Право на забвение, действующее с прошлого года в Европе, добралось до России. Месяц назад Владимир Путин подписал соответствующий закон. Документ обязывает поисковые сервисы удалять по требованию граждан ссылки на информацию, которую те посчитали недостоверной или неактуальной. Крупнейший российский поисковик «Яндекс» назвал инициативу «Забвением права на поиск» и опубликовал отрицательное заключение на закон.

Таким образом, полемика о праве на забвение превратилась для россиян из теоретической в насущную. Центр Беркмана по изучению интернета и общества при Гарвардском университете опубликовал тезисы выступления профессора Джонатана Зиттрейна, одного из ведущих специалистов в области интернет-права, о праве на забвение в Европе. Digital Report приводит перевод текста.

Для профессора Джонатана Зиттрейна, право на забвение – «плохое решение реальной проблемы».

Таким было послание Зиттрейна во время выступления в Центре Беркмана по изучению интернета и общества 5 августа, где Зиттрейн и члены Американского общества гражданских свобод обсуждали решение Европейского суда – которое дало гражданам ЕС право требовать от Google удаления ссылок на личную информацию с европейских сайтов компании – и его альтернативы. В частности, Зиттрейн выразил озабоченность тем, что текущий процесс губительно влияет на свободу выражения и право общественности на доступ к информации.

По словам Зиттрейна, одной из причин для беспокойства является структура стимулов, с которой сталкивается Google. Если Google решает отказать в запросе на удаление, компания рискует штрафом от европейских структур, отвечающих за защиту персональных данных. Однако, подобные штрафы не предусмотрены за ошибочное удаление. В результате, утверждает Зиттрейн, «стимулирование явно искажено в пользу удаления», когда Google не уверены в достоверности запроса. Это может привести к тому, что компания «для перестраховки» будет удалять даже тот контент, который не должен быть удален.

Зиттрейн также выразил обеспокоенность асимметричностью доступа к информации. В дополнение к запросам от частных лиц, Google также получает большое число запросов на удаление от корпораций. Учитывая этот тренд и монополию Google на процесс удаления, Зиттрейн опасается, что в итоге частные компании будут обладать большим количеством информации, к которой у обычных пользователей не будет доступа. Недавние попытки французских регуляторов принудить Google применять право на забвение к своим международным доменам – которые Google отверг – только усугубили эту обеспокоенность.

«[Это] еще одна причина, по которой нам нужны данные о применении права на забвение, учитывая, что уже были поданы сотни тысяч запросов», – сказал Зиттрейн. «И именно поэтому я борюсь за предоставление информации академическим институтам и добросовестным исследователям, которые согласятся не предавать гласности детали, но описать на их основе тенденции».

Однако, несмотря на возражения Зиттрейна по текущему подходу к проблеме, он признает необходимость выработать методику, которая уважала бы достоинство и право на частную жизнь людей в сфере онлайн-информации о них. «Мне это представляется каверзной и интересной задачей», – добавил он.

В связи с этим, Зиттрейн предложил два альтернативных подхода. Одно решение предполагает передачу ответственности за выполнение запросов на удаление государству и создание процедуры юридических апелляций. Это позволит как человеку так и компании, производящей удаление, оспорить решение органов по защите персональных данных, а также поспособствует улучшению ситуации с искаженными стимулами и ограниченной прозрачностью.

Вдобавок к перемещению процесса из частной в государственную сферу, Зиттрейн предложил ограничить срок действия запросов на забвение одним годом, по истечении которого человек должен будет снова подать заявление. По словам Зиттрейна, «срок годности» уменьшит страхи того, что подобные удаления подрывают свободу слова и право на доступ к информации: «Что если статья, в которой изначально была некорректная информация о человеке, за это время была исправлена и в случае пересмотра дела больше не нуждалась в удалении?»

Конфликт между неприкосновенностью частной жизни с одной стороны и принципами свободы слова и права граждан на доступ к информации с другой, по словами Зиттрейна, требует нашего постоянного внимания. «Если мы все обеспокоены возможностью манипуляции информацией и предвзятого освещения», – сказал Зиттрейн, – «то нельзя держаться за статус-кво».