Как стало известно “Ъ”, военные специалисты в Сирии, исследуя оружие уничтоженных террористов, установили, что снайперы запрещенных в РФ группировок «Исламское государство» и «Джебхат ан-Нусра» используют прицелы ночного видения с электроникой, произведенной на российских предприятиях. Жертвами снайперских обстрелов стали погибший на днях подполковник Алексей Бучельников — офицер получил смертельное ранение на полигоне, обучая сирийских солдат вести минометный огонь в темноте,— и еще как минимум трое российских военнослужащих.

По данным “Ъ”, изучать вооружение боевиков российские военные специалисты и сотрудники спецслужб начали с первых дней участия ВС РФ в сирийском конфликте. Делалось это для того, чтобы выяснить, как оружие из десятков стран мира оказывается в руках у террористов. При этом определенное внимание уделялось снайперским винтовкам. Дело в том, что снайперский огонь стал причиной гибели как минимум четверых участвующих в боевых действиях россиян. Считается, что именно снайпер в ноябре 2015 года убил морского пехотинца Александра Позынича, вылетевшего на вертолете для поисков и эвакуации тела сбитого российского пилота, Героя России Олега Пешкова. В марте прошлого года опять же снайпер ранил корректировщика огня Александра Прохоренко, который попал в окружение бандитов, вызвал огонь на себя и погиб, получив посмертно звание героя. Пулевое ранение в шею в феврале этого года оборвало жизнь контрактника Ивана Слышкина. Наконец, всего несколько дней назад от снайперского выстрела погиб российский военный советник сирийской армии подполковник Алексей Бучельников. Офицер-инструктор, как говорят его коллеги, работал не на передовой, а в тылу войск Башара Асада, на артиллерийском полигоне. Он обучал бойцов сирийских штурмовых отрядов вести ночную артподготовку перед атакой — наводить минометы и корректировать их огонь. Боевик, как полагают коллеги погибшего, стрелял с дистанции в несколько сотен метров в почти полной темноте — в таких условиях ему удалось определить российского инструктора среди сирийцев и поразить его единственным выстрелом.

Специалисты установили, что боевики используют самые разнообразные снайперские винтовки, в том числе состоящие на вооружении армий стран НАТО. Такие, например, как американская Remington MSR или австрийская Steyr Mannlicher SSG 08. При этом эксперты отмечают, что вместе с ними должны использоваться и самые современные прицелы, в том числе ночного видения (ПНВ).

Как рассказал “Ъ” один из военно-технических специалистов, ПНВ делятся на поколения от первого до третьего. По мере их модернизации улучшались технические характеристики приборов — коэффициент усиления света, чувствительность фотокатода и разрешение. ПНВ ранних поколений, например, могли работать только в условиях «четверть луны на небосводе», второму поколению было достаточно уже света звезд, а последние экземпляры получили возможность обнаруживать фигуру человека на расстоянии 400 м даже ненастной ночью.

Качество прицела принципиально важно при ведении боевых действий ночью. Самые современные приборы третьего поколения, по данным того же эксперта, изготавливаются в США и России. Другие страны не могут позволить себе их производство, поскольку оно является дорогостоящим и опасным — в конструкции прицелов используются высокотоксичные химические соединения мышьяка и галлия. При этом в США вывоз ПНВ третьего поколения за пределы страны категорически запрещен. Получить их могут только армии или спецподразделения дружественных стран, да и то после длительных согласований и подписания так называемого сертификата конечного потребителя, в котором покупатель гарантирует, что прибор ни при каких обстоятельствах не попадет в руки третьих лиц. В свою очередь, для гражданского и коммерческого оборота разрешены приборы с намеренно заниженными техническими характеристиками.

В России в последнее время действует аналогичное законодательство, однако, разобрав оружие боевиков, специалисты обнаружили в ПНВ именно российскую электронику. «Мы нашли так называемые электронно-оптические преобразователи (ЭОП), произведенные на российских предприятиях»,— отметил собеседник “Ъ”. Каким образом они попали в зону боевых действий, неизвестно. По официальным данным, уголовных дел об утрате российскими военнослужащими военного имущества (ст. 348 УК РФ) в виде прицелов не возбуждалось.

По данным собеседников “Ъ”, по факту находок в Сирии уголовное дело пока не возбуждено — в рамках доследственной проверки проводятся оперативные мероприятия. По одной из версий, ЭОП могли попасть в Сирию через третьи страны, в которые ПНВ или комплектующие для них из России поставляются официально.

Возможно, проблема потребует законодательного решения, считает первый заместитель председателя комитета по обороне и безопасности СФ Франц Клинцевич. «Очевидно, есть брешь в законодательстве, которую, возможно, используют производители оптики»,— отметил сенатор. Господин Клинцевич, уверен, что СФ займется этим вопросом, если поступит соответствующее обращение.

Представители промышленности говорят, что не знают, как российские компоненты могли оказаться в Сирии. Так, гендиректор одного из нескольких российских производителей ЭОП третьего поколения, АО «Катод», Владимир Локтионов пояснил: «Экспорт всей продукции двойного назначения строго контролируется государственными органами РФ и стран, закупающих эту технику». В группе компаний «Швабе», выпускающей в том числе ночные прицелы, “Ъ” также заявили, что не располагают информацией об использовании их продукции террористами. «“Швабе” является интегратором оптической отрасли России и поставляет свою продукцию инозаказчикам исключительно в рамках официальных каналов экспорта. О факте наличия у террористов ИГ снайперских прицелов “Швабе” нам неизвестно»,— заявили “Ъ” в пресс-службе холдинга.

Сергей Рыбкин; Константин Воронов, Новосибирск