КНДР в пятницу провела очередной запуск баллистической ракеты, которая пролетела над северным японским островом Хоккайдо в сторону Тихого океана. Вторые за месяц испытания Пхеньяна состоялись всего через несколько дней после введения против КНДР новых санкций ООН. После инцидента госсекретарь США Рекс Тиллерсон в очередной раз призвал Россию и Китай принять конкретные меры против Северной Кореи в ответ на её последний ракетный запуск. Бывший замминистра иностранных дел России Георгий Кунадзе рассказал The Insider о последствиях новых санкций для КНДР и о том, способна ли Москва хоть как-то повлиять на северокорейских провокаторов.

С конца августа высокие официальные лица России принялись как по команде рассуждать об исчерпании ресурса санкционного воздействия на Северную Корею. Неделю назад, развивая этот мудрый тезис, уже сам президент Владимир Путин предупредил заокеанских поджигателей войны о том, что никаких новых санкций против северных корейцев Россия не поддержит, потому как, по его информации, они траву будут есть, а от ракетно-ядерного оружия не откажутся. Тревожным набатом прозвучали эти слова в сердцах людей доброй воли, которых в нашей стране, как известно, полным-полно. Как они, должно быть, удивились, узнав, что три дня назад в Совете Безопасности ООН Россия как миленькая проголосовала за Резолюцию 2375 (2017), предусматривающую новые санкции против Северной Кореи.

Недоброжелатели России посмеиваются, ее наименее умные официальные лица тщатся объяснить, что согласие на санкции против Северной Кореи не противоречит высказанному ранее несогласию на них, а наиболее умные – стыдливо помалкивают. Стыдиться, между тем, нечему: любая рациональная политика начинается с осознания пределов своих возможностей. Пусть даже и запоздалого.

У России нет никаких рычагов влияния на Северную Корею

Как нетрудно понять, возможности России внести самостоятельный вклад в урегулирование северокорейского кризиса объективно ограничены фактически полным отсутствием у нее рычагов влияния на Северную Корею. Жизненно важных для этой страны поставок Россия не осуществляет, воевать ни за, ни против нее не собирается, денег не дает. Теоретически имеющаяся у России возможность заблокировать проект любой «северокорейской» резолюции в Совете Безопасности ООН практически обесценена необходимостью всякий раз оглядываться на Китай. Представить себе ситуацию, в которой Россия проголосует против проекта «северокорейской» резолюции, если его одобрит Китай, трудно, точнее, невозможно. Рискну предположить, что такой поведенческий алгоритм сработал и в данном случае: узнав о готовности Китая поддержать Резолюцию 2375 (2017), Россия последовала его примеру.

То ли рудиментарное, то ли вновь обретенное чувство некой «социальной близости» к Северной Корее и неизбывное желание вставить палку в колеса политики США – вот, в сущности, и все, чем располагает Россия на «северокорейском» направлении. Для внутренней пропаганды этого достаточно, но для эффективной самостоятельной политики, разумеется, нет.

В свете констатации этого очевидного факта ясно, что, проголосовав за Резолюцию 2375 (2017), российская дипломатия совершила с некоторых пор не свойственный ей рациональный поступок. Никакой «награды» за него Россия не получила. Так, в тексте резолюции даже не упомянуто ее предложение о замораживании северокорейских ракетных и ядерных испытаний в обмен на прекращение ежегодных американо-южнокорейских военных учений. Возмущаться «неблагодарностью» тех, кого президент Путин презрительно именует «партнерами», не приходится – российское предложение носило чисто демагогический характер и было изначально невыполнимо.

Что касается самой Резолюции 2375 (2017), то она содержит ряд достаточно жестких мер принуждения Северной Кореи к пристойному поведению. Главной из них, несомненно, являются ограничения на северокорейский импорт сырой нефти и нефтепродуктов. Импорт сырой нефти замораживается на существующем уровне (примерно 500 тысяч тонн в год), а разрешенный импорт нефтепродуктов сокращается до 235-240 тысяч тонн в год. Импортируемые нефть и нефтепродукты предписано использовать исключительно в мирных целях, хотя как это проконтролировать, не разъясняется. И сырая нефть, и нефтепродукты – бензин, мазут и пр. – поступают в Северную Корею в основном из Китая. Ему и предстоит исполнить решение Совета Безопасности ООН.

В дальнейшем северокорейский импорт нефти и нефтепродуктов может быть ограничен еще больше. При этом, однако, до нефтяного эмбарго, скорее всего, доводить не станут, чтобы ненароком и правда не подтолкнуть Северную Корею к войне. (Как, например, подтолкнули Японию в декабре 1941 года.) Среди других мер воздействия на Северную Корею – досмотр в международных водах следующих в ее порты судов при наличии информации о транспортировке на них санкционных грузов.

Одним словом, ресурс санкционного воздействия далеко не исчерпан. Санкционная удавка будет постепенно затягиваться, по крайней мере, до тех, пор пока Северная Корея не вернется за стол «шестисторонних переговоров». Шансов на их возобновление немного, а на успешный исход – еще меньше. Причина в том, что объявленная международным сообществом конечная цель этих переговоров состоит в полном прекращении северокорейских ракетных и ядерных испытаний, а также в ликвидации программ разработки и производства ракетного и ядерного оружия. На момент начала «шестисторонних переговоров» северные корейцы как будто были к этому готовы, но сегодня – уже нет. Так что хронический кризис, порожденный провокационным поведением Северной Кореи, продолжится. Это, конечно, плохая новость. Хорошая же состоит в том, что, когда его очередное «сезонное» обострение закончится, все вернутся к своим обычным занятиям.

Северная Корея выжить в войне не сможет, а потому ее не начнет

Северная Корея продолжит изумлять мир самим фактом своего существования, будоражить военными приготовлениями и угрозами войны, выжить в которой не сможет, а потому ее не начнет. Китай, скрепя сердце, будет ее подкармливать. США – обдумывать планы политической, экономической и военной нейтрализации. Россия – привычно возлагать на США ответственность за все. Республика Корея и Япония – постепенно наращивать собственный оборонный потенциал, для чего имеют теперь все основания. А наблюдатели и эксперты всех стран – сочинять все новые рецепты излечения северных корейцев от их коллективной паранойи. Которое наступит только с исчезновением их немыслимого режима.