Иосиф Кобзон — это масштабнейшее явление эпохи окаменелого совка, уникальное сочетание лакировано-мёртвой, отталкивающей, отвратительной наружности и крайней степени трухлявости внутреннего, рассыпчато-лицемерного спецнаполнителя. При этом как и прежде, сие говорящее флагманское чучело перезрело-недоразвитого соцреализма продолжает регулярно загаживать эфир. Этот ходячий големный пупс со встроенным кремлёвским радиорепродуктором, эдакий церетелевский бетонный памятник самому себе с полностью сгнившей деревянной опалубкой, подъеденной идеологическими термитами нескольких поколений подряд, тем не менее продолжает «бодриться натощак», выразительно вращая бакелитовыми зенками как ни в чём не бывало. На каких-таких батарейках оно вообще работает?

Воистину, сие чудо советско-инфернальной генной инженерии лучше всего бы уже смотрелось в музее восковых фигур мадам Тюссо, желательно среди прочих своих коллег по дебилизационному цеху типа Льва Лещенко, Олега Газманова, «Валерии», Вики Цыгановой и т.п., чем продолжало свои турне по странам ближнего (к счастью — теперь уже только ближнего) зарубежья. И ладно бы ездил себе этот паяц с гастролями для таких же как он зомби, ан нет, горе-голема потянуло на "законотворчество". Совсем забыл, ведь это уникальное существо ещё и депутат ГосДуры РФ!

Выборочное сочетание несочетаемого — слегка небрежных манер вальяжного опереточного «мафиози» с хлопающими по-рабьи глазами на ниточках и совершенно механическим ртом, выдающим низкое, утробное, зычно-отрыжечное «пение», которое по-прежнему вводит в ретроспективный экстаз публику постарше — видимо и есть тот самый оптимальный вариант связующего звена между «системными генераторами» и массовым бессознательным граждан постсоветских пространств, живущих в ностальгическом смысловом вакууме по безвременно почившему СССР.

В принципе, советская эстрада — эта особая среда, которая по меткому выражению Зощенко есть ничто иное, как «прибежище убогих», что продолжает играть роль буфера между «властью» и «народом», выполняя функцию основного передачика «управляющих импульсов» для толпы ватников, которая в свою очередь лишь на первый взгляд кажется стороннему наблюдателю абсолютно непредсказуемой и аморфной.

И в этом механизме передачи информации, на мой взгляд, содержится гораздо больше сведений о том, что представляет собой сущность России как оголтелого, безумного, насквозь патологического безжизненного пространства, чем в иных попытках обрисовать сложившуюся социально-политическую ситуацию в «этой стране» с точки зрения стандартной общемировой социологии, а порой даже и формальной логики. Т.н. «загадочная русская душа» оказалась сложным, трижды перекрученным набором чудовищных патологий советского бессознательного.

К большому сожалению и в настоящий момент лебединая песня Кобзона - этого плешивого советского клоуна в ужаснейшем парике, наспех пришпандоренном на клей «Момент», который в своё время пугал незадачливых советских граждан «ядерным взрывом» ещё до того, как это стало киселёвским мейнстримом, продолжает звучать под одобрительный аккомпанемент канонады российско-террористической банд-артиллерии на Донбассе.

Но как это бывает со всем отжившим, бездарным и безобразным, при этом продолжающим дёргаться, издавая чудовищные, идиосинкразические звуки, попутно строя козьи морды в сторону свободных людей, финал всегда неизбежен — его полированные глазные яблоки выкатятся из заезженных орбит, опилочный мозг провалится в растянутый несвежей пищей желудок, а его синий, одеревеневший, но ещё слегка дребезжащий язык выпадет на пол-локтя из наглухо заклинившей механической пасти — шмяк! КОБЗДОХ!

Бытие оскорбительно.

Мир — «заливная рыба», которую, кажется, уже ничем никуда не слить.

Человек смешон. — Кромешно.

Женщина горше «бани с пауками».

Труп Бога смраден и неогляден.

Язык с хреном. — Так в каждом меню.

Хрен горчицы не слаще.

Музыка сфер? — Анекдот с бородой. Музыка — Агасфер.

Одним словом, — халтура.

А вы всё Кобзону поддакиваете.