В 2013–2014 гг. Сахалин стал «бельмом на глазу» на фоне тяжелого состояния бюджетов подавляющего большинства российских регионов. Доходы консолидированного бюджета Сахалина за 2013–2014 гг. выросли на 63% (с 95 млрд до 155 млрд руб.), налог на прибыль – в 2,3 раза (с 37 млрд до 86 млрд руб.). Область купалась в деньгах и не могла их быстро потратить. В результате к концу ноября 2014 г. профицит бюджета Сахалина достиг 45 млрд руб. Это самый большой профицит среди регионов. Для сравнения: в Москве на конец ноября он составлял 39 млрд руб., в Московской области – 30 млрд, в Санкт-Петербурге – 28 млрд, в Тюменской области – 25 млрд, в нефтегазовых автономных округах – 20–21 млрд. Затем наступил декабрь, самый расходный месяц для регионов: им нужно отчитываться о повышении заработной платы бюджетникам, оплачивать госконтракты и т. д. Именно в декабре профицитность бюджетов съедается, весь вопрос – насколько. Москва по итогам года получила дефицит (-54 млрд руб.), за месяц было съедено 93 млрд руб., ушли также в минус Санкт-Петербург (-14,5 млрд) и Московская область (-2 млрд). Но им можно: губернаторы – политические тяжеловесы, близки к федеральной власти. Кроме того, в этих регионах огромное население, большие расходы бюджетов и их резкий рост в декабре можно как-то объяснить. Тюменская область разумно сохранила профицит (7 млрд руб.), как и ее автономные округа (2–7 млрд). Сахалинская осталась в значительном профиците (23 млрд руб.), но при всего полумиллионном населении двукратное сжатие профицита – ведь рента огромная – говорит о масштабных расходах. Насколько эти расходы правомочны – судить прокуратуре и Счетной палате, но такое поведение типично для всех богатых регионов, да и не только богатых, – а под раздачу попал только губернатор Сахалина.