Будучи невероятно удобным для пользователя, Zello обрело популярность и среди юношеской аудитории ИГИЛ. По словам Ахмеда Ахмеда, сирийского журналиста из Сахл аль-Габа, провинция Хама, два молодых парня из его деревни примкнули к ИГИЛ, послушав проповеди, передававшиеся через Zello. Мухаммед, 14-летний подросток, работавший в южной Турции, пропал при переходе границы в Баб аль-Хаве в октябре 2014 года. В ответ на призыв о помощи отца Мухаммеда Ахмед разместил в «Фейсбуке» обращение к своим друзьям и коллегам с просьбой сообщить любую информацию об этом подростке. Примерно через час, как рассказал нам Ахмед, Мухаммед позвонил отцу с иракской границы и сказал: «Я со своими братьями».

Услышав эту новость, отец Мухаммеда был потрясён. Позже он рассказал Ахмеду, что его сын регулярно слушал проповеди ИГИЛ по Zello. «Отец предупреждал его, говорил, что эти проповеди лгут. Но парень отвечал, что ему хочется послушать, о чём там говорят. Большинство молодых людей примкнули к ИГИЛ, наслушавшись их проповедей».

Рабочие будни и регулирование цен

ИГИЛ сочетает авторитарное правление с удивительно успешным ведением экономики. ССА и исламистские группировки, контролировавшие нефтяные месторождения восточной Сирии, тратили часть своей прибыли на то, чтобы наладить работу школ и обеспечить население электричеством, телекоммуникациями, водой, продовольствием и тому подобным. Но в некоторых деревнях и городах с этим начались перебои: это было вызвано тем, что ИГИЛ направляла нефтяные доходы в другие города Сирии и Ирака, находившиеся под её контролем, установив свою собственную систему распределения на подконтрольных ей территориях. В результате в богатых нефтью областях влияние местных повстанческих группировок пошло на спад.

Кроме того, в Сирии ИГИЛ заставила муниципальных служащих работать, в отличие от контролировавших эти территории ранее группировок, которые позволяли им получать жалованье и сидеть дома, ничего не делая и платя за это определённую мзду. «Улицы сейчас намного чище. Раньше 70% госслужащих не работали, хотя зарплату они получали, — рассказал один бывший медиаактивист ССА из Дайр-эз-Заура. — ИГИЛ отменила привычный выходной день в субботу, сделав вместо этого выходным четверг».

Регулирование и контроль цен стали ещё одним направлением, в котором ИГИЛ успешно проявила себя. К примеру, она запретила рыбакам использовать для глушения рыбы динамит и электричество. Также она не позволила жителям Аль-Джазиры захватывать, пользуясь неразберихой военного времени, земельные участки в Сирийской пустыне, где они, к неудовольствию соседей, строили новые дома или открывали бизнес. Помимо этого, ИГИЛ ограничила размер прибыли от продажи нефтепродуктов, льда, муки и других товаров первой необходимости. До того как «Исламское государство» установило контроль над восточной Сирией, суточный объём нефтедобычи составлял примерно 30 000 баррелей, а стоимость одного барреля равнялась 2000 сирийских фунтов — примерно $11. Семьи местных жителей, занимающиеся перегонкой нефти, получали 200 лир (чуть больше доллара) за каждый переработанный примитивным способом баррель. После того как власть перешла к ИГИЛ, баррель нефти подешевел, поскольку она установила стоимость литра сырой нефти в 50 фунтов (30 центов). ИГИЛ также под угрозой конфискации запретила таким семьям устанавливать нефтеперегонное оборудование вблизи жилых зон. В результате кому-то пришлось вовсе распрощаться с нефтяным бизнесом. Но в совокупности контроль над ценами и регулирование в этой сфере сбалансировали снижение ресурсов и объёма услуг.

Денежные поступления из стран Персидского залива, где работают многие жители подконтрольных ИГИЛ территорий, помогли некоторым семьям приобрести электрогенераторы, для которых нужно покупать продукты нефтепереработки. «Те, кто работает в странах Персидского залива, привыкли посылать деньги раз в месяц, а теперь присылают их дважды в месяц, поскольку понимают, какая здесь ситуация, — говорит бывший медиаактивист ССА. — Цены растут. В 2010 года. килограмм курятины стоил 190 фунтов $1, а теперь — 470 фунтов $2,6».

Деньги на откатах

Пока Коалиция не начала воздушные бомбардировки подконтрольных ИГИЛ территорий, нефть была основным источником её дохода. По некоторым подсчётам, она зарабатывала на сирийской и иракской нефти миллионы долларов в месяц — от одного до двух миллионов в день. После воздушных ударов доходы ИГИЛ значительно снизились. Но контрабандные поставки в соседние страны, такие как Турция и Иордания, а также другие провинции Сирии и Ирака всё ещё обеспечивают ИГИЛ значительные финансовые поступления. Резкое снижение добычи нефти сильнее сказалось на мирных жителях, чем на «Исламском государстве», которое может получать доходы и из других источников, однако ему стало труднее обеспечивать местные общины (особенно необходимым им как баллонный газ). «По моим оценкам, из-за авианалетов объём денежных поступлений ИГИЛ сократился на 5%, — сказал медиаактивист, который всё ещё живёт в Дайр-эз-Зауре. — Бомбардировки повлияли в основном на бизнес, связанный с нефтью. С продовольствием всё в порядке, большая его часть поступает из Турции и Ирака. Границы открыты, и, если вам не нравятся здешние цены, вы едете в Аль-Анбар. По мне, так всё нормально».

Предприимчивость, проявляемая ИГИЛ в работе на нефтяном рынке, произвела впечатление на многих обозревателей, но Дерек Харви не входит в их число. «Я достоверно знаю, что саддамисты, занимавшиеся контрабандой нефти в 1990-е, чтобы обойти санкции ООН, теперь занимаются тем же самым для ИГИЛ, — сказал он. — Люди говорят, что они продают её по $35 за баррель. Недавно мы разбомбили несколько местных нефтеперегонных заводов. Если вы продаёте нефть по такой стоимости, то это на $50–55 ниже текущей рыночной цены (речь идёт о ценах до января 2015 года, когда книга «Исламское государство» вышла в США. — Прим. «Секрета»). Но происходит вот что: нефть продают посредники, и при этом имеет место откат, который поступает высшему руководству ИГИЛ, получающему посредством этого отката ещё $20–25, но это никак не регистрируется и никем не учитывается. Деньги идут в общак на вершину этой пирамиды».