Госпрограмма по борьбе с онкологией не будет продолжена С 2009 по 2014 год на нее было потрачено 47 млрд руб.

13 ноября представители медицинского сообщества обсудили итоги Федеральной национальной онкологической программы, на которую с 2009 по 2014 год было потрачено 47 млрд руб. Медики признали программу успешной и нуждающейся в развитии, а также выразили беспокойство из-за общего сокращения финансирования здравоохранения. Однако, как сообщили “Ъ” в Минздраве, данная программа продолжена не будет.

Федеральная национальная онкологическая программа действовала в 64 субъектах России с 2009 года. За пять лет на мероприятия по совершенствованию онкологической помощи было потрачено более 47 млрд руб. (35 млрд руб. из федеральной казны, 12,6 млрд руб. из бюджетов регионов). На эти средства, в частности, было закуплено и установлено около 400 тыс. единиц медицинского оборудования: компьютерные и магнитно-резонансные томографы, рентгенологические приборы, видеоэндоскопические комплексы. «Современные аппараты позволяют строго сфокусировать пучок облучения,— пояснила необходимость таких закупок руководитель отделения лучевой терапии онкологического НИИ имени Герцена Анна Бойко.— То, что было сделано по программе, имеет колоссальное значение для эффективности лечения и снижения побочных эффектов от лучевой терапии». Новое оборудование позволяет увеличить дозу лучевой терапии на опухоль, сократив при этом облучение здоровой ткани на 70%.

Однако врачи отмечают, что получить современную технику недостаточно. Нужно следить за ее модернизацией и готовить специалистов, поскольку сейчас пользоваться техникой зачастую просто некому. Подготовка кадров, по мнению представителей медицинского сообщества, должна стать вторым шагом в борьбе с онкологическими заболеваниями.

«В России работает около тысячи лучевых терапевтов, а нужно втрое больше,— говорит Анна Бойко.— Но самая большая проблема у нас с медицинскими физиками, без расчетов которых на новом оборудовании попросту невозможно лечить пациентов». По нормативам на 100 тыс. населения должно быть 2–3 таких специалиста, а в России этот показатель всего 0,2. «Получается, нам нужно 800 медицинских физиков и 3 тыс. радиотерапевтов, чтобы реализоваться на новой технике»,— подсчитала госпожа Бойко.

С 2012 года началась подготовка медицинских физиков на базе МГУ. Но, по данным кафедры физики ускорителей и радиационной медицины, по специальности работают только 50–60% выпускников вуза. «Кроме того, десятки специалистов уезжают из-за невысоких зарплат работать за рубеж, другая часть по той же причине уходит в частные клиники,— рассказал заведующий кафедрой Александр Черняев.— Нужно выйти на средний уровень по Европе. Количество физиков у нас меньше, чем в США, в 28 раз. Необходимо удерживать этих штучных специалистов в России. Особенно кадровая проблема касается регионов: вместо комнаты в коммуналке и зарплаты в 20 тыс. руб. нужно предоставлять им отдельное жилье и достойные зарплаты».

В апреле МГУ получил ускоритель электронов для лучевой терапии — англо-шведская разработка стоимостью 125 млн руб. Однако процесс обучения на новом оборудовании так и не начался. «На установку и создание специального кабинета для работы с ускорителем требуется 25–50 млн руб.,— рассказал “Ъ” заведующий кафедрой.— 10–15 млн руб. выделит МГУ, а дальше нам нужно будет, видимо, искать спонсоров».

По данным Минздрава, которые приводились на встрече, за пять лет действия программы смертность от рака сократилась лишь на 1%. Однако медики считают, что программа здесь ни при чем — это результат непрофессионализма врачей, которые не могут выявить заболевание на ранней стадии. «Процент вылеченных пациентов увеличился. С 2009 года излечены 5–6 млн человек,— рассказала Анна Бойко.— Но дело в том, что больные либо обращаются к врачу, когда уже поздно что-то делать, либо сами врачи ставят неправильные диагнозы. В результате процент смертности не снижается».

Нехватка средств еще один вопрос, который беспокоит медицинское сообщество. До конца года диагностика и лечение онкологических больных оплачиваются из государственного бюджета. Предполагается, что с 2015 года в связи с переходом системы здравоохранения на самофинансирование расходы на лечение раковых больных будут возложены на систему обязательного медицинского страхования.

«Но страховка покроет далеко не все затраты на лечение рака,— поделился опасениями с “Ъ” кандидат медицинских наук Владимир Гришин.— Значит, часть услуг пациенты будут вынуждены оплачивать из личного кармана. А стоимость одного курса лечения может достигать 1,5 млн руб. На мой взгляд, это слишком дорого. Категорически нельзя допустить, чтобы больному было отказано в помощи».

Эксперт отметил, что «в настоящее время в России запрещено добровольное страхование больных с онкопатологией», и предложил включить лечение раковых заболеваний в перечень тех, которые будет оплачиваться в том числе за счет работодателя. «Если же оплатить лечение работодатель не сможет, большую часть расходов все-таки должно оплачивать государство»,— уверен Владимир Гришин.

«Сейчас идет пересмотр бюджета на 2014 год и планирование расходов на 2015–2016 годы. Власти заявили, что хотят сократить бюджет на здравоохранение и образование на 30%,— напомнил главный врач Московского областного онкологического диспансера Андрей Серяков.— Нерешенным остается целый ряд вопросов. А как будет проводиться онкопрограмма в следующем году, нам не сообщается. И будет ли она проводиться вообще».

В Министерстве здравоохранения "Ъ" сообщили, что федеральная национальная онкологическая программа, о которой говорили врачи, закончилась и не будет продолжена в 2015 году, так выполнила поставленные задачи. В ведомстве указали, что проблемы диагностики и лечения онкологических заболеваний решаются в других федеральных и региональных программах, например, государственной программе «Развитие здравоохранения». «В 2015 году важным направлением по совершенствованию работы первичного звена здравоохранения будет дальнейшее развитие сети первичных онкологических и смотровых кабинетов, учитывающее региональные потребности, в первую очередь первичную заболеваемость и распространенность,— заявили "Ъ" в Минздраве. — Активная работа по повышению онконастороженности проводится с медицинским персоналом первичного звена здравоохранения. Кроме того, мы разрабатываем другое важное направление — информирование населения о необходимости профилактики онкологических заболеваний».

Дарья Бурлакова