоже завлекали без обиняков. Главный аттракцион фильма заявлялся уже в названии. Купив билет на «Путешествие на Луну» Мельеса (1902), «Большое ограбление поезда» Портера (1903) или «Убийство герцога Гиза» Кальметта и Ле Баржи (1908), зритель ожидал увидеть именно космический полет, дерзкое преступление и расправу над герцогом-оппозиционером соответственно. Сарафанное радио работало на фильм: посмотревшие могли смаковать детали в разговоре с непосвященными и так рекламировали картину.

«Путешествие на Луну»

Этот принцип раннего кино «товар лицом» помог недавно сделать важное открытие. В прошлом году на российские киноэкраны вышла «Годовщина революции» Дзиги Вертова — первый полнометражный фильм в карьере Вертова и, возможно, один из первых полнометражных документальных — в истории кино, считавшийся утраченным. Материалы фильма сохранились и использовались в других хроникальных картинах, но его оригинальная композиция была неизвестна, пока киновед Светлана Ишевская не нашла в Фонде Маяковского афишу «Годовщины революции» со всеми интертитрами фильма. После этого историк кино Николай Изволов по частям собрал исходное кино.

Первый — «Психо»

С появлением звука и последовавшими развитием и стандартизацией повествовательных техник кино начинает оберегать свои сюжеты. Что и говорить, фраза «розовый бутон» из «Гражданина Кейна» — один из главных спойлеров в истории кинематографа. Весь фильм мы вместе с героем-журналистом тщимся узнать, каков собою был настоящий Чарльз Фостер Кейн и что значили его предсмертные слова, но правда (розовым бутоном звались санки из кейновского детства, украшенные соответствующим орнаментом) ловко спрятана в самое начало картины. Роль интриги в сюжете фильмов с годами возрастала, и благодарить за это в первую очередь стоит Альфреда Хичкока и Фрица Ланга. Начиная с 1920-х они параллельно открывают законы триллера и отлаживают архитектуру саспенса — чувства напряжения, которое испытывает зритель во время просмотра.

«Гражданин Кейн»

Сюжетная драматургия как совокупность приемов сокрытия и раскрытия информации имеет центральное значение в триллерах и детективах. В беседе с Трюффо Хичкок предлагал классический пример саспенса. Два человека беседуют за столом, не ведая, что под ним бомба, но об этом знает зритель. Таким образом, англичанин одним из первых обнаружил, что осведомленность порой интригует больше, чем неведение. Эта мысль нам пригодится позднее.

Хичкок — непревзойденный мастер утаивания. В 1960-м выходит «Психо» с феноменальной для тех лет идеей подмены главного героя посреди фильма. Хич был готов пойти на многое, чтобы зритель не разболтал этот шокирующий поворот. Так, режиссер велел не пускать на сеансы задержавшихся зрителей, даже если это «президент Соединенных Штатов или королева Англии (благослови ее Бог!)». Это был не менее революционный ход: в США работала система непрерывного допуска (continuous admissions). Человек в любой момент покупал билет, заходил в зал, понятие киносеанса было размыто. Нормальной была ситуация, когда зритель попадал на вторую половину фильма, затем смотрел следующую картину, а потом уже досматривал первый фильм с самого начала.

Хичкок также отказал журналистам в пресс-показах и попросил звезд фильма не общаться со СМИ. Поначалу владельцы кинотеатров подумывали пренебречь регламентом, но «Психо» стал кассовым хитом, и вовремя закрытые двери подначивали зрителей выстраиваться в очереди.

Афиша «Психо». Подпись: «Никто… АБСОЛЮТНО НИКТО… не будет допущен в зал после начала каждого сеанса»

Хотя просить зрителей не разбалтывать сюжет начали даже до Хичкока. Например, в 1952 году на лондонской сцене впервые разыграли детективную пьесу «Мышеловка» Агаты Кристи. Выходя на поклон, труппа просила публику не раскрывать знакомым личность убийцы. Вскоре это превратилось в традицию — за 60 лет непрерывных представлений просьба прозвучала со сцены 25 тысяч раз. А в 1955-м Анри-Жорж Клузо в финальном титре «Дьяволицы» просил «не быть, как дьяволицы, не разрушать интерес ваших друзей к фильму». Хичкок перевернул ситуацию: разговор о спойлерах он завел еще до начала проката.

Рождение слова

Проблематизация спойлеров в 1960-е оставалась несистемной. В конце концов, в те годы даже еще не было такого слова. Исследователь масскульта Ричард Грин в книге «Spoiler Alert!» о философии спойлеров вспоминает свой 1966-й:

«В то время мы с друзьями стремились первыми рассказать спойлер всем остальным, хотя не думали об этом как о спойлерах. Это было вроде соревнования: „Видели ‚Путешествие на дно моря‘? Субмарину атаковал оборотень!“ Как ни странно, никто и не помышлял протестовать. У нас попросту не было концепции спойлера. Возможно, тогда у детей были другие правила. Ведь мои родители тоже не были знакомы с концепцией спойлера в 1966-м, но я твердо убежден: если бы кто выпалил им концовку хорошего детектива при входе в местный кинотеатр, они бы еще как возмутились!»

«Путешествие на дно моря»

Слово нашлось скоро: уже в 1971 году в юмористическом журнале National Lampoon была опубликована статья «Спойлеры» Дугласа Кенни (сооснователь издания, в будущем сценариста культовых комедий «Зверинец» и «Гольф-клуб»). В шуточном тексте Кенни раскрывает финалы «Гражданина Кейна», «Психо», «Птиц», многих других фильмов и даже романов Агаты Кристи «с целью сэкономить людям время и деньги». В другой раз «Психо» досталось от телевидения. В своей книге Ричард Грин отмечает, как в эпизоде сериала «Счастливые дни» один из персонажей рассказывает финал фильма знакомому, который собрался в кино. Тогда тот решает пойти на «Мистера Робертса», но приятель спойлерит и эту концовку. По мнению Грина, этот пример показывает, как стала приживаться концепция спойлера и как в 1970-е спойлеры еще не считались чем-то плохим, иначе «продюсеры „Счастливых дней“ не сочли бы уместным спойлерить „Психо“ миллионам зрителей». Но мы с ним не совсем согласны: все-таки фильм Хичкока к тому времени уже все посмотрели, его решающий поворот стал частью общекультурной памяти. Вот если бы продюсеры того сериала решились рассказать, чем закончатся «Челюсти» или «Пролетая над гнездом кукушки» (оба — фильмы 1975-го)!

Запрограммированный спойлер

В 1970-е Голливуд проходит процесс омоложения кадров и контента. К этому времени индустрия уже работает в убыток: с 1969-го по 1972-й кинокомпании теряют полмиллиарда долларов, уступая в популярности телевидению. В новом десятилетии все меняется. Правительство проводит инвестиционные реформы, благодаря которым Голливуд может рассчитывать на налоговые послабления (ведь что такое производство фильма, как не инвестиция?). Силами молодого поколения кинематографистов начинается масштабная перестройка: фильмы становятся быстрее, злее, в них доминирует экшен. В это же время происходит буквальная перестройка системы кинотеатров. Растут мультиплексы, готовые показывать по несколько сеансов блокбастера одновременно; в 1980-е в них появится объемный звук. Так возникает явление, которое киновед Дэвид Бордуэлл называет mega-picture — картина-событие, которую нельзя пропустить. Она выходит залпом в тысяче залов, о ней трубят во всех СМИ, ее обсуждают во время обеденного перерыва и школьной перемены. Одновременно Голливуд открывает потенциал сиквелов: «Челюсти», «Звездные войны» и даже «Крестный отец» обзаводятся продолжениями и становятся франшизами.

«Крестный отец»

Когда хайп-машина мчится на полных оборотах, никому не хочется чувствовать себя отстающим. Люди уже не растягивают удовольствие, но штурмуют кинотеатры в день премьеры. Опоздать — значит подвергнуть себя риску услышать спойлер. Или не вписаться в дружеский разговор. Как, вы не знаете, кто отец Люка Скайуокера? О чем с вами говорить?! Кстати, обратите внимание, как главный спойлер «Империя наносит ответный удар» толкнул Лукаса со товарищи на самоповтор в «Возвращении джедая», где мы узнаем, что Лея и Люк — это сестра и брат, хотя в прежних двух фильмах авторы явно держали в рукаве романтический козырь. Кинокритик Мэтт Золлер Сайц вспоминает, как в мае 1983-го тинейджером услышал от школьного приятеля про «Возвращение джедая».

«Он сказал: „Поверить не могу, что Люк и Лея оказались братом и сестрой“, — говорит Сайц. — Я ударил его в живот».

«Звездные войны: Эпизод 6 — Возвращение джедая»

Франшиза требует постоянного воспроизводства. Те, кто посмотрел «Скайуокер. Восход», могли заметить, что и в девятом эпизоде один из главных сюжетных поворотов нацарапан на фамильном древе Скайуокеров.

Этикет

До сих пор мы рассматривали спойлеры в контексте истории кино и зрительских привычек. Но сам акт спойлера, скорее, относится к сфере этикета и культуры общения и уж точно не ограничивается кинематографом. Спойлеры портят нам просмотр сериалов, прохождение игр, чтение романов, комиксов и книжных серий, а с некоторых пор и прослушивание подкастов. Во всем виноват интернет.

По версии Ричарда Грина, в цифровом пространстве первое предупреждение о спойлерах, пока еще не помеченное словами «осторожно: спойлеры», возникло в 1979 году. Электронная рассылка группы любителей научной фантастики Массачусетского технологического института предупреждала о возможных спойлерах в треде, посвященном фильму «Звездный путь» (первой полнометражной картине по мотивам знаменитого сериала). В 1981-м в сети Usenet впервые было использовано словосочетание «spoiler alert» в связи с книгой «Мисс Пикерелл отправляется на Марс». Годом позже «spoiler alert» снова использовалось в обсуждении Star Trek, на этот раз сиквела «Звездный путь 2: Гнев Хана».

«Звездный путь 2: Гнев Хана»

Интернет конца 1980-х — начала 1990-х был преимущественно текстовым и в первую очередь позволял создавать дискуссионные платформы. Сначала это были имейлы, группы новостей в Usenet, затем уже знакомые каждому форумы и чаты, предполагавшие определенную анонимность. Важно, что это было групповое общение, в котором одновременно могли принимать участие десятки людей, а состав их мог меняться каждый месяц. Такой тип дискуссии для людей был внове и требовал формирования нового этикета. Частью его и стала фраза «spoiler alert», но прежде каждый пользователь успевал почувствовать на себе, каково это — словить увесистый спойлер. Благодаря интернету у спойлеров появились средства доставки, они стали оружием массового поражения с минимальным риском для авторов (разве что кто-то боялся быть вычисленным по IP). Интернет также повысил ставки в той гонке, которую описывал Ричард Грин: вечером в день премьеры вы могли сходить на сеанс и через полчаса уже выписывать сюжет в тончайших деталях на форуме. Ну, это если вы были на стороне сил зла.

Спойлеры не остались исключительно интернет-феноменом. По данным Google, в книгах фраза «spoiler alert» впервые встречается в конце 1980-х. Традиционные СМИ продержались чуть дольше: например, в «Таймс» о спойлерах (и то с изрядной долей иронии) впервые предупредили в 2002 году. А вот у популярного сайта Vulture есть прописанная политика в отношении спойлеров, принятая еще в 2008 году. Например, чтобы дать в тексте о фильме спойлер без предупреждения, нужно дождаться понедельника, следующего за датой премьеры. А месяц спустя разрешается спойлерить фильм прямо в заголовке. Так звучит смелость.

О том, как словосочетание «spoiler alert» стало универсальным сигналом для читателя, размышлял легендарный критик Роджер Эберт в колонке 2005 года.

«Малышка на миллион»

«В своей рецензии на „Малышку на миллион долларов“, которую я считаю лучшим фильмом 2004-го, я написал: „Это фильм о боксере. О чем он еще, о чем вообще, насколько он глубок и какую эмоциональную силу в себе содержит — этого я не могу касаться в этой рецензии, поскольку не стану портить (от «spoil» — Прим. авт.) вам опыт погружения в историю с ее сокровенными тайнами жизни и смерти“».

Однако сам Эберт не смирился с фразой «осторожно: спойлеры» и использовал более многословные предупреждения. Сегодня «spoiler alert» или «впереди спойлеры» — это уже стандарт, экономит время и работает как красный флаг.

Ложные сливы

Распространение интернета привело к расцвету гик-культуры — явления, неотделимого от спойлеров. В конце 1990-х местом силы становится веб-ресурс о кино Ain’t It Cool News, где размещают сплетни, новости и рецензии. Его основателя Гарри Ноулза называют Король Гик, в 1998-м он и другие такие же сетевые критики становятся героями материала Vanity Fair о пришествии могущественных задротов, которые способны как вознести, так и похоронить крупный кинопроект. Сайт Ноулза раньше других публикует сливы и первые впечатления, вокруг него собираются орды фанатов комиксов, «Звездных войн» и других франшиз, и вскоре голливудские студии-мейджоры признают: с этими ребятами нужно считаться. Ноулза и подобных ему авторов начинают звать на те же гала-премьеры, куда раньше из прессы пускали лишь только обозревателей ведущих изданий.

Гарри Ноулз

Но, главное, заполучившие власть гики приводят студии к простой мысли: со спойлерами необходимо работать, и тогда они могут подогреть ожидание проекта. У трейлеров появляются тизеры, а у кинокомпаний — отделы маркетологов, которые следят, чтобы в рекламный ролик не просочилось ничего лишнего и в то же время достаточно того «лишнего», что заинтригует зрителя. Только что в кинематографической вселенной Marvel завершилась так называемая «третья фаза» фильмов, и придумывали ее, разумеется, во время кабинетных совещаний. Можно много спорить о талантах братьев Руссо, которые ставят «Мстителей», но их способность оберегать съемки от спойлеров впечатляет. Руссо удалось расщепить съемочный процесс на элементы, из которых никак не сложить цельную картину. Сплошные зеленые задники и артисты на канатах, произносящие свои реплики в пустоту (актеры Marvel часто не знают, к кому обращаются во время сцены — спойлер!). На мероприятиях для прессы Руссо буквально затыкают рот болтливому Тому Холланду (играет Человека-паука), и со стороны непонятно — это трюк для СМИ или все взаправду?

Задача студий не только избегать спойлеров, но еще и внушить зрителям, что в фильме действительно есть что спойлерить. В конце концов, не всякая картина рождается сиквелом, не за всяким проектом следят от колыбели.

В 1992 году Харви Вайнштейн приобрел права на «Жестокую игру» Нила Джордана. В родной Великобритании фильм даже не окупился. А для американского рынка Miramax Вайнштейна пошла на хитрость: всевозможные рекламные материалы настоятельно просили зрителей не раскрывать «тайну фильма», даже не финал, а всего-навсего гендерный поворот. В Штатах «Жестокая игра» стала хитом, собрав в десятки раз больше бюджета.

Другим способом раскатать тесто для спойлеров стали онлайн-инструменты. «Ведьма из Блэр» в 1999 году обзавелась веб-сайтом, на котором пересказывались байки об одноименной ведьме. К выходу «Донни Дарко» в 2001-м был запущен сайт с флеш-игрой (она доступна здесь), которая знакомила нас с миром картины. Кроме того, ее чертовски непросто было пройти. Те, кто играл, помнят об этом до сих пор. В 2004-м Джей Джей Абрамс и команда «Остаться в живых» запустили игру в альтернативной реальности — так называют игровое повествование, платформой для которого становится реальный мир. Эту стратегию отшлифовали до блеска для «Монстро»: в сети заработали подставные сайты японских корпораций, герои фильма до его выхода вели блоги, прохождение игры было просчитано по датам, когда в сеть вбрасывались новые сведения. Так фильм, вышедший с минимальной традиционной рекламой, к дате релиза уже собрал полчища фанатов, желавших раскрыть все тайны проекта Cloverfield. Но попробуйте вспомнить сегодня хотя бы одну из них!

«Монстро»

Сегодня всякий крупный проект выстраивает стратегию в отношении спойлеров. Услышать смех Палпатина в трейлере «Скайуокер. Восход» — это можно. А вот когда актер Джон Бойега оставил в старой квартире копию сценария и тот всплыл на eBay, это потребовало от Disney быстрого реагирования, и студия выкупила документ у продавца.

Триер против

Спойлеров боятся не только студии-мейджоры и гики, но и создатели авторского кино. В 2005 году продюсер Петер Ольбек Йенсен ненароком разболтал финал «Антихриста» Ларса фон Триера. Режиссер был в ярости, вскоре впал в жесточайшую депрессию и вообще мог не снять фильм. «Антихрист», который мы в итоге знаем, содержит другое окончание: в оригинальной версии мы узнавали, что это Сатана, а не Бог, создал Землю. Так держать, Петер Ольбек!

«Антихрист»

В 2014 году Тарантино едва не отказался от съемок «Омерзительной восьмерки» — кто-то из его друзей (подозреваются Майкл Мэдсен, Брюс Дерн или Тим Рот) слил сценарий в сеть. Как и Триер, режиссер переписал финал, но только после того, как остыл. А в прошлом году Тарантино выступил в Каннах с убедительной просьбой не рассказывать о событиях «Однажды… в Голливуде» в сети и друзьям.

И дело не только в концовках. Из любой рецензии или аннотации вы узнаете события первого получаса фильма. А ведь сколько интриги и саспенса порой бывает вложено в эти минуты! Порой именно они обставлены режиссером наиболее искусно. Кто такой герой фильма? Что его ждет? Как сжимается сюжетная пружина? В начале «Семи» мы знать не знаем, что перед нами дело рук маньяка, но вы прочитаете это в любой из аннотаций! В начале «Шестого чувства» нам ничего не известно о мальчике, который видит умерших, но это не секрет для того, кто читал описание на диске! Раз уж слово «спойлер» («spoil» — портить) подразумевает то, что портит вам удовольствие, первые полчаса этих фильмов тоже будут испорчены кратким пересказом.

«Шестое чувство»

Так, может, любая деталь сюжета — это уже спойлер? А идеальный зритель — тот, кто пришел в кинозал из хижины в лесу, завязав по дороге глаза?

Как сказать. Еще в 2011 году Николас Кристенфельд и Джонатан Ливитт из Калифорнийского университета в Сан-Диего провели эксперимент. Испытуемые прочитали ряд классических рассказов — детективных, с ироническим поворотом и без. При этом одна группа прочитала текст как есть, а две другие — со спойлерами, в явном либо завуалированном виде. По результатам свое удовольствие от рассказа выше оценили те, кто получил версию со спойлером. В 2017 году эти изыскания продолжили Бенджамин Джонсон и Джудит Розенбаум, но уже на материале кино и телевидения. Их выборка показала, что без спойлеров удовольствия больше, но только чуточку.

Дебаты продолжаются, мы же отметим, что во всем хороша умеренность. Без нее никуда, вспомнить хотя бы «Идеальный шторм» Вольфганга Петерсена. Это драматизация подлинной истории крушения судна «Андреа Гейл», не оставившего выживших. Желая уберечь читателей от спойлеров, один рецензент ни словом не обмолвился о гибели реальных людей. И для очистки совести добавил завуалированный спойлер: «Никто из членов команды „Андреа Гейл“ не согласился на интервью о фильме».

«Счастье в неведении», — говорил Сайфер агенту Смиту в «Матрице». Потом его — спойлер! — убили.