Вы держите в руках запрещенную книгу! Не пугайтесь, все книги Воланского в 1853 году были внесены в папский « Индекс запрещенных книг» и приговорены к сожжению. К нашему счастью папская инквизиция не все смогла сжечь.

О книге Ф. Воланского " Письма о славянских древностях"

Этого события, перевода на русский язык, книга ждала долгих полтора века, с тех пор, как ее автор выпустил польское и немецкое издания. Самое первое письмо было адресовано «Уважаемой Петербургской академии». Похоже Воланскому не удалось заинтересовать обнаруженными им фактами древнейшей славянской истории академиков, которые игнорировали послание.

Книга была издана автором на собственные редства в двух частях. Первая часть, содержащая 5 писем с приложением 145 иллюстраций на 12 гравюрах, вышла в 1846 году в Гнездно, древнейшем городе Польского королевства.

Вторая часть, составленная из 7 писем и содержащая 88 иллюстраций на 10 гравюрах, вышла там же, в 1847 году. В письмах автор описал монеты, амулеты и другие предметы, найденные автором в своих экспедициях по славянским землям, а так же изображения древних предметов, полученных от единомышленников. На многих из предметов имеются письменные знаки, которые автор определил как славянские, сами предметы автор отнес к дохристианскому периоду славянской истории и культуры.

Имя Фаддея Воланского часто встречается в трудах первой половины XIX века, у исследователей русской и славянской истории, на его богатейшую коллекцию старинных предметов, амулетов, монет, содержащих славянские надписи, ссылались историки школы Н.С. Тихонравова.

Затем отношение к Воланскому изменилось, и завеса академического молчания покрыла его богатейшие материалы по славянской истории, письменности и культуре дохристианского периода, сделав их неизвестными публике более чем на столетие.

Следует учитывать конкретные мотивы тех общественных слоев, которые определяют содержание учебников по славянской истории и культуре с учетом своих собственных сословных интересов.

Замечательный израильский историк профессор Тель-Авивского университета Шломо Занд в переведенной на главные европейские языки книге «Кто и как изобрел еврейский народ» показал на богатейшем фактологическом материале, как менялись на протяжении одного только XX века концепции происхождения и исторических прав «вечного народа», как аккуратно забывались и вычеркивались из школьного обихода исторические идеи теоретиков сионизма в 50-ые годы XXвека. Оказывается, по Занду, у профессиональных создателей учебников истории нет никаких препятствий морального-этического плана для искажения, сокрытия и даже выдумывания исторических обстоятельств, («Одни побеждали, а другие проигрывали и писали историю» Мавро Орбини) если это востребовано политиками современного государства. (Как творчески копирует израильский опыт современная Украина!) Надо думать, что то подобное имеет место в истории славянских народов.

Вот что сообщает Александр Семенович Иванченко, изучавший рукопись воспоминаний Егора Классена в Русском музее Сан Франциско.

«Когда труд Ф. Воланского в 1847 году вышел в свет в Варшаве, католический примас Польши, входившей в состав Российской империи, обратился в святейший Синод России с просьбой испросить разрешения у императора Николая I применить к Воланскому аутодафе на костре из его книги. Тот, однако, Николай I, которого все наши писатели привыкли изображать невежественным Палкиным, затребовал, тем не менее, сначала книгу Воланского и вызвал из Москвы для ее экспертизы Классена. Простой случайностью это быть не могло.

Вероятно, Николай I знал, что наша дохристианская письменность Классену известна. Потом император приказал «взять потребное количество оной книги под крепкое хранение, остальное же, ДАБЫ НЕ НАНОСИТЬ ВРЕД ДУХОВЕНСТВУ, СЖЕЧЬ, к Воланскому же прикомандировать воинскую команду для СОДЕЙСТВИЯ ЕМУ В ЕГО ЭКСПЕДИЦИЯХ ПО СОБИРАНИЮ ТЕХ НАКАМЕННЫХ НАДПИСЕЙ И ВПРЕДЬ И ОХРАНЕНИЯ ЕГО ПЕРСОНЫ ОТ ВОЗМОЖНЫХ ЗЛОКЛЮЧЕНИЙ».

Так распорядился Николай Палкин. Классену же велел опубликовать в своем сочинении такие таблицы из книги Воланского, которые бы не вызвали НЕДОВОЛЬСТВО РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ, что Классен и сделал со всей предусмотрительностью. Но недовольство со стороны церкви все равно вызвал великое, как теперь раздражает наших ученых историков одно упоминание его имени.

Обратим внимание на ключевые слова «вред духовенству», взятые Классеном из прямой речи императора. Этот фактор действует на протяжении тысячи лет, пока существует духовенство, которое само определяет, что ему вредно-инакомыслие, которым наполнены книги, другими буквами, созданными в другом духовном мироощущении.

Неважно, что это мироощущение принадлежало собственным предкам. Политический заказ существует всегда, и всегда найдутся энтузиасты –исполнители, которые способны забыть собственных родителей, а не только пращуров.

Поэтому неугодные книги становятся не читаемыми вследствие многочисленных реформ языка, проводимых правящими идеологами, и горят уже много сотен лет. Древние, бесценные для мировой культуры статуи взрываются даже в XXI веке, надписи соскребаются или исчезают в таинственных «частных коллекциях».

Сергей Робатань, редактор перевода



