Когда меня спрашивают о польском кинематографе, о любимых фильмах и режиссерах, то в голову сразу же приходят два имени: Кшиштоф Кесьлёвский и Анджей Вайда. Мне нравятся и другие польские авторы, но эти возвышаются на поле предпочтений как две горы. «Три цвета: синий» — вообще один из моих любимых фильмов, а «Пепел и алмаз» — из самых важных. Первый — про любовь, а второй — про судьбу; сейчас я хотел бы написать о нем.

Хорошее кино для меня определяется лишь по одному критерию: это фильм, который ты можешь пересматривать много раз. Он тебе не надоедает, даже если ты все сцены и весь текст уже знаешь наизусть. Ты снова и снова пересматриваешь это кино, чтобы испытать те же сильные эмоции и удовольствие, чтобы заметить какую-то новую мелочь, деталь, которая ускользала от тебя раньше.

«Пепел и алмаз» — как раз из таких фильмов. Уже более шестидесяти лет он впечатляет, вдохновляет зрителей и режиссеров, любителей и профессионалов по всему миру, и я один из них.

Про этот фильм написаны сотни, если не тысячи статей и эссе, и я не буду ни повторять выкладки критиков, ни анализировать свои свои личные ощущения. Я хотел бы написать о том, что делает хорошее кино по-настоящему великим: это его универсальность, актуальность для любых времен и народов. Оно не устаревает.

Статья Олега Сенцова. Источник: Новая Польша

Вещий фильм. История, произошедшая в 1945 году в Польше напоминает то, что случилось в Крыму в 2014. Приходит некто сильный со своей армией и говорит, как вы теперь будете жить, прикрывая свои агрессивные действия словами о том, что он вас спас от реальных или мнимых врагов. Кто-то открыто радуется такому раскладу и новым возможностям, кто-то пытается бороться с подобной несправедливостью, понимая, что его слабое сопротивление изначально обречено. А еще есть большинство — всегда инертное и всегда со всем соглашающееся, готовое принять что угодно, смириться с любой властью, лишь бы его не трогали, дали жрать и не поставили к стенке. Этому холодному большинству точно понятно, что любой протест изначально обречен на неудачу, поэтому благоразумнее промолчать и смириться.

Но такие не все. Не все готовы молчать и смиряться. Всегда найдется кто-то, кому не нужна сытая жизнь в загоне, кто выбирает свободную смерть на одиноком пустыре. И даже если герою суждено умереть, корчась от боли в куче мусора, в конце концов на свалке истории окажутся те, кто его погубил. А о нем снимут фильм — хороший фильм, который будет жить вечно.