Это медийные жулики туда-сюда быстро бросаются. А я где стоял, там и стою

Такой Русский марш нам не нужен

Спасайте вашего ребенка, но помните о важных вещах

Меня клеймят те люди, которые полгода назад меня иначе как нациком не называли

А. ВЕНЕДИКТОВ – Алексей Анатольевич Навальный, Леся Рябцева, Алексей Венедиктов. Наш слушатель Монблан-2000 спрашивает: чем отличается русский мир Владимира Владимировича Путина от русского мира Алексея Навального?А. НАВАЛЬНЫЙ — Ой, в русский мир Алексея Навального никто не загоняет, и поэтому русский мир Алексея Навального развивается гораздо лучше, чем русский мир Владимира Путина. Потому что в русский мир Алексея Навального все с удовольствием идут сами.А. ВЕНЕДИКТОВ – Крым пошел с удовольствием сам в русский мир Владимира Путина.А. НАВАЛЬНЫЙ — Да, но из русского мира убежало… понимаете, мы присоединили себе Крым с двухмиллионным населением. Мы потеряли, к сожалению, возможно навсегда 40-миллионное украинское государство. Мы очень сильно осложнили и испугали Белоруссию, тоже часть русского мира, хотя, наверное, белорусам это не понравится. Прибалтику, Казахстан и так далее. То есть мы теряем наши естественные козыри. Наличие такого большого дружественного народа как украинцы, Украина, это был колоссальный стратегический козырь России в будущем России, в развитии России. Сейчас мы его утеряли и утеряли просто из-за каких-то амбиций, глупостей.А. ВЕНЕДИКТОВ – А теперь пойдем по теме межнациональных отношений. Леся.Л. РЯБЦЕВА — Мы вспоминали Западное Бирюлево. И вспоминали прошлые годы. Когда было ужесточение границ, разговоры о Таможенном союзе, в прошлом году об этом трубили все СМИ. О незаконной иммиграции. Почему в этом законе эта тема слилась?А. ВЕНЕДИКТОВ – Более того, я добавлю, что на выборах мэра Москвы, как вы помните, когда шли опросы, тема о незаконной миграции, гастарбайтеров была номер один, все остальное потом. Сейчас на выборах в Мосгордуму, по-моему, она седьмая или восьмая. Что случилось за год?А. НАВАЛЬНЫЙ — Правильно.А. ВЕНЕДИКТОВ – В головах населения.А. НАВАЛЬНЫЙ — Это ответ на вопрос о том, зачем Путин это все сделал. Он изменил очень серьезно внутриполитическую повестку. Тема миграции на бытовом уровне она обсуждается, она есть. Выйдете в Марьино у меня и под окнами и осмотритесь. Эта тему сразу у вас возникнет в голове. Но из повестки она вытеснена, потому что есть некие гораздо более мощные вещи. Вопросы жизни и смерти придуманные, когда вам рассказывают про распятого ребенка в телевизоре, вы перестаете думать о мигрантах. Поэтому она вытеснена из политической повестки, но она существует, и проблема нелегальной миграции есть. И я по-прежнему являюсь сторонником введения визового режима, и я по-прежнему считаю, что с точки зрения развития России, русского мира и как угодно, тема нелегальной иммиграции в сто раз более важная, чем любая Украина.Л. РЯБЦЕВА — Алексей Анатольевич, скоро Русский марш. Что скажете?А. НАВАЛЬНЫЙ — Что я могу помахать только теперь из окна. Он у меня рядом проходит в Люблино.А. ВЕНЕДИКТОВ – Помашете?А. НАВАЛЬНЫЙ — Помашу. Просто я внимательно слежу за тем, что происходит вокруг Русского марша и мне очень интересна дискуссия, которая там идет, потому что националистическое движение совсем неоднородно. Там обратите внимание, были даже опросы, за что Русский марш проводить. За Украину – это главная русская тема. За Новороссию. Второе – отбросить вообще украинский вопрос, только за русских. И третье было сформулировано – марш за русских против ватников шовинистов. И такие националисты есть, их достаточно большое количество. Поэтому мне очень интересно, какая повестка победит и мне будет очень досадно, если все-таки Русский марш превратится в советский марш в поддержку Путина.Л. РЯБЦЕВА — Алексей Анатольевич, идти на Русский марш? Вот как скажете, так и поступлю.А. НАВАЛЬНЫЙ — Я не знаю, что сейчас будет Русский марш. Если Русский марш выродится, как я уже сказал в марш советских патриотов, давайте захватим все страны и возродим Советский Союз, это будет не Русский марш, это будет антирусский марш. Потому что нет ничего более вредного интересам русского народа, чем этот империалистический шовинизм. Не в интересах русских заниматься захватом ближайших республик, в интересах русских – заниматься борьбой с коррупцией, борьбой с алкоголизмом, и так далее. Решением внутренних проблем. В интересах русских сделать так, чтобы по-прежнему поступающая колоссальная нефтяная рента работала на русских. А захватывать Прибалтику, Украину или Киев или Донбасс русским не нужно. Поэтому если Русский марш за интересы русских, — идите. Если Русский марш за то, что давайте высадим десант на Луну, — такой Русский марш нам не нужен.Л. РЯБЦЕВА — Хорошо. Напишу Юле Навальной и спрошу, что она думает по этому поводу.А. ВЕНЕДИКТОВ – Кстати, я сейчас подумал, почему здесь сидим мы с тобой, Леся, а не сидит Владимир Соловьев, который в свое время или Петр Толстой с Первого канала, говорили о том, что у Навального такие взгляды националистические. Сейчас они, по-моему, гораздо больше повторяют то, что вы говорили или вам приписывалось.А. НАВАЛЬНЫЙ — Это очень интересная вещь. Потому что сейчас…А. ВЕНЕДИКТОВ – Просто ваши союзники.А. НАВАЛЬНЫЙ — Сейчас меня клеймят те люди, которые полгода назад меня иначе как нациком не называли. Это очень интересная трансформация. Я хочу обратить внимание, что это не трансформация со мной, я где стоял, там и стою. Это эти все медийные жулики туда-сюда быстро бросаются.Л. РЯБЦЕВА — То есть вы не стали ни мягче, ни тверже. Пока сидите здесь.А. НАВАЛЬНЫЙ — Есть реальная повестка. Есть нелегальная иммиграция, нужно бороться с нелегальной иммиграцией. Есть какие-то другие вопросы, которые принято относить к националистической повестке, этническая преступность, проблемы русских, связанные с алкоголизмом, наркоманией, и так далее. Они эти проблемы есть, они остались. Можно сколько угодно рассказывать в телевизоре про Донбасс и так далее, но как была Россия номер один в абсолютном выражении по потреблению героина, так и осталась. И это вещь гораздо более важная с точки зрения русских, чем любой Донбасс.Л. РЯБЦЕВА — Хочу уйти в другую тему. По поводу вашей мягкости или твердости. У вас недавно был твиттер-скандал с Митей Алешковским. По поводу вашего поста фонда. Поскольку мы с Митей запустили новую передачу про благотворительность, и мы с Митей обсуждали ваш разговор, скажем так в соцсети. И Митя сказал, что благотворительность должна быть вне политики. Можете прокомментировать.А. НАВАЛЬНЫЙ — Во-первых, мне очень нравятся все люди, которые занимаются благотворительностью. Мне как раз не нравится позиция, которую я нахожу достаточно лицемерной. О том, что благотворительность может быть вне политики. Собственно говоря, диалог с Митей Алешковским был после того, как руководитель Московского департамента здравоохранения, у него нашлись вид на жительство в Швейцарии, имущество в Швейцарии…А. ВЕНЕДИКТОВ – 14 лет искали.А. НАВАЛЬНЫЙ — Фонд борьбы с коррупцией нашел достаточно быстро, просто мы опубликовали уже после того, как…А. ВЕНЕДИКТОВ – Ладно, он пошел и зарегистрировался в ФМС…А. НАВАЛЬНЫЙ — Я имею в виду недвижимость.А. ВЕНЕДИКТОВ – Я про вид на жительство.А. НАВАЛЬНЫЙ — Вот недвижимость в Швейцарии он приобрел на 200 миллионов рублей.А. ВЕНЕДИКТОВ – Когда?А. НАВАЛЬНЫЙ — Хотя доход этого человека составлял… Недавно совсем. Хотя доход этого человека составлял максимум 30 миллионов рублей. Вы знаете, фонд Мити Алешковского он большой молодец, за все время собрал 6 миллионов рублей. Это отличная благородная работа. Но я хочу сказать, что не менее важно обсуждать то, каким образом у руководителя департамента здравоохранения оказались неизвестно откуда взявшиеся 140 миллионов рублей. И одновременно обсуждать эти шесть. Нужно видеть большое. Коррупционеры, чиновники, сидящие, присосавшиеся к бюджетам здравоохранения на всех уровнях, на федеральном, московском, региональном, они убивают детей. Ежедневно, ежегодно в сто раз больше, чем спасают все вместе взятые благотворительности. Поэтому не говорить о политике это полное лицемерие. Ну давайте не будем обращать внимания на то, что они украли полбюджета, а соберем 3 миллиона и спасем одного ребенка. Это благородная задача. Спасайте вашего ребенка, но помните о важных вещах. Здравоохранение должно работать как система. Благотворительностью мы не вылечим всех. Для того чтобы система работала, нужно, в том числе, чтобы в ней не было коррупции, не было людей с видами на жительство в Швейцарии и так далее.Л. РЯБЦЕВА — А возможно рано или поздно благотворителям может понадобиться помощь, ресурс, это политика, против которой он, например, когда-то выступал. Что делать тогда. По-моему выгоднее не ссориться.А. НАВАЛЬНЫЙ — Извините меня, если вы в рамках своей благотворительности опираетесь на ресурс тех людей, которые воруют в здравоохранении, то это странная благотворительность. Благодаря тому, что вы друг другу помогаете, этот коррумпированный чиновник продолжает воровать у здравоохранения миллиарды. А вы говорите, ну пусть он ворует миллиарды, но зато он нам помог собрать один миллион рублей, мы вылечили какую-то бабушку. Я не хочу, чтобы мой может быть саркастический комментарий про бабушек воспринимался как то, что мне не нравится благотворительность. Повторюсь, это большое благородное дело. Но нужно видеть большую картину. Здравоохранение работает для 140 миллионов человек. Тысячи детей ждут операций. Вы понимаете, те деньги, которые они воруют в здравоохранении, достаточно для того, чтобы сделать платные операции всем, кто ждет эти платные операции. Поэтому я категорически против того, что давайте простим чиновникам какие-то грехи, потому что они нам здесь помогли и письмо подписали.Л. РЯБЦЕВА — Вы занимаетесь благотворительностью?А. НАВАЛЬНЫЙ — Я периодически, как и все жертвую какие-то небольшие суммы в фонды. Но системно благотворительностью не занимаюсь. Нет.Л. РЯБЦЕВА — У меня есть еще один вопрос от слушателя. Андрейка71 спрашивает: если бы вам сейчас предложили высокий государственный пост, вы бы согласились?А. НАВАЛЬНЫЙ — Что имеется в виду под высоким государственным постом.Л. РЯБЦЕВА — Я так понимаю, заменить Шувалова.А. НАВАЛЬНЫЙ — В этой же системе. Еще раз, моя принципиальная позиция, что нужно делать все, что ты можешь сделать, но в существующей системе никакой государственной пост не может работать эффективно. Я больше чем уверен, что в ваших разговорах и посиделках с Шуваловым, Улюкаевым и так далее, они когда вы выключаете микрофон, они вам только и рассказывают, как все ужасно, как сделать ничего нельзя. Какие везде сидят дураки и жулики. Не так? А как они рассказывают.Л. РЯБЦЕВА — Обычно мы главные пессимисты. Они нас успокаивают, что у них все замечательно. По поводу пессимизма. Есть вопрос очередной, Антон Носик недавно про падающую экономику России спрашивал: где дно. У меня к вам вопрос: где дно у России.А. НАВАЛЬНЫЙ — Мы сейчас совершенно не наблюдаем никакого дна. Да, цена на нефть упала, мы видим очень угрожающий негативный рост доллара, никакого дна и близко нет. Россия по-прежнему исполняет свой бюджет, по-прежнему у нас достаточно низкий уровень внешнего долга. Сейчас видимо, просто не сможем занимать. Но, по крайней мере, сейчас я не вижу в текущей ситуации ничего ужасного, что может сулить нам завтра экономическим крахом. В динамике это говорит о том, что через год они не смогут как минимум индексировать зарплаты. Вполне возможно на каком-то этапе они не смогут, как я уже сказал выполнять эти майские указы. Но никакого прям, мне сейчас очень смешно смотреть, как все и я в том числе следят за ценой на нефть. Прям вот сейчас она упадет до 83, и у Путина что-то щелкнет в голове. Это полная ерунда. Если мы посмотрим на график этой цены за более длительный срок, то мы увидим, что она в 2008 году падала до 30 долларов, и мы помним все разговоры тогдашнего времени что, боже мой, все рухнет. Завтра рухнет режим Путина. Ничего он не рухнул. Поэтому эти экономические проблемы, возможно, будут, я уверен, что они будут и нынешний путинский экономический курс говорит о том, что он не хочет избежать эти проблемы. А идет просто вперед на этот айсберг. Но никакой катастрофы текущей не наблюдается.Л. РЯБЦЕВА — Вот Шувалов с Улюкаевым говорят точно также.А. ВЕНЕДИКТОВ – Только сняла с языка.А. НАВАЛЬНЫЙ — Потому что мы смотрим на одинаковые цифры. И эти цифры толкуем примерно одинаково. Но я думаю, даже по публичным заявлениям Улюкаева мы видим, что в принципе динамику и направление движения все оценивают негативно. Посмотрите выступление Грефа того же.А. ВЕНЕДИКТОВ – Немного блица. Корнилов спрашивает: вы верите в 86%?А. НАВАЛЬНЫЙ — После того как мы сделали социологическую службу, я разобрался в этих 86%. Да, есть 86%, которые просто по совокупности причин и Крым, и Украина, и пропаганда, и отсутствие конкуренции на выборах, они сейчас поддерживают. Но это ничего не означает. Я вам скажу, у меня больше, чем 86%. Потому что нашу кампанию за ратификацию 20-й статьи и заведение уголовной ответственности за незаконное обогащение поддерживают 87%. Ну и что это означает. Что у меня 87%? Это все не так. Какой был рейтинг у политбюро в 1984 году. Наверное, очень большой. Какой рейтинг сейчас у руководителей Северной Кореи. Тоже очень большой. Или на Кубе какой рейтинг. В авторитарном государстве это не имеет никакого значения. Я вижу вещь главную для меня. Важную. Что основные наши политические темы: борьба с коррупцией, децентрализация, реформы судебной власти и так далее, их поддерживают не меньшее количество людей. По этим темам мы имеем 70%.А. ВЕНЕДИКТОВ – Но смотрите, Владлекс спрашивает: как победить пропаганду, с одной стороны есть пропаганда в одну сторону, с другой стороны больше половины населения России взрослого сидит в Интернете. То есть имеет доступ к альтернативной информации. Почему эти 86%?А. НАВАЛЬНЫЙ — Мы и я в том числе на каком-то этапе переоценили Интернет. Помните, у меня был такой проект «Добрая машина правды», когда я считал, что нужно запускать массовую пропаганду через Интернет, и мы сможем как-то влиять или победить телевидение. Они тоже начали делать нечто подобное в Интернете, и мы увидели, что их денежные вливания и усилия тоже приносят какие-то свои плоды. Поэтому в такой прямой конкуренции, пропаганды мы, конечно, проиграем государственной машине всегда. Но в этом смысле я уверен, что путинская пропаганда она сама себя разоблачит, так или иначе. Можно сколько угодно, они рассказывали, что придут, например, качественные российские продукты после введения санкций, просто эти продукты не придут и всем все будет понятно.Л. РЯБЦЕВА — В продолжение блиц вопрос от слушателя: есть ли памятники в России, которые нужно сносить, это может быть советские правители.А. ВЕНЕДИКТОВ – Или иные.А. НАВАЛЬНЫЙ — Я не считаю, что имеет смысл сносить какие-то памятники, пусть они стоят где угодно, нужно просто делать новые. Сейчас есть совершенно фантастический проект «Последний адрес». Что делает много людей, Сергей Пархоменко в том числе. Давайте делать новые памятники. Для того чтобы нам напомнить подрастающим поколениям и себе, например, о сталинизме, нам необязательно нужно взорвать памятник Сталину, где он еще остался. Где-то, наверное, в каких-то музейных территориях. Нам нужно вешать на дома таблички с именами тех людей, которые пропадали, когда их увозили из этих домов. Поэтому просто больше памятников нужно.А. ВЕНЕДИКТОВ – Примыкает вопрос человека из Череповца, у которого ник Череповец: ваше отношение к захоронению Ленина. Уж коль мы пошли туда.А. НАВАЛЬНЫЙ — У меня нет никакого отношения, для меня как православного выглядит немножко дико то, что действительно у нас находится тело. Насколько я понимаю, поправьте меня как историк, это противоречит желанию Ленина, его родственников и так далее, вряд ли он хотел лежать в таком виде.А. ВЕНЕДИКТОВ – Это правда.А. НАВАЛЬНЫЙ — Поэтому я скорее выступаю за то, что естественно, тело должно быть предано земле. Но это вопрос, поскольку настолько политический вопрос, возможно, это должен быть московский референдум.А. ВЕНЕДИКТОВ – Московский.А. НАВАЛЬНЫЙ — Да.