Долгое время поиск информации в интернете напрямую законами не регулировался и никто не мог заставить поисковик показывать или скрывать определённую информацию в результатах поиска. Но с 2015 года российский законодатель успел предоставить право “редактировать” результаты поиска пользователям (физическим лицам), правообладателям и государству. У операторов поисковых систем в свою очередь появились обязанности, связанные с формированием результатов поиска не только в соответствии с собственными алгоритмами и запросами пользователей, но и с учётом новых нормативных правил.

Право на забвение

“Право на забвение” — это юридический продукт 21-го века, который был придуман не так давно в Европе как инструмент защиты частной жизни человека. Начало было положено, когда в 2014 году Суд справедливости Евросоюза (CJEU — Court of Justice of the European Union) в решении по делу Google Spain против AEPD и М.К. Гонсалеса решил, что люди имеют право на удаление информации о них из результатов поиска (делистинг, de-listing), если такая информация является “некорректной, нерелевантной или излишней” (inadequate, irrelevant or excessive). Это дело рассматривалось в контексте регулирования обработки персональных данных, которое в общем позволяет человеку управлять тем, как и зачем обрабатываются его персональные данные, в том числе требовать удаления или корректировки данных. Синьору Гонсалесу не понравилось, что, когда его гуглили, первым делом в поиске выскакивала статья 20-летней давности о продаже его имущества с торгов из-за долгов, и это производило плохое впечатление и мешало ему вести бизнес.

В результате, Суд ЕС согласился с тем, что пользователи (и синьор Гонсалес в частности) имеют право требовать у поисковика удалить из результатов поиска некорректную, нерелевантную или излишнюю информацию о себе. Но суд также подчеркнул, что есть исключения из правила, например:

информация представляет общественный интерес, научную ценность и т.п.;

делистинг не должен нарушать право других пользователей на доступ к информации;

делистинг не должен ограничивать свободу слова.

Спустя пару лет “право на забвение” появилось и в России, в локальной интерпретации. С 1 января 2016 г. начала действовать статья 10.3 Федерального закона №149-ФЗ “Об информации, информационных технологиях и о защите информации” (далее — закон об информации). Данная норма позволяет пользователю (заявителю) требовать у оператора поисковой системы удаления из результатов поиска ссылок на страницы сайтов, которые содержат информацию о заявителе, если:

информация распространяется с нарушением законодательства РФ;

информация недостоверна;

информация неактуальна;

информация утратила значение для заявителя в силу последующих событий или действий заявителя.

На практике запросы на удаление информации по праву на забвение часто поступают от лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности или подозреваемых в участие в нелегальной деятельности. Кроме того, люди пытаются удалить негативные отзывы о себе, информацию оскорбительного и порочащего характера, неудачные фотографии, какие-либо иные персональные данные.

В то время, как статья 10.3 закона об информации прямо предусматривает возможность заявителя в судебном порядке обжаловать отказ оператора поисковой системы в делистинге, об интересах лиц “на другом конце провода” в законе ничего не сказано — непосредственные распространители информации не могут оспорить исключение ссылок на свои сайты из результатов поиска. Во всей красе такой дисбаланс прав предстал в деле общественной организации Центр “Сова” против Google, которое рассматривалось в суде в связи с удалением из Google Search ссылок на две новостные заметки о ходе уголовного процесса над неонацистами из Обнинска.

Как мы писали ранее, общественная организация получила от Google уведомления о том, что ссылки удалены из результатов поиска во исполнение закона о праве на забвение. При этом Google не сообщил ни о лице, просившем удалить ссылки, ни о конкретных основаниях “поисковой зачистки”. Сначала Центр “Сова” обжаловал действия поисковика в судебном порядке, апеллируя к тому, что новости и в целом информация о серьезных преступлениях является значимой для общества и не должна пропадать из поиска только по заявлению частного лица (в прошлом осужденного). Но арбитражные суды всех инстанций отказали в удовлетворении иска общественной организации, посчитав, что владелец сайта не имеет права обжаловать действия поисковика по ст.10.3 закона об информации, и тогда Центр “Сова” решил обжаловать эту норму закона в Конституционном Суде РФ. “Это одна из причин, почему мы полагаем норму не соответствующей Конституции. В связке пользователь-поисковик-распространитель информации последний остаётся бесправным и не имеет возможности возразить делистингу”, - отметила юрист Центра цифровых прав и РосКомСвободы Екатерина Абашина, которая представляла общественную организацию в арбитражном процессе. Кроме того, проблемы с правом на забвение вызваны перекладыванием общественно значимых решений на частные компании (операторов поисковой системы).

Как отмечают представители самих поисковиков, закон закрепляет за операторами поисковых систем несвойственные им функции судов или правоприменительных органов. Широкие формулировки закона и отсутствие механизмов поддержания баланса интересов между различными субъектами привели к множеству проблем в правоприменении. Поисковики вынуждены рассматривать огромное количество запросов на удаление информации (по данным “Яндекса” только за первые три месяца действия закона поисковик получил более 3600 обращений от 1348 человек), при этом большинство из этих запросов не подлежат удовлетворению (около 70%), а удовлетворение остальных запросов может потенциально нарушать права распространителей информации и интернет-пользователей. В этом контексте позиция Конституционного Суда РФ по праву на забвение может внести необходимую определенность в российскую практику применения ст. 10.3 закона об информации, скорректировать сложившийся дисбаланс прав различных субъектов, а также частных и общественных интересов (Центр “Сова” подал обращение в Конституционный суд РФ 1 февраля 2019 г., и в настоящее время оно находится на предварительном рассмотрении).

Копирайт

Долгое время было непонятно, в какой мере поисковики способствуют распространению нелегального контента в интернете, должны ли операторы поисковых систем нести ответственность за действия нарушителей и если должны, то какую. В России до введения в 2017 году в очередных “антипиратских” поправок правообладатели пытались применять различные механизмы привлечения поисковиков к ответственности: пытались доказать прямое нарушение поисковиками авторских прав, использовали положения об ответственности информационных посредниках. В ряде случаев такие попытки даже оканчиваются успехом. Но обычно в таких делах привлечение оператора поисковой системы к ответственности за нарушение авторских прав не связано непосредственно с работой поисковой функции.

Например, в январе этого года с Яндекса было взыскано 300 тысяч рублей компенсации за нарушение исключительных прав на обложки альбомов группы “Руки вверх”, размещенные на сайте music.yandex.ru. Однако данное дело не касалось поисковых функций Яндекса, компания выступала именно как владелец сайта, технический посредник между пользователями и лицами, размещающими контент на сайте.

Важно отметить и то, что поисковики не признаются информационными посредниками по смыслу ст. 1253.1 ГК РФ. Поисковики реализуют лишь технические функции, индексируют информацию в соответствии с определенными алгоритмами. Как указывают эксперты “Яндекса”, предоставление возможности доступа к материалу или информации, необходимой для его получения, предполагает получение и использование такой информации, в то время как оператор поисковой системы никоим образом не контролирует материалы, о местонахождении которых сообщает. Этот вывод подтверждается и судебной практикой.

В 2017 году в одном из арбитражных дел, в котором компания-правообладатель хотела обязать “Яндекс” удалить ссылки на веб-страницы с нелегальным контентом, ссылаясь на нормы об информационных посредниках, суды встали на сторону оператора поисковой системы. Арбитражный суд Москвы и апелляционный суд руководствовались тем, что “результаты поиска по каждому запросу конечного пользователя формируются полностью автоматически и представляют собой список ссылок, указывающих, по каким сетевым адресам в Интернете в текущий момент времени согласно данным индексирования, имеющимся в базе данных поисковой системы, может присутствовать информация, релевантная заданному пользователем запросу. Ознакомление с информацией (доступ к ней) осуществляется пользователями непосредственно на указанных сайтах, а не на сайтах поисковых систем, при этом они имеют доступ к той или иной информации независимо от того, проиндексирована она или нет соответствующей поисковой системой”.

Тем не менее, в том же 2017 году в рамках третьего антипиратского закона (называемого ещё “законом о зеркалах”) для операторов поисковых систем были установлены требования по удалению из поисковой выдачи ссылок на сайты, на которых неоднократно нарушались авторские или смежные права. Нарушения исключительных прав фиксирует Московский городской суд и после вынесения решения по искам правообладателей направляет судебный акт на исполнение в Роскомнадзор. В течение суток с момента поступления решения Мосгорсуда о постоянном ограничении доступа к определённым сайтам Роскомнадзор направляет операторам поисковых систем требование о полном удалении из результатов поиска ссылок на сайты, заблокированные навечно за неоднократное нарушение исключительных прав на контент (то есть после вынесения двух решений Мосгорсуда по одному и тому же сайту). После этого у поисковиков есть одни сутки на выполнение этих требований.Таким образом, поисковики фактически были включены в российский антипиратский механизм, у них появились новые обязанности, связанные с защитой авторских и смежных прав прав в интернете.

В 2018 году после серии дел по искам группы компаний, входящих в состав “Газпром-медиа”, против “Яндекса”, у поисковиков появилось еще больше обязанностей. Судебные разбирательства, рассмотренные Мосгорсудом, касались ссылок на нелегальный контент на сайте yandex.ru (в частности на сервисе “Яндекс.Видео”). Правообладатели в порядке предварительных обеспечительных мер требовали “прекратить создание технических условий, обеспечивающих размещение произведений на сайте yandex.ru". Мосгорсуд удовлетворил эти требования, ссылаясь в том числе на то, что “на сайте yandex.ru размещен не только результат поиска по запросу, но и сам объект исключительного права”. После того, как “Яндексу” не удалось в судебном порядке добиться отмены определений о принятии обеспечительных мер в виде блокировки сервиса, поисковик добровольно удалил спорные ссылки, а дело было прекращено.

На фоне этих судебных разбирательств “Яндекс” принял участие в переговорах с правообладателями и согласился подписать меморандум о борьбе с пиратством, предполагающий удаление ссылок на нелегальный контент во внесудебном порядке. Всего документ подписали 12 компаний. Со стороны интернет-площадок это “Яндекс”, “Rambler Group”, “Mail.Ru Group” и “Rutube”. Со стороны правообладателей — “Первый канал”, ВГТРК, “Национальная медиа группа”, “Газпром-Медиа”, ассоциация “Интернет-видео”, Ассоциация продюсеров кино и телевидения, сервис “Кинопоиск”. Гарантом исполнения меморандума стал Роскомнадзор. Меморандумом предусматриваются дополнительные меры борьбы с нелегальным контентом в сети — создание “частного” реестра, в который правообладатели-подписанты могут вносить ссылки, на которых контент размещён неправомерно. Держателем реестра и верификатором заявок правообладателей выступает Роскомнадзор. На удаление ссылок из результатов поиска и с интернет-сервисов компаниям-участникам даётся 6 часов. Основная цель заключения меморандума — максимально усложнить поиск нелегального контента и во внесудебном порядке. При этом меморандум действует до 1 сентября 2019 года. Предполагается, что до этого срока в российское законодательство внесут соответствующие поправки, учитывающие положения меморандума.

В этом контексте стоит вспомнить законопроекты, разработанные еще в 2017 году Министерством культуры РФ. Минкульт предложил всё-таки однозначно квалифицировать операторов поисковой системы как информационных посредников, чтобы можно было наложить на них обязанность прекращать выдачу ссылок на сайты с нелегальным контентом без суда. Тогда законопроекты были отклонены как имеющие негативное регуляторное воздействие. Отрицательное заключение на законопроект подготовило Минэкономразвития России после проведения публичных консультаций с Российским союзом промышленников ‎и предпринимателей, ПАО “Ростелеком” и Ассоциацией электронных коммуникаций “РАЭК”. В частности, в заключении отмечается, что “проектом акта не предусмотрен механизм проверки предоставляемых сведений, а также механизм уведомления соответствующих ресурсов о поданных против них заявлениях в адрес оператора поисковых систем. В этих условиях возникает риск нарушения прав добросовестных ресурсов”.

Несмотря на отрицательные отзывы, работа над похожими законопроектами о “делистинге” без суда продолжается по сей день. Также предлагается обязать поисковики выводить сайты с легальным контентом в приоритетном режиме. Однако окончательного текста законопроекта еще не выработано. Согласно открытым источникам, такой законопроект должен появиться к началу сентября 2019 г.

В России нормативный алгоритм взаимодействия операторов поисковых систем с государственными органами и правообладателями по поводу нелегального контента в интернете был введён не так давно (в 2017 году). При этом, судя по предложениям Минкульта и появлению антипиратского меморандума, почти сразу наметилась итенденция к сокращению “расстояния” между поисковиками и правообладателями и к ускорению процедур делистинга за счёт исключения судебных органов из механизмов защиты прав на контент в сети.

Фильтрация контента

Помимо закона о праве на забвение и антипиратского законодательства существуют и иные обременяющие нормы, предусматривающие обязанности поисковика удалять информацию из поисковой выдачи.

В 2017 году также был принят закон №276-ФЗ “О государственном регулировании использования анонимайзеров и VPN”, который значительно расширил полномочия государства по “пресечению” распространения материалов, запрещенных в России. Владельцы анонимайзеров, VPN и прочих систем проксирования, а также операторы поисковых систем должны подключиться к информационной системе Роскомнадзора (ФГИС). Во ФГИСвключаются все запрещенные интернет-ресурсы, которые подлежат делистингу со стороны операторов поисковых систем.

Большинство операторов поисковых систем, работающих на российском рынке, выполнили это требование, но не все. Google отказался подключаться к ФГИС и предпочел заплатить штраф в размере 500 тыс. рублей.Роскомнадзор пригрозил заблокировать Google, если тот продолжит игнорировать “российские требования о фильтрации поисковой выдачи от запрещенного контента”. Однако перспективы такого шага весьма сомнительные. Как отметил руководитель проекта Роскомсвобода Артем Козлюк в интервью сетевому изданию The Insider: “Блокировка Google Роскомнадзором – это избиение самого себя”.

Говоря о Google, нельзя не отметить инициативу поисковика под названием Transparency Report. Регулярно Google составляет статистические отчеты о запросах на удаление контента, в том числе из веб-поиска. Согласно статистике, на запросы об удалении информации из веб-поиска приходится чуть больше 20%. Но не стоит полагать, что поисковик удовлетворяет все требования об удалении контента. На диаграмме, подготовленной Google, наглядно показана доля удалённой информации. В среднем Google удовлетворяет около 70% запросов, поступивших от российских властей.

Заключение

Как видно, с 2016 года российский законодатель начал активно “затягивать” поисковые системы в механизмы пресечения распространения цифрового контента и онлайн-материалов на территории России в частных и публичных интересах. Для территории России операторы поисковых систем обязаны рассматривать заявки пользователей по праву на забвение, прятать от пользователей нелегальный контент в интересах правообладателей, а также оберегать пользователей от запрещённой информации. Эффективность и справедливость созданных механизмов остаётся оценить уже самим пользователям…