Страдания музейного смотрителя, Шерлок Холмс как субъект истории, бунтарь Малапарте в Советском Союзе, готический роман о трупах в Темзе и мемуары дочери Джобса. «Горький» выбрал самые интересные книжные новинки этой недели.

Давид Фонкинос. В погоне за красотой. СПб.: Азбука-Аттикус, 2019. Перевод с французского И. Дмоховской и И. Волевич

Новая книга от озорника Давида Фонкиноса, любимца как самой широкой публики, так и высоколобых критиков, одного из самых успешных писателей своего поколения, собравшего целую коллекцию престижнейших наград.

В центре романа оказался излюбленный персонаж современных французских беллетристов — профессор, переживающий кризис среднего возраста. Академическую карьеру он, к изумлению окружающих, прерывает, чтобы устроиться скромным служащим музея Орсе.

«В погоне за красотой» — подчеркнуто приторная вещь, в которой не всегда можно понять, когда автор говорит серьезно, а когда издевается над читателем. Исполненный легкомысленного юмора, роман Фонкинсона в самый неожиданный момент оборачивается трагедией о любви, без которой жизнь не очень-то нужна.

«Она либо притворялась, что не понимает, либо просто не желала „побыть с ним вдвоем”. Антуан сразу уловил резкую перемену в ее поведении. Теперь девушка выглядела куда менее восторженной, чтобы не сказать — шокированной. Антуан ничего не понимал. Он ведь решился на это дерзкое предложение лишь потому, что она осыпáла его такими горячими похвалами. Увы, он спутал восхищение с вожделением. В глазах бывшей студентки он представлял собой не только бесполый символ академической власти, но и мужчину, слишком старого для нее. Девушка, разумеется, угадала намерения Антуана и через несколько минут объявила, что ей пора домой. Перед уходом она из вежливости поблагодарила его за прекрасный вечер, но не требовалось особой проницательности, чтобы уловить в ее тоне глубокое разочарование. Эта оборванная встреча напоминала „Титаник”, так же мгновенно канувший в ледяную воду. Неужели этот человек слушал ее рассказы с одной-единственной целью — завершить их беседу сексуальным финалом? Такая перспектива вызвала у девушки отвращение. Она с натянутой улыбкой пожала Антуану руку и ушла».

Даниэль Клугер. Гении сыска. Этюд в биографических тонах. М.: Пятый Рим, 2019

Детективный нон-фикшн Даниэля Клугера посвящен легендарным сыщикам — как вымышленным, так и реально жившим. Вместе с автором мы отправляемся в прошлое, чтобы познакомиться с Видоком, Шерлоком Холмсом, Иваном Осиповым, больше известным как Ванька Каин, Пинкертоном и другими мастерами ловли особо опасных преступников.

Большой знаток детективов, Даниэль Клугер сам известен как автор жанровой литературы. Будучи безусловно талантливым беллетристом, писатель использует любимую тему как повод для увлекательного рассказа о России и Европе в разные исторические эпохи.

Клугер немного интересничает, преуменьшая собственные познания в истории. Как фанат детективов, он обращает внимание на детали, которые профессиональным историкам могут показаться незначительным.

«Рабочий день видоковского бюро продолжался 10 часов. С 1 апреля по 1 октября он начинался в восемь часов и заканчивался в семь вечера, с двумя перерывами по полчаса: в 10:30 и 17:30. С 1 октября по 1 апреля начало и конец рабочего дня смещались на полчаса позднее. Правда, это расписание относилось к работе конторы и ее сотрудников (включая самого Видока). Что касается агентов, их рабочий день был ненормированным. Если они начинали задолго до девяти утра, а заканчивали после семи вечера, им платили за сверхурочные часы работы.

Видок старался привить своим агентам хорошие манеры, но это получалось у него с трудом. Единственное, чему он смог их научить, — это плевать на пол только в случае крайней необходимости, снимать шляпу, входя в помещение, и пропускать дам перед собой».

Курцио Малапарте. Бал в Кремле: [незаконченный роман]. М.: Редакция Елены Шубиной, 2019. Перевод с итальянского А. Ямпольской. Вступительные статьи М. П. Одесского, Н. А. Громовой, С. Гардзонио

В 1929 году трудный ребенок итальянской литературы Курцио Малапарте посетил Советскую Россию, где познакомился с Луначарским, Дмитрием Флоринским, Троцким и, что самое главное, пережил увлечение «Марикой Ч.». Остроты визиту добавляло то, что писатель на тот момент все еще был членом фашистской партии и любимцем Муссолини.

Впечатления от этой непродолжительной, но яркой поездки легли в основу «Бала в Кремле», причудливого романа, в котором реальность переплетается с откровенным фантазированием, а поэтичный язык сталкивается со специфическим юмором.

На страницах этой небольшой книги Малапарте мастерски выстраивает панораму России в переломный момент, когда коммунистическая утопия уступила место сталинскому тоталитаризму.

«— Мне бы хотелось увидеть могилу Муссолини в Италии, — сказала Марика, глядя на меня лукаво и печально.

— Вся Италия — одна большая могила, — ответил я, — вся Италия — могила Муссолини. Неожиданно Марика отстранилась и с презрением сказала:

— You pig, you dirty pig.

Она всегда называла меня так, когда хотела выразить презрение, а иногда употребляла английское слово, которое уже вошло в советский словарь. „Hooligan”, — говорила она мне, произнося это слово по-русски: „хулиган”.

Я отвечал со смехом:

— Вся Россия тоже одна большая могила, вся Россия — могила Сталина».

Диана Сеттерфилд. Пока течет река. М.: Азбука-Аттикус, 2019. Перевод с английского Василия Дорогокупли

Имя Дианы Сеттерфилд многие критики связывают с возрождением большого английского романа. Особо восторженные рецензенты называют писательницу Эмили Бронте наших дней. Ее дебютная книга «Тринадцатая сказка» стала заметнейшим явлением в литературе 2000-х и разошлась миллионными тиражами по обе стороны Атлантики и легла в основу одноименного телесериала.

«Пока течет река» — третья книга Сеттерфилд. Роман написан в жанре неоготики с замысловатым сюжетом и большей брутальностью, чем мы привыкли видеть в книгах с викторианским антуражем.

Завсегдатаи трактира на берегу Темзы день за днем встречаются, чтобы потравить друг другу байки и обсудить последние сплетни. Их относительно размеренная жизнь переворачивается, когда неожиданно объявляется израненный незнакомец с мертвой девочкой на руках. Через несколько страниц ребенок ко всеобщему изумлению воскресает. Теперь героям предстоит понять, кто она и что все это было.

«Лодочный мастер Безант сидел тихо, пока остальные разбирали историю по косточкам и складывали ее снова сотнями разных способов. По поводу внешнего сходства девочки с Воганами или Армстронгами, как и поводу ее воскрешения из мертвых, он не мог сказать ничего конкретного и потому молчал, вполне довольствуясь своим невежеством. Но когда дело касалось вещей, в которых он хорошо разбирался, мастер не упускал случая вставить свое веское слово.

— Она не Алиса Армстронг, — вдруг заявил он.

От него тотчас потребовали объяснений.

— Мать Алисы в последний раз видели в Бамптоне на пути к реке, и малышка была с ней. Верно? С этим все согласились.

— Ну так вот, за всю свою жизнь, а мне уже семьдесят семь, я не припомню случая, чтобы мертвое тело — или бочка, или потерянная шляпа, или что еще — плыло вверх по реке, против течения. А вы можете такое вспомнить? Кто-нибудь может? Бражники покачали головами.

— То-то же».

Лиза Бреннан-Джобс. Маленькая рыбка. История моей жизни. М.: АСТ, 2019. Перевод с английского Д. Березко и Я. Багряной

На русском языке выходит автобиографический роман дочери Стива Джобса. На страницах дебютной книги Лиза Бреннан-Джобс рассказывает о непростых отношениях с отцом, который долгие годы отказывался признавать ее своим ребенком.

Ни для кого не секрет, что основатель Apple в жизни был крайне сложным человеком, склонным впадать из крайности в крайность. Однако было бы неверно утверждать, что «Маленькая рыбка» целиком посвящена легендарному бизнесмену. Прежде всего, это книга о взрослении и связанным с ним травматическим опытом.

У себя на родине книга вызвала неоднозначную реакцию: отзывы ведущих критиков варьировались от восторженных до совершенно разгромных. Уже хотя бы этим она и интересна.

«Мы катались по кругу, сначала вверх по одной дорожке, потом вниз по другой, снова и снова. Мама все время поглядывала на меня, а я делала вид, что не замечаю.

— Знаешь, ты именно та дочка, какую мне хотелось, — сказала она. — Точь-в-точь. На ферме, где ты родилась, жила с мамой маленькая девочка, ей было три или четыре года. Телец по знаку, маленькая, но рассудительная и смышленая. Я подумала, что хочу такую же.

— Знаю, — ответила я. Она мне уже об этом рассказывала. („Я не просто люблю тебя, — часто говорила она. — Ты мне нравишься”.)

— И он назвал компьютер в честь меня?

— Потом он притворился, что нет, — и она заново поведала мне историю о том, как они вместе выбрали мне имя в поле, как он забраковал все ее предложения, кроме последнего — Лизы.

— Он любит тебя, — уверила она. — Но не знает о том, что любит.

Это было сложно осмыслить».

Элизабет Штагель. Житие сестер обители Тёсс. М.: Ладомир: Наука, 2019

Михаил Реутин подготовил для «Литпамятников» уже третий том с текстами средневековых немецких мистиков: сперва были тексты Майстера Экхарта, потом его ученика Генриха Сузо, а теперь вышли сочинения духовной дочери последнего, монахини-доминиканки Элизабет Штагель (ок. 1300–1360). «Житие сестер обители Тёсс» — монастырская хроника, составленная на основании воспоминаний и записей монахинь и представляющая собой невероятный калейдоскоп откровений, экстазов и чудес. Чтение это для сегодняшней аудитории, конечно, непростое, но крайне впечатляющее:

«Явились также два демона за спиною у брата, духовника этой девочки, когда тот читал мессу. В первый раз сии появились по возношении Даров. Хотя оба были отвратительны ликом и ужасны видом всего своего естества, они не смогли нагнать страха на оную девочку. Один стоял от священника справа, а другой слева, немного позади от него и слегка склонившись друг к другу. Они похвалялись, что напустили ужаса на самого служащего мессу и, кроме того, приуготовили [для него] некое преткновение. Ибо сей брат был привычен к тому, чтобы чрезмерно бояться мысленных образов, вызываемых недобрыми помышлениями, хотя и испытывал их в полной мере вопреки своей воле. Впрочем, упомянутые демоны исчезли, когда был прочитан „Отче наш”. Святые же ангелы остались и сослужили, пока читалась вся месса. Ей было видение, что тогда же она и сама причастилась телу Господню из рук брата, служившего мессу, а возвратившись в себя, телесным образом на устах испытала вкус удивительной сладости, каковую привыкла уже ощущать».