На синей ветке метро Санкт-Петербурга произошел взрыв. Погибли 14 человек, 62 пассажира получили ранения. В городе объявлен трехдневный траур. Владимир Путин назвал теракт приоритетной версией произошедшего. Политологи прогнозируют завинчивание гаек в качестве реакции властей

Фото: Антон Ваганов / Reuters

Взрыв в петербургском метро произошел на перегоне между станциями «Технологический институт» и «Сенная площадь» около 14:40, рассказали РБК в Национальном антитеррористическом комитете (НАК). ​По данным спецслужб, речь идет о неустановленном взрывном устройстве.

В течение часа после взрыва городские власти закрыли все городские станции метрополитена. Взрывное устройство «было оставлено» в вагоне под сиденьем, сообщил «Интерфакс» со ссылкой на источник. Мощность бомбы составила до 500 г в тротиловом эквиваленте, в качестве поражающего элемента использовались шарики из подшипника, рассказал собеседник РБК в правоохранительных органах. По его словам, спецслужбы изучают «экстремистский след». Позднее в Национальном антитеррористическом комитете сообщили, что еще одна бомба была обнаружена на «Площади Восстания». Устройство, которое обезвредили саперы, было замаскировано под огнетушитель, его мощность составляла 1 кг в тротиловом эквиваленте.





Владимиру Путину доложили о произошедшем , рассказал РБК пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Президент в момент взрыва работал в Стрельне, пояснил он. Путин приехал в Санкт-Петербург и утром 3 апреля выступил на ежегодном медиафоруме Общероссийского народного фронта. «Я уже разговаривал с руководителями специальных служб, с директором ФСБ. Правоохранительные органы и специальные службы работают, сделают все, для того чтобы выявить причины случившегося, дать полную оценку тому, что произошло», — заявил глава государства на встрече с белорусским президентом Александром Лукашенко. «Естественно, мы всегда рассматриваем все варианты — и бытовые, и криминальные, прежде всего проявления террористического характера», — подчеркнул Путин.

Уголовное дело по ст. 205 УК (террористический акт) в связи со взрывом завел Следственный комитет. По словам официального представителя ведомства Светланы Петренко, в Санкт-Петербург командированы сотрудники Главного управления по расследованию особо важных дел. Собеседник РБК, близкий к руководству СКР, указал, что дело заведено еще и по ст. 223.1 УК (незаконный оборот взрывчатк​и). По данным «Интерфакса», предполагаемый террорист попал в объектив камер видеонаблюдения.



Видео: РБК

Теракт в Петербурге отчасти напоминает «теракты, которые были в Москве в 2010 году на станциях метро «Лубянка» и «Парк Культуры», отметил в разговоре с РБК глава думского комитета по безопасности Василий Пискарев. По его словам, по характеру разрушений вагонов можно сделать вывод, что взорвалось «безоболочное устройство».

Вечером в понедельник в отделение полиции пришел мужчина, похожий на человека с фотографии, которого СМИ назвали подозреваемым в совершении теракта. «Он увидел себя по ТВ и испугался», — сказал источник РБК в правоохранительных органах. По его словам, мужчина к совершению теракта не причастен. «Интерфакс» отмечает, что, «согласно одной из версий, взрывное устройство в метро Петербурга привел в действие террорист-смертник. По предварительным данным, это 23-летний уроженец Средней Азии».



Свидетельства очевидцев Житель Санкт-Петербурга Арслан Курбанов рассказал РБК, что его коллега оказался на одной из станций метро, куда прибыл взорванный поезд. По его словам, он отправил ему фотографию и сообщение: «На перегоне был взрыв, парень оставил портфель, открыл дверь и перешел в другой вагон. Только один вагон». «Я спускалась по эскалатору на «Сенную», когда услышала глухой хлопок. Спустилась на станцию, и в ее конце было видно сильное задымление», — отметила в разговоре с РБК Мария Боброва. «Я вышла из вагона на станции «Технологический институт», увидела дым и людей в крови, бегущих на меня. Пассажиры бежали, некоторые не понимали, что случилось», — сообщила РБК Валерия Шикова. «В 14:34 примерно начался запах гари в нашем вагоне. Наш поезд подъехал к станции, уже когда был взрыв. Машинист успокоил пассажиров и открыл двери», — сообщила РБК очевидец Мария Кузенко. Взрыв раздался «из-под пола», рассказала радиостанции «Говорит Москва» одна из очевидцев: «Выбило люк напротив двери. Повалил дым, пыль, и был очень сильный запах гари. Мы доехали до станции «Технологический институт», и все вышли из вагона».

Уязвимый объект

«Ни одно метро — ни московское, ни петербургское, ни парижское — не обладает техническими средствами, чтобы предупредить теракт. Тем более что набор технических средств у нас сильно ограничен: это рамки металлоискателей, выборочные проверки полицейских и частных охранных предприятий и тревожные кнопки. Весь этот набор — он больше для показательности. Нам говорят, что вроде как здесь безопасно, хотя на самом деле это не так. Это миллиарды, выброшенные на ветер», — убежден вице-президент ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Алексей Филатов.

«Любая инфраструктура имеет уязвимые элементы с точки зрения безопасности. В метро мы можем назвать огромное количество объектов, которые технически обезопасить нельзя», — прокомментировал РБК бывший начальник Центра общественных связей (ЦОС) ФСБ Александр Михайлов. По его словам, рамки металлоискателей и магнитные детекторы в общественных местах не могут решить своих задач: «В часы пик при большом количестве народа это невозможно отследить. Когда толпа идет, она вся звенит». Кроме того, пронести взрывное устройство можно на объект, где никакого технического оснащения для безопасности не предусмотрено, например в автобус или троллейбус, указал Михайлов. Поэтому, по его словам, антитеррористические меры должны концентрироваться не на безопасности объектов, а на оперативной работе.

«Но и здесь мы сталкиваемся с огромным количеством мертвых зон, когда потенциальные террористы не находятся в поле зрения правоохранительных органов, потому что не связаны со структурами, которые находятся под их контролем», — сказал Михайлов. Поскольку Россия имеет дело с большим количеством угроз, «исходить приходится из очень широкого спектра предположений, кто мог осуществить такой акт, от психопата-одиночки до группировок, связанных с запрещенным в России «Исламским государством», рассуждает бывший глава ЦОС ФСБ.

Как рассказал РБК Филатов, одной из таких мертвых зон является «методика визуального выявления преступников», которая активно используется, например, в Израиле. «У нас этой системы нет, но мы пытаемся ее копировать и доверяем эту работу людям неподготовленным. Конечно, никакой обычный полицейский не может угадать по глазам или по походке, идет ли человек на преступление. Чаще всего возможность выборочной проверки приводит к тому, что полицейские выдергивают людей кавказской национальности из толпы, чтобы поиздеваться, но никак не противостоять террористическим проявлениям, — отметил ветеран «Альфы». — Надо работать на более дальних подступах: там, где террористы тренируются, где они приобретают взрывные устройства, на съемных квартирах, где они готовятся стать шахидами. А если у человека уже есть взрывное устройство и он ищет место большого скопления людей, он его без труда найдет».

Экстремистский след

В последнее время мониторинговые группы не фиксировали активность исламистских формирований в Петербурге, заявила в разговоре с РБК глава российского представительства Международной кризисной группы Екатерина Сокирянская. По ее словам, последний громкий инцидент, связанный с террористическими группировками, произошел в городе в августе прошлого года. Тогда в результате спецоперации был убит лидер кабардино-балкарского бандподполья Залим Шебзухов. Но к запрещенному в России «Исламскому государству» это не имело никакого отношения, указывает Сокирянская, отмечая, что делать в связи с этим выводы о причинах взрывов в метро пока рано.

Никаких признаков роста исламистской преступности в Петербурге не наблюдалось, однако теракт может быть никак с ней не связан, прокомментировал РБК директор информационно-аналитического центра «Сова» Александр Верховский: «Скорее всего, эти люди просто не местные».

Любые крупные города России могут стать мишенью для террористов, связанных с исламистским подпольем, полагает главный редактор интернет-издания «Кавказский узел» Григорий Шведов. По его словам, так было, например, с Волгоградом незадолго до Олимпиады. «Но выбор Петербурга здесь неслучаен. Цель террористов всегда в том, чтобы привлечь особое внимание, и в данном случае Петербург — безусловно, понятный выбор», — считает главный редактор «Кавказского узла», отмечая, что в день теракта в город приехал президент. «Исполнители терактов часто мотивированы судьбой своих родственников, которые подвергались преследованию. Многие мотивированы пропагандой «Исламского государства», которая зачастую основана на реальных фактах притеснения верующих — например, в Дагестане были закрыты многие мечети, одна даже была сожжена», — отметил Шведов.

Столь же символичной, как теракт в Санкт-Петербурге, была недавняя попытка захватить войсковую часть Росгвардии в Чечне, сказал РБК политолог, востоковед Алексей Малашенко. «И это уже некий тренд. Вот она — главная сила, вот она — опора Путина. И вот как мы с ней разделались», — пояснил политолог. По его словам, таким образом террористы избавляются от статуса бандитов и добиваются того, что их воспринимают как могущественную военизированную группировку. «Если от этой же публики исходит нынешний петербургский импульс, нужно быть готовыми к любым неожиданностям», — заметил эксперт. «Общая тенденция 2013–2016 годов была к снижению [террористической активности]. Теракты были достаточно частыми, но как систему их можно было и не воспринимать. Некоторые, в том числе и я, ожидали, что вновь что-то будет происходить. Пока все к этому и идет», — заметил Малашенко.

Сколько стоит безопасность в метрополитене Санкт-Петербурга С 2015 года для обеспечения безопасности Санкт-Петербургского метрополитена были заключены контракты как минимум на 1,3 млрд руб., подсчитал РБК на основе данных госзакупок. Эти средства пошли на установку и ремонт систем видеонаблюдения, приобретение оборудования для досмотра пассажиров и оплату услуг сотрудников из частных охранных предприятий. Согласно информации, размещенной на сайте госзакупок, крупнейший за последние три года контракт ГУП «Петербургский метрополитен», связанный с обеспечением безопасности, был заключен в 2015 году с ФГУП «УВО Минтранса России», его сумма составила почти 357 млн руб. «Управление ведомственной охраны Минтранса» получило и другие крупные контракты, связанные с безопасностью метро в Петербурге. Так, в декабре 2015 года на «оказание услуг по охране и реагированию на подготовку совершения или совершение акта незаконного вмешательства» с ним был заключен договор на 111,8 млн руб, а в июне 2016 года — на 107,7 млн руб. При этом Петербургский метрополитен заключает контракты и с частными охранными организациями — в марте 2016 года договор на 12,2 млн руб получила компания «Комбат Секьюрити», предмет договора «Услуги охраны». На оснащение системой видеонаблюдения эскалаторов на станции «Сенная площадь» в декабре 2015 года был заключен контракт на 1,7 млн руб. Отдельные контракты на проведение работ по обеспечению безопасности на станции «Технологический институт» в последние годы не заключались. В общей сложности с 2015 года ГУП «Петербургский метрополитен» заключило контрактов, связанных с безопасностью, на как минимум на 1,3 млрд руб.

Грядущие ужесточения

Трагедия в метро сильно меняет политическую реальность, прокомментировал РБК политолог Николай Миронов. «От разговоров о недовольстве и проблемах [в связи с антикоррупционным митингом 26 марта] мы перейдем к разговорам о безопасности, а на этом поле власть чувствует себя более уверенно, — рассуждает он. — Такие события скорее сплачивают общество. Думаю, будет очередное усиление мер безопасности, хотя оно и так постоянно происходит». Теракт прямо во время выступления президента в центре города —​​ это «акция устрашения и открытка» террористов властям, что никакие меры безопасности их не останавливают, уверен эксперт.

Использование терактов для завинчивания гаек — отечественная традиция, поэтому исключать подобного развития событий нельзя, сказал РБК политолог Аббас Галлямов. По его мнению, в политическом смысле на теракт возможны два типа реакции. Первая — «отбросим разногласия и сплотимся вокруг власти, а любой, кто против, — тот и есть национал-предатель». Вторая реакция — недовольство властью, которая допустила теракт. «Понятно, что Кремль сейчас сделает все, для того чтобы заглушить реакцию второго типа. Для этого он, скорее всего, максимизирует первую, — рассуждает политолог. — Даже если Кремль этого не сделает, в стране найдется масса желающих продемонстрировать свою лояльность властям, поэтому без призывов к завинчиванию гаек не обойтись».

Политолог Константин Калачев, напротив, полагает, что тема возрождения угрозы терроризма невыгодна властям, поскольку это вызовет вопросы об эффективности руководства страны при предотвращении терактов, что было основной темой первого президентского срока Путина.