Белый дом опубликовал новую Стратегию безопасности США, вторую за время президентства Барака Обамы. 29-страничный документ затрагивает и вопросы кибербезопасности. Так, Стратегия предостерегает, что «опасность подрывной или даже разрушительной кибератаки растет», а в качестве ответных мер рекомендует увеличить инвестиции в цифровой потенциал, сотрудничать с владельцами и операторами критической инфраструктуры, законодательно сопровождать цифровое регулирование, а также способствовать развитию цифровых возможностей остального мира.

Кибербезопасность не входит в число восьми главных стратегических рисков, среди которых катастрофическая атака на страну и критическую инфраструктуру; угроза жизни гражданам США; глобальный экономический кризис; распространение и/или использование оружия массового уничтожения; пандемия инфекционного заболевания; изменение климата; существенный сбой энергетического рынка; риски, связанные со слабыми или т.н. несостоявшимися государствами. Тем не менее, Стратегия несколько раз напрямую обращается к вопросам киберпространства.

Соединенные Штаты помогают формировать международные нормы и правила, в частности, «создавая международный потенциал для подрыва и расследования киберугроз». Не до конца понятно, что в данном случае означает «подрыв». Возможно, речь идет о создании на государственном уровне рычагов судебного преследования и осуждения киберпреступников. Реплика также может относиться к сотрудничеству Агентства национальной безопасности со своими зарубежными коллегами.

В отличие от Стратегии образца 2010 года, нынешний документ отдельно подвергает критике Китай. Соединенные Штаты «примут необходимые меры для защиты нашего бизнеса и сетей от киберворовста торговых секретов для получения коммерческой выгоды – будь то со стороны частного сектора или правительства Китая». Это предложение интересно еще и потому, что США ясно декларируют государственную ответственность по защите частного сектора от кибершпионажа.

Стратегия повторяет утверждение официального Вашингтона о том, что международное право распространяется и на киберпространство: «кибербезопасность требует, чтобы давние нормы международного поведения по защите интеллектуальной собственности, онлайн-свободы и уважения гражданской инфраструктуры — сохранялись».