В Москве разгромлена выставка "Мы победили" арт-группы "Синий всадник". Она должна была открыться 8 мая в одной из старейших столичных арт-галерей "С-Арт", которую архитектор, публицист и коллекционер Петр Войс основал в 1989 году. Однако в галерею ворвались сотрудники полиции и люди в штатском, которые конфисковали работы, задержали художников и опечатали помещение. Среди тех, кто устроил погром в галерее, был человек, хорошо известный оппозиционерам: сотрудник Центра по противодействию экстремизму ГУВД по Москве майор Алексей Окопный.

Символы победы тиражируются, День Победы превращается в Новый год

Политические перформансы группы "Синий всадник" наделали много шума. Лидер группы Олег Басов, протестуя против российского участия в войне на Украине, стоял на коленях на украинском флаге перед зданием ФСБ и умывался бутафорской кровью, ел сторублевые купюры перед зданием Центробанка, когда курс российской валюты стал резко падать, стирал мочалкой со своей груди эмблему "Единой России", забравшись в античный саркофаг. За свою самую известную акцию – окропление мавзолея Ленина святой водой с криками "Встань и уйди" – Олег Басов и Евгений Авилов получили по 10 суток ареста.

Выставка "Мы победили" посвящена явлению, которое получило название "победобесия": ура-патриотической истерии, приводящей к тому, что георгиевские ленточки привязывают на рюкзаки, собачек и мерседесы.

"Наша выставка не ставит под сомнение подвиг народа, то есть людей, которые месили грязь в окопах и на пределе возможностей принесли Победу. Но мы ставим под сомнение химеру великоимперского прошлого, которая создается сегодня как единственная неоспоримая скрепа российской идентичности. Вторая мировая война – чудовищное кровопускание народов Европы. С днем скорби не поздравляют… Когда подвиг становится культом и тиражируется, его смысл выхолащивается. Георгиевская лента сегодня – маркировка провластно настроенных любителей первого канала… Мы победили, и сегодня итог этого дискурса – реставрация тоталитаризма с примесью православного фундаментализма", – говорится в манифесте группы "Синий всадник", подготовленном к открытию выставки "Мы победили".

Несмотря на это, в сюжете телекомпании РЕН-ТВ, снимавшей разгром выставки, ее объявили нацистской, а в министерстве культуры России назвали "гнусным моральным уродством".

​

На эти обвинения в эфире Радио Свобода ответил лидер группы "Синий всадник" Олег Басов:

– Нас обозвали нацистами, но это абсолютное искажение фактов. Там была картина, например, с пьяным Гитлером, которого мы высмеивали. Георгиевский фарш, вываливающийся из мясорубки, – это о том, что символы победы тиражируются, День Победы превращается в Новый год. Мы должны помнить, что это день скорби. Война – это мясорубка, это трагедия, спекулировать на ней некорректно. То есть это был альтернативный взгляд, в какой-то мере стеб – в том числе над использованием георгиевской ленточки в донецких событиях. Русские фашисты, националисты, лимоновцы активно участвуют в боевых действиях, поэтому мы использовали самодельные награды: одна из них представляла собой георгиевскую ленточку, а на ней висит свастика. Но это не пропаганда какой-то идеологии – это мирное художественное высказывание, это то, как мы видим действительность, живя в России.

​– Олег, вы ожидали, что будет такая резкая реакция, причем в первый же день, когда выставку почти никто не успел посмотреть?

– Нас начали обвинять, что это провокация, что мы рассчитывали на какой-то шум. На самом деле это вообще не так. Галерея находится на отшибе, не в центре Москвы. Приглашали в основном знакомых, то есть это было не открытие выставки, а мероприятие, где мы беседовали с нашими друзьями, показали им несколько инсталляций. Я не знаю, как это дошло до Центра "Э", видимо, через интернет. Они туда ворвались и начали все обшаривать, меня начали крутить и бить по животу в подсобке, обыскивать карманы.

– Сотрудники Центра "Э" вас избили?

Начали меня бить по животу, по затылку, заламывать руки. Я кричал "помогите", чтобы докричаться до полицейских. Ноль эмоций

– Я находился в галерее, она была закрыта, сначала пришел какой-то человек, постучал, я открыл ему, он был один. Сказал, что он журналист, хочет посмотреть выставку, мимо проходил, решил зайти. Они его выпустили, видимо, как троянского коня, чтобы он открыл дверь. Пять минут он потоптался, и зашли сотрудники полиции в форме. Затем люди в штатском, человек 20 набралось всех вместе, в штатском было человек 6-8 точно, такие амбалы. Среди них был Алексей Окопный, майор. Они требовал от меня документы, я отказывался давать паспорт, потому что знаю, что они отбирают паспорта у активистов, с группой "Война" так было, когда Центр "Э" отобрал у них паспорта, они были вынуждены бежать из страны по поддельным документам. Таким людям трудно доверять. Я начал отказываться, они в подсобке человек шесть заблокировали дверь, хотя за дверью сидели сотрудники полиции и журналисты государственных телеканалов. Начали меня бить по животу, по затылку, заламывать руки. Я кричал "помогите", чтобы докричаться до полицейских. Ноль эмоций, никто не постучал в дверь. Было абсолютное беззаконие, произвол, забрали компьютер, даже не в самой галерее, а в подсобных помещениях, в офисе все перевернули вверх дном. Это был шок, мы этого не ожидали точно.

– Что произошло с экспонатами, они повреждены?

– Экспонаты изъяли сотрудники полиции, с их точки зрения самые радикальные: то есть мясорубку, ватник, колючую проволоку с георгиевскими лентами. По нашей информации, они собираются передавать в прокуратуру, прокуратура будет думать, что делать, вплоть до возбуждения уголовного дела. Не знаю, что угодно могут пришить, статей в этом смысле много. Пропаганда фашизма? Они стали подавать в средствах массовой информации, что это была нацистская выставка. Это, конечно, искажение фактов, клевета, это была не нацистская выставка, конечно же, просто альтернативный взгляд на сегодняшний день и на итоги этой победы, к чему мы пришли, к чему приходим снова и снова. Образ мясорубки идеально подходит и для того времени, и для сегодняшнего.

– Все это можно сравнить с тем, что произошло в Сахаровском центре, когда разгромили выставку "Осторожно, религия", только тогда были символы христианские, а сейчас новая религия Победы.

– Тогда были православные активисты, а тут люди из спецслужб, то есть это сама власть пришла и разгромила нашу выставку. Мы возвращаемся к Сталину, к Третьему рейху, где говорили о дегенеративном искусстве, об искусстве врагов народа, гноили Мейерхольда и Мандельштама в ГУЛАГе. Мы потихоньку возвращаемся в то время. Абсолютное бесправие, беззащитность художников от активистов – все это налицо. Это уже не активисты – это спецслужбы, полицейские, сама власть.

Юрист Алексей Домников, представляющий интересы художников, приехал в галерею Петра Войса через час после того, как туда ворвались сотрудники спецслужб. Он считает, что только присутствие тележурналистов спасло организаторов выставки от физической расправы. Вот что он рассказал Радио Свобода:

– Организаторы выставки не отрицают важность освобождения Европы от нацизма. Они говорят о том, во что превратился праздник, как власть спекулирует на этих чувствах, об этой фальши, псевдопатриотизме, который сейчас насаждается в России. Мясорубка, из которой выходят георгиевские ленточки, действительно отражает всю суть происходящего, что погибали одни, защищали страну и освобождали Европу от фашизма, а их подвиг превратился в георгиевские ленточки, которые в разных формах используют, часто очень вульгарно, пошло и мерзко. Эта выставка – обращение к обывателю: не сходите с ума, задумайтесь, во что это все превращается.

Мне позвонил Олег Басов со словами о том, что его бьют. Я являюсь его защитником по административным делам. Приехал в галерею и встретил на улице сотрудников Центра по противодействию экстремизму, в том числе Окопного, одного из одиозных представителей этого центра, функционера, который на рядовые дела лично не ездит.

Вот спорят "когда начнутся репрессии?". Да они уже начались. Нет у нас ни суда, ни полиции, ни прокуратуры, ни независимых СМИ, сохраняется только видимость существования каких-то институтов. Есть же конституция, закон о полиции, по которому полицейский должен представиться, объяснить основания тех действий, которые он проводит. Здесь ни о каком законе речи не было, они просто проводили силовое мероприятие, направленное на устрашение. Спасло только одно, что я начал все снимать на видео, когда Алексей Окопный в том числе и на меня накинулся. Когда после слов Олега "Леша, меня били" Окопный пытался завести меня в подсобное помещение, знаете, комплекс чувств сложно описать. Нас спасли, может быть того не желая, сотрудники телеканала РЕН-ТВ, если не от угрозы жизни, то от угрозы здоровью точно. Потому что они спустились именно в тот момент, когда меня уже заводили в подсобку. Мы пошли на сделку с работниками телеканала – сказали, что дадим им комментарии, но только на улице, чтобы это не было в подвале. Сама галерея находится в подвальном помещении, где сложно защищаться от силового воздействия. Воспользовавшись моментом, я прошел через арку, и ушел оттуда, чтобы предать дело огласке. Единственное средство защиты – привлекать внимание, чтобы, по крайней мере, людей не били, не пытали, не истязали, не подвергали бесчеловечному отношению. Слава богу, пока это работает. Я связался с "Гранями", и через 15 минут после публикации видео с Окопным Олега отпустили из отделения.

​

– А что с галереей? Она опечатана?

Мы чувствуем себя примерно как люди, которые в 1939 году в Германии не поддерживали нацистский режим

– Они ее опечатали, но если подходить с позиции закона, то они просто налепили туда бумажки без законных оснований. Потому что, как вы понимаете, ни Олега, ни меня не знакомили с документами, хотя этого требует закон. Они ее опечатали и сообщили, что сразу после праздников документы будут направлены в прокуратуру. Это сказал полицейский, старший лейтенант, который был в форме, единственный, кто должностным лицом являлся во всей этой вакханалии, потому что остальные не представлялись.

Олегу Басову угрожает реальное преследование по политическим мотивам. Чем это закончится – не знаю. Думаем, как жить дальше в таких условиях, как защитить ребят. Но у нас выбора другого нет, мы чувствуем себя примерно как люди, которые в 1939 году в Германии не поддерживали нацистский режим. Россия сейчас фактически стала угрозой миру и безопасности человечества. Мы находимся в непростых условиях, но все равно продолжаем бороться, несмотря ни на что.