Артиллерия «умеренной» сирийской оппозиции ведет огонь по позициям правительственных сил в северной Хаме, 22 мая 2019 года Omar Haj Kadour / AFP / Scanpix / LETA

В мае в Сирии началось крупнейшее за последний год сражение: правительственные силы пытаются уничтожить последний оплот исламистов в провинции Идлиб. Пока что обстановка складывается не очень удачно для Дамаска — оппозиция, возглавляемая боевиками движения (сотрудничает с «Аль-Каедой»), перешла в контрнаступление. «Медуза» рассказывает, что вызвало новое обострение сирийского кризиса и какая сейчас расстановка сил в регионе.

С кем сирийские власти борются в Идлибе?

Идлиб — провинция на северо-западе Сирии, которая граничит с Турцией. Регион был захвачен оппозицией во время боев 2015 года, когда сирийская армия потерпела там тяжелое поражение. Уже тогда оппозиционное движение состояло из самых разных сил — от бывших военных до исламистов, которые сотрудничали с «Аль-Каедой», а до того — с «Исламским государством». Когда Россия вступила в войну осенью 2015 года, она сразу же приняла участие в битве на границах Идлиба — ровно в том же районе, где ведутся боевые действия сейчас; тогда наступление окончилось неудачей.

В 2016-м и в 2017-м годах базирующаяся в идлибском анклаве оппозиционная коалиция, состоявшая из филиалов «Аль-Каеды», боевиков с Северного Кавказа и Средней Азии, уйгуров из Китая («Исламская партия Туркестана»), а также ориентировавшихся на Турцию «умеренных» сирийцев, потерпела несколько поражений: их выбили из крупнейшего города Сирии Алеппо и прибрежной провинции Латакия, их силы были дважды разгромлены при попытке продвинуться вглубь провинции Хама. Но ядро движения в самой провинции Идлиб осталось нетронутым и оно стало главным центром для всех людей — вне зависимости от идеологии — которые противостояли власти президента Башара Ассада.

С тех пор силы идлибской коалиции только росли: каждое наступление правительственных сил в других районах Сирии заканчивалось тем, что правительство заключало соглашение с боевиками о сдаче тяжелого вооружения и отправляло их на автобусах в Идлиб. Так там оказались еще несколько десятков тысяч боевиков и сотни тысяч беженцев.

В начале 2018 года правительственные войска начали наступление на востоке Идлиба и через несколько недель тяжелых боев смогли прорвать оборону и отрядов оппозиции. Однако наступление было неожиданно остановлено после переговоров Турции и России; правительству удалось захватить лишь около четверти территории провинции. Затем Россия, Иран и Турция договорились о режиме демилитаризации в Идлибе и северной Хаме. По условиям договора, Турция обязалась расставить в провинции свои наблюдательные посты и очистить ее от HTS и прочих радикальных исламистов; «умеренные» оппозиционеры должны были после этого принять участие в переговорах о будущем Сирии.

Несмотря на присутствие турецких наблюдателей, HTS силой очистило Идлиб от умеренной оппозиции; они были вынуждены эвакуироваться на территории северной Сирии, контролируемые Турцией. Там была создана коалиция «умеренных» оппозиционеров . Россия заявила, что условия перемирия в Идлибе исполняются не полностью. Турция обещала «принять меры» против HTS, но ничего не сделала. Власть в провинции окончательно перешла к боевикам HTS и сочувствующим им исламистам из других организаций.

Из Идлиба HTS продолжало обcтреливать из установок залпового огня и атаковать беспилотниками российскую базу «Хмеймим» в Латакии и подконтрольные правительству города в Хаме. Россия и Дамаск наносили авиаудары по позициям боевиков «Аль-Каеды». С начала года много раз было объявлено, что операция по уничтожению исламистов в Идлибе неизбежна. Турция и страны Запада выступали против операции.

Картографические данные ©2019 GeoBasis-DE/BKG (©2009), Google, Inst. Geogr. National, Mapa GISrael, ORION-ME

Дамаск решил окончательно выбить исламистов из Идлиба? Каковы результаты операции?

Неизвестно — цели операции объявлены не были. Масштабы наступления пока были незначительными: например, в мае наступал только ударный отряд сирийской армии , почти без участия других подразделений; Россия поддерживала «тигров» авиаударами и действиями спецназа. Наступление идет на двух ближайших к российской базе «Хмеймим» фронтах — в районе долины Аль-Габ на границе Хамы и Идлиба и в горах на границе с провинцией Латакия. Именно из этих районов исламисты обстреливали российскую базу. То есть операция может ограничиться созданием зоны безопасности для базы.

В горах Латакии правительственные силы не преуспели, зато в Аль-Габе им в начале мая удалось захватить город Кафр-Набуда, продвинуться на десяток километров по долине и отбить первые атаки исламистов, подбив несколько танков и уничтожив несколько десятков бойцов HTS. Дальше наступление застопорилось, и было объявлено новое перемирие на три дня. Карту наступления «Сил Тигра» можно посмотреть тут.

К 20-м числам мая отряды умеренных оппозиционеров с территории, контролируемой Турцией, прислали в Идлиб подкрепление. Вместе с ними, возможно, из Турции поступили противотанковые ракеты и снаряды для систем залпового огня. После этого исламисты и их «умеренные» союзники перешли в контрнаступление на Кафр-Набуду и взяли большую часть города после двух дней тяжелых боев. Утром 22 мая правительственные войска, опасаясь окружения, покинули город. При этом в плен попал полковник «Сил Тигра». Исламистам удалось подбить на окраинах Кафр-Набуды несколько правительственных танков. Российское Минобороны сообщило, что во время битвы исламисты потеряли 140 человек убитыми. Карта контрнаступления — здесь.

После этого исламисты вновь обстреляли из установок залпового огня «Хмеймим», а их беспилотники атаковали самодельными бомбами аэропорт и электростанцию в Хаме. Электростанция получила повреждения, но была быстро восстановлена.

Значит, наступление сирийских войск провалилось?

Нет, такое развитие событий типично для последних лет сирийской войны. Правительство наносит удар, потом ждет, когда оппозиция подтянет все резервы и даже отступает, теряя важные позиции, но потом при поддержке авиаударов по этим резервам переходит в общее наступление; так было в 2016 году в Алеппо и в 2018 году на востоке Идлиба.

Российские и сирийские самолеты и артиллерия после потери Кафр-Набуды начали обстрел всех окрестных городов; 23 мая правительственные вертолеты разбросали над Идлибом листовки с призывом к населению эвакуироваться до скорого начала неизбежного наступления.

Наступлению мешают неблагоприятные условия местности. Сразу за Кафр-Набудой начинаются невысокие горы, где исламисты годами оборудовали оборону. До сих пор у подножья гор захлебывались все наступления сирийской армии: оппозиция, используя свои позиции на возвышенностях, каждый раз контратаками оттесняла правительственные силы.

Продолжению операции может помешать большая международная политика: ситуация в Сирии зависит от позиции Турции и США, которые выступают против захвата Идлиба. 23 мая Госдеп США сообщил, что на переговорах с Россией достигнут «прогресс по Идлибу».

Чего добиваются Россия, Турция и США Россия хочет вытеснить из Сирии США и обеспечить безопасность своих баз в Латакии. При этом Москва по-прежнему хотела бы решить проблему Идлиба, не ссорясь с Анкарой. Россия также пытается договориться с Турцией о правилах использования ее вооруженных сил против курдов в Сирии. Турция обеспокоена тем, что в случае полномасштабной войны в Идлибе в страну хлынет новый поток беженцев (в провинции проживает более трех миллионов человек). Но больше всего Анкару заботят курдские формирования в северной и восточной Сирии, которые поддерживают США. Турки считают их сторонниками действующей в Турции Курдской рабочей партии (считается террористической организацией). США хотели бы сохранить оппозиционный Идлиб для того, чтобы оставить противовес сирийскому правительству и Ирану. Но главное для них — сохранение независимой курдской территории на востоке Сирии, которая сейчас не дает Ирану наладить надежное сообщение со средиземноморским побережьем Сирии и Ливана. Поэтому США не могут позволить Турции атаковать курдов. Поэтому американские войска, пока остаются в восточной Сирии, несмотря на обещания президента Дональда Трампа вывести их. Анкара и Вашингтон с прошлого года ведут переговоры о том, как решить курдский вопрос мирно — например, сдать часть курдской территории на границе с Турцией.

Дамаск применил химическое оружие в Идлибе?

Точно неизвестно. О том, что «боевики готовят провокации с использованием химического оружия», за последний месяц несколько раз сообщали российские военные и чиновники. На прошлой неделе об атаке с использованием хлора заявили члены «Исламской партии Туркестана», которые обороняются в малонаселенных горах Латакии; никаких подробностей и документальных свидетельств они не представили. США через несколько дней после этого заявили лишь, что оружие, возможно, было применено; если это будет доказано, ответ будет «незамедлительным». Минобороны России назвало эти заявления «политическим прикрытием отчаянных попыток террористов расшатать обстановку в зоне деэскалации Идлиб».

А что делает «Исламское государство»?

После окончательного разгрома на Евфрате зимой этого года, «Исламское государство» перешло к партизанской войне. Боевики устраивают засады и жгут посевы в Ираке и Сирии.

Дмитрий Кузнец