4 декабря русскоязычная трансгендерная женщина из Узбекистана обратилась в Управление гражданства и миграции Минского горисполкома с ходатайством о предоставлении ей убежища в Беларуси. Она попросила журналистов не раскрывать ее имени, белорусская служба Радио Свобода называет ее просто "К."

К. 26 лет. По ее словам, она – лицо без гражданства и оказалась в Узбекистане после того, как начался военный конфликт на территории Таджикистана (1992-1997).

"Я родилась на спорной территории во время развала СССР. Тогда еще границ не было, и эта территория относилась к Таджикистану. Оттуда был массовый отток населения – и в Россию, и в соседние страны, –рассказала она. – Но тем, кто приезжал оттуда в Узбекистан, не давали и до сих пор не дают гражданства".

К. рассказывает, что осталась сиротой.

"Я своих родителей никогда не видела, они меня бросили, – пояснила она. – Воспитывала меня русскоязычная женщина в Узбекистане, но она просто взяла к себе, официальной опеки не было. Эта женщина давно умерла".

Согласно документам "К." – мужчина и на людях выглядит как мужчина. Однако она, по ее словам, делает это, чтобы соответствовать документам. "В домашней обстановке я выгляжу совсем иначе, – говорит К. и показывает фото на телефоне, где действительно выглядит как женщина.

Сама она называет себя женским именем и говорит, что принадлежность к женщинам осознала еще в детстве.

"У меня нет бумаг, которые подтверждали бы мою идентичность. В Узбекистане нет комиссии, которую можно пройти и получить справку о том, что ты трансгендер. Но в Узбекистане есть уголовное преследование за сексуальную ориентацию, до трех лет тюрьмы", –говорит К.

Трансгендер вспоминает, что в Узбекистане ей не раз угрожали смертью.

"Меня четыре раза задерживали МВД и СНБ Узбекистана во время облав. Первый раз было в 2014 году, – говорит К. – Избивали, требовали, чтобы назвала имена таких же, как я. А во время последнего задержания 3 января 2017 года меня изнасиловал сотрудник милиции" (К. назвала его имя в документах, в которых просила убежище).

По ее словам, задержания представителей ЛГБТ-сообщества в Узбекистане, как и в Азербайджане, происходят неофициально.

"Просто заводят человека ночью в отделение, нигде не отмечают. Если с тобой что-то случается, ничего невозможно доказать. А если и есть протокол, то в нем пишут, что человек задерживался для установления личности, – рассказывает К. – Избивают сильно. После дней пять-шесть можешь только лежать".

****

К. рассказывает, что со статусом лица без гражданства она смогла получить лишь среднее техническое образование и не могла официально устроиться на работу.

Однако ей удалось сделать официальные выездные документы.

"В Узбекистане есть выездная виза, как была в СССР. Я полгода ждала и ее получила. Вылетела в Россию, там уже начала какую-то нормальную жизнь", – рассказывает она.

Чтобы иметь в России легальный статус, К. также подала там ходатайство о придании убежища. Но 25 декабря 2017 года российские власти ей в убежище отказали (аналогичное произошло и с узбекским журналистом Али Ферузом).

Из России, по словам К., с ее документами она смогла уехать только в Беларусь.

Правозащитник Наталья Маньковская говорит, что К. помогло минское представительство Управления Верховного комиссара ООН по правам беженцев. Там трансгендеру выдали письмо с просьбой, чтобы К. не задерживали, и написали, что Управление Верховного комиссара ООН по правам беженцев будет помогать ей во время рассмотрения ходатайства в Беларуси.

Власти Беларуси после того, как К. подала ходатайство в Управление гражданства и миграции Минского горисполкома, выдали ей справку, которая на две недели обеспечивает ее легальное пребывание в Беларуси.

"За это время меня должны пригласить на собеседование. Все ко мне вежливо отнеслись. Единственное – обращаются к тебе так, как в документах, то есть, как к мужчине", – рассказывает она.

Трансгендер говорит, что готова пройти психиатрическую комиссию, чтобы подтвердить свою идентичность:

"Я надеюсь, что хотя бы здесь мне поверят. Рассчитываю, что хотя бы здесь мне дадут какой-то статус, чтобы я могла избежать того, с чем сталкивалась, – говорит К. – Здесь намного более толерантное общество. Спокойнее намного".

Белорусские правозащитники говорят, что это первое обращение иностранца к властям Беларуси с просьбой об убежище на основании преследования из-за сексуальной ориентации. Известно, что ранее к белорусским властям уже обращалась гомосексуальная пара с просьбой предоставить убежище, но они уехали из Беларуси еще до того, как по их делу было принято какое-то решение.

​Сама К. говорит, что в Беларуси тоже пока не чувствует себя в безопасности.

"Опасаюсь, что меня просто задержат и сделают так, как будто я не просила убежища, а меня прямо на улице задержали за незаконное пребывание, – говорит она. – И тогда меня депортируют, не афишируя этой истории. А если меня депортируют в Узбекистан, то как минимум посадят. Ведь там власти уже знают, что я просила у России убежища на основании ориентации".

Бывший президент Узбекистана Ислам Каримов публично высказывал свое негативное отношение к гомосексуалам. Новый президент Шавкат Мирзиеев пока таких заявлений не делал.