Кому не повезло с рождением: интернационализм по-сталински

Автор фото, ТАСС/Александр Демьянчук Подпись к фото, Живущим далеко и угнетенным капиталистами чернокожим американцам в Стране Советов горячо сочувствовали

25 мая 1936 года началось шествие по советским экранам знаменитого фильма "Цирк", создатели которого талантливо доказывали, что расизма и шовинизма в СССР нет.

9 марта, за два с половиной месяца до премьеры, политбюро ЦК ВКП(б) издало постановление "О мерах, ограждающих СССР от проникновения шпионских, террористических и диверсионных элементов", резко усложняющее въезд и натурализацию любых иммигрантов. В реальной жизни у героини Любови Орловой могли возникнуть большие проблемы.

Еще хуже было своим гражданам, которым не повезло принадлежать к титульным нациям. Особенно тем, кто имел зарубежных сородичей, мог поддерживать связи с заграницей и мысленно считать Советский Союз не единственной родиной. В партийных и чекистских документах их именовали "иностранными для СССР национальностями".

Репрессиям подвергались все. В абсолютных цифрах среди пострадавших больше всех было русских - потому что в стране их было больше. Но для представителя "неблагонадежного" народа риск угодить под каток увеличивался многократно.

Только с 25 августа 1937-го по 17 ноября 1938-го года по "национальным операциям" были рассмотрены дела 346 713 человек, из них осуждены 335 513 и расстреляны 247 157 человек, то есть 36,3% всех жертв "Большого террора".

Число депортированных по национальному признаку составило около трех миллионов человек. Не считая немереного количества тех, кому испортили жизнь, заставили долгие годы сжиматься от страха и чувствовать себя людьми второго сорта.

Начали с немцев

События 1937-1938 годов не зря называют "Большой чисткой". Готовясь к войне, Сталин решил загодя избавиться от всех, в ком сомневался.

Массовые репрессии против "неблагонадежных" национальностей начались 80 лет назад, 25 июля 1937 года, с приказа НКВД номер 00439.

Местным органам НКВД предписывалось "в пятидневный срок арестовать всех лиц германского происхождения, в том числе политических эмигрантов, работающих или ранее работавших на военных заводах и заводах, имеющих оборонные цеха, а также на железнодорожном транспорте, и в процессе следствия добиваться исчерпывающего вскрытия не разоблаченной до сих пор агентуры германской разведки".

По "немецким" делам были осуждены 55 055 человек, в том числе расстреляны 41 898.

Не забыли никого

Затем последовали новые приказы и директивы.

11 августа 1937 года: "польская операция". Арестованы 143 810 человек, осуждены 139 835 и расстрелян 111 091 - каждый шестой из живших в СССР этнических поляков. Перед этим количеством жертв меркнет даже катынская расправа, хотя именно она стала известна всему миру;

17 августа 1937 года: "румынская операция". Осуждены 8292 человека, расстреляны 5439.

30 ноября 1937 года: операция в отношении перебежчиков из Латвии, активистов латышских клубов и обществ. Осуждены 21 300 человек, расстреляны 16 575.

11 декабря 1937 года: "греческая операция". Осуждены 12 557 человек, расстреляны 10 545.

14 декабря 1937 года: директива о распространении репрессий по "латышской линии" на эстонцев, литовцев и финнов. По "эстонской линии" осуждены 9735 человек, в том числе к расстрелу приговорены 7998, по "финской линии" соответственно 11 066 и 9078 человек. Директивы по финнам добился от Москвы глава НКВД Карелии Карл Тениссон - сам этнический латыш;

29 января 1938 года: "иранская операция". Осуждены 13 297 человек, расстреляны 2046;

1 февраля 1938 года: операция в отношении болгар и македонцев. Число жертв не установлено.

16 февраля 1938 года: "афганская операция". Осуждены 1557 человек, расстреляны 366.

Политбюро ЦК ВКП(б) 23 марта 1938 года приняло постановление "Об очищении оборонной промышленности от лиц, принадлежащих к национальностям, в отношении которых проводятся репрессии". 24 июня директиву об удалении последних из вооруженных сил издал наркомат обороны.

Все "национальные операции" предполагалось завершить к 1 августа 1938 года. Но даже при вынесении приговоров списками (как тогда говорили, "в альбомном порядке") и "тройками" накопилось столько нерассмотренных дел, что работа длилась еще 3,5 месяца.

До и после 1937-1938 годов расстреливали примерно каждого двадцатого из осужденных по политическим статьям (остальные отправлялись в ГУЛАГ), в целом во время Большого террора были расстреляны 43% осужденных, а по "национальным делам" - 73,66%.

По неизвестной причине, процент казненных был самым высоким среди греков (81%) и финнов (80%).

"Арестуем - сознаетесь!"

"Арестуем - сознаетесь!" - эта фраза, брошенная Молотовым Бухарину на февральско-мартовском пленуме ЦК 1937 года, в полной мере относилась к методам ведения "национальных дел".

На вопрос начальника управления НКВД по Смоленской области Алексея Наседкина, можно ли арестовывать при отсутствии компрометирующих материалов, Ежов ответил: "Материал добудете в ходе следствия".

Сотрудники НКВД Украины, арестованные в 1939 году в ходе чистки "органов" от людей Ежова, показали: "Была установка [наркома внутренних дел Украины Александра] Успенского, что надо арестовывать поляков и немцев независимо от того, достаточно ли на них материалов. Доминирующую роль играла их национальность".

По словам начальника отдела управления НКВД по Московской области Арона Постеля, латышей в столице "брали" по данным из паспортных столов.

Особое отношение

42% репрессированных и 45% расстрелянных по "национальным делам" составили поляки.

Только "польских шпионов" НКВД обнаружил около 102 тысяч, в том числе в совершенно неинтересной для польской разведки Сибири. По рассекреченным данным Центрального военного архива в Варшаве, число агентов польской разведки во всем мире тогда не превышало 200 человек.

Согласно приказу Ежова от 11 августа 1937 года, аресту подлежали "все оставшиеся в СССР военнопленные польской армии, перебежчики из Польши, независимо от времени перехода их в СССР, политэмигранты и политобмененные из Польши", иными словами, польские коммунисты и друзья Советского Союза.

Чекисты обнаружили в СССР еще и "Польскую организацию войскову", якобы созданную еще в 1914 году лично Юзефом Пилсудским. Ее обвиняли в том, что сами большевики ставили себе в заслугу: разложении русской армии во время Первой мировой войны.

В российских архивах имеются свидетельства о случаях, когда арестованных русских, украинцев и белорусов заставляли "сознаться" в том, что они поляки.

Репрессии против проживавшего в Москве руководства польской компартии в 1937-1938 годах были обычной практикой, но то, что ее объявили "вредительской" как таковую и распустили решением Коминтерна, - факт уникальный.

С Польшей у Сталина имелись особые счеты.

Во время провальной для Советской России войны с Польшей 1920 года он являлся членом Реввоенсовета (политкомиссаром) Юго-Западного фронта.

Многие историки объясняют расправу над командовавшими в той войне Михаилом Тухачевским и Александром Егоровым в 1937 году, среди прочего, желанием Сталина избавиться от свидетелей своего позора.

Тухачевский, пока был жив, по словам очевидцев, тоже буквально терял самообладание при упоминании Польши.

Соседнюю страну в СССР считали главным потенциальным противником и винили в чем угодно.

Например, как следовало из подписанного Сталиным и Молотовым постановления от 22 января 1933 года о борьбе с миграцией крестьян в города, люди, оказывается, делали это, не пытаясь спастись от Голодомора, а "будучи подстрекаемы польскими агентами".

Китайцы и Кульвец

По китайцам отдельной директивы не было, но в покое их тоже не оставили.

В конце 1937 года в НКВД СССР решили, что Бодайбинский район Иркутской области отстает по темпам выявления "врагов народа". Туда был командирован старший лейтенант госбезопасности Борис Кульвец, который первым делом посадил районного прокурора и принялся сам выписывать ордера на арест.

По тогдашним временам в деятельности Кульвеца не было бы ничего примечательного, если бы не два обстоятельства.

Во-первых, он развернулся в тех самых местах, где в 1912 году случился всколыхнувший Россию и весь мир "Ленский расстрел". Причем количество уничтоженных НКВД в одном лишь районе в шесть с лишним раз превысило число жертв "царских сатрапов".

Во-вторых, отчего-то именно в Бодайбо, от которого, как говорил герой Гоголя, три года скачи, ни до какого государства не доедешь, эмиссар НКВД особо озаботился национальным вопросом.

"Немецкая разведка - по этой линии дела у меня плохие. Постараюсь раскопать. Финская - есть. Чехословацкая - есть. Для полной коллекции не могу разыскать итальянца и француза", - сообщал он руководству управления НКВД по Иркутской области.

Обнаружить итальянца и француза ему, при всем старании, не удалось, зато в районе работали на добыче золота около 500 китайцев и корейцев.

"Китайские дела - по городу арестовал всех до единого, ближайшие прииски тоже опустошил. Остались только дальние прииски в 200-300 километрах. Туда разослал людей. Разгромлю всех китайцев в ближайшие дни", - рапортовал Кульвец.

"Переводчиков не было, протоколы писались без присутствия обвиняемых, так как они ничего не понимали", - вспоминал сотрудник Бодайбинского НКВД Турлов.

В марте 1938 года Кульвец пришел к Турлову с претензией: вы говорили, что все китайцы уже арестованы, а я только что видел на улице двоих!

По иронии судьбы самого Кульвеца в 1940 году объявили японским шпионом, дали 10 лет лагерей, и его след в дальнейшем теряется.

Этнические депортации

Впервые предложение выселить представителей определенного этноса публично прозвучало в СССР в 1923 году. Делегаты партийной конференции Приморского края постановили выдворить за его пределы корейцев, являвшихся, по их мнению, "авантюристами и мошенниками". Идея воплотилась в жизнь спустя 14 лет.

Если для расстрела или отправки в ГУЛАГ все-таки были нужны хоть надуманные обвинения, то для депортации не требовалось и этого. Составители приказов и постановлений во многих случаях не скрывали, что единственным основанием является национальная принадлежность.

октябрь-декабрь 1935 года: выселение финнов-ингерманландцев из Ленинграда, Ленинградской области и Карелии в Среднюю Азию и Свердловскую область (23217 человек);

28 апреля 1936 года: постановление Совнаркома СССР о переселении из пограничной зоны Украины в Казахстан поляков и немцев (около 70 тысяч человек);

9 января 1937 года: директива НКВД о выселении из Азербайджана 2500 иранцев;

21 августа 1937 года: постановление ЦК ВКП(б) и Совнаркома "О выселении корейцев с территории Дальневосточного края". Депортирован в Казахстан и Узбекистан 171781 человек;

11 октября 1937 года: директива НКВД о выселении курдов из Баку и приграничных районов Азербайджана в Казахстан (2446 человек);

10 июня 1938 года: начало выселения китайцев с Дальнего Востока в Синьцзян (7,9 тысячи человек). Отказавшихся ехать в Китай (3,3 тысячи человек) расселили, опять же, в Казахстане:

10 февраля 1940 года: начало депортации "антисоветских элементов" из присоединенных по пакту Молотова-Риббентропа Западной Украины и Западной Белоруссии (381 тысяча человек, в том числе 110 тысяч этнических поляков);

22 мая - 20 июня 1941 года: депортация 55,3 тысячи "ненадежных лиц" из стран Балтии и приграничных районов Украины, Белоруссии и Молдавии;

28 августа 1941 года: указ президиума Верховного Совета СССР о ликвидации автономной республики немцев Поволжья и выселении ее жителей в Сибирь и Среднюю Азию (446 480 человек). К маю 1942 года туда же отправили еще 367 тысяч этнических немцев из всей Европейской части СССР. Депортированные мужчины и женщины были мобилизованы на тяжелые работы в рудниках и на лесозаготовках и оставались в этом состоянии до 1947 года;

28-29 декабря 1943 года: депортация калмыков в Алтайский и Красноярский края, Омскую и Новосибирскую области (97 867 человек).

Пик депортаций пришелся на 1944 год, когда были выселены, преимущественно в Среднюю Азию, более миллиона чеченцев, ингушей, карачаевцев, балкарцев, турок-месхетинцев и крымских татар.

Обоснованность выдвигавшихся при этом обвинений в коллаборационизме является темой для дискуссий.

Из 30,3 тысячи жителей Чечено-Ингушетии, подлежавших призыву в армию в 1941-1942 годах, уклонились от службы 16 тыс. 511 человек. С другой стороны, 28,5 тысяч чеченцев и ингушей сражались на фронте и около 2300 из них погибли.

От восьми до двадцати тысяч крымских татар служили в немецких вспомогательных частях, но и в партизанских отрядах их было 7-8 тысяч.

В любом случае применение принципа коллективной ответственности и этнические чистки грубо нарушили права человека. К тому же депортации осуществлялись, когда вермахт был отброшен далеко от Кавказа и Крыма и не был способен вернуться даже теоретически, то есть являлись не военной необходимостью, а актом наказания.

25-28 марта 1949 года: "Мартовская депортация" из стран Балтии (94799 человек, в том числе 42133 человека, или почти половина, из Латвии);

1944-1953 год: высылка 203 тысяч жителей Западной Украины.

Всего депортации в сталинском СССР подверглись, как считается, 2,973 млн представителей национальных меньшинств - однако эти данные могут быть неполными.

Поголовная депортация коснулась 11 народов: финнов-ингерманландцев, корейцев, турок-месхетинцев, понтийских греков, немцев, карачаевцев, калмыков, чеченцев, ингушей, балкарцев и крымских татар. Семь последних при этом лишились ранее существовавших автономий.

Сильно пострадали латыши, эстонцы, литовцы, поляки и западные украинцы.

"Украинцы избежали этой участи [поголовной депортации] потому, что их слишком много и некуда было выслать. А то бы он [Сталин] и их выселил", - утверждал Никита Хрущев в знаменитом докладе XX съезду КПСС.