Недавний «шпионский скандал» осложнил отношения России и Эстонии, обострив общественные опасения, что Россия может аннексировать Нарву — крупный русскоязычный город, расположенный на российско-эстонской границе. Однако, по мнению президента Эстонии Тоомаса Хендрика Ильвеса, Владимир Путин не сможет повторить «крымский сценарий» в Нарве. Свои доводы он изложил Елене Серветтаз в эксклюзивном интервью для ИСР.

Четвертый президент Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес — человек с необычной биографией. Он родился в Швеции, вырос в Нью-Джерси (США), окончил Колумбийский и Пенсильванский университеты. После распада Советского Союза и обретения Эстонией независимости Ильвес стал послом Эстонии в США. Позже занимал пост главы внешнеполитического ведомства Эстонии, являлся членом Европейского парламента. В 2006 году Ильвес был избран президентом Эстонии, в 2011-м — переизбран на второй срок. Президент США Барак Обама в одном из своих выступлений охарактеризовал Ильвеса как «сына беженцев, вернувшегося домой, чтобы проложить путь свободной и демократической Эстонии».

Парижский журналист Елена Серветтаз встретилась с Тоомасом Хендриком Ильвесом в Таллине в рамках круглого стола «Возобновленной трансатлантической инициативы» — проекта, запущенного Институтом мировых отношений (World Affairs Institute) в феврале 2014 года.

Елена Серветтаз: В сентябре эстонский офицер службы безопасности был задержан на российско-эстонской границе и отправлен в Москву. Российские власти утверждают, что задержанный был шпионом, в то время как эстонская сторона подчеркивает, что офицер был похищен c территории Эстонии c нарушением государственной границы. Считаете ли вы, что реакция Евросоюза, призвавшего Россию немедленно освободить эстонского гражданина, соответствовала ситуации? Достаточно ли четко была озвучена позиция ЕС?

Тоомас Хендрик Ильвес: Суть произошедшего мне предельно ясна, и я не знаю ни одного европейца, у которого бы не было [четкого] мнения на этот счет. Накануне я встречался с моим давним коллегой, президентом Европейского парламента Мартином Шульцем. Чуть ли не первым делом он мне сказал, что похищение эстонского полицейского, занимавшегося расследованием уголовного дела, абсолютно недопустимо. Позиция Европы достаточно сильная. Конечно, эта позиция не будет звучать столь же громко для одного человека, как она звучала в случае с Украиной. Так что я не разочарован.

Е.С.: В прессе часто появляются предположения, что Нарва может стать «вторым Крымом». У вас они вызывают усмешку или опасения?

Т.Х.И.: Многие русскоязычные граждане, проживающие в Эстонии, в силу эмоциональных причин поддерживают аннексию, или, я бы сказал, «аншлюс» Крыма. Когда средняя зарплата украинского или российского шахтера в Донецке составляет 200 евро в месяц, они могут задуматься [о присоединении к России]. Но когда у вас средняя зарплата 2000 евро в месяц, вы не станете думать о том, чтобы присоединиться к России, где средняя заработная плата находится примерно на том же уровне, что на Украине. Эстонские граждане могут свободно передвигаться и работать по всей Европе. Хотите жить в Париже или Лондоне? Пожалуйста. Но если вы живете в России, вы можете свободно передвигаться только по стране — поехать, скажем, на Камчатку. Люди в Эстонии не этого хотят. Потому я не беспокоюсь на этот счет и считаю идею «следующего Крыма» глупой. Это журналистское клише.

Е.С.: Может ли Эстония улучшить отношения с Россией? Или, точнее, сможет ли Россия наладить отношения с Таллином, когда падет режим Владимира Путина?

Т.Х.И.: Проблема России заключается в том, что это авторитарный режим, легитимность которого основана на ностальгии по авторитарной культуре. Эстония на интеллектуальном уровне доказывает обратное — мы постсоветская страна, занимающая высокую строку в рейтинге свободы слова.

Е.С.: У вас здесь есть настоящие выборы...

Т.Х.И.: Да, у нас есть всевозможные свободы. Если позиция [российского правительства] такова, что свобода не может быть частью российской цивилизации и традиций, то, конечно, эстонцев оно будет ненавидеть больше всего. Именно поэтому как только Россия станет демократической страной, самые лучшие отношения у нее будут с Эстонией. Потому что из всех постсоветских стран Эстония самая открытая, самая либеральная, наименее авторитарная. Таким образом, многое действительно зависит от России. Но в данный момент российские власти не могут этого принять. Они ненавидят нас за то, что мы доказали им: можно быть не такими, как они.