Кадр из сериала «Удивительная миссис Мейзел»

К старту второго сезона «Удивительной миссис Мейзел» разбираемся в трансформации экранных героинь из хранительниц очага в женщин с характером.

В последнее десятилетие режиссеры полюбили домохозяек, но произошло это далеко не сразу. Эмансипация, борьба за женские права и феминизм постепенно ввели женщин в фокус пристального внимания кинематографа. Если когда-то домохозяйка скромно стояла на обочине кадра с чашкой чая для любимого мужа, то теперь женщина со шваброй легко становится главной героиней фильма, а мужские персонажи уходят на второй план.

Но не стоит думать, что в прежние времена домохозяйки повально воплощали мечту дремучего домостроя: босая, беременная и на кухне. Одно из первых феминистских заявлений на экране прозвучало в фильме о домохозяйке. Это короткометражная лента «Улыбающаяся мадам Бёде», которую сняла в 1923 году француженка Жермен Дюлак. Получилась «Госпожа Бовари» через призму сюрреализма: героиня мечтает об утонченности и романтике, но замужем за прозаическим торговцем, который является ей во снах в виде жуткого упыря. Символизм прозрачен: этот человек высасывает из нее жизнь, к тому же обладает нездоровым чувством юмора и регулярно инсценирует свое самоубийство. Почему бы не пошутить и не попугать жену от полнокровия и избытка сил? Это наталкивает госпожу Бёде на мысль, которая, возможно, вызовет настоящую улыбку у зачахшей женщины, если только ей хватит смелости…

Смелости мадам Бёде не хватило, и ее финальная безжизненность словно обрекла экранных домохозяек на долгие годы на роль живой мебели. Но в 1945 году вышла американская драма с нуарной интонацией «Милдред Пирс», принесшая долгожданный «Оскар» голливудской диве Джоан Кроуфорд. Несчастливый брак и стремление дочери к красивой жизни, на которую вечно не хватает денег, вынуждают Милдред устроиться на работу официанткой, а затем выйти во второй раз замуж без любви. Кроуфорд сыграла женщину обреченную, но сильную и с деловой хваткой, которую нельзя было ждать от бывшей домохозяйки: со временем Милдред открывает свою сеть ресторанов.

Чтобы стать «сильной», Милдред пришлось выйти за рамки домашнего служения. В фильме это не приносит ей счастья, да и собственных амбиций она не имеет — все ради дочери. Общество еще не было готово видеть женщину, удовлетворенную жизнью вне брака. Это подтверждает фильм, который можно назвать американской «Иронией судьбы»: рождественская классика «Эта замечательная жизнь», поставленная Фрэнком Капрой в 1946 году. Когда главный герой оказывается в параллельной реальности, в которой он никогда не рождался, он видит свою жену унылой старой девой, работающей в библиотеке. Это тоскливое существо в очках преображается в «настоящей» реальности: счастливая жена и мать, идеальная хранительница очага и красавица, который не нужна ни работа, ни старящие очки. Да и книги, похоже, ей ни к чему, она же замужем.

В прогрессивные 60-е, эпоху социальных протестов на Западе и хрущевской оттепели в СССР, подули ветры перемен, коснувшиеся и женщин. Свой первый цветной фильм «Красная пустыня» Микеланджело Антониони посвятил именно домохозяйке. Моника Витти создала пронзительный образ хрупкой женщины, изнывающей от холодного одиночества в индустриальном городе, где фабричный гул заглушает человеческую речь. Заброшенная мужем, она решается на роман, но в обстановке грубой повседневности его робкие ростки увядают. Женщине остается единственная радость и лишь одно живое общение — ее маленький сын.

А в Союзе в 1968 году состоялось поистине удивительное явление домохозяйки на экране — во всенародно любимой мелодраме Татьяны Лиозновой «Три тополя на Плющихе». Трогательное исполнение Татьяны Дорониной заставило поверить советского зрителя в право замужней женщины и матери на романтическую любовь и понимание — раньше в советском кино такие права принадлежали лишь молодым свободным девушкам. И вновь, как в фильме великого итальянца Антониони, звучит тема женского одиночества, от которого не избавляет наличие мужа.

В 70-х годах, на второй волне феминистского движения. режиссеры решительно освобождались от стереотипного видения женского счастья «был бы милый рядом». Реалистичная картина Джона Кассаветиса «Женщина не в себе» показала домохозяйку, которая не испытывает ни малейшей радости, заботясь о домочадцах. Она начинает «чудить», напивается в баре, и вскоре родственники отправляют ее в сумасшедший дом. Фильм не дает прямого ответа на вопрос о психическом состоянии главной героини. Возможно, женщина действительно больна, но, что вероятнее, просто устала от быта.

Еще более сильный удар по типичному образу домохозяйки нанесла экранизация фантастического романа Айры Левина «Степфордские жены», название которого стало нарицательным. На экране показали ночной кошмар феминизма: идиллическую «одноэтажную Америку», населенную блаженствующими мужчинами, которых целыми дня обслуживают улыбчивые жены в романтичных платьях, молящиеся на алтарь супермаркета. Идиллия оказалась адом, довольные своей участью женщины — роботами, идеальная домохозяйка — не просто мифом, а симптомом какой-то опасной болезни общества.

После фантастической сатиры 70-х в следующее десятилетие загнать женщин обратно в домашнее служение оказалось не так-то просто. Попытки, правда, предпринимали, но уже только в комедийном жанре. Например, в фильме «За бортом» стервозную миллионершу берется «перевоспитывать» обиженный ею рабочий. Пользуясь ее временной амнезией, он внушает ей, что она — его жена и мать четырех хулиганистых сыновей. Обман срабатывает и даже идет девушке на пользу: по сравнению с ее прежним бездумным существованием роль жены и матери — действительно большой прогресс. Фильм и сейчас кажется обаятельным, во многом за счет «химии» между Голди Хоун и Куртом Расселом, чей роман на экране перешел в жизнь.

Но и в комедиях 80-х чаще встречалась борьба со стереотипами. В 1989 году вышло сразу два фильма с дьявольскими домохозяйками. В «Дьяволице» доведенная до ручки изменами и унижениями мужа героиня привозит к нему и его любовнице на дом детей, а сама уходит менять свою жизнь. В «Войне супругов Роуз» белокурая бестия Кэтлин Тернер дает прикурить супругу, ничем не уступая ему в мстительности, когда дело доходит до развода. В том же году вышел один из важнейших женских фильмов «Стальные магнолии» с целым букетом хороших актрис от Ширли МакЛейн до Джулии Робертс. Шесть женщин разных возрастов и занятий — домохозяйки, пенсионерки, владелицы маленького бизнеса — помогают друг другу в жизненных испытаниях, ощущая, что их «сталь» не слабее мужской:

«Считается, что мужчины сделаны из стали. Но мой муж ушел, муж дочери тоже не смог находиться с ней в тот момент, когда ее отключали от аппарата жизнеобеспечения. А я сидела с ней и ждала, что она встанет и вновь начнет спорить со мной… До самого конца».

Третья волна феминизма отозвалась в 90-е трэш-комедией Джона Уотерса «Мамочка маньячка-убийца». Повзрослевшая Кэтлин Тернер предстает элегантной домохозяйкой, у которой всегда готов вкусный пирог, вот только остерегайтесь, когда она начнет его резать. Эта безупречная леди убьет вас, не моргнув глазом, если вы не перемотали пленку видеокассеты или нарушили другие правила идеального общежития. Не менее жестоко высмеяны утопические женские образы в «Плезантвиле», где в черно-белой сериальной реальности 50-х люди не занимаются сексом и не ходят в туалет, а женщины с приклеенными улыбками намертво привязаны к дому. В английской драмеди «Спасите Грейс» пожилая вдовая домохозяйка, занявшись собственным делом, наконец, добивается успеха и даже личного счастья. Правда, для этого ей приходится начать выращивать марихуану, зато у женщины отлично получается!

Следующее десятилетие пошло еще дальше. Реальные события легли в основу биографического фильма Стивена Содерберга «Эрин Брокович» — истории домохозяйки, которая сражается с ребенком под мышкой против могущественной корпорации и выигрывает дело, а потом и вовсе становится известной правозащитницей, даже не имея высшего образования, на одном боевом напоре. Фильм вышел в 2000 году и принес Джулии Робертс, исполнившей в нем главную роль, множество кинонаград. А три года спустя в костюмной мелодраме «Улыбка Моны Лизы» актриса сыграла феминистку, которая в 50-х годах устраивается в консервативный женский колледж, чтобы сражаться с патриархальными идеями, привитыми ее ученицам. До встречи с нею девушки и не подозревали, что у них может быть другая карьера, кроме домохозяйки. Режиссер Майкл Ньюэлл оборачивается на полвека назад, чтобы зритель ужаснулся тому, как было, и порадовался тому, как стало. Если бы он еще не делал это так навязчиво и нравоучительно, наша радость была бы полной.

Увы, с прошлого десятилетия в феминистских фильмах становится все меньше жизни и все больше лозунгов. В европейском кинематографе это менее ощутимо, чем в американском. Например, шведский фильм «Незабываемые моменты», в котором домохозяйка 1900-х открывает в себе талант фотографа, получился не только воодушевляющим, но и поэтичным.

Женщины 2000-х научились давать отпор, когда их обижают. Причем не только убеждениями и судебными запретами, но и физическими действиями, что испокон веков было мужской прерогативой. В криминальном триллере «С меня хватит» (2002) героиня Дженнифер Лопес сбегает от подлеца-мужа и учится восточным единоборствам, что твоя Лара Крофт, побеждая супруга в финальной драке.

2010-е стали временем сильных женщин на экране. Наше десятилетие легко иллюстрируют три домохозяйки с простыми именами. Робкая Шаши из индийской драмеди «Инглиш-винглиш» едет в Америку, где учится английскому языку, за незнание которого ее презирали дома, и становится увереннее в себе. Мать-одиночка Джой из одноименного фильма исполняет гимн американской мечте: изобретает самоотжимающуюся швабру, становящуюся мировым бестселлером. А беременная третьим ребенком Марло, ради роли которой Шарлиз Терон набрала вес и впервые в жизни впала в депрессию, думала, что любит детей. На деле — не любит, а еще страдает недосыпом, легкой ненавистью к мужу, сильной ненавистью — к своему раздувшемуся телу, завистью к беззаботным одиночкам и прочим счастьем материнства. На этой неприятной ноте фильм «Талли» завершает переломный для кинематографа и женского движения 2018 год.

Что сказать, дорогие домохозяйки?

Добро пожаловать в отчаяние.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.