Реформы произойдут когда появится группа реформаторов, способная гарантировать проведение реформ, а те, кто выигрывают от реформ станут ее базой поддержки.

Коллективный выигрыш от реформ на порядок больше, чем выигрыши других групп от перераспределения природной ренты и других благ, изымаемых организованными группами граждан у малоорганизованных граждан.

Пример выигрыша от реформ это возможность заработать триллион долларов представителям российского списка Forbes-200 за счет защиты прав собственности. Сейчас их бизнес недооценен во много раз. Индекс РТС мог бы быть в четыре-пять раз выше. Причина неоцененности их активов – незащищенные права собственности. Владельцы капитала каждый день вынуждены наращивать расходы на покупку "крышы", чтобы не потерять бизнес. Они отдают финансовые потоки людям, приближенным к сильнейшей группе, и родственникам этих людей. Ценность их бизнеса измеряется тем, сколько они могут вывести из него капитала до момента, когда стоимость покупки защиты будет равна стоимости бизнеса.

Это происходит потому, что есть группа, которая сильнее коалиции всех остальных групп. Остальные группы не кооперируются потому, что не видят к каким реформам это приведет и не видят для себя выигрыша.

Механизм защиты прав собственности исчез, но он может появиться, например, если бы была проведена реформа - "пять частных федеральных телеканалов, не более 15% в одних руках в любом из телеканалов". Это бы означало, что, с одной стороны, нет ни одной влиятельной фигуры, которая может диктовать свою политику генеральному директору телеканала, а с другой стороны, появилась бы площадка, через которую можно защищаться от атак. Если кто-то пытается забрать бизнес, собственник объединяется с врагами этого хищника и контратакует через федеральные телеканалы. Таким образом, издержки изъятия бизнеса становятся выше, чем ценность этого бизнеса. И атаки не происходит.

Собственники видят, что нет способа отнять бизнес, это же знает и фондовый рынок, и миноритарные акционеры. Акционеры видят, что финансовые потоки не уводятся за рубеж и не тратятся на покупку защиты, а выплачиваются в виде дивидендов или реинвестируются в рост бизнеса. В этом случае индекс РТС может утроится за несколько месяцев, его капитализация вырастет на триллион долларов. Этот триллион - выигрыш от реформ для тех, кто входит в список Forbes-200. Таким образом, у крупнейших владельцев капитала в России есть заинтересованность в проведении реформ.

Но чтобы они были уверены в этом выигрыше, они должны видеть консенсус что такие реформы нужны и группу реформаторов, которые способны провести, в том числе, такую реформу, а также ряд других социальных реформ, гарантирующих политическую стабильность. Это необходимые условия.

Такие группы реформаторов возникали в странах, которые стали успешными. Они конкурируют за влияние не за счет подкупа влиятельных игроков и перераспределения в их пользу благ от менее организованных граждан. Они получают влияние за счет создания экономического роста и консолидации тех, кто от него выигрывает. И так как экономический рост создает на порядок больше богатства и благ, чем любые выигрыши от перераспределения, база поддержки реформаторов и реформ потенциально на порядок мощнее. Это делает экономический рост устойчивым.

Игра меняется. Группы конкурирующие за власть уже не могут конкурировать подкупом поддержки - перераспределением благ от неорганизованных граждан в пользу влиятельных игроков. В новой игре выигрывают те, кто предложит наибольший выигрыш для всей нации.

Возникает спрос на ведущих экономистов, на объективную и точную информацию, которая нужна для этого роста, спрос на защиту прав собственности и конкурентные рынки. Также возникает спрос на культуру, на ценности, которые помогают людям больше и лучше самореализоваться.

Появление группы реформаторов не сильно связано с менталитетом всей нации. Связь здесь не такая прямая, она лишь влияет на вероятность появления сотни человек, которые хотят процветания нации и знают, как создается ценность. Речь идет о людях, которые узнали, какие реформы нужно провести, учтя мнение ведущих экономистов, и которые обрели силу связей и доверия друг к другу, которое выдерживает прессинг политической и силовой игры. То есть они могут мобилизовывать влияние каждого члена группы для поддержки друг друга для преодоления статусов-кво, связанных с реформами.

Мы видим сегодня, что люди с похожими навыками и ценностями есть в профессиональном сообществе, но им не хватает навыков кооперации. Как только эти навыки будут приобретены и появится группа реформаторов, моментально появится база поддержки и после этого произойдут реформы.

Группа реформаторов – это группа людей с тремя свойствами:

1) они знают, какие нужно провести реформы, гарантирующие экономический рост, 2) они договорились об этом, и у них возникла сильная межличностная связь. То есть они способны выдерживать прессинг силовой игры. 3) Их достаточное количество, чтобы доминировать в правительстве для преодоления статуса-кво.

Эти группы возникают из неформальных кружков, которые думают о том, как сделать мир лучше. Во всех историях успеха все начиналось с таких кружков, то есть они не думали о том, как объединиться, чтобы перераспределить блага от менее организованных граждан, они объединились, думая о том, как создать ценность, от которой выигрывает вся нация. Это менее очевидный способ координации, но когда это срабатывает, появляются истории успеха нации.