Око за око

Если вы с Украиной не враги и вам война не нужна – не воюйте. Бегите. В Турции сейчас хорошо. В Египте. В Италии. Сейчас везде будет хорошо, где вас нет.

Рассказывают нам наши российские как бы друзья все время одно и то же. Во-первых, у нас нет убедительных доказательств присутствия российских войск на Украине. Во-вторых, вы не переживете эту зиму. В-третьих, эта война никому не нужна, и надо обязательно договориться.

Имею на это сообщить буквально следующее. Во-первых, мы вас ни в чем и не должны убеждать. Во-вторых, не ваше дело. В-третьих, да, есть способ договориться. Но вам он не понравится.

Потому что, в-четвертых – бегите.

Российская Федерация ввела войска в Крым и аннексировала его. Российская Федерация спровоцировала, а впоследствии масштабно спонсировала донбасский сепаратизм, вплоть до обстрела территории Украины с территории РФ и прямого ввода кадрового состава Вооруженных Сил Российской Федерации с оружием и бронетехникой на территорию Украины. Где они убивали граждан Украины.

Все это организовано силами Российской Федерации по решению её Президента, Владимира Владимировича Путина.

Все это сделано для того, чтобы Украина оставалась подконтрольной Владимиру Владимировичу Путину.

За это мы Путина, если уместно процитировать Галковского, кх-кх, убьем. Но вы же понимаете, что пока мы до него доберемся, он перед собой полстраны выставит живым щитом, в основном женщин и детей, потому что псковские десантники уже кончились и скоро кончатся совсем.

Вероятно, сейчас вы, дорогие, и, увы, многочисленные многонациональные российские читатели, уже занесли руки над клавиатурой, чтобы написать ехидный комментарий про то, что у нас перемога уж перемога, особенно в Иловайске.

Сообщаю. Крайне жалко выглядели украинские студенты 30 ноября, после нападения Беркута. Дебют Майданом был полностью проигран. Студенты бежали, теряя элементы одежды, и были вынуждены спрятаться за стенами Михайловского монастыря, потому что единственная их надежда была на Бога. Ну, а в результате мы знаем, чем все кончилось, и где сейчас Янукович. А, хотя нет. Мы даже не знаем, где сейчас Янукович, так он ловко организовал избиение студентов 30 ноября.

А Иловайск – это новое 30-е ноября.

Тут важно понимать, что традиция такова, что в дебюте мы традиционно проигрываем. Планида такая. В 41-м тоже Гитлер в дебюте неплохо выступил, а эндшпиль он встретил уже с простреленной головой.

В дебюте мы потерпели поражение в Крыму и на Донбассе. В эту войну мы вошли без армии, с разорванной страной, в которой половина населения не поддержала Майдан, совершенно не готовые к такой эпической эскалации конфликта. Поэтому и аннексия Крыма прошла успешно, и захват РОВД на Донбассе на старте удался.

В итоге мы за полгода миттельшпиля построили систему противодействия в гибридной войне, и даже начали выводить ситуацию на эндшпиль, додавливая «Новороссию» до границ, очерченных мелом вокруг силуэта Царева на асфальте.

Но при виде такого эндшпиля Путин не сдержался и открыто ввел войска. Таким образом, гибридная война закончилась и началась война обычная, подпадающая под определение вооруженной агрессии ООН по всем пунктам. Кстати, даже если вы считаете, что российской армии на Украине нет, сюрприз-сюрприз, Россия все равно страна-агрессор, согласно пункту g статьи 3.

Ну, война, так война. Если агрессор открыто ввел на нашу территорию войска, то вполне очевидно, что первый ход белыми останется за ним. В дебюте мы привычно проиграли.

Иловайск – это снова наше 30 ноября. Избиение студентов Беркутом. Показательно выходит, что безногий десантник Козлов в свое время переодевался в украинского милиционера, чтобы сопровождать аннексию Крыма (настолько добровольную и самостоятельную, что без Козлова никак не обошлось). То есть в лице Козлова мы поимели и российскую армию и Беркут одновременно.

После Иловайска батальонов станет не 40, а сто сорок. Они увеличатся и получат тяжелое вооружение. Мы откатимся назад, организуем оборону, и в обороне накопим силы и злобу. Мы не успокоимся. Мы не простим. Мы не помиримся. Молодец, Владимир Владимирович, 40 миллионов врагов себе нажил.

Путин показал, что его враг – Украина. Что на этом месте по его плану должна быть или Российская Федерация, как в Крыму, или выжженая пустошь, как на Донбассе. Ну, значит, или мы – или он.

Нам не поможет мировое сообщество? Во-первых, поможет. Друзья у Путина за границей кончились, он теперь один против всего мира. Во-вторых, за каким бы нам чертом потребовалась помощь мирового сообщества? Мы входим в первую десятку мировых экспортеров оружия. Выйдем из этого рейтинга на годик-другой, покатаемся на своих танках сами. Нас 40 миллионов высокомотивированных злобных украинцев, русских, евреев и татар. Уж, слава богу, на одного Путина хватит.

Мы не переживем эту зиму? Нет, это десантник Кичаткин не переживет эту зиму, и друг его Осипов. А мы потерпим, а пока будем терпеть, еще отправим немного российских солдат на подмогу Кичаткину, навеки в псковской земле окапываться.

Смотрите, как здорово вышло. Путин поссорился со всем миром. Поссорился настолько крепко, что даже равнодушная ко всему Франция решила отказаться от миллиардного контракта на поставку Мистраля, при том, что сам Мистраль-то вот он, у неё уже есть, построенный. То есть это не недополученная прибыль, это прямой миллиардный убыток от постройки корабля, который Франция, выходит, сама себе построила. Вот настолько его теперь ненавидит мировое сообщество.

И с другой стороны, кроме миллиардов просто недовольных им жителей планеты Земля, он получил еще 40 миллионов откровенно ненавидящих его жителей Украины, которые уже просто не хотят и не могут остановиться, и будут воевать до тех пор, пока Путин не будет повешен на Спасской башне. Потому что если остановиться раньше, то выходит, что под Иловайском и до того все эти тысячи украинцев погибали зря.

Потому что мы отлично понимаем – если оставить Путина в живых, то после Донецка и Луганска начнется Одесса и Харьков. Что единственное от этого средство – это чтобы после Донецка и Луганска начались Ростов и Воронеж, а потом Москва.

Вот такой у нас план завершения конфликта – или мы, или Путин, а до тех пор – война, на которой любое прекращение огня – временное.

И рекомендую понимать, что если делить украинцев на «ястребов» и «голубей», то я как раз «голубь» и толстовец. Потому что я считаю, что ответственность за развязывание войны и сотни смертей на совести Путина, а потому конфликт может быть исчерпан путем одной смерти – Путина, и, возможно, нескольких его ближайших подельников, а стратегию «око за око» я не поддерживаю, мне достаточно избавиться от причины проблем, а не мстить. А «ястребы» со мной не согласятся. А их немало, и становится больше с каждым днем.

Так что знаете, что? Бегите. Если считаете, что вы с Украиной не враги и вам война с Украиной не нужна – вот и не воюйте. Просто бегите. В Турции сейчас хорошо. В Египте. В Италии. Во Франции, Костя Рыков не даст соврать. Сейчас везде будет хорошо, где вас нет.

Александр Нойнец