Отношения с женой повлияли на его творчество… Роман с такой-то лег в основу… После разрыва с такой-то появился цикл стихов… Такая-то стала музой художника… И так далее до бесконечности – в творчестве писателей, художников, музыкантов, режиссеров. Из плотских отношений, исчерпанных сроком жизни, рождалось бессмертное "Я помню чудное мгновенье…", и никому не придет в голову исключить этот эпизод и эти стихи из биографии Пушкина.

Стрейт-отношения, воплотившиеся в искусстве или повлиявшие на него, воспринимаются как само собой разумеющееся. И точно не смущают российских чиновников. Но если бы Пушкин с Божьей помощью проделал все то же самое, но не с Анной Петровной Керн, а с юношей прекрасным, то страшно подумать, с какими сложностями столкнулись бы желающие снять фильм о нем в России или при участии России в десятых годах XXI века!

И никакие доводы разума не действуют в России на людей, придумавших отдельную формулу для тех, кто решил обратиться к биографиям и творчеству знаменитых русских или советских деятелей культуры, не чуждых гомосексуальных отношений. Забыли, что за окном эпоха, когда однополые браки стали рутиной. В этом случае неожиданно оказывается, что в отличие от гетеросексуальный гомосексуальная жизнь "не влияет" на творчество и "не должна" интересовать создателей и зрителей биографических фильмов, скажем, о Чайковском или об Эйзенштейне.

Питеру Гринуэю, решившему снять фильм об Эйзенштейне, гендиректор Госфильмофонда Николай Бородачев так и сказал (цитирую по газете "Известия"). "Я не хочу говорить про это (гомосексуализм), но как раз данная тема в сценарии нас не устраивает, – рассказал Николай Бородачев. – Режиссер, в свою очередь, настаивает на том, что этот аспект жизни Эйзенштейна является важным для картины. Конечно, нужно учитывать, что сценарий написан в стиле Питера Гринуэя, но мы хотели бы видеть фильм немного другим. Если что-то пойдет не так, мы не будем заниматься проектом".

Что-то уже пошло не так. И не тогда, когда Гринуэй решил снять фильм "Рукопожатие Эйзенштейна", а значительно раньше. Гринуэй, скорее всего, не следил за российской политикой в отношении геев (в отличие от Стивена Фрая, например), а напрасно. Кто-то всерьез считал, что закон о запрете пропаганды гомосексуализма ограничится детьми? В той же известинский заметке актер Бурляев говорит, что, когда речь идет о фильме о великом человеке, "на которого ориентируются целые нации, нужно избегать патологических тем". Это, скорее всего, то, о чем не знал Гринуэй, договариваясь об участии России в своем проекте. Здесь гомосексуальные отношения вновь, после незначительного перерыва, считаются патологией. Так же, как в иное время патологической темой считалось еврейское происхождение.

Именно из-за этой "патологической" гомосексуальной темы всемирно известному британскому режиссеру и сценаристу, снимающему уже второй за последнее время биографический фильм о Эйзенштейне, российская сторона вернула сценарий на доработку.

Попытка чиновников подкорректировать биографии великих "под нашего зрителя" отдает непостижимым идиотизмом. Эти чиновники как будто выползли из оруэллского Министерства Правды с его партийными лозунгами

Я понимаю, сколь комично это звучит. Скорее всего, российской участие в фильме сводится к предоставлению архивных материалов, это объясняет заинтересованную позицию главы Госфильмофонда. Дальше у Гринуэя есть выбор… Нет, у него выбора нет. Я хотела сказать, что он может как сценарист "Чайковского" Юрий Арабов сказать, что гомосексуализм "находится вне сферы искусства" (что, кстати, все равно не помогло получить дополнительную господдержку фильму). Но нет, не может, потому что Гринуэй все же из другого мира.

Смешно, честное слово, сегодня всерьез обсуждать, находится ли гомосексуализм вне сферы искусства. Не буду. Но вот эта попытка чиновников подкорректировать биографии великих "под нашего зрителя" отдает каким-то непостижимым идиотизмом. Эти чиновники как будто выползли из оруэллского Министерства Правда с его партийными лозунгами: "ВОЙНА – ЭТО МИР. СВОБОДА – ЭТО РАБСТВО. НЕЗНАНИЕ – ЭТО СИЛА". Они готовы выкидывать из песни слова, если эти слова их не устраивают. Если бы Оскара Уайльда угораздило родиться в России, то его De Profundis бдительные цензоры переписали бы так, что получилось бы письмо женщине, а будущим создателям биографической картины через 115 лет после его смерти объяснили, что гейская тема в сценарии нас не устраивает, и вообще геем он не был, а если и был, то это никак не повлияло на его творчество и жизнь в целом.

Гринуэй может только одно – не связываться с Россией, делая фильм о великом советском режиссере. Найти других продюсеров, заплатить Госфильмофонду, купить право пользоваться архивами и сделать тот фильм, который он хочет сделать. В конце концов, ему это сделать проще, чем, скажем, российскому режиссеру, который хотел бы снять биографический фильм о Чайковском.

Наталья Геворкян – журналист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции