Литературный критик Галина Юзефович рассказывает о книге журналиста The Wall Street Journal Джона Каррейру «Дурная кровь». В 2015 году Каррейру выпустил расследование, в котором доказал, что успешный стартап Theranos — компания собиралась внедрить на рынок революционную систему забора и анализа крови — вовсе не такой уж успешный. Для анализов Theranos использовал чужое оборудование, а один из сотрудников покончил с собой, заявив перед смертью, что технология не работает. Каррейру опубликовал в The Wall Street Journal несколько текстов о Theranos и его основательнице Элизабет Холмс, тем самым фактически разрушив ее империю. В 2018 году на английском языке вышла его книга о компании — но это не сборник статей, а полноценное повествование, скорее напоминающее роман, история о большой неудаче не только для поклонников бизнес-литературы. Теперь книга вышла на русском языке.

Джон Каррейру. Дурная кровь. М.: АСТ, 2019. Перевод А. Попова

Книга журналиста The Wall Street Journal Джона Каррейру рассказывает о взлете и падении биотехнологического стартапа Theranos, а потому имеет все шансы попасть в книжных магазинах на полки с бизнес-литературой. Однако в данном случае корректная на первый взгляд аттрибуция не столько помогает, сколько дезориентирует: формально оставаясь в рамках почтенного жанра «биография компании», в действительности «Дурная кровь» Каррейру рассказывает о бизнесе примерно в той же мере, что и о мире в целом. И в этом качестве, конечно же, она обращается не столько к читателям бизнес-литературы, сколько к широчайшему кругу тех, кому интересно, как «работает» современность в самом широком смысле слова.

Основательница Theranos, юная Элизабет Холмс с детства боялась иголок для забора крови и решила посвятить жизнь тому, чтобы сделать анализы максимально безболезненными, общедоступными и совершенными. Бросив Стэнфордский университет после первого курса и заручившись управленческой поддержкой своего сорокалетнего бойфренда, в прошлом успешного стартапщика Санни Балвани, двадцатилетняя Элизабет с головой окунается в реализацию проекта. Находит инвесторов, интенсивно вкладывается в исследования и разработку, привлекает к сотрудничеству лучших специалистов, находит потенциальных партнеров и клиентов (среди них и американская армия, и одна из крупнейших аптечных сетей, и сеть супермаркетов), а параллельно превращается в одну из самых ярких американских бизнес-звезд, ролевую модель для миллионов молодых женщин, «Стива Джобса в юбке» и первую женщину-миллиардера в Кремниевой долине. Проект развивается, и вот уже опытные образцы компактных анализаторов, способных всего лишь по одной капле крови проводить десятки исследований, вступают в строй, а Элизабет тем временем сияет на благотворительных приемах и произносит зажигательные речи перед сотрудниками и инвесторами.

Однако так выглядит парадный фасад проекта, за которым скрываются десятки серьезных нарушений и проблем. И главная из них состоит в том, что никакой революционной технологии у Theranos, коротко говоря, нет и в помине. Огромный офис, сотни сотрудников и рыночная оценка в 10 миллиардов долларов служат прикрытием для того факта, что распиаренные анализаторы не работают (или работают из рук вон плохо), что большая часть исследований тайно производится на чужом промышленном оборудовании, что в компании царит террор, что один из ведущих сотрудников покончил с собой, а текучка кадров достигла поистине космического уровня.

Если вы не интересовались историей Theranos раньше, вам, вероятно, будет интересно узнать, что именно автор книги «Дурная кровь», журналист-расследователь Джон Каррейру, стал тем человеком, который вытащил на поверхность все грязные секреты «величайшего стартапа со времен Apple» и стал могильщиком компании Элизабет Холмс. Собрав десятки интервью с бывшими сотрудниками Theranos (многие из них для этого пошли на серьезный риск, нарушив корпоративные соглашения о конфиденциальности) и экспертных мнений, отбив несколько глубоко эшелонированных юридических атак со стороны Элизабет и Санни, Каррейру подготовил и опубликовал серию материалов, разоблачивших их махинации и разом обративших в пыль заоблачные миллиарды и головокружительные перспективы компании.

Однако читать «Дурную кровь» исключительно как документальный детектив о зарвавшихся плохих ребятах и бесстрашном журналисте-расследователе в сверкающих латах по меньшей мере неосмотрительно. И дело не только в том, что сама фигура Джона Каррейру вызывает определенные сомнения: даже из крайне взвешенного и осторожного текста книги ясно, что в какой-то момент его противостояние с Theranos из вполне искренней озабоченности вопросами общественной безопасности перерастает в персональную вендетту. Куда примечательнее то, что для автора история Элизабет Холмс важна не только сама по себе, но и как грандиозная метафора того состояния, в котором пребывает сегодня американское — и, шире, западное — общество.

История Theranos в интерпретации Каррейру — это не история грандиозного мошенничества в чистом виде: при всей своей неприязни к Элизабет Холмс и Санни Балвани автор верит, что на протяжении долгого времени ими руководили искреннее желание сделать мир лучше и вера в свой проект. Подлинная проблема, по мнению Каррейру, состоит в фактически узаконенной бизнес-практике «fake it till you make it» (буквально — «тяни время, делая вид, что продукт уже готов, когда на самом деле он еще в разработке»), лежащей в основании огромного количества успешных стартапов и выливающейся в повсеместное торжество культуры имитации. Копируя поведенческие модели успешных стартапщиков (так, Элизабет Холмс по совету своих консультантов облачилась в черную водолазку и вооружилась стаканом овощного коктейля а-ля Стив Джобс), их приемы и методы, создательница Theranos фактически стала одной из них — ей поверили партнеры, инвесторы, обыватели и даже врачи. А колоссальная сложность мира современных технологий сделала разоблачение маловероятным: не заинтересуйся этим сюжетом Джон Каррейру и не вложись The Wall Street Journal в его расследование, корпорация могла бы беспрепятственно проработать еще много лет и, чем черт не шутит, в конце концов даже вывести на рынок годный продукт.

Размыванию незыблемой прежде границы, отделяющей подделку от оригинала, сопутствовали другие — не менее тревожные и в то же время не менее типовые — обстоятельства. Страх упустить прибыль заставлял многих партнеров продолжать сотрудничество с Theranos даже после получения совершенно неудовлетворительных результатов: они опасались, что стоит им выйти из сделки, анализаторы заработают как надо и плоды успеха пожнет кто-то другой. Паранойя внутри компании привела к крушению нескольких блестящих карьер и честно заработанных репутаций (стоило кому-то из сотрудников заикнуться о существующих проблемах, его немедленно объявляли нелояльным и выставляли на улицу с волчьим билетом при негласной поддержке всего сообщества Кремниевой долины). А широчайшее медийное присутствие (над имиджем Theranos и ее основательницы работало то же агентство, которое в свое время продвигало Apple) обеспечило Theranos запасом плавучести, заведомо превосходящим всякую логику.

Нигде не утверждая этого напрямую, Джон Каррейру, тем не менее, вполне эксплицитно дает читателю понять, что история Theranos не столько уникальная, сколько наиболее вопиющая, и что в основе ее лежит не особая наглость Элизабет Холмс и Санни Балвани, но некий глобальный системный сбой, затрагивающий вовсе не только сферу стартапов и делающий возможным повторение этой ситуации в самых разных областях. И хотя, пожалуй, в этом присутствует элемент драматизации, совсем сбрасывать со счетов мнение Каррейру не стоит. Повсеместный распад — или, во всяком случае, упадок — системы контроля, авторитетов и экспертности, помимо некоторой и, безусловно, благой либерализации, несет в себе и очень большой риск формирования новых карго-культов, при которых подделка и оригинал в самом деле оказываются не просто очень похожи, но принципиально неразличимы.

Галина Юзефович