Россия столкнулась с масштабной экологической катастрофой: в Краснодарском крае и Адыгее погибли реликтовые самшитовые леса. Вид, переживший ледниковый период, почти полностью уничтожен бабочкой огнёвкой — вредителем, занесенным в растениях, которые были закуплены в 2012 году в Италии для сочинской Олимпиады. Экологи утверждают: огнёвку можно было остановить несколько лет назад, но «ведомства перекладывали ответственность друг на друга». Сейчас речь идет уже лишь о попытке спасения вида — Минприроды собирается создать питомник для выращивания самшита, чтобы когда-нибудь попробовать снова высадить его в природе.

Самшит колхидский (Buxus colchica) — реликтовое растение, которое 1,8 млн лет назад сумело пережить последний ледниковый период. В дикой природе леса-самшитники сохранились лишь на Кавказе — в России, Абхазии, Грузии, также растение встречается на горных участках черноморского побережья Турции. Самшитники тысячелетиями выполняли важную функцию: теплые влажные леса участвовали в регулировании водного баланса, а корневая система скрепляла почву каменистых ущелий, предотвращая оползни. В конце XIX века самшитники вырубались ради ценной древесины, позже вид внесли в Красную книгу и он начал восстанавливаться.

При подготовке к сочинской Олимпиаде 2014 года значительная часть инфраструктуры была возведена на особо охраняемых территориях (ООПТ), напоминает директор «WWF России» Игорь Честин. В частности, только при строительстве дороги на Красную Поляну были вырублены более 23 га самшита колхидского. Ущерб природе пообещали компенсировать: в 2012 году в ходе акции «Зеленый марафон» на территории олимпийской деревни высадили саженцы другого вида — шарообразного самшита вечнозеленого. Организаторы с гордостью подчеркивали, что их специально привезли из итальянского питомника. «Высаживая тысячи деревьев, мы вместе создаем зеленое наследие Олимпиады уже сегодня,— говорил в интервью президент оргкомитета "Сочи 2014" Дмитрий Чернышенко.— И в очередной раз подтверждаем наше стремление провести в 2014 году Игры в гармонии с природой».

Всего лишь через пять лет самшитники Кавказа оказались на грани полного исчезновения.

Карта: ЦЗЛ Краснодарского края / WWF России

«Победила чья-то жадность»

В сентябре 2012 года научный сотрудник Сочинского нацпарка Наталья Ширяева в «Питомнике временного содержания» осматривала закупленный для благоустройства олимпийской деревни самшит. На нескольких саженцах она обнаружила необычных гусениц — зеленых с темными полосками на спине. Доктор биологических наук сразу распознала самшитовую огневку Cydalima perspectalis, бабочку-вредителя из Азии. В 2006 году огневка попала в Германию из Китая и за несколько лет разлетелась по всей Европе. А ее гусеницы при этом уничтожали декоративный самшит, популярный в ландшафтном дизайне. Но на юге России, где сохранились естественные самшитники, ее никогда раньше не встречали.

Тут же был составлен акт об обнаружении опасного вредителя, в документе предписывалось сжечь посадочный материал, но, как выяснилось позже, дорогостоящие саженцы лишь обработали инсектицидом и высадили в природу. «Победила чья-то жадность»,— констатировал замглавы Сочинского нацпарка по научно-исследовательской работе Борис Туниев.

Спустя год жители южных городов начали замечать, что в парках, скверах и на дачных участках массово засыхает самшит. В Сочи, Геленджике, Новороссийске, Краснодаре, даже в Грозном вечнозеленые деревца пожелтели и сбросили листья. В реликтовых самшитниках ситуация была еще хуже — специалисты Рослесозащиты фиксировали «погрызы и дехромацию листьев, места окукливания, экзувии куколок, паутинные гнезда, а также самих личинок, куколок и имаго». Благодаря субтропическому климату Сydalima perspectalis стала давать потомство минимум четыре раза в год, а горно-долинные ветра помогали бабочкам быстро захватывать новые территории. Мягкую зиму гусеницы переждали под корой самшита, питаясь живыми тканями растения, а потом пустились в путь.

Природных врагов на Кавказе у них не нашлось: насекомые содержат ядовитые алкалоиды. «На родине ее распространение сдерживали миллионы лет эволюции — за это время в Азии появился целый спектр врагов, которые ее поедают,— объясняет директор регионального отделения WWF России "Российский Кавказ" Валерий Шмунк.— А для обитателей Кавказа эти гусеницы слишком токсичные. Должно было пройти время, прежде чем кто-то начал их есть. Но этого времени у самшита не оказалось».

Летом 2014 года вымерли деревья Хостинской тисо-самшитовой рощи, популярной у туристов. «Личинки насекомых в короткий срок распространились на 99% насаждений самшита, уничтожили листву; не менее 70% уникальных самшитников рощи можно считать погибшими»,— сообщалось на сайте Кавказского заповедника. Туристы на форумах жаловались, что деревья облеплены паутиной, из которой на людей валятся гусеницы, оставляя на коже ожоги. В августе рощу посетил глава Минприроды Сергей Донской — там он провел совещание по вопросу борьбы с вредителем.

«На том этапе огневку еще можно было остановить, тщательно обработав зараженные территории химией, пестицидами,— говорит Валерий Шмунк.— Но самшит растет преимущественно в ООПТ либо рядом с водой. И это оказалось ключевым фактором в его печальной судьбе». Закон запрещает проводить истребительные мероприятия в заповедниках и нацпарках. Точно так же нельзя распылять химию в водоохранной зоне — чтобы препараты не попали в водотоки. «Руководители ООПТ понимали, что другого выхода нет, надо применять химию. Но если на свой страх и риск опрыскаешь растения в нарушение закона, будешь потом объясняться с прокуратурой,— сказал “Ъ” Борис Туниев.— Началась бесконечная переписка с Минприроды, чтобы они внесли нужные поправки в закон. Или добились введения в регионе режима ЧС, чтобы можно было на время обойти законодательство. Но этого так и не было сделано».

«В данном случае природоохранное законодательство помешало сохранению природы,— говорит Валерий Шмунк.— Нужно было принимать экстраординарные меры, а ведомства просто перекладывали ответственность друг на друга». В начале 2015 года глава Минприроды Сергей Донской обратился в Генпрокуратуру — с просьбой установить причастных к попаданию самшитовой огневки в Россию. «Вредители появились при озеленении олимпийских объектов импортным посадочным материалом. Не исключаем, что это было сделано умышленно»,— заявлял министр. Реакция Генпрокуратуры на это обращение неизвестна.

Экологи и ученые считают, что заражение огневкой произошло из-за того, что Россельхознадзор не наладил должного контроля над ввозом растений. «Более того, они до сих пор не внесли самшитовую огневку в карантинный список, хотя мы еще в 2015 году обратились с запросом»,— говорит Валерий Шмунк.

«Нас подключили уже на том этапе, когда насекомые настолько распространились, что изменить ситуацию было невозможно»,— говорит “Ъ” помощник директора Всероссийского центра карантина растений Андрей Крутов. «По закону объекты вносятся в карантинный перечень, если средства, затраченные на борьбу с ними, превышают потенциальный ущерб,— объяснил он.— А в 2015 году огневка и так была уже повсюду». Господин Крутов напомнил, что закон о карантине растений был принят только в 2014 году, «он долго лежал без движения, сложно проходил через парламент и, честно говоря, запоздал».

«Принести гусеницам завтрак на блюде»

В 2015 году бабочки перелетели через Кавказский хребет — к самшитникам Адыгеи. Уничтожив 500-летний памятник природы «Массив самшита колхидского», огневка вышла на международный уровень — отправилась за пропитанием в Грузию и Абхазию.

Не дождавшись разрешения на использование химии, российские лесники попробовали остановить огневку биологическим оружием. В 2016 году в Цицинском лесничестве Адыгеи в качестве эксперимента был выпущен китайский эулофид — крохотная мушка, откладывающая яйца в куколки других насекомых. Развиваясь, личинки изнутри пожирают «хозяина». «В мире при борьбе с вредителями обязательно используются их биологические враги-энтомофаги,— рассказал “Ъ” руководитель эксперимента, заведующий лабораторией защиты леса ФБУ ВНИИЛМ Юрий Гниненко.— В лаборатории эулофид показал очень хороший результат, но в природе смертность огневки составила 50–60%. Все-таки здесь слишком высокая численность вредителя — если бы можно было использовать препараты, а уже потом выпустить мушек, то все получилось бы».

Сейчас, в 2017 году, на территории России спасать от огневки уже практически нечего. «В стране осталось только четыре сохранившихся участка самшита,— говорят в природоохранной организации "НАБУ-Кавказ".— Три находятся в Адыгее (4,5 га) и один в Краснодарском крае — узкая полоса около 1 га». Этим летом специалисты «НАБУ-Кавказа» вместе с волонтерами провели две экспедиции для поиска не известных ранее самшитников, но все найденные деревья также были объедены гусеницами.

«Все, что мы можем сделать, пока не разработаны эффективные и безопасные меры борьбы с вредителем,— это обеспечить сохранение генного материала самшита колхидского. Который затем будет высажен в местах его обычного произрастания,— сообщил “Ъ” замглавы Минприроды Краснодарского края Дмитрий Медянцев.— Площадка под резерват будет выбрана в одном из высокогорных районов края, где огневка не выживает».

Борис Туниев говорит, что перед высадкой необходимо подождать несколько лет — чтобы огневка доела весь самшит и умерла от голода: «Начинать посадки до этого — все равно что принести гусеницам завтрак на блюде». Но ситуация осложняется тем, что стратегия по борьбе с огневкой должна быть скоординирована с властями Грузии и Абхазии. «Например, сейчас в Абхазии регулярно проводят химобработку вдоль Рицинского шоссе, при которой часть бабочек все равно выживают,— говорит господин Туниев.— Если через несколько лет мы начнем высаживать самшит, то из абхазского тлеющего очага бабочки тут же прилетят к нам. Так что решение должно быть общим».

«Даже если удастся сохранить самшит в резерватах, это не исправит уже нанесенного урона природе,— говорит Юрий Гниненко.— Он растет очень, очень медленно. За 70 лет дерево вырастает до двух-трех метров. А в погибших самшитниках были деревья от десяти метров — то есть чтобы их восстановить, нужно ждать лет 500. Ни мы, ни наши дети уже никогда не увидим самшитовых лесов».

Александр Черных, Ольга Никитина; Анна Перова, Краснодар