The 5th Element / Gaumont, 1997

Афроамериканский диалект английского языка, на котором говорят многие жители США, мешает им успешно выступать в судах, так как судьи склонны с недоверием относиться к носителям этого диалекта, а зачастую просто плохо его понимают. Об этом говорится в статье лингвистов из Стэнфордского университета Джона Рикфорда (John R. Rickford) и Шарез Кинг (Sharese King), которую они опубликовали в журнале Linguistic Society of America; анонс статьи опубликован на сайте Phys.org.

Авторы статьи обращают внимание на следующие факты. В США соотношение белых и чернокожих жителей, осужденных на тюремное заключение, составляет примерно 1 к 6 (1 к 3,8–10,5, по данным Национального статистического бюро за 2014 год). При этом значительная часть афроамериканцев в повседневной жизни используют нестандартные и просторечные, диалектные формы английского языка. Наконец, существуют исследования, показывающие, что афроамериканцы, выступающие в судах, часто сталкиваются с тем, что их слова не понимают или превратно толкуют; в результате это приводит к тому, что в отношении них белые судьи нередко выносят несправедливые решения.

В частности, пишут Рикфорд и Кинг, им известны как минимум четыре случая, произошедших в 1985–2015 годах, когда неверное истолкование в суде показаний людей, говоривших на афроамериканском диалекте английского языка — так называемом «черном английском», African American Vernacular English (AAVE), приводило к судебным ошибкам. Сами они в своей статье обращаются к пятому случаю — громкому делу об убийстве в 2013 году 17-летнего чернокожего подростка Трейвона Мартина белым волонтером-патрульным Джорджем Циммерманом.



Обстоятельства столкновения между Циммерманом и Мартином должен был определить суд: от его решения зависело, обвинят ли Циммермана в убийстве второй степени или оправдают за действия в целях самообороны. Ключевым свидетелем по делу выступала чернокожая Рейчел Джантел, которая разговаривала с Мартином по телефону, когда он столкнулся с Циммерманом. Рейчел свидетельствовала, что Мартин не нападал на Циммермана, а, напротив, пытался убежать от него, но суд присяжных не принял ее слова во внимание и в итоге оправдал подсудимого.



По словам Рикфорда и Кинга, это случилось как потому, что присяжные предвзято отнеслись к Рейчел, так и потому, что зачастую просто не понимали, что она говорит, — им казалось, что ее речь нечленораздельна и представляет собой мешанину бессмысленных слов. Между тем, показывают авторы статьи, заново проанализировавшие видеозаписи выступления свидетельницы, речь Рейчел, с точки зрения грамматики, синтаксиса, фонетики, фонологии и лексики, строго соответствовала особенностям AAVE, плюс ее произношение, в целом подчиняясь правилам AAVE, осложнялось чертами карибского и гаитянского диалектов английского языка. Все это, вкупе с шумом, стоявшим в зале суда, не позволило адвокатам, стенографистам, судье и присяжным ясно расслышать ее речь и понять, что она хотела сказать.

Характерной особенностью «черного английского» является отсутствие глагольных связок (am, is, are) в настоящем времени, а также трех английских флексий -s: окончания глаголов третьего лица единственного числа (s), окончания существительных в притяжательном падеже (’s), и окончания существительных во множественном числе (s). Так, фраза «He is at the back of his daddy’s fiancée’s house» — «Он находится на заднем дворе дома невесты его отца» в речи Рейчел прозвучала так: «He Ø at the back of his daddyØ fiancéeØ house» (знак Ø использован для обозначения пропуска звуков, используемых в стандартном английском). Для носителей AAVE характерны и другие нарушения стандартной английской грамматики, например замена слова there на it в безличных конструкциях типа there is: «Monday it was a rumour going around his school» (В понедельник уже вся его школа знала [об этом]); употребление глагола в форме Past Perfect после союза then («тогда, затем») для описания действий, следующих за тем, о котором было сказано раньше, а не предшествующих ему, как в стандартном английском: «And then the phone just shut off, and then I had called back and he answered» («Затем звонок внезапно прервался, и тогда я перезвонила ему и он ответил»); и др. К особенностям произношения на «черном английском» относят, например, такое явление, как редукция совокупности согласных звуков на конце слов (fast — fas), и ряд других. Все это делает этот диалект в значительной степени неразборчивым.

В заключение авторы статьи разработали ряд рекомендаций, обращенных как к американским лингвистам, так и к прочим гражданам. Лингвисты, считают Рикфорд и Кинг, должны прикладывать больше усилий к тому, чтобы их профессиональная компетенция могла способствовать пониманию в ситуациях, в которых ясное понимание между носителями стандартного американского английского и его этнических диалектов жизненно необходимо. В частности, они предлагают снабжать подсудимых и свидетелей из числа афроамериканцев переводчиками, а также предлагают судьям знакомиться с их показаниями в письменном виде, причем эти показания предварительно должны быть прокомментированы опытными лингвистами.



Начиная с 2013 года, после того как Циммерман был оправдан в деле об убийстве чернокожего подростка, сначала в США, а потом и в других странах развернулось движение против насилия, связанного с расовой дискриминацией в различных национальных правоохранительных системах (в Австралии, Канаде, Великобритании). Его девизом стали слова Black Lives Matter («Жизнь чернокожих важна»). В США это движение поначалу объединяло пользователей соцсетей (под хэштегом #blacklivesmatter), но в 2014 году, после убийства полицейскими еще двух чернокожих подростков, в Фергюссоне (Миссури) и в Нью-Йорке, вылилось в ряд уличных демонстраций, местами переходивших в беспорядки.

Анна Ройтберг