Вот уже почти месяц все рекорды популярности на сайте «Газеты.Ru» (больше полумиллиона просмотров и сотни гневных комментариев) бьет небольшое интервью, в котором основатель «Диссернета» физик Андрей Ростовцев рассказал, как на международной конференции европейские ученые реагировали на его доклад о ситуации с защитами диссертаций в России.

«Я даже не подберу слов, чтобы описать, насколько их ошеломило услышанное, — говорит в интервью Ростовцев. — Может быть, многие даже не поверили тому, что я рассказал. Зал на доклад реагировал хохотом, это был цирк... Реакция ученых из развитых западных стран сводилась к удивлению: как такое вообще возможно? Ведь вроде считается, что Россия принадлежит к цивилизованному миру?»

Казалось бы, что нового открыл основатель «Диссернета»? Плагиат давно стал такой же приметой современной России, как молебны против гриппа в осенне-зимний период и коррупция круглогодично.

Даже далекие от науки граждане в курсе того, как «пишут» диссертации российские чиновники и политики, какого качества эти «научные труды» и зачем многим из них в принципе нужны ученые степени — должность ректора вуза или директора НИИ часто становится почетной пенсией для тех, кто вдруг выбывает из номенклатурной обоймы. А как туда без «докторской»?

Но гнев комментаторов (опуская привычные выпады троллей и записных патриотов) оказался обращен вовсе не на «воров» от науки, а на докладчика, который посмел «наш» позор вынести на «их» обсуждение. И, что еще хуже, осмеяние.

«Ты скажи все, что думаешь, дома, а не устраивай цирковую гастроль», — пишут Ростовцеву. «Изложенные факты достойны порицания, но как-то неуютно, что автор разоблачений доволен реакцией Запада, его издевательским смешком. Неужели нельзя наказать виновников плагиата и тщательнее подходить к анализу диссертаций в России? Обязательно надо пропиариться перед нашими недругами?», «Нехорошо это — сор из избы выносить...»

Ну, про сор — это наше любимое. Как будто сор в избе оставлять — залог чистоты и свежести. Но помимо этого народного аргумента есть другие, куда более содержательные.

Многих смутило то, что подобный доклад про масштабы «плагиата» в России может дискредитировать всю российскую науку, которой сегодня и так непросто.

«Это все равно что фильм о зоне назвать «Жизнь в России», — пишет один из читателей. — Да, такой фильм показывает частичку страны, очень маленькую, за решеткой, но у западного зрителя возникнет страх уже перед всей страной и он, к примеру, сдаст свой авиабилет в Москву, а это уже прямой ущерб нашей стране. Примерно то же может получиться и с подобными докладами: к сожалению, они не приводят к громким отставкам и тем более посадкам, а вот жизнь честным российским ученым могут осложнить, ибо порождают презумпцию нечестности российских ученых».

Есть в этой мысли своя логика и боль за страну, но куда больше — какого-то тягостного чувства стыда, бессилия и смирения. Дескать, если «воры» все равно не будут разоблачены и наказаны, зачем трепыхаться?

Если министр культуры все равно останется с ученой степенью, несмотря на то что в его диссертации обнаружены чудовищные ошибки, зачем позорить страну этими разоблачениями? Ведь это нехорошо, когда министр культуры великой страны допускает подобные ошибки, это же бросает тень на всю страну. Так зачем самим дополнительно портить имидж своей и без того несчастной науки и страны в целом?

Давайте лучше никому об этом не будем рассказывать, просто спрячем свои «изъяны», как в деревнях прячут увечного ребенка от злых взглядов и языков соседей. «Чужая беда — смех; своя беда — грех» — еще одна русская народная мудрость.

С этой точки зрения любая критическая статья о России в западных СМИ — скажем, про диковатые нравы современной Чечни — тоже дискредитирует нашу страну в целом. И международные рейтинги про борьбу с коррупцией, в которых Россия опускается все ниже и ниже, — еще как дискредитируют.

А уж как полковник Захарченко со своими несчитаными миллиардами дискредитировал российскую полицию во всем мире, так никакому «Диссернету» и не снилось.

Так что же — отпустить полковника тихо на волю, пусть не позорит нас своими разоблачениями на открытом суде? Или судить его в закрытом режиме, чтобы никто из чужих о нашем позоре не узнал? Или, тем паче, над нашей бедой не стал смеяться.

Есть два типа воздействия на мозги. Одно — прямое, для людей, скажем так, с неразвитым рацио. Для них достаточно простого силлогизма. Все по ту сторону границы — враги России — это, так сказать, аксиома нынешней пропаганды. Все, кто с ними так или иначе сотрудничает, — враги тоже, не зря же ввели термин «иностранный агент». Соответственно, Ростовцев, который проблемы страны «вывез» за рубеж, — враг хуже плагиаторов, потому что последние хоть дома сидят и не кричат на весь мир о российских изъянах на радость нашим недругам. Вот и вся «политика», и хватит про это, пошел пиво пить, устал думать…

Второй тип воздействия — постепенное приучение к мысли, что вы все равно ничего здесь не измените.

Вроде умом понимаешь, что в стране — беда, что ложь все чаще торжествует над правдой, воры над честными людьми, мракобесы над учеными, но при этом чувствуешь, что сделать ничего не можешь, руки связаны. И поневоле начинаешь подбирать аргументы, которыми пытаешься сам себе доказать, что не так уж все и плохо. Потому что иначе один путь — пойти повеситься или уехать из страны, что для многих равнозначно смерти.

Судя по опросу Левада-центра (с недавних пор тоже «иностранного агента»), 87% людей на вопрос «Можете ли вы влиять на принятие решений в стране?» ответили «Нет!» Из них «определенно нет» — 49% и «скорее нет» — 38%. То есть подавляющее большинство признает, что не влияет в России ни на что.

Фактически все они (мы) — заложники в самолете, который летит в неизвестном направлении. Сколько топлива в баках осталось — не говорят, хотя есть подозрения, что немного. Командир корабля не паникует: дескать, все нормально, полет штатный, главное — не раскачивать борт, не нарушать равновесие. Особой веры пилоту нет (слишком много он уже чего обещал, да не сбылось), но и раскачивать борт страшно — а вдруг действительно рухнет, и ты этому поспособствуешь. А так, может, и долетим куда-то на одном крыле, и приземлимся, и все будет хорошо. Вот и стюардесса улыбается, чай разносит — говорит, чая пока хватит на всех.

Так и живем. С одной стороны, переживаем синдром заложника, когда «свои» террористы кажутся надежнее «чужих» полицейских. С другой, не изжит запущенный комплекс неполноценности родом из Советского Союза, когда импортная жвачка казалась недостижимой мечтой, а полиэтиленовый пакет «Мальборо» носили с такой же гордостью, как сегодня сумочки от «Луи Виттон».

Жвачки, пакетов и продукции «Луи Виттона» сегодня в стране хватает, но нынче мы с такой же завистью глядим на «их» науку (привет нобелевским лауреатам этого года, среди которых ни одного россиянина), на «их» технологии — привет безумным очередям за «Айфонами», с недавних пор опять на «их» еду — привет нашим контрсанкциям, за которые недавно президент страны потребовал контрибуцию от Америки. А от кого еще — не от самих же себя?

«Они» — этот обобщенный Запад, исчадье ада и корень всех наших проблем — опять нас обошли, облапошили, обманули. Капитализм, пришедший на смену «развитому социализму» с его дефицитом всего и вся, не стал панацеей для всей страны — только для избранных. Но ругать этих избранных — себе дороже, да и не изменишь этим ничего. А чувство попранной справедливости ищет выхода. И находит, обрушиваясь на тех, кто позволяет себе выносить сор пусть из прогнившей, но своей, родной избы.

Причем те же комментаторы интервью Ростовцева парадоксально находят повод для гордости в том, что наших ученых, убежавших из страны, «с руками-ногами отрывают западные университеты». Так некоторые женщины с трудной судьбой хвастают сбежавшим мужем — дескать, мой-то бывший, мерзавец, в гору пошел, как от меня ушел.

Страсть к обобщению — «все нас не любят», «все над нами смеются», «все нас боятся, вот и гадят» — признак глубокого невроза, скажет любой психиатр. Потому что смеяться над воришками, которые списывают диссертации, заменяя в них шоколад на говядину, полезно независимо от их гражданства и национальности. В данном случае смеются не над россиянами, а над обычными мошенниками, которых хватает везде. Просто не везде их покрывает государство — вот к чему, собственно, и сводился доклад Ростовцева.

А раз так — то давайте и мы над ними всеми посмеемся, если лишить их ученой степени или должности пока не получается.

Зачем же с ними отождествлять себя и всю страну?

В конце концов, смех хоть немного освобождает от страха за будущее, которым сегодня, кажется, заражены в России все: и низы, и верхи. И который все чаще прорывается в неоправданно истеричных реакциях на самые очевидные вещи.