Умение гордиться страной плохо вяжется с хорошим образованием — этот вывод социологов вряд ли помешает правительству до 2020 года потратить на патриотическое воспитание 1,85 млрд руб. Но чтобы эти траты были по-настоящему результативными, образование следовало бы свести к уровню начального.

НАДЕЖДА ПЕТРОВА

Минобразования опубликовало для обсуждения проект новой госпрограммы "Патриотическое воспитание граждан РФ на 2016-2020 годы". Цель, согласно документу,— обеспечить условия "для повышения гражданской ответственности за судьбу страны" и не то повысить, не то создать условия для повышения еще ряда чувств и общественных явлений — этот бюрократический язык однозначному переводу на русский не поддается.

Не спешите сходу осуждать разработчиков. Во-первых, в РФ всякое ведомство существует, пока порождает документы, и в этом смысле проект имеет самостоятельную ценность. Во-вторых, скорое окончание предыдущей программы — уже повод написать продолжение. И, наконец, 1,85 млрд руб., включая 1,68 млрд руб. из бюджета,— достаточно весомый аргумент. Но, если уж просить об увеличении финансирования в два раза (программа на 2011-2015 годы была рассчитана на 777,2 млн руб.), обосновывать это нужно какими-нибудь свежими формулировками. Поэтому и цели пришлось переписывать заново, и список целевых показателей расширить — с прежних восьми сразу до 14.

Так, "с учетом специфики государственной программы" в списке "целевых индикаторов, отражающих ее наиболее значимые результаты", появился — и даже возглавил его — показатель под названием "Доля россиян, гордящихся своей страной". По плану к 2020 году эта доля вырастет на 8% по сравнению с тем уровнем, на котором окажется в 2016-м, так что составит ли она в результате 84%, 99% или 146%, остается неизвестным.

Подобным образом, кстати, определены все 14 "целевых индикаторов", и это можно считать естественной мерой бюрократической предосторожности: если целевые значения измерять в процентах от неизвестных еще величин, в 2020 году уличить правительство в провале программы не сможет никто. Однако будь разработчики проекта осторожны по-настоящему, они бы взяли на себя труд детальней изучить вопросы национальной гордости и, рискнем предположить, отказались бы от постановки такой задачи.

Во-первых, ошибочным, по всей видимости, является их убеждение, что гордость своей страной — это составная часть патриотизма. "Патриотизм предполагает безусловную любовь к своей стране, которая не связана с признанием достоинств своей страны. Я люблю свою страну, потому что это моя страна, а насколько она хорошая и насколько я ею горжусь — это другой вопрос. То есть гордость — вполне самостоятельный феномен",— объясняла на апрельской конференции Высшей школы экономики научный сотрудник лаборатории сравнительных исследований массового сознания ВШЭ Маргарита Фабрикант, соавтор сравнительного исследования "Гордость человека своей страной: индивидуальные и страновые детерминанты".

Во-вторых, гордость бывает разной. Исследование ВШЭ подтвердило, что полезно различать нормативную гордость, которая усваивается человеком "в готовом виде", без включения критического восприятия, и рациональную, требующую от него некоторых когнитивных усилий, сопоставления сведений о реальности и своих представлений о том, какими достижениями можно гордиться. Корреляция между первой гордостью и второй, по словам Фабрикант, "есть, но весьма умеренная".

На страновом уровне на нормативную гордость хорошо влияет религиозность, а на рациональную — уровень ВВП и индекс человеческого развития. Что же касается индивидуальных детерминант, то, по словам Фабрикант, "профиль человека с высокой национальной гордостью — это приятное сочетание высокого социального положения и низкого образования".

Как объясняет социолог, люди с высоким социальным статусом, удовлетворенные своим положением, "проецируют эту удовлетворенность на ситуацию в стране" и "в какой-то мере могут просто ценить то, что страна им дала". А у образованных людей лучше развито критическое мышление, что мешает усвоению "нормативной гордости", и выше ожидания, что не позволяет им на рациональном уровне гордиться достижениями, которые другим показались бы достойными гордости.

Из всего этого следует, что основная деятельность Минобразования — развитие образования — гордости только вредит. И лучшее, что может сделать министерство как соисполнитель будущей программы патриотического воспитания (наряду с Росмолодежью, Минобороны и Минкультуры),— привести образование к необходимому минимуму.