Имперский тупик популизма Гарри Каспаров: Ходорковский и Навальный игнорируют первостепенную задачу оппозиции

…живая жизнь все время движется и меняется,

нам нужен ориентир алмазной прочности,

а это и есть правда. Она может быть неполной,

но она не может быть искаженной сознательно

даже ради самой высокой цели.

Иначе все развалится...

Мореплаватель не может ориентироваться

по падающим звездам.

Ф. Искандер "Кролики и удавы"

Резонансные интервью Алексея Навального и Михаила Ходорковского, в которых с разной степенью категоричности прозвучал тезис о том, что Россия не должна возвращать Крым Украине, вызвали ожесточенные споры в рядах российского протестного сообщества и обозначили ряд вопросов стратегического характера, игнорировать которые мне не представляется возможным.

Почти сразу после того, как позиции Навального и Ходорковского были озвучены, мы стали свидетелями отчаянных попыток ряда видных представителей либеральной общественности оправдать и "должным" образом — подчас на грани подмены смыслов — интерпретировать прозвучавшие заявления. Подобная словесная эквилибристика, возможно, успокоит часть озадаченных сторонников Навального и Ходорковского, однако международное сообщество, включая Украину, получило вполне ясный месседж: Крым отныне является территорией России и такое положение вещей сохранится в обозримом будущем.

Логичный вывод, к которому может после этого прийти внешний наблюдатель, состоит в том, что сущностная альтернатива Путину в России отсутствует. Два ярких оппозиционных лидера, в глазах многих олицетворяющие собой "европейскую Россию", которые до настоящего момента могли рассматриваться в качестве такой альтернативы, дали понять, что их отличия от Путина в "крымском вопросе" — сугубо стилистические, поскольку, как и для Путина, соблюдение норм и принципов международного права не является для них безусловным императивом. В результате Запад и все мировое сообщество только укрепляются во мнении, что преступные действия российской правящей верхушки на внешнеполитической арене фактически поддерживаются всем российским обществом, включая ту его часть, что заявляет о своей оппозиционности. Соответственно, страдает репутация не только отдельных деятелей российской оппозиции, но и России как государства. Фактически, словами "Я (Крым) не отдам", Ходорковский денонсировал свое главное требование к западному сообществу — сконцентрировать санкции на представителях российской власти, ответственных за аннексию Крыма, не подставляя под удар рядовых российских граждан.

Примечательно, что даже многие из тех, кто не счел возможным согласиться с позицией Навального и Ходорковского по "крымскому вопросу", зачастую в своей критике исходят из того, что Крым — это проблема Украины. Однако это очень узкий взгляд, поскольку Крым — проблема не только Украины, но и самой России. Критически важными для выживания России как государства являются демонтаж путинской диктатуры и формирование полноценной демократии западного типа. Такая демократия может быть устойчивой лишь при условии, что параллельно с ее построением будет осуществляться полномасштабная интеграция России в европейское цивилизационное пространство. В противном случае любая демократизация обречена стать очередной непродолжительной "оттепелью". Невозможно строить демократию в стране, которая видит себя осажденной крепостью и грезит об "особом русском пути".

Характерно, что и Навальный, и Ходорковский тщательно подчеркивают свою приверженность европейским ценностям, однако их позиция по Крыму очевидным образом ставит крест на европейском пути России. Для того, чтобы вступить в клуб, необходимо соблюдать правила этого клуба. В данном случае важнейшим правилом является уважение границ и территориальной целостности сопредельных государств. Без соблюдения этого правила невозможно говорить не только об интеграции России в Европу, но даже и об элементарной нормализации отношений с Западом.

Необходимо понимать, что с точки зрения международного права любая смена власти не аннулирует принятые государством на себя обязательства. Следовательно, если мы действительно стремимся к построению в России правового государства, любой будущий руководитель обязан будет предпринять все необходимые действия для выполнения международно-правовых обязательств Российской Федерации, начиная с декабря 1991 года. Такие обязательства, в частности, были приняты на себя Россией в 1994 году при подписании Будапештского меморандума, гарантировавшего территориальную целостность Украины в обмен на отказ последней от ядерного оружия.

Единственный способ восстановить допущенное нарушение этих обязательств состоит в безусловном возврате Крыма под юрисдикцию Украины. Можно провести в Крыму еще хоть дюжину референдумов, это не сделает российскую аннексию ни на йоту легитимнее, поскольку назначать референдумы на территории Украины, частью которой является Крым, вправе только Верховная рада Украины.

Готовность Навального и Ходорковского игнорировать международное право неизбежно девальвирует все их декларации о приверженности принципу верховенства права во внутрироссийских делах. Странно видеть, как люди, испытавшие на себе все "прелести" беспредела путинского режима, со смиренным фатализмом склоняют головы перед этим беспределом, когда дело касается внешней политики России.

Кроме того, заявления Навального и Ходорковского дают основания полагать, что они готовы подстраивать свою политическую позицию под мнение большинства, охваченного псевдопатриотической истерией под чуткой опекой путинского агитпропа. Апелляции к мнению большинства, упор на социологические исследования и разговоры о подготовке к грядущим выборам 2018 года отчетливо указывают на факт пребывания двух самых авторитетных оппозиционных политиков в электоральной парадигме. Складывается впечатление, что уже сейчас каждый из них держит в уме президентскую предвыборную кампанию, которая последует за отстранением Путина от власти. При этом игнорируется тот факт, что в России установлена опирающаяся на фашистскую идеологию персонифицированная диктатура, совмещающая, как это принято у подобного рода режимов, территориальные захваты с преследованием "национал-предателей" внутри страны. Любые разговоры о выборах в этих условиях уместны и своевременны не более, чем они были бы, скажем, в нацистской Германии на рубеже 1938 и 1939 годов. Всякое же участие оппозиции в организуемых властью псевдовыборах с заранее предрешенным результатом ни на шаг не приближает нас к смене власти и лишь помогает режиму поддерживать видимость собственной легитимности, о чем я уже неоднократно предупреждал своих коллег по оппозиции.

Наконец, слова Ходорковского и Навального подтверждают, что они игнорируют первостепенную задачу оппозиции в существующих условиях. Путинский режим в ходе своей эволюции уже миновал авторитарную стадию, вступив в тоталитарную. Как известно, одна из основных характеризующих черт тоталитарного режима состоит в стремлении власти контролировать не только поступки подданных (граждан в условиях тоталитарного режима не может быть по определению), но их мысли, их представления о добре и зле. Главное оружие такого режима — разрушение смыслов. Механизм такого разрушения смыслов был блестяще описан Джорджем Оруэллом: "Война — это Мир; Свобода — это Рабство; Незнание — это Сила". Власть подменяет реальность кривым зеркалом, в котором мир отражается так, как того желает власть. Соответственно, единственным способом борьбы с такой властью становится сохранение смыслов. Вместо заигрывания с одурманенными пропагандой массами оппозиция должна, как это делал в свое время многократно осмеянный за "политическую наивность" Андрей Дмитриевич Сахаров, утверждать простые истины, что черное — это черное, а белое — это все равно белое, независимо от желания властей, потому что именно в условиях тоталитарного режима обществу как никогда требуются нравственные и интеллектуальные ориентиры.

Ходорковский и Навальный, вместо того, чтобы предоставить обществу такие ориентиры, пытаются найти компромисс между реальностью и ее отражением в кривом зеркале. Беда в том, что такой компромисс подразумевает, что кривое зеркало имеет право на существование. В условиях тотальной лжи государственной пропаганды подобные компромиссы — недопустимая роскошь для тех, кто противостоит режиму.

Гарри Каспаров