Ахмедия Микаил оглы Джебраилов (азерб. Əhmədiyyə Mikail oğlu Cəbrayılov), известен также как Армед Мишель (фр. Armed Michel) родился 22 сентября 1920 года в селе Охуд Шекинского уезда Азербайджанской ССР. В 1938 году окончил сельскохозяйственный техникум в городе Шеки, после чего работал агрономом.

С началом Великой Отечественной войны его отец и старшие братья ушли на фронт.

В 1942 году, после того как пришло известие об их гибели, Ахмедия также добровольно ушёл защищать Родину, начав службу в Красной Армии в звании младшего политрука 48-го стрелкового полка.

За время войны его мать Сафура Исмаил кызы получила от сына лишь одно письмо-треуголку: «Мама, жив, здоров, воюю. Всё идёт нормально. Ахмедия».

Тем не менее, жизнь Джебраилова была насыщена подвигами.

Попав на фронт, Ахмедия сразу же попросился в разведку, но был осмеян перед строем.

Однако из первого же боя Джебраилов приволок «языка» — солдата на голову выше и в полтора раза тяжелее себя. За это его наказали — тем более, что рядовой немецкой армии никакими военными секретами не обладал.

От законных солдатских ста грамм перед боем Джебраилов отказывался. Это тоже не прибавляло любви окружающих.

Однажды его застали за изучением русско-немецкого словаря. Молодой человек утверждал, что так он готовится стать разведчиком.

В мае 1942 года в боях в районе Лозовой и города Изюм Ахмедия попал в окружение, был тяжело ранен. В бессознательном состоянии он попал в плен.

Транзитом он прошёл через несколько лагерей военнопленных (Львов, Дахау). Во французском Родезе, где содержались тысячи азербайджанских военнопленных, он попытался совершить побег, но был выдан и чуть не расстрелян.

Вскоре Ахмедия стал узником концлагеря под номером 4167 в небольшом городке на юге Франции — Монтобане (департамент Тарн и Гаронна). Знание немецкого языка он скрывал, опасаясь, что оккупанты могут его привлечь к сотрудничеству. В Монтобане его здоровье сильно ухудшилось.

В лагере Джебраилов познакомился с уборщицей-француженкой Жаннет из Тулузы, которой помогал таскать мусор, и попросил её обучить французскому языку. Выучивая ежедневно по 25 слов, Ахмедия через несколько месяцев бегло говорил по-французски.

Мадам Жанна устроила Джебраилову побег, выдав за мёртвого и инсценировав его похороны: сказав коменданту, что «покойный» похож на её сына и поэтому она хочет похоронить его по-христиански, она уговорила немцев похоронить «тело» за пределами лагеря. Немецкий врач видел, что хоронят живого человека, но всё равно дал согласие. Когда в полночь люди Жанны вырыли гроб, Ахмедия оказался живым.

После побега из плена Джебраилов примкнул к французскому Сопротивлению, став осенью 1942 года бойцом 4 эскадрона корпуса фронтьерьеров «капитана Дюма» в департаменте Тарн и Гаронна. После четырёх успешных операций он был назначен командиром разведгруппы. Ещё спустя месяц, после пущенного под откос товарняка с немецким оружием, Джебраилов представлен к первой французской награде.

Чуть позже Джебраилову вручили записку, собственноручно написанную де Голем: «Дорогой Армад Мишель! От имени сражающейся Франции благодарю за службу. Ваш Шарль де Голль».

Как партизан-разведчик Армад Мишель прославился дерзкими операциями против немецких войск. Получил свой первый орден — Крест за добровольную службу.

Через два дня он отправился на операцию по спасению пятисот детей участников Сопротивления, отправляемых в Германию. Ахмедия был в форме и с документами капитана немецкой армии (фельдфебеля), в кармане лежало фото женщины с двумя русоволосыми детьми, с надписью на обороте: «Моему дорогому Хайнцу от любящей Марики и детей». Операция прошла удачно — охрана поезда уничтожена, а все дети выведены в лес.

Однако из-за осколочных ранений Джебраилов потерял сознание и почти сутки пролежал возле железнодорожного полотна. Придя в себя от того, что его обыскивают обнаружившие «тело» немцы, он изобразил бред умирающего и прошептал сентиментальное: «Дорогая Марика, ухожу из этой жизни с мыслью о тебе, детях, дяде Карле и Великой Германии». Немецкий патруль подобрал «своего героя» и направил на лечение в немецкий офицерский госпиталь.

После выписки Джебраилов под именем Хайнца-Макса Ляйтгеба был назначен комендантом города Альби близ Тулузы. За восемь месяцев комендатуры он использовал своё положение для освобождения активистов французского сопротивления и советских военнопленных. Выпустив на свободу очередную партию пленных советских солдат, Ахмедия, по приказу де Голля бежал к партизанам, прихватив заодно «языка» в высоком чине и всю наличность комендатуры.

Псевдонимы Джебраилова: Кардо, Ахмад Мишель, Армед Мишель, Матье Мишель, Кураже Мишель, Харго, Фражи, Рюс Ахмед «вызывали у фашистов панический животный ужас». За поимку Джабраилова (Харго) немцы предлагали 10 000 немецких марок золотом и две новые автомашины.

Во время наступления союзников Джебраилов принимал участие в освобождении Родеза, Бордо, Тулона, Парижа и Дижона. В Бордо немецкий гарнизон был готов тщательно обороняться, но группа Ахмадия прошла в обход по канализации и ударила в тыл. Освободив Бордо, Ахмадия попал в Париж, где его пригласил к себе Морис Торез, сказавший ему: «Мне о вас рассказывали много хорошего. Вы храбрый солдат, Франция всегда с благодарностью будет вспоминать ваши подвиги». 20 августа 1944 года Ахмадия выступил на митинге по случаю освобождения Парижа от имени всех советских солдат.

За свои подвиги азербайджанский юноша был награждён высшими французскими наградами: Военный крест, Крест за добровольную службу, Военная медаль Франции, Орден Почётного легиона. Все перечисленные награды Ахмедия Джебраилов получил из рук Шарля де Голля и Мориса Тореза. За боевые заслуги Ахмедия Джебраилову присвоено звание Национального героя Франции. Высший Орден Почетного Легиона давал ему право идти на всех военных парадах Франции впереди самых заслуженных генералов. Ни один из советских генералов и маршалов, кроме Георгия Жукова не имел французского ордена такого ранга.

По окончании войны Армед Мишель работал в канцелярии президента Французской республики де Голля. Управлял подаренным французским правительством автозаводом. У него появилась прекрасная квартира в Париже. Он женился на француженке переводчице Саре, у них родились два сына. На правительственных банкетах Джебраилов с женой сидел по правую руку от де Голля.

Однако в 1951 году гражданин Франции Армед Мишель решил вновь стать Ахмедией Джабраиловым и вернуться в родное село Охуд. Уговоры друзей и официальных лиц не помогли. На прощание генерал де Голль вручил боевому соратнику документ почётного гражданина Франции, а также мандат на бесплатное пользование всеми видами транспорта по всей стране. Это была привилегия, которой во Франции пользовался только один человек — президент республики. В благодарность автопредприятие, которым владел герой, был названо именем Армада Мишеля.

По возвращению в СССР Джебраилова репрессировали как попавшего в плен и на десять лет сослали в Сибирь. Все награды, письма, фото, даже право на бесплатный проезд отобрали. Длительное время он был «невыездным». Работал пастухом в родном селе Охуд. Завёл новую семью и детей.

А однажды, ранней весной 1966 года, в кабинете Генерального секретаря компартии Леонида Брежнева раздался звонок. Ему позвонил министр иностранных дел Андрей Громыко и сообщил о предстоящем визите в СССР президента Франции генерала Шарля де Голля. Высокий гость выразил пожелание увидеть среди встречающих в Москве своего друга и соратника, проживающего в СССР Армада Мишеля. Однако руководство страны не могло найти героя даже после подключения КГБ. Только одна машинистка вспомнила, что однажды ей пришлось напечатать это имя — по личному поручению Никиты Хрущёва.

Сразу поехали к Никите Сергеевичу, который рассказал удивительную историю: «Ну, был такой чудак. Из Азербайджана. Во время войны у французов служил, в партизанах. Так вот эти ветераны французские возьми и пошли ему сто тысяч долларов. А этот чудак возьми и откажись. Ну, я и велел его доставить прямо ко мне. И прямо так, по партийному ему сказал: нравится, мол, мне, что ты подачки заморские не принимаешь. Но, с другой стороны, возвращать этим капиталистам деньги обидно как-то. А не хочешь ли ты, брат, эту сумму в наш Фонд Мира внести? Вот это будет по-нашему, по-советски! И он внёс. Расцеловал я его. Потому как, хоть и чудак, но сознательный. Я чего про Фонд Мира талдычу? — поднимите финансовую отчетность и найдете его».

Так и сделали. Вскоре в маленькое село Охуд из города Шеки на севере Азербайджана направился кортеж из нескольких правительственных автомобилей. Из скромного дома на окраине села на крыльцо вышел 47-летний мужчина необычной для этих мест внешности — русоволосый и голубоглазый. Принял высоких гостей. Когда ему предложили срочно собираться в Москву к самому Брежневу тот отказался: куча дел, некогда мол ему. Однако после того, как назвали имя де Голля и изложили суть дела, сразу же собрался, простился с женой и детьми и этой же ночью вылетел в столицу.

По приезду его сразу отвезли в двухсотую секцию ГУМа, которая обслуживала только высшее руководство страны. Там ему подобрали соответствующую торжеству одежду — от нижнего белья до нескольких костюмов, плаща, демисезонного пальто и даже зонтика от дождя. После отвезли к Брежневу. Чиновники, опасаясь желания де Голля совершить поездку на родину Джебраилова в село Охуд, предложили перестроить его дом и представить как «первого российского фермера». Однако Ахмедия от этой затеи отказался.

Утром следующего дня Ахмедия в составе делегации первых лиц встречал де Голля во Внуково-2. Сбежавший по трапу генерал пожал руку Брежневу. Однако, наклонившись к генеральному секретарю и выразив что-то вроде извинений, он тут же бросился к стоящему в стороне Джебраилову. Они обнялись и застыли. Все поражённо смотрели на встречу двух давних боевых друзей.

Ахмедию прямо из аэропорта увезли в отведенную де Голлю резиденцию. Генерал попросил отменить вечернюю программу, ему не терпелось вдоволь пообщаться со своим другом. Весь день они гуляли по зимнему саду, ужинали при свечах накинув на плечи два одинаковых пледа, беседовали и вспоминали.

После встреч с де Голлем Джебраилов сам уехал в аэропорт, купил билет и отбыл в родное село. Горничная гостиницы «Москва», зашедшая в его номер, была поражена тем, что он бросил там все приобретенные в столице вещи.

После этого Джебраилову вернули все награды, документы, фотографии. В колхозе он получил должность агронома. Был награждён орденом Октябрьской Революции.

В 1975 году Ахмедия получил возможность посетить Францию и встретиться с друзьями-партизанами. Перед отъездом во Францию Джебраилов взял с собой горсть родной земли, которую рассыпал на могилах азербайджанских партизан: Джейран-ханум, Микаила Гусейнова, Вели Велиева, Фейзулла Курбанова. В Государственном киноархиве Азербайджана сохранился фильм «1000 дней борьбы», в котором запечатлён приезд в 1975 году Джебраилова во Францию. В ноябре 1990 года Ахмедия, вместе со своим братом Аршадом, приняли участие в торжествах, посвященных 100-летию со дня рождения генерала Шарля де Голля в Париже.

Ахмедия Джебраилов погиб 10 октября 1994 года в городе Шеки в результате автокатастрофы — грузовик сбил телефонную будку, в которой находился герой Сопротивления. Джебраилов похоронен на кладбище села Охуд. На могиле героя установлен полноростовый бронзовый памятник, его именем была названа одна из улиц в Шеки.

В первую годовщину кончины Джебраилова в его родное Охуд приехали сотрудники посольства Франции в Азербайджане, с речью выступил первый посол Франции в Азербайджане Жан Пэррен и возложил венок к могиле Джебраилова от имени французского народа.

Один из сыновей Ахмедии Джебраилова — Национальный Герой Азербайджана майор милиции Микаил Джебраилов погиб в Нагорном Карабахе, попав в засаду 15 декабря 1990 года. Другой сын — Джеваншир построил создал на втором этаже его дома в Шеки «Музей Харго». До сих пор в деревне проживают вдова Ахмедии Джебраилова Сурайей ханум (1926—2011) и дочери Алмаз и Раей.