1 октября 2019 | Время чтения 6 мин

Несколько лет назад афроамериканская писательница Ннеди Окорафор прославилась как человек, потребовавший изменить внешний вид Всемирной премии фэнтези, до недавнего времени представлявшей собой статуэтку в форме бюста классика жанра Г.Ф.Лавкрафта, известного расистскими высказываниями. Теперь в России в переводе Марии Галиной вышла самая известная повесть Окорафор, удостоенная сразу двух высших жанровых наград, «Хьюго» и «Небьюла».

Василий Владимирский, , 10:57 — REGNUM Hugo Award — старейшая, регулярно вручаемая премия любителей фантастики. Она появилась в США в 1953 году и была названа в честь Хьюго Гернсбека, издателя первого в мире журнала научной фантастики Amazing Stories. В 1965 году была учреждена и старейшая профессиональная премия, Nebula Award — ее вручают участники SFWA (Science Fiction and Fantasy Writers of America), своеобразного «фантастического профсоюза», куда может вступить любой писатель или критик, имеющий публикации на английском. В истории фантастики не так уж много авторов, «сделавших золотой дубль», то есть получивших обе награды за одно произведение. В номинации «Повесть» «Хьюго» и «Небьюлой» отмечены «Последний замок» Джека Вэнса, «Возвращение Палача» Роджера Желязны, «Хьюстон, Хьюстон, как слышите?» Джеймса Типтри — мл., «Горы Скорби» Лоис Макмастер Буджолд, «Коралина» Нила Геймана и еще пяток текстов. Зачем этот затянутый ликбез? Да затем, что в 2015 — 2016 году к элитному клубу присоединилась Ннеди Окорафор, автор повести «Бинти», первой части одноименной трилогии. Ну, а теперь повесть вышла и в России — без особой шумихи, зато отдельным изданием и в твердом переплете.

Обложка книги «Бинти»

Бинти — так зовут главную героиню этой истории. Поколениями ее предки из народа химба жили на краю африканской пустыни и зарабатывали на жизнь создавая «астролябии» — нечто среднее между механическим смартфоном, персональным компьютером и гадательным шаром. Но Бинти мечтает о большем: тайком от родителей сдает экзамен в лучший университет вселенной, получает высший балл по математике, собирает пожитки и на космическом лайнере отправляется на планету Оозма Уни. Однако в пути корабль захватывает враждебная раса инопланетных разумных медуз. Тут-то, казалось бы, и сказочке конец, но ничего подобного: при помощи древнего артефакта, который девушка носит как сувенир, и отжиза (традиционного для химба кустарного средства для ухода за кожей) Бинти налаживает контакт и на пальцах объясняет вождю захватчиков, что люди вообще-то хорошие, а если чем и оскорбили медузьи чувства, то исключительно по ошибке, а не по злому умыслу. Мир, дружба, жвачка, взаимные обнимашки.

Нет, конечно, я напрасно иронизирую: сюжет как сюжет, ничего криминального. В 1930—1950 годах таких наивных историй было полным-полно на страницах научно-фантастических журналов, ими не брезговали многие классики «золотого века» англо-американской НФ. Но все же Джон Вуд Кэмпбелл, думаю, вряд ли опубликовал бы эту повесть в своем Amazing Stories. И не потому, что Ннеди Окорафор — чернокожая женщина, а Кэмпбелл — расист и сексист. Просто по уровню проработки деталей мира будущего и психологии героев повесть «Бинти» выглядит так, будто задумал ее шестилетка, а записал четырнадцатилетний подросток.

Ннеди Окорафор среди читателей (сс) Luke McGuff

Причем подросток ленивый и нелюбопытный. «Во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь», — гласит Книга Екклесиаста. Ннеди Окорафор определенно счастливый человек: такое ощущение, что слова она подбирает исключительно по звучанию, интуитивно, не задумываясь, что они значат на самом деле. В начале путешествия на Оозму Уни юные герои развлекаются в каюте Бинти как и подобает математическим вундеркиндам. «We <…> challenged each other to look out at the stars and imagine the most complex equation and then split it in half and then in half again and again», — пишет Ннеди Окорафор. В переводе Марии Галиной, максимально близком по значению: «Мы <…> подначивали друг друга смотреть на звезды и описывать их как можно более сложными уравнениями, а потом делить эти уравнения пополам и опять пополам, и так до бесконечности». К сожалению, смысла эта фраза не имеет — ни на английском, ни на русском. Equation, уравнение — форма записи математического тождества, «разделить пополам» его невозможно, только сократить. Звучит внушительно, но, очевидно, Окорафор, преподающая творческое письмо в Чикагском университете, поленилась заглянуть в словарь, Википедию или хотя бы учебник математики для средней школы.

Незнание основ математики филологу простить можно — хотя, с другой стороны, зачем тогда делать главную героиню математическим гением? Но это не единственное темное и странное место в небольшой повести. «Мы — оседлый народ. Наша древняя земля и есть наша жизнь; стоит только покинуть ее — и ты никто», — размышляет Бинти. Тонкость в том, что в наши дни и в нашей реальности народ химба — племя кочевников-скотоводов, нигде не задерживающееся надолго, целиком и полностью зависящее от капризов природы. Такой образ жизни — часть их национальной самоидентификации, куда более важная, чем какой-нибудь отжиз. В каждом публичном выступлении писательница навязчиво подчеркивает свою неразрывную связь с африканскими корнями — очень хочется верить, что эта реплика про домоседов-химба просто неудачная «шутка для своих».

Народ Химба (сс) Hans Stieglitz

Можно предположить, что повесть, страдающая общей слабостью, победила в премиальной гонке просто в силу отсутствия достойных конкурентов. Но нет: в 2016 году Ннеди Окорафор боролась за премию «Хьюго» с почтенным ветераном Лоис Макмастер Буджолд, отцом «новой космической оперы» Аластером Рейнольдсом и автором бестселлеров Брендоном Сандерсоном. И это не считая авторов, по разным причинам не вошедших в шорт-лист. Впору заподозрить участников голосования в сознательной дискредитации института жанровых премий. Но даже если не впадать в болезненную конспирологию, трудно не признать, что каждое такое сомнительное вручение — удар по репутации премии и, ретроспективно, по всем лауреатам прошлых лет.

Перечень обладателей и финалистов «Хьюго» и «Небьюлы» долго служил своего рода рекомендательным списком, путеводителем по жанру — и для издателей, и для читателей: с чего начать, куда двигаться, на что обратить внимание в первую очередь. Но чем больше в списке таких текстов, как «Бинти», тем слабее доверие: если эта сырая и наивная повесть по мнению англо-американского фэндома действительно лучшая, каковы же остальные? Да и Желязны с Гейманом вызывают сомнение: если их произведения отмечены теми же наградами — так ли они хороши? Не пора ли провести ревизию, почистить библиотечные полки и перетряхнуть сундуки со старьем?

Книжные полки

Между тем в 2018 году Ннеди Окорафор получила еще одну статуэтку «Хьюго» и награду, вручаемую читателями журнала «Локус». Правда, на сей раз и то, и другое — в номинации «Подростковый роман».

Вот и славно: и писательнице не обидно, и репутация премий не пострадает.

Хотя, куда уж дальше-то.

Читайте ранее в этом сюжете: Задачник по этике: «неформатная» фантастика Марины и Сергея Дяченко

Читайте развитие сюжета: Как убить Ролана Барта?