Путин и полоний. Чем закончится расследование дела Литвиненко 22 января 2016, 22:35 Цей матеріал також доступний українською

В Лондоне опубликовали доклад об убийстве бывшего сотрудника ФСБ, прямо указывающий на вину российского руководства

Отставные сотрудники ФСБ РФ Андрей Луговой и Дмитрий Ковтун, убивая своего бывшего коллегу Александра Литвиненко в ноябре 2006 года, не руководствовались мотивами личной ненависти – за отсутствием оных. Поскольку у руководства России вообще и ФСБ в частности такие мотивы были, причем весьма серьезные, убийство Литвиненко, по всей вероятности, было заказано и подготовлено по приказу или как минимум с ведома руководства российской спецслужбы и лично президента РФ Владимира Путина. К таким выводам пришел сэр Роберт Оуэн – председательствующий на публичных слушаниях по делу об убийстве Александра Литвиненко в Лондоне.

Обоснование для такого «приговора» – тщательный анализ жизни и деятельности самого Литвиненко, который закат земного пути посвятил тому, что можно назвать «борьбой против режима Путина». Начать следует с того, что Литвиненко был одним из тех офицеров ФСБ, которые рассказали, что начальство поручило им убить Бориса Березовского – российского олигарха, который приложил руку к приходу Путина во власть, но затем разругался со своей креатурой и перебрался на Запад.

После пресс-конференции, на которой было объявлено о желании Путина «завалить Березу», Литвиненко и сам был вынужден перебраться в Лондон, где начал весьма активно сотрудничать с британскими и испанскими спецслужбами, а также постоянно писать в самые разные СМИ о реальных и вымышленных преступлениях российского режима.

Правительство Великобритании не хотело проводить публичное расследование гибели Литвиненко, но его вдова Марина подала в суд и выиграла, добившись слушаний

Большую известность ему принес фильм «ФСБ взрывает Россию», в котором не без оснований доказывается, что Владимир Путин и его подчиненные в 1999 году специально взорвали жилые дома в Москве и Волгодонске, чтобы дать повод к возобновлению чеченской войны. Патриотический угар в обществе, вызванный этой войной, позволил Путину прийти к власти в 2000 году. Без той войны у него не было бы шансов стать главой государства. Кроме того, беглый агент ФСБ не уставал повторять, что Владимир Путин и его окружение тесно связаны с Тамбовской преступной группировкой, контролировавшей Петербург в 1990-е и в начале 2000-х годов. (Последнее недавно подтвердили испанские власти, проведшие тщательное расследование подобных связей).

Литвиненко был весьма активен в медиа-сфере, раздавал изобличающие интервью, писал статьи и расследования сам, работал с ненавистным Кремлю Березовским и вообще, с точки зрения российских властей, вел себя вызывающе и разнузданно. По результатам его тогдашней активности сэр Роберт Оуэн, который председательствовал на процессе, составил внушительный список возможных мотивов мести у ФСБ и Кремля. Туда вошли обвинения во взрывах домов, предательство, сотрудничество с Березовским и чеченцами, а также личные обвинения в адрес Путина и его подчиненных (Литвиненко обвинял их в педофилии и связях с наркомафией). То есть мотивов для устранения беглеца у российской власти было хоть отбавляй. А возможности, как установило следствие, были только у нее.

Получить полоний можно только в промышленном реакторе, в России такой возможностью обладает лишь одна структура – государственный Росатом. Естественно, крайне опасный металл там абы кому не отсыпают, для этого нужна санкция самого высокого уровня. Даже директору ФСБ пришлось бы согласовывать получение полония с руководством страны. Обычная логика не оставляет сомнений: в Кремле как минимум знали, какая судьба уготована Литвиненко.

Андрей Луговой, загадочно разбогатевший после убийства бывшего коллеги, недоволен содержанием доклада

В пользу этой версии Оуэн привел еще и такой факт: в России гибель оппозиционно настроенных политиков, журналистов и активистов – дело, в общем, обычное. Анна Политковская, Сергей Юшенков, Борис Немцов и многие другие доставляли Кремлю примерно те же проблемы, что и беглый агент ФСБ. Но в какой-то момент их всех находили мертвыми, а следствие было неспособно найти заказчиков преступлений.

Финальный вывод доклада, опубликованного по итогам слушаний, гласит, что Путин и руководство ФСБ не могли не знать об убийстве, а само оно не могло быть осуществлено без их санкции. Сэр Роберт, правда, использовал слово «probably», подчеркивающее, что это не приговор суда, а лишь суждение. Российские власти тут же прицепились к этому слову, переведя его как «возможно». Дескать, документ несерьезный: возможно знали, а возможно и нет, поэтому доклад ничего не значит – нет в нем никакой определенности. Проблема, однако, в том, что в данном случае «probably» – это не «возможно», а «наверняка», «с огромной долей вероятности». Слово это появилось лишь как дань процедуре, а не из-за реальных и обоснованных сомнений.

Отговорки Кремля – это вообще отдельная песня. Доклад назвали и «бессмысленным», и «смешным», и «преступным» и «сфабрикованным». Там, похоже, до сих пор не решили: либо отнестись к документу всерьез и попытаться разгромить его логически и юридически, либо просто объявить его ничего не значащей, смешной бумажкой, которую можно не замечать.

Премьер Кэмерон может смотреть на Путина сверху вниз: теперь у него есть рычаг давления на Кремль

Как бы то ни было, в Кремле явно занервничали. «Гибридная логика» его властителей заключается в том, что при любой неприятной ситуации требовать «доказательств» своих преступлений. Предполагается, что они должны не просто существовать в реальности, но и быть документально оформлены. Поскольку сделать это, как правило, непросто, то в Москве всякий раз все отрицают. Например, «нет доказательств отправки российских войск на Донбасс с подписью и печатью – значит, нет и самих войск».

Тут же доказательства собраны, должным образом отсортированы, оформлены и представлены. Доклад есть, это официальный документ, представленный в Палату Общин парламента. Печать есть, подпись имеется. Причем не судьи Пупкина подпись, а настоящего английского лорда. В такой ситуации отбрехаться очень непросто.

Советская еще бюрократическая логика подсказывает хозяевам Кремля: если есть папочка с их именами и доказательствами преступлений, то дело пахнет керосином, это очень серьезно. Купить сэра Роберта – нереально, запугать – тоже. Как быть в этой ситуации – непонятно. Что еще хуже, доклад – это не последняя серия этой истории. Следующей может стать уже настоящий суд, во время которого может вскрыться много еще чего интересного.

Кстати, подобный суд – вовсе не чистая абстракция. В том случае, если власть в РФ изменится (а экономическая ситуация почти кричит, что это будет скоро), то преемники Путина наверняка выдадут британцам Лугового и Ковтуна, которые были исполнителями убийства. Разговорить их будет делом техники. И тогда уже нынешний президент получит все шансы превратиться из неприкосновенного полубога в обычного уголовного авторитета, который для политической борьбы использовал методы своих учителей из Тамбовской ОПГ.