История шепчет 31 Дмитрий Растаев, «Белгазета»

16.07.2014, 20:26

15,648

Украина может отбить у России охоту зариться на чужое добро.

Разговоры о том, что Украина де «лоскутное государство» – или, еще грубее, недогосударство, «искусственно созданное коммунистами» – в соседней России давно стали общим местом.

Эти россказни сегодня тиражируется повсюду – от мелких газетенок до федеральных телеканалов. При этом о лоскутности самой России – а если уж на то пошло, она многажды лоскутнее Украины – предпочитают не вспоминать.

А зря. Потому что поговорить здесь как раз есть, о чем. Украина-то свои «лоскуты» хотя бы приобрела мирным путем, чего не скажешь о самой России, которая большую часть своих территорий отжала у соседей, полив их по ходу слезами и кровью. Кто сомневается – возьмите учебник истории и беспристрастно, сдув идеологическую шелуху, изучите вопрос «собирания русских земель».

Все «собирание» – суть – захватнические войны и разбойничьи походы. Большинство «исконно русских земель» были насильно присоединены к российской короне в результате территориальной экспансии. Взять, к примеру, пресловутое покорение Сибири казаком-разбойником Ермаком – что это, как не тотальная аннексия чужих территорий?

А все эти разделы Речи Посполитой, приведшие к тому, что в 1795 году белорусско-польское государство прекратило свое существование?

Но вот, что удивительно. Если подсчитать, сколько ран на протяжении ряда столетий российская корона нанесла белорусскому народу, можно схлопотать когнитивный диссонанс. Ибо сегодняшнее отношение белорусов к России никак не коррелирует с тем мрачным историческим грузом, который маячит у них за плечами.

Давеча, выступая на открытии «Славянского базара» и говоря о «славянском единстве», белорусский президент заявил, что «наши предки не видели себя порознь, не искали вражды, а превыше всего ценили верную дружбу». Возможно, он имел в виду отношения белорусов с украинцами, которые действительно не были омрачены какими-то катастрофическими терками (хотя мелкие, конечно, случались). Потому что об отношениях белорусов-литвинов с восточными соседями такого уж точно не скажешь.

Достаточно взять все тот же учебник истории и непредвзято взглянуть на ее, истории, вехи – от нашествия московских полчищ в период «невядомай вайны» 1654-1667гг., вошедшей в историю, как Кровавый потоп, до карательных экспедиций графа Суворова в 1794г., от надругательства над Полоцком, учиненного в 1563г. молодчиками Ивана Грозного, до истребления белорусской интеллигенции в ХХ веке – чтобы понять всю фейковость идеологемы «славянское единство» в плоскости Литва-Беларусь / Россия-Московия.

Однако эта идеологема так глубоко засела в умы апологетов «русского мира» – а «единство славян» в их трактовке предполагает примат России как «старшего брата» – что любые попытки поставить ее под сомнение вызывают у них нервный тик и жажду чего-нибудь успокоительного.

На днях любопытная публикация встретилась мне на сайте российского информагентства Regnum. В ней замдиректора Института стран СНГ Игорь Шишкин утверждает, что – глубоко вдохните! – «говорить о проводимой в Белоруссии комплексной целенаправленной политике «белорусизации» в настоящее время более чем рано».

«Страна хочет всячески подчеркнуть свой суверенитет и показать, что может самостоятельно проводить политику, отличную от России, однако нельзя говорить, что Лукашенко переместился на позицию «белорусизации», – подчеркивает он.

Дальше – больше. То, что в Витебске, вместо установки памятников, «прямо связанных с русской историей», был поставлен памятник князю Ольгерду, досужий Шишкин объясняет тем, что «Лукашенко время от времени вынужден делать уступки тому (еще раз вдохните) меньшинству белорусского населения, которое с пеной у рта доказывает, что история Белоруссии – это история Великого княжества Литовского, а не «азиатских москалей».

Вот, земляки, мы и добратались. Нам уже отказывают в элементарном праве на национальную идентичность, на историческую память. Оказывается, желание знать свою историю и нести это знание людям – с точки зрения эксперта «русского мира» – не более чем «пена у рта». И не дико ли слышать, как этот «эксперт» успокаивает россиян, что в Беларуси (которую он упорно зовет Белоруссией) опасаться «белорусизации» не стоит? Украину зовут «недогосударством», а Беларусь – по этой логике – вообще не государство, а какая-то прицепная тележка России.

«В настоящее время идет борьба за Русский мир, за осознание того, что белорусы и русские – это две ветви одного народа», – витийствует Шишкин, резюмируя, что «в Белоруссии нужно продвигать русскую идею, а сделать это в период правления Лукашенко гораздо легче».

И это, пожалуй, единственное, в чем Шишкин прав: за годы правления Александра Григорьевича русская идея в Беларуси не только возобладала над белорусской, но и вообще поставила последнюю под сомнение. Еще несколько лет такого диспаритета – и о белорусах, как о суверенной нации, можно будет забыть.

Пока же из всего вышесказанного можно сделать два вывода: а) Россия не оставляет за белорусами права на геополитическую самостоятельность; б) гарантом «русифицированного» статуса Беларуси является ее действующий глава. Оба вывода неутешительны, ибо гасят для белорусов любые надежды на национальный ренессанс. Ведь даже если случится чудо, и следом за Лукашенко к власти придет политик-западник, намеренный вырулить белорусский ялик на европейскую стремнину, вряд ли трясина «русского мира» даст ему сделать это безболезненно.

Впрочем, есть надежда, что поднимающаяся с колен Украина – а она, в отличие от некоторых, кричащих об этом на каждом углу, действительно, пусть и болезненно, поднимается с колен – все же покажет «русскому миру», где раки зимуют, отбив у него охоту зариться на чужое добро.

Дмитрий Растаев, «Белгазета»