В предчувствии "9/11" Андрей Пионтковский: Сигнальные индикаторы "кричат" об опасности

О предстоящем, возможно, самом важном событии первой четверти ХХI века мир получил первое предупреждение в 13:00 по вашингтонскому времени в пятницу 13 июля 2018 года. И сразу же от самого информированного в мире человека. В Гудзоновском институте с получасовым сообщением выступил Director for National Intelligence Dan Coats.

Дэн Коутс по своему статусу — координатор разведывательных служб (их в США семнадцать). Он тот самый человек, который каждое утро от имени всех этих структур проводит брифинг президента на личной встрече. Он не выходец из разведки, а политический назначенец, республиканец, дважды избиравшийся сенатором.

Коутс начал свое выступление с очень серьезного заявления — ситуация в сфере безопасности напоминает ему обстановку накануне террористической атаки 11 сентября 2001 года. У американских спецслужб тогда было много оперативной информации, говорившей о возможном нападении, но они ее проигнорировали. "All warning lights were blinking red. Все предупредительные огни тогда буквально кричали об опасности. То же самое происходит сегодня", — сообщил ошеломленным слушателям Коутс. Он пояснил, что имеет в виду угрозу масштабного кибернападения на США. Кибератаки разной степени интенсивности на объекты в США регулярно проводят четыре государства: Китай, Россия, Иран и Северная Корея. Самые большие технологические ресурсы для подобной деятельности имеются у Китая. Вторая в этом ряду — Россия. Но характер криминального поведения Китая и России, по словам Коутса, принципиально различный — What’s serious about the Russians is their intent. The intent that comes out of Russia is different than the intent of China, which wants to steal our stuff. Китайцы стремятся украсть уникальные высокие технологии, чтобы успешнее конкурировать с теми же США. Русские же ориентированы прежде всего на нанесение максимального ущерба Соединенным Штатам. Такой политический ущерб уже был нанесен на президентских выборах 2016 года. Коутс подтвердил, что примерно то же самое Россия готовится сделать и на промежуточных выборах в Конгресс.

Но, в конце концов, украсть какие-то письма Хиллари Клинтон и распространять их — это, конечно, очень нехорошо, но куда менее болезненно для США, чем преступления совсем в иной сфере. Коутс предупредил, что американским спецслужбам ни в коем случае нельзя фокусироваться исключительно на предотвращении киберпреступлений, связанных с выборами. По словам Коутса, Кремль демонстрирует наличие у него возможностей нанести киберудары по самым критическим объектам инфраструктуры СШA: линии электропередачи, банковские сети, ядерный комплекс, системы управления полетами и т.д. Это пострашнее любых электоральных упражнений. "The DHS and FBI — in coordination with international partners — have detected Russian government actors targeting government and businesses in the energy, nuclear, water, aviation and critical manufacturing sectors" — доложил Director for National Intelligence.

Нанести террористический удар по США угрожает сегодня не группа исламских фанатиков, обитающих где-то в горах Афганистана, а обладающие огромными ресурсами руководители государства — постоянного члена Совета Безопасности ООН. И со стороны Москвы это естественное и логичное продолжение той гибридной войны, которую она ведет с Западом. Ядерный шантаж — один из излюбленных внешнеполитических инструментов Кремля, и к нему в последние годы регулярно с видимым удовольствием прибегает лично президент РФ. С ядерным очень гармонично коррелирует и кибер-шантаж — "Между прочим, мы (а ,может быть, и совсем не мы, а просто наш эмоциональный повар) можем разрушить этот ваш объект, например, и вот этот тоже. Так не лучше ли вам отнестись уважительнее к нашей миролюбивой и конструктивной внешнеполитической концепции Ялта-2".

Кибершантаж даже более органичен, чем ядерный, для чекистского ремесла ведения гибридной войны. Он способен как бы квантомеханически сочетать несочетаемое — реальную угрозу и одновременно отмазку непричастности, — обрекая жертву повторять по-трамповски после каждого полученного удара "опять эта проклятая неизвестность, может быть, это русские, а, может быть, кто-то другой".

Как противостоять такой угрозе? Коутс был абсолютно прав, отвечая на заданный вопрос, что бы он лично сказал Путину, если бы ему представилась такая возможность:

"Прежде всего, надо ясно сказать — Путин, мы тебя знаем, это ты принимаешь решения. Ты и никто другой. И ты должен знать, что именно ты лично получишь в ответ, если осмелишься осуществить свою угрозу".

Несомненно, этот совет Коутс дал своему шефу, когда тот отправлялся на встречу с Путиным в Хельсинки. Но, обладая знанием, в котором столько мудрости и столько печали, Трамп на глазах всего мира почтительно заискивал перед Путиным после загадочной встречи с ним один на один и даже заявил, что верит Путину больше, чем Коутсу.

19 июля на Aspen Forum 2018 Koутс повторил свое предупреждение о новом "9/11" и уже не скрывал своего отношения к поведению Трампа в Хельсинки и после Хельсинки. Хитом в интернете стало видео его реакции на поступившую в ходе его интервью новость о приглашении Трампом Путина в Вашингтон.

Выступления Коутса 13 и 19 июля чрезвычайно широко обсуждались в американских СМИ. Но, что характерно, исключительно в аспекте российского вмешательства в выборы 16-го и 18-го годов. Самая серьезная и самая драматическая часть предупреждений первого лица в разведывательном сообществе США — не о рутинном электоральном хакерстве, а о готовящемся Кремлем новом "9/11", о чем, по Коутсу, кричат все сигнальные огни разведслужб, — игнорировалась полностью. Срабатывала какая-то внутренняя цензура. Не цензура даже, а некое глубинное коллективное подсознательное табу — запрет мыслить о немыслимом. Так легче. Это табу частично сработало и у самого Коутса. Уже после того, как 13 июля он сказал самое главное — и про "9/11" и про blinking lights и про недопустимость для спецслужб фокусироваться только на электоральных шалостях Кремля — ведущий задал ему вопрос — а какая внешняя угроза безопасности США больше всего мешает вам спать по ночам?

И Коутс ответил достаточно стандартно, примерно так как все последние лет семнадцать отвечают руководители всех разведок мира. Самая опасная воображаемая угроза, лишающая его сна, — это оружие массового уничтожения в руках некоей террористической организации, that are not under any state control (которая не контролируется никаким государством).

Но позвольте, господин директор, хотелось мне воскликнуть, разве вы пять минут назад не рассказали нам так убедительно об одной не воображаемой, а реально существующей террористической организации, угрожающей Америке и обладающей, между прочим, крупнейшими в мире запасами ОМП? Эта организация не просто не контролируется никаким государством, она сама является государством. Кремлевская мафия овладела российским государством, превратив его в инструмент своих преступлений.

Семнадцать лет назад доверчивый Джордж Буш мл., растроганный буквально до слез путинской заготовочкой о спасенном на пожаре крестике, глубоко заглянул ему в глаза и увидел там какие-то замечательные вещи. Мне даже пришлось ответить на эту его реплику целой книгой — "Another Look into Putin’s Soul". Семнадцатилетняя деятельность Путина в своей стране и на международной арене способствовала самообразованию американского истеблишмента. Но даже сегодня, понимая, что они имеют дело с военным преступником, серийным убийцей, крупнейшим в мировой истории вором, высшие американские руководители продолжают (госсекретарь Помпео, например, на днях) повторять услужливо предлагаемую им "независимыми экспертами" — саймсами, грэмами, киссинджерами — мантру: "We need Russians. Мы должны сотрудничать с русскими в нашей совместной борьбе против исламских террористов".

Совместная с террористами борьба с терроризмом?! Американцы просто не отваживаются прямо взглянуть на те действия путинского режима, которые свидетельствуют о стратегическом сотрудничестве кремлевских террористов и "Исламского государства", об использовании Москвой исламских террористов как своего рода "Ледокола-2", инструмента ослабления и разрушения Запада:

— Наличие в рядах "Исламского государства" тысяч граждан России и бывших советских республик, сотни из которых были снабжены ФСБ российскими загранпаспортами и направлены на Ближний Восток в качестве своего рода воинов-интернационалистов;

— Патронируемая Кремлем торговля нефтью "Исламского государства" с Асадом, о чем подробно рассказывает положенный под сукно доклад финансовой разведки США;

— Характер боевых действий российской авиации в Сирии, уничтожавшей (при попустительстве и молчаливом содействии Обамы и Керри) суннитских повстанцев, сражавшихся с Асадом и с "Исламским государством", и суннитское гражданское население;

— Все более откровенный и циничный шантаж кремлевской пропагандой населения и руководства Европы и США после каждого масштабного теракта исламистов: снимайте санкции и начинайте сотрудничать с нами, иначе вас будут продолжать взрывать.

Кремлевская мафия почти открытым текстом предлагает Западу крышу от дальнейших терактов, но, разумеется, на своих жестких условиях. Все постсоветское пространство должно оставаться под жестким контролем Кремля (Ялта-2), чтобы ни одна из его стран не смогла вырваться из цепи воровских посткоммунистических режимов и тем самым стать крайне нежелательным примером для граждан России.

Впервые стандартный темничек "Сотрудничайте с Кремлем, иначе вас будут взрывать" был полномасштабно отработан путинской пропагандой и ее зарубежной агентурой после теракта братьев Царнаевых на Бостонском марафоне. Но любой американский прокурор, журналист, политик, пожелавший узнать правду о теракте Царнаевых, мог бы убедиться, что "Бостонский взрыватель был давно заряжен" ("Новая газета", 27 апреля 2013 года).

Попытаюсь еще раз по буковкам изложить ту последовательность событий, которую инстинктивно отказывается воспринять американское общественное сознание вот уже более пяти лет, потому что слишком серьезные пришлось бы ему тогда сделать выводы на тему "Who is Mr. Putin?"

Особенно надеюсь на многочисленную армию русскоязычных американцев — поклонников Трампа. Им на генетическом и лингвистическом уровне понятен преступный характер чекистского режима и, может быть, им удастся объяснить своему кумиру, с кем тот собирается вместе бороться с исламистским терроризмом.

Москва, действительно, в 2011 году дважды предупреждала ФБР и ЦРУ об исламистских симпатиях Царнаева-старшего, не представив, однако, при этом никаких конкретных данных. Он был допрошен в США, но никаких оснований для его задержания не оказалось.

Об этом в последние годы повадился постоянно напоминать западной аудитории Путин, повторяя раз за разом одну и ту же заученную им легенду, в частности в своем выступлении на Валдайском форуме в Сочи:

"В 2011 году мы предупредили наших американских партнеров об исламистских связях проживавшего в США Тамерлана Царнаева. Коллеги не восприняли нашу информацию и даже посоветовали нам не лезть в их дела. Ну что ж, я распорядился Бортникову не ставить больше перед американцами этот вопрос. А через несколько месяцев Царнаевы совершили теракт на Бостонском марафоне. Вот видите, они не готовы сотрудничать с нами в борьбе против международного терроризма, даже когда речь идет об их собственной безопасности".

Гладко излагает российский партнер, умело запугивая западного обывателя и подталкивая его к идее "сотрудничества" с его режимом. Ювелирная работа. Но он сознательно опускает при этом самую драматическую страницу из истории жизни и смерти Тамерлана Царнаева.

Царнаевы совершили теракт на Бостонском марафоне не через несколько месяцев, а через год и несколько месяцев — в апреле 2013 года. А в 2012 году произошло удивительное:

Чеченского беженца Царнаева дважды допрашивали в 2011 году в США на основании подозрений Москвы в его причастности к исламистскому подполью. Тем не менее в январе 2012 года он отправляется в Россию. И не какими-то тайными лесными тропами, а совершенно легально, внесенный во все базы данных, прилетает в аэропорт "Шереметьево". Царнаев никогда на это не решился бы, если бы не был абсолютно уверен, что в России он будет в полной безопасности.

Естественно, человек, чьей судьбой занимались лично Путин с Бортниковым, оказался с первой секунды его появления в Шереметьевском аэропорту под плотным контролем центральных структур ФСБ, т.е. в заботливых руках своих кураторов.

Под наблюдением ФСБ он путешествовал по Кавказу, встречался с активистами исламистского движения. Как подробно рассказывает "Новая газета", оперативники регионального дагестанского Центра по борьбе с экстремизмом неоднократно фиксировали его встречи с подозреваемыми в причастности к исламистскому боевому подполью Махмудом Нидалем и Вильямом Плотниковым, старым знакомым Царнаева по Северной Америке.

Оба этих его приятеля были ликвидированы. Один 19 мая, а другой — 14 июля. После второй ликвидации неуязвимый Тамерлан исчез. Растворился. Ушел в лес, как предположили наивные провинциальные дагестанские правоохранители.

А на самом деле он снова оказался в Москве, откуда беспрепятственно и благополучно вылетел из того же Шереметьевского аэропорта обратно в Америку. Навстречу своей миссии и своей судьбе.

Когда же после бостонского теракта в Москву прибыла делегация сенаторов США посотрудничать с российскими коллегами в деле расследования бостонского теракта, коллеги послали сенаторов куда подальше, нагло солгав им, что никакого Царнаева в России в 2012 году не было. А один из американских дипломатов, сопровождавших делегацию, Фогл Райан Кристофер стал жертвой успешной провокации российских спецслужб: ему обещали передать так интересовавшие сенаторов сведения о Царнаевых и картинно задержали его под телевизионные камеры. Больше американцы вопросов о Царнаевых никому в России не задавали.

Предыдущая американская администрация и руководители американских правоохранительных органов наверняка знали правду об организаторах бостонского теракта. Однако они не решились взглянуть этой правде в глаза — слишком она чудовищна. Они навязали тогда себе и всей стране табу на обсуждение темы путинского терроризма на территории США. Табу, которое парализует американское общество уже 5 лет, которое сохраняется и сегодня, после предупреждений Коутса.

Продолжающаяся игра в слепоту обязательно приведет к новым трагедиям. All warning lights аre blinking red.

Андрей Пионтковский