Как стало известно “Ъ”, один из лидеров запрещенной в России организации «Исламское государство» (ИГ) Тоджиддин Назаров (Абу-Усама Нораки), дистанционно организовавший и лично контролировавший в режиме онлайн террористические атаки в Швеции и Таджикистане, готовил и две подобные акции в Москве. Нораки приказал своим подручным взорвать сначала военнослужащих у штаб-квартиры ГРУ на Хорошевском шоссе, затем — пассажиров железной дороги, но в обоих случаях готовивших теракты успели вычислить и задержать сотрудники ФСБ. При этом сам Нораки пока недоступен для спецслужбы.

По данным участников расследования, первая террористическая бригада Нораки в Москве сформировалась вообще без его участия. Ее весной 2016 года создал перебравшийся в Россию рабочий-строитель из Таджикистана Мусалим Бабаев. Он «самостоятельно изучал ислам по интернету», посещал форумы и сайты находящихся в Сирии приверженцев радикальных форм религии и в итоге, как отмечало позже следствие, сформировал в своем сознании «положительное отношение к идеологии насилия», «проникся чувством религиозного и идеологического единства» с воюющими на стороне ИГ боевиками.

Посещая мечети в столице и подмосковной Яхроме, экстремист подобрал себе единомышленников, среди которых оказались этнические таджики, уроженцы Дагестана, армянин и русский, из которых сформировал некое подобие джамаата.

На собраниях ячейки, происходящих в квартире Бабаева на Суздальской улице Москвы, ее члены в основном просматривали и обсуждали видеоролики, распространяемые лидерами ИГ через интернет. «Карты памяти изъятых у них смартфонов оказались заполнены кадрами расстрелов, подрывов и казней,— рассказал “Ъ” один из участников расследования.— Как можно было целыми днями рассматривать такое, даже представить сложно». Радикалы поставили перед собой задачу вступить в ряды действующих в Сирии боевиков и даже придумали себе конспиративные мусульманские имена — Мухаммад, Абу-Халид, Исрафил, но дальше разговоров дело не шло. Для поездки требовались деньги, а кроме того, лидер ячейки утверждал, что в ИГ берут лишь тех, кто «громко заявит о себе».

По данным следствия, главарь планировал сначала напасть на полицейский патруль и с помощью отобранного оружия добыть средства для поездки. Затем заговорил о совершении терактов в аэропорту, но все предложения Бабаева были отвергнуты сообщниками как слишком опасные и трудновыполнимые. В итоге ячейка оставалась в автономном и, по сути, спящем режиме до тех пор, пока летом 2016 года к ней не присоединился еще один строитель из Таджикистана — Наим Махмадалиев, c которым экстремисты случайно познакомились в чайхане.

В отличие от Бабаева, Махмадалиев не просто изучал видеоролики ИГ, а поддерживал контакты через мессенджер Telegram и мобильное приложение Zello, позволяющее использовать смартфон в режиме рации, с одним из лидеров этой организации Тоджиддином Назаровым (Абу-Усамой Нораки).

Нораки к тому времени уже знал, что Махмадалиев живет в бытовке на стройплощадке возле Хорошевского шоссе Москвы, а мимо его стройки регулярно проезжают военные грузовики с солдатами-срочниками. Военные, по словам Махмадалиева, несли службу в расположенной здесь же, на Хорошевском шоссе, штаб-квартире ГРУ, и его куратор из ИГ наметил грузовики в качестве перспективного объекта атаки. Узнав, что его подопечный заручился поддержкой еще семерых сочувствующих, Нораки дал команду активировать спящую ячейку, пообещав всем ее членам средства на проезд в Сирию и свои личные рекомендации для вступления в ИГ.

Тоджиддин Назаров дал Махмадалиеву ссылки на распространенные им же и переведенные на английский, французский, русский и несколько языков бывших народов СССР видеоинструкции по изготовлению из подручных материалов «фирменного» детонирующего состава ИГ на основе трипероксида ацетона. От того же заграничного партнера Махмадалиев получил другую интернет-ссылку — на так называемый исполнительно-предохранительный механизм с пультом дальнего радиуса действия, продающийся на китайской торговой площадке Aliexpress для моделистов-любителей и используемый ближневосточными террористами в цепи дистанционного радиоуправления бомбами. Монтажная электросхема всей конструкции опять же прилагалась.

Стоит отметить, что идею дистанционного подрыва военных участники подполья одобрили единогласно. Бабаев заказал и оплатил покупку на Aliexpress, указав для доставки свой домашний адрес. Деньги на заказ — 2400 руб.— московскому «амиру», правда, пришлось занимать у формально подчиненного ему Махмадалиева. Остальные боевики, получив от автора проекта рукописный перечень необходимых для изготовления бомбы компонентов, поехали на рынок «Садовод» за покупками. Однако собрать СВУ им не дали: 6 сентября 2016 года ячейка Мусалима Бабаева в полном составе была задержана.

По данным близкого к расследованию источника “Ъ”, сотрудники ФСБ негласно наблюдали за опасной группой еще с момента ее формирования, однако брать боевиков не торопились, рассчитывая через них выйти на ближневосточного организатора.

Когда же в ячейке зашла речь о получении крайне нестабильного, опасного в обращении и непригодного для длительного хранения взрывателя на основе трипероксида ацетона, злоумышленников пришлось задержать в экстренном порядке.

Пока боевики Мусалима Бабаева давали показания на предварительном следствии и раскаивались в содеянном, Абу-Усама Нораки успел все так же дистанционно — через Telegram и Zello — сформировать в столичном регионе еще одну диверсионно-террористическую бригаду ИГ. Как уже сообщал “Ъ”, в нее вошли живущие и работающие в Москве земляки организатора: продавец обуви Бахтиер Махмудов, разнорабочий Зафархон Рахматов и врач Руслан Баширов.

Нораки снял для них через посредников квартиру в поселке санатория имени Герцена в Одинцовском районе Подмосковья, обеспечил банду двумя автоматами АКС-74, гранатами и патронами. По видеоинструкциям «амира» один из боевиков изготовил две мощные бомбы, к которым оставалось присоединить только электроцепи с замыкателями и детонаторы. Весь этот арсенал террористам было приказано использовать 12 декабря 2017 года, в День Конституции. По замыслу Нораки бригада должна была взорвать одновременно пассажиров поезда на Московском центральном кольце и покупателей торгового центра «Эдельвейс» в подмосковной Балашихе. Выживших после взрывов боевики собирались добить гранатами и автоматными очередями, однако накануне праздника ФСБ удалось нейтрализовать и эту ячейку (см. “Ъ” от 12 февраля). Все заговорщики по приговору Московского окружного военного суда получили сроки от 14 до 19 лет. Члены группы Бабаева успели даже обжаловать вынесенное решение в Верховном суде, который, впрочем, их доводы отверг.

Абу-Усама Нораки успел за это время подготовить и реализовать по крайней мере две крупные террористические атаки в других странах. В апреле 2017 года он вышел на виртуальный контакт со своим постоянно живущим в Швеции земляком Рахматом Акиловым и убедил его раздавить грузовым автомобилем толпу отдыхающих в центре Стокгольма. Во время наезда Акилов, убивший в итоге пять и покалечивший еще 15 человек, поддерживал постоянную связь со своим вдохновителем, отправлял ему в режиме онлайн видеокадры мчащегося через городскую площадь фургона, а перед тем как на него надели наручники, сказал полицейским: «Все прошло хорошо. Мой амир доволен».

В июле прошлого года Нораки дистанционно удалось завербовать группу из семи своих земляков в возрасте от 15 до 22 лет, уроженцев таджикского города Нурека (Норак в местном варианте). Наслушавшись речей «авторитетного» соседа, те сели в джип и, разогнавшись на автодороге в Дангаринском районе, снесли под откос группу путешествующих на велосипедах иностранцев. Затем остановились, вышли из внедорожника и стали добивать раненых ножами. Четверо граждан США, Швейцарии и Голландии в результате этой акции погибли, еще трое туристов получили тяжелые травмы и ранения. ИГ затем взяла на себя ответственность за нападение, а ее нурекская ячейка почти в полном составе самоликвидировалась: боевики бросились с ножами на полицейских, которые попытались их задержать, и вынудили таким образом стражей порядка открыть огонь на поражение.

При этом до самого Назарова спецслужбы так и не добрались. По некоторым данным, сейчас он проживает в иракском Мосуле.

Сергей Машкин