Наши соотечественники падают в долговую яму не одни — тянут за собой поручителей, созаемщиков, бывших и действующих супругов и даже наследников. А после вступления в силу закона о банкротстве проблемы могут возникнуть и у того, кто в число наследников не попал.

ЕКАТЕРИНА АЛИКИНА, МАРИЯ ГЛУШЕНКОВА

"Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему" — с этой фразы, как известно, Лев Толстой начал роман "Анна Каренина". С тех пор в России появилось потребкредитование, которое помогло отчасти систематизировать несчастливые семьи. Два месяца назад супруги С.— он москвич, менеджер среднего звена, она бизнес-тренер, коренная москвичка,— решили развестись. За время супружеской жизни они купили квартиру в Москве, земельный участок и даже начали строительство дома. "Естественно, все покупалось в кредит. Расплачивались мы оба",— говорит Виктор С., теперь уже холостяк. Квартира семьи была оформлена в ипотеку, а на строительства дома бралась ссуда в банке, и, когда пришло время оформлять развод, супруги решили поделить все так: жена взялась выплатить до конца ипотеку, и ей досталась квартира. А мужу — недостроенный дом и долги за него.

Однако кредиторы, "Дельтакредит" и Сбербанк, выступавшие третьей стороной, не согласились пойти на переоформление долгов. В итоге супругам пришлось заключить договор, в котором было записано, что один из них выплачивает кредит в Сбербанке, а другой — в "Дельтакредите". "Однако по каждому кредитному договору обязанными остаются оба супруга",— говорит эксперт правового сервиса 48Prav.ru Елена Габриелян. До полного погашения кредита ни продать, ни как-либо иначе распорядиться квартирой или домом нельзя, потому что они находятся в залоге у банков.

Подобные ситуации с ипотечными долгами, которые пытаются при разводе разделить супруги, сегодня очень распространены. Проблема в том, что муж и жена заключают договор с банком как созаемщики. "В рассматриваемом случае один из супругов отказался от своего права на имущество, но, к сожалению, это не дает ему права отказаться от своих обязанностей по договору кредитования, поскольку это является существенным условием, а их можно изменить только с согласия кредитора (банка), что не в интересах банка. Поэтому маловероятно, что банк пойдет на уступки",— говорит управляющий партнер консалтинговой компании Heads Александр Базыкин. В случае, когда один из супругов выступает поручителем, все еще проще. Например, муж выплачивает долг, а у жены как поручителя возникают обязательства перед банком, только если супруг перестает платить. Но отказаться от гарантий нельзя.

С долгами по автокредитам, как правило, разбираются проще. Разве что автомобиль при разделе совместно нажитого имущества суд обычно передает тому, кто раньше им пользовался. "Второй супруг, исходя из принципа равенства долей, в этом случае получает компенсацию от обладателя авто в размере половины его рыночной стоимости,— говорит руководитель практики частных клиентов юридической фирмы ЮСТ Татьяна Старикова.— И долги также в равных долях преследуют и владельца машины, и супруга, получившего компенсацию".

Должниками оба супруга остаются, пока не расплатятся. Причем банк может взыскивать деньги с них как совместно, так и порознь. И в этом смысле, пожалуй, больше других не позавидуешь сейчас экс-супругам валютных ипотечных заемщиков. "Если теперь стоимость квартиры не перекрывает долг по кредиту, то бывшие супруги лишатся квартиры и еще должны будут. Причем отвечать будут всем своим имуществом, за исключением того, на которое не может быть обращено взыскание",— говорит председатель коллегии адвокатов "Старинский, Корчаго и партнеры" Владимир Старинский.

Юристы напоминают, что в основе российского семейного законодательства лежит не только принцип солидарной ответственности, но и принцип равенства долей. Хотя встречаются и исключения. "Суд вправе отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе исходя из интересов несовершеннолетних детей",— рассказывает Татьяна Старикова. Но поскольку долги супругов распределяются пропорционально присужденным им долям, то и получивший большую долю, например, в квартире, купленной в ипотеку, будет вынужден погашать оставшуюся часть задолженности перед кредитором в большем объеме, нежели "обделенный" супруг.

Если в случае с долгами по ипотеке и автокредитами муж и жена остаются в одной связке, пока не расплатятся по кредиту, то с другими долгами дело обстоит проще. "Долги супругов могут оказаться не только общими, но и личными,— рассказывает Татьяна Старикова.— В качестве самого яркого примера можно привести многочисленные кредиты и займы любителя азартных игр. По таким долгам должник будет отвечать только своим личным имуществом и своей долей в общей с супругом совместной собственности".

Это правило действует и в обратном порядке. Если потребкредит оформлен на одного из супругов, он может доказать, что деньги были потрачены на нужды семьи. Так, москвичка Елена, разводясь с мужем, смогла доказать, что денежные средства были потрачены на ремонт, то есть на улучшение условий их проживания. Женщина предоставила соответствующие чеки и накладные на покупку товаров для ремонта. Кредит был немаленький — 1 млн руб., на момент развода было выплачено уже 600 тыс. 400 тыс. руб. были распределены между супругами поровну.

Чтобы не возникало проблем с разделом потребительских кредитов, юристы рекомендуют гражданам заключать брачные договоры, в которых надо записать, что каждый супруг платит только по тем кредитам, которые оформлены на его имя. Но к подобным советам юристов мало кто прислушивается.

Долги в наследство

Слово "наследство" у наших соотечественников по большей части ассоциируется с внезапно свалившимся на голову богатством. Эти ассоциации, как правило, связаны с заграничными детективами или книгами вроде "Графа Монте-Кристо". В жизни получение наследства означает приобретение не только разнообразного имущества, но и долгов. В России ответственность по ним закон возлагает на наследников.

Долги распределяются между ними пропорционально полученным долям. "Среди кредиторов по долгам наследодателя преобладают, конечно, банки,— замечает Татьяна Старикова.— Но нередки случаи, когда к наследникам предъявляют требования и управляющие (по долгам ЖКХ), и налоговые органы, а также иные юридические и физические лица". Здесь важно, что, оценив размер долга и размер доли в наследстве, наследник, если долг больше, может отказаться от своей доли, то есть и от долгов.

Самые серьезные проблемы у наследников могут возникнуть, когда долги — это банковские кредиты. Юристы приводят в пример недавний случай, когда в одной московской семье умер взрослый сын. При жизни он набрал мелких кредитов на общую сумму около 180 тыс. руб. Сложность состояла в том, что проценты по кредитам начислялись и после его смерти.

По словам юристов, как правило, после смерти должника банки отказываются расторгнуть договор и в течение шести месяцев ждут, пока наследник вступит в свои права. Понятно, что просрочка растет в течение этого времени. В данной истории отец на ранней стадии подключил юриста, и после его разговора с начальником юридического департамента банка вопрос был решен. Родители заплатили долг и начисленные до смерти сына проценты, после чего договор был расторгнут.

Посмертное банкротство

Совсем недавно у наследников появился совершенно новый пул рисков, связанный с вступлением в силу закона о банкротстве физлиц. "Кардинальное новшество заключается в том, что теперь гражданина могут признать банкротом даже после его смерти. В этой ситуации наследники будут привлекаться к делу о банкротстве, и кредиторы смогут предъявлять свои требования к наследственной массе",— рассказывает Юлия Литовцева, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса юридической компании "Пепеляев Групп".

Дело в том, что конкурсный управляющий может оспорить сделки за последние три года. И если умерший в течение последних трех лет жизни что-то дарил будущим наследникам, то они рискуют это потерять. Допустим, отец перед смертью подарил дочери автомобиль, при этом у него имелись неисполненные обязательства перед банком. "Банк даже после смерти наследодателя может оспорить такую сделку, обязать дочь вернуть автомобиль в конкурсную массу, после чего его выставят на продажу. За счет этих средств будет производиться расчет с кредиторами. То есть взыскание может быть обращено даже на имущество, не входящее в наследство",— говорит Юлия Литовцева.

Сейчас оценить риск подобного развития событий довольно сложно — закон о банкротстве вступил в силу только 1 октября 2015 года. Судя по статистике арбитражных судов, банки стали инициировать банкротство, начав с самых крупных должников. Экс-супругам бизнесменов это ничего хорошего не сулит. "Если имущество приобреталось и не было разделено между мужем и женой в течение трех лет до банкротства, то в этой ситуации кредиторы вправе требовать выделения доли в имуществе даже у того супруга, с которым развелись до трех лет назад. То есть люди разошлись мирно, а кредиторы говорят: "Мы будем делить ваше совместно нажитое имущество". И поскольку по действующему законодательству о банкротстве граждан обращается взыскание на долю супруга в совместном имуществе, делается это следующим образом: все совместное имущество выставляется на торги, а супругу, который не является банкротом, будет выплачена причитающаяся ему доля в денежном выражении",— рассказывает Юлия Литовцева.

Можно было бы подстелить соломку при помощи брачного договора или договора о разделе имущества. Но не факт, что это получится. "И раньше нельзя было утверждать, что брачный договор или договор о разделе имущества — это панацея от требований кредиторов. Статья 46 Гражданского кодекса говорит, что если соглашение о разделе имущества было заключено и супруги при этом не уведомили кредиторов, которые у них имелись на тот момент, то, когда кредиторы придут взыскивать долги, данное соглашение не принимается во внимание. Как будто его и не было. А в деле о банкротстве добавилось новшество. Теперь такое соглашение, которое было заключено в течение трех лет, предшествующих банкротству, можно оспорить как сделку, которая направлена на причинение ущерба кредиторам. То же самое и с брачным договором",— отмечает Литовцева.