Е.Канакова― 15 часов и 6 минут в Москве Начинается программа «Персонально ваш». Здесь Яков Широков…

Я.Широков― Добрый день.

Е.Канакова― Екатерина Канакова. И сегодня персонально ваш экономист Сергей Алексашенко. Здравствуйте.

С.Алексашенко― Добрый день, Екатерина. Здравствуйте, Яков.

Я.Широков― Сергей, первый вопрос. Сегодня одна из главных тем дня – это история про российских хакеров, которые вроде бы как взломали избирательные системы в некоторых штатах. И первый вопрос такой: Вот вам такая форма гибридной войны — как?

С.Алексашенко― Нормально. Слушайте, российское государство, находясь в геополитическом противостоянии с США, делает все возможное, чтобы раскачать внутриполитическую ситуацию у противника. И, собственно говоря, поскольку кибервойна, скажем, или кибернападение никак не регламентируется, никаких международных договоров нет; это, вообще даже не относится к категории нападения такого… военного, собственно, — Россия поступает, видимо, абсолютно правильно. Мы не знаем, есть ли действия в обратную сторону, действуют ли американские хакеры в сторону России.

А потом, нужно четко понимать, что все заявления ФБР — в данном случае это ведь ФБР заявило, на самом деле: в «Вашингтон пост» ссылка прямо на представителей ФБР, то есть это не просто по слухам российский след – никто не говорит, что это Россия, как государство. То есть следы хакера ведут в Россию, и есть косвенные доказательства – там было о мощности сервера, об IP-адреса и прочее, — что это все связано с государственными структурами. Но напрямую Россию, как государство, никто пока не обвиняет. Не знаю, что проходит по дипломатическим каналам. Поэтому, с точки зрения России, она поступает правильно. С точки зрения, скажем так, другой части света, как-то все на это смотрят с удивлением и считает, что это несколько нарушает нормы поведения в современном мире.

Е.Канакова― А не рано делать такие заявления, что российские хакеры, если всего лишь косвенные доказательства того, что, собственно, след хакеров…

С.Алексашенко― Екатерина. Нет, смотрите, ФБР сказало, что хакеры точно российские, но косвенные доказательства, что они связаны с госструктурами. Я не могу сказать, что я очень внимательно реестр веду, но здесь я специально перепроверил, прочитал: ФБР заявляет, что это российские хакеры. Это очень редко бывает, что говорят, что именно оттуда: «Мы видим российский след, мы считаем, что это из России». А здесь вот абсолютно четко сказано, что это российские хакеры.

Я.Широков― Но, вообще, это такая вещь, опасная. Если они сейчас вдарят – у нас же выборы пораньше будут, чем у них?

С.Алексашенко― Яков, а куда они могут вдарить? По нашим 146-ти процентам? Они чего с ними сделают: больше или меньше? У нас куда можно вдарить? У нас же, собственно говоря, абсолютно не важно, что находится в базах данных, правда? Собственно говоря, и в Аризоне и Иллинойсе выборы-то еще нескоро, еще даже дебаты будут через 4 недели первые. Идет удар по спискам избирателей. То есть американские избиратели должны зарегистрироваться, свои персональные данные… И, собственно говоря, удар идет по спискам избирателей. Там в одном графстве даже закрыли на неделю работу системы, настолько серьезным было проникновение. И были выпущены специальные инструкции, что делать, как делать, за чем наблюдать и так далее.

А у нас по выборам, куда можно ударить: по базам избирателей? Так она у нас становится известной после выборов, выясняется, сколько у нас избирателей на самом деле в стране существует. По результатам голосования? Ну, как напечатают в протоколах на уровне территориальных избирательных комиссий, так оно и будет. Что используй хакеров, что не используй хакеров, правда? Собственно говоря, вот здесь хакеры как раз не помеха.

Е.Канакова― Скажите, а как должна российская сторона реагировать на такие заявления — просто отмалчиваться и все?

С.Алексашенко― Российская сторона должна реагировать абсолютно внятным дипломатическим языком, что мы здесь ни при чем, ничего не знаем, и, вообще, мы страшно удивлены. А как? Так и должно реагировать. По-другому было бы странно, если бы вышел пресс-секретарь президента и сказал: «Да, мы подтверждаем, что это мы. Наша цель – родной штат сенатора Маккейна». Нет, конечно. Мы ничего не знаем, ничего не слышали. Подумаешь, какой-нибудь ресторатор Пригожин на свой ольгинской фабрике посадил каких-то бойцов и они там за счет денег, полученных от контрактов на обслуживание Минобороны, чего-нибудь сделали. Государство-то здесь при чем? Частная инициатива у нас никому не запрещена, правда? Люди развлекаются, у них много свободного времени. У них много интеллектуальных этих… извилин.

Я.Широков― Кстати, в Москве-то сегодня отреагировали, что никаких официальных данные от Вашингтона они и не получали.

С.Алексашенко― Да, да. Яков, еще раз: ведь официально не звучит обвинений в адрес российского государства. А обвинять российское государство в том, что оно не борется с частными хакерами, об этом делать громких заявлений не надо. Я думаю, какая-нибудь нота придет в МИД – потихонечку будут ее спускать на тормозах.

Я.Широков― Кстати, вы отметили, что один из штатов – это вотчина Маккейна, а у меня сразу теория заговора возникла: а не может ли быть причиной того, что этот штат попал под атаку хакеров как раз то, что там Маккейн постоянно окормляется?

С.Алексашенко― Это может быть, конечно. Я вообще, считаю, что в таких вещах мало случайного. И, собственно говоря, так же как второй штат – Иллинойс – штат Обамы, тоже не надо забывать. Да, демонстративно из 50 штатов выбраны 2. Случайно попалось – в одном Маккейн, в другом Обама. Все случайно.

С.Алексашенко:У нас как напечатают в протоколах, так оно и будет. Что используй хакеров, что не используй

Е.Канакова― А я напоминаю, что сегодня персонально ваш экономист Сергей Алексашенко. Телефон для sms: +7 (985) 970 45 45. аккаунт vyzvon в Твиттере, и форма на нашем сайте также работает.

Хотелось бы, Сергей, чтобы вы прокомментировали новости из Узбекистана. После смерти президента Ислама Каримова эксперты гадают, кто может стать его преемником и каким курсом пойдет дальше страна. Вот вам, как кажется, как бы вы ответили?

С.Алексашенко― Смотрите, кто станет преемником, мы точно совершенно не знаем, потому что Узбекистан, с точки зрения закрытости своей политической структуры, еще более таинственная страна, чем Россия. Кто мог предположить, что после смерти Сапармурата Ниязова следующем президентом его лечащий врач. Или, что после «отлета» Уго Чавеса станет президентом водитель? В таких режимах никакая логика не работает. Мы абсолютно этого не можем предугадать. Мы не знаем этого.

И тем более, мы не можем сказать, какая политика будет проводиться в Узбекистане. На самом деле, Узбекистан такое весьма специфическое государство в том плане, что страна сильно мигрирует в сторону восточной деспотии. Она точно совершенно снижает объем интенсивности каких-либо связей с Россией: и культурных, и экономических, и финансовых, логистических. Переориентируясь на Китай, страна деградировала в индустриальном отношении. Промышленность сильно сжалась. Но при этом там все под контролем властей. Такая полутоталитарная диктатура. И, соответственно, вариантов может быть сколько угодно.

Я думаю, что самый невероятный вариант – это то, что Узбекистан станет лучшим другом Российской Федерации – вот этого точно совершенно ожидать не следует.

С.Алексашенко:Узбекистан специфическое государство в том плане, что страна сильно мигрирует в сторону восточной деспотии

Я.Широков― А почему? У нас вроде бы и договоры, и мы так активно поддерживаем…

С.Алексашенко― У нас с Украиной тоже был договор в смысле есть – о вечной дружбе. Собственно говоря, наличие договора ничему не мешает и ни к чему не обязывает. Просто у Ислама Каримова, исходя из его жизненного опыта, были какие-то связи с Советским Союзом, связи с Россией, воспоминания, еще что-то такое. А следующее поколение узбекских политиков… Не знаю, вот придет человек возраста 50 плюс-минус пять лет – наверное, что-то такое – он 25 лет последних, начиная с возраста 20-25 лет, жил уже совершенно в другой стране, он про Россию мало что знает, он с высокой долей вероятности, может, и в Москве никогда не был и не знает, что такая страна существует. Вы зря так смеетесь. Ведь в России 145 миллионов человек, и, я думаю, из них миллионов 120, может, 110 никогда не были в Москве, они не знают, что такой город существует. Он существует только на экране телевизора. А чем, вы считаете, Узбекистан лучше? Только вся страна спит и видит, чтобы приехать, посмотреть на Москву, коснутся ее брусчатки на Красной площади?

Е.Канакова― Сергей, чем это грозит для России, если мы решимся очередного партнера в лице Узбекистана?

С.Алексашенко― А мы его давно лишились. Узбекистан не является нашим серьезным партнером.

Е.Канакова― То есть фактически мы ничего не потеряем, если на то пошло?

С.Алексашенко― Я думаю, что на уровне политическом, у нас сохранятся неплохие отношения в том плане, что Узбекистан заинтересован в российской поддержке в борьбе с исламизмом, таким агрессивным. Узбекистан заинтересован, чтобы российская армия стояла в Таджикистане, защищала от Афганистана. То есть какие-то совместные действия явно будут. Экономических связей, конечно, не будет. Поэтому мы ничего не потеряем, ничего не приобретем. Я думаю, что будет режим чуть-чуть дрейфовать еще дальше в сторону от России. Китай же вряд ли приведет свои войска и вряд ли их поставит в Узбекистан. Китайцы к этому делу относятся с нелюбовью. Нам только дай разместить войска где-нибудь за границей – мы тут же их введем.

Поэтому, я думаю, что в сухом остатке мало что изменится для Российской Федерации.

Е.Канакова― Ну, то есть, какой бы президент следующий не был в Узбекистане, нам от этого ни горячо, ни холодно?

С.Алексашенко― Хочется верить, что да. Хочется верить, что мы поздравим любого следующего президента с тем, что он стал законно избранным или законно назначенным, тут же попросим, чтобы он один из первых государственных визитов совершил в Москву, может быть, сначала в Пекин, потом в Москву. А еще лучше: «Слушай, делай, что хочешь – первый визит к нам, а потом куда хочешь. И мы еще за это приплатим. Твой визит в Москву будет стоить столько-то». И на этом, собственно говоря, показать, что Узбекистан находится если не сфере влияния, то в орбите интересов Российской Федерации.

Узбекистан никакой внятной позиции… СНГ, можно сказать, что умерло как содружество; собственно, в Евразийский союз Узбекистан не стремится в ходить; Шанхайская организация сотрудничества, она, собственно, широкая существует и Узбекистан с радостью участвует в ней. Вот так, наверное. ОДКБ и есть то самое военное сотрудничество, в котором, на самом деле, Узбекистан заинтересован.

Я.Широков― Кстати, насчет возможного преемника. Я просто последние два дня пытался отслеживать публикации людей, которые все-таки там бывают и бывали. Многие сходятся во мнение, что возможных преемник Каримова – это тот самый Рустам Иноятов, который возглавляет уже бессменно, по-моему, 20 лет службу безопасности республики Узбекистан. В этом плане, я думаю, Сергей, вы помните прекрасно, да и я тоже это время застал: преемником станет человек, который возглавит комиссию по организации похорон. То же самое было в Туркменистане.

С.Алексашенко― Ну, конечно. Опять, Яков, я не считаю себя знатоком подводных течений в узбекской политике и понимания, кто есть кто и какие альянсы там могу образоваться, поэтому я считаю, что гадать на эту тему бессмысленно. Как получится, так получится.

Я.Широков― Я хочу еще один вопрос задать по следам последних горячих новостей. Это вчера, конечно, больше внимания привлекало. Вторая волна сноса прошла в Москве. Мы помним прекрасно, в феврале какой стоял пар, дым коромыслом от происходящего. И вчера все было как-то тихо и спокойно, хотя я посмотрел: там даже на несколько строений больше сносили, чем это было в феврале. И вот эта тишина, это практически отсутствие какого-то возмущения – это что было? Это уже все привыкли и поняли, что бессмысленно с этим бороться?

С.Алексашенко― Яков, одну часть ответа вы уже озвучили: все поняли, что бессмысленно, потому что все обращения в московские суды показали, что суды не будут защищать ни права собственности, ни отменять решение мэрии, не присуждать реальные компенсации. То есть Московский суд четко продемонстрировал, что он Собянину так же подконтролен, как был подконтролен Лужкову; что никаких решений в ущерб московским властям московские суды принимать не будут. И, собственно, люди же, они понимают, что против ветра не надо… кое чего делать – плевать в смысле. И поэтому люди понимают: судись, не судись – ты ничего не выиграешь, время потеряешь, деньги потеряешь.

А здесь мэрия предложила какие-никакие деньги. То есть и мэрия учла ошибки. То есть люди поняли, что, с одной стороны, судиться бессмысленно, с другой стороны, мэрия сказала: Заплатим, – чтобы снизить накал противостояния, чтобы сказать: «Мы поступили по понятиям или почти по закону. Давайте мы вам какие-то деньги заплатим». И те, кто согласились… люди понимают, что лучше хоть что-то, как это… с драной овцы хоть шерсти клок. Сколько получили – столько получили, все лучше, чем ничего.

С.Алексашенко:Люди поняли, что судиться бессмысленно. А мэрия заявила: Заплатим, – чтобы снизить накал противостояния

Я.Широков― А вы согласны с мнением специалиста-урбаниста из Канады – он выходец из России, – он вчера написал, что, в принципе, это отражение этой общей тенденции укрупнения. То есть московской власти проще договариваться с какими-то крупными магазинами, а вот эти все мелкие лавки, их под выборы особо не отрегулируешь, чтобы они цены попридержали и прочее.

С.Алексашенко― Я не думаю, что здесь дело в выборах, и не думаю, что дело в том, что нужно чтобы цены попридерживали. Притом, что я согласен, что с крупными сетями, с крупными объектами, магазинами московским властям легче договариваться. Я думаю, что это такая специфический взгляд чиновника, который давно оторвался от жизни.

С одной стороны, не могу сказать, что эти ларьки вызывают какое-то чувство эстетического удовлетворения, что они украшают город, что они его благообразят. И правда, они выглядят не очень красиво, там грязно, пахнет как-то не очень приятно. Но, с другой стороны, есть и другая правда. Эти чистые пространства, особенно у станций метро – это все наследие Советского Союза. Когда о населении не думал никто, когда сфера услуг отсутствовала как класс, когда магазины были далеко в подвалах и видно не было, и покупать, собственно, было нечего — нечего покупать, чего магазины строить?

И, собственно говоря, за 25 прошедших лет – мы сейчас говорим о Москве; ситуация во многих городах она примерно такая же – московские власти практически ничего не сделали, чтобы появилось большое количество новых торговых площадей. Москва могла принять какую-то программу: все первые этажи перестроить под магазины, кафе, сферы услуг, мастерские и прочее. Все то, что сегодня в этих самостроенных ларьках – завести их на первые этажи домов. В принципе, понятно, что это за один день не сделаешь, но за 25 лет это сделать можно было. И тогда, действительно, можно было говорить, что эти ларьки не нужны: Вот мы вам сделали помещения, пожалуйста, арендуйте, вот вам низкие ставки. Вот, пожалуйста, это шаговая доступность, больше разнообразие, конкуренция. Но почему-то в эту сторону у московских властей голова не работает почему-то.

Тоже хорошо понятно. Я же сказал: они оторвались от жизни. Им не нужно ходить по магазинам. Они не ездят с работы на работу на метро, им не нужно по пути из метро до дому что-нибудь быстренько купить нужное, или, наоборот, по пути на работу что-нибудь прикупить – не знаю – чашку кофе, сырников на завтрак и ехать дальше. Им это все не нужно. Им все эти ларьки мешают. Им они эстетически мешают, а вот как потребителям, как пользователям они им точно ничего не дают.

С.Алексашенко:Московские власти ничего не сделали, чтобы появилось большое количество новых торговых площадей

Е.Канакова― Сергей, хочется перейти к теме Ильи Яшина. Сам Илья утверждает, что «ставил перед собой цель собрать убедительные доказательства того, что «Единая Россия», действительно, «партия жуликов и воров»». Как вы считаете, удалось собрать убедительные доказательства или нет?

С.Алексашенко― Екатерина, знаете, у вас в новостях прозвучала замечательная фраза, под которой я готов подписаться: Партия «Единая Россия» или кто-то от ее имени сообщил, что здесь нет ничего нового, здесь все хорошо известные факты. Я вот под этими словами подписываюсь. Илья проделал замечательную работу.

Е.Канакова― Собрал факты, получается?

С.Алексашенко― Вот знаете, как энциклопедия фактов. Он просто очень дотошно… Все эти случаи, действительно, хорошо известны. Сколько их – десяток, может быть…

Е.Канакова― То есть велосипед не изобрел.

С.Алексашенко― По-крупному — велосипед не изобрел. Но, когда читаешь каждую конкретную историю про каждого конкретного персонажа… Я много для себя интересных фактов нашел. Вы слышали о том, что, например, брянский губернатор перед выборами подписал соглашение с руководителями организованных преступных группировок о том, что они финансируют его предвыборную компанию, а он продвигает их на посты в администрации. Я такого не слышал.

Там много замечательных вещей. Поэтому, когда «Единая Россия» говорит, что там всё хорошо известные факты – отлично! – вот всё, что написало в докладе – это просто правда. Илья там везде дает цитаты и ссылки. Просто еще «Единая Россия» сказал, что все это хорошо известно. Соответственно, это если говорить по содержанию доклада. Если чуть обобщая, то Илья, действительно, ставил целью, как он говорил, показать, что это «партия жуликов и воров» — ему это очень хорошо удалось. Он показал, как эта система работает. С одной стороны, она кооптирует в себя жуликов и воров: есть там истории с криминалом, идущим во власть, который понимает, что ему нужна политическая крыша, который понимает, что ему нужна защита, который понимает, что его амбиция – захватить больше и шире, они растут, и без какой-то поддержки на политическом уровне сделать невозможно.

Очень хорошо понятно, что единственная и самая легкая возможность сделать политическую карьеру – это партия «Единая Россия», которая партия власти. Если на тех или иных условиях договорился, тебя поставили в этот коридор – бобслейную трассу – и ты этой трассе нормально едешь и радуешься. До тех пор, пока не столкнешься случайным образом с каким-то препятствием. Кто-то, как Хорошавин, не сошелся с генералом ФСБ; кто-то, как астраханский мэр, просто проводил настолько тупую политику, что поднял социальное недовольство во всем городе против себя и так далее.

То есть эти люди – очень хороший пример. Просто ты читаешь и понимаешь, что как только они, как Гайзер в Коми, приватизировали если не всю, то почти всю госсобственность, — у людей просто крышу сносит. Они считают, что они получили мандат на откуп территории, они могут там делать все, что хотят: хотят – бюджетные расходы сокращают, хотят – себе дома строят, хотят – машины покупают, хотят – предприятия себе в собственность забирают. Они могут делать все, что угодно. И самое главное – все абсолютно уверены, что им ничего за это не будет до тех пор, пока не столкнешься с чем-то интересным или вообще у тебя крышу снесет настолько… Пример бывшего рыбинского мэра Юрия Ласточкина, который был одновременно владельцем крупного пакета завода «Рыбинские моторы», «Сатурн». Когда президент его спрашивает: «Неплохо было бы пакет отдать в госсобственность», — он сказал: «А может, поторгуемся». Понятно, что у человека просто крышу снесло. Человек явно не понимал, в какой стране он живет и каковы правила игры.

Замечательный доклад. Я просто искренне всем советую, кому интересны эти детали, подробности. Просто фантастическое чтение. Я получил больше удовольствие.

С.Алексашенко:Самая легкая возможность сделать политическую карьеру – это партия «Единая Россия», партия власти

Е.Канакова― Сергей, меня интересует такой момент: повлияет ли этот доклад на результаты выборов, если все и так было известно, как вы говорите, все факты были налицо, и вообще, ничего не поменяет; просто для общего развития этот доклад, чтобы люди знали?

С.Алексашенко― Трудно сказать, потому что до выборов у нас осталось 3 недели; это все зависит от того, насколько успешна будет успешна программа по распространению доклада, успеет ли он дойти до избирателя. Меня очень огорчило, что партия ПАРНАС сказала, что она не будет использовать этот доклад в своей предвыборной кампании. Считаю, что просто неправильно. Хорошо, вы решили не поддерживать доклад Яшина, потому что считаете, что пусть это будет личный его доклад, но вот просто сказать, что вы не хотите его использовать, потому что «мы его не финансировали» — ну, слушайте, ребята, или вы боретесь с «Единой Россией» и вам дается в руки инструмент, и вы донесите его до избирателя, либо как-то проясните свою позицию, почему вы так…

Но, я думаю, что общее недовольство «Единой Россией» проявится на выборах очень сильно. Какую роль сыграет доклад, сказать трудно, потому что три недели маловато для его распространения, чтобы он повлиял на избирателей.

С.Алексашенко:Я думаю, что общее недовольство «Единой Россией» проявится на выборах очень сильно

Я.Широков― Кстати, я даже не удивлюсь, если куча одномандатников от других партий начнет терзать этот доклад на цитаты — я имею в виду от других партий, не «Единой России», — забирать себе и использовать в своей агитации.

С.Алексашенко― Ну, конечно. Это тоже возможно. Но, когда мы говорим о том, повлияет или не повлияет на избирателя, мы этого сказать не можем. Нет, наверное, такого социологического инструментария, который позволит сказать, что именно этот доклад повлиял на то, что «Единая Россия» недополучила 2 или 3 процента голосов, правда?

Я.Широков― Я думаю, что и эта будет статистическая погрешность – сколько она там недополучила из-за доклада.

С.Алексашенко― Да, да. Я считаю, что этот доклад, он ценен своей энциклопедичностью. Вот, если хочешь понять механизмы воровства, если ты хочешь понять, как строится связь власти и криминала, если ты хочешь понять, как делается карьера; если те люди, которые сегодня сидят во власти от имени партии «Единая Россия», хотят понять, каких ошибок не надо делать – вот пусть они тоже изучают этот доклад. Но, на самом деле, при этом всегда есть случай…

Е.Канакова― Сергей, извините, мы вынуждены прерваться на новости и рекламу. После продолжим.

НОВОСТИ

Е.Канакова – 15―35 в Москве. Продолжается программа «Персонально ваш». Здесь Яков Широков и Екатерина Канакова. И сегодня персонально ваш экономист Сергей Алексашенко

Я.Широков― Продолжаем про доклад Яшина. Меня мучает единственная мысль. Я прекрасно помню, как полгода назад в этой студии сидел сам Илья Яшин. Тогда он представлял доклад про Кадырова. Выше доклад, распространялся вроде бы по разным городам. Была презентация. И всё – тишина, никакого результата. То есть все прочли, покивали головами. Мы ожидали, что, может быть, даже Кадыров или его представители подадут в суд на Яшина, но ничего…

Е.Канакова― Хотя бы как-то отреагируют уже, наверное.

С.Алексашенко― Яков, смотрите, подавать в суд имеет смысл, когда у тебя есть шансы выиграть, правда? Может быть, Рамзан Ахматович посчитал, прочитав внимательно доклад с юристами своими или юристы прочитали, сказали: «Слушай, ну давай не будем судиться. Не выиграем, не докажем». Мы же не знаем мотивации, правда? На самом деле, то, что человек, политик не стал судиться по докладу, который конкретно о нем написан, означает, что не с чем спорить. То есть он считает, что у него нет шансов отстоять в суде свою позицию, даже в российском суде — это первое.

Второе: говорить, что совсем ничего не случилось, я бы не стал. Все-таки, насколько я понимаю, в рамках закона о Нацгвардии, как ее там ни ругай, военизированные подразделения Рамзана Кадырова переведены в подчинение господина генерала Золотова, правда?

С.Алексашенко:Если политик не судится по докладу, значит он считает, что у него нет шансов отстоять в суде свою позицию

Я.Широков― Да.

С.Алексашенко― А это вы, правда, считаете, что ничего не случилось?

Е.Канакова― Это реакция на доклад Яшина?

С.Алексашенко― Стоп. Мы не знаем. Просто говорить, что совсем не случилось… Я не хочу сказать, что последовательность не означает зависимость, то есть то, что это случилось после доклада, это не означает, что из-за доклада, но, тем не менее, военизированное подразделение, личная гвардия Ахмата Кадырова – сколько там… 20 тысяч человек, — они у него из подчинения забраны. Мы не знаем, окончательно забраны, может, процесс еще идет, но, тем не менее, какие-то вещи власть сделала – то что, в том числе, высвечивал фонарем или лучиком прожектора Илья Яшин. Но говорить, что совсем ничего не случилось, я бы не стал. Мы же не знаем, какая травинка переломит хребет верблюду. Может быть доклад Яшина и стал травинкой. Сам по себе он травинка, но хребет верблюду переломил, и сказали типа: Давайте все-таки заберем это всё дело. Мы не знаем, поэтому говорить, что совсем ни на что не повлиял, тоже неправда.

Я.Широков― Еще один нюанс вспомнился сейчас. Вспоминали мы дело Гайзера и дело Саида Амирова и прочих высокопоставленных единороссов… Хорошавин то же самое. Ведь самое главное, что каждый раз, когда происходило задержание, арест, предъявлялись обвинения, сам-то «Единая Россия» собиралась, принимала решения о приостановке членства, об исключении из партии. То есть они же могут показать, что вот прекрасно, эти люди коррупционеры, действительно, скрывать нечего, но партия всегда от таких людей избавляется.

С.Алексашенко― Яков, смотрите, было бы странно, если бы партия таких людей продолжала держать у себя в высшем совете. Практически все люди, которые поименованы в докладе Яшина, они входили в разные уровни руководства «Единой России». И там большинство людей, которые перечислены в докладе Яшина, за исключением губернатора Турчака, они либо получили реальные сроки, либо вот-вот получат реальные сроки. Было бы странно, если вот так, по большому счету преступники, которые доказаны судом, получившие большие сроки, находились бы в руководстве партии «Единая Россия», в высшем совете. Конечно, она их исключает. У нее выбора нет.

Просто система-то работает по другому. Весь этот набор руководителей, если мы возьмем 83 легиона Российской Федерации минус десяток, предположим регионов, где губернатор не является представителем «Единой России» — 73. Вот не все 73 губернатора или еще 50 мэров крупнейших городов – не все они входят в руководящие органы, высший совет или как он там называется… Политбюро ЦК КПСС… Мы не знаем, то есть они точно не все. Но вот все, кто получили сроки, они все являлись высокими руководителями парии «Единая Россия». В этом же система, что в партии «Единая Россия» нет никакой системы контроля, нет никакого фильтра. Партия «Единая Россия» — это пристройка к бюрократической машине. Бюрократия говорит: «Можно воровать» — и члены партии «Единая Россия» воруют без зазрения совести, не имея никаких ни моральных ограничений, ни нравственных.

Мэр Астрахани – цитирую: «А чего, подумаешь, взял 10 миллионов рублей – так я пользы гораздо больше принес». То есть он даже не скрывает: «Ну, взял 10 миллионов. Пользы-то от меня больше. За что?» Вот в бюрократической системе под называнием «Единая Россия» никаких запретов нет. Но в тот момент, когда в Кремле кто-то принимает решение, что вот этому конкретному товарищу хватит, больше уже брать нельзя – ну, тут партия говорит: «Нельзя! Ну, нельзя. Исключить и признать, что он с 1913 года нарушал партийный устав». У них нет выбора. Оставить его… Представляете, у них через какое-то время высший совет будет состоять из уголовников, голосовать будет некому. Они собираются – а кворума нет, потому что большинство сидит по разным зонам.

Е.Канакова― Сергей, как вы думаете, последуют какие-нибудь изменения после этого доклада, после презентации доклада, как, например, последовали после доклада по Кадырову?

С.Алексашенко― Мы же не знаем… Наш Кремль, которые принимает все эти решения по управлению страной, по назначению губернаторов на каких-то условиях, мы же не знаем…

Е.Канакова― Прошлый раз признал Кремль, что все правда в докладе. Что, так и останется все без изменений.

Я.Широков― Партия.

Е.Канакова― Партия, простите…

С.Алексашенко― Яков, мы говорим партия, подразумеваем — Кремль, мы говорим Кремль, подразумеваем — партия. Давайте не будем мелочится. Примерно одно и то же. Екатерина правильно сказала, очень правильно. Я ее категорически поддерживаю. Учение Маркса всесильно, потому что оно верно.

Мы не знаем, как работает голова у Кремля. Это какой-то черный ящик. Туда какая-то информация входит и на выходе принимаются какие-то решения. Что послужило причиной решения, какому генералу ФСБ перебежали дороги, с какими криминальным авторитетом не договорился тот или иной губернатор или, наоборот, договорился тот или иной губернатор, мы не знаем. Поэтому, я думаю, все эти истории снятия губернаторов-коррупционеров, воров и жуликов, которые у Яшина в докладе, это истории последних 5 лет, наверное, с 2011 года. По-моему, до этого никакого как-то не было. Сказать, что это единичный случай, нельзя. Один раз – случайность, два раза – совпадение, три раза – закономерность. Когда десяток случаев — понятно, что это закономерность и, видимо, все-таки какая-то работа в Кремле по контролю за тем, кто берет по чину, а кто берет не по чину, и что делиться нужно, в том числе, с генералами, они тоже люди, им кушать хочется, — она существует. Называть, что это реакция на доклад, я не могу. Я все-таки думаю, что у Кремля есть своя логика действий, и какие-то внутренние регламентации – кому когда нужно прекратить брать – они существует.

Доклад Яшина, он все-таки регламентирован на распространение этой информации для российского населения. Потому что да, российский телезритель знает про то, что арестовали губернатора Хорошавина, но за что его арестовали, он не очень хорошо понимает.

Вот в докладе Ильи Яшина написано. Арестовали Гайзера. За что арестовали Гайзера – написано. Арестовали мэра Ласточкина. За что – написано. Арестовали мэра Владивостока. За что – написано. Посадили губернатора Брянской области. За что – написано. То есть просто там состав преступления конкретно. Почему бывший министр сельского хозяйства не приезжает в Россию и почему ее счета в Швейцарии арестованы – написано. С ксерокопиями документов. Очень хорошо, кстати, забыл сказать, что доклад очень хорошо не только ссылками, но и разными фотографиями, ксерокопиями документов обогащен. Вот правда. Для тех, кто хочет знать детали – там детали.

Я.Широков― Продолжая предвыборную тематику, отойдем от доклада. Сегодня «Ведомости» пишут о том, что у одного из кандидатов в Государственную думу, а точнее, у бывшего санитарного врача России Геннадия Онищенко обнаружили участок с домом, который не был задекларирован. Меня гложут сомнения. Ведь человек не просто идет в Государственную думу, он же подает документы, и нужно проверять, все ли правильно. Зачем так подставляться, если у него есть такой незадекларированный участок?

С.Алексашенко― Яков, там в статье «Ведомостей» написано еще, что он не задекларировал этот участок еще в 2012 году, когда был руководителем этого своего ведомства, хотя участок там 2000 – 2004 года, то есть достаточно давно у него в собственности.

Ну, значит, все звери равны, но некоторые более равны. Кому-то можно не задекларировать… Я бы хотел, на самом деле, перебрасывая камень в адрес «Эхо Москвы», — вот пусть Алексей Алексеевич Венедиктов расскажет, почему конкретно Геннадий Николаевич Онищенко может не задекларировать свою собственность, и в какой – закрытой, открытой — части декларации он сделал, и почему начальники – президент и премьер – смотрят на это, как на само собой разумеющееся. Ну, жулики и воры. Что еще сказать? У меня такое ощущение, что по привычке, не то что даже из злого умысла: «Ну, подумаешь там, не задекларировал – ничего не будет. Чего вы ко мне пристали. Есть у меня дом, нет у меня дома – ну какая от этого разница? Я интересы народа защищаю».

Я.Широков― То есть вы не ждете, что ему сделают «а-та-та» и снимут с выборов?

С.Алексашенко― Кто? Элла Александровна Памфилова? Я посмотрю. Я буду с интересом ждать, как Элла Александровна Памфилова снимет его с выборов за это.

С.Алексашенко:Я буду с интересом ждать, как Элла Александровна Памфилова снимет Онищенко с выборов

Я.Широков― Тогда еще один предвыборный вопрос касаемо Карелии. А вот в Карелии, между прочим, ни много ни мало, как местный список «Яблока» во главе с Галиной Ширшиной просто сняли с регистрации.

С.Алексашенко― Да. Потому что есть реальная угроза проиграть выборы. «Партия жуликов и воров» хорошо понимает, что она может проиграть выборы. Потому что, напомню, Галина Ширшина выиграла выборы мэра Петрозаводска. Ее суд отстранил от обязанностей мэра. То есть какой-то, Кремлем назначенный судья посчитал в праве отстранить человека от обязанностей мэра, притом, что она выбрана всенародным голосованием. Ну, то есть, чтобы мы понимали взаимоотношения власти и общества, то есть как власть относится к голосованию, к его результатам. И понятно, что у Галины Ширшиной достаточно большая поддержка и особенно в Петрозаводске, я думаю, что и Карелии в крупных городах тоже и, конечно, при поддержке партии «Яблоко». Партия «Яблоко» могла выиграть выборы в Карелии.

С.Алексашенко: «Партия жуликов и воров» хорошо понимает, что она может проиграть выборы

Я.Широков― Так чего бояться, если уже однажды Галина Ширшина была в руководстве Петрозаводска, и мы прекрасно помним, чем это закончилось. То есть, чего бояться-то?

С.Алексашенко― А они не хотят повторения этой истории. Они не хотят опять через суды снимать победителей выборов. Лучше же снят до выборов. Ну поставьте себя на месте человека, который в Управлении внутренней политики отвечает за результаты выборов. Что менее скандально: снять до выборов или снять победителя выборов?

Я.Широков― Конечно, до – легче.

С.Алексашенко― Вот. То есть просто правильнее снять до выборов. Конечно, и то и другое – скандал, и то и другое плохо, но, в принципе, лучше снять до выборов. Тем более, напомню, что в Карелии помимо выборов в Государственную думу там идут выборы в законодательное собрание республики. А если там партия «Яблоко» победит в законодательное собрание, то там-то уже совсем скандал. Одно дело – мэра снять, одного конкретного человека: написать, что он бумажку не вовремя подписал, 1278 отчет в Кремль отправил не по той форме, запятую забыл поставить, и на этом основании суд его отстраняет от должности. А вот как распустить законодательное собрание республики – это сложнее история будет. Поэтому, с точки зрения того же самого Кремля, «партия жуликов и воров» — это абсолютно правильное решение. То есть нужно минимизировать проблемы. Потому что, если дать выиграть, то потом это примерно, как зубную пасту в тюбик впихивать обратно.

Я.Широков― Я, кстати, вообще поражаюсь, что после истории с Урлашовым все-таки еще находятся несистемные политики, которые готовы идти бороться за руководящие посты в регионах.

С.Алексашенко― Смотрите, ведь, на самом деле, когда Евгений Урлашов шел на выборы, он себя не позиционировал как несистемный. Он как раз себя позиционировал как системный, что «я вообще был в «Единой России» и я, вообще, я все хорошо понимаю; ну, подумаешь, с кем-то не сошелся». И, собственно, он же шел при поддержки партии Михаила Прохорова – не помню как… «Гражданская платформа» или как она называлась? – которая тоже себя позиционировала как системную партию, явно не жесткой оппозиции к Кремлю. Просто когда его уже, собственно, посадили – три года сидел до суда – и потом уже впаяли еще 12 или 15 лет, какой-то безумный срок на абсолютно липовых доказательствах – конечно, Урлашов становится несистемным. А, в принципе, он шел на выборы как системный.

А вообще, понимаете, что значит системный или несистемный? Мне кажется, что любой политик, который идет на выборы, он системный. Он соглашается играть по тем правилам, которые существуют в системе. Несистемный – это тот, кто завет на баррикады. А тот, кто зовет на выборы и хочет побеждать на выборах, он системный. Он живет, растет как политик в той системе, которая есть.

С.Алексашенко:Что значит системный или несистемный? Любой политик, который идет на выборы, он системный

Я.Широков― Логично.

Е.Канакова― Хотим перейти к вопросам от наших слушателей. Спрашивает один из пользователей: «Обычно в конце года валюта сильно подскакивает в цене. Что будет на этот раз?»

С.Алексашенко― Слушайте, я уже боюсь даже прогнозировать, потому что обычно в августе-сентябре доллар подскакивает, а в этом году все как-то наоборот, и нефть подорожала. Не знаю. Давайте на нефть смотреть. Как будет нефть себе вести, так и рубль будет себя вести.

Я.Широков― Еще один вопрос: «Что с золотовалютным резервом России?» Слушатель пишет, что сейчас он 400 миллиардов вроде бы как, а в 2012 было 600 миллиардов и вроде как дно еще далеко по его мнению.

С.Алексашенко― Пик был в начале августа 2008 года – там было почти 600 миллиардов без каких-то копеек. 400 миллиардов сумма достаточная. И, мне кажется, что если разделить ее – я написал где-то об этом – на золотовалютные резервы Центрального банка, то с этой точки зрения можно быть достаточно спокойным. Плохо с резервами Минфина. Вот резервов Минфина хватает чуть больше, чем на полтора года при той интенсивности расходования, которая есть у Минфина, и это является проблемой.

С.Алексашенко:Резервов Минфина хватает чуть больше, чем на 1,5 года при нынешней интенсивности расходования это является проблемой

Я.Широков― Еще один слушатель нас спрашивает по sms, он собирается ехать в Великобританию, правда, в следующем году – что ему лучше взять и сейчас: фунты, доллары или евро?

С.Алексашенко― Слушайте, если вы собираетесь в Великобританию и хотите накопить деньги на поездку, начинайте потихонечку покупать фунты. Ну, потому что в Великобритании ходят фунты: как-то так страна живет и использует фунты стерлингов. И поэтому вы сразу готовьтесь к поездке страну. Это правильно. В той валюте, в которой будут расходы, в той валюте и нужно делать сбережения.

Е.Канакова― И напоследок хотим спросить вас об образовании. Вот новый министр образования советует родителям заблокировать детям интернет. Вы поддерживаете или не поддерживаете?

С.Алексашенко― Да. А еще им нужно запретить писать, читать, считать, интернет – и они после этого будут все образованными. Будут смотреть телевизор и будут жутко грамотными и будут знать всё. Интернет – это система получения знаний, это система доступа к информации. И если министр образования этого не понимает, то мне жалко страну, где она является министром образования. Вот она преследует явно какие-то другие цели, только не образование людей.

Вот если бы она сказала, что нужно в российских школах ввести специальные классы по обучению интернету, по обучению компьютерным приложениям, по обучению к тому, как работать с поисковыми системами, как искать информацию, как ее обрабатывать – вот тогда бы я порадовался. А так человек, который говорит, давайте закроем детям путь к информации – ну, классно! Зачем им тогда читать и писать? Библиотеки надо закрыть. Мы их уже начали закрывать. Книжки запретить, и жизнь будет замечательная после этого.

С.Алексашенко:Интернет – это система получения знаний. Мне жаль страну, в которой министр образования этого не понимает

Я.Широков― Спасибо огромное. Это был экономист Сергей Алексашенко. Я, кстати, хочу закончить словами одного послания Юрия, который прислал нам по sms: «У нас есть «Единая Россия». Ворвались два вооруженных бандита, извинились за опоздание и сели на свои места». Это в нагрузку к нашему разговору. Это был Сергей Алексашенко. А мы услышимся с Екатериной Канаковой через несколько минут, а с Сергеем, надеюсь, услышимся в следующий вторник.

С.Алексашенко― До свидания!