С пытками со стороны силовиков сталкивался каждый десятый опрошенный, выяснили в аналитическом центре «Левада». Исследование, проведенное по заказу правозащитной организации «Комитет против пыток», приурочено к Международному дню в поддержку жертв пыток (26 июня). Правозащитники обнаружили, что общество не готово требовать от власти полного запрета пыток: значительное число россиян уверено, что борьба с насилием ударит по раскрываемости преступлений, а треть допускает его применение.

26 июня отмечается Международный день в поддержку жертв пыток (учрежден в 1997 году Генеральной ассамблеей ООН.— “Ъ”). В России проблема насилия со стороны правоохранительных органов очень актуальна, выяснил «Левада-центр» (.pdf), опросив по заказу правозащитного Комитета против пыток 3400 человек в 53 регионах. Насилие начинается с конфликта, а в споры с силовиками, по данным опроса, вступала четверть россиян. «Порог входа» в конфликт очень низкий, и угроза насилия накаливается в самом начале взаимодействия с полицией. В группе риска — мужчины 25–39 лет и 40–55 лет. Часто про столкновения с полицией говорили жители Москвы: вероятно, они лучше знают свои права и готовы их отстаивать, предполагают исследователи. Но наиболее высокий шанс вызвать недовольство полиции у мужчин со средним уровнем образования и ниже, живущих в небольших городах.

Каждый третий конфликт с силовиками сопровождался насилием либо его угрозами. Чаще всего с этим сталкиваются те, кто постоянно попадает в поле зрения полиции.

Но при этом треть из тех, кто лишь однажды вступал в конфликт с силовиками, также сообщает о насилии. «Эти цифры — пугающее подтверждение того, что сотрудники правоохранительных органов применяют насилие к задержанным, и применяют его нередко»,— подчеркнули в «Левада-центре». Большинство упомянувших о насилии респондентов оказывались в роли жертвы при задержании, установлении личности и допросе.

Десятая часть опрошенных заявила, что их пытали. 75% заявивших о пытках пояснили, что насилие применялось для унижения и запугивания. Также в половине случаев силовики пытали с целью получить признательные показания или другую информацию от задержанных. В трети случаев задержанные считают, что их подвергали насилию для наказания. Некоторые респонденты отметили, что силовики также воздействовали на их близких. В каждом четвертом конфликте с силовиками на родственников респондентов оказывалось давление, и почти в половине случаев, когда к людям применялись пытки, такое же насилие применялось и к их близким. «Это расширяет круг лиц, пострадавших от произвола»,— отмечают исследователи.

Юрист Комитета против пыток Дмитрий Казаков выделяет ответы, показывающие отношение граждан к пыткам. С одной стороны, около 60% опрошенных считают пытки недопустимыми, но лишь треть готовы отстаивать свои права. С другой, довольно большой процент опрошенных (почти 30%) допускают применение пыток в исключительных случаях ради спасения чужой жизни и по отношению к совершившим тяжкое насильственное преступление, а 39% считают, что борьба с пытками ударит по раскрываемости преступлений. «Эти результаты неприятно удивляют»,— говорит господин Казаков. Он отмечает, что почти половина опрошенных считает пытки исключительным явлением: «В действительности это скорее обычная практика, чем отдельные эксцессы».

В 2007 году исследование Института социологии РАН, проведенное вместе с Комитетом против пыток, показало, что с насилием со стороны представителей правоохранительных органов сталкивался каждый пятый россиянин. В Комитет против пыток в 2017 году поступило 153 жалобы, в 2018-м — 147, но за первое полугодие 2019 года пришло уже 122 жалобы. Полная ликвидация насилия — это утопия, считает господин Казаков, но его минимизация реальна. «Для этого нужны проведение эффективного официального расследования всех жалоб на пытки, неотвратимость наказания для виновных, неприятие пыток в обществе, повышение уровня правосознания граждан, их активная позиция по отстаиванию своих прав»,— поясняет юрист.

Россия регулярно отчитывается перед Комитетом против пыток ООН о том, что сделано в стране для искоренения этой практики. Последний раз Комитет ООН дал перечень рекомендаций России в июле прошлого года (см. “Ъ” от 27 июля 2018 года). В их числе — необходимость ввести в Уголовный кодекс отдельную статью о пытках, чтобы российские власти смогли узнать, насколько в стране распространено насилие со стороны силовиков. Сейчас в УК РФ есть определение пыток (ст. 117 УК РФ; истязание), но количество дел с пытками невозможно вычленить из общей статистики. Уполномоченный по правам человека в РФ Татьяна Москалькова и глава Совета при президенте РФ по правам человека Михаил Федотов поддержали идею введения новой статьи «Пытки» в УК РФ. В своем докладе президенту РФ за 2018 год госпожа Москалькова также предложила разрешить госслужащим и общественным помощникам посещать учреждения ФСИН и проверять соблюдение прав человека. Начальник главного управления по надзору за следствием, дознанием и оперативно-разыскной деятельностью Генпрокуратуры РФ Валерий Максименко заявил на заседании Комитета против пыток ООН в июле 2018 года, что в России все происходит в рамках закона. В частности, по его словам, прокурорская проверка смерти инженера Валерия Пшеничного (скончался в СИЗО в Санкт-Петербурге в 2018 году) не подтвердила версию о предшествующих пытках и изнасиловании заключенного, хотя «травмы на теле и были».

Анастасия Курилова