Перемирие Андрей Пионтковский: Ночь с 14 на 15 октября была решающей для судьбы и украинского государства, и лично президента Зеленского

Нам не дано предугадать, как наше слово отзовётся. 13 октября я опубликовал статью, в которой предложил для обсуждения на Вече "Нет Капитуляции" следующий текст:

Четыре с лишним года обсуждения минских соглашений не оставляют ни малейших сомнений, что Москва не собирается выполнять ключевые положения этих соглашений: вывод своих военнослужащих и наемников и возвращение Украине контроля над ее границей. Единственная цель Москвы — легализация и дальнейшее расширение созданного ею на территории Украины военно-террористического плацдарма. Этой легализации она от нас не дождётся.

Украина готова обсуждать в "нормандском" и любом другом международном формате два незамедлительных практических вопроса:

— прекращение российских обстрелов на линии разделения сторон;

— возвращение Украине сотен украинских заложников, захваченных РФ на оккупированных территориях Донбасса и Крыма.

14 октября Андрей Билецкий озвучил на митинге у офиса президента следующие требования собравшихся:

— запрет введения особого статуса для "Л/ДНР" и других регионов Украины;

— запрет на введение амнистии для боевиков, запрет на отвод украинских войск от линии разграничения;

— запрет на любые негосударственные военизированные формирования на территории ОРДЛО;

— запрет проведения выборов в любые органы власти и самоуправления до получения Украиной полного контроля на всей линии украинско-российской границы.

И, наконец, 15 октября на заседании контактной группы в Минске украинская сторона подчеркнула, что выполнение политического блока вопросов минских соглашений возможно только при условии выполнения следующих пунктов:

— роспуск квазигруппировок "Л/ДНР", полное прекращение огня;

— обеспечение эффективного мониторинга СММ ОБСЕ на всей территории Украины;

— вывод с территории Украины вооруженных формирований иностранных войск и военной техники;

— разведение сил и средств вдоль всей линии соприкосновения;

— обеспечение работы Центральной Избирательной Комиссии Украины, украинских политических партий, СМИ и иностранных наблюдателей;

— установление контроля над неподконтрольным Украине участком российско-украинской границы.

Сравним три текста. Содержательно они идентичны и означают, что Украина категорически отказывается от упорно навязываемого ей Кремлем фальшивого "воссоединения с ОРДЛО", т.е. легализации военно-террористического плацдарма агрессора и внедрения этой раковой опухоли в политическое тело Украины.

Юридически это констатация абсолютного нежелания Кремля выполнять ключевые положения минских соглашений и, следовательно, бессмысленности дальнейшего продолжения лицемерного минского процесса. Обе стороны прекрасно понимают, что эти соглашения никогда не будут выполнены. Зачем этот процесс нужен Москве, сказано выше.

Освободившись от липких путинских пут "возвращения ОРДЛО", новая киевская власть может теперь сосредоточиться на выполнении основного своего обещания, благодаря которому она была так триумфально избрана, — достижении мира.

В сегодняшней геополитической ситуации подлинный справедливый мир — возвращение агрессором Украине оккупированных территорий Крыма и Донбасса — невозможен. Украинская армия не может в наступательной операции нанести поражение ядерной военной сверхдержаве. Возможно перемирие — устойчивое прекращение огня на линии разделения сторон, прекращение гибели людей. ВСУ, стоящие на этой линии, способны предотвратить дальнейшее расширение российской агрессии.

Да, это хорошо известная классическая для многих горячих точек на планете ситуация замороженного конфликта. Далеко не идеальный для Украины сценарий. Но наименее худший из всех возможных сегодня. И пусть теперь оккупант устраивает в ОРДЛО любые политические пляски со своими марионетками по формуле Сталина — Штайнмайера. Украину они не интересуют, она в них не будет участвовать, и ее характеристика ОРДЛО и Крыма как временно оккупированных территорий не изменится.

Заявление украинской стороны от 15 октября вызвало бешеную реакцию в кремлёвском пропагандистском телетеррариуме. А уже через 2 часа после окончания минской встречи резко возросла интенсивность обстрелов с российской стороны вдоль всей линии разделения.

Ясно, что с единственно возможным сегодня "миром" — перемирием на линии разделения сторон — Москва так просто не согласится. Десятки перемирий были за эти годы сорваны Москвой именно потому, что постоянная гибель людей на разделительной линии была необходима российским властям как средство психологического давления на Украину с целью заставить ее "воссоединиться" с ОРДЛО. Вся кремлёвская пропаганда и доминирующая в украинском телевидении её пятая колонна (каналы, контролируемые Коломойским и Медведчуком) внушали, и, надо сказать, достаточно успешно, украинцам, что "мир" — это "воссоединение с ОРДЛО" на путинских условиях.

По существу, это был циничный шантаж десятков миллионов людей — не согласитесь на возвращение нашей Лугандонии, не будет вам никакого мира, будем продолжать методично отстреливать ваших военнослужащих, да ещё сваливать на вас ответственность за перестрелки.

Ночь с 14 на 15 октября была решающей для судьбы и украинского государства, и лично президента Зеленского. Если бы он сделал еще один шаг в направлении "воссоединения", то для Кремля, опьянённого сегодня своими феерическими сирийскими "успехами", открылась бы соблазнительная возможность украинского блицкрига.

Любой капитулянтский шаг, закреплённый 15 октября на встрече в Минске какими-нибудь новыми обязательствами Украины, вызвал бы масштабное протестное выступление против власти. Вежливые российские диверсанты и киллеры, по законам кремлевской гибридной войны просто обязанные наличествовать в Киеве, очень быстро превратили бы массовый протест в массовые беспорядки, сопровождаемые человеческими жертвами. В обстановке нарастающего хаоса в столице и бездействия растерявшейся власти мужественные украинские патриоты Медведчук и Рабинович формируют Комитет национального спасения и обращаются за помощью в наведении порядка к самому вежливому человечку...

Неожиданное заявление Дарьи Олифер от 15 октября, созвучное основным тезисам вашего покорного слуги от 13 октября и Андрея Билецкого от 14 октября, — это кардинальный поворот украинской власти от навязанной ей капитулянтской парадигмы "воссоединения" к суверенной политике. А лично для Владимира Зеленского — от роли "украинского эксперта на российском телевидении" к миссии украинского Президента.

Напрашивается одна историческая аналогия. В 1952 году товарищ Сталин предложил первому канцлеру ФРГ Конраду Аденауэру "присоединить" ГДР. Но с сохранением там Штази, СЕПГ, группы советских войск. Аденауэр ответил: "Пусть лучше у меня будет пол-Германии, но целиком, нежели вся Германия, но наполовину." И наследники Аденауэра получили всю Германию. И целиком.

Не исключаю каких-то возможных колебаний власти, попыток сделать шажок назад. Но мне кажется, что выбранный вектор необратим. Он даёт шанс объединить весь патриотический спектр украинского общества, преодолеть раскол и враждебность, возникшие в ходе избирательной кампании и после нее. Мы не имеем права на раскол. Нам противостоит жестокий, циничный, убеждённый враг, который немедленно им воспользуется.

После провала "Новороссии" Кремль вложил столько сил в свой проект "Троянский конь Лугандонии", вынашивал его пять лет. Теперь ему придётся придумывать что-то новое.

Россия не Украина. Народ там безмолвствует. Гражданское общество отсутствует. Стратегические решения вырабатываются под ковром. Но под ковром есть разные бульдоги. Об этом подробнее в нашей следующей публикации.

P.S. Только что разродилась двое суток молчавшая в ошеломлении Мария Захарова:

"В Москве не рассматривают это заявление как консолидированную позицию Киева".

Значит, Коломойский и Богдан будут работать с Зеленским по полной программе.

Андрей Пионтковский