Тюрьма Седная в 30 километрах от Дамаска DigitalGlobe, ORION-ME, Google

В Сирии пытки применяются много десятилетий. Еще в 1987 году правозащитная организация Amnesty International опубликовала доклад, в котором рассказывалось о 38 способах пыток и бесчеловечного обращения. После мирных протестов в 2011-м и начала гражданской войны ситуация с пытками только ухудшилась. Как отмечают правозащитники, силовики продолжают повсеместно мучить людей, часто для сирийцев задержание означает смерть. По самой консервативной оценке некоммерческой организации Human Rights Data Analysis Group, за время конфликта в заключении погибли 17723 человека. «Медуза» рассказывает о новом докладе Amnesty International, сосредоточившись на главном — историях людей.

Доклад основан на рассказах 65 человек, побывавших в сирийском заключении. С большинством из них сотрудники Amnesty International общались в Турции, где они живут, с некоторыми — по скайпу. Они были задержаны как в крупных городах — Дамаске, Алеппо, Хомсе, — так и в небольших населенных пунктах. Среди них инженеры, электрики, бизнесмены, сотрудники гуманитарных миссий, правозащитники. Их арестовывали дома, на работе, в университетах.

Работа над докладом велась с декабря 2015-го по май 2016-го. Описанные события происходят с апреля 2011-го по декабрь 2015-го. Речь идет о пытках в центрах спецслужб для задержанных и военной тюрьме Седная, которая используется для содержания участников акций протеста и военных, подозреваемых в измене.

Задержание

Причина задержания может быть любой: работа на гуманитарную миссию, журналистская деятельность, участие в митингах, розыск родственника, а также донос информатора, нередко преследующего собственные цели. Одна из сотрудниц гуманитарной миссии рассказала, что ее арестовали по доносу переселенца, который был недоволен распределением томатной пасты.

В июне 2014 года Тарек из Алеппо, помогавший переселенцам, при попытке сбежать от вооруженных людей сломал ногу.

Догнав меня, они стали меня бить. Они требовали, чтобы я пошел, но я не мог. Меня отвезли на базу Воздушных разведывательных сил, где оставили на целый день в коридоре. Всякий, кто проходил мимо, бил меня.

Лайла (имя изменено) собирала сведения о нарушениях прав человека в Сирии. В октябре 2012 года ее задержали и посадили в бронированный автомобиль.

Ночью пришел лейтенант. Он снял с меня одежду и изнасиловал. Пришли еще двое солдат и снова изнасиловали меня. Потом [лейтенант] позвал еще четверых солдат. Двое насиловали меня, а двое других ждали своей очереди. Я стала кричать. Лейтенант сказал: «Будешь кричать, я тебя убью». Я сказала ему: «Убей меня! Я не хочу жить после того, что со мной сделали ты и твои псы». Он ударил меня и сказал: «Ты заслужила это. Ты предала свою страну».

В некоторых случаях опрошенные правозащитниками сирийцы были арестованы, поскольку на них под пытками указали знакомые. Студент из Алеппо Саад рассказал, что после ареста он в той же камере встретил своего друга. Тот объяснил, что под пытками сообщил, будто Саад участвовал в митингах. «Сначала я был зол на него, но потом простил, когда узнал, через какую боль ему пришлось пройти», — сказал Саад правозащитникам. Его друг позднее умер в заключении.

Кому-то из задержанных пришлось поучаствовать в аресте коллег. Журналист Луна из Дамаска, помогавшая переселенцам из других регионов страны, была арестована в январе 2014 года. Сотрудники разведки сделали вид, что собираются арестовать и ее сына. Тогда она по требованию спецслужбы назначила встречу со своими знакомыми. Их арестовали и поместили в ту же камеру; они так и не поверили, что она выдала их под давлением.

Приветственная вечеринка

Почти все побывавшие в руках у сирийских силовиков рассказывают про так называемые «приветственные вечеринки», когда всех новичков после приезда избивают охранники.

Адвокат Самир был задержан в феврале 2012 года: он попытался отвезти детское питание на контролируемую повстанцами территорию.

«Приветственная вечеринка» начинается сразу по прибытии. Я был одним из 50 человек, кого привезли в тот день, и всех нас избили во дворе. Нас били кабелями, в том числе по голове. Они били не разбирая. Я видел старика, которого били еще сильнее, чем остальных. Они хотели сломать нас… Они хотели, чтобы люди потеряли человеческий облик. Кровь текла рекой.

В ноябре 2012 года в городе Банияс был арестован 17-летний ученик школы Омар — за участие в демонстрациях. Около двух лет он провел в центрах для задержанных, пока его не привезли в тюрьму Седная.

Нас спросили, есть ли у нас заболевания. Я подумал, что, если расскажу про свое заболевание, они будут со мной помягче. Сначала они спросили моего друга, и он сказал: «Да, у меня астма». Они на моих глазах стали бить его — и били, пока он не умер. Когда они спросили меня, я ответил, что со мной все в порядке. После «приветственной вечеринки» у меня сильно кровоточили голова и брови, поскольку большинство ударов пришлись в голову. Избиение было хуже, чем в остальных центрах задержания вместе взятых. Они били нас всем: прутьями, руками, ногами…

Допросы

По словам бывших заключенных, ни один допрос не проходил без пыток. В докладе описаны некоторые пытки, применяемые силовиками.

Фалака. Удары по ступням ног. Иногда ноги поливают водой, чтобы удары были болезненнее.

Сотрудник гуманитарной миссии Махран, задержанный в ноябре 2011 года в Хомсе, испытал этот вид пытки на себе:

Мои ступни раздулись и больше не были похожи на ступни. Я не мог стоять. Они заставили меня перепрыгивать с одной ноги на другую, чтобы кровь снова приливала к конечностям и я почувствовал боль. А потом они стали снова бить меня по ступням, второй раз было куда больнее.

Дулаб. Человека заставляют залезть в автомобильную шину — так, чтобы ноги и голова оказались с одной стороны, руки при этом сковывают за спиной. После этого жертву избивают. И женщины, и мужчины рассказывали, что их пытали таким образом.

Шабех. Заключенного подвешивают к потолку или к крюку на стене за скованные руки и избивают (иногда бьют током). По словам Али, врача из Хомса, арестованного в 2014 году, однажды он провисел с вывернутыми плечами два часа.

Ковер-самолет. Человека зажимают между двух досок так, что он сгибается пополам. Это вызывает сильную боль в пояснице. Иногда, пока человек находится в такой позе, его продолжают избивать и пытать током — так было с Ахмедом из пригорода Дамаска, который участвовал в мирных протестах.

Они били меня током, я трясся, как кролик… Нет слов, чтобы это описать. Я чувствовал, будто пробежал тысячу километров, увеличиваюсь в размерах и вот-вот взорвусь… После пыток меня вышвырнули наружу — и всякий, кто проходил мимо, бил меня или плевал на меня. Они говорили: «Вот что случается, когда выступаешь против Башара Асада».

Пытка «ковер-самолет» Фото: Mohamad Hamdoun / Amnesty International

К заключенным также применяется сексуальное насилие — и к женщинам, и к мужчинам.

Саид, активист организации, выступающей за перемены в Сирии, был арестован в Алеппо в 2011 году.

Все это время у меня были завязаны глаза, меня подвесили и ударили током в пенис. Потом они взяли электрод, засунули мне его в анус и пустили ток. Потом один из охранников открыл мне лицо, и я увидел своего отца. Он все это видел.

Студентка юридического факультета из Алеппо Байан вспоминает:

Они сказали моей матери: «Мы притащим сюда твою дочь и изнасилуем ее». Они вытащили меня из камеры с завязанными глазами, приказали лечь на пол и стали снимать одежду. Я стала кричать, моя мать слышала меня, и они начали бить меня. Мама закричала: «Я сознаюсь! Я все расскажу!»

Умм Омар из Алеппо, помогавшая переселенцам, была арестована в марте 2014 года на блокпосту:

Следователь упомянул школу, где жили переселенцы [которым я помогала] и которая была расположена рядом с территорией, контролируемой повстанцами. Он спросил меня, сколько раз я практиковала «секс-джихад» с ними, что они позволили мне там работать. Я ответила, что я девственница. Он приказал охранникам: «Вы докажете, что она лжет. Она устраивала секс-джихад с ними, пусть сделает и для нас, да так, что пожалеет об этом». Они отвели меня в другое помещение… Я ждала, потом я услышала шаги… Они били меня, в том числе по месту на бедре, где мне делали операцию, пока я не потеряла сознание. Когда я очнулась, я снова была в камере-одиночке. Мои штаны съехали вниз, абайя была распахнута, а нательная рубашка задралась. Все тело ломило от боли; я даже не могу точно сказать, изнасиловали ли меня.

Бывшие заключенные рассказывают и про другие виды пыток — выкручивание пальцев, обливание холодной водой зимой и прочие. Однако пытки могут быть не только физическими.

У бизнесмена Абу Анаса из Алеппо, который предоставил свой офис для организации демонстраций, вымогали взятку следующим образом:

Меня отвели в подвал. Там был мой следователь, начальник центра для задержанных и капитан Воздушных разведывательных сил, которого обвинили в предательстве. Главный сказал: «Ты предатель. Мы обвиняем тебя в измене, изменник должен быть убит». И он выстрелил ему в голову. Когда я это увидел, я пал духом… На следующий день меня привели к нему в кабинет [вероятно, к следователю]. Он прочитал мне лекцию о том, как любить свою страну: «Башар — это бог. Он может дать жизнь, а может забрать». Я был страшно напуган. Я согласился заплатить ему. Позвонил семье и попросил найти денег. На следующий день меня освободили.

Все задержанные сознавались в любых приписываемых им преступлениях. Владельца кафе в Дамаске Хамудеха обвинили в том, что он воевал на стороне «Исламского государства» (организация признана террористической и запрещена в России), хотя единственным доказательством этого был его пост в фейсбуке, где он критиковал ИГИЛ.

Я сказал им, что сознаюсь в чем угодно. Тогда они потребовали, чтобы я признал себя боевиком. Я сказал, что я был лучшим боевиком, лучшим из тех, кто способен обращаться с оружием… Они знали, что я вру, но не показали удивления… Они спросили меня, какое у меня было оружие. Я ответил, что палка. После этого меня сильно избили. Тогда я сказал, что автомат Калашникова. Меня спросили, сколько у меня было обойм. Я сказал, что одна. Меня избили. Я ответил, что две. Спросили про зарплату. Когда я сказал, что 50 долларов, меня снова избили. Пришлось ответить, что 100 долларов.

«Вы, наверное, думаете, что мы молились об освобождении, но большинство из нас молились, чтобы покинуть этот ад — и оказаться хотя бы в Адре [гражданская тюрьма в Дамаске]. Там хотя бы жизнь получше», — рассказывает Хани.

Суд

Шаппал из города Эль-Камышлы участвовал в протестах, требуя признания прав курдов в Сирии. В сентябре 2011-го его задержали, год он провел в разных центрах для заключенных, а 4 сентября 2012-го предстал перед военным судом.

Я предстал перед тремя судьями, одетыми в штатское. Они попросили меня рассказать правду о том, что я сделал. Я сказал: «Мне нечего скрывать, я лишь призывал к демократии и свободе». Мне не дали закончить. Меня вывели из зала, даже не сказав, к какому наказанию я приговорен. Уже после освобождения в мае 2013-го я получил документы, где говорилось, что меня приговорили к 15 годам заключения.

Заключение

Бывшие заключенные рассказывают о бесчеловечных условиях в заключении. Им несколько дней не давали воду, принуждали к молчанию, избивали; многие из них провели много месяцев в грязных камерах, битком набитых людьми.

Все это испытал на себе Омар, сидевший в тюрьме Седная рядом с Дамаском (отличается самыми жесткими порядками):

В каждой камере назначался дежурный. Утром охранник спрашивал у него, сколько в камере тел [то есть умерших]. Однажды дежурный в нашей камере сказал, что там 12 тел. Охранник знал, что это ложь, потому что в каждой клетке помещалось 12 человек. Он пришел в ярость. Он заставил дежурного просунуть голову в окно для подачи еды и забил его до смерти. Его тело унесли на следующий день.

Адвокат из Алеппо по имени Салам тоже был в этой тюрьме:

Однажды произошел особенный случай. Один заключенный был тренером по кунг-фу. Он начал учить остальных своему искусству, поскольку все равно было нечего делать. Охранники узнали об этом. Они на месте забили до смерти тренера и еще пять человек. А потом принялись за остальных. Все они умерли в течение недели. Мы видели, как из камеры вытекает кровь.

Омар:

Один из охранников был известен своей любовью к сексуальному насилию. К нам он его не применял, потому что мы воняли. Но однажды он заставил нас всех раздеться, выбрал двоих из нас — самого рослого заключенного и самого низкого — и потребовал, чтобы большой изнасиловал маленького. Но тот не смог это сделать, хотя и пытался.

После освобождения большинство бывших заключенных не могут оправиться: одни жалуются на подорванное здоровье, другие — на то, что до сих пор слышат голоса охранников и постоянно вспоминают дни за решеткой. С тремя из 11 упомянутых в докладе женщин перестали общаться семьи.

Amnesty International неоднократно направляла сирийским властям вопросы о нарушениях прав человека, но те ни разу не ответили по существу. Последнее письмо с просьбой прокомментировать доклад организация отправила 13 июля 2016 года, однако не получила ответа. Власти Сирии последовательно отрицают применение пыток.

65 стран, включая большинство членов Совета Безопасности ООН, выступили за то, чтобы преступления в Сирии расследовал Международный уголовный суд. Россия и Китай наложили на эту резолюцию вето.