Гражданин Украины Евгений Панов, арестованный по делу так называемых «крымских диверсантов», направил в Следственный комитет заявление о применявшихся к нему пытках, рассказал «Медиазоне» адвокат Дмитрий Динзе. Панов просит проверить действия задержавших его сотрудников ФСБ.

Заявление, копия которого есть в распоряжении редакции, адресовано руководителю СК Александру Бастрыкину. Панов пишет, что около четырех часов утра 7 августа, когда он на своем автомобиле ZAZ Lanos пытался попасть с подконтрольной правительству Украины территории в Крым через контрольно-пропускной пункт в районе Армянска, его задержали «предположительно, сотрудники ФСБ».

«После чего на протяжении шести дней меня пытали с особой жестокостью с применением физического насилия», — утверждает Панов. Он просит следователей провести проверку действий пытавших его силовиков и привлечь их к уголовной ответственности.

О задержании Евгения Панова стало известно 10 августа, когда ФСБ объявила, что в ночь с 6 на 7 августа в Крыму была «обнаружена группа диверсантов», якобы направленная туда Главным управлением разведки Министерства обороны Украины (ГУР) для подготовки «диверсий и террористических актов». Как подробно рассказывала «Медиазона», при попытке задержать переправившихся через пролив Сиваш диверсантов погиб подполковник ФСБ Роман Каменев. Уходя обратно через Сиваш, предполагаемые диверсанты застрелили заметившего их контрактника Семена Сычева. Все участники группы скрылись.

Панова ФСБ назвала «одним из организаторов предотвращенных терактов». Тогда же был задержан и водитель Андрей Захтей; он, по версии ФСБ, должен был встречать группу в районе поселка Суворово. У Захтея два гражданства — украинское и российское.

11 августа ФСБ продемонстрировала видеозаписи, на которых Панов и Захтей признавались в подготовке диверсии и каялись за сотрудничество с ГУР. Так, Панов на видео рассказывал, будто с августа 2014-го по август 2015 года проходил службу в зоне боев на востоке Украины в составе 37-го отдельного пехотного батальона, который входит в 56-ю бригаду. После этого его пригласили в Киев, где «объяснили, что создается группа для проведения диверсионных акций на территории республики Крым». Он говорил, что вместе с украинским военным Алексеем Сандулом подбирал на полуострове объекты для диверсий. Кроме того, в районе Армянска, по его словам, был оборудован тайник со взрывчаткой и оружием.

Панову и Захтею предъявили обвинения в подготовке диверсии (статья 30 и пункт «а» части 2 статьи 281 УК), суд арестовал их. Сначала оба содержались в СИЗО Симферополя, позже их перевезли в Москву в СИЗО «Лефортово».

Источники ряда медиа сообщали о задержании по этому делу почти десятка человек, но достоверно известны имена еще только двух арестованных — крымчанина Редвана Сулейманова и харьковского дальнобойщика Владимира Присича; по версии ФСБ, они были информаторами украинской разведки. Сулейманов, по информации «Медиазоны», находится в СИЗО Симферополя; вероятно, там же содержится и Присич.

Дни пыток. «Мои губы от ударов током потрескались»

Сейчас Евгений Панов объясняет, что признания были выбиты у него под пытками: он подписывал все документы, которые давали ему сотрудники ФСБ, и говорил на камеру под их диктовку — действительно, на видео заметны многочисленные монтажные склейки, а Панов выглядит измученным.

В своем заявлении о пытках украинец рассказал, что в ночь на 7 августа, когда он пересекал границу Крыма, его попросили выйти из машины для досмотра. Там у входа в передвижной вагончик его ударили по голове чем-то твердым. «Я упал и почувствовал, что лежу в собственной луже крови», — пишет Панов. Внутри вагончика он видел нескольких человек в масках. На голову ему надели плотный мешок; задержанного уложили на пол машины, на которой отвезли в некое помещение, где продержали до вечера.



Все это время, по словам Панова, его пытали: «Били трубой железной в области головы, спины, почек, рук, ног, затягивали наручники сзади до онемения рук, подвешивали за наручники: сгибали мои ноги в коленях, застегивали наручники впереди чуть ниже колен и вставляли под колени железную палку, после чего двое мужчин, взявшись с двух сторон, поднимали эту палку и меня, от чего я испытывал дикую боль».

Он просил прекратить пытки и объяснить, за что его истязают, вспоминает украинец. Панову, по его словам, отвечали, что это расплата «за совместные поездки с Алексеем Сандулом».

«Кроме того, во время пыток на мой половой член надели хомут и затягивали его до посинения, при этом мужчины спрашивали: "Кого ты приехал взрывать?". Я не мог ответить на этот вопрос, поскольку у меня не было такой цели, и я не понимал, почему они так считают», — рассказал он.

Через некоторое время Панова с мешком на голове вывели на улицу и «сообщили, что будут расстреливать». «Я поверил, поскольку слышал, как перезаряжают затворы оружия». Когда мешок ненадолго стащили с головы, задержанный успел рассмотреть двух пытавших его мужчин: на вид им было по 35 лет, и Панов готов их опознать.

Около девяти или десяти часов вечера 7 августа его с мешком на голове снова положили на пол автомобиля и куда-то повезли. «Когда меня привезли на автомобиле, предположительно, в Симферополь, меня завели в какое-то помещение, мешок с головы не снимали и продолжили меня пытать: скотчем приклеили электроды от электрошокера к колену правой и левой ноги и пояснице, включали подачу тока, в результате чего я несколько раз терял сознание. Меня приводили в сознание водой. Мои губы от ударов током потрескались». Все это время Панова избивали руками и ногами.

Суд. 15 суток за сквернословие

Как предполагает Панов, пытки продолжались до 9 августа. «Я помню, что они прекратились днем, и меня с мешком на голове повезли куда-то отвезли, как я потом понял — это был суд». В суде ему приоткрыли глаза и приказали подписать какой-то документ. «Что я подписывал, я не знаю», — уточняет Панов. После этого его провели в зал заседаний, где он увидел «женщину в гражданской одежде» и мужчину — «как мне впоследствии стало известно, это Захтей Андрей Романович».

«Женщина в гражданской одежде сообщила нам, что мы совершили административное правонарушение — выражались нецензурной бранью, после чего она огласила постановление», — вспоминает украинец. Панова и Захтея арестовали на 15 суток.

Из материалов дела Панова и Захтея известно, что 8 августа Железнодорожный суд Симферополя приговорил обоих к 15 суткам административного ареста по статье 20.1 КоАП (мелкое хулиганство) за «грубую нецензурную брань и оскорбительное приставание к прохожим», совершенные в тот же день в 16:30 на улице Гагарина. При этом Захтей, согласно протоколу, на вопрос судьи ответил: «Виноват, в содеянном раскаиваюсь». И Панов, и Захтей к этому моменту уже более суток находились в руках сотрудников ФСБ — это следует и из опубликованных видео их допросов, и из материалов уголовного дела, где говорится, что они были «выявлены и задержаны» 7 августа.

Евгений Панов вспоминает, что из суда его отвезли сначала в один ИВС, а на следующий день — в другой. «Помню, что меня заводили в какой-то подвал или яму, поскольку там была сырость». Только 11 августа его доставили в Киевский районный суд Симферополя, который на два месяца заключил его под стражу по обвинению в подготовке диверсии.

Впервые накормили и дали выпить воды ему только в СИЗО, говорит Панов. Врач осмотрел арестанта, но никакой медицинской помощи не оказывал.

О пытках он рассказывал назначенному следствием адвокату Ольге Помозовой, которую увидел в здании ФСБ в Севастополе. «Адвокат спросила меня: "Тебя били?", при этом она говорила шепотом. Я ответил: "Конечно, а что, не видно?"». Больше она мне вопросов не задавала». Протоколы следственных действий он подписывал в отсутствие адвоката.

Когда его перевезли в СИЗО «Лефортово» в Москве, насилие прекратилось, говорит Панов, при этом оперативники уговаривали его отказаться от посещения консулом Украины и услуг адвокатов Ольги Динзе и Дмитрия Динзе и призывали его не отрицать ранее данных признательных признаний.

5 декабря Лефортовский суд Москвы продлил Евгению Панову и Андрею Захтею срок ареста до 7 марта 2017 года. Заседания прошли в закрытом режиме.