Богатый русский чиновник приезжает в Лондон и придирчиво осматривает дорогие квартиры, выставленные на продажу – от 3 до 15 миллионов фунтов. Его сопровождает молодая подруга, обожающая роскошь. Риелторы из лучших британских агентств, занимающихся элитной недвижимостью, спешат угодить клиенту и выполнить все его прихоти. Они не знают, что их разговоры снимаются скрытой камерой, и за ними следит съемочная группа британского телевидения.

Показанный по 4-му каналу британского телевидения фильм "Из России с наличными" снимался в начале весны. Живущий в Лондоне финансист Роман Борисович изображал коррумпированного российского чиновника Бориса, а киевская журналистка, сотрудница Радио Свобода Наталья Седлецкая – его красавицу-подругу Настю. Андрей Шуран из Центра противодействия коррупции в Украине выступил в роли финансового консультанта, помогающего россиянам приобретать дорогостоящую недвижимость. "Борис" был предельно откровенен: своим собеседникам из британских агентств по недвижимости он прямо рассказывал, что деньги, которые он готов потратить на покупку квартиры в Лондоне, украдены из российского бюджета и необходимо, чтобы его имя никак не фигурировало в документах. Он подробно объяснял, что зарабатывает на поставках лекарств в Россию. И его собеседники не только не возмущались, но улыбались, поддакивали и обещали войти в положение. Название фильма – это подзаголовок известной книги "Лондонград", которая вышла в 2009 году и стала первым большим исследованием привычек сверхбогатых русских, временно или постоянно живущих в Великобритании.

В Лондоне целые улицы куплены людьми из СНГ

"Британское законодательство, – говорит Наталья Седлецкая, – построено таким образом, что можно приобрести недвижимость не на имя физического лица, а на имя офшорных компаний без указания конечного бенефициара. Это привело к тому, что в Великобритании стало очень много "грязных" денег, которые формируют ее экономику. Огромная часть из этой суммы – это деньги из Российской Федерации. В Лондоне есть целые районы, которые именуются "русскими", где целые улицы куплены людьми из СНГ, в основном из Российской Федерации. Хотя была идея дополнить эту историю несколькими примерами из Нигерии, из других стран, решили остановиться на России".

Финансист Роман Борисович, сыгравший Бориса, ведет кампанию против непрозрачных схем покупки недвижимости в Великобритании. Роман Борисович – один из спонсоров и член наблюдательного совета основанного Алексеем Навальным Фонда борьбы с коррупцией. Вот что он рассказал Радио Свобода:

– Наша цель – добиться, чтобы коррупционеры и люди, которые уходят от налогов, не могли покупать недвижимость в Англии на офшорные компании. В фильме мы доказываем, как легко ворованные деньги проникают в недвижимость Англии через офшорные компании при потворстве агентов по недвижимости.

– У вас не возникло жалости к этим агентам, которые, скорее всего, пострадают после выхода фильма?

Вопрос в ликвидации этой лазейки

– Нет, жалости к ним никакой не было. Было немножечко чувство брезгливости. Мне было неудобно играть вора и преступника, но еще более неудобно слушать, как они соглашаются со мной, кивают, улыбаются, продолжают со мной вести дела. Насчет наказания, – я не думаю, что они получат реальные сроки. Потому что славная английская система правосудия имеет в качестве основного аргумента критерий материальности. Преступление моим героем Борисом не было совершено, деньги он не привез, поэтому о серьезном сроке речь идти не может. В худшем случае, если правосудие будет расследовать и найдет какие-то другие следы преступлений, эти люди могут получить условные сроки. Но фильм не о пяти плохих агентах, которых мы нашли. Нам хотелось показать, что они просто винтики в системе. Системе, которая очень комфортабельно оперирует деньгами неизвестного им происхождения, и даже если они знают о преступном происхождении денег, они все равно продолжают сопровождать такие сделки. Поэтому вопрос не в них, а в ликвидации этой лазейки.

– Тут очень интересный феномен, о котором сейчас много пишут не только политологи, но и философы – это феномен растления свободного общества, когда коррумпированное и очень богатое государство не просто маленьких риелторов за границей растлевает и заставляет их совершать противоправные поступки, но и покупает крупных политиков…

– Абсолютно с вами согласен, это явление не началось с того, что русские, нигерийские, сьерра-леонские и всякие остальные преступники начали приезжать в Лондон со своими шальными деньгами. Это явление идет от так называемых ревущих 90-х, от сумасшедших 2000-х годов, которые изменили морально-этические нормы. То есть это одного поля ягоды с банковским кризисом, с продажей необеспеченных деривативных бумаг, с коррупцией в ФИФА. Проявление того же мы находим в манипулировании ставками ЛИБОР. Это все наследство 90-х и 2000-х в плане искажения морали и нравственности во многих секторах, в банковской сфере, в недвижимости, в политике тоже. Это сплошь и рядом встречалось. И Англия знает своих героев. И Питеру Мандельсону приходилось оправдываться, друг он Дерипаски или как. Это как в "Солярисе": "Здесь с совестью что-то". Так и здесь, здесь морально-этические нормы должны вернуться в то состояние, в котором они были до начала банковского бума.

– Последние экономические события в России как-то сказались на этой ситуации? Богатые русские скупают недвижимость в Лондоне?

– Определенный наплыв и раньше регистрировался, сейчас он относительно увеличивается, но не в разы, конечно. Процентов на 10-15 поднялось количество новых приобретений из бывших стран СНГ, но не больше.

– Довольны ли вы эффектом, который произвел фильм? Ведется ли какое-то расследование и как продвигается кампания, которую вы начали?

Фильм не о пяти плохих агентах, которых мы нашли. Они просто винтики в системе

​– Идут три расследования. Дональд Тун, начальник экономической полиции Англии, выступает в нашем фильме, дает интервью, где откровенно квалифицирует действия этих риелторов как преступления, он начал свое расследование. В то же время начали независимое расследование Национальная ассоциация агентов недвижимости и Королевский институт профессиональных оценщиков. Две эти организации имеют регулирующие роли на рынке, они обе заявили о начале независимых расследований не просто агентов, с которыми мы столкнулись, а деятельности этих фирм. А наша кампания началась в день выхода фильма на экран. В этот же день в парламенте было заявлено воззвание к парламентариям с просьбой поддержать инициативу, которая при достижении значимого интереса от парламентариев дальше попадает в комитет и начинает рассматриваться. Это начало пути к реформам, начало пути к дебатам. Наша задача – изменить законодательство так, чтобы невозможно было инвестировать в недвижимость в Англии через офшорные компании. Более того, мы хотели бы сделать так, чтобы существующие владельцы офшоров, так называемые конечные бенефициары, были заявлены и описаны в кадастре так же, как любые другие владельцы недвижимости в Англии. Начало кампании было успешным. На сегодняшний день 20 парламентариев уже подписались. К сожалению, парламент уходит на каникулы, поэтому сейчас наша задача – собрать как можно больше подписей под этой идеей, начать работу в комитетах. Когда парламентарии вернутся, мы хотели бы устроить в Палате общин показ нашего фильма в среду, когда начинаются вопросы-ответы премьер-министра. Эти дебаты транслируются по Би-би-си и, наверное, это было бы самым главным свершением, после которого, мы надеемся, определенные инструкции будут даны соответствующим ведомствам и комитетам для разработки документации по исправлению создавшейся ситуации. У нас есть четкая программа рекомендаций, которая разработана нашими друзьями-юристами, и мы хотели бы их положить перед каждым парламентарием в сентябре.

– В конечном счете, если ваша кампания увенчается успехом, то коррумпированные россияне, которые уже купили недвижимость на похищенные из госбюджета деньги, окажутся в этом кадастре, и их имена станут известны?

​– В этом и цель нашей кампании, чтобы не только россияне, но и покупатели из Китая, и покупатели из Нигерии, и покупатели из других стран, и покупатели из Англии, которые уходят от налогов, используя офшорные компании, были все зарегистрированы. Более того, мы хотели бы еще изменить закон, чтобы уголовная ответственность предусматривалась для тех, кто будет играть роль подставных владельцев. Мы понимаем, что в некоторых случаях владельцы могут подставить кого-то другого. Нужно изменить законодательство так, чтобы и в этом случае конфискация была так же, как ее предполагает закон для преступно нажитой недвижимости, собственности преступников.

– Это революционная инициатива, и можно представить масштаб противодействия такого рода изменениям в законодательстве. Вы думаете, много шансов на то, что все получится так, как вы задумали?

– Я обнадежен тем, как все это начинается. А более всего я обнадежен ситуацией, которая создалась на рынке недвижимости в Лондоне, когда коренные жители Лондона, молодые люди, работающие в Сити и Ист-энде, не могут себе позволить жить в пределах даже кольцевой. Поэтому для нас фильм является очень важной образовательной ступенью: показать, что этот бум в лондонской недвижимости отчасти подпитывается ворованными деньгами, значит вызвать негодование и гнев этих молодых людей, которые сейчас, посмотрев этот фильм, пишут своим парламентариям, что они возмущены, что они требуют прекратить это. Получая такие письма – одно, второе, третье, – парламентарии понимают общественную важность этой задачи и поддерживают наши идеи. Это тот самый процесс демократии, на который мы очень рассчитываем и который мы хотели всколыхнуть.