0 345 0

06.11.2018 15:00

Екатерина Чуковская, советник по правовым вопросам научного издательства «Большая Российская энциклопедия», рассказала об особенностях моральных прав автора, правовых обычаях разных стран и судебных делах, некоторые из которых длились порядка 50 лет.

— Когда появились моральные права автора? Можно ли говорить о том, что они древнее, чем имущественные права?

— Да, моральные права автора начали проявляться раньше имущественных прав. Но, конечно, как права в современном понимании они тогда не воспринимались.

Датой появления авторского права мы считаем 1710 год. В Статуте королевы Анны, где устанавливалось имущественное право, про моральное право сказано не было. Но то, что мы теперь считаем проявлением моральных прав, было зафиксировано в греческом акте, датируемом 330 годом до нашей эры. Там было написано, что три пьесы самых известных авторов каждый год будут депонировать в специальный архив, чтобы при дальнейшей постановке не было искажений и зрители не забывали, кто автор. На тот момент это было революционным решением, потому что раньше пьесы писались под определенное событие и ставились один раз. В исторических документах можно найти информацию о том, что Теренций [Публий Теренций Афр — драматург, представитель древнеримской комедии, прим. ред.] продал свою пьесу второй раз как новую. Это казалось то ли мошенничеством, то ли признанием невероятных достоинств произведения.

Решение собирать пьесы в коллекцию показывает, насколько власти считали важным сохранить достойное произведение в неискажённом виде. Мы бы сейчас сказали, что это проявление права на неприкосновенность и права авторства.

— Чем отличаются моральные права автора от имущественных прав?

— Отличие моральных прав автора от имущественных заключается в том, что, во-первых, они неотчуждаемы, во-вторых, бессрочны. Они не связаны ни с истечением срока имущественных прав, ни с их передачей. Более того, даже те произведения, которые с точки зрения имущественных прав никогда не охранялись (например, произведения Гомера или Шекспира), попадают под действие моральных прав, хотя авторам не довелось жить в эпоху, когда эти права начали регулироваться.

— Какие права входят в группу моральных прав автора? Какие у них есть особенности?

— В разных правовых системах существует разное отношение к моральным правам и разные критерии. Начнем с того, что некоторые страны, в основном это страны континентальной Европы, предполагают, что авторское право как институт делится на две составляющие: моральные права и имущественные права. Континентальное законодательство обеспечивает право на авторство, имя, обнародование, отзыв или раскаяние, право на уничтожение оригинала, право на неприкосновенность и право на защиту репутации. Страны англосаксонской системы — сторонники идеи объединения всех прав в одну группу.

Два принципиально важных права, которые отображены в международных документах — это право авторства, то есть право человека считаться автором того, что он создал, и право на неприкосновенность или право на защиту репутации автора.

В разные периоды нашей истории определения права на неприкосновенность отличались. Причины этого достойны пера Бомарше: в 1886 году, когда принималась Бернская конвенция, было подготовлено два официальных текста — на английском и на французском языках. В статье, посвященной праву на неприкосновенность, во французском варианте сказано, что автор вправе препятствовать любым изменениям, любым искажениям и тем извращениям, которые способны нанести урон его репутации; в английском варианте вместо «и» стоит «или», что в логике считается не разделительным, а объединительным союзом, а значит, замечание об ущербе репутации в английском варианте относится ко всем изменениям.

С 1992 по 2008 годы мы были склоны к английскому варианту: считалось, что такие изменения, которые не наносят урон репутации автора, например, комментарии или технические изменения (скажем, внесение изменений в формат, когда фильм снят в формате 4 на 3, а показывают его по телевидению в формате 16 на 9), не нарушают моральных прав автора. Сейчас мы вернулись к советской концепции, и автор вправе препятствовать внесению любых изменений в его произведение.

Кроме того, из этих двух прав выводят дополнительные права. В российском законодательстве это право на имя, то есть возможность автора решить, как он появится перед публикой: под своим собственным именем, под псевдонимом или анонимно. В одних странах это право тоже выделено как отдельное, в других считается, что это одно из проявлений права авторства.

Право, которое в редких случаях появляется в законодательствах, — это право на обнародование. У нас оно есть с изъятиями: в некоторых случаях автор не распоряжается своим произведением — это касается служебных произведений, сложных объектов, сейчас к этой категории относят произведения, созданные по заказу. Англосаксы игнорируют право на обнародование, поскольку считают, что автор изначально создает произведение для того, чтобы публика была с ним знакома.

— Как соотносятся право на обнародование произведения и право на отзыв?

— Право на отзыв — это обратная сторона права на обнародование. Это значит, что автор в любой момент может передумать насчёт публикации произведения. Например, если в начале своего творческого пути автор сочинял какие-нибудь нецензурные частушки, а позже решил написать теософский трактат, есть вероятность, что он не захочет, чтобы его имя ассоциировали с предыдущими текстами. В этом случае автор может изъять свое произведение. Во Франции это называется правом на раскаяние.

В 2015 году российское законодательство претерпело странные изменения, и теперь автор имеет право на отзыв только до момента обнародования произведения. В других странах, признающих право на отзыв, как бы оно ни называлось, этот срок не ограничен, но единственное требование, которое выдвигается во всех странах, в том числе в нашей, — автор должен возместить все убытки, которые были причинены таким решением. Он может не объяснять свои мотивы, но должен компенсировать денежные потери тех, кто рассчитывал заработать на этом произведении и уже вложил в его публикацию средства.

Это право последним стало осознаваться как право в результате довольно странного судебного решения. Во Франции жил художник Шарль Камуан. Он приехал в Париж, мечтал о славе, вывешивал на улицах свои работы, ходил по музеям, предлагая свои произведения, но добиться признания не мог. Как и многие непризнанные гении, Камуан искал утешение в алкоголе. Однажды, после очередного неудачного дня, он зашел в кафе, где не было свободных столиков. Камуан подсел к незнакомому человеку и начал изливать ему душу. Собеседник сказал, что может помочь. Выяснилось, что он владелец маленькой галереи и готов предоставить площадь для выставки. Воодушевленный Камуан пошел домой, нарисовал несколько афишек, расклеил их по городу. В назначенный день он пришел в галерею, развесил работы, но ему не понравилось, как они выглядят на стене. Камуан перевешивал картины несколько раз и вдруг задумался: «О какой славе я мечтаю? Это провал, это позор!». Он взял бритву, вырезал картины из рам, разрезал их на 4-6 частей, выбросил в помойное ведро и ушел домой.

Поблизости оказался бомж. Он увидел обрывки и сложил картины так, как ему казалось нужным, заклеил их газетами, а утром пришел в галерею. Там стоял владелец и не понимал, куда делись работы Камуана. Бомж показал ему склеенные картины и объяснил, при каких обстоятельствах их нашел. Они подклеили все это к рамам, выставка открылась. Народ ходит, смотрит, удивляется – разрезанные полотна, так интересно, новое слово в искусстве!

Как-то вечером Камуан случайно проходил мимо выставки, увидел свои картины и потребовал объяснений. Он сказал, что если автор решил уничтожить картины, то никто не может показывать их людям. Камуан заявил об этом в суд, и суд признал, что он действительно имеет такое право. Тогда говорилось о праве на уничтожение оригинала, потом уже стало ясно, что есть произведения, которые существуют в виде экземпляров, и все это трансформировалось в право на отзыв. Поскольку дело Камуана было первым, никто не подумал об интересах владельца галереи, но все следующие судебные решения были приняты с условием возмещения убытков: многие авторы склонны к спонтанным решениям, и, конечно, из-за этих решений никто не должен страдать.

Таким образом, право на отзыв — это еще одно неимущественное право. Почему-то в Гражданском кодексе оно относится к иным правам, но на самом деле это неимущественное право, не связанное с получением прибыли. Ведь что такое моральные права? Это права, которые привязывают к личности автора его творения, не делают произведения средством заработка или предметом оборота, а дают автору возможность получить свою долю славы, иметь ощущение связи с тем, что он создал.

Когда юристы пытались осмыслить, что за институт авторского права возник в начале 18 века, они примеряли его к уже имеющимся правовым институтам. Одна из теорий заключалась в том, что авторское право похоже на семейное право: автор — отец, произведение — ребенок. Человек несёт ответственность за своего ребёнка, воспитывает его, гордится им. То же самое связывает автора и его работу. Это и есть моральное право автора.

— Как развивались и дополнялись моральные права автора в России?

— Изначально, когда в 1828 году авторское право возникло в России, таких формулировок, которыми мы пользуемся сейчас, не было. Тогда каждое сочинение проходило цензуру, и цензор, конечно, должен был знать, кто автор, к кому потом предъявлять претензии. Поэтому право автора на произведение не оспаривалось. Право на неприкосновенность не было таким важным для законодателя, но было важным для автора. Ещё до возникновения закона Александр Пушкин жаловался императору, что без его согласия издали одно из его произведений. Более того, перевели на немецкий язык, причём плохо, чем Пушкин и был возмущён.

Полный набор прав, которыми сейчас обладает автор, сформировался в начале 20 века. В 1886 году была принята Бернская конвенция. Россия поставила себе задачу присоединиться к ней, а для этого нужно было изменить закон. Закон 1911 года на тот момент совершенно точно отвечал всем международным стандартам, но присоединиться Россия не успела сначала из-за Первой мировой войны, потом из-за революции. Она присоединилась к конвенции только в 1995 году, через 109 лет после ее принятия.

В советский период были право авторства, право на неприкосновенность и право на имя. Тогда в законе были описаны неимущественные права, о имущественном было одно упоминание — право на использование. Сейчас оно расписано более развёрнуто. Также было право на обнародование и право на отзыв, однако они не относились к заказным произведениям — в советское время крупные произведения создавались по заказу (фильмы — по заказу Госкино СССР, учебники — по заказу издательства «Просвещение», аудиозаписи — по заказу фирмы «Мелодия»).

— Есть ли какие-то отличия между моральными правами автора в России и США?

— Безусловно, потому что в государствах действуют различные системы — англосаксонская и континентальная. Мы относимся к континентальной.

Как я уже говорила, у англосаксов господствует монистическая теория: все права объединены в одну группу. Все, что связано с правом на неприкосновенность, им непонятно, потому что произведения в первую очередь рассматриваются как товар, а товар надо приспособить к рынку, к интересам потребителей. Самый яркий пример, связанный с авторским правом и с традициями, выработанными десятилетиями: режиссёр-постановщик в американском кинематографе не имеет права на окончательный монтаж. Его привлекают только в исключительном случае. Считается, что он сделал своё дело, сдал сырьё, а сырье до вида товара доводят другие люди с другой мотивацией, с другими критериями хорошего и плохого. Для них хорошо то, что хорошо продаётся. В этой системе нет места моральным правам, которые существуют в Европе. Для них это нормальные рыночные правовые обычаи.

— Кто может взять на себя функцию обеспечения права на защиту репутации после смерти автора?

— В Гражданском кодексе обозначено, что автор может либо указать в завещании, кто возьмёт на себя функцию обеспечения права на защиту репутации после его смерти, либо дать распоряжение другим способом — в дневниках, письмах и т. д. Если такого распоряжения нет, то обеспечивать право на защиту репутации должны ближайшие родственники, при этом они могут не быть наследниками. Так же регулируются право на неприкосновенность и право на обнародование: их обеспечивают переживший супруг, дети и родители. Если таковых нет, то Гражданский кодекс позволяет обращаться с претензиями любому заинтересованному лицу, и физическому, и юридическому. В чем они могут быть заинтересованы, я не могу предположить, но суды должны принимать иски от любого человека или организации.

Есть ещё один нюанс, больше связанный с правом на обнародование: те, кто призван следить за исполнением этого права после смерти автора, чаще всего сами его нарушают. Самый известный случай из последних — это нарушение сына Владимира Набокова в отношении романа «Лаура и ее оригинал». Набоков указал, что после смерти сочинение необходимо сжечь, а сын его обнародовал. Весь мир разделился на два лагеря: одни считали, что желание автора — закон, другие говорили, что это был каприз, и, если бы Набоков хотел, он бы сжёг произведение сам — Гоголю ничего не помешало — поэтому сын обязан его опубликовать.

Похожая история произошла с произведениями Кафки. Он тоже просил сжечь произведения, а его душеприказчик Макс Брод не сделал этого, сказав: «Пусть после смерти буду гореть в аду, но я не могу лишить человечества такого наследия».

В 2008 году в российской правовой системе появилась ещё одна фигура, субъект смежных прав — публикатор – тот, кто по истечению срока авторского права находит произведение не в государственном и не в муниципальном архиве, а в каком-либо ином месте, например, в архиве автора или его наследников. Этот человек будет обладать полнотой прав только в том случае, если не найдутся свидетельства того, что автор не хотел публиковать произведение.

Момент обнародования очень важен, потому что если произведение было опубликовано после смерти автора, но в пределах срока охраны имущественных прав, то 70 лет будут отсчитываться от обнародования. Так было с произведениями Булгакова. Он умер в 1940 году, «Мастер и Маргарита», «Белая гвардия» и «Бег» были обнародованы после смерти («Мастер и Маргарита» и «Белая гвардия» — в 1966 году), поэтому в общественное достояние эти произведения перешли только в 2016, а не в 2010 году. Сложная ситуация была с правами на «Бег», потому что судебная практика считала обнародованием фильм Алова и Наумова, снятый в 1974 году. В том виде, в котором роман был задуман, по-моему, он не вышел до сих пор.

— В каких случаях можно говорить о нарушении права на неприкосновенность?

— При нынешней формулировке Гражданского кодекса — при любых изменениях, которые были внесены в произведение. Это очень большая проблема, потому что среди имущественных прав есть право на переработку, и они похожи с правом на неприкосновенность. Трудно сказать, где проходит грань, которая их разделяет. Даже если автор согласился на то, чтобы его произведение было переработано, он в любой момент может подать иск в связи с нарушением права на неприкосновенность.

В большинстве случаев этого удается избежать, хотя есть несколько судебных исков, связанных с этим вопросом. Довольно часто такие иски подают авторы «второго ряда», например, художники в киноиндустрии. Порой сценаристы считают, что трактовка режиссера искажает их замысел. Причем для того, чтобы нарушить право на неприкосновенность, не обязательно искажать замысел — достаточно вместо одного слова использовать синоним. Это уже внесение изменений.

В советское время право на неприкосновенность сопровождалось довольно большим количеством подзаконных актов. Например, согласно приказам Госкомиздата о редакторской правке редакторы могли вносить изменения в авторские тексты, и это не считалось нарушением права на неприкосновенность. Они могли исправлять цитаты, особенно если это цитаты классиков марксизма-ленинизма. В современном законодательстве нет подзаконных актов, разъясняющих, что можно, а что нельзя; к тому же, отсутствуют и какие-то правовые обычаи, потому что мы за период существования права на защиту репутации потеряли навык оценки изменений в произведениях.

Например, бывают же проблемы, связанные с техническим искажением цвета и света, изображения. В 1994 году петербургское издание решило выпустить энциклопедию балета на CD-ROM — первый том был посвящен «Щелкунчику». Издание решило записать фрагменты из балета таким образом, чтобы не пришлось договариваться с крупными театрами. Оно обратилось в Академию русского балета им. А. Я. Вагановой, где традиционно ставят сцены из «Щелкунчика». Разрешение на запись они попросили у балерин-учениц, пообещали, что разошлют ее во все театры мира, и тех все узнают. И только одна балерина захотела эту запись посмотреть. Она увидела на экране стробированное движение и сказала: «Да вы что? Какая популярность? Я тут двигаюсь как человек с церебральным параличом». Ну и что делать? На диске никаких искажений нет, искажения появляются на компьютере при использовании CD-ROM. Решили проблему следующим образом: при появлении аудиовизуального изображения на экране появлялась надпись, объясняющая, что искажение создает пользовательское устройство.

— Относится ли к моральным правам право на доступ?

— Право на доступ тяготеет к моральным правам, но не относится к ним. Когда я говорила о дуалистической теории — о имущественных и неимущественных правах — я не упомянула третью группу. К ней относится то, что не попадает в первые две: например, право на доступ и право следования. Это очень специфические права, которые относятся к определенным категориям авторов и объектов.

Право на доступ относится только к предметам изобразительного искусства. Право следования — еще и к автографам, то есть к рукописным, первым экземплярам, оригиналам литературных и музыкальных произведений. Право на доступ предполагает возможность автора забрать из частной или музейной коллекции произведение, если организуется выставка, иным образом реализовать свои права, например, сделать копию, репродукцию. Это возможность «подступиться» к оригиналу.

— Как обстоит ситуация с моральными правами автора на служебные произведения и сложные объекты?

— Право авторства, права на имя и на неприкосновенность принадлежат работнику, права на обнародование и права на отзыв просто нет. Это специально обговорено относительно служебных, заказных произведений и сложных объектов. Во Франции к ним добавляются составные и коллективные. Сложных объектов у нас четыре — это аудиовизуальные, театральные, мультимедийные произведения и базы данных.

— Насколько часто возникают судебные разбирательства, связанные с нарушением моральных прав? Какая ответственность предполагается за эти нарушения?

— Очень редко. Когда возникают претензии по поводу нарушения моральных прав, дело чаще всего заканчивается возмещением материального ущерба. Мою подругу — сценариста — не указали как соавтора в титрах фильма. Мы написали объемную претензию, а дело закончилось компенсацией в 100 тысяч рублей. Она могла настаивать на перемонтаже титров, перепечатке афиш, но она удовлетворилась довольно скромной суммой. К сожалению, подобные разбирательства чаще всего этим и заканчиваются.

Самые громкие дела — это дела о плагиате, потому что плагиат из всех нарушений авторского права считается уголовным проступком. Правда, есть оговорка: если ущерб составляет больше 50 тысяч рублей. Но поскольку ущерб моральный, любой автор докажет вам, что он страдает на большую сумму. Уголовные дела чрезвычайно редки. Как их разбирать, тоже толком никто не знает: здесь нужны искусствоведческие экспертизы.

Бывают дела о праве на имя, самое известное из последних — наверное, раскрытие псевдонима Джоан Роулинг, под которым она написала «Зов кукушки» (книга вышла под именем Роберта Гэлбрэйта). Издательство умышлено дало утечку, потому что книга плохо продавалась. На следующий день после появления этой информации в социальных сетях продажи выросли в 400 раз.

Также была ситуация, когда автор убирал имя из титров, поскольку был не согласен с режиссерской трактовкой. Так в 2001 году сделал Владимир Осипович Богомолов [советский и российский писатель – прим.ред.]. Первый фильм по его повести «В августе 44-го» из-за его несогласия с режиссерской трактовкой вообще смыли с пленки в 1973 году. Советский Союз тогда вступал во Всемирную конвенцию об авторском праве, и надо было продемонстрировать, что к авторскому праву относятся очень серьезно. В 2001 году такого, конечно, не было, но если вы будете смотреть российско-белорусский фильм «Момент истины», то не увидите информации ни о том, по какому произведению он снят, ни о том, кто автор сценария. А писал его сам Владимир Осипович.

— Есть ли какие-то интересные исторические случаи, которые были бы связаны с нарушением права авторства?

— Да, есть. Например, с Дюма судились его помощники. Он работал как завод, писал романы-фельетоны, которые порциями печатались в газетах, и просто не осилил бы такой процесс в одиночку. Поэтому Дюма нанимал помощников, платил им за то, чтобы они искали в архивах необходимую информацию, а потом те сказали, что являются соавторами. Суд был очень громкий, один из журналистов, освещавший процесс, Эжен де Мирекур был против Дюма и придумал термин — «литературные негры». Но суд не удовлетворил ни один иск.

Еще один человек настаивал на соавторстве, доказывая, что рассказал Дюма историю Д’Артаньяна. Адвокаты нашли свидетельство, что Дюма путешествовал по югу Франции и остановился на некоторое время в Марселе. Ему было скучно, он пошел в библиотеку, взял несколько книг, но вернул не все: в библиотеке осталась запись о том, что Дюма не возвратил «Жизнеописание Д’Артаньяна».

Похожий случай был с Ренуаром. Ему было около 40 лет, когда он упал с велосипеда, повредил локоть, из-за чего у него развился сильный артроз. Рука практически не работала, а он в то время увлекся скульптурой. Приятель-скульптор Аристид Майоль посоветовал ему взять помощника. Ренуар последовал совету и взял помощника — молодого испанца по имени Рикардо Гино. Работа проходила так: Ренуар рисовал эскиз, потом Гино делал по этому эскизу первый вариант скульптуры, и Ренуар, сидя в кресле, длинной палкой показывал, откуда убрать глину, а куда добавить. Гино очень точно исполнял все указания, Ренуар был доволен работой — так они создали 19 скульптур. При жизни Ренуара Гино был помощником, выполняющим указания мастера. Ему за это платили. Как только Ренуар умер, он объявил себя соавтором. Суд длился 50 лет, в итоге было признано, что Гино является соавтором двух скульптур. Это тоже выяснили с помощью искусствоведческой экспертизы.

Фотография: Екатерина Чуковская