Российский экономист, замдиректора Института мировой экономики и международных отношений и заместитель министра социальной защиты населения РФ в 90-е годы видит будущее российской экономики в мрачных тонах. По его мнению, Россия так и не смогла слезть с нефтяной "иглы" и изменить экономику. И поэтому в условиях падения цен на нефть и сокращения мирового спроса на энергоресурсы ее ждет "тихая катастрофа". Даже если Россия и останется на карте в нынешних границах, с ней просто перестанут считаться:

"Мы окажемся в ситуации, когда наши природные ресурсы, прежде всего нефть и газ, будут стоить копейки. Я думаю, что такая фантастика может стать научной, и $10-15 за баррель через десять лет для нас будут очень хорошей ценой. Потому что спроса на них не будет", – полагает Гонтмахер.

"У нас представляют катастрофу как распад страны или как то, что люди выходят на улицы, и начинается гражданская война. Но с моей точки зрения нам грозит худший вариант: "тихая катастрофа". Мы можем стать страной, которая хотя и существует на карте, и имеет ядерное оружие, но к ней особо не обращаются с точки зрения предложений о сотрудничестве. Ее фактически просто ставят перед фактом каких-то событий, которые происходят помимо нее.

Такие страны есть в мире. Им, конечно, немного обидно. Но у России есть амбиции, которые несравнимы с амбициями какой-нибудь Колумбии – быть сверхдержавой или державой первого регионального уровня. Россия всегда помнит Советский Союз, когда мы были второй супердержавой мира и соревновались с Соединенными штатами. И процесс потери статуса и влияния идет. И будет идти, если мы не займемся стратегическими вещами, глубокими реформами. И они должны быть не менее глубокими, чем реформы Гайдара в 90-е годы", – замечает экономист.

"Эти реформы надо было проводить раньше – в 2005-2007 годах, когда цены на нефть и газ росли достаточно быстро", – настаивает Гонтмахер. – "А сегодня безболезненно мы реформы провести уже не сможем, потому что у нас нет для этого резервов, социальных "подушек". Одной из первых реформ должен стать пересмотр налогов, особенно для малого и среднего бизнеса, снижение социальных налогов. Но это – потери для бюджетных фондов, из которых платятся пенсии, социальные пособия, финансируется медицина.

Если бы у нас были "подушки", социальные резервы, мы бы на какой-то срок выпадающие доходы бюджета могли бы этими деньгами заместить. Но сегодня у нас резервов практические нет, а те, что есть – тратятся на латание бюджета. И если в этом году средняя цена на нефть будет в районе $30-35 за баррель – наш Резервный фонд закончится уже в этом году. Останется Фонд национального благосостояния, но он тоже уже весь расписан на инвестиционные проекты".

"Наш народ не готов к сокращению социальных обязательств. То, что он к ним не готов – это заслуга Владимира Владимировича Путина, который народ убаюкивал своими обещаниями и раздавал деньги", – резюмирует Гонтмахер. – "Мы помним, что у людей выросли зарплаты и пенсии. Но это было сделано не под экономические реформы: это был патернализм высшего класса. И это была популистская политика высшего класса".

Настоящее Время