Бруно Лепру. Фото: Андрей Щеголев / WWF России



Зоя Светова — о своей встрече с экспатом, бывшим гендиректором «Ив-Роше Восток» Бруно Лепру, по заявлению которого могут на годы посадить братьев Навальных



«Заранее зная обо всех фактах, указанных в вышеуказанном вопросе (следователя Нестерова. — Открытая Россия), которые, по мнению следствия, были скрыты сотрудником ФГУП «Почта Россия» от представителей «Ив Роше», я бы отказался от заключения договора с ООО «Главное подписное агентство» — так говорил 26 июля 2013 года на единственном своем допросе бывший генеральный директор компании «Ив-Роше Восток» Бруно Лепру.

(во всяком случае, в материалах уголовного дела № 201/460711-12 других его допросов не значится). Этот допрос был зачитан на последнем судебном заседании по «делу Ив-Роше» в Замоскворецком суде 19 декабря.

«Злоупотребление доверием»

В этот день бывшего генерального директора компании «Ив-Роше Восток» ждали в суде — судебные приставы приходили к нему домой, но не застали. Ему посылали повестки. Он не явился. Почему же он не явился в суд сам? Чего боялся? И почему вообще два года назад он написал заявление в Следственный комитет (СК) России, попросив разобраться в «возможном злоупотреблении» в отношении «Ив Роше» со стороны представителей ООО «Главное подписное агентство»?

Сам Лепру в том же допросе объясняет, что свое заявление в Следственный Комитет он написал после того, как ему стало известно от СК «о фактах, указывающих на возможное злоупотребление в отношении „Ив Роше“».

Все, что произошло дальше, хорошо известно. Бруно Лепру написал свое заявление в СК 10 декабря; 13 декабря уже было возбуждено уголовное дело.

Мало кто обращает внимание на то, что заявление Лепру на имя Бастрыкина появилось после того, как в офисе компании «Ив Роше» были проведены обыски в рамках уголовного «дела по «Кировлесу». Удивительно, но и допрошены сотрудники «Ив Роше» тоже были по «делу Кировлеса»! Все эти допросы и обыски происходили еще в середине ноября. Поэтому адвокаты Навального, да и сам Алексей Навальный неоднократно говорили о том, что, скорее всего, генеральный директор «Ив-Роше Восток» Бруно Лепру написал свое заявление «недобровольно», на него было оказано давление со стороны следователей и возможно, сотрудников ФСБ.

Через несколько месяцев после возбуждения уголовного дела административно-финансовый директор ООО «Ив-Роше» Кристиан Мельник провел внутренний аудит и сделал вывод «об отсутствии у ООО „Ив-Роше Восток“ какого-либо реального ущерба и упущенной выгоды вследствие сотрудничества с ООО „Главподписка“ в период с 2008 по 2012 год».

То есть получилось, что

сама компания без помощи Следственного комитета разобралась с возможными злоупотреблениями. Не нашла их. Значит, СК ввел генерального директора «Ив Роше Восток» в заблуждение, и он должен был бы об этом публично заявить.

Не заявил. Не заявил и тогда, когда уже на суде административно-финансовый директор Кристиан Мельник подтвердил, что никакого ущерба сотрудничество с «Главподпиской» компании «Ив-Роше Восток» не принесло, и что если бы была такая возможность, то он, Кристин Мельник, который так же, как и Бруно Лепру, обладал правом подписывать все документы от лица «Ив-Роше Восток», вновь бы заключил договор с «Главподпиской».

Что же произошло с Бруно Лепру? Чего он так испугался и почему не осмелился прийти на суд и заявить о своих претензиях к братьям Навальным и их компании, если таковые у него остались после проведенного внутреннего аудита?

Попробую объяснить.

Военный менеджер

Бывшего генерального директора «Ив-Роше Восток» Бруно Лепру я искала очень долго. Сначала мне говорили, что его уволили из компании и он уехал во Францию. Потом один из работающих в Москве французов по большому секрету сообщил, что господин Лепру в Москве, но он не хочет общаться ни с кем из журналистов.

Я прочитала его биографию. Ему 48 лет. Он окончил одну из престижных военных школ во Франции — Saint-Cyr.

Выпускники этого заведения, как правило, делают головокружительную карьеру во французской армии. Как видим, Бруно Лепру выбрал судьбу топ-менеджера, получив второе образование (DEA Relations internationals и HEC MBA Management).

В феврале 1996 года он приехал в Россию как топ-менеджер компании Andersen Consulting, познакомился со своей будущей русской женой и надолго связал свою жизнь с Россией. Одним из его постоянных клиентов по бизнесу стала компания «Ив-Роше Восток»: он сблизился с ее руководством, и в 2004-м ему предложили пост в «Ив-Роше» в Париже. Лепру уехал, чтобы уже в 2007-м году вернуться в Москву в новом качестве — генеральным директором «Ив-Роше Восток».

Он охотно давал интервью, с удовольствием рассказывая об успехах «Ив-Роше Восток», всячески подчеркивая, что в России можно делать бизнес и жить долго и счастливо.

Впрочем, люди, знакомые с тем, как работает западный бизнес в России, особенно бизнес косметики, наверняка, читая такие восторженные интервью Бруно Лепру, понимающе улыбались. Мне приходилось слышать от западных аудиторов, что работать с косметическими компаниями в России мало кто хочет: по их словам, такие компании могут заниматься отмыванием денег.

И, наконец, сотрудники «Ив-Роше Восток» на условиях анонимности говорили, что Бруно Лепру могли попросить написать заявление против фирмы братьев Навальных, шантажируя возможными проблемами. Известно, что бизнес «Ив-Роше» крепко связан с таможней: часть продукции привозится из Франции, часть из Китая. Косметика — это спиртосодержащая продукция, и таможенники легко могут найти какие-то нарушения. Кроме того, у компании есть свое производство в Санкт-Петербурге. Очень легко создать проблемы и там: послать туда пожарных и устроить другие проверки; да мало что еще.

О том, как можно легко устроить проблемы для такого бизнеса, Бруно Лепру объяснять было не нужно: он в России не новичок.

Поэтому хотелось получить его честный ответ, оказывалось ли на него давление или он действительно поверил следователю Нестерову или какому-то из более серьезных чинов СК, которые убедили его в том, что Олег Навальный, руководитель департамента внутренних отправлений «Почты России», специально ограничил пропускную способность Ярославского сортировочного центра, чтобы заставить «Ив-Роше» заключить договор именно с его компанией на перевозку посылок с косметикой в Москву.

Почему я нарушаю журналистскую этику

Я нашла имейл Бруно Лепру, и 7 ноября я написала ему, что хочу с ним встретиться. К моему большому удивлению, он согласился на переписку и отвечал на мои письма вплоть до 19 декабря. Того самого злосчастного дня, когда должен был явиться в суд. Когда прокуроры попросили для Алексея Навального 10 лет лишения свободы, а для Олега — 8 лет.

Как только я услышала запросе обвинения, я тут же послала Бруно Лепру вопрос: как он будет жить, зная, что из-за его заявления людей, чья деятельность не принесла никакого ущерба его компании, интересы которой он так рьяно отстаивал на следствии, посадят на такие большие сроки?

Он не ответил. И тогда я посчитала себя свободной от обещания, что я сохраню нашу переписку и нашу встречу в тайне.

Понимаю, что нарушаю журналистскую этику. Поэтому я так долго и не могла опубликовать этот текст, сомневаясь, что могу нарушить данное ему обещание.

Но мне не хочется быть человеком, который смотрит в стол. Мне не хочется быть человеком, который дал себя использовать. Как дал себя использовать Бруно Лепру.

Тайная встреча

Он назначил мне встречу рано утром в одном из московских кафе и уверял, что сам не знает, почему мне доверяет, и хочет мне все объяснить. По сути дела, он мне ничего не объяснил. Снова, как и на допросе в СК, говорил о «конфликте интересов», о том, что Олег Навальный обманул «Ив Роше», когда рекомендовал свою собственную компанию, являясь при этом чиновником почты. Лепру говорил, что для «любой международной компании „злоупотребление доверием“ — принципиальный вопрос».

Олег Навальный. Фото: Антон Стеков / ИА «Москва»

Когда же я спросила, как он относится к тому, что Навальных судят не за «злоупотребление доверием», а за «мошенничество», причем за такое, которое опровергается документами самого «Ив Роше», он пропустил мой вопрос и настаивал на своем: во Франции за «злоупотребление доверием» дают сроки.

К сожалению, разговаривая с Лепру, я не знала того, что узнала позже от Олега Навального: с просьбой найти компанию для перевозки грузов к нему обратилась менеджер «Ив Роше» Жанна Батова (она, кстати, тоже не явилась на суд).

И Олег говорил ей о том, что он будет возить грузы. То есть Батова знала, что это компания Олега Навального, и у нее не возникло никаких вопросов. Кроме того, и самое главное: когда Олег Навальный подписывал договор с «Ив-Роше Восток», никто не просил его раскрывать данные бенефициаров «Главподписки».

Получается, что, если бы компания заботилась об отсутствии «конфликта интересов», она сама могла бы его предотвратить.

Почему не предотвратила?

«Мне угрожали, меня обвиняли чуть ли не в педофилии, и я был вынужден свою семью отправить из России», — признался Бруно Лепру в конце нашего разговора. У меня создалось впечатление, что он пытался представить себя жертвой братьев Навальных и как-то оправдаться передо мной.

«Моя душа спокойна»

Встреча с Лепру меня разочаровала. То ли я не смогла ему задать нужных вопросов, то ли он всячески уходил от ответов. Но передо мной был человек, которого я понимала и не понимала.

Типичный экспат, которому очень нравится делать бизнес в России, которому нравится российская власть и не очень нравится французская. Ему комфортно жить в России, хотя понятно, что он все про эту страну понимает, понимает, какое здесь правосудие, какая здесь коррупция. Лепру особо отметил, что он — выходец из католической семьи, и вера в его жизни значит очень много. Поэтому, дескать, он не может мириться с нечестностью.

Вернувшись домой со встречи, я написала ему, что понимаю, почему он, по его собственному выражению, «бежал от журналистов, как от чумы»: ведь они никогда не поверили бы, что на него не оказывалось давления. И не понимаю, почему он захотел со мной встретиться.

Лепру ответил: «Это ложь: никакого давления на меня не оказывалось, а с вами я встретился, потому что вы этого хотели».

Он уверил меня, что у него нет никаких угрызений совести: «Моя душа спокойна» — и уже совсем сбил с толку вот этой латинской фразой:

«Omne quod movetur ab alio movetur». В переводе это значит: «Все, что ни движется, движимо чем-то другим». Великий католический святой Фома Аквинский приводил это рассуждение Аристотеля как одно из доказательств бытия Божия.

Вероятно, Бруно Лепру хотел объяснить мне, что он ни при чем, а все, что происходит, происходит по воле Господа Бога. То есть он умыл руки.

Как вся эта история совмещается с христианством, мне до сих пор непонятно. Похоже на простое лукавство, замешанное на страхе потерять работу в России.

Когда я спросила, уволили ли его из «Ив-Роше Восток», он стал объяснять, что просто не продлили договор. Но и в это, зная, как работают западные компании в России, которые очень ценят удачных менеджеров, мне тоже трудно поверить, — как трудно поверить и во все остальные оправдания Лепру.

Когда я спросила, где он сейчас работает, он как-то замялся и сказал: «В одной косметической фирме».

Среди социально близких

Через пару часов я выяснила, что с июля 2014 года, то есть через год после его знаменитого допроса в СК, он устроился в компанию «Иль-де-Боте», проведя целый год в поисках работы.

Покопавшись в интернете, любой найдет следы этой самой косметической фирмы, которая является подразделением компании «Единая Европа — СБ», среди владельцев которой сплошные бывшие военные и, возможно, бывшие сотрудники спецслужб. Во всяком случае, люди в высшей степени лояльные путинской власти. Например, председатель совета директоров компании «Единая Европа — Элит» Валерий Володин входит в попечительский совет «Духовно-нравственная культура подрастающего поколения России». Этот патриотический проект поддерживается администрацией президента и патриархом.

В общем, думаю, Бруно Лепру сделал правильный выбор: на суд он не пришел, потому что иначе в его новой компании его бы не поняли.

А что бы изменилось, спросите вы, если бы он пришел на суд: повторил бы он свои показания, данные на следствии?

Изменилось бы очень многое.

Для всех, кто следил за этим процессом, стало бы очевидно: Бруно Лепру, бывший генеральный директор «Ив-Роше Восток», который подавал заявление о конфликте интересов, обвиняет братьев Навальных лишь в конфликте интересов. А не в мошенничестве и не в отмывании денег.

В российском Уголовном кодексе есть такая статья — 165: «Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотреблением доверием». Если отсутствуют признаки хищения, то есть если не установлен ущерб, то это деяние наказывается штрафом, принудительными работами или ограничением свободы.

Разве можно сравнить это наказание с тем наказанием, которые попросили для братьев Навальных прокуроры?

Скептики скажут: подумаешь, Бруно Лепру заявил бы это на суде, судья Коробченко все равно бы стояла на стороне прокуроров.

Может быть, и так.

Но что он будет говорить своим наполовину русским детям, когда они спросят его: «Папа, почему ты не пришел на суд? Почему не дал судье „удочку“? Почему смотрел в стол?»