Чеченский Бумеранг Андрей Пионтковский: Всем почему-то не терпится меня засудить

Мысль изреченная, является материальной силой. Соображения, высказанные мною в разное время на чеченскую тему, провиденциально влияют на мою личную судьбу. Вот, например, "Россия в составе Чечни", формула, предложенная мною еще лет 15 назад. Уж как я ни полоскал (вполне заслуженно) российскую власть, был жив, здоров и на свободе до недавних пор. Один раз, правда меня уже пытались судить за "возбуждение ненависти к русскому, еврейскому и американскому народам" (так дословно было написано в государственном обвинении), но я был оправдан в Басманном (!) суде в ноябре 2008 года. Такие были вегетарианские времена. А тут вот недавно отозвался недостаточно почтительно об академике Кадырове и весь чеченский "парламент" в едином триумфе воли потребовал судебной расправы над автором.

И стоило скандально известному Лорду с собачкой (г-ну Даудову) озвучить эту волю, как все федеральные мордорские структуры – Дума, СК, ГП, ФСБ – бросились сами, как собачонки, вырывая друг у друга инициативу, угождать руководству самого равноправного субъекта федерации. Уж не уберечь ли меня за тюремными стенами хотят гуманные федералы от доведенных до отчаяния овчарок Даудова? Чем вам не еще одна иллюстрация "России в составе Чечни" как закономерного итога двухвековых попыток имперских садистов-импотентов изнасиловать самый трудный для них народ?

Получил я на личном опыте подтверждение и другого еще более горького вывода, сделанного мною после убийства Анны Политковской и двух судебных процессов над ее убийцами. Впрочем об этом нас предупреждал еще гениальный автор "Хаджи-Мурата". Преступления, которые в течение двух столетий от нашего имени совершались в отношении чеченцев российской Империей в различных ее ипостасях, были настолько продолжительны и масштабны, что многие, не все, но очень многие чеченцы перестали утруждать себя попытками различать оттенки этих русских.

Путин, Фурман, Шаманов, Политковская, Буданов, Немцов принадлежат в их представлении к одной и той же категории существ, к которым они, как писал Лев Николаевич, испытывали чувства уже другие нежели ненависть.

Почитайте, например, какие клокочущие, совсем другие нежели ненависть чувства вызвала моя статья "Бомба, готовая взорваться" не у г-на Даудова, а совсем у другого чеченца, непримиримого противника Кадырова и Даудова, политического эмигранта активного блогера Мусы Таипова.

В моем предупреждении о возможном новом походе силовиков в Чечню и в призыве освободиться от имперского наваждения, заставляющего третье столетие подряд разрывать снарядами и бомбами клочок земли, населенный так и не покорившимся самым трудным для России народом, он умудрился прочесть оправдание геноцида чеченского народа и мое сожаление , что не всех чеченцев удалось уничтожить. Прочтите два текста сами и сравните.

Я уверен, что Муса Таипов искренен в тех нелепостях, которые он обо мне, пособнике геноцида, которого нужно судить, несет. Всем почему-то не терпится меня засудить. Я его понимаю. В 1942-м году, когда судьба русского народа висела на волоске, самым действенным лозунгом пропаганды были два слова: Убей немца. Для чеченцев их 1942-ой год продолжается уже 200 лет.

Именно поэтому, рискуя стать рецидивистом и еще больше увеличить число граждан, которые хотели бы меня судить или убить, я настоятельно повторяю, что два этноса с такой историей взаимоотношений не могут и не должны жить в одном государстве. Россия должна выйти из состава Чечни. Чечня должна выйти из состава России. (В этом, кстати, моя позиция кардинально отличается от взглядов Навального или Яшина) Только через десятилетия межгосударственного общения наши отношения смогут придти к некой нормальности.

P.S.

– Вы согласны с цитатой из текста Пионтковского: "Два этноса с такой историей не могут и не должны жить в одном государстве"?

– К сожалению, согласен.

Из интервью Ахмеда Закаева радио "Свобода"

Андрей Пионтковский