«Звякнул ремень и в этот момент он сорвал с меня трусики»

Анастасия Бодрая 12.09.2019, 20:06

В Подмосковье двух мам избили в отделе полиции за жалобы на бездействие, а сейчас собираются посадить одну из них

Вика и Юля сидят на скамейки. Девушки сразу признаются, что вспоминать им об этом сложно, а самое главное — страшно. Сутки их избивали в отделе полиции. После случившегося с сестрами остается только один вопрос: «За что?».

Драка в школе

Девятилетнего Рому снова поколотили, да так, что у мальчика помимо ушибов и ссадин сотрясение мозга. Опять... Да, и обидчик все тот же хулиганистый одноклассник *Артем Панаев. Еще год назад на прогулке в школьном дворе мальчик взял в руки палку и стал ей гонять детей. Больше всего досталось одной из девочек, с которой хорошо общается сам Рома. Школьник заступился за подружку. Итог — огромный синяк и сотрясение мозга. И вот опять...

Потом по ивантеевской школе гуляло видео, на котором 9-летний Рома отмахивается пакетом от хулиганов: Панаев разгоняется и налетает на школьника, толкает его в грудь, а после начинает бить по голове. И уже повторное сотрясение. Рассерженная полным безразличием к судьбе сына, Виктория Ланская написала заявления в полицию, пока сам Рома лежал в больнице.

Делом начал заниматься сотрудник отдела по делам несовершеннолетних Андрей Глазачев. Потом началась непонятная чехарда, Виктория спутано объясняет, что несколько раз еще приходила в отдел, только вот дело дальше не шло. Тогда женщина решилась идти сразу к начальнику отдела полиции Евгению Вьюжанину. Мужчина выслушал жалобу, заверил что все будет рассмотрено, а меры приняты.

Вылазки в отдел продолжались чуть ли не каждую неделю. Только вот ни Глазачева, ни Вьюжанина, со слов женщины, там даже не появлялись. После семья писала на обоих жалобы во все возможные инстанции — от управления собственной безопасности МВД до прокуратуры. Тщетно.

Вьюжанин Евгений Михайлович

Глазами Юлии: думала, что меня изнасилует

Утром 22 мая тетя мальчика Юля сначала попробовала связаться с сотрудником ПДН Глазачевым, написала несколько сообщений — тишина. Тогда девушка вместе с младшей сестрой решила ехать сразу в отдел, где могли бы застать полицейского. Ну, или, на крайний случай, начальника отдела.

Пока Юля ждала, ее сестра позвонила по номеру «102» — звонок автоматически перевелся в дежурную часть. Девушка сразу уточнила, на месте ли Глазачев, на что дежурный подтвердил: «Да, на месте».

Девушки приехали, позвонили в домофон и их впустили. Юля достала мобильный телефон, предупредив сразу, что будет снимать на видео. Дежурный недовольно кивнул, указав в сторону, где находился кабинет полицейского. Только миновав двери, Юля лоб в лоб сталкивается с Вьюжаниным. Сестры в один голос стали спрашивать, где кабинет и куда им пройти. Но начальник отдела покачал головой, сказал, что сотрудника нет на месте и только после заметил включенную камеру. Он начал кричать и возмущаться, требовать, чтобы Юля немедленно прекратила съемку. Мужчина повышает голос: «Я тебе сказал его нету, значит нету!».

Девушка видит, как ее сестра отворачивается и лихорадочно начинает звонить в Управление собственной безопасности. Шум привлекает еще нескольких полицейских. Она слышит, как Вьюжанин приказывает снять нагрудные знаки, а потом хватает девушку за шею. Юля хрипит. Он тащит ее в небольшой закуток коридора, туда, где нет камер. Девушка дезориентирована и не понимает даже сколько человек перед ней. Юлю кидают на пол, на живот, заламывая руки. Буквально грудью она удерживает телефон, который у нее отбирают. Она чувствует, что ей пытаются заткнуть рот.

— Вьюжанин находился за мной, я услышала, что звякнул ремень, — вспоминает Юля. — И в этот момент он вот так вот сорвал с меня трусики.

Леденящий ужас охватывает Юлю, ей кажется, что сейчас ее изнасилуют. Крик эхом разносится по отделу...

Сотрудник отдела по делам несовершеннолетних Андрей Глазычев

Глазами Виктории: они меня били по лицу

Отвернувшись, Вика лихорадочно звонит в Управление собственной безопасности. Девушка слышит, как то ли кричит, то ли кряхтит ее сестра. Вика рванула в эту каморку, но дорогу ей преграждают трое полицейских. Первый удар приходится как раз по солнцезащитным очкам. Они разбиваются. Еще несколько — по животу. Вика вырывается, пытаясь убежать туда к сестре, в сторону каморки. Перед глазами девушки вырисовывается картина — на полу Юля, на ней Вьюжанин, который, заламывая руки девушки, забирает ее сотовой и уходит куда-то по коридору. Голова слегка начинает кружиться. Виктория замечает, что Юля пытается догнать полицейского, что-то кричит ему в след, вроде бы просит что-то отдать. Вика снова теряет из виду сестру, на нее сыплются удары.

Спустя несколько дней, сестра расскажет девушке, как Вьюжанин сдавил ей шею в ответ на просьбы вернуть телефон, вытолкнул ее сначала за решетку возле дежурной части, а потом на улицу, послав на *** и захлопнув дверь.

Вика помнит, что она постоянно звала на помощь, твердя как заклинание: «Где моя сестра? Где она?». Никто не отвечал.

Глазами Юлии: последняя надежда

Юлю вытолкали из отдела. Девушка пытается сообразить, что ей делать дальше? Мобильный остался там, а главное — там осталась сестра. Она пытается выйти с территории отдела через калитку, но та не поддается. Юля крепко прижимается к железным прутьям и зовет на помощь, может кто-нибудь откликнется? Может хоть кто-нибудь? Ну, кто-нибудь?

Ее замечает проходящая мимо женщина с ребенком. Вероятно, Юля выглядела как ненормальная, сбивчиво объясняла, что ее пытались изнасиловать полицейские, что ее сестра все еще там, в отделе. И ей очень-очень нужно позвонить ее мужу Игорю!

— Игорь, они здесь держат меня! — кричит Юля в трубку — Телефон отобрали, избили меня! А Вику там держат, дверь закрыли, не могу попасть! ... Вьюжаниным... Пожалуйста, приезжай!

Юля направилась в сторону отдела, где находилась ее сестра. Из последних сил она била в железную дверь, пока та не открылась, и она не увидела разбитое лицо Вики.

Глазами сестер: помощь так и не приходила

Виктория несколько раз пытается выйти из отдела, но кто-нибудь да держит ее за рукав. Она несколько то ли минут, то ли секунд возится с защелкой. Открывает дверь и видит Юлю. Последняя пробирается внутрь. Девушки пытаются уйти, спрашивают: «Задержаны ли они?», в ответ лишь: «Нет, но и уйти не можете».

Голова у Вики гудела, живот и ребра предательски стонали. Больно было даже двигаться. Девушка раз за разом набирала в «112», умоляя к ним приехать. Там отказывали, ссылаясь на то, что, если помощь нужна, пусть набирает полиция. Просмотрев детализацию телефонных соединений, всего зафиксировано 9 звонков в «112». Общая продолжительность около 10,5 минут. Врачи так и не приехали...

***

Вместе с трехлетним сыном в отделение приезжает муж и мама Юли. Родным не говорят, где девушки и что с ними.

Улучив момент, Виктория еще раз пытается попросту удрать, заметив, как открываются ворота и на территорию отдела заезжает какая-то машина. Ее нагоняет полицейский, валит на землю и начинает бить по спине, затылку. На женские крики подлетают коллеги, они чудом оттаскивают правоохранителя от Вики. Она плачет, кричит. Происходящее разворачивается на глазах у семьи, которые от шока даже не могут пошевелиться. Только потом, на записи при звонке в «скорую» слышно, как муж Юли кричит: «Вы что делаете! Схватили за голову! Избивают!».

Девушек заковывают в наручники. Вика кричит, что ее двое детей сейчас у знакомой, что она не сможет за ними долго присматривать, что ей нужно домой. Правоохранители отмахиваются, мотивируя их задержание неким допросом. Сестры оказываются в камере. Вика несколько раз просится в туалет, полицейские смеются, предлагая справить нужду прямо тут. Больше она терпеть не может. Юля помогает сестре снять штаны (в тот момент только она была без наручников).

— Они смотрели, как я писаю, снимали или фотографировали все это на телефон. Ржали и кричали, что теперь я точно стану звездой ютуба, — вспоминает девушка, а голос предательски дрожит. — ... А потом, через несколько часов, я теряю сознание, была в отключке минут 40, может час... Потом помню врачей.

Врачи «скорой» приехали, называли сестер «наркоманками и алкоголичками», утверждая, что они явно под чем-то. Правда, никакого мед. освидетельствования так и не сделали. После осмотра, госпитализировать предлагают лишь Вику, а Юлю оставить в отделе. Сестры вцепись друг в друга не отпуская, уезжать и расставаться они не собираются.

Сестер доставляют в центральную городскую больницу Ивантеевки, но медики, по словам девушек, их игнорируют. Теперь избивают там, в небольшой каморке, Юля успевает заснять видео и передать сотовый своему супругу. Девушки кричат и со стороны смахивают на ненормальных.

— Нас еще раз избили. Никто не мог нам помочь, вокруг просто обступили полицейские, — рассказывает Юля, — Они били и били. Потом просто затащили в машину, вот действительно тащили так по земле, что у меня стерся нос кроссовка. Сопротивляться не было сил. Нас повезли обратно в отдел.

Туда, где ее били днем. Чуть-чуть позже к ней заходит начальник отдела Вьюжанин. Девушка помнит, как он пинает ее сначала в бок, а потом достает пистолет.

- Он не целился в меня. Угрожал и держал его около моего лица, — рассказывает Юля, едва сдерживая слезы, - Потом стал говорить, что я буду тут сидеть пока не сдохну, мол вывезти вас, сук, в лес и там и оставить.

Животный страх окутывает девушку с головы до пят. Она больше не может сопротивляться. Потом начальник отдела хвалится, что уже «состряпали на вас дело». На просьбы ознакомить с какими-либо документами, отвечает матом.

Викторию и Юлю через некоторое время досматривают в присутствии пьяных понятых, которые постоянно уточняют, когда им все-таки заплатят. Девчат заставляют снять носки, лифчики и отправляют в камеры с бетонным полом. На протяжении суток их не отпускают в туалет, не дают спать, барабаня по решеткам.

— Нас искали родные. Звонили в службу экстренной помощи, где оператор и вовсе сказала: «Полиция не хочет, чтобы вы ее (жену — прим. ред.) слышали. Не переживайте, она выживет. Она у вас живучая», — пытается воспроизвести записанный мужем разговор Юля, — Мы побывали будто в аду.

Потом обеих отвозят в Следственный комитет по городу Пушкино. Допрашивают. Там Юля и Вика подробно рассказывают о самой страшной ночи в их жизни. Им дают подписать какие-то документы, подходит бесплатный адвокат, что-то говорит и уходит. Возвращается следователь, просит подписать еще документы, Вика, ничего уже не соображая, везде ставит свою подпись. Она тихо молится, чтобы ее просто отпустили домой — к детям.

***

Следователь вменила Вике статью 318 УК (применение насилия в отношении представителя власти) и взяла с нее подписку о невыезде. Когда Викторию отпустили, следователь допросила ее сестру. Юлия осталась в статусе свидетеля.

Телефон старшей сестры так и не отдали, ссылаясь на некое «административное правонарушение». Сотовый изъят следователем СК 22 мая в отделе полиции и как вещественное доказательство хранится в уголовном деле. Девушки уверены, что там как раз и должны были остаться видео, которые они снимали. Дальше вереницей больница за больницей: где у обоих фиксируют сотрясения мозга, множественные синяки, ушибы, ссадины по всему телу.

Девушки обратились за помощью в «Комитет против пыток», как оказалось, Виктория «применила насилие в отношении двух сотрудников полиции, находящихся при исполнении ими служебных обязанностей». Сейчас дело ведет юрист Георгий Иванов, который вот уже несколько месяцев никак не может найти очевидцев, предполагая, что Ивантеевка — город небольшой и многие просто боятся. В свою очередь, полицейские настаивают, что девицы сами не хотели уходить из отдела, оскорбляли сотрудников и матерились.

— Чтобы придать законность их задержанию, в административные дела умышленно не подшили документы о том, что у Виктории и Юлии на иждивении находятся несовершеннолетние дети, — рассказывает Георгий Иванов, — Ведь по закону или их могли задержать только на три часа. На сегодняшний день дела об административных правонарушениях прекращены, к ответственности сестёр так никто и не привлёк.

Если говорить о возможных видеозаписях, которые могли остаться в отделе и в больнице, то их до сих пор получить не удалось. В отделе настаивают, что у них ведется трансляция онлайн и никаких записей не сохраняется. Видеозаписи из больницы и вовсе не просматривались, получить их адвокат не смог ни через СК, ни через МВД. Заявления уже написаны и в Управление собственной безопасности, и в Следственный комитет. Правда, как сами признаются сестры, они уже не верят, что «кто-то сдаст своих».

Давать хоть какие-нибудь комментарии в пресс-службе подмосковного МВД отказались.

Редакция Readovka просит обратить внимание прокуратуры и СК на данный материал, а также сообщить о результатах проверки.