В развитых странах набирает силу идея окончательно распрощаться с бедностью. Возможно, швейцарский или финский подход рано или поздно станет основой системы социального обеспечения.

НАДЕЖДА ПЕТРОВА

"Правительство обеспечивает установление безусловного базового дохода. Базовый доход должен предоставить всему населению возможность достойного существования и участия в общественной жизни. Уровень базового дохода и способы его финансирования определяются законом" — вот, собственно, и все содержание статьи 110а, которая может появиться в конституции Швейцарии в результате референдума, назначенного на 5 июня 2016 года. Идея выглядит невероятно привлекательной — хотя представление, что после этого каждый житель Конфедерации будет получать лишних 2,5 тыс. франков в месяц (космические для россиян деньги — почти 195 тыс. руб.), мягко говоря, ошибочно. Эта история вовсе не про рухнувшее с неба богатство, а про попытку ликвидировать бедность в отдельно взятой стране.

В случае принятия поправки в конституцию номинальные доходы большей части населения вообще никак не изменятся, но те, чьи доходы меньше базового уровня, смогут получить доплату, размер и источники финансирования которой еще долго будут предметом политического торга. По местным нормам социальной поддержки минимум, необходимый человеку на питание, одежду, транспорт, образование, аренду жилья или выплату процентов по ипотеке и другие расходы — 2,2 тыс. франков в месяц. Для домохозяйства из двоих взрослых и двоих детей прожиточный минимум — чуть больше 4 тыс. франков (подушевые расходы на жилье у семьи меньше, чем у одиночки). Более низкие доходы имеет 7,7% населения. "Бедных по лишениям" — людей, которые вынуждены отказывать себе в необходимом,— всего 4%.

Впрочем, инициатор референдума — общественная организация Basic Income Earth Network (BEIN)--Switzerland настаивает на базовом доходе 2,5 тыс. франков на взрослого и 625 франках на ребенка. Однако большая часть населения такой доход уже имеет: медианная зарплата в Швейцарии — 6189 франков, у 10% самых низкооплачиваемых — 4178 франков. Этот факт, по расчетам BEIN-Switzerland, "экономит" их идее примерно 128 млрд франков. Еще 62 млрд — различные страховые выплаты, субсидии и пособия: на детей, по инвалидности, по безработице, базовая часть пенсий и т. п. Все они будут заменены новым видом выплат. А поскольку один платеж администрировать проще, чем все это многообразие, заодно можно сэкономить и на бюрократии (сходная идея, кстати, в основе эксперимента с выплатой базового дохода, проходящего в Финляндии). В общем, введение базового дохода потребует дополнительно "всего" 18 млрд франков.

Этой суммы, честно говоря, достаточно, чтобы похоронить всю концепцию. Прогноз доходов консолидированного бюджета Конфедерации, кантонов и муниципалитетов на 2016 год — 217 млрд франков. Чтобы увеличить эти доходы на 8% (те самые 18 млрд), придется повышать налоги. Налоговая нагрузка в Швейцарии не то чтобы велика — около 27% ВВП (для сравнения, в России — 34%), но предложение увеличить ее сразу почти на 3 п. п. вряд ли вызовет у граждан энтузиазм. Так что, скорее всего, после голосования 5 июня правительство и парламент Швейцарии просто вздохнут с облегчением. Предложение найти где-нибудь 18 млрд франков никогда им особенно не нравилось, только деваться было некуда: 126 тыс. подписей под инициативой — на 26 тыс. больше необходимого по закону для проведения референдума — были собраны еще в 2013 году.

И все же провал швейцарского референдума вряд ли станет концом идеи "базового дохода". В развитых странах она, кажется, лишь набирает популярность, и весьма вероятно, что однажды в той или иной форме она все-таки будет реализована. Риски бедности будут расти по мере того, как меняется рынок труда — по оценкам Citi, в ОЭСР около 57% рабочих мест находится "под угрозой компьютеризации". В свою очередь, бедность несет с собой другие риски: люди со временем теряют социальные связи. Если ситуация затягивается на годы, бедность становится привычкой, от которой трудно избавиться даже при желании: благополучное общество без доверия относится к людям в разных ботинках, которым не хватает денег на что-то более приличное.

В конце концов, бедность может вынудить человека искать криминальный доход. Но если у него есть базовый доход, на эти деньги можно получить образование самому и дать образование детям, можно сменить профессию, можно посвятить себя волонтерской работе (ей роботизация пока не грозит),— словом, шансы не выпасть из социума куда выше. Швейцарцы при случае вряд ли будут ими пренебрегать — по данным Demoscope Institute, оставить работу при наличии базового дохода готовы лишь 2%. В России при наличии достаточных для жизни денег работу бросили бы от 23% (Superjob.ru, февраль 2016 года) до 34% (ФОМ, сентябрь 2015 года). Впрочем, вряд ли это говорит о природной лени — скорее, о качестве рабочих мест и уровне оплаты труда: 10,7% работающих россиян получают зарплату ниже прожиточного минимума (Росстат, 2015 год).