В пятницу в Новосибирске был отпущен из изолятора временного содержания ученый, сотрудник Института химии твердого тела и преподаватель Новосибирского государственного университета Игорь Юрьевич Просанов. Его задержали сотрудники Центра "Э" днем ранее, когда Просанов вышел на одиночный пикет в день приезда в город Владимира Путина. В интервью Радио Свобода Игорь Просанов рассказал, как он предстал перед судом в жилетке с надписью "Путин – беда России", какой была реакция на его пикет у прохожих, а также посетовал, что не может заниматься научными исследованиями из-за поломки прибора, денег на ремонт которого у руководства его института нет и не предвидится.

Вечером 7 февраля из Красноярска, где из-за Путина 2 часа замерзали в самолете пассажиры авиакомпании "Победа", президент отправился в Новосибирск, чтобы встретиться с учеными в Академгородке и провести заседание Совета по науке и образованию. 8 февраля, в основной день визита главы государства, в Новосибирске состоялось сразу несколько акций протеста. Игорь Просанов говорит, что свой пикет он планировал тщательно и заранее, зная, что полиция и местные "эшники" (сотрудники Центра по противодействию экстремизму) попытаются ему помешать. В результате Просанову удалось простоять с надписью "Путин – беда России" около здания Сибирского отделения РАН на улице Лаврентьева около четверти часа – совсем немало по нынешним временам, когда пикетчиков с плакатами подобного содержания часто задерживают в первые несколько минут после начала акции. Только у Просанова был не плакат, а яркая жилетка с надписью, и это сработало: если плакаты полиция обычно вырывает из рук пикетчиков, а затем мнет или рвет, то жилетку с Просанова не сняли даже в полиции и в суде.

​– Расскажите о себе: сколько вам лет, кем вы работаете, давно ли живете в Новосибирске в Академгородке?

– Мне 52 года. Я работаю старшим научным сотрудником в Институте химии твердого тела. Я доктор физико-математических наук, также преподаю в Новосибирском университете на кафедре "Химия твердого тела". В Новосибирск я перебрался где-то в 1986 году, закончил физико-математическую школу, потом поступил в Новосибирский университет, закончил его в 1991-м, по-моему, году, потом работал здесь до 1995 года. Уехал в Хабаровск, работал некоторое время там, в 2009-м вернулся обратно.

– У вас много работы. Что же вас подвигло выйти на этот пикет? Участвовали ли вы вообще раньше в каких-либо политических акциях?

Я уже не могу молчать и слушать всю эту ложь из телевизора

– В последнее время я несколько раз участвовал в подобных акциях, меня уже "вели" соответствующие органы. В этот раз пробиться было довольно трудно, но мне удалось это сделать. Я рад. Я уже не могу молчать и слушать всю эту ложь из телевизора: хотелось заявить о своем несогласии, и не только моем, я выступаю от лица многих людей. Многие меня поддерживают в несогласии с политикой, проводимой нашим президентом.

– У вас на жилетке было написано "Путин – беда России". Почему вы так считаете?

– Я считаю так в первую очередь потому, что у нас в стране под его руководством культивируется агрессия, фактически происходит все то же самое, что происходило в нацистской Германии. Я боюсь, что это очень плохо кончится для страны. Ну, и конечно, есть другие проблемы, такие как ограбление народа, зарплаты ниже прожиточного минимума, которые у нас тут имеют место быть. Это просто никуда не годится.

– Сколько вы зарабатываете?

– На основном месте работы я получаю 26 тысяч рублей на руки с вычетом налогов, немного добавляется за преподавание – где-то, может быть, 3 тысячи в месяц, нерегулярно.

– По меркам Академгородка это хорошая зарплата?

– Нет, по меркам Академгородка, среди ученых это невысокая зарплата. У меня нет грантов. За счет грантов некоторые получают, я думаю, раза в два больше. Я, на самом деле, ученый не низкого полета – все-таки доктор физико-математических наук. А вот молодежь-то без степеней, я думаю, они получают заметно меньше. Мне, честно говоря, совсем непонятно, как они умудряются жить.

– Вы говорите, что вас еще до этой акции "вели". А вы понимаете, кто вас "вел"? Что это значит – "вели"?

– Я засветился на протестных митингах. Перед этим меня задержали на митинге Навального. Вменяют мне два административных правонарушения. Один уже суд был: мне присудили 10 тысяч штрафа. Сейчас второй суд ожидается. После этих митингов меня взяла в оборот полиция. До этого я тоже "светился", но они не очень-то мне правонарушения вменяли. А тут вот взялись! Потребовали от меня явиться на рассмотрение дела об административном правонарушении. Я стал им говорить, что у меня работа, что пусть они без меня решают, потому что в повестке написано, что рассмотрение дела возможно без моего участия. Но они мне напрямую сказали, что им поступило указание меня изолировать на время приезда сюда президента. Это, собственно, меня и побудило сделать то, что я сделал. Я целенаправленно к этому шел, к выражению этого протеста, предпринял меры, чтобы меня раньше времени не накрыли. Ну, и вот все получилось. Я этому рад.

– Как долго вам удалось простоять?

– Простоять мне удалось где-то минут 15. Я сам удивился, честно говоря. А скрутили меня сотрудники Центра "Э" – подразделения по борьбе с экстремизмом. Они должны с экстремизмом бороться, судя по названию, но, как я понял, у нас они борются с инакомыслием.

– Что с вами было дальше? Куда они вас повезли? Как долго вас продержали?

– Они меня повезли на рассмотрение еще того, предыдущего административного дела. Это был как бы принудительный привод. Отвезли в соответствующий отдел полиции, составили протокол об административном правонарушении. Потом повезли в суд. Тут вышла забавная накладка: суд был назначен на два часа, но они поменяли заседания местами, чтобы те, кто после нас должен был быть, пошли вперед, а мое дело было рассмотрено позже. И тут у меня истек срок административного задержания. Я сказал, что теперь я свободный человек, могу идти, куда хочу, и попытался выйти из суда, но меня там незаконно удерживали те же самые сотрудники Центра "Э".

Потом открылось заседание суда по моему делу. Я попросил его отложить, чтобы лучше подготовиться. Судья согласилась. Заседание перенесли. После этого меня отвезли в другой отдел полиции, составили протокол о правонарушении на пикетировании. Мне вменили "неподчинение требованиям сотрудников полиции" (Юрия Просанова, как пишет сайт academ.info, двое человек в гражданском отнесли на руках в легковую машину без специальной раскраски или спецсигналов). После этого отвезли в изолятор временного содержания, где продержали всю ночь. Сегодня снова отвезли на суд, где оштрафовали на 500 рублей. Вот, собственно, этим и закончилось. После этого меня благополучно отпустили.

– А жилетку с надписью "Путин – беда России" у вас забрали или оставили?

Даже в полиции подходили люди и просили сфотографироваться

– Одну забрали, еще когда взяли меня на митинге Навального. Она сейчас у них проходит как вещественное доказательство. После этого я нарисовал другую. И вот ее, на удивление, у них с меня снять не получилось. Они требовали, чтобы я снял ее, я отказывался, а силу они не стали применять. И я аж до изолятора в ней доехал, а там сам снял, когда уже некому стало ее показывать, кроме сокамерников. Когда я вышел на пикет, многие из автомобилей фотографировали меня на телефон, даже останавливались. Многие просили на улице остановиться и сфотографировать. Даже когда я в полиции был, в суде, подходили люди и просили.

– То есть отношение к вам в полиции и в суде было благожелательным?

– В общем-то, да, отношение благожелательное. Некоторые полицейские не разделяют моих взглядов, мы с ними "за жизнь" говорили между делом. Но недоброжелательности с их стороны не было. Один раз только я заметил в нашем отделении полиции, что сотрудник называл меня на "ты". Когда я ему сделал замечание, он довольно агрессивно ко мне отнесся. Уж не знаю почему. А так, в общем-то, люди нормально относятся.

– Как отразился на жизни Академгородка визит Путина?

– Накануне я заметил появление на улицах оперативников, которые фотографировали, вели наблюдение. Меня это сразу насторожило. Поэтому я "засекретился", и мне удалось сделать то, что я сделал. В какой-то момент их вроде как не стало видно. Потом, когда я шел "на дело", я замечал их, они ездили на машинах. Но было, видимо, еще рано, обстановка была не очень напряженной, и мне удалось пройти свободно. Дочка рассказывает, что детей не пускали пройти к музыкальной школе мимо Дома ученых, в котором происходила встреча с Путиным, отправляли в обход. Говорят, довольно сурово тут все было, но я уже был задержан и этого не видел.

– Как у вас на работе относятся к вашему участию в оппозиционном движении?

– Трудно сказать. Я особенно не афишировал его. Люди знают, но спокойно относятся.

– Вы говорите, что у молодых ученых зарплата еще ниже, чем у вас. Вы наблюдаете какой-то отток молодых людей из Академгородка? Как бы вы оценили в общих чертах состояние российской науки при Путине?

Основной мой прибор, спектрометр комбинационного рассеяния, сломался, и денег на починку нет

– Про отток мне трудно сказать. А состояние науки я оцениваю как тяжелое. Сужу по себе: работать становится невозможно. Когда я сюда приехал, тут еще что-то можно было делать в лаборатории. После Хабаровска мне вообще казалось, что здесь рай на земле. А сейчас приборы выходят из строя, чинить их невозможно. Основной мой прибор, спектрометр комбинационного рассеяния, сломался, и денег на починку нет. Там хотя бы 100 тысяч рублей надо, чтобы его как-то запустить, институт их не может наскрести, а прибор очень важен для всех. В общем, положение тяжелое.

– Вы планируете дальше участвовать в каких-то оппозиционных акциях?

– Не знаю, честно говоря, не уверен. Посмотрим. Я думаю, что это мое выступление было своего рода кульминацией. Посмотрим по обстоятельствам, как говорится.

– Пойдете ли вы на выборы?

– Нет, конечно. Я считаю их совершеннейшей фикцией и идти не собираюсь.

​История с пикетом Игоря Просанова получила еще одно неожиданное продолжение. В пятницу главный редактор сайта academ.info Андрей Красиков получил грозное письмо из областной избирательной комиссии с требованием убрать с сайта издания все фотографии, сделанные во время этой акции. Как говорится в письме, подписанном председателем комиссии Ольгой Благо, запечатленная на фото жилетка Игоря Просанова "является агитационным материалом и признана незаконной постановлением комисии №186/1456-5". Это постановление было принято 2 февраля в ответ на запрос полиции о том, может ли первая жилетка Игоря Просанова быть приравнена к "незаконной агитации". Вот фрагмент этого документа:

"Безрукавка (далее – материал) сшита из ткани салатного цвета, содержит надпись: «Путин беда России». Данный материал был массово обнародован физическим лицом Просановым И.Ю. путем его ношения в шествии и на митинге, проходивших с 13 до 15 часов 28 января 2018 года на территории Заельцовского района города Новосибирска. Проанализировав содержание указанной надписи с учетом общей темы и цели шествия и митинга, посвященного выборам Президента Российской Федерации, в которых участвовал Просанов И.Ю., Избирательная комиссия Новосибирской области пришла к выводу о том, что ношение (демонстрирование) гражданином Просановым И.Ю. в ходе массовых мероприятий (шествия и митинга) безрукавки с указанной выше надписью рассматривается как деятельность, способствующая формированию отрицательного отношения избирателей к кандидату в Президенты Российской Федерации Путину В.В., то есть материал содержит признак предвыборной агитации, предусмотренный подпунктом 6 пункта 1 статьи 49 Федерального закона «О выборах Президента Российской Федерации», и квалифицируется как иной агитационный материал".

В ответе редакции говорится, что она "следует букве закона", поэтому "удаляет со своих страниц данное изображение", "ретушируя ту часть фотографии, на которой видна жилетка".