Специально для Крым.Реалии, рубрика «Мнение»

Во время поездок в Крым я часто сталкивался с таким явлением, как ностальгия по советскому прошлому. Что самое удивительное, «болеют» ей не только люди, которые жили в то время, но и молодое поколение. Эта ностальгия встречается все чаще: чем сильнее деградирует страна и ее институты, чем неопределеннее становится будущее, тем сильнее срабатывает психологический механизм защиты, ищущий спасение в прошлом, которое уже не кажется таким ужасным. Видимо, пора разоблачить этот миф и рассказать правду о том, каким в действительности был отдых в Крыму во времена СССР.

Давайте перенесемся в начало восьмидесятых. Южный берег Крыма. Шансов достать путевку в санаторий или дом отдыха у обычного советского человека было не больше, чем выиграть в лотерею. О гостиницах можно было забыть: снять номер летом простому смертному было нереально. Лучшие гостиницы («Ялта», «Ореанда») были отданы иностранцам и блатным. За тем, чтобы советский человек не просочился в зарезервированный для иностранцев «рай», следила служба режима гостиницы, подчинявшаяся КГБ. Тех, кто все-таки умудрялся проникнуть в «святую обитель», могли задержать и обыскать, для досмотров в фойе гостиницы «Ялта» существовала специальная комната.

Реальным способом отдохнуть в Крыму был только один – ехать туда «дикарем». Для того, чтобы найти жилье, надо было обращаться в курортно-посредническое бюро, возле которого дежурили хозяйки. Они, как работорговки, придирчиво осматривали отдыхающих, и сразу начинали диктовать свои условия. «Готовить не будете?» – первым делом интересовались они. «Гулять по ночам не разрешаю, чтобы к 10 вечера дома были», или «чтобы днем дома не крутились, вон на пляж идите, на экскурсию».

За пользование ванной комнатой между хозяевами и постояльцами нередко разгоралась борьба

Обычно комнаты сдавались без права стряпать на кухне. Отдельную квартиру тогда снять было нереально, сдавался угол, балкон, в лучшем случае, комната. Сдавали сарайчики, даже просто раскладушку в саду, люди и курятнику были ряды. Сами хозяева летом нередко спали на полу. Одни хозяйки не брали отдыхающих с детьми, другие отказывались сдавать комнату одиноким мужчинам. За пользование ванной комнатой между хозяевами и постояльцами нередко разгоралась борьба. В периоды массового наплыва, в конце июля, приезжим иногда приходилось ночевать на скамейке в парке или на автовокзале – не было мест. Кто жил в Крыму в те годы, помнит постоянные звонки в дверь и надоевший до ужаса вопрос: «комнату не сдадите?».

Одним из таких дикарей был и будущий президент России, который в 1981 году отдыхал в Судаке, даже ему не удалось выбить путевку в санаторий. Хозяйка комнаты, которую он снимал, была крайне недовольна тем, что бывшая супруга будущего президента готовила еду на кухне и открыто высказывала свое раздражение. Может быть, именно по этой причине он решил захватить Крым? Отомстить за испорченный отдых?

Итак, вы поселились. Хозяйка выделила вам панцирную кровать с продавленной сеткой на балконе, и теперь вы можете, наконец, бежать на море, загорать, купаться. Но сперва – формальности. Хозяйка должна забрать у вас паспорт и зарегистрировать в квартирно-посредническом бюро. Если хозяйку ловили на том, что она не зарегистрировала постояльца, у нее могли быть неприятности. Дело в том, что хозяйке без налога разрешалось сдавать жилье только на 300 рублей за сезон, а если она зарабатывала, например, 500 рублей, то ей нужно было заплатить около 120 рублей налога. Поэтому хозяйки старались любыми путями регистрировать постояльцев на меньший срок, чтобы по курортной книжке получилась сумма, не превышающая 300 рублей за сезон. Советская власть строго следила за тем, чтобы люди не заработали лишнюю копейку. О том, что многие сдающие жилье пенсионеры тогда получали мизерную пенсию в 60 или даже 45 рублей, власти не задумывались.

Не было редкостью, когда в 5 часов утра в дом вламывались дружинники в сопровождении милиционера, и проверяли у присутствующих паспорта и регистрацию.

На хозяек устраивали облавы. Не было редкостью, когда в 5 часов утра в дом вламывались дружинники в сопровождении милиционера, и проверяли у присутствующих паспорта и регистрацию. Отдыхающих, надо сказать, не будили – пересчитывали по ногам и сверяли с числом зарегистрированных в курортной книжке. У многих хозяек был блат, и их заранее предупреждали о рейдах. Коррупция при СССР была, она не всегда выражалась в деньгах, но ведь «блат» – это же чистейшей воды коррупция!

Итак, вы зарегистрировались, заплатили за вожделенное койко-место и отправились на пляж. Лучше было придти пораньше, так как все общественные пляжи забивались под завязку, яблоку не было где упасть. В Ялте, чтобы занять место под солнцем, многие отдыхающие приходили на пляж на рассвете. Убогие, плохо сколоченные деревянные лежаки, были в страшном дефиците, нередко они становились предметом конфликтов и даже драк.

Обсчитывали везде, обвес покупателей летом принимал характер эпидемии.

После пляжа нужно было отстоять длиннющую очередь в столовую и перекусить плохо приготовленным борщом, котлетами, сделанными из хлеба с привкусом мяса, или отведать «синей птицы» – так называли курицу, которая имела малосъедобный вид. Если вы хотели приготовить что-то самостоятельно, то длинная, в полчаса-час очередь в магазин вам была гарантирована, а купить можно было только консервы, если повезет – вареную колбасу, «молочку», а о мясе или фарше лучше было забыть. Мясо летом продавалось только по блату местным через черный ход (или же для «своих» продавщица заворачивала его в непрозрачную бумагу и обзывала «халвой» или чем-нибудь еще, чтобы очередь не возмущалась). Обсчитывали везде, обвес покупателей летом принимал характер эпидемии.

В ресторан попасть было сложно. Во-первых, их было крайне мало, почти все они находились в Ялте, а в поселках был только ресторан «Мисхор» и ресторан «Алупка» – два ресторана на все пространство от Ялты до Фороса. Уровень сервиса был откровенно убогим. Рестораны имелись в гостиницах «Интуриста», но простому человеку вход туда был заказан. Можно было всунуть трешку или пятерку в руку швейцару и попасть в ресторан «Центральный» в Ялте, на четвертом этаже Дома торговли. Если вы не были «блатным», то отношение к вам со стороны обслуживающего персонала было откровенно хамским, а про обсчет и говорить нечего. Обман, обсчет, недолив были обычными явлениями в ту эпоху. Бармены недоливали или использовали «левое» вино, на которое ставили поддельный штамп ресторанной наценки (в общепите все спиртные напитки продавались с наценкой, и на этикетке обязательно должен был стоять штамп заведения, который часто подделывали, зарабатывая на этом большие деньги). Проверяющие органы, как правило, были в доле. О масштабах коррупции при СССР ностальгирующие не любят говорить, а ведь она была даже выше чем сейчас. Без связей, блата даже нормальную обувь купить было невозможно!

Шовинизм «аборигенов» в отношении приезжих становился все более выраженным, курортников недолюбливали, им хамили, их оскорбляли. За джинсы могли избить

Вечером молодежь массово шла на танцы. Дискотекой это мероприятие стало называться позже. Билет на танцы стоил 50 копеек. На танцах надо было быть осторожным: без драк они практически никогда не проходили. Рядом с танцплощадкой дежурил «луноход» (машина милиции) и пара сотрудников, которые должны были разнимать дерущихся и наводить порядок. Надо отметить, что дрались тогда только руками, и тяжелые повреждения наносились редко: обычно отделывались парой синяков под глазом. Иногда пускали в ход солдатский ремень, который наматывался на руку, но это было реже. Как правило, драка начиналась между местным парнем и приезжим, который во время танца случайно задевал плечом девушку местного, после чего раздавался возглас: «Бык, куда прешь?». Повод на самом деле мог быть любым, так как местная шпана откровенно ненавидела «подыхаек», которые были лучше их одеты, имели деньги и даже джинсы.

Шовинизм «аборигенов» в отношении приезжих становился все более выраженным, курортников недолюбливали, им хамили, их оскорбляли. За джинсы могли избить и лишить этого эксклюзивного атрибута. Мой знакомый в конце 70-х после удара по голове тупым предметом остался калекой на всю жизнь просто потому, что вечером пошел погулять по Ялте в джинсах и джинсовой куртке. Нападавшие сняли с него модную одежду и окровавленного бросили на тротуар. Парень 21 день пролежал в коме, выжил, но стал инвалидом. Нападавших милиция так и не нашла.

Как ни странно, но в эпоху тотального дефицита недостатка в горячительных напитках не было. Местные алкоголики свободно покупали «Портвейн приморский» за рубль двадцать шесть копеек или «Белое крепкое» за рубль семь. Сто грамм портвейна в баре стоили 46 копеек. Алкоголиков среди местных было предостаточно. Они обитали под магазинами и никого не трогали, стреляли мелочь или приглашали выпить с ними за ваш счет. Более «элитными» и достаточно доступными напитками было крепленое вино «Солнце в бокале» и шипучка «Бахчисарайский фонтан». Шампанское и водку можно было купить без особых проблем, а вот марочные вина летом были в дефиците. Когда «выбрасывали» модное тогда «Бастардо» за три рубля шестьдесят копеек, у магазина немедленно выстраивалась очередь.

Овощные магазины торговали овощами и фруктами весьма убогого качества. Приезжие могли отправиться на базар, где были отборные персики и шикарный виноград, только стоило это дорого, и не каждый мог позволить себе такое удовольствие.

Устроиться продавщицей в пивной ларек было удачей: на недоливе и обсчете за сезон можно было хорошо заработать.

Несмотря на то, что Крым находится на побережье, морепродукты были, в основном, привозные: мороженый хек, скумбрия, минтай, мойва. Местные рыболовы добывали ставриду и кефаль, но в магазинах они не продавались. Пиво одного-единственного сорта «Жигулевское» летом поставлялось нерегулярно, случались перебои, за ним тоже надо было стоять в очереди. А вот устроиться продавщицей в пивной ларек было удачей: на недоливе и обсчете за сезон можно было хорошо заработать. Особо денежной была работа приемщика стеклотары, такой человек считался местной элитой, и каждый житель поселка знал его в лицо. Территория поселков была поделена на зоны, и пенсионерки, живущие на крохотные пенсии, или алкоголики, собирали бутылки, оставленные отдыхающими. Иногда из-за пустых бутылок между «сборщиками пушнины» (так назывался этот промысел) возникали скандалы и даже драки.

Посещение пляжа в ночное время было запрещено: после 10 часов вечера по берегу ходили патрули пограничников с фонариком и собаками.

Если вы не хотели идти на танцы, то вечером можно было пойти в кино. Кинотеатры под открытым небом были у каждого санатория. В кино ходили все, билет стоил 30 копеек. Особой популярностью пользовались французские фильмы с Депардье и Пьером Ришаром, американские, например «Лихорадка на белой полосе» и индийские мелодрамы. На советские фильмы очередей не наблюдалось.

Посещение пляжа в ночное время было запрещено: после 10 часов вечера по берегу ходили патрули пограничников с фонариком и собаками. За нахождение на пляже после 10 часов вечера могли задержать. Над морем регулярно вспыхивали мощные прожектора погранслужбы: искали перебежчиков, шпионов, диверсантов. Во время приезда высших чинов сторожевики вставали на якорь напротив госдач, обычно в районе санатория «Ореанда», и охраняли высшее партийное руководство.

Севастополь был закрытым городом, и попасть туда без специального разрешения было невозможно. Во время проезда правительственных лимузинов трассы перекрывали, и люди в жуткой жаре по часу парились в автобусах, ожидая пока проедет «дорогой Леонид Ильич». Людей советская власть не ставила ни во что.

Люди радовались, танцевали, заводили курортные романы, гуляли, ездили на экскурсии, катались на катерах. Они были рады даже такому «сервису»

Но глупо было бы утверждать, что не было веселья, или что все ходили грустные как зеки на зоне. Люди радовались, танцевали, флиртовали, знакомились, заводили курортные романы, гуляли, ездили на экскурсии, катались на катерах. Они были рады даже такому «сервису», и даже таким условиям отдыха, ропота это практически не вызывало. Солнце, море, недорогое вино, пляж, танцы – много ли было нужно жителю страны, напрочь изолированной от внешнего мира? Здесь вот и кроются корни ностальгии по советскому прошлому: ведь действительно было весело, а о том, что это веселье больше смахивало на праздник в чумном бараке, люди предпочитали не задумываться, они и тому были рады.

Местные фарцовщики скупали все, что только иностранец соглашался продать, а потом перепродавали поношенные заграничные шмотки втридорога.

В Ялту приезжали иностранные туристы, в основном из Германии, Финляндии, Польши, даже из Швеции, а вот знакомиться или разговаривать с ними было запрещено, за это можно было и в КГБ загреметь. Местные фарцовщики шли на этот риск и скупали все, что только иностранец соглашался продать, а потом перепродавали поношенные заграничные шмотки втридорога. Но советский человек и обноскам был рад: что-то приличное в магазине купить было трудно. Фарцовщика могли и посадить: заниматься бизнесом в СССР было запрещено. Были и маленькие радости: можно было за 5 рублей купить у швейцара ресторана пачку настоящего «Мальборо» или «Ротманса» и шикануть перед девушкой.

Общественный транспорт ходил достаточно неплохо, хоть и забивался под завязку, а вот с такси была проблема. Если в Ялте еще можно было раздобыть такси, то в поселках это было крайне затруднительно. Таксисты заламывали цены, вечером меньше чем за два счетчика ехать отказывались, хамили, грубили. Хамство и грубость подстерегали отдыхающего везде: в транспорте, в столовой, магазине, кафе, ресторане. Хамили щедро, не скупясь. Местные откровенно уставали от наплыва курортников.

Чтобы купить обратный билет в разгар сезона, можно было провести 2-3 дня в очередях.

Уже через несколько дней после приезда надо было озаботиться покупкой обратного билета. У ЖД и авиа касс стояли огромные очереди, составлялись списки, проводились переклички, тех, кто не отзывался, вычеркивали. Измученная женщина-кассир, обливавшаяся потом (кондиционеров тогда не было, только вентиляторы) с утра до вечера накручивала диск связи со службой бронирования авиабилетов в Симферополе «Сирень», но дозвониться туда было очень непросто. Очередь терпеливо ждала. Кассирша без остановки крутила диск телефона в надежде, что вместо частых коротких гудков, наконец, зазвучит длинный. Когда это происходило, все вздыхали с облегчением. Чтобы купить обратный билет в разгар сезона, можно было провести 2-3 дня в очередях.

С телефонной связью было не лучше. Обычно на почте покупался талон, и можно было позвонить с квартирного телефона, если, конечно, хозяйка разрешала пользоваться телефоном, а разрешали далеко не все. Если с Москвой или Ленинградом реально было соединится за пару часов, то, например, для связи с Кишиневым, надо было ждать день, а то и два. Качество связи было ужасным, и приходилось сильно кричать, чтобы тебя услышали на другом конце провода. Существовали переговорные пункты, но летом там стояли длинные очереди.

Элита, конечно же, отдыхала иначе. У них были отдельные, отгороженные от остального мира санатории, закрытые пляжи, машины, им не надо было давиться в очередях. Элитные санатории принимали генералов, сотрудников КГБ, членов высшей партийной верхушки, и, конечно же, блатных всех мастей. Коррупция уже тогда пронизала советское общество с низа до самого верха, и директор какого-нибудь московского рынка мог отдыхать в одном из лучших санаториев, – он уже стал частью этой элиты, сросся с ней.

Как можно было смириться с унижением перед швейцаром, милиционером, продавцом?

Поэтому просто невероятно, что может возникнуть ностальгия по этому жуткому, бесчеловечному обществу тотального дефицита, игнорировавшему самые элементарные потребности человека. Об отсутствии свободы слова я просто промолчу, говорить тогда можно было что угодно только у себя на кухне, крепко заперев дверь перед этим. Советская пропаганда показывала розовую картинку жизни по телевизору, о реальном положении дел в стране людей не информировали (впрочем, именно так обстоят дела и сейчас).

Как можно было смириться с унижением перед швейцаром, милиционером, продавцом? Как можно было вынести магазин «Каштан» на ялтинской набережной, где продавался любой дефицит, но только для иностранцев и за валюту, а советских людей туда даже близко не подпускали? Как можно было терпеть эту систему тотальной лжи и обмана, где всеми благами пользовались лишь номенклатурные работники? Как вообще может возникнуть ностальгия по этому жуткому строю?

Мы в Крыму особенно отчетливо ощущали всю несправедливость советского концлагеря: своими глазами видели, как давились в очередях за сосисками курортники, и как в сопровождении милицейских мигалок летали по трассе лимузины элиты. Все лучшие пляжи были закрыты даже для местных жителей, а обычному отдыхающему доставался только квадратный метр гальки. Советский Союз отличался очень жесткой кастовой структурой общества, оно было расслоено на господ (советскую номенклатуру) и на нищий народ. По мере возврата в СССР современная Россия копирует то, что было 30 лет назад, только неравенство в доходах стало еще более выраженным.

Мне грустно смотреть на то, как страна превращается в «совок» – страну-изгоя. Все громче пропаганда, обман с экранов телевизоров, международная изоляция. Политический курс страны все сильнее смахивает на тот, который в 1991 году привел к развалу СССР. Неужели забыта война в Афганистане, введенные после этого санкции, обвал цен на нефть, что в совокупности и привело к фиаско коммунистического режима? Или тогда страну недостаточно развалили, и ей приходится давать задний ход, чтобы еще раз со всей силой налететь на те же грабли?

Если бы я мог дать всего лишь один совет, то он был бы очень коротким: не ностальгируйте. Не мечтайте о прошлом. Оно на самом деле было ужасным. Двигаться надо только вперед, в будущее. Прошлое, извините за тавтологию, уже прошло. Машину времени ученые не изобрели, а значит, эксперимент по возвращению в прошлое, поставленный Кремлем, противоречит законам физики, с которыми, как известно, спорить бессмысленно.

Иван Ленский, американский блогер, крымчанин

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции