Вечером 19 февраля сотрудники ФСБ задержали в Челябинске анархистов Дмитрия Цибуковского и Дмитрия Семенова, его двоюродного брата Максима Анфалова и приятеля обоих кузенов по имени Максим. После обыска у Цибуковского задержана оказалась и его девушка Анастасия Сафонова.

Силовики пришли к анархистам, после того как в ночь на 15 февраля неизвестные повесили на заборе у здания регионального управления спецслужбы растяжку «ФСБ — главный террорист», а на территорию бросили зажженный файер. Авторы видео с этой акции объясняли, что они выступают в поддержку арестованных и заявивших о пытках фигурантов «пензенского дела». Уголовное дело после акции возбудили по статье о хулиганстве (часть 1 статьи 213 УК).

Цибуковского задержали на работе — на Челябинском трубопрокатном заводе. «Меня повалили на пол, закрутили больно руки назад, надели наручники, хотя я не сопротивлялся. После этого сотрудники в форме нанесли мне не менее десяти ударов руками по туловищу, голове, шее. При этом мне били ребром ладони по мягким частям тела, шее и ставили подзатыльники», — рассказывал позже анархист.

Всех задержанных отвезли в здание УФСБ. Цибуковский и Анфалов рассказали, что их били и пытали электрошокером. После пыток Цибуковский согласился дать признательные показания и назвал себя организатором акции.

По словам Дмитрия Семенова, его не пытали током, но на ночь оставили в неудобной позе: «Наручниками руки пережали, очень много времени простоял в полуприсяде, почти всю ночь, точно не помню, один раз получил по голове, требовали признания». Ему стали угрожать пытками утром, когда задержанных привезли в отдел полиции по Центральному району. «Принесли какой-то аппарат, сказали, что это какой-то электрошокер, привязали к стулу и сказали, что у меня последний шанс написать признание, но я все равно не стал писать», — рассказывал Семенов. Примерно в это время к нему в отдел приехал адвокат.

Неясно, что происходило в это время Максимом. Семенов слышал его крики, но не смог связаться с другом после освобождения.

Из отдела полиции Цибуковский, Семенов и Сафонова вышли в статусе подозреваемых, Анфалов остался свидетелем. Он утверждал, что во время акции был с братом в Копейске.

После пыток Цибуковский зафиксировал травмы и обратился в Следственный комитет с заявлением о превышении полномочий.

«Вот Цибуковский, вот ты, вот Семенов»

12 марта 308-й военный следственный отдел СК вынес постановление об отказе в возбуждении дела против силовиков. Адвокат международной группы «Агора» Андрей Лепехин, представляющий интересы Цибуковского, получил документ только сейчас — до этого в СК не могли выдать документ защитнику, поскольку он находился на проверке в прокуратуре. Лепехин собирается обжаловать отказное постановление.

Следователь вынес решение на основании слов сотрудников ФСБ, которые отрицали, что били и пытали Цибуковского. Свидетельства анархиста и его девушки он фактически проигнорировал, говорит Лепехин.

Как рассказывал Цибуковский во время проверки, он дал нужные силовикам показания, после того, как те пообещали применить пытки и к его девушке. Сама Сафонова сообщила, что в здании ФСБ ее и Цибуковского развели по разным кабинетам, затем от нее стали требовать признания.

Спустя некоторое время Сафоновой дали поговорить с Цибуковским по внутреннему телефону. «Последний сказал, что взял все на себя, вкратце объяснил ей, какие показания она должна дать. Затем она согласилась дать показания, чтобы сохранить здоровье Цибуковского и свое, — сказано в постановлении со ссылкой на опрос девушки. — Ей намекнули, что если она и дальше будет молчать, то с ней будут "говорить" так же и те же люди, что "говорили" с Цибуковским».

Сафонова также рассказала следователю, что сотрудники ФСБ подсказывали ей, какие показания надо давать, а когда она ошиблась, повторяя слова силовиков о своей роли в акции, девушке показали видео с баннером и указали пальцем: «Вот Цибуковский, вот ты, вот Семенов».

Оперативники челябинского управления ФСБ и сотрудники отдела сопровождения особых мероприятий (ОСОМ), задерживавшие Цибуковского, признали, что на заводе повалили его на пол, завели руки за спину и надели наручники. Они объясняли свои действия тем, что анархист был недоволен просьбой самостоятельно завести руки за спину.

Больше в тот день к задержанному силу не применяли, утверждали сотрудники ФСБ. В постановлении даже говорится, что ночью анархист был «приглашен» в здание УФСБ для дачи объяснений. Там силовики передали его оперативнику Харламову.

В здании ФСБ Цибуковский назвал себя руководителем «челябинской ячейки экстремистской организации анархистского толка "Народная самооборона"», сказано в постановлении, хотя такая организация не включена в список запрещенных. «Целью данной организации является свержение действующего Конституционного строя РФ, а также оказание всесторонней поддержки политическим заключенным и осужденным анархистам», — говорится в документе. Также утверждается, что в результате оперативно-розыскной деятельности установлены четыре члена «Народной самообороны», но их имена не называются.

«Следователь просто отмахнулся»

Вынести отказное постановление следователю не помешало даже то, что у Цибуковского диагностировали гематому брюшной стенки и электрический ожог левого бедра 1 степени. Основанием стало заключение судмедэксперта, изучавшего медицинскую карту. Он сделал вывод, что установить время появления гематомы невозможно, а ожог не стал оценивать из-за отсутствия подробного описания в карте.

«Доводы Цибуковского и Сафоновой <…> опровергаются установленными в ходе проверки обстоятельствами, а именно: пояснениями [оперативников ФСБ] Аитова О.Б., Ситникова В.А., [сотрудников ОСОМ] Дербенко М.П., Иванова Р.Ф. и Харламова Г.Е., а также иными материалами проверки», — подытожил следователь.

Он уточнил, что Дербенко и Иванов имели право применять физическую силу и надеть на задержанного наручники, поскольку отказ свести руки за спиной создавал угрозу для их безопасности. В действиях оперативника Харламова следователь тоже не увидел превышения полномочий, указав, что Цибуковского никто не пытал и объяснения тот давал добровольно.

Однако следователь «формально усмотрел» признаки превышения полномочий в действиях оперативников Аитова и Ситникова, хотя в то же время «их действия не образуют признаков указанного преступления, так как физическое насилие в отношении Цибуковского ими не применялось, что достоверно установлено материалами проверки».

«Это нонсенс, — комментирует адвокат Лепехин формулировку следователя о "формальном усмотрении" признаков преступления и одновременно их отсутствии. — Это тоже, на мой взгляд, является основанием для отмены это решения».

«Текст постановления несколько необоснован. Там говорится, что чуть ли его не добровольно позвали в ФСБ, — продолжает защитник. — Следователь просто отмахнулся. Можно же было спокойно найти видео, у них везде видеокамеры: как, кто заходит. Человека ведут в наручниках люди в масках, а говорят, что он, оказывается, по доброй воле к ним пришел и всю ночь у них сидел, объяснение давал».

Лепехин добавляет, что Уголовно-процессуальный кодекс запрещает допросы в ночное время. По мнению юриста, если бы следователь объективно проводил проверку, в итоге он привлек бы сотрудников спецслужбы к ответственности за то, что Цибуковского держали всю ночь в здании УФСБ.

«Вечером задержали, привезли на обыск в наручниках, продержали на полу лицом вниз лежащим. Затем также в наручниках повезли в ФСБ, где пытали. И теперь пытаются выдать за то, что он якобы у них там добровольно находился. А утром повезли его в отдел полиции Центрального района, где только к 12 часа появился адвокат по назначению и начали допрашивать. Да еще и в присутствии сотрудников ФСБ допрашивали. То есть они же там находились, его контролировали. Он был лишен свободы с вечера», — подчеркивает адвокат.

Лепехин считает, что выводы судмедэксперта по травмам Цибуковского — не окончательные, а дополнительное исследование не проводилось: «Первоначально зафиксировали в травмпункте, что это можно толковать как ожог от применения электрошокера. Следователь должен был направить человека, чтобы у него из-под кожи изъяли следы, есть ли там след, свидетельствующий о применении электрошокера. Есть такие специальные экспертизы. Ничего этого не сделано».

Цибуковский, Сафонова и Семенов остаются под подпиской о невыезде. Около месяца назад Цибуковского вызвали на допрос по другому уголовному делу — его возбудили после появления на стене местного университета портретов анархистов, в том числе осужденного по делу «крымских террористов» Александра Кольченко и обвиняемых по «пензенскому делу» Виктора Филинкова и Ильи Шакурского с надписью «Свободу политзаключенным анархистам». Изображения были нанесены 11 февраля, а 20 февраля задержали подозреваемого, имя которого не называлось. Он признал вину, но в конце апреля по этому же делу допросили Цибуковского.

«Его вызывали на допрос по делу о вандализме (статья 214 УК). Допрашивали в качестве подозреваемого, — говорит адвокат Лепехин. — Так что наши доблестные органы что-то еще вокруг него копают. Они сомневаются, возможно, что тут есть хулиганство — просто люди вышли, ну подумаешь, несанкционированное мероприятие. Но пытаются что-то дополнительно накопать».