Год назад власти Приднестровья обратились к России с просьбой принять ПМР в состав федерации «по примеру Крыма», но получили от ворот поворот.

Сегодня перспективы непризнанной республики еще более туманны, чем у оккупированных Россией украинских территорий: у Кремля закончились деньги на помощь пророссийским «очагам нестабильности».

События последних недель в Украине и России полностью затмили собой акцию протеста бюджетников Приднестровья. В последние дни февраля на мероприятие в центральном парке Тирасполя против роста тарифов и цен в сфере ЖКХ, медицине и образовании, инициированное Общественным движением «Народное единство», вышло около 700 человек.

Власть ПМР боится Майдана

Возмущение у населения непризнанной республики вызвали несколько решений руководства ПМР. В частности, тот факт, что с начала 2015 года вдвое уменьшилась надбавка к пенсиям, которая выплачивалась из бюджета непризнанной республики, а также не была выплачена традиционная «российская надбавка». Кроме того, с января в Приднестровье начались задержки по выплатам заработных плат бюджетникам (часть зарплат за январь правительство обещает выплатить в марте). Тем временем, с марта в непризнанной республике вводится «особый порядок финансирования зарплат и пенсий», согласно которому зарплаты и пенсии в ПМР будут выплачиваться на уровне 70%. Оставшиеся 30% «будут считаться задолженностью, и по мере пополнения казны будут возвращаться гражданам». Но, судя по пусть и немногочисленной акции протеста, состоявшейся в прошедшие выходные, сами граждане не очень в это верят.

Собственно, это событие можно считать знаковым для непризнанной республики. Знаковым в том смысле, что это – первая акция протеста с тех пор, как стало известно, что Россия отказалась предоставить Приднестровью финансовую помощь (в январе текущего года) – деньги, за счет которых и жила мятежная территория Молдовы. А также в том, что все чаще приднестровцев пугают словом «Майдан».

В частности, один из главных организаторов митинга, депутат парламента непризнанной республики Анатолий Дирун, заявил, что идея проведения этой акции протеста вызвала «странную реакцию руководства республики»:

«Это и критика общественников, инициировавших мероприятие, и попытка напугать приднестровцев тем, что митинг – это путь к Майдану, запугивание, запрет посещать мероприятие и административное давление на представителей бюджетных и иных организаций». При этом депутат отметил, что это свидетельствует об одном – «власть боится собственного народа».

По его словам, «Приднестровью не нужны Майданы», но работу руководства ПМР по линии внешнеполитического взаимодействия с Россией политик назвал «недостаточной».

Эта акция протеста, в принципе, могла бы остаться незамеченной, если бы не реакция на нее президента Приднестровья Евгения Шевчука. 2 марта глава ПМР обратился к жителям непризнанной республики с призывом не принимать участия в подобных мероприятиях, поскольку «мы видим и помним, как начинались события на Майдане, на первом этапе требования были тоже социально-экономические». При этом Шевчук напомнил желающим помитинговать, что «в Приднестровье достаточное количество соответствующих органов, чтобы пресечь противоправные действия».

По утверждению президента ПМР, подобные акции активно финансируются как извне, так и внутри страны. «Нужно понимать, что Приднестровье имеет твердый, жесткий курс внешней политики. Не всем этот курс нравится. Мы годами ощущаем на себе экономическое давление и санкции, направленные на то, чтобы изменить мнение народа, курс властей в этой ситуации», - заявил Шевчук.

Тактика России – поматросила и бросила

Впрочем, экономические проблемы в Приднестровье, во многом зависимом от России, связаны не столько с давлением на ПМР Запада, сколько с ситуацией в РФ, аннексировавшей украинский Крым и развязавшей войну на украинском Донбассе. Первые заметные отголоски санкций запада против главного «донора» Приднестровья Тирасполь почувствовал летом 2014 года. Сейчас давление на РФ лишь продолжает усиливаться, и у Москвы попросту не остается средств на поддержание созданных самой же Россией очагов нестабильности на просторах бывшего СССР.

Это приводит к тому, что финансирование крупных промышленных предприятий Приднестровья, доля в которых принадлежит ряду российских олигархов, сворачивается. «Из Приднестровья ушла структура Алишера Усманова, который владел, например, расположенным в Рыбнице Молдавским металлургическим заводом. Непростая ситуация складывается и вокруг Молдавской ГРЭС, владельцем которой является российская компания «Интер РАО». Дальнейшее ухудшение ситуации с бюджетом ПМР неизбежно», - рассказал УНИАН политолог, директор Центра исследований проблем гражданского общества Виталий Кулик.

По его словам, Россия субсидировала ПМР через две схемы: давала разрешение тратить на внутренние нужды средства, собранные за поставленный Россией газ в Приднестровье и предоставляла социальную помощь – 15 долларов США доплат каждому пенсионеру ежемесячно. При этом, газовый счет за потребленное в Приднестровье «голубое топливо», «Газпромом» исправно выставлялся Молдове, которая традиционно по нему не платила.

В настоящий момент экономические агенты ПМР стали заложниками российских санкций против Молдовы из-за евроинтеграции (все приднестровские предприятия используют молдавское таможенное обеспечение). Одновременно, Россия исчерпывает свои ресурсы, у нее накапливаются внутренние противоречия. Поэтому «по-богатому» содержать сепаратистские «республики» становится накладно.

В этой связи властям ПМР все труднее скрывать тот факт, что девальвация российского рубля значительно отражается на экономике непризнанной республики. Так, падение российской валюты уже снизило объем поступающих из РФ в ПМР денежных переводов. Эксперты связывают это с тем, что покупательная способность трудовых мигрантов падает, поэтому они вынуждены отказать в помощи своим родственникам в Приднестровье. К этому следует добавить и начавшееся в России сокращение зарплат…

С другой стороны, внешнеэкономическая коньюнктура также складывается явно не в пользу приднестровской продукции, которая сбывается в странах ЕС, Украине или России. «В итоге, началось существенное ухудшение социально-экономической ситуации, а местные власти не в состоянии реализовать антикризисные меры… Уже сегодня в Приднестровье отмечается нехватка наличной иностранной валюты. Происходит массовый выезд трудоспособного населения из региона. Вероятно, что Москва не даст Приднестровью «умереть с голоду», но финансовая помощь будет на уровне выживания, что, в свою очередь, спровоцирует социально-экономическую нестабильность в регионе», - прогнозирует Виталий Кулик.

С таким мнением согласен и политолог, директор Центра внешнеполитических исследований ОПАД Сергей Пархоменко. По его мнению, в этой ситуации, чтобы выжить, Приднестровье «обречено или повернуться лицом к Молдове, или, по отдельным пунктам, договариваться с Украиной».

В поисках врага

Впрочем, руководство ПМР упорно держит курс в Таможенный союз (хотя интеграция непризнанной республики в ТС или в ЕС является бессмыслицей, так как Приднестровье не является субъектом международного права). И позиционирует Украину и Молдову в качестве врага, рассказывая жителям региона об экономической блокаде со стороны этих стран, усиливающей проблемы ПМР.

На сегодняшний день такие заявления руководства Приднестровья, очерняющие Украину и Молдову, являются не более, чем голословным пиаром, учитывая тот факт, что экспорт ПМР ориентирован как раз на Украину, Молдову и страны ЕС.

В частности, по итогам 2014 года только 14% экспорта ПМР шло в Россию. Да и он постепенно уменьшался из-за девальвации рубля и снижения покупательной способности россиян. В то же время, ряд приднестровских предприятий, работающих на экспорт в Россию, уже пострадали из-за того, что сырье для своих товаров, приобретаемое из РФ, им приходится закупать не за рубли, а за доллары или евро, так как стоимость некоторых товаров зафиксирована в валюте.

Собственно, по данным Государственного таможенного комитета ПМР, в январе 2015 года, по сравнению с январем 2014 года, объем приднестровского экспорта в РФ сократился в 3,5 раза. В то же время, доля Молдавии в потреблении экспорта из Приднестровья выросла с 36,6% до 56,7%, а экспорт в Украину превысил объемы экспорта в Россию на сумму около 500 тысяч долларов. Грубо говоря, если бы блокада действительно существовала, это было бы просто невозможно. В этой связи, с точки зрения экономической целесообразности, настойчивость Приднестровья в вопросе интеграции с Россией смехотворна.

Любопытно, что после того, как Молдова осенью 2014 года начала имплементацию положений Соглашения о зоне свободной торговли (ЗСТ) с ЕС – а Украина планирует начать этот процесс с 2016 года – европейцы пошли на уступки и Приднестровью. В частности, до конца 2015 года было продлено предоставление автономных торговых преференций. Однако если по истечению этого срока ПМР примет решение не присоединяться к Соглашению об ассоциации ЕС-Молдова в части ЗСТ, непризнанная республика и вовсе потеряет экономические преференции с Евросоюзом, что еще сильнее усугубит экономическую ситуацию в регионе.

Это прекрасно понимают представители малого и среднего бизнеса ПМР, работающего, в основном, в сфере торговли и услуг. Предприниматели непризнанной республики уже не первый год стараются регистрировать свои предприятия в Молдове. Но и тут возникают проблемы. Во-первых, значительная часть приднестровских экономических агентов ориентирована на ГОСТы и качество продукции российского или евразийского рынков. Во-вторых, чтобы бизнесу ПМР «пробиться в ЕС», прежде необходимо решить политические проблемы между Тирасполем и Кишиневом. «А этого в ближайший период не произойдет, - отмечает Виталий Кулик. – Более того, окончательное урегулирование приднестровского конфликта возможно лишь после того, как будет решен наш конфликт на Донбассе».

Туманное будущее непризнанной республики

К слову, первый «звоночек» относительно вероятности именно такого развития событий прозвучал для Приднестровья еще год назад, когда Тирасполь, на фоне «принятия» Крыма в состав Российской Федерации, сделал попытку воссоединиться с Россией. В марте 2014 года Верховный Совет Приднестровья попросил Госдуму РФ разработать закон, который позволил бы принять непризнанную республику в состав РФ вслед за Крымом. Россия же, в свою очередь, дала понять, что видит будущее ПМР несколько иным – в составе Молдавии, но с особыми правами, дающими возможность влиять и блокировать ряд решений Кишинева.

Но, если раньше российские политики говорили об этом визитерам из Тирасполя полунамеками, то теперь озвучивают уже прямым текстом. В частности, в январе текущего года замглавы МИД России Григорий Карасин заявил, что «Приднестровье могло бы быть особым районом в составе Молдовы». Немногим ранее глава МИД РФ Сергей Лавров напомнил, что в ходе урегулирования приднестровского конфликта между сторонами существовала договоренность «искать особый статус Приднестровья в рамках уважения к территориальной целостности Молдовы, которая должна оставаться суверенным государством, имеющим военно-политический нейтралитет». Другими словами, если Кишинев откажется от перспектив вступления в НАТО и даст «особые гарантии» Тирасполю.

Сейчас похожий сценарий Москва пытается навазять и Киеву в разрешении ситуации с Донбассом.

Как бы там ни было, ставка Приднестровья на идеологию «осадной крепости», похоже, приведет к поражению нынешнего руководства ПМР и, возможно, силовой реигтеграции региона в Молдову или Украину. «Мы просто будем вынуждены помочь украинским гражданам (100 тысяч человек), проживающих в зоне конфликта», - считает Кулик.

В этой связи, по его мнению, лучшее, что Тирасполь может сделать в нынешней ситуации – начать политическое сближение с Украиной и Молдовой с целью не только удержать мир в регионе, но и решить собственные социально-экономические проблемы.

Татьяна Урбанская

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter