Строения из необработанного грунта вроде землянок и глинобитных хижин — для большинства из нас символы крайней простоты и непритязательности. А между тем еще столетия назад из обычной необожженой глины в разных уголках мира были возведены колоссальные сооружения , которые поражают наше воображение до сих пор. И мы боимся их потерять.

С высоты птичьего полета Шибам выглядит величественным и живописным. Но для того чтобы сохранить это чудо света, нужно, чтобы люди имели стимулы для жизни среди глиняных стен. А этого добиться гораздо сложнее, чем реставрировать памятники.

Йеменский город Шибам кажется островком упорядоченности посреди вольной фантазии природы. Он стоит на дне глубокого каньона с изрезанными эрозией бортами, а долина, лежащая между ними, носит имя Вади Хадрамаут. «Вади» — это специальное арабское слово, обозначающее долину, созданную некогда водными потоками, или русло реки, которая, в зависимости от сезона, то течет, то пересыхает. Символом упорядоченности город Шибам (точнее его центральную историческую часть) делает невысокая стена, образующая правильный четырехугольник. То, что находится внутри стены, журналисты обычно называют «аравийским Манхэттеном». Разумеется, в этой беднейшей части арабского мира вы не найдете ничего похожего на Эмпайр-стейт-билдинг или башни почившего ВТЦ, однако сходство с самым знаменитым в мире скоплением небоскребов Шибаму придает планировка — он весь состоит из близко стоящих друг к другу зданий, высота которых намного превышает ширину идущих между ними улиц. Да, местные здания уступают нью-йоркским гигантам — их высота не больше 30 м, зато наиболее старые из них были построены еще до открытия Америки. Но самое удивительное заключается в том, что вся эта многоэтажная экзотика сработана из необожженой глины на основе доиндустриальных технологий.

На плане, подготовленном в рамках германо-йеменского проекта развития города, показано расположение строений в окруженной стеной центральной части Шибама (более новые районы города расположены вне стены). Здания, помеченные разными цветами, были частично разрушены, но отреставрированы в рамках проекта. Среди объектов, подлежавших восстановлению, были не только многоэтажные жилые дома, но и общественные здания, мечети и другие памятники. Самые старые здания уверенно датируются XVI веком, но, возможно, среди них есть сооружения на два века старше. За прошедшие столетия дома регулярно перестраивались.

Наверх от бедуинов

В сезон дождей Вади Хадрамаут частично затапливается, покрывая окрестности Шибама аллювиальными глинами. Вот он, подручный строительный материал местных зодчих, которым они пользуются тысячи лет. Но вот вопрос — зачем в просторной долине потребовалось так сильно «ужиматься» и еще полтысячелетия назад решать инженерные проблемы многоэтажного строительства? Причины здесь как минимум две. Во‑первых, старинный Шибам стоит на небольшом по площади возвышении — по одним данным, оно имеет естественное происхождение, по другим — образовалось из останков древнего города. А возвышение- это защита от наводнений. Вторая причина в том, что высотные здания имели фортификационный смысл. Века назад эта часть Южной Аравии, которую античные географы знали как Arabia Felix («Счастливая Аравия»), была процветающим регионом мира. Здесь пролегал торговый путь, соединявший Индию с Европой и Передней Азией. Караваны везли пряности и особо ценный товар — ладан.

Богатство от обильного транзита стало основой возвышения Шибама, временами он становился столицей королевства: в нем жили монархи, знатные вельможи и купцы. А где-то в окрестностях бродили воинственные кочевые племена бедуинов, которые, манимые блеском Шибама, устраивали на город грабительские набеги. Поэтому местные жители решили, что компактную территорию защищать легче, а прятаться от бедуинов лучше где-нибудь повыше, куда не заедешь на верблюде. Так здания Шибама стали расти вверх.

Козы, овцы, люди

Надо, конечно же, понимать, что, как бы ни были издали похожи семи-одиннадцатиэтажные здания Шибама на «башни» наших жилых кварталов, они представляют собой нечто совсем иное, чем многоквартирные дома. Целое здание предназначается одной семье. Первые два этажа нежилые. Здесь за глухими стенами расположены разнообразные кладовки для съестных припасов и устроены стойла для скота — в основном овец и коз. Так и было задумано изначально: в преддверии бедуинского набега пасущийся скот загоняли внутрь городских стен и прятали в домах. На третьем и четвертом этажах размещаются жилые комнаты для мужчин. Следующие два этажа — «женская половина». Кроме жилых комнат тут устроены кухни, помещения для мытья и туалеты. Шестой и седьмой этажи отдавали детям и молодым парам, если семья расширялась. На самом верху устраивали прогулочные террасы — они компенсировали узость улиц и отсутствие дворов. Интересно, что между некоторыми соседними зданиями были сделаны переходы с крыши на крышу в виде мостиков с бортами. По ним во время набега можно было легко перемещаться по городу, не спускаясь вниз, и наблюдать за действиями врага с высоты птичьего полета.

Оригинально и дешево Пока одни борются за сохранение глиняных «небоскребов» многовековой давности, другие пытаются убедить современников в том, что строения из глиняных смесей или даже просто земли — это практично и экологично. В отличие от бетонов и других современных строительных материалов, стройматериалы, буквально выкопанные на месте, не требуют больших затрат энергии, при сносе или разрушении здания — растворяются без следа в природе, лучше поддерживают микроклимат в здании. Сейчас постройки из высушенного на солнце глинистого грунта с добавками (в русском языке используется термин «саман», в английском — «adobe») получили широкое распространение в Западной Европе и США. Один из оригинальных методов использования необработанного грунта в строительстве получил название Superadobe. Суть его в том, что стены, арки, и даже купола возводятся из пластиковых мешков, наполненных обычной землей, а для скрепления применяют колючую проволоку .

Аккумуляторы прохлады

«Небоскребы» Шибама выстроены из необожженного кирпича, производимого по самой примитивной технологии. Глину смешивали с водой, в нее добавляли солому, а затем всю эту массу заливали в открытую деревянную форму. Затем готовые изделия несколько дней сохли на жарком солнце. Стены клали в один кирпич, вот только ширина этих кирпичей разная — для нижних этажей кирпичи шире, а значит, стены толще, для верхних- уже. В результате в вертикальном сечении каждая из шибамских многоэтажек имеет форму трапеции. Стены штукатурили той же глиной, а поверх — для водостойкости — наносили два слоя извести. В качестве перекрытий и дополнительных опор для них применяли брус из местных пород твердой древесины. Внутренние интерьеры дают однозначно понять, что, несмотря на многоэтажность, перед нами традиционное восточное жилище. В оконные проемы вставлены резные рамы — без стекол, разумеется. Стены грубо оштукатурены и не выровнены. Двери между помещениями — деревянные, резные, дверные проемы перекрывают не полностью, оставляя пространство сверху и снизу. Даже в самую невыносимую йеменскую жару глиняные стены сохраняют внутри помещений прохладу.

Самое большое глиняное здание в мире — Великая мечеть Дженне в западноафриканском государстве Мали. Это не очень древнее сооружение — ему всего сто лет. Выступающие из стен деревянные детали служат как для украшения, так и в качестве лесов при проведении ремонтных работ.

Вдохнуть жизнь в глину

Сегодня на «аравийском Манхэттене» около 400 таких многоэтажных зданий (есть также дворцы и мечети), и в них живет по разным оценкам от 3500 до 7000 человек. В 1982 году ЮНЕСКО объявила Шибам (его часть, окруженную стеной) объектом всемирноисторического наследия. И сразу остро встал вопрос о сохранности глиняного города. Многоэтажки Шибама простояли столетия лишь потому, что город жил активной жизнью и регулярно ремонтировался. Даже в жарком климате Йемена сооружения из необожженной глины требуют постоянного ухода, иначе они рассыплются в пыль, что уже и произошло с некоторыми зданиями. Но с определенного момента люди стали покидать глиняный город в поисках жилищ, которые легче и дешевле содержать. Часть домов пришла в запустение.

Глина, песок, вода, навоз, солома, солнце — вот и все, что нужно для строительства жилья на века. Таос-Пуэбло — саманная деревня с домами в несколько этажей, возведена в местечке Таос (штат Нью-Мексико) между 1000 и 1450 годами нашей эры. Строили ее, конечно же, коренные жители Америки. Даже в наши дни в Таос-Пуэбло есть население — около 150 человек.

В 1984 году ЮНЕСКО забила тревогу и выделила средства на изучение возможностей восстановления города. Поскольку речь шла не об отдельном сооружении или памятнике, а о целом городе, был сделан вывод о том, что единственный способ спасти Шибам- это убедить людей продолжать жить и работать среди древних глиняных стен. В 2000 году был дан старт Проекту развития города Шибам, которым занимается правительство Йемена в сотрудничестве с немецким агентством помощи бедным странам GTZ. Йемен входит в список наименее развитых государств мира, и жизнь в Шибаме при всей его живописности — это чудовищная бедность, отсутствие работы и элементарной современной инфраструктуры. Чтобы сделать город более привлекательным для жизни, в рамках проекта осуществлялась прокладка электросети, канализации, налаживалась уборка улиц, создавались курсы обучения ремеслам, в том числе и для женщин. Что касается самих глиняных домов, то для тех из них, которые нуждались в косметическом ремонте, силами местных жителей проводились работы по замазыванию трещин (все той же старой доброй глиной) — местные «промышленные альпинисты», вооружившись ведрами с раствором, спускались на тросах с крыш и латали стены.

Здания, находящиеся в наиболее плачевном состоянии, укрепляли деревянными сваями, которые подпирают нижние этажи, помогая им выдержать давление верхних. На представляющие опасность вертикальные трещины ставили деревянные скрепы. Наиболее сложной оказалась ситуация со зданиями, которые успели уже полностью или частично разрушиться. Одна из проблем состояла в том, чтобы точно восстановить количество этажей. Дело в том, что этажность зависела не только от личных пристрастий хозяина, но и от высоты основания, и от расположения соседних домов. Прогулочные дворики на крышах соседних зданий не должны были находиться на одном уровне — для соблюдения своего рода «прайвеси». Стоит также заметить, что наибольшие субсидии на ремонт в рамках проекта приходилось выплачивать хозяевам тех домов, у которых были разрушены верхние этажи. Они их восстанавливать не хотели. Вопреки заветам предков, современные жители Шибама не очень рвутся жить «на верхотуре» и предпочли бы дома этажа в два-три.