Решение кремлевской братвы оформлено: «Путин остается. Он – несменяемый капитан нашей водоплавающей субстанции, накренившейся, но ощерившейся всеми ядерными фаллосами – будет стоять на капитанском мостике до самого финала». Когда намечается этот финал и каким именно он будет – электорату не сообщают. Зато активно обсуждают бред, которым нацлидер искрил в крымском лагере «Таврида», в очередной раз охмуряя молодежь. Надо отметить, что чем «олдовее» становится наш сисястый мачо – тем чаще его потягивает к «молодняку». Так и прет с сальными разговорчиками. На сей раз ему зачем-то понадобилось заразить сифилисом композитора Шуберта, который, вообще-то, умер от брюшного тифа, но Путин, у которого «на миру и смерть красна» - не узрел особой разницы в диагнозе. Тиф, сифилис, фонетика похожа? – да и ладно. Тут ведь главное – впечатлить, а чем – неважно. Мели, Емеля – твоя неделя! Иной раз создается впечатление, что Путин, как подлинный враг всего русского, жаждет опошлить сам русский язык, на котором вещает, дабы он ассоциировался во всем мире с беспримесной пошлостью, агрессией и ложью. Не с Пушкиным и Толстым, не с Чеховым и Набоковым, а именно с ним – мелкотравчатым подонком Путиным, с его казарменными шуточками и приблатненными ухмылочками. Правда, тщательно отобранный «молодняк» рылом в образованность тоже не ударял, и вовремя аплодировал, скалился и тащился. Эта поросль уже готова к разврату – осталось лишь проклясть все американо-европейское, переодеться в шкуры и вооружиться дубьем, забросив в угол пещеры новомодные спиннеры.

Итак, Оно остается. Оно будет рулить и раздавать команды. Нацгвардия будет тащить и не пущать, а новая «политбюрошечка», уже обозначенная для плебса в информпространстве посредством доклада Minchenko Consulting, - станет еще активнее разруливать денежные потоки на нашей финансовой пилораме. По мнению агентства, скрупулезно изучившего кремлевское подковёрье, между крысами случилась рокировочка. Сечин теряет позиции, зато Чемезов набирает очки. Володин уходит в тень, а перед Грефом и Кудриным маячат радужные горизонты. Учитывая надвигающиеся масштабы экономических неприятностей, горизонты, конечно, открываются, но они скорее – штормовые, а никак не райские. Единственным непотопляемым гигантом докладчикам видится мэр Москвы Собянин с его вечным плитообустройством. Этот титан строительной мысли уже гонит новую волну сносов в Москве. Сложно проникнуть в суть его замыслов, но похоже, конечной целью Собянина является снос всей Москвы с окончательным закатыванием её сезонной плиткой по всей площади. Известно: хорошая плитка год кормит, а плохая дает прибыль каждый день.

Словом, «Политбюрошечка» определена, исполнители ролей назначены, осталось только понять: куда двигаться? А вот с этим дела обстоят неважно. У команды, конечно, есть Путин, и ей понятно, у каких чресел осуществлять ежеутренний нализ, и лишь у одного Путина нет никакого понимания – в какую сторону плыть и кому молиться? В плане «всего святого» существует дед Гундяй, который всегда рад поднести к плешивому черепу пару-тройку икон для расшибания освященных деревяшек профессиональным ударом верующего тхэквондиста. Но это хорошо для телекартинки, а практического толку с собой не несет. Хляби не разверзаются, молнии не мечутся, и не растет кокос. И возникает вопрос: ну, хорошо, помолились, зажгли во лбах по паре шишек от усердия, а дальше-то что? И тут в игру вступает «силовьчьё» в лице бесконечных бастрыкинских ищеек. А чтобы шибко умная общественность не задавала глупых вопросов – под стражу берут медийную личность с умеренно-либеральными взглядами. И вот уже режиссер Кирилл Серебренников оказывается в кутузке, и ему увлеченно шьют статью о «мошенничестве в особо крупных размерах». Дескать, сам Путин дал ему денег, а нехороший режиссер – взял, да и разворовал. У либеральной общественности никаких доказательств и опровержений на сей счет нет, она – травоядная, нежная и пугливая, склонная к саморефлексии. Зато эффект бешеный: «пипл» заламывает руки, пишет челобитные, истерит, вспоминает Мейерхольда, театрально восклицает «Доколе?..» и усиленно «чешет репу» в поисках ответа на вопрос: «Как же теперь лизать? Под каким углом? И как умудриться не предать товарища, и самому не впасть в немилость?..»

История с режиссером Серебренниковым наметила главное направление вектора в путинской России: репрессивное. Он будет бить по «средним» точкам, по общепризнанным и привычным, устоявшимся и, как кажется, незыблемым. Очередной эффект всякий раз должен по оглушительности превосходить предыдущий: «Это немыслимо! Чудовищно! Ошибочно! Этого не может быть! Это недоразумение вот-вот прояснится!..» Нет никакой ошибки, граждане. Все логично. Чудовищно? – возможно. Но до тех пор, пока овцы щиплют травку под надзором стаи волков – они остаются расходным материалом, едой в шерстяной шкуре.

Репрессивная машина на новом витке завертится с удвоенной или даже утроенной силой. Для того, чтобы остаться навечно, Путину потребуется сколотить из аппарата подлинный монолит, готовый размозжить череп кому угодно, невзирая на персоналии. «Суровые годы приходят, они будут тоже трудны». Сплотиться. Насупиться. Держаться. Пучок-мафия-фашизм-нацлидер. Лишнее отсечь. Жизнь упростить. Массы приучить к духовному аскетизму: никаких сомнений, любое сомнение равнозначно предательству. Россия – крепость, колония для простейших. Общий знаменатель – общий вождь. Усвоишь – выживешь. Посеешь сомнения – пожнешь кару.

На поистине фашистские планы Путина – пока еще не реализованные в полной мере, а всего лишь намеченные – население России уже дает внятный ответ. Естественная убыль населения в 2017 году достигла 119,4 тысячи человек, что стало рекордом с 2011 года. На уровне регионов статистика близка к демографической катастрофе: практически в каждом третьем субъекте РФ (25 из 85) умирает людей в 1,5 - 2 раза больше, чем рождается. Если сейчас на 100 работников приходится примерно 50 неработающих граждан, то к началу 2020-х годов этот показатель вырастет до 75, а к 2030-му - превысит 90. Для выползания из демографической ямы ни сил, ни средств нет – все растащено, а население живет с выбитой из-под ног почвой, в прямом смысле «под собою не чуя страны». Стало быть, придется прибегнуть к помощи мигрантов из соседних стран, до нескольких сотен тысяч в год. К чему приведет подобное решение, если оно будет принято – совершенно не понятно. Учитывая нелюбовь местного населения к приезжим, а также официально насаждаемый национализм через идеи «русского мира», можно предполагать нарастание межнациональной напряженности по всей площади вымирающей России. Население будет уходить в могилу, активно волоча за собой свежие трупы убитых инородцев. Эта странная месть самим себе за собственный инфантилизм – удел всех разрушающихся империй. А если добавить к этому уже обозначенную выше перспективу ужесточения государственной репрессивной машины – горизонт возможностей заканчивается лубянской стенкой. Причем, для всех, включая членов новоиспеченной «политбюрошечки».

Последняя попытка сохранить имперский труп обречена на провал по объективным причинам. Во-первых, за идеей «русского мира» обнажилась пустота. Нет ни русских, ни мира. Есть жгучий спрос на «совок» и предложение от фарцовщика Путина. Во-вторых, и покупатели, и продавцы стареют и дряхлеют в ускоренном режиме. Они ни на что не способны: ни на развитие, ни даже на самовоспроизводство. В-третьих, цивилизация развивается бешеными темпами, и в новой реальности не останется места для отсталого племени советских приматов – пусть даже и с ядерными яйцами. Да и яйца эти довольно скоро перестанут впечатлять: у мира будут совсем иные технологии. Так что у Путина с его «Шубертом» есть еще лет пять полноценного гниения политического сифилитика. А потом зазвучит Шопен.