12 мая исполняется 50 лет с выхода «Штамма “Андромеда”», первого романа Майкла Крайтона — автора, который потом создаст «Парк юрского периода», «Сферу» и «Мир Дикого Запада», человека, с чьим именем неразрывно связана история технотриллеров. Крайтона нет с нами уже более десяти лет, но его произведения продолжают определять облик современной культуры. «Мир юрского периода» зарабатывает в прокате миллиарды долларов, а сериал «Мир Дикого Запада» — один из самых популярных проектов HBO. А в этом году в честь полувекового юбилея «Штамма» наследники Майкла Крайтона поручили автору «Роботов апокалипсиса» Дэниелу Уилсону написать продолжение романа. Книга «Эволюция Андромеды» выйдет в ноябре.

Быстрый путь к славе

Строго говоря, «Штамм» был не дебютным романом Крайтона, а первым, изданным под его настоящим именем. До этого Майкл, планировавший связать жизнь с медициной, успел написать с десяток детективных триллеров под псевдонимами Джон Ланг и Джеффри Хадсон. Но потом он решил всерьёз заняться литературой и публиковаться под собственной фамилией.

Первым делом автор придумал название, а потом долго пытался подобрать к нему сюжет. Крайтон несколько раз начинал писать, забрасывал текст, начинал сначала, снова бросал, но всё равно раз за разом возвращался к этой теме — настолько ему понравилось словосочетание «Штамм “Андромеда”».

В итоге Крайтон почерпнул нужную идею в научной работе Джорджа Гейлорда Симпсона «Основные черты эволюции». Симпсон между делом в нехарактерной для себя легкомысленной манере заметил, что живущие в верхних слоях атмосферы микроорганизмы ещё ни разу не появлялись на страницах фантастики. Крайтон уцепился за это замечание и довёл один из черновиков до логического конца.

Сюжет «Андромеды» строится вокруг смертельного вируса, который вырывается на свободу в результате падения исследовательского спутника неподалёку от тихого американского городка. Пока военные пытаются остановить распространение заразы, команда ведущих мировых учёных, изолированных в подземной лаборатории, работает над разгадкой вируса, получившего кодовое название «Андромеда».

Рукопись «Штамма» легла на стол новому редактору Крайтона в издательстве Knopf Бобу Готтлибу. Готтлиб был сравнительно молод для занимаемой должности — немногим больше тридцати, но уже стал настоящей звездой в издательском мире. За его плечами был десятилетний опыт работы в издательстве Simon & Shuster. За это время Готтлиб дослужился до должности главного редактора и выпустил не один хит; именно он открыл «Уловку-22» Джозефа Хеллера. Боб безошибочно угадал потенциал «Андромеды», но в пух и прах раскритиковал текст и велел полностью переписать рукопись.

Майкл ещё не был особо хорошим писателем. У «Штамма «Андромеда» были потрясающая задумка и отвратительная реализация: небрежный, непродуманный сюжет и, что хуже всего, совершенно непроработанные персонажи. Его учёным не то что не хватало индивидуальности, они отличались друг от друга только тем, что одни доживали до конца, а другие — нет. Я понял, что с его острым интеллектом и готовностью быстро принимать редакторские правки Крайтон сможет наладить сюжет, усилить напряжение, прояснить научную составляющую. В общем, он сможет всё, кроме одного: прописать убедительных персонажей ему будет не под силу. Майкл так и не научился писать о людях. Мне кажется, они просто никогда его не интересовали. Я подумал, что чем помогать ему углублять характеры героев, проще вовсе выкинуть человеческую составляющую и превратить «Андромеду» из романа в вымышленный научно-популярный текст. Майкл с готовностью согласился — мне кажется, он даже испытал облегчение от этой идеи. Роберт Готтлиб, из книги «Заядлый читатель: моя жизнь»

Готтлиб велел Крайтону переписать роман в стиле научно-популярного отчета о вымышленных событиях. Крайтон лихорадочно вносил правки, но Боб продолжал раздавать замечания: исправить описание здесь, добавить главу там, переделать мотивы персонажа сям. Крайтон бесился, но послушно выполнял указания редактора и в итоге разработал тот убедительный, холодный, отстранённый псевдодокументальный стиль, за который впоследствии хвалили его лучшие романы.

Смешав правду и вымысел и между делом рассказав доступным языком о ряде передовых на тот момент научных теорий и концепций, Крайтон сумел убедить публику в реальности проекта «Лесной пожар». Когда книга вышла, одни читатели приняли всё описанное за чистую монету, а другие принялись ругать Крайтона за то, что он подбрасывает Пентагону перспективные идеи. Автор решительно возражал против обвинений и объяснял, что пытался смоделировать такую ситуацию, которую нельзя остановить или изменить, если она уже произошла, — её можно только предотвратить.

Идея неубиваемого вируса настолько вошла в обиход, что за прошедшие полвека «Андромедой», к раздражению Крайтона, называли все серьезные заболевания, от птичьего гриппа и эболы до ВИЧ. Крайтон лишь отвечал, что со временем биология заменит ядерную физику в роли основного источника проблем.

Ещё одной причиной невероятной популярности книги стала её потрясающая своевременность. «Андромеда» поступила в продажу всего за несколько недель до возвращения лунной экспедиции, и общественность была всерьёз обеспокоена, что астронавты могут принести с собой опасные лунные микроорганизмы. Дошло до того, что в день возвращения астронавтов на Землю Крайтона позвали на телевидение как эксперта, чтобы в прямом эфире обсудить эти страхи.

С чисто литературной точки зрения «Андромеда» получилась крепкой, но не идеальной. Персонажам Крайтона, как верно заметил Готтлиб, никогда не хватало жизни и глубины. К тому же автор заранее проспойлерил судьбу многих героев, лишив читателей необходимости переживать за них. Других он оставил в подвешенном состоянии, оборвав повествование на полуслове, как только добился нужного эффекта — донёс до читателя идею, что ситуация неизбежно выйдет из-под контроля. Спустя двадцать лет эта мысль оформится в теорию хаоса Яна Малкольма из «Парка юрского периода».

Со страниц на экран

Ждать экранизации «Андромеды» пришлось недолго — фильм вышел на экраны уже через два года. Его снял Роберт Уайз, режиссёр фильма «День, когда Земля остановилась» и первого полнометражного «Звёздного пути». Крайтон присутствовал на съёмочной площадке и даже снялся в камео, но большого участия в экранизации не принимал. Его прежде всего интересовал сам незнакомый ему мир кино. С годами Крайтон всерьёз увлечётся кинематографом и даже оставит на время литературу ради режиссёрской карьеры. По его словам, образцом идеального режиссёра, расслабленным и спокойным, но в то же время держащим всё под абсолютным контролем, для него стал именно Уайз.

Если Крайтон и переживал о сохранности своих идей в фильме, то его страхи были напрасны. Сценарист Нельсон Гиддинг обошёлся с первоисточником очень бережно — сюжет книги перенесли на экран практически дословно.

Единственное серьёзное изменение коснулось пола персонажей: Гиддинг разбавил мужскую команду учёных женщиной. Уайз долго сопротивлялся, считая, что в столь научном фильме женщине может быть отведена лишь декоративная роль, но Гиддинг отстоял своё видение. Окончательно убедили Уайза научные консультанты фильма, встретившие идею с непередаваемым восторгом. В итоге доктор Рут Ливитт оказалась самым интересным персонажем, не в последнюю очередь благодаря блестящей игре Кейт Рид.

Картину положительно встретила публика, её даже удостоили двух номинаций на «Оскар», но она пролетела мимо обеих наград. Критики похвалили Уайза за точное следование первоисточнику и пожурили за слишком медленный темп. Они сочли, что два часа экранного времени — это слишком много для столь маленькой книжки.

Наивные! Спустя почти сорок лет, в 2008 году, телеканал A&E превратил «Андромеду» в четырёхчасовой мини-сериал, в котором от первоисточника осталась лишь завязка.

Сценарист новой версии «Штамма» Роберт Шенккан попытался максимально осовременить сюжет и оправдать увеличившийся хронометраж новыми сюжетными линиями и персонажами. Однако изменения вышли сериалу боком. Добавленные сцены и сюжетные линии выглядят инородными на фоне оригинального сюжета и добавляют больше логических дыр, чем затыкают. Подобранный по всем нормам политкорректности актёрский состав тоже не блистал.

Но хуже всего было то, что Шенккан подменил основную идею романа. Крайтон пытался донести мысль, что человечество ничего не знает об окружающей вселенной, а всякая, даже самая сложная система, выстроенная людьми, в любой момент может выйти из строя. Шенккан же и режиссёр Микаэль Саломон, по сути, сняли агитационный ролик «Гринписа». Их основная мысль — что бесконтрольное уничтожение природы в настоящем приведёт к катастрофическим последствиям в будущем. Сам Крайтон, если что, придерживался прямо противоположных взглядов — он считал, что природе под силу справиться с любой деятельностью человека.

Жизнь после смерти

Майкл Крайтон умер от рака в ноябре 2008 года, оставив после себя огромный архив материалов. В нём с тех пор нашли несколько текстов разной степени готовности. Свет увидели два полностью законченных и по какой-то причине не изданных при жизни Майкла романа и ещё один, завершить который он не успел — его дописал Ричард Престон.

Исследователи творчества Крайтона считают, что оба найденных в архивах романа, «Пиратские широты» и «Зубы дракона», были написаны ещё в семидесятых. Скорее всего, Крайтон остался недоволен ими и отложил в стол. Что и не удивительно: обе книги получились скомканными, сжатыми и непроработанными и скорее напоминали подробные черновики, чем готовые тексты.

В феврале 2019 года неопубликованные и недописанные романы, видимо, кончились, и наследники Крайтона объявили, что автор «Роботов апокалипсиса» Роберт Уилсон напишет продолжение «Штамма “Андромеда”». Действие развернётся после финала первоисточника и расскажет о возвращении эволюционировавшей версии штамма. «Эволюция “Андромеды”» увидит свет 12 ноября этого года.

«Я увлекался книгами Майкла Крайтона всю жизнь, и для меня огромная честь вернуться в созданный им культовый мир и продолжить это приключение», — заявил Уилсон в пресс-релизе. «Эта книга — подарок для всех фанатов Майкла и дань уважения созданной им вселенной, а также способ познакомить с его книгами новые поколения читателей, открывающих его миры в первый раз», — добавила вдова Майкла Шерри Крайтон.

Уилсон — идеальный кандидат для продолжения книг Майкла Крайтона. Он тоже любит сочетать лихо закрученные сюжеты с передовыми теориями и имеет опыт в научной сфере. В его пользу говорят докторская степень по роботехнике, документальный сериал о науке для телеканала History, десяток научных работ, четыре патента и несколько бестселлеров из списка The New York Times.

* * *

Какой бы в итоге ни оказалась «Эволюция “Андромеды”», Шерри Крайтон права в одном. Полувековой юбилей и выход продолжения — отличный способ познакомиться с книгой, да и вообще с обширным наследием Майкла Крайтона.