Помните, на втором сроке Путина на НТВ появилась "Программа Максимум"? "Скандалы, интриги, расследования" – это она. И вот там однажды был показан сюжет, сильно разозливший руководство Государственной думы. Корреспонденты программы прошлись по туалетам нашего парламента и взяли пробы со стульчаков и крышек унитазов, чтобы исследовать их на наличие наркотических веществ. Результат был сногсшибательным: 75% проб показали положительный результат. Там везде были следы кокаина.

Негодованию депутатов не было предела. “Даже если будет доказано, что наличие наркотика действительно имело место в туалетах Госдумы, это не означает, что наркоманами являются депутаты. Госдуму ежедневно посещают около трех тысяч человек”, – заявил председатель комитета Госдумы по регламенту и организации работы Олег Ковалев. Так себе отмазка. Трудно предположить, что москвичи и гости столицы массово посещают режимное здание на Охотном ряду с целью нюхнуть дорожку.

“Программа Максимум” не изобрела ничего нового. Она просто повторила расследования, проведенные ранее немецкими журналистами в бундестаге и английскими журналистами в здании британского парламента. Журналисты лондонского таблоида The Sun использовали те же тесты, которыми пользуются полиция и таможня, точность их составляет 95%. За комментарием The Sun обратилась к официальному представителю парламента. Тот ответил точно так, как позже его российский коллега: "Парламент посещают более миллиона человек в год, поэтому невозможно узнать, кто именно употребляет наркотики". После чего The Sun разъяснила, что ее журналисты брали пробы в тех девяти туалетах, куда доступ простой публике закрыт и которые расположены в нескольких метрах от офисов депутатов. Причем все эти туалеты убираются на регулярной основе, дважды в день, так что наркотики употреблялись в них всего за несколько часов до того, как туда проникли журналисты.

Употребление наркотиков российскими чиновниками и депутатами имеет свою традицию. Достаточно вспомнить, как депутаты Верховного Совета России застукали спикера нижней палаты парламента Руслана Хасбулатова за употреблением наркотиков прямо на рабочем месте. А однажды, когда он в невменяемом состоянии попытался со своего места в президиуме вести заседание, депутат-врач Белла Денисенко потребовала немедленно освидетельствовать его у нарколога. В чем ей было, конечно, отказано.

Есть мнение, что кокаин проник в Россию вместе с большевиками, из Германии. Были завезены какие-то просто промышленные партии. Большевички раздавали его матросам, питерским рабочим-пролетариям, мальчишки торговали кокаином у Николаевского вокзала. Революционные матросы изобрели рецепт "балтийского чая": раствор кокаина в этиловом спирте или другом крепком алкоголе. "Балтийский чай" усиливал и продлял действие кокаина. Кронштадтские офицеры даже создали "Коке-клуб", где не только сами употребляли кокаин, но и занимались его распространением среди команд своих кораблей.

Княгиня Татьяна Куракина (урожденная баронесса Врангель) описывала в своих воспоминаниях Петроград 1918–1921 годов: "Другой бич не только тюрьмы, но и всей Советской России – это кокаин. Хотя Россия приведена в состояние полного обнищания и нуждается решительно во всем – но кокаин есть, и его хватает на всех… Откуда, какими путями он попадает в Россию – сказать не берусь, но он есть. Большевики занюхиваются им почти поголовно".

Какие конкретные решения принимал Сталин, находясь "на подъеме", то есть в состоянии кокаинового возбуждения, мы можем только догадываться

Брат чекиста Моисея Урицкого Борис Каплун почти открыто содержал наркотический салон, куда приглашал представителей богемы и "высшего общества", а также красных командиров, приезжавших с фронтов гражданской войны. Салон Каплуна был довольно популярен, главным образом по той причине, что Каплун гарантировал чистоту порошка (у вокзалов барыги продавали кокаин в смеси с мелом или зубным порошком). В комедии Михаила Булгакова "Зойкина квартира" Аметистов спрашивает: "Кокаину принес?.. Отвечай по совести: аспирину подсыпал?" Чистый кокаин большевики почему-то называли "кошкой". А вообще у кокаина в тот период, ввиду его чрезвычайной распространенности среди разных слоев населения, существовало множество названий: "марафет", "антрацит", кикер", "кокс", "мел", "мура", нюхара", "нюхта" и "чумила".

Кое-где можно встретить утверждения, что и Дзержинский, и Троцкий, и даже Ленин были наркоманами-кокаинистами, но убедительных подтверждений тому нет. Однако Сталин точно употреблял кокаин: в виде специально для него изготовленных кокаиновых капель для носа. Академик Владимир Виноградов, лечивший Сталина десятилетиями, постоянно выписывал ему эти капли, и это нашло отражение в опубликованных историях болезней вождя. Например, воспроизводится рецепт, выписанный Виноградовым для Сталина 31 августа 1944 года: "Капли с кокаином впускать в нос по 5 капель в каждую ноздрю через 2 часа". Это не такой уж безобидный документ: кокаин и кокаиновые препараты были запрещены в СССР с 1927 года. На Сталина этот запрет не распространялся. Какие конкретные решения принимал Сталин, находясь "на подъеме", то есть в состоянии кокаинового возбуждения, мы можем только догадываться.

В газете "Совершенно секретно" была опубликована статья о ныне покойном депутате парламента Денисе Вороненкове. Там корреспондент, в частности, берет интервью у бывшего помощника Вороненкова в Думе, и вот что тот рассказывает:

– На мой взгляд, Вороненков был довольно крупным кокаиновым дилером. Почти половина Госдумы нюхала кокс, который поставлял Вороненков… Ну половина – это, конечно, больше фигура речи, но то, что немало депутатов и высокопоставленных чиновников приохотились к порошку, – это факт, и я тому непосредственный свидетель и, честно говоря, сам раз-другой воспользовался "щедростью" Вороненкова.

По словам помощника депутата, многие в Госдуме "оттягивались" кокаином, считая наркотический кайф более изысканным, благородным по сравнению с обычным алкогольным опьянением. Поэтому Вороненков, по сведениям газеты, носил в депутатских кругах прозвище Чумила (напомню, так в Советской России называли кокаин).

Кокаин, конечно, придает сил и превращает труса в супермена, помогает преодолеть нерешительность и отбросить сомнения, но напрочь отбивает мозги, особенно при длительном и неумеренном потреблении. Если мы приглядимся к нашим вождям с этой точки зрения, то сможем многое объяснить. Их заявления, поступки, их гипертрофированное самомнение могут удивить только тех, кто не сталкивался с кокаиновыми наркоманами. Да, они решительны, но эта решительность хороша для того иллюзорного мира, который выстроен в расширенном сознании, и для реальной жизни не годится. Все великие свершения существуют только в их мозгу, они не в состоянии оценить последствия своих мощных (как им кажется) атак и хитроумных (как им кажется) комбинаций. Кокаиновый наркоман со смещенным сознанием не знает, что такое самокритика или хотя бы самоирония, при этом в своем болезненном стремлении усовершенствовать весь мир, подстроить его под себя он напрочь лишен тормозов.

Для описания и глубокого исследования нынешнего российского режима, пожалуй, нужны не политологи, а наркологи. Мне кажется, многие разгадки мы найдем в этой сфере.

Андрей Мальгин – журналист и блогер

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции Радио Свобода