Сэмюэль Беккет

Читала «Над пропастью во ржи»?.. Мне роман действительно понравился, понравился сильнее, чем большинство прочитанных книг за долгое время.

Письмо Сэмюэля Беккетта Лоли Россет, 20 ноября 1953 года

Уильям Фолкнер

Роман «Над пропастью во ржи» произвел на меня впечатление. Автор восстал против давления, которое наша культура оказывает на нас. <...> В нашей культуре трудно быть личностью. Я увидел в этой книге трагедию, которая отражала трагедию самого Сэлинджера. Молодой человек, образованный, чуть более чувствительный, чем большинство людей, хочет любить человечество, пытается постичь его и обнаруживает, что для человека там просто нет места. В этом и заключается трагедия книги.

«Faulkner in the University»

Джон Апдайк

В повести «Выше стропила, плотники» Симор так определяет сентиментальность: «Мы сентиментальны, когда уделяем какому-то существу больше нежности, чем ему уделил Господь Бог». Это представляется мне сутью проблемы: Сэлинджер любит Глассов больше, чем их любит Бог. Он любит их слишком эксклюзивно. Изобретение Глассов стало для него пустынью. Он любит их в ущерб художественной умеренности.

John Updike. «Anxious Days for the Glass Family»

Филип Рот

Очевидно, что он святой. Но поскольку безумие нежелательно, а святость для большинства из нас недостижима, вопрос о том, как жить в этом мире, остается без ответа, если не считать ответом утверждение, что жить в этом мире нельзя.

Philip Roth. «Writing American Fiction»

Джеральдин Макгоуэн

Роман «Над пропастью во ржи» имел огромный успех в 1951 году. В 1953 году положительной реакции удостоились «Девять рассказов». Однако когда в 1961 году вышла книга «Фрэнни и Зуи», то критики вытащили свои ножи. В 1961–1962 годах они бросились на Сэлинджера с небывалой яростью. Среди критиков Джоан Дидион, Джон Апдайк, Лайонел Триллинг, Альфред Казин, Мэри Маккарти — казалось, что против Сэлинджера организовали заговор. Но все эти люди были друзьями Сэлинджера.

Из книги Дэвида Шилдса и Шейн Салерно «Сэлинджер». М.: Эксмо, 2015

Владимир Набоков

Думаю, что Сэлинджер и Апдайк — самые тонкие из пишущих в последние годы художников.

Телеинтервью Роберту Хьюзу

Том Вульф

Должен сказать, что стиль Сэлинджера заразителен; собственно говоря, это влияние можно увидеть и в моем рассказе «Конфетнораскрашенная апельсиннолепестковая обтекаемая малютка». Проза Сэлинджера кажется очень личной. Ему это удается — в частности, потому что он использует обороты «Если в самом деле хотите знать правду, то случилось вот что». Это мелочь, но люди действительно пользуются ими в разговорах. Обычно такие обороты убирают при редактировании, ему удалось их отстоять.

Из книги Дэвида Шилдса, Шейна Салерно «Сэлинджер»

Норман Мейлер

Следует сказать, что четыре повести Дж. Д. Сэлинджера о семействе Глассов, изданные в двух книгах, «Фрэнни и Зуи» и «Выше стропила, плотники» написаны, по-видимому, для старшеклассниц. Вторая повесть из второй книги, «Симор: введение», должно быть, самое неряшливо написанное прозаическое произведение, какое когда-либо выходило из-под пера крупного американского писателя. Повесть даже нельзя назвать написанной профессиональным автором. Это Сэлинджер в его худшем варианте.

Norman Mailer. «Some Childern of the Goddess: Further Evaluations of the Talent in the Room», Esquire, July 1963

Шон Хемингуэй, внук Эрнеста Хемингуэя

Сэлинджер принес номер Saturday Evening Post, в котором был опубликован его рассказ «Последний день последнего увольнения» о Второй мировой. На деда и сам Сэлинджер, и его текст произвели большое впечатление. Дед сказал ему, что уже слышал о нем, а прочитав рассказ, не мог скрыть своего восхищения.

Из книги Дэвида Шилдса, Шейна Салерно «Сэлинджер»