Несмотря на очевидную дикость случившегося в Мьянме, это, увы, вполне обычная история для бурных взаимоотношений буддистов и мусульман этого региона. Рохинджа (или, по другой транскрипции, рохинья) — одно из национальных меньшинств Мьянмы. Около миллиона рохинджа живут в штате Ракхайн на западном побережье страны по соседству с Бангладешем. В самом Бангладеше от преследований спасаются уже сотни тысяч беженцев из Мьянмы.

Реклама

Рохинджа в основном исповедуют ислам, тогда как 90% населения Мьянмы — буддисты. Конфликт, который внезапно так возмутил Рамзана Кадырова, начался не сегодня и не вчера. Многие западные правозащитники (и с ними теперь фактически солидаризируется глава Чечни) называют рохинджа самым угнетаемым и бесправным народом мира.

Первые кровавые столкновения между мусульманами-рохинджа и местными буддистами-араканцами в штате Ракхайн случились в далеком 1942 году после отступления британской армии. После окончания Второй мировой рохинджа долго боролись за независимость от Мьянмы, в том числе с оружием в руках. Военная хунта, пришедшая к власти в Мьянме в 1962 году, официально начала притеснять мусульманское меньшинство. Более того, в 1982 году всех рохинджа лишили гражданства Мьянмы, объявив иностранцами.

Массовые убийства рохинджа в Мьянме за последние полвека случались неоднократно. Радикальные боевики из самих рохинджа отвечали властям схожей жестокостью, — пусть и в меньших масштабах. Региональный конфликт обострялся в том числе и в 2010-е годы, но никогда прежде не вызывал в России никакой публичной реакции.

В воскресенье, 3 сентября, в Москве без каких-либо проблем с полицией (в отличие от уличных акций российской оппозиции) у посольства Мьянмы прошел несанкционированный митинг мусульман в поддержку рохинджа. Правда, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что сообщения об этом митинге вызывают озабоченность Кремля. Тем не менее, разгонять собравшихся не стали.

В понедельник, 4 сентября, состоялся аналогичный, только гораздо более массовый митинг в Грозном. По официальным данным МВД Чечни, в Грозном поддержать мусульман Мьянмы вышли 1,1 миллиона человек — впятеро больше, чем побывало за три дня на главном российском рок-фестивале «Нашествие». Причем накануне прийти и поддержать рохиджа публично призывали и такие далекие от проблемы люди, как нынешний главный тренер грозненского футбольного клуба «Ахмат» Олег Кононов.

Сам Кадыров выступил на этом митинге, призвав мировое сообщество остановить кровопролитие в Мьянме. Причем в его речи начали звучать неожиданные для российского официоза смысловые ноты: «Сегодня я и миллионы жителей десятков стран требуем от лидеров мировых держав навсегда остановить это кровопролитие. Мы требуем наказания виновных и международного расследования преступлений против человечности. Мы также требуем призвать к ответу страны, которые закрыли границы и отказали в помощи беженцам. Они обрекли их на неминуемую смерть».

Совсем недавно у нас было принято критиковать ту же Европу как раз за то, что она-де свободно пускает к себе беженцев, провоцируя мигрантский кризис и не думая о собственной безопасности.

Рамзан Кадыров далеко не впервые высказывается от имени всех мусульман России и даже организует массовые митинги. Достаточно вспомнить массовый митинг в Грозном 19 января 2015 года после расстрела редакции французского журнала «Шарли эбдо». Но тогда более миллиона человек в Грозном почему-то протестовали не столько против убийц, сколько против карикатур на ислам.

Митинг в Грозном в поддержку единоверцев из Мьянмы и даже митинг у посольства в Москве вряд ли впечатлит власти страны. Тем более, что одной из особенностей Мьянмы является тот факт, что нынешнюю центральную власть не признают все ее штаты. Как раз в этом отношении буддисты там несильно отличаются от мусульман. Конфликт между вокруг рохинджа — именно религиозный и этнический, а не просто притеснение властями ненавистного национального меньшинства. Никакой «чеченский спецназ» эту проблему явно не решит.

Если Россия действительно хочет помочь рохинджа, можно было бы, например, организовать гуманитарную помощь для совершенно нищей страны Бангладеш, где живут сотни тысяч беженцев-мусульман.

Однако Кадыров настроен гораздо решительнее. Он лично прокомментировал массовое убийство рохинджа во время прямой трансляции в своем инстаграме. «Если даже Россия будет поддерживать тех шайтанов, которые сегодня совершают преступления, я против позиции России. Потому что у меня есть свое видение, своя позиция», — сказал Кадыров. При этом он выразил уверенность, что никто не будет поддерживать «убийц и насильников». Его уверенность имеет твердую основу.

Безупречная, с точки зрения человеческой морали, попытка заступиться за рохинджа — убийствам на почве национальной или религиозной вражды нет и не может быть оправданий — сегодня придется кстати официальной Москве как важный пропагандистский ресурс во внутренней российской политике.

Во-первых, Россия расширяет свои «духовные скрепы», показывая: у нас не только православные — мы готовы устраивать митинги и в поддержку гонимых мусульман. Кроме того, Россия в глазах международного сообщества делает громкое заявление для всего исламского мира.

Россия демонстрирует: здесь готовы заступиться за угнетенных мусульман, — почти как в крупных исламских державах, теологических и не очень, — от Саудовской Аравии до Турции. В условиях затянувшейся сирийской кампании ВС РФ и на фоне новостей о предотвращенном силами ФСБ московском теракте на 1 сентября это очень важное для российской безопасности заявление.

Кроме того, хорошо организованная акция протеста, — как и демонстративно корректное отношение к ней полиции и последующие громкие заявления Рамзана Кадырова, — показывают новый уровень политической повестки, связанной с российской исламской общиной.

Глава Чечни утверждается в качестве главного официального голоса уммы в России. И заодно демонстрирует свои мобилизационные возможности.

Кадыров стал самым активным публичным сторонником всей российской внешней и внутренней политики с момента присоединения Крыма. И, несомненно, является самым известным и популярным у населения России мусульманином в стране.

Сегодня он доказал: в Москве, оказывается, вполне возможны несанкционированные митинги без последствий для митингующих (если они не против российской власти и вообще не касаются России). А заодно продемонстрировал, насколько велико его личное влияние и как важна для российской власти лояльность мусульманского электората.