Обозреватель Bloomberg Анна Андрианова видит в инициативах Эльвиры Набиуллиной и возвращении в экономическую политику России Алексея Кудрина шанс на проведение необходимых стране реформ, хотя правительство еще не предпринимало реальных шагов в этом направлении



Меньше всего это было похоже на эффектную, рассчитанную на аплодисменты фразу на ежегодной прямой линии президента Владимира Путина, полной колкостей в адрес США и показных актов справедливости.

Через два дня после того как председатель Центробанка Эльвира Набиуллина призвала к реформам и предупредила о «большой иллюзии» по части использования инфляции для стимулирования экономического роста, Путин сказал, что не собирается открывать краны и накачивать экономику деньгами, даже если рецессия продолжится. Президент солидарен с главой Центробанка в вопросах, ставших неизбежными для России после сильнейшего за много лет падения нефтяных цен, которое потрясло крупнейшего в мире экспортера энергоносителей.

«Россия столкнулась с экономическими вызовами, которые требуют тесного сотрудничества между Центробанком и правительством, — считает специалист по развивающимся рынкам лондонского отделения нидерландского банка Rabobank Петр Матыс. — Центробанк России уже облегчил нагрузку на экономику, существенно понизив ставки и обеспечив местные банки наличными. Было бы полезно, если бы эти меры сочетались с усилиями правительства значительно ускорить ход структурных реформ».

Смысл слов президента понятен. Объем денежных средств, выделенных на стимулирование российской экономики во время кризиса 2009–2010 годов, оценивается как крупнейший во всех странах «двадцатки», но на этот раз Путин решил воздержаться от такого шага и позволить экономике приспособиться к слабой национальной валюте и урезанию расходов.

Morgan Stanley считает финансовую и монетарную политику России одной из «самых ортодоксальных» в регионе от Восточной Европы до Африки.

Эта оценка основана на ряде факторов — от динамики государственного долга до прогноза реальных процентных ставок.

«Структура экономики»

Известный своей критикой Федеральной резервной системы США как печатного станка, накачивающего мир долларами, Путин впервые сказал, что сокращение государственных расходов коснется обороны и безопасности, на которые (вместе с социальными затраатами) уходит в этом году 60% бюджета. Центробанк не раз предупреждал, что бюджет создает риск инфляции.

«Главное — не напечатать деньги. Главное — изменить структуру экономики, — сказал Путин. — Обеспечить приток инвестиций, повысить эффективность и поднять доходы населения».

Рекомендации Набиуллиной похожи. Она говорит об «ответственной» макроэкономической политике, «структурных реформах» и развитии рынка капиталов. Даже нефть по $100 за баррель в среднесрочной перспективе не поднимет рост ВВП выше 1,5–2%, предупредила Набиуллина в прошлый вторник, назвав темпы экономического роста «чисто внутренней проблемой».





Россия приводит экономику в порядок

Российская экономика, которая долгое время была чувствительной к колебаниям цен на энергоносители, сейчас приспосабливается к изменившейся ситуации. Доля нефтегазовых доходов в бюджете в первом квартале текущего года упала до 34%, а в 2014 году она составляла больше половины. В индексе легкости ведения бизнеса, составляемом Всемирным банком, Россия с 2013 года поднялась на 61 позицию — в этом году она заняла 51 место.

В Банке России считают, что он вносит свой вклад в оздоровление экономики, концентрируясь на борьбе с инфляцией. Первый зампред банка Ксения Юдаева на прошлой неделе назвала переход к более низкому росту цен «важнейшей структурной реформой для Российской Федерации, потому что это базовые условия для того, чтобы появились длинные деньги».

Для ЦБ, который до 1995 года наращивал государственный долг, чтобы финансировать дефицит госбюджета и ряд секторов экономики, российская монетарная политика — «значительная трансформация в сторону ортодоксальности», говорится в отчете Morgan Stanley, опубликованном 13 апреля.

«Умеренно жесткая политика»

С углублением валютного кризиса в конце 2014 года Центробанк перешел к свободно плавающему обменному курсу, а затем глубокой ночью по московскому времени резко поднял ключевую ставку до 17%, чтобы стабилизировать рубль.

После пяти последовательных понижений ставки в прошлом году, почти полностью отыгравших экстренное повышение, Банк России с июля держит паузу и даже предупредил, что его «умеренно жесткая» политика может продлиться дольше, чем планировалось.

В словах Путина на прямой линии в четверг не было ни капли критики в отношении ЦБ. Указывая на прогнозы сокращения объема экономики на 0,3% в этом году, он увидел «основания для оптимизма», поскольку те же прогнозы предсказывают возобновление роста в следующем году до 1,4%.

В отличие от ситуации в некоторых из крупнейших развивающихся экономик вроде бразильской, которая, как отметил в начале этого года Barclays Plc, по некоторым признакам страдает от чрезмерного «финансового доминирования», Центробанк и правительство России действуют согласованно. Под финансовым доминированием подразумевается ситуация, когда центральный банк вынужден скупать долги правительства и финансировать дефицит бюджета через рост инфляции.

"Полностью единая линия«

«Их линия в последние 12 месяцев остается полностью единой, — сказал о Путине и Набиуллиной стратег Danske Bank из Хельсинки Владимир Миклашевский. — Оба начинают говорить вслух о реальных экономических проблемах, и это прекрасно».

Россия уже второй год переживает рецессию, а правительство мало что сделало, чтобы поддержать разговоры о реформах действием. В четверг стали заметны хоть какие-то изменения, когда Путин объявил, что бывший министр финансов России и фаворит инвесторов Алексей Кудрин будет играть бо́льшую роль как советник по экономической политике.

Кудрин, покинувший правительство в 2011 году из-за публичной ссоры с тогдашним президентом Дмитрием Медведевым по вопросу оборонных расходов, в качестве министра финансов обеспечивал выполнение профицитного бюджета в 2000–2008 годах.

«Если Кудрин снова начнет играть действительно важную роль в кремлевской администрации, это будет позитивный сигнал, что темп структурных реформ, возможно, существенно ускорится, — считает Петр Матыс. — Это, в свою очередь, уменьшит зависимость России от нефти, усилит основы экономики и позволит России встать на путь устойчивого роста долгосрочной перспективе».