Сергей Шелин Обозреватель

ИА «Росбалт»

Забудем на минуту о духовном и державном. Ограничимся вещами житейскими. То, что средний наш гражданин сейчас беднеет и теряет многое из того, к чему успел привыкнуть, - это ясно. Но ведь хочется цифр. Хочется понять, насколько велик откат, и в какую эпоху возвращаемся. В отшумевшие нулевые? В незабываемые девяностые?

Цифры есть.

Начнем с бедных. По официальным подсчетам, в первом квартале 2015-го в России 22,9 млн человек имели денежные доходы ниже прожиточного минимума. В 2014-м таковых было 16,1 млн, а на пике благополучия, в 2012-м – 2013-м, около 15,5 млн.

Существовать ниже прожиточного минимума – значит недоедать. Таких недоедающих у нас сейчас в полтора раза больше, чем было еще недавно. И даже больше, чем в далеком 2006-м (21,6 млн), хотя пока и не так много, как в 2005-м (25,4 млн). Но дальнейшее снижение стандартов жизни можно считать предрешенным. Спад продолжается, рублю пришлось подстроиться к упавшей нефтяной цене, и он еще раз подешевел. В ближайшие месяцы это отзовется очередным всплеском инфляции и новым раундом урезания госрасходов. Поэтому число самых бедных, если и не нынешней осенью, то следующей зимой или весной поднимется уже к цифрам 2005-го.

Дальше пока заглядывать не будем и посмотрим на наши перспективы с другой стороны.

Почти половину потребительского рынка до недавних пор занимали импортные товары. В 2014-м импорт товаров в Россию составил около $300 млрд. В текущем году он снизится примерно на 40%, до $170–180 млрд. Это результат радикального падения нефтедоходов, а также обмена санкциями и контрсанкциями.

Фактически нынешний импорт будет меньше, чем в 2006-м ($164 млрд), т.к. сегодняшний доллар дешевле тогдашнего. Но все-таки он будет больше, чем в 2005-м ($125 млрд). Однако нефтедоходы продолжают падать. И в первые месяцы 2016-го снижение товарного импорта до уровней 2005-го выглядит довольно вероятным.

Причем уменьшение количества товаров, доступных россиянам, сопровождается еще и резким снижением их качества из-за прихода на рынок отечественных «аналогов». Ведь именно на решение этой задачи нацелены эмбарго на ввоз еды и прочие самоналоженные санкции. Десять лет назад ничего подобного не было. Тогда не отказывались от ввоза доброкачественных продуктов и изделий только ради того, чтобы уесть Запад и обогатить родных магнатов-производителей.

Советизация потребительской корзины, бесстыдно заполняемой сейчас продовольственными и непродовольственными суррогатами, начинает злить даже лояльное большинство. Почти две трети опрошенных Левада-центром осудили правительственный план отказа от закупок западной медицинской техники, да и отношение к ритуальному сжиганию санкционной еды оказалось далеким от восторга.

О причинах легко догадаться. Так называемая «покупательная способность среднедушевых денежных доходов населения по основным продуктам питания» (т.е. количество соответствующего продукта, которое можно приобрести за сумму, равную среднедушевому доходу) упала сейчас по 22-м из 24-х регистрируемых Росстатом позиций. Только картофель и поваренная соль стали более доступны по ценам. А вся прочая еда – например, рыба мороженая, хлеб ржаной, молоко, яйца, капуста, морковь и говядина - сейчас менее, а часто и существенно менее доступна по ценам, чем год назад, да еще и сильно ухудшились по качеству.

Рацион людей среднего достатка тоже становится скромнее, но все же не так быстро, как у людей небогатых. Зато под вопросом весь джентльменский набор нашего успешного горожанина: эппловский планшет, отдых за границей, немецкая машина и приобретаемая в кредит квартира.

В 2014-м в заграничные туристические поездки выезжали почти 18 млн россиян. В 2015-м ждут спада на 40% (т.е. до 11 млн), а в 2016-м дальнейшее удешевление рубля почти неизбежно сократит этот поток еще на несколько миллионов. Видимо, примерно до уровня все того же 2005-го (7 млн). Отдых за границей, даже в самых дешевых странах вроде Египта, снова превращается в привилегию сравнительно немногих счастливчиков.

Рост внутрироссийского туризма (с 42 млн в прошлом году до ожидаемых в нынешнем 47 млн) не перекроет численные потери туризма выездного. Как и в нежирные годы, увеличивается число тех, кто проводит отпуск на шести сотках, занимаясь попутно решением своих семейных продовольственных проблем.

Что же до автомобилей, то возвращение в первую половину прошлого десятилетия уже состоялось. Даже сдвиг покупательских приоритетов от респектабельных немецких марок к скромным корейским (по числу продаж Hyundai сейчас уверенно конкурирует с простонародной «Ладой») не помешал общему спаду продаж на 37% в первом полугодии по сравнению с малоудачным 2014-м. За весь 2015-й сограждане, предположительно, купят 1,55 млн новых машин. В рекордном 2013-м было продано больше 2,8 млн. По этому пункту мы вернулись в 2002–2005 годы, когда продажи колебались между 1,5 и 1,7 млн.

Правда, по другим двум позициям ситуация ухудшается более плавно. От гаджетов еще никто не отказался. Разве что спрос смещается от Apple к менее пафосным производителям. Конечно, наше начальство уже достаточно оторвалось от реальности, чтобы в один прекрасный момент взять да и попытаться перекрыть ввоз планшетов и прочих популярных изделий. Но не будем опережать события. Когда (и если) такое произойдет, тогда и посмотрим, что скажет наша публика в ответ на изъятие у нее любимых игрушек.

И, наконец, квартирный вопрос. Его ближайшее будущее тоже неутешительно. В 2014-м было построено квартир вдвое больше, чем в 2005-м (миллион против полумиллиона). Жилищное строительство успело набрать такой темп, что только в середине этого года пошло вниз (в нынешнем июне сдача жилья составила 92,4% от июня прошлого года). И продажи, и строительство в ближайшее время будут идти на убыль, но о глубине и длительности спада говорить рано.

Теперь поведем промежуточный итог. Отчасти уже в нынешнем году, а отчасти в начале следующего, уровень жизни рядовых людей откатится на десятилетие назад. Такова цена нефтяного похмелья пополам с советским ренессансом. Это далеко еще не станет возвращением в 90-е годы. Однако если атмосфера коллективного помешательства не начнет рассеиваться, то никаких препятствий для дальнейшего скольжения вниз не будет.

Сергей Шелин

Перейти на страницу автора