Bellingcat удалось идентифицировать действующих российских генералов и полковников, которые силами нескольких ракетных батарей 24 января 2015 года подвергли Мариуполь обстрелу из «Градов» и «Ураганов», в результате чего погиб 31 человек, в том числе двое детей. Результаты этого расследования украинские власти уже передали в Международный трибунал в Гааге. The Insider предлагает ознакомиться с перехваченными телефонными разговорами, из которых следует, что военные знали, что стреляют по плохо проверенным целям, и что они не остановили обстрел, даже когда поняли, что под огнем оказались мирные жители. Также из прослушек телефонных переговоров становится понятно, кто из российских офицеров участвовал в этом военном преступлении, как российские полковники обманывали генералов и почему некоторые из участников обстрела решили имитировать собственную смерть.

Утром 24 января 2015 года украинский город Мариуполь подвергся ракетному обстрелу из «Градов» и «Ураганов». Реактивные снаряды утюжили город на протяжении нескольких часов, попадая в жилые дома, детские сады и магазины, 31 человек погиб (в том числе два ребенка), ранены 117. Никаких военных объектов в радиусе как минимум километра от зоны обстрела не было. Прибывшие на место наблюдатели ОБСЕ по воронкам от снарядов определили, что обстрел велся с территории «сепаратистов», российские же власти немедленно назвали это провокацией Украины. В результате сложного и долгого расследования Bellingcat удалось установить всех причастных к этому военному преступлению.

Действующие лица

Судя по имеющимся свидетельствам, в обстреле Мариуполя принимали участие 200-я отдельная мотострелковая бригада БВ СФ (в/ч 08275) из Мурманской области и 5-я отдельная гвардейская таманская мотострелковая бригада из Наро-Фоминска. Эти бригады находились под командованием полковника Сергея Лисая, который, в свою очередь, получал распоряжения от генерал-майора Степана Ярощука. На момент обстрела Мариуполя оперативное командование этими двумя бригадами было передано от Лисая полковнику Максиму Власову («Югра»).

Также обстрел вел так называемый «9-й полк ДНР». Им командовал действующий полковник российской армии Александр Муратов.

Помимо Ярощука, в операции принимал участие и другой генерал-майор — Олег Кувшинов. Под командованием этих двух генералов в операции были задействованы как минимум четыре полковника: Александр Цаплюк (позывной «Горец»), Александр Муратов (позывной «Сан Саныч 0187»), Максим Власов («Югра») и Дмитрий Клименко.

Как развивались события

Утром 23 января 2015 года российский полковник Александр Цаплюк (позывной «Горец»), базировавшийся в тот момент в Донецке (том, что на российской территории) и курировавший артиллерийские операции на территории так называемой ДНР, получил распоряжение от российского военного командования начать военную операцию в отношении целей на территории города Мариуполь. Операция подразумевала массированный ракетный удар нескольких батарей 24 января, причем какие именно военные цели должны были быть поражены, неясно. Две батареи (200-я и 5-я) должны были быть подтянуты с российской территории, третья батарея уже находилась в зоне, контролируемой сепаратистами.

Российские батареи пересекли границу в районе населенного пункта Кузнецы и продвинулись в сторону Мариуполя, остановившись в селе Безыменное.

На границе возникла внезапная проблема: российских военных сначала не признали за своих сепаратисты, так как у тех не было ни документов, ни номеров на машинах. Полковник Александр Цаплюк был вынужден объяснять, что это свои, а документов у них потому и нет, что они военные: К счастью для жителей Мариуполя, не все из «Градов» доехали до Безыменного из Мурманской области. Минимум одна машина выбыла из строя на подходе к селу (по возвращении в Мурманск через месяц ее сфотографировал случайный свидетель). Этот инцидент также обнаружился в прослушках:

Почему вообще все эти вещи военные обсуждают по открытой телефонной связи? У них же должны быть средства защищенной спутниковой связи. Это удивляет не только The Insider, но и самого полковника Цаплюка. В разговоре с полковником Власовым Цаплюк говорит, что «в режиме реального времени обо всем докладывает самому главному» и просит Власова использовать портативные станции спутниковой связи «Белозер», которые должны быть у полковника Лисая. Но потом в разговоре с самим Лисаем Цаплюк узнает, что космической связи у них нет. Уже на момент определения координат российские военные понимают, что их данные не сходятся с данными наводчиков, разница аж полкилометра. Откуда взялись координаты наводчиков, военные сами не знают, но, кажется, это их не сильно тревожит — решено бить по тем координатам, которые им дали.

Неработающая связь, путаница с координатами целей, машины «Града» врезающиеся друг в друга, едва не арестованные солдаты без опознавательных знаков — все это больше похоже на сюжет комедии «Мистер Питкин в тылу врага», чем на реальные военные действия. Но как только начинается обстрел, комедия превращается в трагедию.

В 7:55 утра, с получасовым опозданием, полковник Цаплюк командует Максиму Власову (200 бригада): «Огонь!». Одновременно полковник Муратов отдает приказ открыть огонь так называемому «9-му полку ДНР». Начинается первый обстрел (всего в этот день их было четыре):

Вскоре становится понятно, что ракеты летят не туда, куда надо, а по жилым домам. «Перелетело все и пошло по домам, по девятиэтажкам, по частному сектору, Киевскому рынку...».

«Весь город горит на х*й! Проверяйте все, хорошо?» — тревожится полковник Максим Власов:

Поразительно, но в одном из разговоров военные обсуждают, что одна иp машин бьет «х*й знает куда», но решают продолжить обстрел и оставляют ту же самую «цель 107».

Такое впечатление, что военным было все равно, по какой цели бить. «Готов бить 102!» — «Там же 101 должно быть?» — «Ну они дали нам 102» — «Ну хорошо, огонь!». После того, как жилые кварталы попадают под обстрел, на место выезжают наблюдатели ОБСЕ. Они прибывают в Мариуполь уже к 9:30 и сначала изучают ситуацию на месте событий. В два часа дня наблюдатели выдвигаются к российским позициям. Узнав об этом, генерал Ярощук дает команду полковнику Цаплюку уводить машины:

Власов требует загнать машины обратно по ангарам и зарядить их (чтобы не было видно, что машины уже стреляли):

Любопытно, что Власов требует в первую очередь прятать «сороконожки».

Почему именно «сороконожки»? Судя по всему, речь идет о «Платформе О» — военном КамАЗе, предназначенном для транспортировки артиллерийских и ракетных установок, который официально был поставлен на вооружение лишь в 2015 году. Военные не хотели их «светить» раньше времени — в том числе из-за того, что было бы слишком очевидно: это вооружение прибыло из России. Сразу покинуть территорию Украины российским батареям не удалось. На границе им приказали остановиться и готовиться к новым указаниям генерала Ярощука. «Я с вами с ума сойду», — жалуется Сергей Лисай. «Это не с нами, это с ними, дебилами, бл*дь», — отвечает полковник Цаплюк.

К слову об отношениях с начальством: российские полковники, судя по этим звонкам, постоянно дезинформировали своих генералов. В том числе они вводили их в заблуждение о времени начала обстрела. Вот например звонок, который состоялся в 12:52 по украинскому времени (в 13:52 по московскому), в нем полковник Лисай просит записать время начала очередного обстрела как 13:52, хотя из контекста мы знаем, что он еще не начался. Вот второй звонок, здесь уже военные сами не помнят, когда начали стрелять, и записывают время начала обстрела 9:58 (в действительности — на полчаса позже): Пока полковники махинировали с отчетами, несколько участников обстрела пошли еще дальше — Александр Евтодий («Пепел») и Грайр Егиазарян («Шрам») — оба из «9-го полка» — инициировали свою смерть. Вот звонок, где Егиазарян предупреждает любовницу: «Если обо мне что-то в прессе сообщат, не верь». Вскоре действительно появились сообщения, что Егиазарян героически погиб в шестичасовом сражении против батальона «Азов». Зачем Егиазаряну понадобилась подобная инсценировка, не очень ясно, но один из знакомых с ним людей сообщил Bellingcat, что в сепаратисты он подался, чтобы заработать деньги для выплаты долга по алиментам. Судя по всему, для него это стало возможностью «обнулить долги».

А вот разговор, где обсуждают мнимую смерть Александра Евтодия («Пепел»). Звонящему, правда, некто с позывным «Магадан» сообщил, что все это неправда, но сослуживцы продолжают делать вид, что «нету больше „Пепла“». Bellingcat проверил теорию о смерти «Пепла» и, создав фейковый аккаунт Максима Власова, связался с ним через соцсети. Увидев сообщение от боевого товарища, Евтодий подобно Фениксу «восстал из пепла» и даже поделился своим мобильным телефоном. Bellingcat связался с ним по этому номеру, и ему ответил хорошо узнаваемый голос «Пепла». Связана ли постановочная смерть «Пепла» с деньгами, как и в случае «Шрама», сложно судить, но среди причин могло быть и то, что голос, имя и позывной «Пепла» были вскоре после обстрела засвечены СБУ, поэтому инсценировка смерти могла также быть мотивирована вопросами безопасности.

Подробнее читайте в полной версии доклада Bellingcat.