Одной из центральных тем американской президентской выборной кампании становится вопрос о том, кто ответственен за возникновение и распространение в Ираке и Сирии "Исламского государства". Дональд Трамп объявил основоположником этой запрещенной и в России террористической организации Барака Обаму, чем вызвал справедливое негодование демократов. Трамп настолько невежественен, что, даже когда в его внешнеполитических заявлениях прорезаются зерна истины, он сам не способен их понять и затаптывает лобовыми интерпретациями.

Обама – непримиримый противник "Исламского государства", американские ВВС уничтожили, наверное, уже сотни полевых командиров и рядовых боевиков. Собственно, война с террором – это единственное исключение, которое позволяет себе лауреат Нобелевской премии мира Обама, принципиальный противник использования американской вооруженной силы за рубежом. Что не отменяет, однако, того факта, что появление "Исламского государства" на Ближнем Востоке на месте побежденной там "Аль-Каиды" стало следствием катастрофических внешнеполитических ошибок американской администрации, совершенных в силу идеологического упрямства и зашоренности президента США.

Тема эта выходит далеко за рамки текущей американской политической кампании. Исламский радикализм останется с нами надолго, и уроки цепи поражений, а также одной изолированной, но, к сожалению, утраченной победы над ним чрезвычайно важны. Поэтому позволю себе внести свой вклад в обсуждение актуальной проблемы, тем более что я неоднократно высказывался на эту тему в разное время в последние годы. Некоторые из своих прошлых суждений я напомню, поскольку интересно оценить их сегодня в исторической ретроспективе.

Летом 2007 года в мировой войне, объявленной Западу исламскими радикалами ("Аль-Каидой" и родственными ей организациями) произошел не сразу замеченный и оцененный, но способный стать решающим стратегический перелом. Еще в январе и феврале 2007 года казалось, что "Аль-Каида" находится на пороге исторического триумфа. После взрыва мечети в Самарре исламским радикалам удалось погрузить Ирак в пучину суннитско-шиитского взаимного террора, унесшего десятки тысяч жизней мирных жителей. Американские войска оказывались во все более нелепой роли между двумя враждующими группами одинаково ненавидящих их фанатиков. Победившие на промежуточных выборах в Конгресс демократы требовали, опираясь на общественное мнение, немедленного вывода американских военных из Ирака.

Буш ввел войска в Ирак, а вот Обама как последовательный анти-Буш должен был вывести американцев из этой страны до последнего солдата

В этой стране США столкнулись не столько с военной, сколько прежде всего с семантической проблемой. Инициаторами вторжения "победа" определялась как "построение демократии в Ираке". На четвертый год войны об этом никто уже не говорил. Ложное определение "победы" привело к психологическому синдрому поражения, грозящему перерасти в решающее поражение в глобальной войне с исламским радикализмом. В иракской войне у США к 2007 году не было союзника, которого следовало бы защищать как по моральным, так и по прагматическим соображениям (кроме курдов), и не было противника, которого следовало бы уничтожать (кроме структур "Аль-Каиды"). Американцы действительно после назначения командующим войсками генерала Дэвида Петреуса сосредоточились на задаче уничтожения боевиков "Аль-Каиды". И здесь к США пришла неожиданная удача – одна из тех, которые переворачивают ход войн.

Против "Аль-Каиды" выступили и неожиданно обратились за помощью к США шейхи суннитских племен провинции Анбар, центра суннитского сопротивления коалиции и основной базы исламской "базы" в Ираке. Исламские интернационалисты достали даже ненавидевших американцев бывших саддамовцев: своей невероятной жестокостью по отношению к мирному населению, религиозным фанатизмом, навязыванием средневековых норм шариата, экспроприацией женщин для ублажения воинов Аллаха – словом, всем тем, что справедливо называется исламофашизмом. И этот исламофашизм отвергли правоверные сунниты, не имевшие ни малейших оснований симпатизировать американцам, отстранившим их от власти в стране, в которой они правили десятки лет, господствуя над шиитским большинством.

Вот как виделась мне ситуация осенью 2007 года: "Союз суннитских племен с американцами заметно повлиял на динамику конфликта внутри Ирака. Ее пока трудно предсказать в деталях, и Ираку в любом случае предстоит пережить еще много очень тяжелых лет. Но если говорить о глобальном контексте иракской войны, то он стал намного более определенным. Джихадисты "Аль-Каиды" потерпели фундаментальное метафизическое поражение. Если они не прошли у суннитов Ирака, то вряд ли пройдут где-либо в другом месте. Они могут устроить еще несколько масштабных терактов в США или в Европе, но к ним уже не придут те тысячи, а то и миллионы молодых людей, которые неудержимо бы хлынули в их ряды в случае их иракского триумфа.

А ведь этот триумф был так близок. Что стоило им умерить свою жестокость и тупой средневековый фанатизм хотя бы по отношению к своим союзникам? Однако тогда они изменили бы своей сущности и перестали бы быть подлинными джихадистами, но как исключительно цельные мерзавцы, они не могли себе это позволить. Так же, как немецкие фашисты не могли изменить своего расистского отношения к народам Украины и России, что предопределило перелом в ходе Второй мировой войны после тяжелейших поражений СССР в 1941 и 1942 годах.

Но был и другой шанс 6–7 месяцев назад, когда чаша терпения суннитов еще не была исчерпана. Американцы действительно могли уйти из Ирака, подарив "Аль-Каиде" триумф в глазах всего мусульманского мира. Все прогрессивное человечество – демократы, получившие большинство в американском Конгрессе, пресса, телевидение, университеты, блестящие интеллектуалы, актеры, поп-звезды и секс-бомбы Америки и Европы – требовало вывода американских войск. Уже несколько лет подряд встающий с колен российский министр иностранных дел торжествующе злорадствовал: "Очевидно, что окончательная развязка иракского кризиса внесет дополнительную определенность в международную ситуацию". Наперекор им стоял один не очень образованный, плохо артикулирующий свои мысли, чудом оказавшийся на посту президента США человек. Он, конечно, не знал, что сунниты восстанут против "Аль-Каиды". Но он почему‑то знал, что уходить нельзя, и упрямо это повторял, чрезвычайно раздражая своих высоколобых оппонентов.

Случайность? Может быть. А, может быть, Провидение сознательно выбрало именно такого – Джорджа Буша-младшего. Его нелепая война обрела в обратной временной перспективе свой исторический смысл. "Аль-Каиды" не было в Ираке. "Аль-Каида" пришла в Ирак. "Аль-Каида" сломала себе хребет в Ираке. Вернее, навсегда потеряла там свой бренд – светлый образ беззаветной защитницы угнетенных и беспощадно сокрушающей неверных мстительницы за оскорбленный и поруганный мусульманский мир. Это очень хорошая новость. Для Запада. Для мусульманского мира. И для России".

Я оказался прав – и неправ. Суннитские отряды самообороны "Сахва" ("Пробуждение") изгнали боевиков из страны, что резко снизило уровень насилия, и Ирак начал постепенно превращаться в более или менее нормальную страну. Но еще более важными оказались фундаментальные уроки, преподнесенные мировому сообществу. Исламский радикализм, исламофашизм может быть побежден, но побежден он может быть только изнутри самого исламского мира силами, отвергающими программу возвращения двух миллиардов человек в средневековье. Таких людей в мусульманском мире на самом деле большинство, и западной цивилизации, частью которой безусловно является и Россия, надо найти конструктивную и уважительную форму сотрудничества с ними и их поддержки.

Действительно, трудно было бы найти в мусульманском мире более благодатную для исламистов выборку, чем привилегированное при Саддаме иракское суннитское меньшинство, отстраненное коалицией от власти. И эта выборка отвергла исламистов, испытав на себе их философию и практику, попросив о помощи американцев. Трагическая история войны в Ираке неожиданно поставила очень важный социальный эксперимент. И уроки его были весьма обнадеживающими.

Однако мой оптимизм оказался неоправданным. Эти ценнейшие иракские уроки оказались не просто невыученными и незакрепленными, но сознательно отброшенными новой американской администрацией, как не отвечавшие ее идеологическим установкам. Получив авансом Нобелевскую премию мира, президент Обама стремился максимально противопоставить себя своему предшественнику. Очень значимые позитивные результаты, достигнутые под командованием генерала Петреуса на заключительном этапе иракской войны, были президенту неинтересны и даже неприятны. Обама пренебрег рекомендациями военных и гражданских экспертов, предлагавших оставить в Ираке символическое (несколько тысяч) число военнослужащих для поддержания связи с суннитскими отрядами и оказания им политической поддержки. Буш ввел войска в Ирак, а вот Обама как последовательный анти-Буш должен был вывести американцев из этой страны до последнего солдата.

Отряды "Сахва" были распущены шиитским правительством Нури аль-Малики в 2011 году. Багдадские силы безопасности физически ликвидировали нескольких влиятельных бывших полевых командиров, в том числе Хамиса Абу Риша, брата шейха Абдель Саттара Абу Риша, основателя "Сахвы", убитого террористами "Аль-Каиды" в сентябре 2007 года. И произошло то, что неизбежно должно было произойти: в качестве защитников суннитов на их территории снова появились джихадисты, теперь уже в новом обличии – боевиков "Исламского государства". Лишенные всякой политической, военной, экономической поддержки суннитские племена, союзники американцев на втором этапе иракской войны, вынуждены были смириться с террористами как с единственной реальной защитой от произвола шиитского правительства в Багдаде.

Так после недавнего освобождения от "Исламского государства" иракскими правительственными силами города Дужрф ас-Сахр большая часть 80-тысячного суннитского населения покинула его. Сунниты, приезжающие из занятого боевиками "ИГ" Мосула, сообщают о том, что боевики, внедряющие средневековые нормы, как и 10 лет назад, не пользуются популярностью у местного населения. Однако протестных выступлений в городе нет, так как жители опасаются худшего после возможного вступления в город формирований иракской армии и спонсируемых Ираном отрядов шиитской милиции. Как в дурной бесконечности ситуация повторяется: Военная структура "Исламского государства" может быть разгромлена, но джихадисты под другим брендом в третий раз придут в Ирак, если суннитское население будет вынуждено воспринимать их как своих защитников.

Сейчас идея создания суннитской национальной гвардии для борьбы с джихадистами выдвигается вновь и даже поддерживается духовным лидером шиитов Ирака великим аятоллой Али Систани. Но сколько времени было потеряно, да и не смогли бы джихадисты вернуться в Ирак после провала "Аль-Каиды", если бы стратегия генерала Петреуса была продолжена США и поддержана багдадским правительством.

Такова на сегодняшний день история "Исламского государства" в Ираке. Его успехи в Сирии стали следствием другой фундаментальной ошибки американской администрации, совершенной в 2013 году. Но это уже другая история.

Андрей Пионтковский – политический эксперт

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции