В. Бойко― 16.07 в столице. С нами в студии Евгения Альбац, главный редактор журнала «The New Times». Этот час дневного эфира мы специально выделили для разговора о трагических событиях в Москве, которые не сходят с лент новостей. В три часа пришло сообщение Интерфакса о том, что председатель РПР-Парнас Михаил Касьянов поддерживает идею парламентского расследования убийства Бориса Немцова. С такой инициативой выступил депутат ГД «Справедливой России» Дмитрий Гудков. «Все, разумеется, понимают, что сегодня представляет ГД, — сказал Касьянов, написал он это в своем ЖЖ, — тем не менее, я поддерживаю попытку задействовать все возможные механизмы принуждения власти провести реальное тщательное расследование этого зловещего преступления». Это я цитирую по Интерфаксу. Евгения Марковна, с вашей точки зрения парламент может какую-то реальную помощь в данном случае оказать в выявлении преступников, заказчиков, организаторов.

Е. Альбац― Парламента у нас нет, этот институт уничтожен. То, что имеется на Охотном ряду, конечно, это сборище крикунов ничего не может и ничего не сделает. Когда мы начали читать о парламентском расследовании, я подумала, что в ГД есть один человек — Дмитрий Гудков, который в принципе чего-то может сделать. Это, во-первых, во-вторых, конечно, это, прежде всего, дело правоохранительных органов — найти тех, кто заказал и исполнил убийство Бориса Ефимовича Немцова.

В. Бойко― Относительно официального следствия и следственных органов. Есть два мнения, что развитие расследования будет развиваться условно по сценарию Листьева. То есть 20 лет и никаких результатов. Или что это будет условно расследование по сценарию убийства Политковской. То есть все-таки суд, пусть противоречивый какой-то…

Е. Альбац― Шесть лет, правильно я помню?

В. Бойко― Да, по сценарию убийства Политковской, то есть суд с какими-то противоречивыми, но результатами. С вашей точки зрения в данном случае мы что увидим? На что можно рассчитывать?

Е.Альбац: Это говорит о низкой квалификации правоохранителей, если спецслужбы не были сами исполнители и заказчики

Е. Альбац― Вы знаете, я бы на месте власти, прежде всего, на месте президента приложила бы максимум усилий, чтобы раскрыть это преступление. Не только потому, что убит известный федеральный политик, бывший первый вице-премьер правительства РФ, и депутат ГД нескольких созывов. И действующий депутат Ярославской думы сейчас. И губернатор на протяжении семи лет Нижнего Новгорода. Но и потому что мы наблюдали последние годы, какие колоссальные вливания бюджета были сделаны в российские так называемые правоохранительные органы. И в ФСБ в первую очередь, где зарплаты совершенно заоблачные. И в полицию, и во все остальные так называемые правоохранительные структуры. И после всего этого то, что произошло на Москворецком мосту в 100 метрах от Кремля, когда семь или шесть, кто-то говорит шесть выстрелов, кто-то говорит семь без глушителя и потом проходит несколько дней и вообще ничего, это смеху подобно. Это говорит о чрезвычайно низкой квалификации наших правоохранителей, если, конечно, спецслужбы не были сами и исполнители, и заказчики и выступали в качестве прикрытия.

О. Чиж― Эта история про участие каких-то совершенно государственных структур в этом преступлении, она стала тоже камнем преткновения. Уже вышло некоторое количество текстов, много чего было сказано и есть две точки зрения. Одна, так или иначе, сводится к тому, что здесь есть коллективное зло, зло, воспитанное последними годами, зло, эволюционировавшее на событиях на востоке Украины последнего года. Зло, для которого было снято, скажем так с молчаливого участия государства эмбарго на выстрел. И есть, например, позиция Алексея Навального, которую он выразил в своем блоге во вторник. И первый же пункт в этом тексте такой: «Я считаю, что Немцов был убит участниками правительственной (спецслужбы) или проправительственной организацией по приказу политического руководства страны (включая Владимира Путина). Вопрос лишь в том, как был сформулирован этот приказ. Вы должны убить Немцова или вы должны провести громкую резонансную акцию». Из этих двух точек зрения какая имеет больше шансов на реальность?

Е. Альбац― Вы знаете, мы помним, что когда убили Аню Политковскую, ее убили в день рождения Путина. И говорили о том, что это такой был подарок Путину ко дню рождения. Бориса Немцова убили в день официально объявленного праздника «вежливых людей». И можно представить себе, что это тоже кому-то какой-то подарок. Я вполне представляю ситуацию, когда тот же Путин на каком-нибудь узком совещании силовиков говорит что-нибудь вроде того, что как надоел этот Немцов. Вот надоел. Опять какое-то расследование или еще что-то и опять он, ко всему прочему он занимается расследованием, какое оружие Россия поставляла на Украину, какое участие российская армия принимала на Украине. Как он надоел. Я вполне могу себе представить, что это услышали люди, которые любят бежать впереди поезда и уж точно услужить начальнику. Все остальное уже детали. Но то, что машина с убийцей ехала по пустой ночной Москве и то нам рассказывают, что она затерялась в потоке на Большой Дмитровке. Какой поток. 12 часов ночи. О чем вообще это все. Понимаете, говорит о двух вещах. Первая – что у этих людей в руках могли быть ксивы, которые можно было показать из машины и машину никто не останавливал и второе – о чудовищной абсолютно квалификации российских правоохранителей. Чудовищной совершенно. Потому что убийство произошло в самом центре Москвы, это была демонстрация, демонстрационное убийство абсолютно. Там не только камер натыкано, там людей в штатском и погонах и каких угодно, попытайтесь сделать какую-нибудь съемку на Москворецком мосту. К вам тут же подойдет человек. И дальше и на Болотной, и если они разворачивались под Большим Каменным мостом и так далее, там такое количество всего. Всех этих ребят, которым платят феерические зарплаты, их начальникам просто зарплаты, которых в Европе не получают силовики, те зарплаты, которые получают наши силовики. И после того они ничего не могут. Просто ничего не могут. Поэтому строить версии можно всякие разные, я не верю, что это сделали какие-то просто отморозки. Не верю в это. Или, во всяком случае, то, как была организована слежка за Борисом, как менялись машины, во всяком случае, то, что мы пока знаем. Другой вопрос, что возможно следствие знает что-то, что они совершенно сознательно не пускают в прессу. Или как у нас на сайте бывший следователь СК Довгий говорит, что, скорее всего, выпускается какая-то информация, которая должна, дает ложный след.

В. Бойко― Дезориентирует.

Е.Альбац: Кто-то захотел сделать подарок хозяину, зная, как он не любил Немцова

Е. Альбац― Для заказчиков. Всякое может быть. Но я не верю в эти простые какие-то варианты, какие-то отморозки приехали откуда-то с Донбасса и замечательно так точно стреляли, пуля попала прямо в сердце, работали абсолютные профессионалы. Очевидно, стреляли из боевого оружия. И так далее. Я хотела бы, мы вспомнили о ГД, а я хочу сказать, что я совершенно была потрясена отношением тех, кто называет себя политиками, к похоронам Бориса Немцова. Можно любить или не любить Немцова, можно его ненавидеть, но нормальный политик обязательно придет на похороны, пусть даже врага. Это уважение к федеральному политику, к бывшему члену правительства, к человеку, который возглавлял губернию на протяжении семи лет. И вывел Горький, который был нищий город, из этой страшной нищеты, построил там дороги, храмы, построил больницы. Туда приезжали все, я сама у Бориса была, когда, по-моему, был 1995 или 1996 год, когда к нему приезжали Вишневская и Ростропович. Ростропович играл в знаменитой горьковской филармонии. И ни один, ни Зюганов, ни Жириновский, ни Миронов, никто из лидеров политических партий, которые представлены в ГД ни «единороссы», это поразительное совершенно отношение. Это так говорит о них, что они никакие не политики. Никакие не политики. Это абсолютно такие мелкие чиновники, которые совершенно неспособны понимать, что даже врага надо уметь проводить достойно. И конечно, то, что там не было, что не нашли возможности приехать ни гарант прав и свобод всех россиян, которого зовут Путин Владимир Владимирович, по Конституции именно этим он прежде всего должен заниматься на посту президента РФ. Ни премьер-министр Медведев не приехал. К человеку, который был первым вице-премьером российского правительства и министром нефти и газа. Прислали пресс-секретаря Тимакову, Приходько и вице-премьера Дворковича. А на похоронах в Сахаровском центре выступал представитель президента в ГД господин Минх. Это такая мелочность, настолько недостойное поведение для федеральных политиков, ну не политики, вот это говорит о них, прежде всего, что они не политики. Что они не понимают, насколько для них самих важно было придти и склонить голову перед политиком, который был так страшно убит.

В. Бойко― Один из наших слушателей отмечает, что прощаться с ним из ГД от власти никто не пришел, это трусость и лизоблюдство. Есть ли там еще…

Е. Альбац― Это глупость Кремля, прежде всего, который как мы знаем, по щелчку того же самого Володина все эти ребята бегут, куда им прикажут. Вот почему неглупому человеку Володину не пришло в голову щелкнуть и сказать, ну-ка бегом туда в Сахаровский центр, покажите тем тысячам людей, которые там стояли в очереди, покажите, что вы тоже пришли. Может быть, там были и их избиратели. Ничтожества. Вот абсолютные ничтожества.

В. Бойко― Что касается отсутствия Владимира Путина на траурной церемонии. Были мнения, что, может быть, и правильно он сделал, что не приехал, потому что там было бы ФСО и все бы начали его за это…

Е.Альбац: У этих людей в руках могли быть ксивы, которые можно было показать из машины и машину никто не останавливал

Е. Альбац― Он обязан был приехать. Не правильно или неправильно, он обязан был приехать. А уж как бы там сработало ФСО, на то они и профессионалы. Чтобы и его защитить и при этом не помешать похоронам. Он обязан был приехать. Обязан был поцеловать руку Дине Яковлевне, матери Бориса. Это его прямая обязанность. Как человека, который является гарантом прав и свобод всех россиян. И в том числе россиянина Бориса Ефимовича Немцова. Не мог приехать в Сахаровский центр, мог приехать на Троекуровское кладбище, где значительно было, хотя и много было людей, уж там легко ему обеспечивали бы все. Не проблема. Это вопрос исключительно профессионализма его охраны. Вообще не разговор.

В. Бойко― Наверное, стоит вспомнить, что неоднократно многотысячные мероприятия различные, на которых Владимир Путин присутствовал и присутствовали одновременно другие люди.

О. Чиж― Вообще, если говорить про реакцию главы государства и если исходить из версии, что на каком-то совещании была такая опосредованно высказанная мысль, которую кто-то, побежав впереди паровоза, решил исполнить. Вам не кажется, что сейчас в первую очередь в руководстве должны просто вздрогнуть. Потому что сейчас исполнена одна такая мысль, а завтра человек, который организовывал убийство, развернется в другую сторону и посчитает возможным додумать еще что-то. Что такой человек опасен, прежде всего, для…

Е. Альбац― Я хочу быть точно понятой. Я совершенно не говорю, что Путин дал указание убить Немцова. Я еще раз напоминаю, что кто-то захотел сделать подарок хозяину, зная, как он не любил Немцова. И о том, что он не любит Немцова, Путин говорил публично. На самом деле мне кажется, что было важно, что вчера, наконец, на совещании силовиков Путин сказал о позорном факте политического убийства Бориса Немцова. Это важная история, что он признал, что это политическое убийство, и что это позор для страны то, что произошло.

В. Бойко― И сказал это в лицо членам коллегии МВД.

Е. Альбац― Да.

О. Чиж― Вы думаете, это может быть попыткой одернуть определенные круги, которые на протяжении нескольких месяцев могли ожидать от него какой-то радикализации и хотели ее.

Е. Альбац― Я не думаю, во-первых, они должны понимать, что ничего они одернуть не могут. Как сегодня очень точно написал в газете «Собеседник» Дмитрий Быков: когда ты выпускаешь джинна из бутылки, запихнуть его обратно нельзя. Поэтому ничего одернуть они не сумеют, если вы имеете в виду тех, кто возвращается из Донбасса. Мы помним, как несколько месяцев назад отпускники из ДНР приехали, застрелили сотрудника ГАИ. Это люди, у которых тормоза совершенно отпущены. И они не считают нужным сдерживаться. Поэтому просто они не сумеют это сделать. Что, конечно сделала эта страшная государственная пропаганда – она совершенно развратила людей. В том смысле, что можно кричать о своих согражданах «пятая колонна», «зачистить пятую колонну», «убрать пятую колонну», называть людей с другой точкой зрения предателями родины и так далее. Вот это абсолютно развратило многих и многих людей. Тех, кто бесконечно слушает эту государственную пропаганду, им даже не приходит в голову, что люди с другой точкой зрения это нормально. То, что было продемонстрировано на улицах Москвы этот 35-тысячный майдан, где несли портрет, в том числе и Бориса Немцова. Это были, что не наводчики? И там несли и разные другие портреты. Это были не наводчики на убийство?

Е.Альбац: Можно не любить Немцова, но нормальный политик обязательно придет на похороны, пусть даже врага

В. Бойко― Об атмосфере ненависти, в том числе пишет Навальный в своем блоге: «Хватит уже повторять чушь про «Бориса убила атмосфера ненависти». Ну какая атмосфера. Атмосфера ненависти у нас с 2007 года и это не самодеятельность то, что мы сейчас имеем, а прямо Путин, Патрушев, Иванов, Бортников, Володин и кто еще там слушали, постановили: создать, утвердить, выделить бюджет, осветить деятельность».

Е. Альбац― Это правда. Он прав в том, что еще после «оранжевой революции» 2004 года господин Сурков создал все эти технологии вроде «Наших», и так далее, которые тоже несли портреты, бросали их, как вы помните. Топтали портреты. И так далее. Но такой дикой распущенности, которую мы наблюдаем в российском телеэфире в последний год, конечно, тогда не было, это такой новый виток. Ребята работают абсолютно по законам геббельсовской пропаганды. Просто достойные ученики Адольфа Алоизовича. Поэтому конечно, нет, конечно, атмосфера в стране, которая создана, вот это отношение к согражданам с другой точкой зрения как к предателям родины и врагам, конечно, ничего подобного раньше не было. Даже в советское время такого не было, вот такого кошмара, который сейчас год уже идет на телеэкранах, я не помню в отношении своих же граждан. Не помню.

В. Бойко― Я хочу важную вещь подчеркнуть. То есть с вашей точки зрения это не то, что делается с молчаливого согласия, а то, что напрямую инспирировано властями.

Е. Альбац― Да, безусловно. Безусловно. И, безусловно, власти, прежде всего, Кремль несет ответственность за убийство Бориса Ефимовича Немцова. Безусловно.

О. Чиж― Но при этом мы говорим о том, что на высшем уровне совершенно не факт, что кто-то ожидал, что это нагнетание ненависти, агрессии выльется в кровь в буквальном смысле.

Е.Альбац: Он обязан был приехать. Обязан был поцеловать руку Дине Яковлевне, матери Бориса

Е. Альбац― Знаете, так же как незнание законов не избавляет от ответственности при нарушении закона, точно также невежество и мракобесие власти не извиняет последствия этого невежества и мракобесия. У них достаточно там есть людей с головой, которые могли бы им, например, рассказать, как это работало в нацистской Германии. Как эта геббельсовская пропаганда заводила толпу, в Германии привела к Хрустальной ночи, когда громили отнюдь не штурмовики. А обычные немцы. Которые громили своих же соседей убивали. И сжигали, все синагоги тогда в Германии были сожжены. Поэтому если они так плохо образованы, в чем я, в общем, не очень сомневаюсь, у них достаточно там должно быть советников. Ну вы посмотрите, ситуация в этом смысле значительно хуже. Мы читаем вчера в газете «КоммерсантЪ» о том, что на Совете безопасности, это что-то вроде политбюро ЦК КПСС в нынешней инкарнации. Самым серьезным образом ставится вопрос об угрозе насильственного переворота, насильственной смены власти с помощью сил извне. То есть следующий шаг это объявить, что оппозиция роет тоннель к Кремлю, чтобы что-то там такое сотворить. Выкладывается, готовится почва для репрессий. А потом то же самое повторяет в ГД господин Пушков.

О. Чиж― Мы к этой теме вернемся через несколько минут, тем более что по рекомендациям Совета безопасности к вам есть вопрос от нашего слушателя.

НОВОСТИ

О. Чиж― 16.35 в Москве. Мы прервались на ощущении будущего. Вчера газета «КоммерсантЪ» писала, мы обсуждали в эфире, речь шла о рекомендациях, которые разработала одна из секций научного совета Совета безопасности, в которых в частности речь идет о необходимости работать с протестной активностью в соцсетях, о развенчании романтически революционного духа и образа, который приводит на митинги случайных людей. Один из наших слушателей спрашивает вас: «К чему приведут эти «мозговые конвульсии» на предмет предотвращения цветных революций».

Е. Альбац― У меня такое ощущение, что в Кремле есть партия войны и партия супервойны. Вот эта партия супервойны, которая полагает, что надо вводить войска на Украину, придется воевать с Европой – ну значит, придется воевать с Европой. Придется применить тактическое ядерное оружие – ну значит, будем применять тактическое ядерное оружие. Она бесконечно раскручивает всю эту шарманку. И пытается рационализировать все большую и большую волну репрессий. И то, что происходит с Алексеем Навальным, которого уже просто скоро за то, что он будет переходить дорогу, будут судить и сажать. Пописать он пойдет, они его за это посадят. И то, что происходит с его братом Олегом Навальным, которого отправили на этап уже. И то, что происходит с задержанием людей на митингах, тех, кто проводит пикеты и с этими бесконечными, мы несколько номеров назад печатали прямо статистику по делам о государственной измене, которые бесконечно возникают. Они выкладывают вот такую, это не идеология, потому что никакой идеологии здесь нет, они выкладывают аргументы, почему репрессии надо только усиливать. Я неслучайно здесь держу телефон свой. Потому что у меня здесь документы, либо уже выложили на сайт о том, как Борис Немцов, ведь ему все время угрожали. В том числе угрожали убийством. И вот у меня в телефоне сканы документов, когда в мае 2014 года Немцов подал заявление главе Следственного комитета Бастрыкину о том, что ему угрожают убийством. Тому самому Следственному комитету, который теперь ищет тех… И ему отказали. И подписал это замечательным образом, хотя он был, между прочим депутатом Ярославского заксобрания, Следственный комитет замечательным образом это все переадресовал в Ярославль, и вот я хотела бы теперь увидеть врио заместителя начальника отдела полиции Центральный УМВД России по Ярославлю, майора полиции О. И. Мурашов. Вот я хотела бы этого О. И. Мурашова увидеть и заглянуть ему в глаза. Который подписал постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Ведь и это был не единственный случай, когда Боре угрожали и не единственный случай, когда они обращались по этому поводу в правоохранительные органы. Мне кажется важным об этом сказать, что и не только Борис, очень много людей в оппозиции получают всякого рода угрозы. И совершенно бесполезно обращаться в правоохранительные органы. Просто совершенно бесполезно. Они ничего не считают нужным делать.

Е.Альбац: Такой распущенности в телеэфире в последний год тогда не было. Работают по законам геббельсовской пропаганды

О. Чиж― Действительно на сайте «The New Times» уже размещены скрины и копии документов. Равно как и принтскрин экрана смартфона с примером таких угроз.

В. Бойко― Мы снова возвращаемся к теме атмосферы ненависти в обществе. Я позволю себе фрагмент редакционной колонки в «Ведомостях» одной из многочисленных, посвященных убийству Немцова. «Террор и убийства неугодных – старый, практиковавшийся еще в Древнем Риме метод устранения политических противников. За редким исключением убийства политиков, высокопоставленных госчиновников и военных отражают неспособность партий и групп, использующих террор и террористов, выдвинуть положительную программу. Когда террор направлен против оппозиции и популярных общественных деятелей, это означает, что наемные или добровольные убийцы пользуются если не прямой поддержкой государства, то покровительством его представителей, а сами убийства или теракты могут быть использованы в политических целях». Пишут «Ведомости» и затем приводят целый ряд исторических примеров, начиная чуть ли ни с Древнего Рима и заканчивая 20-м веком. С вашей точки зрения употребление слова «террор» в нынешнем контексте. Не слишком ли жестко или наоборот слишком мягко.

Е. Альбац― Я думаю, что пока это возможная перспектива, очень хотелось бы ее избежать. Но о терроре мне кажется говорить еще рано. Но то, что для авторитарных режимов чрезвычайно характерно устранение политических оппонентов с помощью пули это, безусловно, правда. В жестких режимах, таких каким был сталинский СССР, как вы помните, убийство Кирова стало спусковым крючком к тому, что расстреляли, посадили уже всех, кого только возможно. Но это обычно абсолютно история где-нибудь в Колумбии или в Бразилии тех времен, когда там у власти была военная хунта. Или в Уругвае, когда сидел каждый 50-й или в Аргентине, когда за 10 лет правления военной хунты исчезло 20 тысяч молодых людей.

О. Чиж― Чили.

Е.Альбац:У меня сканы документов, когда в мае 2014 Немцов подал заявление Бастрыкину, что ему угрожают убийством

Е. Альбац― Чили, где Пиночетом было уничтожено 3% населения. То есть уничтожено или отправлено в тюрьмы. Совершенно это такая обыденная практика, потому что никак иначе они… Понимаете, вот еще что важно сказать. Борис Ефимович Немцов обладал уникальной экспертизой. Для оппозиции. Ровно поэтому его власть так боялась. Он знал и как работает аппарат, в том числе аппарат федерального правительства, он хорошо себе представлял, как ходят бумаги, за что даются откаты, он очень представлял себе, как это все там устроено. Притом, что сам он был исключительно честный человек. Он хорошо знал, как устроена региональная власть, какие там механизмы, какие группы интересов. Потому что был губернатором. Отсюда был таким успешным депутатом Ярославского заксобрания, он же, благодаря Немцову оттуда выгнали вице-губернатора, который воровал деньги, в том числе у онкологических больных. Потому что он же был очень эффективен в этом смысле. У него колоссальный был опыт. И конечно власть его боялась именно в силу той экспертизы, которую он представлял. Собственно, понимаете, ни у кого больше из лидеров оппозиции такого многогранного опыта и в законодательной власти, и в исполнительной власти, и на региональном уровне, на федеральном уровне как у Немцова нет. Михаил Михайлович Касьянов конечно у него опыт премьер-министра и человека, который много лет проработал в Министерстве финансов, но он никогда не был в законодательных органах власти. И никогда не работал в регионах. А вот Боря соединял в себе абсолютно уникальные качества. В этом смысле. Поэтому конечно они его боялись, и они отлично понимали, и ведь он пошел в Ярославскую думу, потому что он считал, что необходимо начинать с самого начала, подниматься снизу. И с большой вероятностью Боря бы прошел, если бы минимально, я не верю, что будут какие-либо выборы, тем более нормальные, но конечно, бы он прошел в федеральную думу. И вот такой человек в федеральной думе это кардинально бы меняло совершенно ситуацию.

В. Бойко― Навальный об этом пишет, что одним из потрясающих качеств Немцова было то, что он не боялся бороться против действующих властей на их же площадке. В том числе вспоминает не только Ярославскую думу, но и участие в кампании по выборам мэра Сочи.

Е. Альбац― Да, конечно.

О. Чиж― Мы уже говорили про то, что это новая реальность и понятно, что как свидетельствуют те же вчерашние рекомендации, о которых писали для Совета Безопасности, что будут какие-то механизмы взаимодействия сверху вниз между государством и людьми. А вот на горизонтальном уровне для людей, для их отношения к власти, для их позиции по отношению к власти что-то изменилось с прошлой недели? И изменится ли дальше.

Е. Альбац― Не знаю. Я думаю, что многих людей, в том числе тех, кого Борис называл «крымнашисты», я думаю, что конечно, они оторопели от наглости этого убийства. И от того, как все это сделано было. Поменяет ли это мозги людей, я не думаю, что происходит это одномоментно. К сожалению. Я думаю, что, наверное, кто-то задумался. Но это не происходит так быстро. Вот развратить людей этой пропагандой можно за год. А поставить мозги на место, чтобы люди понимали, что людей нельзя убивать за их взгляды и нельзя называть предателями родины за то, что их взгляды другие, чем у Путина или еще у кого-то. К сожалению, на это может потребоваться довольно много времени.

Е.Альбац: Борис Немцов обладал уникальной экспертизой. Для оппозиции. Ровно поэтому его власть так боялась

В. Бойко― +7-985-970-45-45 телефон для ваших sms. Евгения Марковна, один из вопросов, Андрей из Санкт-Петербурга интересуется: «Приведет ли смерть Бориса Немцова к спаду политической активности оппозиции?»

Е. Альбац― Думаю, что не приведет. Потому что власть это не позволит. Потому что чем больше власть будет давить, тем больше будет работать закон пружины. И пружина будет распрямляться. Я думаю, что, наверное, какие-то люди уедут из страны, не думаю, что это будут люди из политической оппозиции, скорее всего мы будем наблюдать еще большую эмиграцию людей из бизнеса. Прежде всего. Но я нет, я так не думаю. Потому что всякое действие рождает противодействие. И оно будет. Но если позволите, я еще одну вещь хотела вам рассказать. В день, когда убили Бориса, я была в Бостоне на конференции, там знаменитая есть Флетчеровская школа закона и дипломатии. Знаменитая дипломатическая школа. И там на этот симпозиум были приглашены студенты МГИМО. И какое-то невероятное количество людей ко мне подошло выразить соболезнования в связи с такой трагедией, которая случилась дома. В Москве. Ни один из этих пацанов, которые очевидно предполагают, что дальше они будут дипломатами, ни один не сказал ни одного слова. Вообще ни одного слова. При этом три дня конференции они каждый раз подходили к микрофону и, зачитывая с айфона вопрос, который обязательно содержал какую-нибудь гадость. Казалось бы, студенты, приехали в знаменитую дипломатическую школу. Можно вообще поучиться там, если задавать вопросы, то какие-то сущностные. Это была такая стыдобина.

О. Чиж― А например.

Е. Альбац― Я могу привести пример, идет секция по, а симпозиум был посвящен России. Идет секция по ситуации с НКО и гражданским обществом в России. Выступает человек, который написал большую книгу, академическую работу о протестном движении в России, такой профессор Kings College из Лондона Сэм Грин. Ему задается вопрос о том, что вот вы сетуете по поводу того, что НКО в России объявляются иностранными агентами, а вот у вас же в 38-м году принят закон, по которому иностранные организации должны регистрироваться как иностранные агенты. Сэм им говорит, вы легко можете зайти в Интернет, это любой человек может сделать, зайти в Интернет и посмотреть список зарегистрированных организаций, которые зарегистрированы как иностранные агенты. Это лоббистские структуры, это различные юридические конторы, которые лоббируют или выполняют другого рода юридические услуги по отношению к западным фирмам. Ни одной неправительственной организации в этом списке естественно нет. Сидит дама из Russia Today. Она ведет программу Worlds Apart . Оксана Бойко, по-моему. И говорит, а как же, вот Институт Миграняна зарегистрирован как иностранный агент. Опять, вот два клика. Зайти и посмотреть и попытаться найти Институт Миграняна.

О. Чиж― И узнать, о чем он.

Е.Альбац: Я не верю, что это сделали какие-то просто отморозки. Не верю в это

Е. Альбац― Да нет, просто увидите, что он не зарегистрирован. Более того, он и не должен регистрироваться. И по закону США не должны НКО ни в коем случае регистрироваться. Понимаете, и вот это все время ко всем они обращались и ко мне в том числе, естественно. Я уже не хочу это все цитировать. Вот единственная задача, люди приехали в знаменитую дипломатическую школу для того, чтобы бесконечно задавать гадливые вопросы тем, кто участвовал в симпозиуме. Поразительная для меня история. Молодые ребята, это люди, которые себя готовят к дипломатической деятельности.

В. Бойко― Мы вынуждены здесь ставить многоточие. Евгения Альбац, главный редактор журнала «The New Times» была в дневном эфире «Эхо Москвы». С ней беседовали Всеволод Бойко и Оксана Чиж. Спасибо.

Е. Альбац― Спасибо.