Утром 2 июля 1881 г. президент Джеймс Гарфилд в сопровождении своего министра иностранных дел Джеймса Блейна приехал на центральный вокзал Вашингтона, чтобы отправиться на морское побережье в штате Нью-Джерси и провести там со своей семьёй праздник Дня независимости. Жена президента только что оправилась от очень тяжёлого приступа малярии, и президент волновался за её здоровье. В те времена Секретной службы ещё не существовало, и президент в общественных местах был доступен, как любой другой гражданин, и каждый мог свободно подойти к нему. Это именно и сделал тихий сумасшедший по имени Чарльз Готье. Подойдя к президенту сзади, он дважды выстрелил ему в спину из пистолета калибра 44 и стал спокойно дожидаться ареста. Не отличавшийся никакими талантами Готье давно уже донимал президента требованиями назначить его послом во Францию.

Вся Америка, затаив дыхание, следила за бюллетенями о здоровье президента, которые все главные газеты Америки вывешивали на стенах своих редакций. Бюллетени эти были бесцеремонно-правдивыми: «Президент был беспокоен, и его вырвало несколько раз в начале ночи; ему успешно поставили питательную клизму для поддержания сил», — гласил один из бюллетеней, вывешенных на здании редакции «Нью-Йорк геральд».

Пока президент терял сознание и вновь приходил в себя, у его постели собрали самых известных людей страны в надежде, что они придумают что-нибудь более радикальное, чем питательная клизма. Александр Грэхем Белл, находившийся в самом пике своей славы, придумал металлодетектор, сигнал от которого звучал в наушнике телефона, который он только что изобрёл, чтобы найти, где находятся пули, застрявшие в теле президента, однако прибор давал беспорядочные сигналы, как будто все тело президента было набито пулями. Белл не знал, что в матраце президента были металлические пружины (такие матрацы только что появились в продаже, и Белый дом их приобрел) и прибор их-то и регистрировал.

Лето 1881 г. было очень душным. Чтобы хоть немного облегчить состояние раненого президента, группа военно-морских инженеров, специалистов по вентиляции, была вызвана в Белый дом, и им было поручено каким-либо образом снизить температуру в комнате, где лежал президент. Они установили большой металлический ящик, заполненный смесью льда, воды и соли, в который обмакивались куски махровой ткани, впитывавшие в себя ледяную воду. Вентилятор нагнетал воздух с улицы, который охлаждался, проходя между слоями ткани, а затем очищался угольными фильтрами перед тем, как попадал в спальню президента. Хотя устройство это и не было очень эффективным: за 58 дней было истрачено 250 тонн льда, но задачу свою оно выполнило, охладив комнату до терпимой температуры в 27 градусов вместо 38 градусов на улице. Так был построен первый в истории кондиционер.

К сожалению, ничто не могло спасти раненого президента, и вечером 19 сентября, через два с половиной месяца после покушения, он скончался.

Убийство это привело к важным политическим изменениям. Оно ещё раз подтвердило пагубность практики «дележа добычи» — раздачи постов в правительстве «своим людям» после выборов нового президента, о которой нью-йоркский политик Уильям Марси говорил: «Вся добыча — победителю». При этой порочной системе новоизбранный президент назначал сотни новых чиновников — от провинциальных почтмейстеров и смотрителей маяков до послов в зарубежные страны. Это было удобным способом вознаграждения верных сторонников, но отнимало очень много времени и (как это показал Чарльз Готье) вызывало недовольство «обойдённых» кандидатов. Через два года после покушения на Гарфилда конгресс постановил отказаться от этой практики.