У них не было криминального прошлого, поэтому их не отправили в тюрьму. В другой ситуации им дали бы несколько часов испытательных работ, заставили написать письмо с извинениями, а сотрудник службы навещал бы их раз в месяц. Но Руэнда поручила нарушителям выполнить 12 заданий и написать эссе на три с половиной тысячи знаков о расовой ненависти. «Общество взорвалось — это понятно. Но некоторые из этих детей даже не знали, что означала свастика. Их можно было либо наказать, либо реабилитировать. Тогда я вспомнила, что научило меня, когда я была в их возрасте, что открыло мне глаза на другие культуры и религии: это было чтение», — говорит Руэнда. А потому она также составила для подростков список из 35 книг, в который вошли «Я знаю, отчего птица поет в клетке» Майи Анжелу, «Убить пересмешника» Харпер Ли, «Исход» Леона Юриса, «Двенадцать лет рабства» Соломона Нортапа, «Суровое испытание» Артура Миллера и другие произведения. Все пятеро юношей выполнили письменные задания, посетили музей Холокоста в Вашингтоне и Национальный музей американской истории. Один из подростков согласился рассказать, как на него повлияло наказание в виде чтения, и показал свое эссе:

«Я понятия не имел, насколько темны некоторые стороны человеческой истории. Я никогда не задумывался о том, что происходит, потому что часть меня действительно не хотела знать об этих ужасах. Я думал, что свастика — это только символ и больше ничего. Теперь я так не думаю. Я был неправ: это многое означало для тех, кого они затрагивали. Свастики являются напоминанием о притеснении и превосходстве белой расы среди других рас, а это не так. Люди не должны чувствовать себя менее значимыми, чем они есть, и никто не должен заставлять их чувствовать себя так. Мне особенно не по себе после написания эссе о том, как я сделал кому-то плохо. Ко всем нужно относиться одинаково, независимо от расы, религии или сексуальной ориентации. Я сделаю все возможное, чтобы никогда не быть таким невежественным снова».

Когда Руэнда прочитала сочинение подростка, она заплакала. «Это сработало, а тюремное заключение не работает. Да, некоторые дети должны быть в заключении, потому что они опасны для общества или для них самих, но чаще всего тюрьма может быть очень травмирующей. Это не является целью правосудия, когда дело касается детей», — уверена прокурор.