Константин Боровой: Путин готовится к большой войне уже не только против Украины 19 20.07.2015, 8:51

18,386

Константин Боровой

Механизмы лечения России включены внешними силами – это санкции, дипломатическое и военное давление.

Российский оппозиционный политик, друг и соратник Валерии Новодворской, бывший депутат Государственной Думы РФ, председатель партии "Западный выбор", предприниматель Константин Боровой в интервью "Обозревателю" высказал свое мнение о российско-украинском конфликте и политической ситуации в его стране.

Несмотря на то, что усиление обороны стран Евросоюза некоторым образом охлаждает милитаристский пыл Путина, он все же считает, что российский лидер готовится к большой войне. Украине он советует бороться за Крым и Донбасс всеми возможными способами, включая военный. А еще Константин Боровой признал, что в российской политике не было и нет фигуры, равной Валерии Новодворской по бескомпромиссности в отношении власти.

- Константин Натанович, несколько дней назад вы опубликовали обращение к американской администрации, в котором обвиняете Белый дом в том, что Штаты не выполняют свои гарантии по Будапештскому меморандуму. Что вас подвигло сделать такое заявление?

- Будапештский меморандум предполагает обязательства и ответственность четырех сторон, там есть ответственность Украины не хранить ядерное оружие и иные обязательства. Но есть и ответственность стран - России, США и Великобритании - гарантирующих соблюдение территориальной целостности Украины. Россия нарушила это соглашение. Но, по чисто формальным признакам, это соглашение нарушают сейчас США и Великобритания, они не предоставляют необходимую помощь в обороне от агрессии, в результате которой нарушена территориальная целостность Украины. Это международное соглашение, и страны, подписавшие его, несут ответственность за то, что происходит. Один из признаков нарушения этого соглашения со стороны США – это отказ от поставок Украине необходимого оружия.

Вот я и обратил внимание президента Соединенных Штатов Барака Обамы на то, что его страна является нарушителем Будапештского меморандума так же, как и Россия, и призвал его соблюдать соглашение.

- От Вашингтона последовала какая-нибудь реакция на ваше обращение?

- Дело в том, что я – не международный институт, я политик. В общем, я и не ожидал никакой реакции. Скорее, это обращение – памятная записка. Я обсуждал это обращение с официальными лицами в неофициальной обстановке. Оно принято во внимание.

- Раньше вы неоднократно говорили о том, что украинцы мало усилий прилагают, чтобы победить в военном противостоянии с Россией. Как, по-вашему, мы сейчас должны действовать?

- Мне кажется, что в Украине сейчас доминирует позиция, связанная с тем, что кризис разрешится сам собой, дипломатическим путем. Украина всеми возможными способами избегает конфликта. Это очень понятная позиция, она связана со слабостью украинской армии, с тяжелым экономическим положением и с преобладающей силой агрессора. Но реальность такова, что до тех пор, пока Украина, ее ВСУ, ее граждане сами не начнут решать эту проблему, за них никто ее решать не будет. Никто - ни США, ни Великобритания.

Расчет на то, что какие-то события произойдут в России, и она сама собой покинет эту территорию, ни на чем не основаны, точнее, ожидания начала внутренних процессов в РФ не основаны на реальности - оппозиция в РФ сегодня очень слаба. А дипломатические усилия, которые предпринимает Украина, к сожалению, пока не дают никаких результатов. Минские соглашения, в частности, Минск-2, скорее фиксируют статус-кво и положение, когда часть Украины оккупирована. Действия Путина по дестабилизации ситуации в Украине пока что успешнее, чем действия Украины по освобождению своей территории.

Реальность такова, что до тех пор, пока Украина, ее ВСУ, ее граждане сами не начнут решать эту проблему, за них никто ее решать не будет

- Когда вы говорите, что действия Украины менее успешны, чем действия Путина, подразумеваете ли вы, что Украина должна действовать более интенсивно в плане военном?

- Да, я считаю, что это должны быть военные действия, в том числе оборонительные – часть территории Украины оккупирована и сегодня ответственность руководства Украины перед ее гражданами, в частности, живущими на оккупированных территориях, состоит в том, что оно должно предпринимать усилия для освобождения этих территорий.

Но меня еще один момент волнует: необходимо также подключать механизмы для возмещения материальных потерь Украины, необходимо в судах добиваться компенсации, потому что потери эти очевидны, ущерб материальный – очень существенный. Но усилия в этом направлении руководство Украины тоже пока не предпринимает.

Как бы там ни было, военные действия на территории Донбасса ведутся, и каждый день там погибают люди. Более интенсивные военные действия приведут к большему количеству жертв со стороны украинской армии и мирного населения. Именно это и сдерживает руководство Украины.

Проблема в том, что если сложившаяся ситуация затянется надолго, то и жертвы будут постоянными. Умножая количество погибших, раненых, покалеченных на количество месяцев, когда Донбасс будет оставаться под оккупацией, мы получаем очень неоптимистические результаты. А задача эта оптимизационная, я уж не говорю о том, что в некоторых случаях безопасность страны, безопасность граждан не может измеряться количеством потерь.

Сегодня бандиты на востоке Украины каждый день занимаются убийствами и издевательствами над мирным населением, мы постоянно слышим сообщения об этом. И если спросить тех, кто подвергается насилию, что должно сделать руководство Украины, то ответ будет очень однозначный: немедленно предпринять все возможные усилия для того, чтобы уничтожить эти бандформирования и прекратить насилие над мирным населением.

- Как считаете, есть ли механизмы, чтобы вернуть Крым обратно в Украину? И нужно ли это делать, по вашему мнению?

- Этот вопрос нужно адресовать руководству Украины: считают ли они возможным нахождение части своей территории под юрисдикцией другой страны и считают ли они правильным, что чужие вооруженные силы, как раньше говорили, топчут землю независимой Украины. Если для украинской власти это допустимо, значит, не надо предпринимать никаких усилий по освобождению Украины.

Да, дипломатические усилия Турции по защите крымских татар, возможно, приведут к каким-то позитивным результатам. Но каждый гражданин Украины, видя, как его государство не защищает других граждан, начинает понимать, что это государство нежизнеспособно. То есть освобождение Крыма – это вопрос жизнеспособности Украины как независимого государства.

Возражение, которое вы, возможно, приведете, что это повлечет за собой гибель людей, это уже вопрос не ко мне, а к гражданам Украины и к Петру Порошенко - готовы ли они платить жизнями людей за независимость государства, за защиту его территории от агрессора. Если граждане считают, что нельзя, значит, надо смириться с возникшим положением. Но в этом случае само существование государства ставится под большой вопрос. Государство, неспособное защищать своих граждан, свою территорию, нежизнеспособно, потому что следующим этапом военного конфликта может стать Мариуполь и другие территории.

- Вы считаете, что Путин решится на дальнейшую эскалацию? И, как думаете, не использует ли он случаи нестабильности в Мукачево и во Львове для того, чтобы усилить конфронтацию на Донбассе?

- Нет никаких сомнений в том, что Путин провоцирует случаи нестабильности в Украине, возможно, и эти события - Львов, Мукачево - являются следствием работы российских спецслужб по дестабилизации политической и социальной ситуации в Украине. Главный результат, которого добился Путин в Украине, это нестабильность, и не только на востоке, но и на западе страны.

С моей точки зрения, до тех пор, пока не будет освобожден Крым, напряженность в разных проявлениях будет присутствовать в Украине, а также будут сложности с решением и социальных, и политических, и экономических проблем.

Так что Украине необходимо думать о возвращении Крыма, никто, кроме нее эту проблему поднимать и решать не будет.

- Вы сейчас сказали об экономической нестабильности. Как вообще вы оцениваете перспективы украинской экономики?

- Сейчас украинская экономика стоит перед большими проблемами, связанными с неоптимальным законодательством в сфере налогообложения и ведения бизнеса, в стране очень высокий уровень коррупции, рейтинг Doing Business для Украины - очень низкий.

Однако я хочу отметить и позитивный момент: те усилия, которые предпринимает Михаил Саакашвили в Одесской области – это такие модельные события, которые начали повторяться в разных регионах. И это хорошо, это приведет к улучшению ситуации и это надежда, которая появляется после года отсутствия позитивных событий.

- А со стороны заметно, что в украинской экономике проводятся реформы?

- Реформы видны, но они недостаточно радикальны. Так считаю не только я, об этом говорят и международные эксперты, и Госсекретарь Соединенных Штатов. Они настаивают на начале реформ.

- В каких сферах надо действовать "более радикально"?

- Я считаю, что сейчас есть две сферы, где необходимо продвижение: это борьба с коррупцией, с протекционизмом, как одной из форм коррупции, самой опасной, кстати; и реформирование законодательства в сфере предпринимательства, и налоговой системы, и привлечение к государственному менеджменту новых сил, молодых людей. В общем, надо делать все, что привело Грузию к значительному продвижению по пути реформ.

- Константин Натанович, Украина вряд ли пойдет на интенсификацию военных действий. А есть альтернатива военному способу решения территориального вопроса. Например, смена власти в России?

- Вот меня больше всего волнует расчет Украины на спонтанные события в России. Это сродни надежде на чудо. Поймите, вместо Путина, если тот куда-то денется, придет Путин №2, а это в сегодняшних условиях полного подавления в России свободы слова и прав человека, в условиях больного, отравленного сознания общества, не вселяет оптимизма. Сейчас главное даже не Путин, а те люди, которые его избирают и поддерживают. Безусловно, социологические опросы, которые нам подсовывают, врут, но с другой стороны, я знаю, что больше половины граждан России продолжают поддерживать политику Путина, и это очень опасно.

Так что Украине не стоит рассчитывать на смену власти в России.

- Ну, власть российская рано или поздно поменяется.

- Думаю, что нескоро. Я не вижу сценария для такого события, которое может привести к быстрой смене власти. Может быть, только какие-то агрессивные действия Путина, которые приведут к тому, что в военный конфликт будут включены США и западное сообщество. Но этот случай опасен уже для самой России, потому что тогда власть будет свергнута вооруженным путем внешними силами.

- А вы можете назвать сейчас идеального кандидата на пост президента России?

- Сейчас таких кандидатов нет.

Политические элиты, которые претендуют на эту роль, отвечая на запрос общества, по сути, копируют модель Путина с разными степенями отличия. Так в России делают практически все политики, имеющие хоть какой-нибудь шанс быть избранными. Из-за вот этого отравленного сознания они вынуждены повторять тезисы самого Путина. И быстро эта болезнь не лечится. Механизмы лечения России включены внешними силами – это санкции, дипломатическое и военное давление. Но особенность этих инструментов заключается в том, что они действуют очень медленно.

- Что вы имеете в виду под военным давлением? Это российские самолеты и субмарины норовят нарушить территориальное пространство то Швеции, то Великобритании.

- В Европе из-за планировавшейся агрессии России против Украины, а также стран Балтии, Молдовы сейчас сосредоточено вооружение НАТО. Сейчас вероятность агрессии становится несколько меньше, потому что Путин понимает, что ему придется столкнуться с концентрированными вооруженными силами Европейского союза и Соединенных Штатов. А концентрация их войск на западной границе РФ сейчас очень высокая и это очень серьезный и стабилизирующий фактор, охлаждающий агрессора.

В окружении Путина есть так называемая либеральная группа. Можно ли на нее можно рассчитывать в контексте смены власти в России? И кого можно причислить к этой группе?

Это те люди, которые реализуют задачи экономического блока российской власти. Можно сказать, что это, в некоторой степени, министр финансов (Антон Силуанов), председатель Центрального банка (Эльвира Набиуллина), это Алексей Кудрин - как эксперт по экономике, это некоторые директоры институтов. Но они мало влияют на принятие политических решений и, тем более, на принятие военных решений. И Путин скорее воспользуется услугами Сергея Глазьева, этого маленького ястреба, плохо образованного в области экономики, чем специалиста уровня Кудрина.

- Может ли в России новая политическая сила попасть в Госдуму?

- Не может, потому что выборы контролируются, да и не выборы это уже, а назначения, которые делаются в результате соглашений.

Экспертное сообщество, которое окружает Путина, действует очень профессионально: во многих смыслах сегодняшняя российская оппозиция – это контролируемая властью структура. И рассчитывать на то, что эти силы будут в состоянии не то что сменить власть, а даже как-то повлиять на нее, - было бы опрометчиво.

- Вы много говорили о российской пропаганде. Если представить себе ситуацию, что вдруг одновременно выключились по всей России все телевизоры, скажем, на неделю, сознание россиян прояснится?

- У нас есть такой пример, это 1991 год, когда выключение советской пропаганды, столь же лживой, как и путинская, привело к тому, что люди осознали ценности демократии и стали поддерживать демократическую власть. В противостоянии между коммунистической партией и новой демократической властью большинство встало на сторону демократии.

- То есть, если выключить пропагандистскую машину, россияне сделают демократический выбор и не будут в украинцах видеть врага?

- Но для того, чтобы выключить пропагандистскую машину, необходимо чтобы у власти оказалось демократическое правительство. Получается замкнутый круг. Любой Путин-2, Путин-3 и так далее будет использовать весь пропагандистский инструментарий, который ему оставит в наследство Путин.

Так же, как и в 91-м году, когда демократическая власть свалилась как подарок, так и в сегодняшних условиях можно рассчитывать только на чудо. Или на катастрофические события, которые повлияют на общую ситуацию в России и окружающих ее странах.

- О какой катастрофической ситуации вы говорите?

- По оценкам многих экспертов, Путин готовится к большой агрессии уже не только против Украины, но и против стран Балтии, против НАТО. Это неминуемо приведет к результатам, которые были в Нюрнберге. Основное преступление, в котором обвинялась гитлеровская власть, - это ведение агрессивных войн, нарушение суверенитета других государств, этнические чистки, концлагеря. В них самое главное – ведение агрессивных войн, а это преступление Путин совершал уже неоднократно: он нарушил суверенитет Грузии, а потом и Украины.

- Вы думаете, Путин решится на большую войну?

- Об этом свидетельствует очень серьезный и опасный признак – концентрация российских вооруженных сил на наших западных границах, это милитаристская пропаганда внутри страны, это набор военных инструментов, которые сегодня используются Путиным.

- А российское общество готово воевать не только с Украиной, а со всем миром?

- То состояние, в которое приводит общество пропагандистская кампания – это то состояние, в котором граждан можно убедить в чем угодно. Подготовка к войне - сейчас доминирующая установка. Людям внушаются мысли, что на Донбассе идет война не с Украиной, а с Соединенными Штатами; о том, что весь мир ненавидит Россию и хочет захватить ее ресурсы; о том, что Россия в изоляции и санкции, которые применяются против России, направлены на то, чтобы ее ослабить, это результат агрессивной политики Запада.

Я перечислил только часть пропагандистских установок, которые основаны не на реальных фактах, но они вбиваются в сознание людей и становятся их убеждениями.

- Не могу не спросить у вас о Валерии Ильиничне. В один год ушли из жизни два самых непримиримых, самых бесстрашных борца с путинским режимом – Новодворская и Немцов. Именно поэтому многие не верят в то, что Валерия Ильинична умерла от болезни. Что вы думаете об этом?

- К сожалению, это следствие ее беспечности, она очень мало внимания уделяла собственному здоровью. Ей надо было писать статьи, выступать на радио… И когда возникла ситуация, что ей надо было заниматься только своим здоровьем, она продолжала писать статьи, делать какие-то свои срочные дела. И в этом смысле ее гибель – это результат борьбы с режимом. Против нее, насколько я понимаю, власть не применяла своих традиционных инструментов – отравлений и убийств.

- В России сейчас нет фигуры, равной Новодворской. Не так ли?

- Валерия Ильинична была известна своей борьбой с коммунистическим режимом, история ее борьбы начинается в 1970-м году, это 44 года непримиримой борьбы.

Никого другого, кто бы такой длительный срок противостоял авторитарной власти, в России нет. Те правозащитники, которые в советские времена занимались правозащитной деятельностью, не занимались политической деятельностью, никто из них не претендовал на политическое оппонирование власти. Это очень важно.

И в этом смысле можно сказать, что фигуры, равной Валерии Ильиничне, в истории России не было и в настоящее время нет. У современных политиков, практически у каждого из них, я найду большой список компромиссов, которые делают его абсолютно непохожим на Валерию Ильиничну.