Сегодня The Insider открывает новую рубрику - Диагноз недели с доктором Бильжо, - в рамках которой известный психиатр беседует с изданием, реагируя на какое-то событие недели, привлекшее его внимание по профессиональным мотивам. Сегодня героем рубрики стал министр культуры Владимир Мединский, которого группа ветеранов-панфиловцев признала почетным членом своей организации, о чем говорится в письме, поступившем в редакцию Газеты.ру: «В год 75-летия массового героизма 28 героев-панфиловцев мы с большим удовлетворением отмечаем, что министр культуры РФ — наш единомышленник и защитник».

Ветераны отмечают, что в последнее время «появились так называемые «историки», которые пытаются переписать историю Великой Отечественной войны, принизить роль великих завоеваний». Накануне также стало известно, что режиссер Андрей Шальопа, снявший фильм «28 панфиловцев», профинансированный Минкультом, получил премию Российского военно-исторического общества «За верность исторической правде».

<Внимание, в связи с бурной реакцией на текст - он дополнен автором, см. внизу страницы! - The Insider>

Мне хочется поздравить Мединского с высокой наградой, он стал 29-м панфиловцем, единственным, кто остался в живых из этой команды, которую возглавлял Панфилов.

Много говорится о том, что нужно разделять мифы и реальную историю. Но проблема в том, что все мы сегодня живем в стране мифов, древних мифов и сегодняшних, связанных с Украиной, с Сирией. Эти мифы и сказки уже можно издавать, как «Легенды и мифы Древней Греции» (моя любимая книга была в детстве). «Легенды и мифы путинской России» - такую книгу я бы тоже почитал.

В психиатрии есть такое понятие, как «мифотворчество»

Но странно, что этим мифотворчеством занимается историк. «Мифотворчество» - это бред у больного, который рассказывает о том, что он видел инопланетян и был в космосе, и что он влияет на мозг своего соседа. Бред пациента отличается от мифов только тем, что если в бред верят все окружающие люди, то он превращается в миф. И в этом смысле мне вспоминаются многие фильмы про Ленина, которые я относительно недавно пересмотрел. Сегодня это дико смешно, потому что исчезла идеологическая оболочка и серьезное отношение к Владимиру Ильичу, и ты, наконец, понимаешь, насколько же это комедийные образы: «Ленин с бревном», «Ленин, принимающий ходоков», «Ленин и Надежда Константиновна Крупская».

Сейчас я расскажу страшную, крамольную вещь, которая взорвет интернет и меня, но, слава богу, я сейчас нахожусь далеко. Я читал историю болезни Зои Космодемьянской, которая хранилась в архиве психиатрической больницы им. П.П. Кащенко. В этой клинике не раз лежала до войны Зоя Космодемьянская, она страдала шизофренией. Об этом знали все психиатры, которые работали в больнице, но потом ее историю болезни изъяли, потому что началась перестройка, стала просачиваться информация, и родственники Космодемьянской стали возмущаться, что это оскорбляет ее память. Когда Зою вывели на эшафот и собирались повесить, она молчала, хранила партизанскую тайну. В психиатрии это называется «мутизмом»: она просто не могла говорить, так как впала в «кататонический ступор с мутизмом», когда человек с трудом двигается, выглядит застывшим и молчит.

Этот синдром был принят за подвиг и молчание Зои Космодемьянской. Хотя, на самом деле, она наверняка была смелой, и для меня как психиатра и человека, который очень сердечно относится к душевнобольным, понимая их страдания, это ничего не меняет. Но историческая правда такова: Зоя Космодемьянская не раз лежала в психиатрической больнице им. П.П. Кащенко и переживала очередной приступ на фоне тяжелого мощного потрясения, связанного с войной. Но это была клиника, а не подвиг давно болевшей шизофренией Зои Космодемьянской.

Хотите верьте, хотите нет, но мы по-прежнему живем в мире мифов, которые стали называться «фейками», и теперь отделить одно от другого очень трудно. А для историков это очень интересная работа, потому что препарировать, отделять миф от исторической правды - увлекательный процесс, в этот момент историки становятся похожими на хирургов.

Мединский, министр культуры, который вручает награды за историческую правду, а на самом деле за мифотворчество, никакой не историк, а вот как раз «29-й панфиловец» и есть.

Ему, на самом деле, глубоко наплевать, и когда он называет мразями тех, кто предает историю нашей великой России, нашей родины, в его глазах я читаю фальшь и вранье. Он пытается пристроиться и уловить общий тренд и, надо сказать, довольно ловко его улавливает и чувствует, как настроено народонаселение нашей страны, как оно хочет гордиться, хотя гордиться последние лет 16 нечем, потому что ничего не создано.

Я могу сказать как апологет ностальгии, который одним из первых начал тосковать по прошлому: когда впереди нет будущего и настоящего тоже, все начинают смотреть назад и бояться правды. Им страшно сказать, кто устанавливал флаг на Рейхстаге, про Зою Космодемьянскую, 28 панфиловцев и Александра Матросова. Хотя если бы сказали правду, что в ней такого? Боятся сказать про битву подо Ржевом, когда конница шла на немецкие пулеметы, и немцы были в шоке и не знали, стрелять им или нет, потому что это было какое-то безумие. Только один из командиров отказался сесть в самолет и улететь, бросив солдат, немцы хоронили его с почестями. Это исторический факт, а никакое не мифотворчество. Почему нужно стесняться своей истории, которая так сложна и наворочена, с черными-серыми-белыми пятнами, как, собственно говоря, и жизнь?

Меня удивляет стойкость и боевитость Мединского, но он руководствуется фразой «лучшая защита - это наступление», и поэтому продолжает отстаивать свою позицию по мифотворчеству, когда историки откровенно говорят ему, что вы занимаетесь не историей. И в этом смысле он похож скорее на врача, который получил диплом, но лечит всех толченым мелом и кирпичом.

И это не метафора - такая история действительно произошла: один человек надел на себя белый халат и вел прием в деревне. У него на одной банке по-латински было написано melius - белый порошок, а на другой cirpicius - красный порошок, и он прописывал ложечку «кирпичиуса» и ложечку «мелиуса». Весь его кабинет был завешен всякими медицинскими таблицами. И, надо сказать, он помогал людям. Я был в комиссии, когда его смотрели психиатры, его не осудили только потому, что он никому не причинил вреда: если он чувствовал, что речь идет о какой-то серьезной патологии, он говорил: «А вам, голубушка или голубчик, нужно обратиться в райцентр к врачу, а «кирпичиус» вам принимать не нужно, и «мелиус» тоже». Кстати, он и денег не брал, получал вознаграждение натуральными продуктами - медом и яйцами.

Так вот Мединский мне напоминает такого «целителя» в белом халате, который торгует, прописывает «мелиус» и «кирпичиус», но, к сожалению, в отличие от того псевдодоктора, настаивает на своем и причиняет большой вред людям, вмешиваясь в их представление о мироустройстве.

ДОПОЛНЕНИЕ:

Думаю отвечать - не отвечать?Несколько слов, пожалуй скажу. Тем, кто размышляет, конечно, самостоятельно.Не тем, кто считает, что победа только его.Я всегда, как сын фронтовика, прошедшего всю Великую Отечественную Войну на Т-34, относился к победе в ней более чем свято.Однако считал, как и мой отец, что войну нельзя романтизировать. Мифы возможны во время войны, но не потом.Война - это трагедия, кровь и грязь. И трупы ,трупы, трупы.Помнить надо, но правду. И только ее!За многими подвигами стояло предательство, трусость и глупостьВысоту часто брали, чтобы отрапортовать. Людей было не жалко.Генералов эвакуировали и они бросали своих солдат.

Теперь про Зою.Я ясно сказал, что ее подвиг остается подвигом, невзирая на то, что она лежала в Кащенко. А это факт. Для меня, как бывшего психиатра, это еще больше, чем подвиг.Болезнь это не недостаток человека.Но это для тех, кто умеет читать. И понимать прочитанное.