Т.Фельгенгауэр― Здравствуйте. Это программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, и я рада приветствовать в этой студии политолога Станислава Белковского. Здравствуйте, Станислав Александрович.

С.Белковский― Добрый вечер Татьяна Владимировна.

Т.Фельгенгауэр― Для разнообразия не про наши выборы, а про выборы президента США. Здоровье Хиллари Клинтон внушает некоторые опасения. Что же будет с демократическим лидером? Кандидатом.

С.Белковский― Ну, когда мэр Москвы Сергей Собянин написал в своем Twitter’е, я думаю, что не своими руками, конечно, что его беспокоит ситуация в Турции, когда там был военный переворот, правда несостоявшийся, ему добрые пользователи написали, что «Пусть тебя лучше…» Вас. Написали «тебя», но я скажу «вас». Написали, беспокоит ли меня канализация.

Т.Фельгенгауэр― То есть и нам эти самые выборы президента США не так интересны?

С.Белковский― Нет. Они нам ужасно интересны в силу нашего провинциального комплекса. У нас же провинциальное поклонение перед США. То есть, с одной стороны, мы хотим сказать, как мы ненавидим США и как мы хотим их превзойти. И с другой стороны, всё, что происходит в США, для нас это очень важно. Типично провинциальный синдром, описанный еще Антоном Павловичем Чеховым в многочисленных пьесах, особенно в «Трех сестрах» («В Москву, в Москву, в Москву», да?).

Я думаю, что а) американский народ разберется без нас. Во-вторых, я думаю, что, все-таки, степень консолидации истеблишмента против Дональда Трампа настолько велика, что, все-таки, Хиллари станет президентом, если только не помрет до момента, когда определяются результаты голосования. Но вы знаете, что согласно американским законам, мертвый тоже может занять выборную должность, и так и бывало неоднократно. Что если человек умирал после даты регистрации, то он избирался потом каким-нибудь сенатором или конгрессменом. В крайнем случае впервые в жизни Соединенными Штатами Америки будет править мертвый президент.

Т.Фельгенгауэр― Да бог с вами – она пока еще жива. Давайте пожелаем ей здоровья.

С.Белковский― И представляете, какое счастье доставит Дмитрию Киселёву? Это будет главная тема любой его программы.

Т.Фельгенгауэр― Кошмар.

С.Белковский― Но самое удивительное, что Владимир Владимирович Путин при всей его подчеркнутой асексуальности, ему придется стать латентным некрофилом, потому что ему придется общаться с мертвым лидером другой страны. Простите великодушно.

Т.Фельгенгауэр― Да, я надеюсь, что…

С.Белковский― Вы сами спровоцировали процесс…

Т.Фельгенгауэр― ...у Хиллари Клинтон всё будет в порядке со здоровьем…

С.Белковский― Я тоже на это надеюсь.

Т.Фельгенгауэр― ...И Дмитрий Киселёв продолжит.

С.Белковский― Нет, я просто себе представил, как Владимир Путин встречается с гробом.

Т.Фельгенгауэр― Ну, он же навещал Каримова недавно.

С.Белковский― ...С гробом, и решает с ним все вопросы. Это замечательно.

Т.Фельгенгауэр― Ну, нормально. А, между прочим, Владимир Путин часто так и делает.

С.Белковский― Да. С Евгением Максимовичем Примаковым и Борисом Николаевичем Ельциным – да. Да, но это, естественно, я пошутил и это была плохая шутка, потому что тогда вице-президент приступит к исполнению обязанностей президента, и, так сказать, придется Владимиру Владимировичу Путину, все-таки, встречаться с живым человеком.

Т.Фельгенгауэр― Хорошо. Давайте к нашим выборам. Тут Элла Памфилова, глава Центризбиркома не исключила проведения референдума об обязательном голосовании на выборах. Хорошая идея ведь? Всех заставить голосовать?



С.Белковский: Поддержка закона о запрете иностранного усыновления – это абсолютный геноцид

―

Вы понимаете, есть такой хороший анекдот старый. Он немножко пошловатый, но я, все-таки, его расскажу, потому что он находится в рамках политкорректности и не входит в сферу ответственности Роскомнадзора.

Т.Фельгенгауэр― Слава богу.

С.Белковский― Да, да. Поэтому «Эхо Москвы» не пострадает от рассказывания этого анекдота. О том, как англичанин, француз и русский переходят мост. И кто-то устраивает пари на тему, кто спрыгнет с этого моста. Соответственно, англичанину говорят, что только что упала бутылка виски с моста и поэтому он прыгает с моста в реку. Французу говорят, что с моста упала только что женщина, он бросается в реку. А русскому говорят и про бутылку виски, и про женщину, ничего не происходит. И тут неожиданно русскому говорят: «Знаете, русский, тут купаться нельзя». И вот в этот момент русский и прыгает, значит, с моста в реку.

Поэтому принудить русского человека к голосованию на думских выборах – это значит полностью отвадить его от этой привычки.

Т.Фельгенгауэр― Так. То есть таким образом если мы скажем, что голосовать могут не все, а по какому-нибудь цензу, то люди массово повалят на избирательные участки?

С.Белковский― Да. Если это будут избранные… Много званых, но мало избранных. Вы знаете, у меня был, к сожалению, покойный друг поэт Михаил Генделев, который издал книгу «Избранное». И он меня спросил как опытного пиарщика: «А как бы мне отпиарить книгу «Избранное»?» Я ему придумал слоган: «Много званых, но мало избранных», то есть книг хватит не всем. Вот, как книг хватит не всем, да, тогда русский человек придет. А если сказать русскому человеку, что ты будешь наказан за то, что не ходишь на голосование, так он и не придет обязательно. Поэтому это абсолютно контрпродуктивный…

Т.Фельгенгауэр― Ну, он и так, в принципе, не ходит.

С.Белковский― Он и так не хочет, но это еще будет дополнительным стимулом не ходить.

Т.Фельгенгауэр― Ну, коль начали мы про выборы, есть несколько аспектов, которые хотелось с вами обсудить, и в том числе история с выборами на Украине. Видимо, так и не смогут наши граждане, которые находятся на Украине, проголосовать – только на каких-то приграничных территориях.

С.Белковский― Ну, на мой взгляд, наши граждане, которые находятся в Украине, не хотели голосовать, поэтому тут нет никакой реальной проблемы. А чего они находятся на Украине в таком случае?

Т.Фельгенгауэр― В командировке.

С.Белковский― Угу. Это муж в командировке, знаете? А Ленин в Цюрихе. Помните этот анекдот, нет?

Т.Фельгенгауэр― Знаете, у нас как много людей было? И они в отпуске еще могут находиться. Вот, очень у нас военные любят бывать.



С.Белковский: Кто умеет готовить курицу, готовит курицу. Кто умеет делать обыски, делает обыски

―

Ну, ненавистны нам, жутко ненавистны нам во враждебной Украине ее проект «Фашистская хунта», да. Ага. А чего они там в отпуске-то делают у фашистской хунты? Сейчас же их заберут всех в концлагерь.

Да нет. Из тех, кто находится на Украине, не хотели никогда голосовать, поэтому ничего не изменится фактически в их судьбе.

Т.Фельгенгауэр― Ну, мало ли. Может, они хотели проголосовать за какую-нибудь оппозиционную партию. Всё равно нельзя лишать людей.

С.Белковский― Можно приехать в Москву и проголосовать. А что? А в чем проблема-то? И в любой другой город Российской Федерации.

Т.Фельгенгауэр― Ну, то есть тут вообще никаких вопросов нет?

С.Белковский― Никаких, нет-нет. Нет, вопросы есть, но у Дмитрия Киселёва, но не у нас с вами.

Т.Фельгенгауэр― Подождите. У него Клинтон сначала вопрос, а потом…

С.Белковский― Нет, общение… Вот этот сеанс того, что Владимир Владимирович Путин будет общаться с гробом – да, я согласен. Как это красиво! Надо еще дизайн гроба выбрать. Вот, кто у нас лучший дизайнер сейчас?

Т.Фельгенгауэр― Ну, в принципе же, не только на Украине (чего там уж?) никто особо не хочет голосовать, но и здесь особо не собираются люди на избирательные участки.

С.Белковский― Нет, совершенно не собираются. Совершенно не собираются. Единственный, кто внес оживление в избирательную кампанию, это Вячеслав Вячеславович Мальцев, мой недавний приятель, второй номер в списке ПАРНАСа. Я с ним познакомился 2 недели назад.

Т.Фельгенгауэр― И как?

С.Белковский― Представление о том, что он зверский провинциал и антисемит, сильно преувеличено. Мы с ним прекрасно дружим.

Т.Фельгенгауэр― Он зверский провинциал и не антисемит? Или что?

С.Белковский― Он ни то, ни другое. Он очень актуальный политик на сегодняшний день, потому что, по крайней мере, он формулирует правильные идеи и в состоянии их транслировать.

Т.Фельгенгауэр― Так? Значит ли это, что вы тут решили поагитировать за Мальцева?

С.Белковский― Ну, я, естественно, не имею права использовать эфир «Эха Москвы» для политической агитации. Но да, я, в общем, поддерживаю Мальцева и еще нескольких кандидатов, могу даже назвать, каких, если вы зададите мне этот вопрос. А если нет…



С.Белковский: У нас провинциальное поклонение перед США

―

Нет, я не буду вам задавать этот вопрос.

С.Белковский― А если нет, то тогда я воздержусь от комментариев по этому поводу.

Т.Фельгенгауэр― Как оцениваете вообще, насколько люди пойдут не пойдут? Потому что тут вот сегодня утром у нас были политологи в студии, говорят, что в Москве, которая обычно довольно активно себя ведет, не больше 40% придут на участки.

С.Белковский― Да, я думаю, да. Потому что интриги выборов нет. Совершенно очевидно, что, во-первых, уже состав и структура Государственной Думы сформированы до выборов, и там будут только кремлевские партии. Во-вторых, даже если там окажется несколько отмороженных оппозиционеров, то они ни на что не будут влиять. Поэтому никакого интереса идти на выборы нет.

У меня есть своя концепция похода на выборы и, опять же, чтобы не использовать эфир «Эха» для политической агитации, я сформулирую максимально абстрактно. Что нужно, если у вас в округе есть кандидат, которому вы лично симпатизируете независимо от его партийной принадлежности, то идите на выборы, проголосуйте за него. И второе, я, лично я буду голосовать за одну партию, чей лидер подвергался какой-то нечеловеческой диффамации, которая выходит за рамки моральных правил.

Т.Фельгенгауэр― Еще поговорим об этом чуть подробнее. Это особое мнение Станислава Белковского, мы скоро вернемся.

РЕКЛАМА

Т.Фельгенгауэр― Продолжается программа «Особое мнение», и это особое мнение политолога Станислава Белковского. Мы начали говорить о том, что есть некая концепция поведения на выборах, да? Как вы себе ее видите? Либо голосовать за какого-то приятного вам человека?..



С.Белковский: Когда борешься за ресурсы с помощью силовых методов, должен быть готов, что тебя тоже съедят

―

Нет, я вижу, что надо голосовать за любого человека, который вам приятен, которого вы лично знаете (это очень важно, важное обстоятельство). Даже если он единоросс, это не важно, потому что порядочные люди в мире… Знаете, доброе слово и кошке приятно. Да и единоросс бывает порядочным человеком (я с этим сталкивался), а представители прогрессивной общественности бывают очень зловредными.

И второе, я буду голосовать за одну партию (не буду называть ее в эфире, лидер которой подвергался таким унижениям и насилию со стороны кремлевских ботов и троллей, что из моральной солидарности я за эту партию проголосую, хотя изначально не собирался этого делать.

Т.Фельгенгауэр― А по поводу выборов, но уже не думских, а президентских. Сегодня, я не знаю, слушали вы или нет? Михаил Ходорковский объявил о том, что начал работу сайт, Кандидаты в президенты, которых он готов был бы поддержать в 2018 году. Там, правда, люди были не в курсе, что их собирается поддерживать Ходорковский, и реакция у них обычно была такая, удивленная скажем так.

С.Белковский― Ну, возвращаясь к теме Хиллари Клинтон, знаете, есть такой тоже пошловатый, но в рамках действующего законодательства анекдот, поэтому могу его рассказать в эфире. Кто такой пассивный некрофил? Это труп. Это к Хиллари Клинтон тоже.

Т.Фельгенгауэр― Прекратите издеваться над женщиной. Мы по-прежнему желаем ей здоровья.

С.Белковский― А мы сейчас вообще не про Хиллари говорили.

Т.Фельгенгауэр― Но и не про Ходорковского, я надеюсь?

С.Белковский― Нет-нет. Я думаю, что в этом списке есть только один актуальный кандидат в президенты – это сам Михаил Ходорковский.

Т.Фельгенгауэр― А зачем же тогда этот сайт? Так? Для развлечения?

С.Белковский― Ну, слушайте, вот мне всегда очень редко когда задают вопросы «Из чего состоит докторская колбаса?», как будто я ее произвожу. Надо позвонить Михаилу Ходорковскому и спросить, зачем он это сказал. Ну, не мне же задавать этот вопрос, правда?

Т.Фельгенгауэр― Ну, мало ли. Вы же всё знаете.

С.Белковский― Я знаю всё кроме этого.

Т.Фельгенгауэр― О’кей, хорошо. Давайте тогда по новостям сегодняшнего дня. Ну и вопросы от наших слушателей по номеру +7 985 970-45-45.

Дмитрий спрашивает не по сегодняшней новости, но, тем не менее, уже несколько дней обсуждаем мы нового детского омбудсмена. Что думаете? Вот, Дмитрий спрашивает: «Следует ли ожидать введения Домостроя в семейное законодательство?»

С.Белковский― Вы знаете, вот эту историю про телегонию я изучал, да? Эта фраза была сказана 8 лет назад. Это называется «баба-дура», то есть просто сморозила, не подумавши.

Т.Фельгенгауэр― Ну, бог с ним. Но вот поддержка закона о запрете иностранного усыновления – она и попозже была.

С.Белковский― Нет-нет, поддержка закона о запрете иностранного усыновления – это абсолютный геноцид, потому что только иностранное усыновление может помочь российским сиротам, ибо в России никто им не поможет. Ну, никто точно. Потому что в России вообще нет семейной культуры. Это тщательно описано. Я хочу сейчас взять пару минут на то, чтобы это обсудить. Вот, хотя это очень теоретический вопрос, но он очень важный.



С.Белковский: В этой стране никто не может никого усыновить. Усыновить могут только там

Россия вообще страна не семейная. Это очень хорошо описал в своей книге «Византизм и славянство» Константин Леонтьев, наш величайший мыслитель, где он очень правильно написал, что если в России жена узнает, что… Ну, условно, если в Великобритании жена какая-то выступает против открытия притонов, условно говоря, то она никогда в них не пойдет. В России она будет добиваться того, чтобы ей дали тоже право давать в притоны, что и ее мужу. Да?

Россия не фамилистская страна, как сказал Константин Леонтьев, поэтому в России вообще не может быть культуры усыновления. В России, как правило, ребенок является незапланированным. Вот, можно провести сейчас социологический опрос силами ВЦИОМа, ФОМа и Левада-центра солидарными…

Т.Фельгенгауэр― Левада-центр уже не можем.

С.Белковский― Почему?

Т.Фельгенгауэр― Они всё, иностранный агент, они не могут работать.

С.Белковский― Нет, от того, что они иностранный агент, они не потеряли права проводить соцопросы. Я вообще не понимаю, в чем проблема с иностранными агентами? В России статус иностранного агента очень почетен. Самым известным иностранным агентом был профессор Воланд, как известно, главный герой романа «Мастер и Маргарита».

Знаете, как есть такая шутка, что главные герои картины Пабло Пикассо «Девочка на шаре» — это мужчина на кубе? Вот, главный герой романа «Мастер и Маргарита», в названии которого Воланда нет, является Воланд. Поэтому это не запрещает совершенно.

Т.Фельгенгауэр― О’кей. Ну, вернемся к тому, что дети у нас не запланированы.

С.Белковский― Вот, проведем и спросим, какое количество… Вот, давайте проведем социологический опрос на тему, какое количество детей в России является запланированными? И неожиданно узнаем, что это там 1%. А 99% детей в России являются незапланированными, да? Это такая культура. В Америке наоборот – в Америке большая часть детей является запланированными.

И поэтому жуткие ламентации – это… Как называется (НЕРАЗБОРЧИВО). Жуткие завывания наших моралистов на тему того, что в Европе и в Америке люди рожают там после 35-ти лет, абсолютно лицемерны, потому что это и есть признак планирования семьи. Что когда человек становится взрослым, он планирует себе ребенка, а он не рожает его в 17 лет. Да? Потому что он ничего не может дать этому ребенку в 17 лет ни материально, ни морально, ни идеологически, ни психологически.

Поэтому в этой стране, естественно, никто не может никого усыновить. Усыновить могут только там. Только там это имеет ценность. Поэтому, конечно, это абсолютный геноцид, и ни один человек, который отрицает возможность иностранного усыновления, не может быть поддержан.

Т.Фельгенгауэр― Так. А если мы говорим про нового детского омбудсмена?

С.Белковский― А мы его не знаем. Мы просто его не знаем. Узнаем – поговорим о нем. А что мы еще будем о нем говорить? Но, на мой взгляд, кто бы ни был, лучше, чем Астахов.

Т.Фельгенгауэр― М!

С.Белковский― Потому что более лицемерного, лживого…

Т.Фельгенгауэр― Цензурно.

С.Белковский― Да. Человека, чем Астахов, не бывает. Вот, знаете, у меня один мой приятель однажды пришел к Астахову с просьбой о юридической защите. Астахов ему сказал, что он работает на его оппонента, и поэтому ему нужно заплатить 500 тысяч долларов, чтобы он отказался от работы на его оппонента.



С.Белковский: У меня есть своя концепция похода на выборы

Я не знаю, работал ли, на самом деле, Астахов на его оппонента. Возможно, что и нет. Но сама эта постановка вопроса говорит о том, что этого человека надо немедленно сдать в утиль. Его отправили в утиль – слава богу. Я уверен, что эта женщина (я видел ее – я с ней лично не знаком, я видел ее, так сказать, исключительно в интернете) всё лучше, чем Астахов, потому что Астахов уже упырь абсолютный. Слово «упырь», так сказать, на мой взгляд, не выходит за рамки действующего законодательства.

Т.Фельгенгауэр― Нет, не выходит.

С.Белковский― Притом человек, который занимался защитой прав российских детей за границе и говорил, что его не волнует, когда выкидывали наших детей пачками в мусорные баки в разных регионах Российской Федерации. И когда его спрашивали в том числе наш великий вождь и учитель Алексей Алексеевич Венедиктов в эфире «Эха Москвы» «А чего ж ты не защищаешь детей, которых выкидывают в мусорные баки?», он отвечал: «Я защищаю российских детей в международном масштабе, а этим должны заниматься региональные уполномоченные по правам ребенка». Спасибо вам огромное, товарищ Астахов, за защиту прав детей от всех детей.

Т.Фельгенгауэр― Ну, нету у нас больше Павла Астахова на этом посту.

С.Белковский― Поэтому я считаю, что… Я не знаю нового уполномоченного, я лично с ней не знаком и, думаю, что никогда не познакомлюсь. Но хуже Астахова вряд ли может быть.

Т.Фельгенгауэр― Хорошо. Напомню, что Станислав Белковский сегодня выступает в программе «Особое мнение». Еще одна тема. Начнем ее до перерыва. Очень все интересуются: «Что это было?» Я имею в виду рыбалку Владимира Путина и Дмитрия Медведева. Этих-то людей…

С.Белковский― «Двух безумных наших братьев подобрали рыбаки», как пишут в интернете.

Т.Фельгенгауэр― Да. Этих-то людей вы знаете? Что это такое?

С.Белковский― Ну как? Лично почти нет. Я с ними виделся там по одному разу, но я не могу сказать, что я их знаю.

Т.Фельгенгауэр― Ну, по телевизору видели, о’кей.

С.Белковский― Да, по телевизору видел. Как? Это библейский сюжет. Вообще они любят воспроизводить библейские сюжеты. Собственно, вот, 24 сентября 2011 года был библейский сюжет – это моление о чаше в Гефсиманском саду, когда «Пусть исполнится не моя воля, а воля отца», да? Когда Медведев отрекся в пользу отца от престола.

Т.Фельгенгауэр― Так?

С.Белковский― А как? Мы разве не помним, как спаситель ходил по воде, а там сидели рыбаки? И среди них был апостол Андрей Первозванный, между прочим, креститель Руси. Вот, видимо, они решили еще один библейский сюжет провернуть.

Т.Фельгенгауэр― Я стесняюсь спросить, кто же из них апостол? Видимо, все-таки, Дмитрий Медведев?

С.Белковский― Нет-нет, апостолы – рыбаки.

Т.Фельгенгауэр― А!

С.Белковский― Просто они ходили вдвоем.

Т.Фельгенгауэр― А они что, вдвоем спасители?

С.Белковский― Да. Умножение произошло господа бога, да. Ну как? Бог-отец… Тогда только ходил Бог-сын, потому что Бог-отец не может снисходить до этого. Но сейчас у нас в рамках политико-правовой системы Российской Федерации так получается, что Бог-отец тоже имеет право ходить по воде. Вот они и ходили по воде.



С.Белковский: Коррупция является основой основ российской политико-экономической системы

―

Сейчас сделаем перерыв. Это особое мнение Станислава Белковского, мы скоро к вам вернемся.

НОВОСТИ

Т.Фельгенгауэр― Продолжается программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, в гостях у меня сегодня политолог Станислав Белковский. Так. Со спасителями мы, вроде, разобрались, хотя, все-таки, я не очень поняла, зачем они сейчас опять вдвоем?.. Это чтобы Дмитрия Медведева немножко перед выборами поддержать?

С.Белковский― Ну, давайте предположим. Поскольку в прошлый раз они договорились о рокировке «Путин-Медведев» во время отдыха в Астрахани, может быть, сейчас они договорились о рокировке «Медведев-Путин», то есть в обратную сторону? А кто его знает?

Т.Фельгенгауэр― Да, это будет, конечно, круто.

С.Белковский― Ну, сакральный, религиозный смысл этой операции мы уже объяснили. А светский смысл остается для нас пока непонятен.

Т.Фельгенгауэр― Ну, видимо, недолго он будет нам непонятен.

С.Белковский― «Жить будем плохо, но недолго», как говорил Александр Григорьевич Лукашенко.

Т.Фельгенгауэр― Который, кстати, посоветовал тут всем – я цитирую – «меньше жрать».

С.Белковский― Как человек…

Т.Фельгенгауэр― Хороший, честный совет.

С.Белковский― Как человек, который весит больше 100 килограммов, я не могу не последовать этому призыву и не поддержать Александра Григорьевича.

Т.Фельгенгауэр― Еще хочу с вами поговорить по поводу каких-то бесконечных уголовных дел, которые сыпятся на нас просто как из рога изобилия. Ну, во-первых, тут были обыски в офисе Центробанка на Балчуге. Там, вроде, говорили что-то про украденный диван. Я не шучу.

С.Белковский― Видимо, это инерция борьбы с Турцией, потому что диван – это турецкое понятие.

Т.Фельгенгауэр― Там говорили, что всё это касается кражи имущества Международного акционерного банка. Но «Ведомости» тут дали замечательную цитату: «Диван, вазу и ковер, конечно, украли, но перед этим всё остальное». Я не шучу. Станислав Александрович! Это новости.

С.Белковский― Это вообще описание России, что украли всё и еще немного сверх того. Да-да-да, абсолютно. Даже то, чего в России не было, и то украли.

Т.Фельгенгауэр― Но у нас новости про обыски и прочее – это теперь главные новости, даже главней, чем Украина и Сирия.

С.Белковский― Ну, после того, как таким количеством денег и полномочий были накачаны правоохранительные структуры (назовем их условно так), а что остается делать? Каждый занимается тем, чем может. Кто умеет готовить курицу, готовит курицу. Кто умеет делать обыски, делает обыски. Они и делают обыски.

Т.Фельгенгауэр― Ну, как? Так это же хорошо? Это значит, что у нас идет какая-то борьба с коррупцией? Или они только обыски умеют делать?

С.Белковский― Они только обыски умеют делать – никакой борьбы с коррупцией у нас не идет. У нас идет постоянная борьба одних коррупционеров с другими за сферы влияния и источники доходов. Всё.

Т.Фельгенгауэр― А вот эта история с полковником, у которого 8 миллиардов рублей нашли?

С.Белковский― Ну, видимо, у него находился так называемый «общаг» некоторой группы полковников, черных, видимо, полковников.

Т.Фельгенгауэр― Как риэлторы черные?

С.Белковский― Да. Как в Греции всё есть. Видите, у нас как в Греции всё есть. Да? Но общаг должен держать вор в законе. А, видимо, полковник не был вором в законе, поэтому он и погорел.

Нет, (НЕРАЗБОРЧИВО), это не были личные деньги полковника, потому что полковникам такого не полагается. Это были деньги некоей силовой группировки, к которой он принадлежал.

Т.Фельгенгауэр― Заголовки-то шикарные! По федеральным каналам показали и всё, и сразу все говорят: «Вот, как здорово!»

С.Белковский― Ну, по федеральным каналам также показывали, как надо сжигать сердца геев, так сказать, и что Барак Обама является имбецилом, и только что показывали, что Хиллари Клинтон, безусловно, умрет перед тем, как станет президентом США. Поэтому чего там только ни показывали. Зачем это обсуждать в эфире нашей элитарной радиостанции «Эхо Москвы», чья аудитория ждет от нас чего-то умного, а не комментирования программы Дмитрия Киселёва, согласитесь?

Т.Фельгенгауэр― Ну, я не предлагаю комментировать программу Дмитрия Киселёва – мне интересно, что это за вал уголовных вот этих дел?

С.Белковский― Это… Еще раз говорю, что каждый человек делает то, что умеет. Когда силовики стали главным инструментом решения любых политических и экономических проблем в стране, они, собственно, начали это активно решать. Ну, собственно, а что они делают кроме того, чтоб устраивать обыски и возбуждать уголовные дела? К тому же сами силовики по себе не субъектны – они являются инструментами решения тех или иных экономических задач, они работают на определенные корпорации. Ну, значит, кому-то это понадобилось.

коррупция является основой основ российской политико-экономической системы

Но вот в этом нет ничего удивительного, никакой кампании по борьбе с коррупцией нет, потому что коррупция является основой основ российской политико-экономической системы. Наша экономика – это… Извините, что я себя хвалю, за что меня всегда критикует Алексей Алексеевич Венедиктов, который тоже очень любит хвалить себя, поэтому, осуществляя эту проекцию по Фрейду, он приписывает мне основное свойство, что хвалить себя.

Экономика РОЗ – распилы, откаты и заносы. В ней все основные экономические решения принимаются под воздействием коррупционных факторов. Если есть, как бы, что украсть, тогда решение принимается. Нет, чего украсть, решение не принимается. Ну, всё очевидно. А инструментом являются силовики.

И эту, конечно, заложил традицию Владимир Владимирович Путин, потому что он понял в какой-то прекрасный момент, что пока человеку не угрожает арест, его ничем не проймешь. Вот, единственная угроза – это посадить человека в тюрьму. Настоящая угроза, под воздействием которой человек может отказаться от своих экономических, политических и любых прочих интересов. Собственно, Ходорковский – это характерный пример этого дела. Да? Что пока не посадишь Ходорковского, ничего с ним сделать нельзя. То же самое сейчас воспроизводится на всех уровнях.

Т.Фельгенгауэр― Да, но здесь просто силовики против силовиков. Или тут не важен?..

С.Белковский― Нет, и силовики против силовиков. Но вся эта корпорация – она сегментирована и структурирована очень мелким образом. То есть, есть куча планов силовиков, они все борются друг с другом.

Напомню, что когда Дмитрий Анатольевич Медведев был президентом, он сделал ставку на генералов Сугробова и Колесникова, которых он назначил руководителями Департамента МВД по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, и своего сокурсника Кожокаря (я прошу прощения у Кожокаря и слушателей, что я не помню имени-отчества этого человека) он назначил начальником Следственного Департамента МВД с перспективой назначить его потом главой всего российского следствия, если бы реализовалась концепция, которая до сих пор существует формально, а вообще она обсуждается уже 15 лет, объединения всего следствия в единый Следственный комитет, изъятие следствия из всех силовых органов и передача его в единый Следственный комитет. В связи с чем ваш покорный слуга предлагал создать Причинно-следственный комитет как общий орган управления Российской Федерацией, потому что это было бы абсолютно правильно. Вот.

Но когда Дмитрий Анатольевич Медведев ушел с поста президента, то генерал Сугробов оказался в тюрьме, где он сейчас и находится, генерал Колесников выбросился из окна, Кожокарь куда-то исчез (его уволили с поста руководителя Следственного Департамента МВД). Ну, что сделаешь? Это жизнь. Когда ты борешься за большие ресурсы с помощью силовых методов, то ты должен быть готов, что и тебя тоже съедят.

Т.Фельгенгауэр― Да, но при этом Дмитрий Медведев, несмотря на то, что всех его протеже убрали…

С.Белковский― Сам остается, потому что он сын родной.



С.Белковский: Владимир Владимирович и его силовики убрали всех ставленников Медведева

―

...он продолжает ходить по воде с Путиным.

С.Белковский― Да. Потому что он родной сын Владимира Владимировича. Владимир Владимирович и его силовики убрали всех ставленников Медведева. Но сам Медведев 24 сентября 2011 года в рамках моления о чаше в Гефсиманском саду, то есть в Гостином дворе, где происходил тогда Съезд «Единой России» и где была объявлена рокировка обратно, доказал, что он абсолютно надежен и лоялен, и что он настоящий сын. Поэтому с ним ничего не случится, я думаю. И никакой амбициозный чувак (я прошу прощения за употребление этого вульгаризма) не придет на его место, потому что Владимир Владимирович не хочет иметь амбициозного премьера. Он хочет передать власть своему сыну, и сын политический у него только один. Может быть, я ошибаюсь. Но если кто-то знает имя другого политического сына Владимира Путина (я не имею в виду слухи о том, что у Владимира Владимировича есть дети от альтернативного брака, я имею в виду именно политического сына, да?), вот, пусть он его назовет (имя).

Т.Фельгенгауэр― Ну, то есть все эти замены губернаторов, охранники на разных постах – это всё так, декорация? А, на самом деле, нам нужно обратить внимание на то, что по воде они ходят с Медведевым.

С.Белковский― Нет-нет, это не декорация, это тоже имеет большое значение. То есть я не согласен опять с нашим великим вождем и учителем Алексеем Алексеевичем Венедиктовым в том, что Алексей Дюмин является преемником Путина, так сказать, и мне кажется, что это некоторый перебор. Но я согласен с тем, что идет замена друзей на слуг. Это обычная логика любого авторитарного правителя, который проходит, если мы возьмем единый учебник истории, который еще не написан, и прочитаем его, то мы убедимся, что любой авторитарный правитель проходит 3 стадии. Первая стадия, он лидер команды, первый среди равных. Вторая стадия, он сильно возвышается над командой и дистанцируется от нее тем самым. Третья стадия, он начинает убирать людей, которые помнят те времена, когда он не был при власти. Сейчас вот с Путиным происходит третья стадия: он убирает людей, которые помнят, когда он не был при власти, и возвышает своих слуг.

А слуги – это кто? Охранники – это идеальные слуги. Абсолютно, да? Поэтому назначение охранников на руководящие посты – это просто выдвижение тех людей, с которыми Путину психологически комфортно, потому что… Я – психолог-самоучка, у меня нет психологического образования, но, тем не менее, я могу похвастаться тем, что я многим людям оказывал качественные психологические услуги, и поэтому считаю себя, тем не менее, де-факто психологом.

И всякий человек ищет себе окружение, которое психологически ему комфортно. Именно этим объясняются необъяснимые (извините за оксюморон) кадровые решения во многих случаях.

Т.Фельгенгауэр― Но вот наш слушатель Вася пишет: «Кадыров – сын Путина, он будет президентом». Нет? Кадыров у нас не укладывается никак в эту картинку?

С.Белковский― Нет-нет, президентом России может быть только этнический русский с фамилией на «-ов», «-ев», «-ин». Поэтому Кадыров… Хотя он с фамилией на «-ов», но он не этнический русский. Нет-нет-нет, это невозможно.

Т.Фельгенгауэр― А у него какая роль в этой иерархии? Какое место?

С.Белковский― Он лидер независимого государства, которое почему-то делает вид, что оно входит до сих пор в состав Российской Федерации. Причем, впрочем, понятно, почему – потому что он получает огромные деньги от Российской Федерации, что возможно только при условии пребывания в составе Российской Федерации.

Т.Фельгенгауэр― Еще один хочу…

С.Белковский― И он, конечно, лидер победы. То есть Чечня же выиграла во Вторую чеченскую войну у России. Это немножко не объясняется публично, что условия мира и восстановление Грозного, и весь этот Грозный-Сити – это результат не победы России в Чеченской войне, а результат победы Чечни в этой войне.

Т.Фельгенгауэр― Еще одну тему хочу с вами обсудить – это удивительная любовь Игоря Сечина судиться с газетами. То он, значит, требовал уничтожить тираж «Новой газеты»...

С.Белковский― Но сейчас уже не требует.

Т.Фельгенгауэр― Нет, он по-прежнему…

С.Белковский― Но потом какой-то умный человек, видимо, объяснил, что это не поможет, потому что в интернете всё уже опубликовано сто тысяч раз.

Т.Фельгенгауэр― Да, но теперь он требует уничтожить тираж газеты «Ведомости».

С.Белковский― Это синдром Стрейзанд, вы знаете, да?

Т.Фельгенгауэр― Да-да-да.

С.Белковский― Да-да-да. А знаете, почему это так называется, да? Потому что Барбара Стрейзанд там…

Т.Фельгенгауэр― Да, просила уничтожить фотографию неудачную.

С.Белковский― Да-да. И в результате весь мир узнал об этой фотографии, о которой не знал никто до того, как она попросила ее уничтожить.

Т.Фельгенгауэр― Но теперь Игорь Сечин требует уничтожить тираж газеты «Ведомости» со статьей о его доме в подмосковной Барвихе.

С.Белковский― Ну… Видимо, что-то, так сказать, скатился бюджет Роснефти, поэтому не могут нанять компетентных советников. Или, может быть, Михаил Леонтьев окончательно ушел в запой? Я сам как человек, в общем, не чуждый тоже алкоголизму, не отношусь морально к этому с осуждением. Но, в общем, можно было подсказать, что это крайне популяризирует ту информацию, которую Сечин пытается скрыть. Может быть, Игорь Иванович одумается в ближайшие дни?

Т.Фельгенгауэр― Ну, вообще как-то странно. Почему как что, так сразу уничтожить?

С.Белковский― Вы знаете, мужчины, даже умные (я не про себя сейчас говорю), часто бывают подвержены влиянию женщин. Видимо, вот эта… Как ее?...

Т.Фельгенгауэр― Ольга.

С.Белковский― Да.

Т.Фельгенгауэр― Женщина.

С.Белковский― Дама, да.

Т.Фельгенгауэр― Дама, женщина. Ольга.

С.Белковский― Видимо, она оказывает большое психологическое давление на своего мужа, и он должен что-то делать, чтобы показать, что он защищает ее законные права и интересы. Хотя, естественно, прагматически это полностью работает против Сечина, Роснефти и даже самой Ольги. Ну, отдыхать на яхте – это одно и фотографироваться, и публиковать фото в Инстаграме – это очень умное решение, конечно, когда ты жена президента Роснефти. Это просто демонстрация колоссальных креативных способностей и, так сказать, и также аналитических и прогностических, что будет, да? Да, это мы поддерживаем полностью, потому что конкретно на это посмотреть.

Ну, видимо, она требует: «А что ж ты как мужик ничего для меня не сделал?» Вот это единственное, чем я могу объяснить эти абсолютно абсурдные, контрпродуктивные с точки зрения Сечина шаги.

Т.Фельгенгауэр― Спасибо большое. Станислав Белковский в программе «Особое мнение».

С.Белковский― Спасибо большое.