+ T -

Поделиться:





Российские либералы собирают чемоданы. Масштабы поражают: по оценкам за время правления Путина уже уехало свыше двух миллионов человек[1], и этот тренд лишь усиливается. Операция «Крымнаш» и ее безоговорочная поддержка российским молчаливым большинством показала остаткам либералов, как «бесконечно далеки они от народа». Следствием стал новый виток эмиграции: молодые и не очень креаклы - бизнесмены, врачи, журналисты - стремятся на Запад, прочь из «немытой России». А на их место приходят мигранты из Средней Азии.

Миграционный тренд столь силен, что примерно каждая вторая колонка колумниста, публикующаяся сегодня в либеральной прессе, как правило, написана им из-за рубежа. Этому печальному тренду посвящены и недавняя статья-интервью Андрея Лошака на Кольте[2] и отчаянная статья Илья Мильштейн на Снобе. Однако в статьях отсутствует противоположная точка зрения. Мы попытаемся заполнить этот пробел, сравнив позиции двух россиян-либералов: «за отъезд» (Мария) и «против отъезда» (Владислав) из России.

М: Владислав, спасибо за приглашение к диалогу. Тема безумно важна для меня и моих сверстников. Грубо говоря, мне сейчас непонятно, моя ли это страна - Россия? Что я тут забыла? Мне вот, как человеку, совмещающему «несвоевременные» профессии журналиста, политолога и социального ученого, не ясно, как реализоваться в России. Вспомним, например, печальную историю РЭШ: Сергей Гуриев с единомышленниками создали прекрасный проект – школу мирового уровня для россиян в социальных науках (которые в России исторически отсутствуют – наследие СССР), добившийся за короткие сроки поразительных успехов. И что? Долго РЭШ просуществовала? Власть щелкнула пальцами – в итоге Гуриев во Франции, боится вернуться в РФ, а РЭШ в состоянии упадка. Зачем все это было?

В: Нет, все не так. Во-первых, сразу же хочу сказать, что я понимаю людей, которые уезжают из России из-за угрозы их жизни и свободе, и никогда не позволю себе ни единого упрека в их адрес. Это касается и С.Гуриева, и Е.Чичваркина, и подозреваемых по «болотному делу», и других…

Что касается С.Гуриева, он все-таки имел в России (пусть кратковременную) возможность самореализации, которой у него нет и не будет во Франции. Во Франции С.Гуриев не создал бы такого университета, как РЭШ, просто потому, что там подобные университеты уже есть. Там нет столь сильной нужды в этом. Поэтому там он был бы обычным ординарным, хотя и очень хорошим, ярким профессором. Но именно здесь, в России он в большей степени реализовался, создал дело всей жизни. И пусть РЭШ просуществовала недолго – ведь был достигнут огромный успех: сотни (или десятки) выпускников с образованием мирового уровня, россияне, поступившие в самые лучшие вузы мира, социальный лифт для многих ребят, которые не могли об этом раньше и мечтать. Ведь лучше так, чем никак ?

Вспомни интервью врачей на «Кольте», которые уезжают из России в Германию за лучшей зарплатой и усовершенствованной мед.аппаратурой. Но ведь врачи нужны не только стране с высокоразвитыми технологиями. Они особенно нужны стране с отсталым образованием, где высокая смертность, и где продолжительность жизни значительно ниже, чем в развитых странах.

М: Ну, допустим, что Россия дает больше возможностей для самореализации в некоторых профессиях. Но ведь это всегда сопровождается безумной головной болью с коррупцией, рейдерством, бюрократией и проч. Ну, в бизнесе к примеру. Был супер-успешный Чичваркин со своей Евросетью. Но ведь этот самый успех и привел его к краху. Уголовка, вынужденное бегство и проч. Эта кратковременная самореализация не покрывает ущерба от рисков, которые в России повсюду. И ужас и ирония в том, что чем ты успешнее, чем лучше ты работаешь – тем большая тебе угрожает опасность. Потому что обязательно где-то найдется тот чиновник, который позавидует твоему успеху и накажет. И если он отберет и уничтожит твой бизнес – это будет еще не худший сценарий.

В: Согласен, это правда. Но надо понимать, что в нашей очень непростой стране недостаточно просто хорошо работать. Нужно еще быть активным гражданином, тратить время на гражданские и общественные дела. Быть наблюдателями на выборах, членами избирательных комиссий, волонтерами, помогать, работать в штабах оппозиционных политиков, заниматься просветительством. Просто потому, что страна находится в тяжелой ситуации. Кстати, поэтому те, кто говорит, что борется с режимом, просто занимаясь своим бизнесом,- лукавят. Они с режимом не борются. Если бы такие люди, как Е.Чичваркин, активнее боролись с системой, живя в России, а не занимали лояльную к режиму позицию (тем самым поддерживая Путина), нам бы сейчас не было так туго.

М: Да что реально эти люди могли сделать?? Нас же - меньшинство.

В: Те, кто уезжают,- это активные люди. Именно они недовольны ситуацией в стране, и могли бы что-то поменять. Уехавшие ребята – это все потерянные голоса и ноги (цитируя «Голос и выход» Хиршмана). Если бы они не уехали или были бы активнее, на Болотную выходили бы не 50-100 тысяч, а 300 тысяч, наблюдатели закрыли бы больше участков на выборах, было бы меньше фальсификаций, у оппозиции было бы больше сторонников, А.Навальный бы мог стать мэром (как минимум, дойти до второго тура). Москва была бы немного другой. А значит, и мы бы жили в другой стране.

Так, на московских выборах 2013 года фальсификации были именно на тех участках, которые не были закрыты наблюдателями А.Навального. Дмитрий Орешкин писал, что Кремль может сфальсифицировать не более 10-15% бюллетеней, и будь наши наблюдатели на всех участках, второй тур был вполне реален.

М: А ты уверен, что уезжают именно активные люди? Из моих уехавших знакомых многие никогда не участвовали в волонтерской деятельности. Для них ценность собственного комфорта дороже поисков смысла жизни и абстрактных социальных целей. С самого начала они считали, что «эту страну не изменить», просто сейчас приперло настолько, что они решили уезжать.

В: Ты говоришь, что они даже не пытались «изменить страну»? Почему они считают, что не могут изменить страну? Откуда они ЭТО знают, если они даже не пробовали? Тогда аргумент «эту страну не поменять» не работает.

М: Разве кто-то обязал их морально «бороться за свою страну»? А почему они просто не могут хотеть жить в лучшем, более развитом мире с лучшим качеством жизни? «Рыба ищет, где глубже, а человек – где лучше». Это же естественно. Человек не хочет трястись за свою жизнь, боясь полиции больше, чем преступников. Он хочет получать качественное мед.обслуживание, и более высокую зарплату. И прочее.

В: Конечно, могут. Но для меня их отъезд - некое предательство по отношению к тем, кто остается в стране. Они как бы отказываются нести свою ношу и перекладывают ее на плечи других, тех, кто остаются. И эта ноша может, в итоге, оказаться непосильной для остающихся. Т.е. эта позиция у меня уважения не вызывает. Напротив, огромное уважение вызывают А.Навальный и его команда – люди, которые своим примером доказывают, что эту страну можно менять. Даже в тяжелейших условиях.

М: А разве у человека есть какие-либо моральные обязательства по отношению к своей стране? Мы же не в СССР живем с моральным кодексом строителя коммунизма! Перед кем эти обязательства? Эти аргументы, что «эта страна дала тебе образование, и ты теперь должен быть ей всегда благодарен» - это же социалистическое, советское вранье. Это образование мне дали не абстрактная «страна», а мои родители, они всю жизнь платили государству налоги, на которые я получала образование (причем, далеко не самое лучшее). Вот США мне действительно дает отличное образование и бесплатное.

В: Да, я считаю, у нас, россиян есть обязательства. Но не к какой-то абстрактной «стране» или «березкам и кокошникам», а к тем людям, которые тут живут. Не только к единомышленникам, а ко всем. Ведь если ваш близкий родственник болен, вы не бросите его одного, а будете стараться вылечить? Даже если он не понимает, что болен, а уверен, что здоров?

На мой взгляд, не чувствовать ничего к своей стране, своей альма-матер – это безответственно. Ведь даже в США бывшие выпускники отдают в эндаумент университета деньги в благодарность и поддержку. От них это ожидается обществом. Многие бизнесмены в США занимаются благотворительностью. Опять же, это не юридическое требование, а ожидание общества.

И в христианстве есть сходное понятие десятины. Применительно к нашему разговору, я понимаю это так: хотя бы десятую часть своего времени поработай не на себя, а на других. Хотя бы десятую часть своего времени подумай не о себе, а о других. На этом взаимообмене строится любое общество: не надо жаловаться, что в России нет нации, если мы сами ее бросаем и ничего не отдаем взамен.

М: А искренен ли ты тут? Может быть, ты просто оправдываешь свою инертность, неспособность (по личным или материальным причинам) уехать?

В: Возможно. Но я задам тебе встречный вопрос. А что ты будешь делать, если США тебя тоже перестанет устраивать? По чисто идеологическим соображениям, например? Вдруг там какой-то отчаянный социалист придет к власти? Ты тогда будешь валить из США в Европу? А из Европы куда? Так и будешь скакать по всему свету в поисках лучшей жизни?

М: А как вообще жить в стране, когда тебе каждый посторонний человек говорит, «не нравится - вали отсюда»? Когда путинское большинство прозомбировано Крымом и медиа-пропагандой? Они меня не хотят и отторгают, я – их.

В: Увы, только не обращая внимания на их слова. «Делай, что должно, и будь, что будет». Еще раз повторю, я понимаю отъезд тех людей, для которых в России существует угроза жизни и свободе, которым угрожает тюрьма в прямом смысле слова… Но надо сказать, что таких пока в России не очень много. Все другие причины, на мой взгляд, неубедительны.

Заканчивая наш диалог, я бы обратился к уехавшим и к тем, кто собирается уезжать -возвращайтесь! Нам без вас плохо! Вы здесь, в России нужны.

[1] http://maxpark.com/community/1190/content/2158239

[2] http://www.colta.ru/articles/society/3404