Участники блог-тура под названием "Валаамский архипелаг: люди, государство, РПЦ", организованного интернет-журналом "7Х7", приехали на остров в субботу, 16 октября, поселились в гостинице, но были вынуждены покинуть ее из-за требования настоятеля Валаамского монастыря, который счел визит "нежелательным". В других гостиницах острова мест для них тоже не нашлось. Группу возглавляли известный карельский историк Олег Яровой, который долгое время прожил на Валааме, но, как и многие местные жители, был выселен с него под давлением монастырского руководства, а также его сын Глеб, опубликовавший весной этого года масштабное расследование о том, как РПЦ и крупнейшие госкомпании фактически завладели Валаамом, превратив его в территорию, где не действуют законы Российской Федерации. Радио Свобода расспросило о произошедшем Глеба Ярового и получило комментарий у пресс-секретаря наместника Валаамского монастыря епископа Панкратия Михаила Шишкова.

– Глеб, зачем вы поехали на Валаам? Кто, кроме вас, был в составе этой группы?

– В составе группы было кроме меня еще 11 человек, 10 из них – это участники "блог-тура" – некоей экспедиции для блогеров и журналистов, которые посещают разные места в России. Мы делаем в интернет-журнале "Семь на семь" такие поездки для блогеров и журналистов, которые могут своими глазами посмотреть, почувствовать атмосферу в тех местах, где существуют какие-то правозащитные проблемы. Чтобы составить собственное впечатление об этой проблеме не на основании статьи в медиа или еще каких-то выступлений, а своими глазами увидеть, походить ногами, потрогать руками, поговорить с людьми, услышать разные точки зрения. И на основании этого сформировать собственное видение этой ситуации, а затем уже транслировать ее в своих либо блогах, либо журналистских материалах. Поскольку Валаам безусловно является одним из таких важных мест, связанных с нарушениями прав человека, да и вообще конституционного строя РФ, одним из таких направлений для такой поездки и стал остров Валаам.

– Как развивались события после вашего приезда на остров?

– Мы собрались в городе Сортавала, откуда, собственно говоря, все обычно добираются до Валаама. Там мы договорились о доставке на остров с частным перевозчиком. Сначала мы договорились с перевозчиком, который затем отказался нас вести, поняв, видимо, что у нас не простая паломническая группа, что мы – журналисты, которые едут сформировать какую-то позицию о происходящем. Тогда мы договорились с другим частным судоперевозчиком, который доставил нас на остров. На острове мы заселились в одну из монастырских гостиниц – плавучий отель "Адмирал Кузнецов". Но надо понимать, что кроме монастырских гостиниц других на острове просто нет.

​Там давно монастырская туристическая монополия. С этой гостиницей у нас была заранее договоренность, что они нас заселяют, была телефонная бронь. Мы заселились. У нас собрали паспорта, переписали, выдали ключи, выдали белье, отправили по номерам. Но через 5 минут что-то поменялось. Пришел управляющий этой гостиницей и сказал, что, к сожалению, ему поступило указание владыки, то бишь игумена монастыря епископа Панкратия, или другими словами, начальства, о том, что нас на острове быть не должно. Из гостиницы нас необходимо выселить и, вообще, посоветовать нам как можно быстрее с острова убраться. Нам было сказано, что ни в одной другой гостинице для нас места нет, потому что все занято.

Мы потом, конечно, зашли в одну из гостиниц и узнали, что, в принципе, там есть места – нам об этом сказала девушка на ресепшене. Понятно, что пытаться остаться было бессмысленно, потому что кроме того, чтобы попасть на этот остров, с него нужно еще благополучно выбраться. Сейчас уже не туристический сезон, никаких регулярных рейсов нет. Все только в частном порядке. Поэтому мы провели на острове весь световой день. Приехали часов в 10 утра, а уехали после 4 часов дня. Должны мы были там быть два дня, должны были увидеть в два раза больше, должны были пообщаться и с оставшимися местными жителями, и с представителями монастыря, но как такового общения, к сожалению, не получилось. Мы только успели посмотреть некоторые основные места, важные для понимания происходящего, и уехали обратно в город Сортавала.

– Вы предвидели такое развитие событий? С чем, как вы думаете, связано ваше выдворение с Валаама?

– Лично я, конечно, предвидел возможность подобного развития событий. Когда одна из участниц нашего блог-тура случайно сумела поговорить с представителем монастыря, отцом Евдокимом, который представился "начальником службы безопасности монастыря", он ей сказал: "Вы понимаете, если бы вы заранее сообщили нам о том, что вы едете и какие у вас цели, мы бы, конечно, вас встретили по-другому, с радостью бы с вами все обсудили". Я принципиально этого не делал, не ставил никакой монастырь в известность, поскольку пока еще остров – это часть территории РФ. На нем действуют государственные законы, должна действовать Конституция РФ. Право на свободное передвижение, нахождение в любом месте РФ никто не отменял. Право доступа к объектам культурного наследия, которые в изобилии есть на острове, никто не отменял. И это не компетенция монастырской службы безопасности или даже игумена монастыря, владыки, как они его называют, Панкратия – определять, могу я ехать на остров или не могу ехать, убираться мне с него или оставаться на нем и что мне на нем делать.

Поэтому мой план был таков, что мы приезжаем на остров и непосредственно на острове уже пытаемся договориться с монастырем о том, чтобы кто-то из них с нами встретился и доложил собственную позицию. Хотя, по большому счету, она известна и изложена и в моих публикациях, потому что я не раз встречался с этими самыми людьми. Конечно, хотелось бы с ними поговорить. Большинство участников блог-тура, на самом деле, что меня несколько удивило, ехали на остров, далеко не представляя, куда они едут, что мы там будем делать. И хотя, конечно, какое-то самое общее представление о том, что там есть некоторые проблемы, связанные с отношением монастыря и местных жителей, имеются, никакой глубины понимания, собственно говоря, не было. Такая позиция монастыря – взять и выкинуть всех этих людей с острова – это, конечно, очень показательно. Я предвидел такое развитие событий, зная отношение монастыря ко мне лично, поскольку даже настоятель, епископ Панкратий (у него есть аккаунт в "Фейсбуке") периодически комментирует разные статьи, посвященные Валааму. Он не раз давал понять, что конкретно я, поскольку я позволил себе писать какие-то нелицеприятные вещи в отношении монастыря, являюсь его личным врагом. Поэтому если бы я их заранее предупредил о том, что, ребята, я приезжаю, а со мной еще 10 журналистов, итог был бы закономерен. Я думаю, что ни один перевозчик из Сортавалы нас бы просто туда не повез по причине давления со стороны монастыря. Так примерно и закончилось.

– Изменилось ли что-то на острове после публикации вашего масштабного расследования о финансировании Валаама и монастыря близкими к государству структурами? Была ли какая-то реакция на это расследование? Аффилированные с государством бизнес-структуры и РПЦ, может быть, слегка притормозили свою экспансию или, наоборот, на этом поле появились какие-то новые игроки?

– Из того, что я увидел, сейчас изменения не очень сильные. Во-первых, они связаны с тем, что вливание государственных средств было очень масштабным. Идет масштабная реконструкция здания "Зимней гостиницы", которая сгорела или было сожжена на Пасху в прошлом году. Оставлен только фасад, все остальное реконструируется очень бодрыми темпами. Явно много денег на это потрачено, но это была государственная программа помощи монастырю. Из каких-то других внешних признаков – на всем острове, вдоль всех дорог, по которым мы успели походить, сделаны бетонные основания для очень красивых чугунных резных фонарей. Подозреваю, что они стоят бешеных денег, но пока еще руки не дошли поковыряться, что это за деньги – либо это какие-то внутренние ресурсы монастыря, пожертвования, либо все-таки это тоже часть госпрограммы. А может быть, к этому имеют отношение "Россети". Нам это еще предстоит выяснить. А так – все нормально, все строится, остров развивается. Памятники природы, боюсь, будут страдать из-за такой очень активно экспансии монастыря и уже страдают. А в монастыре все хорошо.

– А что с людьми? В июле этого года и Радио Свобода подробно писало о жителях острова, которых выживают с него. Выселили оттуда и вашего отца. Успели ли вы с ним побывать в его квартире?

– Нам не удалось там побывать, потому что здание "Зимней гостиницы" сейчас как раз находится на реконструкции. Там идут строительные работы. Туда без специального снаряжения и без специального разрешения просто никак не попасть. Хотя квартира моего отца – одна из последних, которая пока еще не затронута реконструкцией. Оттуда еще до конца не вывезены вещи. Но, в принципе, это можно было бы сделать только через местного участкового. Мы к нему ходили, пытаясь выразить свою позицию по поводу нашего выдворения и поведения монастыря, в том числе мы пытались через него договориться и попасть на стройку, но его не было на месте. Его найти не удалось. А поскольку времени было мало, мы предпочли посетить другие места. Если бы у нас было два дня, тогда, пожалуй, мы бы туда попали.

По поводу людей. Все жильцы, которые жили в многоквартирном доме, в так называемой "Зимней гостинице", были переселены – либо добровольно, либо принудительно, причем некоторые были переселены еще до пожара. У тех, кто не соглашался и после пожара старался остаться на острове, сейчас нет никаких условий, чтобы там проживать. В основном люди были вынуждены оттуда уехать в разные места, и не только на территории России. Некоторые покинули пределы нашей родины.

– Какова сейчас ситуация с расследованием этого пожара?

– Ситуация такова, что местный житель Дмитрий Синица, который был изначально обвинен в поджоге и провел полгода в СИЗО, был выпущен. Сейчас он находится в Сортавале под подпиской о невыезде. Следствие продолжается. Мы с ним встречались вчера. По его словам, с ним никаких следственных действий не проводится. Ему ничего неизвестно о том, как продвигается это дело. Расследование идет. Уголовное дело не отменено. Он все еще обвиняемый. Другое дело, что там удалось следователям накопать за прошедшее время – это никому неизвестно, потому что пока никто не может ознакомиться с материалами дела.

– Есть ли какие-то основания предполагать, что за этим пожаром может стоять руководство монастыря?

– Местные жители так и полагают. Они провели свое расследование, в том числе те, кто присутствовал в этот день на пожаре. Они все на 100% уверены, что Синица к этому не может иметь никакого отношения. А многие из них полагают, что это было выгодно монастырю, чтобы побыстрее завершить процесс выселения, получить от государства какие-то дополнительные средства на реконструкцию здания и всю эту историю закончить. Повторюсь, это версия местных жителей. Пока она еще никакого официального признания со стороны следственных органов не получила.

Жители Валаама – о пожаре в "Зимней гостинице":

​

– Формально Валаам – это территория РФ. А как обстоят дела на практике? Можно ли уже сейчас говорить, что это "государство в государстве?" Остались ли там какие-то сферы жизни, над которыми пока не властна РПЦ?

– Фактически единственный представитель госвласти, оставшийся на острове, – это местный участковый, которого мы не смогли найти. Все остальные сферы жизни действительно полностью монополизированы монастырем. Можно говорить о том, что скорее на острове действует церковное право, нежели государственное. Такое поведение монастыря в отношении нашей группы – покиньте остров, а то будете выдворены! – говорит о том, что монастырь полностью эту позицию поддерживает. Это его территория. Он там владычествует. Он распоряжается судьбами людей, в том числе граждан РФ, которые еще продолжают находиться на острове. И конечно, действие какого-либо законодательства хоть в сфере охраны памятников архитектуры, природы, культуры или в сфере конституционных прав жителей – там этого нет. Это отдельное территориальное образование в Ладожском озере.

– Остались ли какие-то следы прежней жизни? Могут ли, например, выселенные приехать на могилы своих предков? Сохраняется ли какая-то память о печально известном Валаамском доме инвалидов?

– О Валаамском доме инвалидов как раз напоминает кладбище с огромным количеством могил. Там похоронено порядка 5 тысяч человек, не только, конечно, из дома инвалидов, а вообще местного населения. Это кладбище, кстати, выглядит внушительно по сравнению с кладбищем монастырским, расположенным рядышком, где могил совсем немного. Это дает представление о том, что, конечно, остров был не только монастырским, но и светским, может быть, даже большей частью светским. Но о прошлой жизни еще много что свидетельствует. Во-первых, есть еще так называемый Работный дом, или "Красный дом". Это последний многоквартирный жилой дом на острове, в котором пока еще остаются светские жители, которых монастырь пока еще не может переселить – просто потому, что еще не построили дополнительные дома для этого на материке. Монастырь все-таки не на улицу людей выкидывает. Большинство переселяется в квартиры. На Валааме еще есть местные жители, правда, буквально два-три десятка человек. А кроме этого, пожалуй, что больше ничего и нет. На здании, где сидит участковый, висят флаги России и Карелии. Но само здание также принадлежит монастырю. Это скорее некий фасад.

– А как же резиденция Путина? Ведь он очень любит приезжать на Валаам и, насколько известно, построил там себе целую резиденцию.

– Не совсем так. На Валааме есть официальная резиденция патриарха. Она была построена еще при Алексии II. Там действительно есть так называемый Свято-Владимирский скит, который местные называют Свято-Путинским. Это такой очень непрозрачный намек на то, в честь кого он был построен. Но по формальным признакам все сделано вполне канонически. Эта резиденция, Свято-Владимирский скит, является резиденцией патриарха. И там же есть, собственно, дом патриарха, который считается официальной резиденцией. Но на территории этого же скита есть так называемый "гостевой дом", который иногда еще называют дачей президента или дачей Путина. Рядом с ним стоит баня. Путин действительно там останавливался, и не раз, судя по всему, хотя в последние годы он появляется на острове все реже и реже – так, во всяком случае, свидетельствуют местные жители. Но это же охраняемая территория. Там забор. Туда обычный турист, кроме как по каким-то большим праздникам, попасть не может. Поэтому черт его знает, что там происходит.

– Существует ли, на ваш взгляд, какая-то интрига в споре тех, кто говорит, что происходящее на Валааме это вполне законное возвращение церкви того, что ей принадлежит, и тех, кто называет это фактически рейдерским захватом острова РПЦ?

– С моей точки зрения, дискуссии нет. Я достаточно хорошо знаю историю вопроса и те методы, которые использует монастырь для фактического захвата этой территории. Речь идет не о возвращении зданий, недвижимости, которые когда-то принадлежали монастырю, а о том, что фактически на острове осуществлен полноценный захват территории. Монастырь строит свои скиты и сооружения не только на главном острове и не только в тех местах, где они были раньше. Происходит захват новых островов, на которых никогда не было никаких церковных объектов, где до сих пор расположены памятники истории. Например, остатки "линии Маннергейма". Это вовсе не возвращение того, что было когда-то утрачено. Это натуральная экспансия. И откровенный разговор монастыря о том, что "здесь никого не будет, кроме нас, и мы всем этим будем управлять", дает, мне кажется, вполне однозначное впечатление об этой ситуации.

– Планируете ли вы повторить попытку группового заезда на Валаам?

– Да, конечно, планируем. Удастся или нет – другой вопрос. Когда удастся – это третий вопрос. Я обязательно намерен туда возвращаться и вынашиваю идею некоего варианта мониторинговой миссии. Может быть, эта миссия будет приезжать туда каждый год и наблюдать за изменениями или даже два раза в год. Потому что, на самом деле, изменения происходят и будут происходить колоссальные. Плюс к этому пока еще у нас в плане Совет по правам человека при президенте России, представителям которого поездка на Валаам предстоит в четвертом квартале. Я очень надеюсь, что мы сможем какими-то журналистскими силами присоединиться к этой поездке и еще раз посмотреть, что там происходит. Да, я не отказываюсь от того, что я как гражданин РФ имею право находиться в любом месте РФ. И Валаам здесь совершенно не исключение, – говорит карельский журналист и историк Глеб Яровой.

Радио Свобода связалось с пресс-секретарем наместника Валаамского монастыря епископа Панкратия Михаилом Шишковым. Он заявил, что группа журналистов и блогеров по уставу монастыря должна была согласовать свой визит – именно поэтому их и выселили из арендуемой монастырем гостиницы:

– Знаете, какой это был день? Эти блогеры приехали в праздник Покрова Божьей Матери, никого не поставив в известность. Они должны были уведомить о своем визите в письменном виде. Они приехали, а потом объявили себя группой блогеров.

– Они говорят, что приехали как обычные граждане Российской Федерации на территорию Российской Федерации.

– Гостиница находится в ведении монастыря. Они поселились там обманным путем. Если бы они поселились там как паломники, у них не возникло бы никаких проблем. Они должны были написать заранее письмо и владыка его бы рассмотрел. Их приезд как журналистов не был согласован.

– Какой закон обязывает их согласовывать свой визит? Гостиница же не находится на территории Валаамского монастыря.

– А можно я вам встречный вопрос задам?

– Конечно.

– Почему сняли российские флаги с консульства в Сан-Франциско? Вы же Америка, расскажите мне, почему? Это ведь суверенная территория?

– Я – не Америка. Об этом лучше спросить тех, кто снял. Вы хотите сказать, что плавучая гостиница "Адмирал Кузнецов", как и посольство, формально является территорией другого государства – то есть Валаамского монастыря?

– Нет, вы меня не слушаете. У нас на острове четыре власти. И церковная – только одна из них. Люди пошли на хитрость и лукавство, и Валаамский монастырь применил к ним свою власть, потому что они должны были согласовать свой приезд.​

– Почему они должны были его согласовать, ведь гостиница не является частью Валаамского монастыря?

– Кто вам сказал? Эта гостиница находится в аренде у монастыря. Вот если я захочу прийти к вам на радио, мне же нужно будет согласовывать свой визит? У вас наверняка охрана, и так далее.

– Да, но плавучая гостиница не находится на территории вашего монастыря. По какому закону они должны были согласовать свой приезд?

– Мы с вами ходим по кругу. Вы меня пытаетесь загнать в свою американскую логику. Они нарушили наши законы, они прописаны на нашем сайте.

– Они распространяются на плавучую гостиницу, пришвартованную у острова?

– Я вам еще раз объясняю, это монастырь со своим уставом, и если они не уважают место и святой праздник, то как к ним можно относиться по другому? Эти блогеры написали, что я не ответил на телефонный звонок. Как я должен относиться к безграмотности ваших коллег? В субботу пресс-секретарь обязан давать какие-то разъяснения? Вот вы позвонили в рабочий день, я говорю с вами. К тому же у меня в телефоне есть список всех вызовов, звонка от них не было. Люди тенденциозно приехали на остров, чтобы сделать провокацию на праздник. Оклеветали пресс-секретаря.

– И все-таки гостиница является частью территории Валаамского монастыря?

– Вы были на Афоне? Чтобы приехать в один из афонских монастырей, нужно согласовать, получить диамонитирион, специальное разрешение, и дальше вы селитесь в гостиницу с разрешения настоятеля.

– Но ведь Валаам – не Афон. Я не знаю греческих законов на этот счет, но российские законы не обязывают меня, гражданина России, согласовывать свой визит в гостиницу, публично оказывающую услуги размещения – кому бы она ни принадлежала. К тому же в гостинице сначала их согласились поселить.

– Мы живем в постсоветском пространстве. В советское время РПЦ не существовало на Валаамском архипелаге, хотя в прошлом это все была территория Валаамского монастыря.

– То есть вы живете по законам, которые действовали до прихода на Валаам советской власти?

– Еще раз, четвертый, повторяю – вы не хотите меня слышать. Этот корабль находится в аренде у монастыря. Законы Российской Федерации на нем действуют. Если вы журналист, вы должны согласовать свой приезд.