Израильский военный комментатор о метаморфозах курдов Рожавы Игаль Левин: Курды строят удивительную демократию посреди мракобесия

Одна из сил, противостоящих на Ближнем востоке Исламскому государству — курды. Проживающие на севере Сирии курды, воспользовавшись внутренней войной, создали автономное образование Рожава из трех кантонов: Африн, Джазира и Кобани. Считается, что руководит процессом леворадикальная "Рабочая партия Курдистана", чей лидер Абдулла Оджалан отбывает пожизненное заключение в турецкой тюрьме. В Рожаве была объявлена демократическая революция и эмансипация женщин. Несмотря на это, антиигиловская коалиция практически не оказывает помощи курдским ополченцам.

Как устроены курдские вооруженные силы, действительно ли в Рожаве строят демократию, и почему де-факто независимый Иракский Курдистан не помогает сирийским курдам? Об особенностях Рожавы корреспонденту Каспаров.Ru рассказывает израильский военный комментатор, бывший офицер ЦАХАЛ Игаль Левин.

– Если вкратце — почему курдская проблема так остра на Востоке?

– В Сирии три миллиона курдов жили в нищете и дискриминации. Они кормили часть страны, например, хлеб с Кобани уходил в Алеппо. В кантоне Африн даже мастерских не было. Все было запущено. Городки в два-три этажа. В Ираке в эру Хусейна курдов травили газом, а в Иранском Курдистане крупное движение оджаланцев сидит в глубоком подполье. Там зарыта "курдская бомба". Если Иран накроет кризис, курды выйдут из подполья, и ситуация станет интересной. Курдский язык был запрещен в Турции. Курды — это крупнейшая этническая группа в мире без национального государства. Они разные: есть внутренние подкланы, конкурирующие политические партии.

– Курдский процесс на севере Сирии — это что-то новое на ближневосточной политической сцене или утверждение очередного диктаторского строя?

– Это немного волшебный момент. В нашем мире холодной политики, геополитических интересов, Рожава — уникальное явление. Она развеивает гнилое болото левой мысли. Иностранные добровольцы подтверждают, что курды строят демократическое общество. В Рожаве система советов и народных собраний, всеобщее вооружение народа, экономика по типу кооперативов и коммун, товарообмен и мелкие базарчики на местах, цену определяют продавцы. Налогов почти нет. Но как курды стали революционерами — однозначного ответа нет. Ближний восток — место, где царит шовинизм, мракобесие и подавление женщин. А в Рожаве, в консервативном обществе, вдруг выстрелило прогрессивное движение. Вопрос требует кропотливого исследования. Этим занимается американский антрополог Дэвид Гребер.

Если посмотреть на "Рабочую партию Курдистана" — это было авторитарное, марксистко-ленинское явление, с мощным националистическим элементом и маоизм. В мире тьма схожих левых движений. Но в конце 1980-х РПК начала широко интегрировать женщин в свои структуры. Вроде ничего необычного — у левых женщины сражаются наряду с мужчинами. Но в РПК женщинам дали в руки не просто оружие, а власть. Нынешний сдвиг в курдском обществе связан с эмансипацией. В итоге в Рожаве удалось создать демократическое общество, как сапаратистским повстанцам в Мексике.

Оджалан пишет в своих работах, я переводил некоторые, что современный мир строился мужчинами для мужчин, и институты власти — их. Даже в социалистических экспериментах стержнями были мужики. По его мнению, они виновны в провале социализма, мутации в авторитаризм, из-за культа силы и борьбы за власть. Женщина же терпима. Мужчины создали хищный капитализм, в то время как женская экономика в семье — сугубо демократическая, женщина распределяет продукты между членами семьи равноправно. Оджалан считает, что если женщине дать руководить складом, то все получат поровну.

– Итак, признание за женщинами прав и привело к Рожаве?

– Курдам фартануло. Во-первых, они наделили женщин властью. Было это плодом Оджалана, или из-за потерь мужчин в боях требовались новые командиры — не знаю. Во-вторых, Оджалана 16 лет как посадили в турецкую тюрьму, и из фюрера он превратился в символ-вдохновителя. Оджалан не руководит РПК из неволи, все, что он может — читать лимитированное количество книг и писать письма. У меня есть мысль: выйди он на волю, движение пошло бы по авторитарному пути. Не потому что он какой-то плохой, просто так устроена власть, она развращает. Как говорил Бакунин — посади идейного революционера на трон, и через день он будет хуже царя. Третье — ему в тюрьме скучно, или же по своей природе он не догматик, и Оджалан запоем читает Валерстайна, Фуко т.д., переписывается с анархистом Мюрреем Букчиным. И под влиянием леворадикалов отказывается от марксизма, отвергает идею курдского национального государства, надеется, что вся земля покроется автономиями, и государства исчезнут. Насколько это реально — другой вопрос. Во всяком случае, правые расисты и сектанты-троцкисты намного утопичнее. Курды смогли, а не они. Заточение очистило голову Оджалану: РПК борется за демократическое самоуправление и радикальный федерализм в рамках существующих государств. Под демократией они понимают социализм, но этот термин запятнан на Ближнем Востоке как коммунизм на постсоветском пространстве. Если у вас коммунизм ассоциируется со Сталиным, то в Сирии с "Партией арабского социалистического возрождения". Курды Башара Асада ненавидят.

Четвертое — война после "Арабской весны" разорвала на части Сирию. Курдам с неба упал 4-миллионый аграрный регион. Рожава ни с кем не торгует, она на самообеспечении, 70 процентов жителей — крестьяне. Нефть — манна небесная, работает только пятая часть нефтяных вышек, но этого хватает. Экспериментируй, как хочешь. Такая вот цепочка.

– РПК ассоциируется с курдской оппозицией в Турции. Ее влияние касается и Сирии?

– Да, у РПК прилично сторонников в Сирии и Иране, чуть меньше в Ираке, где доминируют консервативные сепаратисты из "Демократической партии Курдистана" Масуда Барзани. Рожава в основном создавалась людьми из РПК. Многие командиры ополчения — активисты партии. "Движение за демократическое общество", управляющее революцией, опирается на идеи Оджаланы. И, как говорят — винтовка рождает власть. В Рожаве вооружены оказались бойцы РПК, они создали народную самооборону и "попросили" по быстрому асадистов в 2012 году, и теперь гоняют исламистов.

Впрочем, политическая палитра Рожавы — это не только оджаланцы (Партии Демократический Союз и Движение за демократическое общество). Есть и противники РПК и барзанисты заседающие в общем "Высшем курдском совете". Ни у какой силы нет единоличной власти в Рожаве, были случаи, когда одни не повиновались другим.

– Визуально Рожава, вышедшая из-под контроля Дамаска — новая курдская республика, вроде Иракского Курдистана?

– Курды не стесняются говорить, что они любят свою землю, горы. Их поговорка: "горы единственные друзья". Рожава — она замкнута. На севере Турция, которая их бомбит. На юге — ИГИЛ, на востоке Иракский Курдистан (те еще недруги). Даже торговать не с кем, нет интеграции в мировой рынок. Курды Рожавы — патриоты своего строя освобожденных кантонов, а не Великого Курдистана, абстрактной нации. Мы видим, как они отвергают "помощь" иракских барзанистов, которые хотят подмять регион под себя. Барзани создал "Пешмергу Рожовы", пятьсот боевиков, которые должны были войти в Сирию.

Они не сепаратисты; по Оджалану идея государства не актуальна. Курды не отрицают, что даже примут какого-то сирийского президента. По их мнению, Сирия должна быть расколота на такие Рожавы: шиитскую, алавитскую, суннитскую автономии, уважающие права друг друга и выступающие против общего врага — ИГИЛ. Все вместе — это Сирия. Но вести экономику и т.д. в Рожаве будут курды, а не Дамаск. И сохраняется курдское ополчение.

– Почему не заладились отношения Рожавы и Иракского Курдистана?

– Барзани и ДПК — полностью под Вашингтоном. Режим Барзани и его родственников опирается на патриархальные племенные кланы. Женщины не допускаются к руководству. Иракский Курдистан сотрудничает с Израилем — 90 процентов нефти идет в Землю обетованную. Поэтому палестинцы не любят всех курдов. Для революционеров Рожавы Иракский Курдистан — олицетворение реакции. Да и вооруженные силы Курдистана — Пешмерга — не слишком боеспособные: на мосульском фронте без перемен. Пешмерга — принудительная армия, ее солдатики не стремятся умереть. Пешмергу снабжает НАТО. Если бы Рожава получала столько — она бы всю Сирию освободила. Но это уже лирика.

– Недавно в Турции обострилась ситуация в курдских регионах. Это имеет отношение к Рожаве и РПК?

– Правительство исламиста Эрдогана именует революционеров Рожавы террористами. Территориально половина Турции — это курды. Анкара понимает, что в один момент Турция вспыхнет как Сирия, развалится на этноанклавы, а курды бросятся строить общество, как в Рожаве. В Турции сильны позиции РПК. В турецком Курдистане множество организаций, созданных рукой РПК и под влиянием Оджалана. Партия десятки лет с перерывами эффективно ведет герилью против мощной армии и полиции Турции. Турки мечтают о "единой и неделимой", преследуют РПК, планируют вторжение в Рожаву под эгидой "войны с террором". Чтобы предотвратить это, РПК санкционировала виток партизанской борьбы, создавая невыносимые условия для турецкого тыла. Периодически курды занимают города, турки бросают на населенные пункты танки, творится ад — более пятисот военных убито, партизаны отстреливают генералов, офицеров. РПК приносит себя в жертву ради Рожавы.

– В каких отношениях Рожава и исламисты из "Сирийской свободной армии"?

– ССА — не гомогенная, там куча группировок, что рассчитывали добить Асада. Курды их не интересовали. Когда Халифат плотно нажал на ССА и Рожаву, то они заключили тактический союз. Это было незадолго до Битвы за Кобани 2014 года, в которой бойцы ССА сражались плечом к плечу с курдскими ополченцами.

– Правда, что курды вопреки войне спекулируют нефтью Халифата?

– Естественно, с ИГИЛ они не торгуют. Их нефть, сирийская и иракская, идет напрямую в Турцию, с которой исламисты граничат. Рожавские нефтепродукты производятся кустарными методами, там нет нефтефабрик и скважин. Черное золото добывают на маленьких заводиках, что обслуживают человек по пять. Бензин мутный, его много, он дешевле воды. Немного нефти контрабандой гонят в Турцию или Иран.

– На что опираются курдские силы в Рожаве?

– "Отряды народной самообороны" — общее ополчение, а "Отряды женской самообороны" — женские отряды. В первых могут быть женщины, но во вторых мужчин нет. Всего они насчитывают 50-60 тысяч бойцов. Ополчение добровольное, хотя в критических ситуациях был околопринудительный призыв. Семьям, у которых больше одного ребенка, говорили, что один должен пойти на фронт. На сайте Самообороны заявлено, что они видят себя наследниками испанских анархистов и Испанской революции.

Ополчение — это легкая пехота. Тяжелых систем нет. Как оно устроено? Минимальное звено — это группа из 3-5 человек. Выполняет любые задачи — патрулирование, захват, разведка. Группа имеет автономию. Командира выбирают. Далее — таксим, он состоит из двух групп. Балук — три таксима. Табур — примерно три балука, 100 — 150 человек. На уровне тактики, этот примерно как батальон. Табуров несметное количество, сотни. На этом все — нет ни полков, ни дивизий. Для отражения или наступлений кооперируются свободные табуры. Табуры кантона координируются Аялатом (совет из выбранных командиров), но не подчиняются ему. Всего три аялата, по числу кантонов — Африн, Джазира и Кобани. Резервисты — территориальные отряды. Мобилизуются при ситуациях вроде Битвы за Кобани: взять винтовку и побежать с работы на фронт. Еще есть куча мелких племенных отрядов из арабов, ассирийцев. Там всеобщее вооружение народа.

"Асаиш" — силы безопасности, которые из-за трудностей перевода неверно называют полицией. Есть контртеррористический спецназ — "Профессиональные силы", подчиненные Главному командованию. После появления видео на "Ютюбе" с их тренировками, левые критики распространили дезинформацию, что у курдов появился ОМОН. Есть "Секретные единицы самообороны". Командиры высших звеньев выбирают наиболее революционных командиров. Они не носят военную форму, никто их не знает. Командир СЕС создает два своих отряда из 2-4 человек, из людей, которым он доверяет. Бойцы анонимны, и не знают бойцов из других отрядов СЕС. Подразделения сформированы на случай успешных атак ИГИЛ или Турции на кантоны. Это скрытый резерв для ситуации перехода власти в Рожаве к реакционным силам. За СЕС чувствуется рука РПК.

В ополчении живая структура. Если в традиционной армии полководец двигает дивизиями, бригадами, полками, батальонами — сверху вниз, то у курдов снизу вверх. Инициатива на местах, нет системы званий. В Табуре, при обороне села, таксимы сами решают, какие участки им занимать. Ополченцы идеологизированы — считают себя революционерами, сторонниками федерализма, эмансипации. Царит атмосфера братства. Собирается отряд на митинг, и бойцы критикуют друг друга и командира. И самих себя. Кто-то рассказывает, что отлынивает от работы, или мало думает. Психологические тренинги у них происходят регулярно. Наказаний, по сути, нет. Кары предусмотрены за шпионство в пользу врага, трусость, поведение, которое привело к гибели товарища, неэтичное поведение. Но военных судов нет. Но за шпионаж или изнасилование — думаю, расстреляют.

– Силами самообороны кто-то командует?

– Над всей Рожавой есть Военный совет, он состоит из пятидесяти пяти командиров, опытных, идейных и харизматичных. Собирается каждые полгода и формулирует план на 6 месяцев. Есть Главное командование с функциями исполнительного комитета, отвечает за выполнение полугодового плана и насущную оборону. На уровне табуров есть свои военные советы, созывающиеся каждые три месяца. Локальный военный совет имеет полномочия оспаривать решения Главного командования, если их сочтут ошибочными.

– Почему Исламское государство терпит неудачи в боях с Рожавой?

– На войне побеждает не оружие. Это показал марш ИГИЛ на иракскую армию с ее "Абрамсами". Решает опыт и воля к победе. Наступает сотня человек, их годами тренировали, они умеют попасть белке между глаз, все в бронежилетах, отличное снабжение, все разведданные. Но если человек пять запаникует и побежит назад, то это заразно. Так пал Мосул, защищаемый крупными силами и занятый горсткой джихадистов. Из-за паники, что "едут тысячи бородачей резать шиитам глотки". Тысяча человек с плохим оружием разобьют десять тысяч, что бегут при малейшем взрыве. Халифат побеждает, он хочет боя.

Курды стоят насмерть, как античные греки перед ордами персов. Чтобы их не вырезали. Борьба ИГИЛ и Рожавы — это битва между двумя противоположными идеологиями. Ополченцы позиционируют себя как защитники народа, демократии и ростков свободы. Идеи, которые мотивируют бойцов — демократия, экология, антикапитализм, гендерное равноправие, борьба против любой дискриминации. Там мало хотеть убивать бородачей. Требуется стать дисциплинированным революционером. Вот курды и бьют ИГИЛ, в отличие от армий Сирии и Ирака. Силы Асада, спустя полтора месяца с начала поддержки Россией, все еще сдают города исламистам. Когда нет воли, то помощь России и Ирана — не панацея.

– В то же время военные эксперты не видят у Рожавы будущего из-за отсутствия полноценной армии.

– Во время гражданской войны в Испании наиболее эффективным были анархистские милиции: "Колонна Дуррути", "Колонна Асказо" и т.д., невзирая на хаотичность по сравнению с регулярной армией. Военные аналитики не могли понять — почему? Анархисты жаждали воевать, и преобразовать свою горячо любимую страну — Иберию. Они до последнего бились с франкистами, когда социал-демократы и коммунисты в 1939 году, на крахе Республики, убежали в СССР на пароходах. Ополченцы Рожавы — как испанские анархисты.

В каком-то роде из хаоса вышел и я. У израильской армии репутация военной машины, которая всё кромсает на Ближнем востоке. Но изнутри, особенно на уровне пехоты, тут разброд. Базы охраняются плохо, солдат может послать офицера. Нет субординации, не тянут носок на плацу, за опоздание на смену в карцер не сажают, отсутствует офицерская форма, да и козыряния, а командный состав ест вместе с рядовыми. Военный коммунизм, с офицерами, идущими в сражение первыми. Почему? ЦАХАЛ образовался из идеалистов, сидевших у костра — партизанских движений, таких как "Хагана". Армия Израиля уникальна — это ополчение с крутым современным оружием, а не профессиональная армия типа Вермахта или армии США, с бешеными зарплатами у рядовых и офицерами в лампасах.

Почему хаос эффективен в лице курдов и ИГИЛ? Сейчас побеждает децентрализация. Высокие технологии, точные ракеты, спутниковые навигаторы, "Абрамсы" с пятьюдесятью видами брони — это фигня. Подобную армию на поле боя можно победить противопоставлением тождественной армии. Но не у всех есть возможности как у США, с которыми разве Китаю тягаться. Но есть асимметричная война: поставить против ста танков десять минометчиков или гранатометчиков с ПТУРами. Армия готовится воевать против идентичной системы, и когда она встречается с асимметричным ответом, то действует неуклюже. Иерархичные структуры, где люди убивают за деньги, впадают в ступор. Морпех США с огромной зарплатой отступает от мясорубки. Израиль это понимает, он мыслит как партизан и неплохо бьет "Хезболлу" и "Хамас". Израильская военная доктрина заточена на партизанскую войну, в отличие от совковой.

– На стороне Рожавы воюют добровольцы из-за рубежа. Кто они?

– Есть две структуры. Одна — "Интернациональный батальон Свободы", основной его костяк, несмотря на идеологические противоречия, из марксистов и анархистов. Бойцы "Свободы" защищают прогрессивную революцию, но не вмешиваются в ее внутренние процессы. Там человек двести: полторы сотни марксистов-сталинистов, прочие — анархисты. Доминируют турки, курды, есть испанцы, итальянцы, греки. Вторые — "Львы Рожавы": это не цельное подразделение, а скорее сетевая организация, которая помогает добраться в Курдистан. "Львы Рожавы" зовут участвовать в революции не только в качестве бойцов, они приглашают математиков, аграриев, технарей и уличных художников. Что до фронта — "Львы" распределяют добровольцев по табурам, в пекло не посылают. Из десятков "Львов" погибло человек пять-шесть за год. Идеологически не однородны, помимо социалистов там есть просто приехавшие "мочить" ИГИЛ. Костяк — ветераны Ирака и Афганистана из США, Австралии, Канады. Есть люди из России, Китая, возмущенные террором ИГИЛ. Рожава на фоне местного мракобесия им кажется наиболее адекватным строем.

– Русские добровольцы в Рожаве — это кто? Как курды относятся к России?

– Ребята, которые тревожатся за "русский мир" и бегали по Новороссии. Их немного, один погиб (МС — Максим "Норманн" из ДШРГ "Русич"). Курды относятся к ним прагматично: приехал воевать? Вот тебе автомат, форма и табур. Курдов не интересует, за Путина ты или за Порошенко. Плюс не стоит забывать, что у ДНР и ЛНР в западном мире ореол левачества. Такая информация доходит и до курдов, с их информационным вакуумом. Познаний о России у них мало. Все, что они знают, по словам русского из "Львов Рожавы", с которым я общался — это "Калашников", Ленин, и что медведи ездят на мотоциклах.

Курдам надо выживать. Все в Рожаве из пяти источников — контрабанда, отжатое у Сирийской армии, трофеи от ИГИЛ, товарообмен с Иракским Курдистаном (овощи в обмен на патроны) и подачки ангелов с небес. Остальное делается в цехах на коленках. Если Путин, что очень возможно, сбросит им гуманитарку или военные припасы — в их ситуации они не откажутся. Закон улицы: дают — бери, бьют — беги. Недавно американцы десантировали им патроны и снаряжение. Но вот базы США они не разрешат открыть. Американцы присматриваются к Рожаве, делают реверсы в их адрес. Так и Путин уже что-то тявкнул одобрительное, как курды хорошо воюют.

Максим Собеский