Москва, , 23:44 — REGNUM Руководство Калужского онкологического диспансера призналось в отсутствии необходимого оборудования для качественной диагностики — такой вывод сделал корреспондент ИА REGNUM после встречи с заместителем главного врача этого заведения Игорем Кудрявцевым.

Как сообщало ИА REGNUM, врачи Калужского онкологического диспансера не заметили у находящегося на учете 42-летнего пациента Павла Б. прогрессирующую опухоль кишечника. На его настоятельные просьбы о тщательном обследовании, так как он чувствует дискомфорт, лечащий врач ответил, что в этом «нет необходимости». Павел Б., чувствуя, как с каждым днем уходят силы, настоятельно просил калужских врачей направить его на дополнительные анализы, взять материал для проведения биопсии, чтобы исключить наличие рецидива — ему было отказано в этом с формулировкой: «все нормально, приходите в феврале». Во время посещения Федерального онкологического центра имени Н. Блохина в Москве специалисты обнаружили опухоль, которая из-за упущенного времени была уже неоперабельна. Химиотерапия также была исключена в силу крайне слабого состояния Павла Б. 15 февраля, в день своего 43-летия, пациент умер. У него осталось две несовершеннолетних дочери.

Заместитель главного врача Калужского областного онкодиспансера Игорь Кудрявцев заявил на встрече с корреспондентом ИА REGNUM, что у пациента была диагностирована в 2013 году третья стадия рака желудка и что с таким диагнозом вообще ждать позитивного развития событий не приходится: все-равно бы умер. Хирург Федерального онкологического центра имени Блохина, оперировавший Павла Б. в 2013 году, профессор С. Меликов так прокомментировал заявление калужского врача: «В онкологии вообще нет такого понятия, как „стопроцентная смертность“. Есть понятие „пятилетняя выживаемость“, и при такой стадии она, конечно, не высокая. Но все-таки составляет 15 процентов. Шанс, пусть и низкий, у пациента был».

На вопрос корреспондента ИА REGNUM, почему врачи калужского онкологического диспансера, начиная с октября по декабрь 2014 года, несмотря на жалобы пациента о непроходимости пищи, снижение веса, слабость и другие симптомы, не приняли никаких мер, а предлагали ему таблетки от тошноты и смену диеты, Игорь Кудрявцев пояснил следующее: «Такие симптомы могут быть и при наличии онкологического рецидива и без этого. Наши обследования не показывали наличия новых злокачественных образований, раковых клеток. Мы их не увидели. А потому оснований беспокоиться и дополнительно его куда-то направлять у нас не было. Мы действуем по инструкции, по схеме, которая нам предписана». Присутствовавшая на встрече коллега Кудрявцева пояснила, что существует аппаратура, которая могла бы дать однозначный ответ: есть рецидив или нет. Но ее нет в Калужском онкологическом диспансере. Под нее только начато строительство отдельного комплекса. Иными словами, калужские врачи, зная, что подобные симптомы могут быть не только при нормальном развитии процесса, но и при патологии, не предприняли никаких мер для того, чтобы исключить неблагоприятный вариант. Отказали пациенту в его законных требованиях более тщательного обследования, не направили к более компетентным специалистам. То есть проявили полную профессиональную безответственность, прикрываясь казенными инструкциями.

И, наконец, во время последнего посещения Калужского онкологического центра Павлом Б., за месяц до смерти, молодой врач, к которому он пришел на прием вместе с женой и тещей заявил: «Ты все равно умрешь. С этим шансов нет. Сейчас тебе нужны только обезболивающие». На вопрос корреспондента ИА REGNUM, нормальным ли руководство диспансера считает поведение представителя «самой гуманной профессии», Игорь Кудрявцев достал очередную инструкцию Минздрава и законодательный сборник, процитировав, что врач должен в мягкой форме сообщить больному его реальное состояние.

Московский хирург-онколог с 25-летним стажем работы так прокомментировал заявление Кудрявцева: «Сколько человек проживет — знает только Господь Бог. Есть случаи, когда люди отказывались от лечения, уходили, а потом лет через 10 приезжали поздравить с Новым годом лечащего врача, который умер к тому времени. Недопустимо заявлять больному — „вы умрете“. Человек может психологически сломаться, а для выздоровления нужна воля и настрой. И инструкции здесь не при чем. Есть еще гуманность и профессиональная совесть. Или нет». Впрочем, об уровне кадрового обеспечения Калужского онкологического диспансера говорит тот факт, что сам И.Кудрявцев появился в Калуге только в 2011 году, по Программе переселения соотечественников. А местные профессиональные кадры давно сбежали от нищенской зарплаты в Москву.

А теперь слово юристу. Вот как прокомментировал позицию руководства Калужского онкологического диспансера коллега Павла Б. по работе в УВД Калужской области, а ныне — известный адвокат Андрей Мучкин: «Вчера схоронили друга. Ушел человек, положивший годы на работу в подразделении по борьбе с экономической преступностью. Руководил отделом по борьбе с коррупцией. Мужики, служившие под его руководством, выросли. Один работает в МВД РФ, второй до недавнего времени занимал должность заместителя начальника областного подразделения по борьбе с экономической преступностью, третий отстаивает в судах права Сбербанка, несколько служат в других органах правопорядка. Павел Б. служил в то время, когда вместо врачей и учителей начали ловить реальных, именитых коррупционеров, и у него и его команды это прекрасно получалось. Был в Чечне. И вот похороны. Что касается аргументов заместителя главного врача Калужского онкологического диспансера Игоря Кудрявцева, то хочу сказать следующее. Почему врачи, к которым в течение трех месяцев обращался Павел Б., зная, что такие симптомы могут свидетельствовать о наличии рецидива; зная, что т.н. маркеры не всегда показывают реальную картину, не предприняли мер для исключения именно не благоприятного варианта? Почему проигнорировали его просьбу взять биопсию? Другие просьбы? Сделать дополнительные обследования? Даже в направлении на анализы отказали, и он их сдавал в начале января в коммерческой клинике. Налицо нарушение прав человека на получение медицинской помощи. Больного человека, который их просил. Почему не предложили показаться другим специалистам, если сами ничего не видят? Павел смеялся, что врач, проводившая УЗИ в этой клинике, постоянно искала у него удаленную вместе с желудком селезенку, хотя перед ней лежала история болезни. Может, она и рецидив также искала не в том месте? И почему честно не сказали, что в клинике нет необходимой аппаратуры? Это преступная халатность. Для подобных действий предусмотрена юридическая ответственность — статья 293 Уголовного кодекса Российской Федерации».

Родственники Павла Б. в ближайшие дни обратятся с заявлением в правоохранительные органы по факту преступной халатности. Соответствующие обращения направлены в Роспотребнадзор и Росздравнадзор. Подключены российские правозащитные организации. Сегодня же корреспондент ИА REGNUM встретился с Уполномоченным по правам человека по Калужской области Юрием Зельниковым, который готов взять расследование данной истории под контроль.

Что касается отсутствия необходимой аппаратуры в Калужском онкологическом центре, то это не удивительно. Как сообщало ранее ИА REGNUM, на сайте Арбитражного суда Калужской области помещена информация об иске, поданном ЗАО «МСМ-Медимпэкс» из подмосковного Королёва к Министерству здравоохранения Калужской области. Сумма иска — почти 154 млн рублей. Заседание суда назначено на 12 марта 2015 года. В 2014 году Калужская область объявила конкурс на поставку радиотерапевтической системы в рамках реализации мероприятий, направленных на совершенствование медицинской помощи больным с онкологическими заболеваниями. Конкурс, проведенный в сентябре, выиграла инжиниринговая компания «МСМ-Медимпэкс». Согласно заключенному контракту, фирма обязалась в течение 90 дней поставить оборудование и смонтировать его, а также обучить калужских специалистов работе на этом оборудовании. Начальная цена контракта, определенная заказчиком, — 148,5 млн рублей. Как пишет об этой конфликтной истории интернет-ресурс ikaluga.com, заказчик оборудования — областной Минздрав и его глава Елена Разумеева. О ситуации в системе здравоохранения известно губернатору Анатолию Артамонову. Чиновники из его администрации приходили на совещания с представителями компании-исполнителя. Руководство области отмечает, что это не единственный случай, но заверяет, что «всем все отдадим, это вопрос времени и связано с общей ситуацией в стране».