На днях российскую публику фраппировали. Один из денежных тяжеловесов и небожителей РФ, человек, входящий в десятку богатейших людей страны и топ планеты, внезапно пошел в видеоблогеры. Речь, разумеется, о миллиардере Алишере Усманове, который изрядно удивил публику, записав ответное видеообращение к Навальному.

Что в этом сенсационного?

Криминальное прошлое Усманова — не секрет. Такие вещи не скрыть даже с большими деньгами. Начиная с середины 90-х годов в российских (а по мере того как росло усмановское состояние и в зарубежных) СМИ стали появляться критические отзывы об Усманове. Алишер же стабильно придерживался одной и той же тактики. Представители миллионера извещали, что потребуют судебного разбирательства, если опровержение не будет опубликовано, и СМИ соглашались. Даже у бывшего британского посла в Узбекистане Крейга Мюррея, который развернул настоящий крестовый поход в попытке не допустить миллиардера на британский рынок, не хватило возможностей противостоять узбеку. И вдруг Усманов в столь несвойственной себе манере реагирует на подначки Навального — простого, хоть и популярного, видеоблогера. Очень странный шаг. Таких интернетчиков Усманов вроде как должен съедать на обед в худшем случае или просто не замечать — в лучшем. Вместо этого миллиардер сам становится блогером и записывает видеообращение, суть которого сводится к «сам козел!». Понятно, что в видеоблогинге Усманов не имеет никаких шансов — просто посмотрите видео и убедитесь.

При этом Усманов знает толк в пиаре, и когда заходил на британский рынок, вложил немало средств в информационное сопровождение. Значит, Усманова очень настоятельно попросили опозориться. Просто позвонили по телефону и сказали: есть мнение, Алишер Бурханович, что вам пора в видеоблогеры. Что поделаешь, пришлось.

Усманов опять на слуху, и пора разобрать самую мутную страницу биографии богача — уголовное преследование еще в советском Узбекистане. Совершенно непонятно, за что все-таки сидел Алишер. Сам Усманов, понятное дело, говорит, что стал жертвой политических преследований как сын высокопоставленной номенклатуры. Не врет?

Алишер Усманов родился в 1953 году в небольшом провинциальном городке Чуст практически на самой границе с Таджикистаном. До революции город был преимущественно таджикским, но в советские времена большинством стали узбеки.

Детство Алишер провел уже в Ташкенте, где Усманов-отец получил пост прокурора города. Известно, что в юности будущий миллиардер увлекался фехтованием, входил в юношескую сборную Узбекской ССР и, по некоторым данным, даже в союзную. Любовь к благородному спорту никуда не делась, сейчас Усманов опекает Международную федерацию фехтования. В молодости погрузневший сейчас миллиардер находился в куда лучшей форме — взгляните на старые, черно-белые фото Усманова.

Дальше — стандартная советская номенклатурная карьера. В 70-е сын прокурора уезжает в Москву и поступает в МГИМО — заповедник советской аристократии. Там происходит судьбоносное знакомство, которое впоследствии помогло Алишеру пробиться из заурядных миллионеров в миллиардеры. Однокурсником Усманова стал Сергей Ястржембский, будущий пресс-секретарь Ельцина и заместитель главы президентской администрации.

«Президент работает с документами. Рукопожатие крепкое» — эти фразы, ставшие мемами, узнаваемыми до сих пор, принадлежат именно Ястржембскому. Дружба оказалась настолько прочной, что однокурсники даже жили в одной квартире (хотя аренда апартаментов в советские времена не была распространена, и селилась молодежь в основном в общагах), о чем сам Ястржембский вспоминал:

С сокурсниками мне действительно повезло. Вот сейчас мы с вами записываем интервью в офисе самого моего старинного друга Алишера Усманова, известного предпринимателя. Мы с ним проучились незабываемые пять лет! Приехал он из Ташкента, в Москве, как всем иногородним, светила общага. Но ко второму курсу мы так сдружились, что я предложил ему переехать в нашу квартиру. Дружба семьями сохранилась до сих пор.

После окончания МГИМО — научный сотрудник Академии Наук, референт ЦК узбекского комсомола. В 1980 году представитель золотой советской молодежи Усманов совершенно неожиданно оказался на скамье подсудимых. Эта история и по сей день покрыта мраком. Разгадать тайну не смогли даже британские частные детективы, командированные в Узбекистан в нулевые годы. Во многих публикациях утверждается, что Усманов стал жертвой Хлопкового дела, а сам Алишер с удовольствием называет себя политическим зеком.

В этой версии многое не сходится. Прежде всего — даты. Усманов попал за решетку в 1980 году, а Хлопковое дело стало раскручиваться только три года спустя. В 1980 году еще был жив Брежнев, а Леонид Ильич, как известно, и сам любил жить красиво, и другим представителям номенклатуры не запрещал. В союзных республиках советская система никогда по-настоящему не работала — разве что в Украинской и Белорусской ССР, с оговорками, и без всяких оговорок в РСФСР.

На Кавказе и в Азии на марксистскую белиберду закрывали глаза все 70 лет и жили хорошо, за счет русских. Контролеров из Москвы душили в объятиях, организуя великолепные и пышные приемы. Важные москвичи таяли от таких встреч и уже не пытались лезть в местные дела.

Суть Хлопкового дела проста. Местная номенклатура в открытую дурила союзный центр. Приписки в советской экономике существовали повсеместно, но в Азии товарищи совершенно потеряли берега, и индустрия приписок достигла циклопических размеров. Периодически товарищи ханы настолько перегибали палку, что не выдерживал даже лояльный к коррупции товарищ Брежнев. Но все заканчивалось отдельными отставками и уголовными делами, а в целом система продолжала работать, и большая часть архитекторов коммунизма оставалась на местах. Но не в этот раз.

Узбекская ССР поставляла по бумагам в несколько раз больше хлопка, чем в действительности, и ежегодно и получала за эти нарисованные цифры средства из союзного бюджета. Вряд ли в Москве об этом не знали, но Брежнев не хотел резких движений. Зато Андропову такие движения потребовались. По традиции, каждый новый советский генсек зачищал команду старого и сажал у руля свой клан. Для Андропова ситуация упрощалась тем, что практически в любой союзной республике номенклатура воровала и подличала. Каждого советского бюрократа можно было сажать не глядя. Андропов убивал одним выстрелом двух тушканчиков: и зачищал брежневскую команду, и создавал себе имидж борца с коррупцией. Ведь к концу брежневских времен расслоение между трудящимися и номенклатурой серьезно злило простонародье.

К тому же Андропов не любил первого секретаря узбекской компартии товарища Рашидова. Только вот на судьбе Усманова это вряд ли сказалось. Фактически Хлопковое дело началось только в 1983 году, а раскручиваться стало и того позже. Собственно, Усманов уже освободился из тюрьмы в разгар дела, когда имена следователей Иванова и Гдляна знала каждая собака в СССР.

Значит, к Хлопковому делу Алишер отношения не имел. Речь о чем-то другом. О чем? К сожалению, уголовное дело Усманова в открытом доступе никогда не публиковалось. Не добавляют ясности и всевозможные публикации в прессе начиная с 90-х годов.

В СМИ пишут, что Усманова приговорили к 8 годам лишения свободы за изнасилование, вымогательство (в других вариантах — получение взятки) и мошенничество (в других вариантах — хищение социалистической собственности). Бросается в глаза, что за три столь тяжких преступления в совокупности срок получился на удивление маленький. Это можно объяснить вмешательством отца-прокурора, но все равно настораживает необычное сочетание проступков.

Нет, для откровенного криминала ничего удивительного. Налетчики-рэкетиры трудились и при советской власти. Потрошили цеховиков: вывозили в лес, где вымогали добрым и злым словом — а также пистолетом и пытками — всевозможные ценности и деньги. Но такими вещами занимались люди специфические. «Япончик» породнился с ассирийцами и гастролировал по СССР, нападая на цеховиков, Иваньков — неудавшийся циркач, выросший на улице, которому нечего терять. Усманов же — советский мажор, золотая молодежь с корочками МГИМО, работой в союзном комсомольском ЦК и прекрасными перспективами на будущее. Очень сомнительно, что Алишер мотался от «малины» к «малине» с паяльной лампой в натруженных сбором хлопка руках.

Советские мажоры криминала тоже не чурались, но предпочитали безобидные отрасли: фарцовка, валютные операции. На худой конец связывались с цеховиками, но оставались «белыми воротничками» советского преступного мира.

Впервые информация о судимости Усманова за изнасилование была вброшена в середине 90-х годов ныне уже несуществующим изданием «Деловые люди». Адвокаты Усманова тогда потребовали от журналистов встречи в суде, но в итоге стороны помирились после публикации опровержения. Позднее аналогичная история произошла и с несколькими другими СМИ.

При этом свою судимость Усманов оспаривает конкретно по обвинению в изнасиловании, которое, действительно с трудом вяжется с прочими статьями. Остальное, по словам Алишера — это политические дела. К тому же в 2000 году Верховный суд Узбекистана полностью Усманова реабилитировал, и сейчас формально миллиардер — несудимый.

И хотя дело Усманова в открытом доступе не публиковалось, нам удалось найти кое-какие детали. Об изнасиловании речи не шло. Усманов с приятелями — оперуполномоченный Особого отдела КГБ Насымов (сын зампреда КГБ Узбекской ССР) и сын министра сельского хозяйства Узбекистана Шайков — были осуждены военным трибуналом Туркестанского военного округа за вымогательство (по другой версии, получение взятки) 30 тысяч рублей у офицера советской армии Андрея Майорова, а также мошенничество. Усманов получил 8 лет колонии с конфискацией имущества.

Попробуем разобраться. Итак, в данном случае изнасилование в обвинениях не фигурирует, а срок стандартный как для вымогательства, так и просто для получения взятки. У простого советского офицера таких денег быть не могло. Средняя зарплата в СССР в 1980 году составляла 174 рубля. Накопить такую сумму Майоров мог примерно за 15–20 лет, что вряд ли возможно. Но офицер мог быть связан с цеховиками и попасть в поле зрения силовиков. И, к примеру, служивший в КГБ Насымов вполне мог располагать информацией обо всех цеховиках, и вымогать у них деньги в обмен на молчание. Или подпольные бизнесмены сами платили гб-шнику. Но это логичнее трактовать как превышение служебных полномочий, а не мошенничество.

Вероятно, за эту сумму осужденные предлагали оказать Майорову какую-то услугу (что объясняет упоминания о мошенничестве, поскольку законом подобные вещи трактуются именно так), как-то помочь. В итоге троицу взяли с поличным. Усманов часто говорит, что дело было политическим. Политика здесь в том, что одно и то же преступление можно при желании трактовать и как вымогательство взятки (коварный злодей и мироед), и как получение взятки (нормальный мужик, просто голова закружилась от огромной суммы).

Кроме того, не совсем ясна роль Усманова в деле. Понятно, что приятель из КГБ имел гораздо больше возможностей помочь или, наоборот, навредить за взятку (все же и Насымов из КГБ, и отец Насымова занимал более серьезный пост), поэтому можно предположить, что Усманов выступал кем-то вроде посредника.

Все это — лишь предположения на основании тех крох более-менее достоверной и адекватной информации в открытом доступе. Сам Усманов вообще заявил в видеообращении, что обвинялся в краже социалистической собственности и даче взятки.

Правда, с этим не согласен бывший британский посол в Узбекистане Крейг Мюррей, который объявил джихад всем попыткам Усманова проникнуть на британский рынок. Мюррей завел собственный сайт, на котором исправно мочил Усманова, утверждая, что Алишер рэкетир, гангстер, связан с героиновым королем Гафуровым и т. д.

Но есть проблема. Товарищ Мюррей слетел с катушек на работе и со скандалом был отозван в Британию, на чем дипломатическая карьера Крейга закончилась. Мюррей вышел из-под контроля и начал постоянно атаковать узбекского президента Каримова, утверждая, что величайший в мире узбек из живущих (на тот момент) живьем варит демократических исламистов (серьезно!). В конце концов Мюррея отозвали, использовав в качестве предлога многочисленные скандалы, проблемы с алкоголем и неразборчивость в связях. Товарищ Крейг пал в бывшей УССР морально — завел несколько любовниц одновременно и развелся с женой ради узбекской не то танцовщицы, не то стриптизерши, и всем рассказывал, как герлфренд возила героин в трусах, будучи маленькой девочкой. Это оказалось чересчур даже для хулиганистых британцев. Послом Мюррей пробыл всего два года.

И хотя дипломатическая карьера Мюррея завершилась, экс-посол заделался писателем и правозащитником и завел свой сайт, где писал всякие нехорошие вещи про Каримова, а когда Усманов попытался купить акции лондонского «Арсенала» — и про Алишера. Казалось бы, вот кладезь информации — кто как не посол знает страшные тайны олигархов. Но у Мюррея все свелось к голословным утверждениям, и британец не привел вообще никакой дополнительной информации вдобавок к уже известной из открытых источников. Крейг просто писал что-то вроде: «гангстер и рэкетир Алишер Усманов, прощенный президентом Каримовым — самым порочным и отвратительным диктатором в мире — пытается попасть на британский рынок. Доколе!?»

Более того: Крейг уверен, что Усманов антисемит, потому что, по информации Мюррея, вымогал деньги у еврея. А ведь всем в западном мире известно, что KGB очень жестоко преследовало советских евреев.

Кроме того, периодически Мюррей допускает серьезные ошибки. Например, называет Сергея Ястржембского Петром Ястржебским.

Начиная с 2007 года, когда Усманов зашел на рынок в Лондоне, Мюррей посвящал узбеку несколько статей в месяц на своем сайте и даже завел хештег Usmanov. Но достаточно быстро Крейг потерял к травле Усманова интерес, не в последнюю очередь по причине того, что миллиардер нанял британских адвокатов. Юристы добились, чтобы провайдеры блокировали сайт Мюррея за клевету (причем так перестарались, что заблокировали даже сайт мэра Лондона и нынешнего министра иностранных дел Бориса Джонсона). В итоге Крейг писал про Усманова все реже, а последний раз вспомнил о существовании узбека в 2009 году, хотя с тех пор сайт исправно обновляется.

Усманов позднее рассказывал, что отбывал срок в обычной колонии, где сидели в том числе и те, кого посадил Усманов-прокурор, и зеки даже хотели расправиться с юношей, но мудрый криминальный авторитет взял Алишера под защиту. Дескать, сын за отца не отвечает. По другой версии, родители и друзья на воле поспособствовали тому, что юному Усманову оказывали протекцию целых два криминальных авторитетеа, и молодого зека никто не трогал.

Из восьмилетнего срока Алишер отсидел шесть лет и вышел по УДО. Как раз подул ветер перемен, началась перестройка, появились первые кооперативы. Откинувшемуся Усманову помогли влиятельные люди. По протекции бывшего резидента советской разведки в индийском Дели Радомира Богданова, преподававшего в МГИМО, Алишеру удалось устроиться во Внешнеэкономическую ассоциацию Советского комитета защиты мира. Этой организации тогда как раз разрешили вести внешнеэкономическую деятельность.

Советский комитет защиты мира — очень интересный случай. В 90-е годы было очень модно искать золото партии. Дураки мечтали найти бункеры со слитками. Настоящее же золото партии — закрытые фонды СКЗМ, где крутились колоссальные суммы, изъятые из карманов простых советских трудящихся.

Советский комитет защиты мира боролся «за мир», не жалея никаких денег. Кошельком выступал советский Фонд мира, располагавший огромными финансовыми ресурсами. Откуда деньги? Советские трудящиеся скидывались. Во-первых, в фонд мира сливали все доходы религиозные учреждения, официально работавшие в СССР. Во-вторых, периодически проводились вахты мира — каждый работающий гражданин СССР в добровольно-принудительном порядке переводил в фонд мира дневную зарплату. Через фонд мира шла советская помощь странам Третьего мира, вставшим на социалистический путь развития, а также оплачивалось обучение студентов из этих стран в советских вузах.

При этом структура была полностью закрытая, никакую отчетность ни перед кем не раскрывала, какие миллиарды в системе крутились — известно было только махинаторам из этой же системы. Фондом в 80-е годы управлял чемпион мира по шахматам Анатолий Карпов (разумеется, не самостоятельно) и, по словам чемпиона, организация в годы перестройки обладала бюджетом в размере 7 миллиардов долларов.

Деньги Фонда мира крутили в начале 90-х в Мосбизнесбанке, который в 1999 году лопнул, задолжав кредиторам 10 миллиардов рублей. К сожалению, о периоде, когда Усманов работал в СКЗМ, неизвестно ничего, по причине закрытости организации.

Вскоре Усманов создал первый кооператив, производивший полиэтиленовые пакеты. Между прочим, золотое дело по тем временам. В СССР был жутчайший дефицит всего, а на рубеже 80-90-х — и банальных кульков. Полиэтиленовый пакет ценили на вес золота, не выбрасывали, ходили с ними за покупками месяцами, заботливо стирая и высушивая на балконе (на улице могли украсть!). В некоторых источниках сообщается, что вскоре компанией заинтересовались из-за «серого сырья», и Усманов вышел из бизнеса.

Потом нашлось еще более выгодное дело. В СССР с прилавков исчез и табак. Малый бизнес отреагировал — старушки собирали на улицах окурки, складывали в банки и продавали на улицах. Товар разбирали моментально. Усманов пошел другим путем и начал завозить сигареты из Америки, что не так уж сложно, учитывая многочисленные связи во внешнеторговых структурах. Этот бизнес продлился до начала 90-х, когда курс рубля к доллару обвалился. Компания разорилась.

Дальше пошло банковское дело, и Усманов стал зампредом МАПО-банка. МАПО — Московское авиационное производственное объединение (так в те времена назывался МиГ). Среди соратников Алишера по МАПО оказался столь одиозный персонаж, как Евгений Ананьев (как и Усманов, близкий к находившемуся тогда в фаворе Ястржембскому), в конце 90-х возглавлявший Росвооружение. Эта отрасль едва ли не единственной осталась в 90-е годы на плаву и получала более-менее стабильные валютные контракты. Бывший КГБшник Ананьев своими махинациями быстро заслужил внимание прессы. В 90-е о товарище писали так:

Ни один из директоров «Росвооружения» не заслужил такой дурной славы, как Ананьев. При нем экспорт российского оружия уже в следующем, 1997 году упал до 2,6 млрд долларов (почти на миллиард). Более того, в богатейшей компании начались странные перебои с выплатами зарплаты сотрудникам, не говоря уже о лишении премиальных. Ананьев первым делом переводит счета «Росвооружения» в МАПО-банк, с поста председателя правления которого он и пришел в директорское кресло компании.

Экономические потери государства по линии ВТС и «прокол» Якова Уринсона, заявившего о возможном переводе всех финансовых потоков «Росвооружения» на счета Федерального казначейства, настроили против Ананьева не только наиболее влиятельных кремлевских чиновников, но и олигархические группы, крутившиеся вокруг средств компании. В июле 1998 года Главное контрольное управление президента вместе со всеми спецслужбами (одной из которых, ФСБ, руководит Владимир Путин) начинает тотальную проверку деятельности компании. В результате к октябрю проверяющие накопали море компрометирующей информации по деятельности компании в 1995–97 гг. Евгению Ананьеву поставили в вину скандал с поставками в Индию истребителей «Су-30 МКИ», после чего индийцы предпочли договариваться о возможных покупках зенитно-ракетного комплекса «С-300 ПМУ-1» уже с «Российскими технологиями». Кроме того, Ананьева обвинили в развале МАПО МИГ.

Закончилось все несколько предсказуемо.

В начале нулевых итальянская прокуратура выдала ордер на арест Ананьева:

Евгений Ананьев обвиняется в отмывании денег, полученных в качестве взятки при продаже в 1998 году истребителей «МиГ» в Перу. Ананьев получил на зарубежные счета около $18 млн. Сергей Ястржембский мог иметь некоторое касательство к этой и другим сделкам, которые совершало «Росвооружение» в бытность Ананьева главой госкомпании. По версии источника, в 1997 году именно Ястржембский, занимавший в то время пост заместителя руководителя администрации президента и пресс-секретаря Бориса Ельцина, пролоббировал назначение Ананьева генеральным директором «Росвооружения». Заинтересованной стороной в этой лоббистской операции был крупный бизнесмен Алишер Усманов, контролировавший тогда МАПО-банк (Ананьев до назначения главой «Росвооружения» работал председателем правления этого банка). Известно, что Ястржембского связывают с Усмановым многолетние личные и деловые отношения. Ананьев, а также 37-летняя гражданка России Ольга Бельцова и гражданин Италии Джулио Риццо, обвиняются в отмывании денег, полученных в качестве взяток при заключении контракта на продажу МиГ-29 ВВС Перу. Все эти люди были связаны с Владимиро Монтесиносом, который в 1998 году от имени правительства Перу заключил контракт с «Росвооружением» на закупку трех самолетов МиГ-29 на общую сумму $117 млн. Партнером Монтесиноса по этой сделке был экс-генерал КГБ Ананьев. При заключении контракта Монтесинос и Ананьев получили в качестве незаконных, по мнению органов прокуратуры, «комиссионных» $18,4 млн. Доля перуанца составила почти $11 млн. Остальные средства достались его российскому партнеру. Из них примерно $5 млн Ананьев разместил на счетах банка «Адамас» в Лугано. Счета в нем он открывал без особого труда, так как был в то время президентом российского «МАПО-банка». Из Швейцарии деньги перечислялись небольшими траншами в Италию на счета подруги Ананьева — Бельцовой. Дальнейшей судьбой этих денег, по данным итальянской прокуратуры, занимался финансовый консультант Риццо. В пресс-службе «Рособоронэкспорта» по поводу дела с продажей МиГ-29 воздержались. Источник в «Рособоронэкспорте», попросивший не называть его имени, рассказал корреспонденту «Коммерсанта», что и у этой компании есть претензии к Ананьеву. «В 1998 году направление Латинской Америки курировал заместитель Евгения Ананьева Юрий Хозяинов. Все же направление торговли оружием с зарубежными странами шло тогда через министра экономики Якова Уринсона. Однако сделкой с Перу занимался сам господин Ананьев. Деньги по контракту, видимо, пошли через подконтрольный Евгению Ананьеву МАПО-банк. С этим банком у „Росвооружения“ было еще несколько неприятных моментов. Так, господин Ананьев в бытность гендиректором „Росвооружения“ под непонятные и невыгодные для компании условия купил у МАПО-банка на $150–200 млн векселя. Потом банк обанкротился».

Правда, итальянская прокуратура соображала очень долго. Ананьев к моменту розыска уже полтора года как залег на дно и больше не объявлялся. По всей вероятности, сменил имя и живет где-то, где всегда тепло, поют птицы и шумит море.

Усманов — яркий представитель партийной элиты. Алишер по факту рождения уже знал множество высокопоставленных людей, а учеба в главной кузнице советских кадров свела блатного во всех смыслах узбека со многими людьми, оказавшимися на вершине в начале 90-х. С такими связями в 90-е годы не пропадали. Бизнес тогда еще только начинался, никто толком ничего не понимал и все решали личные отношения. Усманов обзавелся двумя партнерами, бизнесменами Скочем и Кветным, которые держали сеть заправок. Но бизнес был беспокойный, часто стреляли. У Скоча и Квотного были деньги, но не понимание, куда вложить средства. А у Усманова не было денег (торговля сигаретами как раз погорела из-за курса валют), но остались связи. Так появилась компания «Интерфин», которая сначала просто скупала и продавала акции, а потом стала приобретать контрольные пакеты более-менее стабильных на тот момент предприятий.

Потом бывший преподаватель свел Усманова с Ремом Вяхиревым, на тот момент главой «Газпрома». Вяхирев тогда планировал привлечь зарубежное финансирование и искал человека с хорошими контактами. Не думайте, что Усманов знал только партийную номенклатуру да чекистов. Между прочим, главным партнером Алишера на протяжении 20 с лишним лет остается лондонский иранец Фархад Мошири. В конце концов, Усманов еще в 1991 году возил на смотрины в Лондон первого главу ельцинской администрации Юрия Петрова, а в европейских структурах миллиардера трудился на руководящих постах (в смысле, присматривал) бывший министр иностранных дел Британии Дэвид Оуэн.

Так Усманов стал консультантом Вяхирева. Впрочем, уже через полтора года Вяхирев лишился поста — пришли питерские и новым главой корпорации стал Миллер. Но Усманов остался на плаву, во главе «Газпроминвестхолдинга» — газпромовской дочки, которая занималась реализацией крупных финансовых проектов материнской компании. Удержался Усманов по трем причинам: во-первых, стал удобным посредником между новой питерской командой и старой вяхиревской. При Вяхиреве активы «Газпрома» были раздроблены и Миллер начал скупать все обратно. Посредником в переговорах выступал Усманов. Во-вторых, жена Усманова — Ирина Винер, в те годы тренер сборной России по художественной гимнастике, человек, который вывел на пьедестал Алину Кабаеву. Думаю, все поняли, о чем мы. В-третьих, сыграла свою роль и дружба Усманова с Ястржембским, который в первые два путинских срока был помощником Владимира Владимировича. Что интересно, Усманов оставался директором компании, по сути, наемным менеджером, уже будучи мультимиллиардером и богатейшим человеком России.

Бизнес-деятельность Усманова нетипична для российских олигархов. Обычно наши богачи предпочитают выбирать только одну сферу, в которой и скупают активы. Так появляются алюминиевые короли, нефтяные магнаты, императоры удобрений и т. д. Усманов же покупает доли вообще всего, начиная от металлургических заводов и футбольных клубов и заканчивая «Мегафоном», «Муз-тв», Apple, Facebook и Alibaba.

Основные деньги Усманов сделал не в 90-е, а уже в нулевые. На пороге тысячелетия Алишер вместе с Шуваловым и несколькими бизнесменами вложился в почти обанкротившееся англо-голландское сталелитейное предприятие. И тут металлургия резко пошла в гору, и через год проданные акции принесли двойную прибыль. После этого у Усманова, никогда не конфликтовавшего ни с кем из Кремля, не было проблем с кредитованием в государственных банках, в том числе и в рискованных сделках (по слухам, в 2001-м Усманов хотел купить Yahoo, но возникли проблемы с кредитами), что позволило Алишеру собрать под своим крылом весьма разнообразные активы.

Такая стратегия и превратила Усманова в одного из богатейших людей России. Но главный капитал миллиардера — связи. Например, в нулевые и десятые Алишер оказался удивительно полезен Кремлю, выступая в качестве влиятельного посредника между РФ и президентом Узбекистана Каримовым. По слухам, Усманов приложил определенные усилия и таки добился, чтобы Каримов не продлил срок пребывания американской военной базы в Узбекистане. Миллиардер играет важную роль в неформальной дипломатии между странами. Также известно, что племянник Усманова (погибший в автокатастрофе в 2013 году) был женат на дочери Шавката Мирзиёева, который считался наиболее вероятным преемником Каримова и после смерти предшественника действительно стал новым президентом благословенной узбекской земли. Так что Усманов, вероятно, и дальше будет выполнять роль моста РФ-Узбекистан.

Но есть и еще кое-что, что отличает Усманова от других олигархов. Алишер умеет быть полезным, благодаря чему не попадал в опалу ни при одной из кремлевских администраций и для всех выполнял важные функции. Ельцинскую администрацию он возил на смотрины в Лондон, когда птенцы Бориса только вставали на ноги. Для путинской стал ключевым посредником в приобретении активов. В нулевые годы Усманов играл определяющую роль в переговорах с бизнесменами, владеющими активами, которые желал вернуть «Газпром» — например, оказавшиеся у «Итеры» газовые месторождения. Помогало и то, что Усманов, как восточный человек, умел найти подход к важным людям. Forbes несколько лет назад писал:

Когда Алексей Борисович Миллер, к примеру, празднует день рождения, у него весь стол бывает завален подарками. Он постоит над ними, как ребенок над игрушками, и выберет тот, что от Алишера. Как-то удается Усманову угадывать, что человеку понравится.

Похожие отношения сложились у Усманова и с Вяхиревым, которого Алишер каждый год обязательно поздравлял с днем рождения и присылал подарки, хотя проработал с Ремом всего два года.

В определенном смысле, Усманова можно считать одним из столпов системы. Алишера нельзя однозначно отнести к ельцинским олигархам, получившим капиталы благодаря близости к семье — еще непонятно, кто от кого получал. Миллиардера также нельзя отнести и к путинским олигархам из дворовых друзей детства нашего президента. Это не физрук Ротенберг, раскладывавший мужчин на татами и внезапно ставший миллиардером. И вдруг такой влиятельный и могущественный человек, как Усманов, становится видеоблогером? Трудно даже представить, кто мог бы Алишера об этом попросить.