Для меня большая честь сегодня быть с вами на вручении дипломов одного из самых лучших университетов мира. Я сам так не окончил институт. Сегодня я хочу рассказать вам три истории из моей жизни. И всё. Ничего грандиозного. Просто три истории.

Первая история — о соединении точек.

Я бросил Рид-колледж после первых шести месяцев, но оставался там в качестве «гостя» ещё около 18 месяцев, пока не ушёл наконец . Почему я бросил учёбу? Всё началось ещё до моего рождения. Моя биологическая мать была молодой, незамужней аспиранткой и решила отдать меня на усыновление. Она настояла на том, чтобы меня усыновили люди с высшим образованием, поэтому мне было суждено быть усыновлённым юристом и его женой. Правда, за минуту до того, как я вылез на свет, они решили, что хотят девочку. Поэтому им позвонили ночью и спросили: «Неожиданно родился мальчик. Вы хотите его?» Они сказали: «Конечно». Потом моя биологическая мать узнала, что моя приёмная мать — не выпускница колледжа, а мой отец никогда не был выпускником школы. Она отказалась подписать бумаги об усыновлении. И только несколько месяцев спустя всё же уступила, когда мои родители пообещали ей, что я обязательно пойду в колледж.

И 17 лет спустя я пошёл. Но я наивно выбрал колледж, который был почти таким же дорогим, как и Стэнфорд, и все сбережения моих родителей были потрачены на подготовку к нему. Через шесть месяцев, я не видел смысла моего обучения. Я не знал, что хочу делать в жизни, не понимал, как колледж поможет мне это понять. И вот, я просто тратил деньги родителей, которые они копили всю жизнь. Поэтому я решил бросить колледж и поверить, что всё будет хорошо. Я был поначалу напуган, но, оглядываясь сейчас назад, понимаю, это было моим лучшим решением за всю мою жизнь. Когда я бросил колледж, я смог перестать ходить на неинтересные обязательные занятия и посещать только те, что казались интересными.

Не всё было так романтично. У меня не было комнаты в общежитии, я спал на полу у друзей, сдавал бутылки колы по пять центов, чтобы купить еду, ходил за семь миль через весь город каждый воскресный вечер, чтобы раз в неделю нормально поесть в храме кришнаитов. Мне он нравился. И много из того, с чем я сталкивался, следуя своим любопытству и интуиции, позже оказалось бесценным.

Вот пример: Рид-колледж всегда предлагал лучшие уроки по каллиграфии. По всему кампусу каждый постер, каждое объявление были написаны идеальным почерком и от руки. Так как я отчислился и не брал обычных уроков, я записался на уроки чистописания. Так я узнал о шрифтах Serif и Sans Serif, о разных отступах между буквами, о том, что делает типографику прекрасной. Она была красивой, в ней чувствовалась глубина истории, и никакая наука не могла понять ее мастерство и утонченность.

Тогда все это едва ли казалось полезным, но десять лет спустя, когда мы создавали первый Macintosh те уроки пригодилось. И Мак стал первым компьютером с красивой типографикой. Если бы я не записался на тот курс в колледже, у Мака никогда бы не было несколько гарнитур и пропорциональных шрифтов. Ну а так, как Windows просто скопировал это с Мака, скорее всего, у персональных компьютеров вообще бы их не было. Если бы я не отчислился, я бы никогда не записался на тот курс каллиграфии, и у компьютеров не было бы такой изумительной типографики, как сейчас.

Конечно, нельзя было соединить все точки воедино тогда, когда я был в колледже. Но через десять лет всё стало очень, очень ясно.

Ещё раз: вы не можете соединить точки, глядя вперёд; вы сможете соединить их, только оглядываясь в прошлое. Поэтому придётся довериться тем точкам, которые вы свяжете в будущем. Вам придётся на что-то положиться: на характер, судьбу, жизнь, карму — что угодно. Такой подход никогда не подводил меня, и он изменил мою жизнь.

Моя вторая история — о любви и потере.

Мне повезло: я нашёл то, что люблю по жизни делать довольно рано. Воз (прим. ред. — Стив Возняк) и я основали Apple в гараже моих родителей, когда мне было 20. Мы усиленно трудились, и через десять лет Apple выросла из двух человек до двухмиллиардной компании с четырьмя тысячами сотрудников. Мы выпустили наше самое лучшее творение— Macintosh — годом раньше, и мне только-только исполнилось 30. И потом меня уволили. Как вас могут уволить из компании, которую вы основали? Ну, по мере роста Apple мы нанимали талантливых людей, чтобы помогать мне управлять компанией и в первые пять лет всё шло хорошо. Но потом наше видение будущего стало расходиться, и мы в конечном счёте поссорились. Совет директоров встал не на мою сторону. Поэтому в 30 лет я был уволен. Причём публично. Все, что было смыслом всей моей взрослой жизни, пропало.

Я не знал, что делать несколько месяцев. Чувствовал, что подвёл прошлое поколение предпринимателей, что уронил эстафетную палочку, когда мне её передавали. Я встречался с Дэвидом Пакардом и Бобом Нойсом и пытался извиниться за то, что натворил. Это было публичным провалом, и я даже думал убежать куда подальше. Но что-то медленно стало проясняться во мне; я всё ещё любил то, что делал. Произошедшее в Apple лишь слегка всё изменило. Я был отвергнут, но я любил. И, в конце концов, я решил начать сначала. Тогда я этого не понимал, но оказалось, что увольнение с Apple было лучшим, что могло произойти. Бремя успешного человека сменилось легкомыслием начинающего и менее уверенного. Я освободился и вошёл в один из самых творческих периодов своей жизни.

В течение следующих пяти лет я основал компании NEXT и Pixar и влюбился в удивительную женщину, которая стала моей женой. Pixar создала самый первый компьютерный анимационный фильм, «История игрушек», и теперь это самая успешная анимационной студией в мире. Дальше события развивались удивительным образом: Apple купила NEXT, я вернулся в Apple, и технология, разработанная в NEXT, легла в основу теперешнего возрождения Apple. А Лорен и я стали замечательной семьёй.

Я уверен, ничего из этого не случилось бы, если бы меня не уволили из Apple. Лекарство было горьким, но пациенту оно помогло. Иногда жизнь бьёт вас по голове кирпичом. Не теряйте веры. Я убеждён, что лишь любовь к своему делу помогла мне продолжать свое дело. Вам надо найти то, что вы любите. Это верно и для работы, и для отношений. Ваша работа заполнит большую часть жизни и единственный способ быть полностью довольным — делать то, что по-вашему является великим делом. И единственный способ делать великие дела — любить то, что вы делаете. Если вы ещё не нашли своего дела, ищите. Не останавливайтесь. Как это бывает со всеми сердечными делами, вы узнаете, когда найдёте. И, как любые хорошие отношения, они становятся лучше и лучше с годами. Поэтому ищите, пока не найдёте. Не останавливайтесь.

Моя третья история — про смерть.

Когда мне было 17, я прочитал цитату — что-то вроде: «Если вы живёте каждый день, как будто он последний, когда-нибудь вы окажетесь правы». Цитата произвела на меня впечатление и с тех пор, уже 33 года, я смотрю в зеркало каждый день и спрашиваю себя: «Если бы сегодняшний день был последним в моей жизни, захотел ли бы я делать то, что собираюсь сделать сегодня?» И как только ответом было «Нет» на протяжении нескольких дней подряд, я понимал, что надо что-то менять.

Память о том, что я скоро умру — самый важный инструмент, который помогает мне принимать сложные решения в моей жизни. Потому что всё остальное — чужое мнение, вся эта гордость, вся эта боязнь смущения или провала — все эти вещи падают пред лицом смерти, оставляя лишь то, что правда важно. Память о смерти — лучший способ избежать мыслей о том, что вам есть что терять. Вы уже голый. У вас больше нет причин не слушать свое сердце.

Около года назад мне поставили диагноз: рак. Мне пришёл скан в 7:30 утра, и он ясно показывал опухоль в поджелудочной железе. Я даже не знал, что такое поджелудочная железа. Врачи сказали мне, что этот тип рака не излечим, и что мне осталось жить не больше трёх-шести месяцев. Мой доктор посоветовал пойти домой и привести дела в порядок (что у врачей означает приготовиться к смерти). Это значит попытаться сказать своим детям то, что бы ты сказал за следующие 10 лет. Это значит убедиться в том, что всё благополучно устроено, так, чтобы твоей семье было насколько можно легко. Это значит попрощаться.

Я жил с этим диагнозом весь день. Вечером мне сделали биопсию — засунули в горло эндоскоп, просунули в кишки, воткнули иголку в поджелудочную и взяли несколько клеток из опухоли. Я был под наркозом, но жена, которая там была, сказала, что когда врачи посмотрели клетки под микроскопом, они стали кричать, потому что у меня оказалась очень редкая форма рака поджелудочной, которую можно вылечить. Мне сделали операцию, и теперь со мной всё в порядке.

Смерть тогда подошла ко мне ближе всего, и надеюсь, ближе всего на несколько следующих десятков лет. Пережив это, я теперь могу говорить с еще большей уверенностью, чем тогда, когда смерть для была полезной, но чисто воображаемой концепцией.

Никто не хочет умирать. Даже люди, которые хотят попасть на небеса, не хотят умирать. И всё равно, смерть — пункт назначения для всех нас. Никто не смог избежать её. Так и должно быть, потому что Смерть, наверное, самое лучше изобретение Жизни. Она причина перемен. Она очищает старое, чтобы открыть дорогу новому. Сейчас новое — это вы, но когда-то (не очень-то и долго осталось) — вы станете старым и вас очистят. Простите за такой драматизм, но это правда.

Ваше время ограничено, поэтому не тратьте его на жизнь чей-то чужой жизнью. Не попадайте в ловушку догмы, которая говорит жить мыслями других людей. Не позволяйте шуму чужих мнений перебить ваш внутренний голос. И самое важное, имейте храбрость следовать своему сердцу и интуиции. Они каким-то образом уже знают то, кем вы хотите стать на самом деле. Всё остальное вторично.

Когда я был молод, я прочитал удивительную публикацию Whole Earth Catalog («Каталог всей Земли»), которая была одной из «библий» моего поколения. Её написал парень по имени Стюарт Брэнд, живущий тут недалеко в Менло-парк. Это было в конце шестидесятых, до компьютеров и принтеров, поэтому она была сделана с помощью пишущих машинок, ножниц и поляроидов. Что-то вроде гугла в бумажной форме, за 35 лет до гугла. Публикация была идеалистической и переполненной большими идеями.

Стюард и его команда сделали несколько выпусков Whole Earth Catalog и, в конце концов, издали последний номер. Это было в середине семидесятых, и мне было лет, как вам теперь. На последней странице там была фотография дороги в лучах утреннего солнца, вроде той, на которой вы, может быть, ловили машины, если любите приключения. Под ней были такие слова: «Оставайтесь голодными. Оставайтесь безрассудными». Это было их прощальное послание. Оставайтесь голодными. Оставайтесь безрассудными. И я всегда желал себе этого. И теперь, когда вы заканчиваете институт и начинаете заново, я желаю этого вам.

Оставайтесь голодными. Оставайтесь безрассудными.

Всем большое спасибо.