Вокруг "Доктора Живаго": как знаменитый роман оказался в центре спора о плагиате

Автор фото, Getty Images Подпись к фото, На Западе роман "Доктор Живаго" стал очень популярен после выхода в 1965 году фильма Дэвида Лина с Джули Кристи в роли Лары

Роман Бориса Пастернака "Доктор Живаго" неожиданно оказался в центре спора о нарушении авторских прав в связи с публикацией в США и Великобритании книги американки Лары Прескотт "Секреты, которые мы хранили".

Роман Прескотт - это художественное осмысление реальных событий, связанных с активным участием ЦРУ в публикации и распространении романа "Доктор Живаго" в годы холодной войны.

Однако, по свидетельству газеты Times, внучатая племянница писателя Анна Пастернак через своих адвокатов утверждает, что некоторые фрагменты романа Прескотт содержат "поразительное количество значительных деталей", скопированных из книги Анны Пастернак "Лара", опубликованной в 2016 году.

При этом "Лара" является документальной прозой, посвященной Ольге Ивинской - любимой женщине Пастернака, вдохновившей его на создание образа Лары в романе "Доктор Живаго" - и написан с использованием писем Ивинской, ее автобиографии и семейных архивов Пастернаков.

Как пишет Times, по утверждению Анны Пастернак, сходство между ее книгой и романом Прескотт "превосходит простое вдохновение, которое писатель может законно почерпнуть из документальной прозы".

Пастернак также полагает, что Прескотт ввела в заблуждение публику, позиционируя свой роман как "нерасказанную историю" Ольги Ивинской.

Анна Пастернак - известный в Британии автор и колумнист, выпустившая в 1994 году биографическую книгу "Любовь принцессы" - о реальном романе принцессы Дианы и Джеймса Хьюитта.

Автор фото, Getty Images Подпись к фото, Несмотря на многочисленные экранизации романа Бориса Пастернака, фильм с Омаром Шарифом в роли Юрия Живаго и Джули Кристи в роли Лары получил особое признание публики

О чем "Секреты, которые мы хранили"?

Дебютный роман американской писательницы Лары Прескотт рассказывает историю участия ЦРУ в публикации и распространении вывезенной из СССР на фотопленке рукописи "Доктора Живаго" через призму личной истории одной из сотрудниц машбюро ЦРУ.

Пышущая ненавистью к СССР русская эмигрантка Ирина, работающая машинисткой-стенографисткой, завербовывается в качестве агента по распространению романа Пастернака, который запрещен на родине и потому может стать шикарной пропагандистской уловкой для Запада.

Другая линия повествования связана непосредственно с музой Пастернака Ольгой Ивинской, ставшей прототипом образа Лары в романе "Доктор Живаго".

Как отмечает в своей рецензии New York Times, несмотря на захватывающий приключенческий сюжет, роман Лары Прескотт "не увлекает".

"Для столь запутанной книги это важно. Повествование, наполненное интересными подробностями и менее интересной прозой, катится, периодически спотыкаясь на неловких метафорах. "В эту первую ночь это "а что если" окутывало меня, как облако мошкары", - цитирует роман Прескотт рецензент New York Times.

Тем не менее книга уже получила широкий резонанс в прессе из-за интереса, который неизменно вызывает роман "Доктор Живаго", известный широкой публике в основном по ряду экранизаций.

В честь героини романа

Сама Лара Прескотт в интервью Sunday Times (пейволл), опубликованном в начале сентября, призналась, что была одержима этим романом с ранних лет, поскольку ее мать назвала ее в честь пастернаковской героини, посмотрев в свое время фильм Дэвида Лина с Джули Кристи и Омаром Шарифом в главных ролях.

Прескотт прочла этот роман впервые еще в школьные годы.

"После этого я каждый год перечитывала его - и потому что его полюбила, и потому что каждый раз выносила для себя что-то новое", - сказала она.

Идея ее собственного шпионско-любовного романа "Секреты, которые мы хранили" появилась после того, как ее отец прислал ей по электронной почте ссылку на статью Washington Post, в которой рассказывалось, как "Доктор Живаго" стал инструментом пропаганды ЦРУ в годы холодной войны.

Авторы той статьи, Питер Финн и Петра Куве, подали запрос с требованием ЦРУ рассекретить документы, касающиеся книги Бориса Пастернака, и впоследствии именно эти документы стали основой их публицистической книги "Дело "Живаго": Кремль, ЦРУ и борьба за запрещенную книгу".

"Я думала о себе как о почитателе "Живаго", а об этом я ничего не знала, - призналась писательница в интервью Sunday Times. - Именно тогда я и стала задумываться о том, как я могла бы художественно переосмыслить и облечь в плоть эту историю, о которой знали немногие ".

Издательство Penguin Random House сообщает на своем сайте, что права на перевод и издание этого романа уже проданы в 25 стран, а известная голливудская актриса Риз Уизерспун включила эту книгу в сентябрьский список своего книжного клуба Hello Sunshine.

Согласно сайту самой Лары Прескотт, права на экранизацию ее книги приобретены продюсерскими компаниями The Ink Factory ("Ночной администратор") и Mark Platt Productions ("Ла-Ла Ленд").

Автор фото, Getty Images Подпись к фото, Карикатура на роман "Доктор Живаго" из советского журнала "Крокодил": на родине писателя роман был оценен по достоинству и опубликован в авторской версии только в 1980-е годы

В чем претензии Анны Пастернак?

Книга Анны Пастернак "Лара: Нерасказанная история любви, вдохновившая на создание "Доктора Живаго", вышла в 2016 году и получила хвалебные рецензии критиков.

Как теперь полагает внучатая племянница Бориса Пастернака, кое-какие фрагменты нового романа заимствованы Прескотт из этой биографической книги об Ольге Ивинской.

Times пишет, что с Пастернак связался один из ирландских рецензентов нового романа Прескотт, указавший на поразительное сходство с ее книгой "Лара", после чего Анна Пастернак заказала независимую экспертизу обоих текстов и была, как пишет газета, "шокирована" ее результатом.

Пастернак знала о том, что Прескотт работает над романом, связанным с "Доктором Живаго", и между двумя писательницами в 2018 году даже состоялась рабочая встреча, во время которой у Пастернак не возникло причин для беспокойства: Прескотт писала шпионский роман, который не должен был никак пересекаться с рассказанной ею в "Ларе" историей Ивинской.

"История любви Лары и Юрия [персонажей "Доктора Живаго"] - это история Ольги и Бориса. Она была рядом в самые важные моменты его жизни: если бы не Ивинская, он никогда бы не дописал и не опубликовал "Доктора Живаго", - призналась в 2017 году Анна Пастернак в интервью русскому изданию журнала "Татлер".

Лара Прескотт и ее издатель Penguin Random House, по свидетельству Times, сочли утверждения Анны Пастернак "необоснованными" и в своем заявлении отметили, что все юридические претензии к роману Прескотт будут оспаривать "самым серьезным образом".

Обе писательницы должны были выступить 6 октября на специальной лекции "Доктор Живаго: любовь и секреты" в рамках литературного фестиваля в английском городе Чэлтенхем, однако на сайте фестиваля появилось сообщение, что "из-за непредвиденных обстоятельств это мероприятие отменено".

Times приводит некоторые выдержки, которые стали предметом спора

Цитаты из книги Анны Пастернак "Лара":

"Вы слушаете "Голос Америки". Вы клевещете в адрес советских писателей, которые придерживаются патриотических взглядов, и вы до небес возносите работу Пастернака - писателя с критическим взглядом в адрес властей".

"Борис чувствовал себя несчастным. Его раздражала невозможность уединиться и огромные оконные рамы".

"Эта книга закрутит нас в гибельный водоворот, откуда нет возврата".

Цитаты из книги Лары Прескотт:

"Вы слушаете "Голос Америки". Вы клевещете в адрес советских писателей, придерживающихся патриотических взглядов, и вы до небес возносите работу Пастернака - писателя с критическим взглядом в адрес властей".

"Когда Борис впервые увидел этот дом, он заругал меня, сказав, что в доме из стекла нет никакой уединенности".

"Эта книга закрутит нас в гибельный водоворот", - писала Ирина".

В развернувшейся в комментариях к статье в Times дискуссии один из читателей отметил, что все оспариваемые куски относятся к цитатам из исторических документов и письменных свидетельств и, соответственно, вряд ли могут считаться плагиатом.