Этого льва звали Сесил, и он жил в Зимбабве в национальном парке Хванге. В начале июля американский стоматолог по имени Уолтер Джеймс Палмер (Walter James Palmer) выманил его из парка и выстрелил в него из арбалета. Палмер шел по следу раненого зверя 40 часов, после чего добил его.



Поскольку историю о Сесиле рассказали на этой неделе очень многие средства массовой информации, она захватила интернет. В связи с этим возникли некоторые весьма неожиданные вопросы, касающиеся экономических и этических аспектов охоты на крупную дичь и охраны животного мира — как в Зимбабве, так и в других странах. Вот рассказ о произошедшей трагедии и о том, что все это значит.



1) Что произошло с Сесилом?



Детали убийства Сесила вызывают тревогу, и они важны для понимания того, почему это вызвало такой скандал.



Национальный парк Хванге по зимбабвийскому законодательству является зоной «свободного передвижения», а это значит, что охота в парке запрещена, и убийство Сесила в его пределах было бы противозаконно.



Когда дантист из Миннесоты Уолтер Джеймс Палмер отправился в июле в Зимбабве, он нашел способ обойти этот закон стороной. Как заявило зимбабвийское Управление парков и охраны природы, двум местным жителям предъявлены обвинения в пособничестве в убийстве Сесила. Это охотник Тео Бронкхорст (Theo Bronkhorst) и местный фермер Онест Траймор Ндлову (Honest Trymore Ndlovu).



Эта троица привязала тушу животного к машине, припаркованной возле парка Хванге на ферме Ндлову, использовав ее в качестве приманки для Сесила. Когда лев вышел за территорию парка, теоретически по закону стало возможно стрелять по нему, что и сделал Палмер, воспользовавшись арбалетом.



Стрела лишь ранила льва. Палмер преследовал его 40 часов, а затем снова выстрелил в зверя, на сей раз из ружья. Затем Палмер, Бронкхорст и Ндлову освежевали труп и отрезали львиную голову.



Все это удовольствие предположительно обошлось Палмеру в 50 тысяч долларов.



2) Почему это вызвало такой большой скандал?



Отчасти возмущение общества объясняется отъявленной жестокостью данного поступка и тем цинизмом, с которым Палмер обошел зимбабвийский закон.



Но этого недостаточно, чтобы объяснить такую вспышку возмущения. Охота на крупного зверя это по определению выслеживание, убийство и снятие шкуры с таких прекрасных животных как львы, и это происходит постоянно. Но в данном случае ситуация явно иная.



И вот почему. Сесил был очень знаменитым львом. Для национального парка Хванге он был чем-то вроде талисмана. Зимбабвийцы любили Сесила за его характерную черную гриву. Газета Guardian назвала его «одним из самых знаменитых львов в Африке и главной достопримечательностью национального парка Хванге».



Убить такого зверя — это похоже на насилие, а лишить зимбабвийцев их любимого символа — это особенно отвратительно. Более того, это напоминает тревожные отголоски обычаев и привычек колониальной эпохи, когда колонизаторы лишали африканцев их наследия, традиций и природных ресурсов.



Сесил был известен и на международной арене. Он был одним из объектов исследования Оксфордского университета на тему сохранения львов в Зимбабве, и ученые из Оксфорда после появления печальных новостей были рады поговорить с прессой.



«Несколько месяцев назад я с тревогой наблюдал за тем, как Сесил направляется в зону охотничьих угодий, — рассказал CNN директор-учредитель исследовательской группы по охране животного мира при Оксфордском университете профессор Дэвид Макдоналд (David Macdonald). — Но в тот раз он повернул назад под защиту парка. А на этот раз Сесил совершил роковую ошибку, и я глубоко опечален».



3) Было ли законным убийство Сесила?



Это оспаривается. Правительство Зимбабве настаивает, что это было противозаконно, а Палмер утверждает, что все было по закону.



Убийство львов в Зимбабве не всегда является нарушением закона. Вопрос в том, есть ли у вас соответствующее разрешение на охоту.



Правительство Зимбабве заявляет, что такого разрешения у Палмера не было. Официальный представитель полиции Черити Чарамба (Charity Charamba) подтверждает, что Бронкхорст и Ндлову арестованы по обвинению в браконьерстве, и что Палмер объявлен в розыск.



Как отмечает зимбабвийское Управление парков и охраны природы, которое выдает лицензии на охоту, у Ндлову не было разрешения охотиться на льва на своей ферме. Поэтому любое убийство льва там незаконно, и любой участник считается браконьером.



По словам Бронкхорста, они не знали, что убитый лев это Сесил, а все разрешения у них были в порядке. «Это был великолепный взрослый лев. Мы не знали, что это знаменитый зверь. У меня была лицензия для моего клиента на отстрел льва из арбалета в том районе, где он был подстрелен», — заявил он Telegraph.



«Я нанял нескольких проводников-профессионалов, и они получили все необходимые разрешения. Насколько мне известно, все на этой охоте было вполне законно, все делалось правильно и надлежащим образом», — сообщил он в своем заявлении для газеты штата Миннесота Star Tribune. «Я до самого конца охоты понятия не имел, что подстреленный мною лев был известным местным любимцем, носил ошейник и находился под научным наблюдением. Я полагался на знания и опыт местных профессиональных проводников, считая, что они обеспечат законность охоты».



4) Насколько разгневаны люди?



Они очень злы. Райан Бродерик (Ryan Broderick) написал в BuzzFeed очень хороший отчет о масштабах возмущения в интернете. Вот некоторые моменты:



Пользователи Twitter, имеющие контактную информацию Палмера, включая его офис, начали трендить его на сайте фразами «Cecil the Lion» и «Walter Palmer». (Такая практика часто используется в онлайне с целью преследования людей из реального мира.)



Они заполонили страничку офиса Палмера на сайте Yelp и его страничку в Facebook негативными отзывами и гневными комментариями.



77 с лишним тысяч человек подписали петицию с требованием «Справедливость для Сесила». Они призвали Зимбабве «прекратить выдачу охотничьих лицензий на убийство исчезающих животных».



Палмер в своем заявлении выразил определенное раскаяние. «Я глубоко сожалею о том, что мое любимое занятие, которым я занимаюсь весьма ответственно и на законных основаниях, привело к гибели этого льва», — написал он.



5) Является ли убийство Сесила частью более серьезной проблемы?



Да. «Примерно сто лет назад по Африке бродило примерно 200 тысяч львов, — сообщает Брайан Кларк Говард (Brian Clark Howard) из National Geographic. — Сейчас их менее 30 тысяч, и эти животные считаются очень уязвимыми».



По данным исследования от 2012 года, координаторами которого выступили ученые из Университета Дьюка, самая серьезная проблема это утрата ареала обитания. Чем больше места занимает людское население, тем меньше места остается львам для странствий и охоты. Более того, происходит контакт между людьми и популяциями львов, и поэтому звери все чаще становятся жертвами убийства.



«Охотничьи угодья обширны, а поэтому судьба львов зависит от того, насколько грамотно и правильно ими пользуется общество», — делается вывод в исследовании 2012 года. Иными словами, чтобы уменьшающаяся популяция львов не стала еще меньше, мир должен внимательно и ответственно обращаться с этой популяцией. В данном случае этого не было.



Убийство Сесила этот событие, которое Зимбабве со своей политикой охраны окружающей среды явно хотело предотвратить. Провал в данном случае говорит о более масштабных провалах в защите мировой популяции львов.



6) Всегда ли законная охота вредна для львов?



На эту тему в экспертном сообществе защитников окружающей среды идут оживленные дебаты. Кто-то утверждает, что законная и регулируемая охота на крупного зверя это хороший способ сохранить исчезающие виды в целом, пусть даже это будет стоить жизни отдельным особям.



Джейсон Голдман (Jason Goldman) на страницах Conservation Magazine написал очень хорошую статью с доводами в пользу охоты на крупную дичь. Один аргумент по сути дела о налогах. Если правительство возьмет часть денег, получаемых от законных сафари, и потратит их на охрану животных, можно будет заняться искоренением первопричин уменьшения львиной популяции.



Другой, еще более убедительный аргумент заключается в том, что прибыльная и законная охота заставляет людей больше думать о защите животных. Профессор Кембриджского университета Найджел Лидер-Уильямс (Nigel Leader-Williams) провел исследование по теме охоты на носорогов в Южной Африке. Он выяснил, что законная охота заставляет землевладельцев активнее защищать носорогов, которые становятся прибыльным и возобновляемым природным ресурсом. Увеличение в результате этого популяции носорогов намного превосходит их убыль от охоты. Лидер-Уильямс выявил нечто подобное и в Зимбабве: «Охота за трофеями привела к удвоению площади регулирования ресурсов диких животных в соотношении с 13 процентами охраняемых государством территорий».



Но со львами другая история, особенно с теми, что живут в национальном парке Хванге, где обитал Сесил.



Следившие за Сесилом оксфордские ученые Эндрю Лавридж (Andrew Loveridge) и Дэвид Макдоналд изучили последствия законной охоты на львов из парка Хванге за его пределами. Они нашли доказательства того, что легальная охота вредит популяции львов внутри парка. «Каждое убийство взрослого льва охотниками на границах парка создает „территориальный вакуум“, из-за чего обитающие в глубине парка самцы устремляются из охраняемых зон в пограничные районы, где они также становятся жертвами охотников», — заявили ученые.



После проведенного исследования власти Зимбабве временно запретили охоту в окрестностях парка до 2009 года — и популяция львов увеличилась на 50 процентов. С 2009 года охота вокруг Хванге снова разрешена, но на сей раз в более ограниченных масштабах.



Эти научные дебаты важны, но они говорят только об эффективности легальной охоты на зверей в целом. Но все это было бы спорно, если бы Палмер с сообщниками охотился незаконно, либо если бы Зимбабве недостаточно активно осуществляла усилия по сохранению львов. Законная охота на благо охраны окружающей среды не даст результата, если она плохо организована, либо если охотники просто нарушают и обходят закон.



7) Что теперь будет с семьей Сесила?



Это весьма печальная история. Сесил возглавлял два прайда, в которых было шесть львиц и 12 львят, а также еще один самец Джерико. Без Сесила его семье грозит большая беда, поскольку самцы обычно защищают прайды от других львов.



«Джерико как одинокий самец не сумеет защитить два прайда, и львята от новых самцов вторгнутся на эту территорию, — рассказал Telegraph Лавридж. — Именно это чаще всего случается в таких обстоятельствах. Наиболее вероятный исход в данном случае —детоубийство».