Одним безветренным и теплым осенним вечерком примерно 66 млн лет назад наш приматоморфный предок поднял глазенки к небу и увидел в нем необычайно яркую звезду. «Красиво», – подумал он и побежал за каким-то жуком. Спустя сутки звезда разрослась до размеров приличного светила, грозясь составить конкуренцию недовольной луне. «Страшно», – подумал предок и поспешил закопаться поглубже в нору. На следующий день в мелководное море, плескавшееся в районе современного полуострова Юкатан, на скорости более 70 тысяч километров в час ухнул астероид. «Чиксулуб», – чихнул зверек в норке и в страхе зажмурился.

Десятикилометровое небесное тело выбило из Земли 25 триллионов тонн дури, сформировав кратер глубиной два десятка километров в течение первых же минут. Расплавленные кусочки планеты вышвырнуло в накалившуюся и раскрасневшуюся атмосферу, часть из них пронеслась над континентом распаленным штормом, выжигая все на своем пути, другие превратились в прах и перемешались с материей испарившегося астероида, образовав гигантское раскаленное облако. Его шлейф позднее достигнет противоположного полушария и испепелит плывущую по океану Индию – как будто мало ее пучило от местного вулканизма. Некоторые ошметки Земли смогли преодолеть гравитационное притяжение и полетели кружить вокруг Солнца по странным орбитам, а иные долетели до других планет и спутников и, возможно, даже принесли туда с собой чудом выживших земных микробов. Астероид посеял жизнь на соседних планетах, а на нашей ее сокрушил.

Одних животных приплющило им самим, другие в мгновение ока сгорели заживо в окрестностях кратера, третьи зажарились чуть позже в огненном шторме по всему континенту, четвертые – в течение суток в палящем облаке по всему миру. Многие не устояли на ногах, когда земля под ними пошла ходуном, – их подбрасывало на волнах литосферы, сталкивало в воздухе и обрушивало наземь, расшибая насмерть. Кому не повезло иметь уши – сдохли от боли, когда перепонки полопались в звуковой волне от падения астероида. Кто не умел плавать – утонул в гигантских цунами, а кто умел – тоже не выжил. Некоторые бедолаги в тот день умирали по нескольку раз от разных причин.

Растения тоже сгорели – пожары охватили около 70% лесов планеты. Небо затянулось сажей, мир на полтора года окутала тьма, наступило глобальное похолодание. Всемирный фотосинтез заметно снизился, атмосфера перенасытилась углекислым газом, наступило глобальное потепление. В парниковую копилочку добавились миллиард тонн угарного газа, десять миллиардов тонн метана и триллион тонн углекислоты от испарившихся в катастрофе юкатанских известняков (CaCO 3 ). А испепеленные ангидриты (CaSO 4 ) зарядили воздух десятью триллионами тонн серных соединений, которые при взаимодействии с водяным паром излились на Землю кислотными дождями, залив насмерть все, что посмело еще жить.

Более 99,9999 % живых организмов сгинули в том хаосе в тот день и последующие годы, три четверти видов вымерло, на суше и в океане экосистемы были уничтожены. Наша родная планета получила тяжелое ранение космической пулей и едва не погибла. Когда оправилась, она уже не была такой, как прежде. Мира, в котором царили рептилии, больше не существовало. В геологических пластах на глубине около 66 млн лет проходит слой сажи и пепла с вкраплениями иридия – это граница между меловым периодом мезозоя и палеогеновым периодом кайнозоя. Словно черная лента на портрете мезозойской Земли.

Рыбульки Адского ручья

Ученым крайне мало известно о том, какие именно животные жили и вымирали в то поворотное время, и в поисках ответов они лихорадочно рыщут совочками в отложениях прямо под границей мела и палеогена. Такие отложения составляют, к примеру, знаменитую формацию Хелл-Крик («Адский ручей») на северо-западе США – в штате Монтана и прилегающих районах Вайоминга, Северной и Южной Дакоты. Именно в этой формации в 1902 году был открыт T. rex, но помимо множества тираннозавров в ней захоронены трицератопсы, гадрозавры и многие другие динозавры. Все они жили в позднем мелу, но дожили ли до самого его конца?

В ту пору местные ландшафты представляли собой субтропические низины и поймы вдоль побережья Западного внутреннего моря, которое некогда простиралось от современного Мексиканского залива до Северного Ледовитого океана, деля Северную Америку на Ларамидию и Аппалачию, а в конце мелового периода доходило лишь до Северной Дакоты. Впадавшие в него извилистые реки с сезонными паводками предоставляли прекрасные условия для быстрого захоронения и успешной фоссилизации всех, кто тут тогда жил, но вдруг умер.

Большая часть территории Хелл-Крика является частной собственностью фермеров, которые разрешают палеонтологам и коллекционерам окаменелостей копаться на их ранчо за определенную мзду. В 2008 году охотники за динозаврами, промышлявшие фоссилиями на скотоводческой ферме возле Боумена, штат Северная Дакота, наткнулись на необычные отложения метровой глубины, состоявшие из древнего ила и неотвердевшего песка, хоть рукой копай, а главное, наполненные ископаемыми рыбешками, столь нежными, что скелетики рассыпались в прах при контакте с воздухом. В июле 2012 года искатели пригласили на раскопки 30-летнего палеонтолога Роберта Де Пальму, аспиранта Канзасского университета, который давно мечтал найти древний пруд с мелкозернистыми слоями, богатыми на находки и накапливавшимися посезонно в течение многих лет.

Однако это был один-единственный слой, отложившийся за одно-единственное наводнение. Поначалу разочарованию Де Пальмы не было предела. Но потом он присмотрелся повнимательнее и увидел плюсы: сохранность образцов, захороненных в одночасье, была замечательной, многие из них представляли собой полные скелеты рыб, что для Хелл-Крика редкость, и их даже возможно было извлечь при соблюдении кропотливой осторожности. Роберт решил заплатить фермеру и через год, в июле 2013-го, приступил к раскопкам.

«Почти сразу я понял, что место это необычное», – вспоминает он. Скапывая отложения над слоем с рыбами, он заметил серовато-белесые крапинки, которые на поверку под лупой оказались остатками крошечных шариков и вытянутых капелек. Микротектиты! Этим мудреным словом ученые называют стеклянные дробинки, которые формируются, когда расплавленная твердь взметается в воздух после падения астероида и затем выпадает на землю мелким градом. В изучаемом местонахождении счет микротектитов шел на миллион.

По мере того как Роберт продвигался глубже, его взору открывались находки чрезвычайной хрупкости и чудесной сохранности. «Там поразительный растительный материал, весь сцепленный, перепутанный, – вспоминает он. – Вот бревна, вот рыба прижата к корням кипариса, вот ствол, измазанный янтарем». Если большинство ископаемых обычно сплющиваются от давления вышележащих камней, то здесь все было трехмерным – спинные плавники рыб буквально влипли прямо вверх в осадок. Одномоментность произошедшего поразила ученого до глубины души. Если тут случилось то, о чем он догадывался, то это важнейшее палеонтологическое открытие XXI века в истории.

Аспирант-невидимка

Роберт Де Пальма вырос в Бока-Ратоне, штат Флорида, в семье зубного хирурга Роберта-старшего, чей дядя Энтони, известный ортопед, скончался в 2005 году в столетнем возрасте, а кузен Брайан – знаменитый кинорежиссер. Скелетами Роберт-младший начал увлекаться еще в детстве: его маленькие ручонки хватали обглоданные кости, оставшиеся от обеда, и убегали с ними в комнату маленькими ножками, чтобы сочленить несочленимое. Родители закапывали умерших питомцев в одних местах двора, а мемориальные дощечки ставили в других, чтобы Бобби не выкапывал тела и не расчленял. Но Бобби все равно находил их, выкапывал и расчленял. В контейнерах для льда он замораживал мертвых ящериц, на которых то и дело наталкивалась мама, когда приглашала подруг на холодный чай. Чтобы мальчик больше общался с другими детьми, его записали на бейсбол, но, вместо того чтобы играть, он раскапывал бейсбольное поле в поисках скелетов бейсболистов.

Двоюродный дед-ортопед взял Роберта под свое крыло, и малец ездил к нему через выходные, показывал свои находки. Когда ему было четыре годика, кто-то в музее в Техасе подарил ему фрагмент кости динозавра, он отвез его к деду, и тот рассказал ему, что все пупырки, ямки и шероховатости на кости имеют свои названия, как и сама кость. «Я был пленен», – признается Де Пальма. В шесть или семь лет во время поездок в Центральную Флориду с родителями он стал сам находить ископаемые кости – млекопитающих ледникового периода. Первую кость динозавра он обнаружил в Колорадо, когда ему было девять.

В старшей школе во время летних каникул и выходных Роберт собирал окаменелости, строил модели динозавров и возводил их скелеты в местном музее естествознания. Он одолжил музею свою детскую коллекцию из сотен фоссилий, но в 2004 году учреждение обанкротилось и все экспонаты свезли туда, откуда без документов, подтверждавших права Роберта на кости, вернуть их было невозможно. С тех пор в контрактах он обязательным условием прописывает свой надзор за тем, как то или иное учреждение управляется с его находками. Еще он никогда не копает на общественной земле, так как не желает иметь дело с бюрократической волокитой. Из-за этого все расходы на раскопки ему приходится покрывать из своего кармана – а это десятки тысяч долларов на тот же Хелл-Крик. Деньги он получает за окаменелости, реконструкции и реплики, которые продает музеям, коллекционерам и прочим клиентам. Иногда помогают родители.

В 2009 году Де Пальма нашел в Хелл-Крике на северо-западе Южной Дакоты пару хвостовых позвонков гадрозавра с застрявшим в них зубом ти-рекса, позднее обросшим костной тканью. Гадрозавр был укушен тираннозавром, но смог убежать, с зубом «на память». Результаты исследования были опубликованы в 2013 году: открытие доказывало, что ти-рекс все же был хищником, вопреки мнению некоторых специалистов, таких как Джек Хорнер, считавших ти-рекса падальщиком – мол, был он слишком неуклюж, медлителен и слабозряч, чтобы охотиться. Сам Хорнер назвал открытие спекуляцией и предложил альтернативный сценарий: ти-рекс куснул спящего гадрозавра за хвост, посчитав его дохлым, а когда осознал ошибку, резко отпрянул. «По-моему, это полный абсурд», – говорит Де Пальма. В конце концов Хорнер все же признал, что тираннозавры охотились на живую добычу, хотя и с оговоркой, что падалью они не брезговали. Аспиранта, опровергшего его гипотезу, он не запомнил – без научной степени Роберт Де Пальма остается невидимкой для высшего научного сообщества.

К тому же в 2015 году он сам опростофилился: описывая новый вид хищных динозавров Dakotaraptor steini, чей скелет был откопан им десятью годами ранее там же, в Южной Дакоте, Роберт по ошибке включил в реконструкцию кость ископаемой черепахи, чем вызвал шквал унизительной критики. «Проходить через это снова я не хочу», – краснеет Де Пальма, пряча лицо под замшевой ковбойской шляпой с надогнутым левым краем.

Сейчас Роберту 37, и он по-прежнему работает над диссертацией, занимает неоплачиваемую должность куратора отдела палеонтологии позвоночных в малогабаритном музее естествознания, разместившемся в торговом центре в Веллингтоне, штат Флорида, и холостяцки живет в квартире с тремя спальнями, заставленными гипсовыми репликами динозавров. (Прямо копия нашего главреда: он тоже не защищался, не получает зарплаты, не женат почти что в 37, а его опочивальни обвешаны водорослями.)

Для грубых раскопок Де Пальма использует штык времен Второй мировой войны, подаренный ему дядюшкой в 12 лет, а также кирку, подаренную научным руководителем после защиты диплома. Для более тонкой работы – нож и кисти (стандартные орудия палеонтолога), а также стоматологические инструменты, которые ему выдал отец. Обросший пятидневной щетиной и загорелый, он возвышается над раскопом под чистым голубым небом Северной Дакоты и задумчиво поглядывает на торчащий из земли обветшалый таз цератопса.

Танис: трофеи

Первым ископаемым, которое Роберт Де Пальма извлек из раскопа летом 2013 года, был полутораметровый веслонос – пресноводный рыбец, чьи родственники и по сей день обитают в реках и озерах бассейна Миссисипи, шуруя в темной воде длинным рылом в поисках пищи. Под веслоносом обнаружился зуб мозазавра – огромной хищной морской рептилии. Как он оказался здесь, на берегу древней реки, в километрах от ближайшего моря – Западного внутреннего? На следующий день тут же был найден полуметровый хвост некой морской рыбы, явно не отделившийся в результате посмертного разложения, а оторвавшийся в момент гибели или вскоре после нее и тоже каким-то образом принесенный сюда, вглубь материка.

Еще через день Де Пальма заметил в пласте отложений вмятинку – маленький кратер диаметром около 8 см. Похожие сохраняются в ископаемой летописи после падения градин. Тут тоже что-то упало сверху и шлепнулось в грязь. Катяшок динозавра? Уверенным движением ножа ученый создал поперечный срез кратера и на его донышке увидел белесый шарик размером 3 мм. Тектит! Рядом обнаружились и другие кратеры с тектитами. За миллионы лет стекло превращается в глину, но у некоторых из этих тектитов все еще сохранялось стеклянное ядро. Микротектиты, найденные Робертом ранее, могли быть принесены сюда водой, но данные тектиты упали с небес и впечатались в осадок прямо здесь – в тот самый день, когда в планету ударил астероид.

Похоже, порожденное ударом цунами прокатилось по всему Западному внутреннему морю и затопило речную долину, а когда волна остановилась и стала отступать, все, что она прихватила по пути и принесла с собой, полуживое и мертвое, морское и сухопутное, отложилось и схоронилось на месте, после чего было засыпано стеклянными бусинами, предположил Де Пальма. «В этих отложениях сохранилась вся картина события на границе мела и палеогена, – говорит он. – Благодаря им мы можем проследить, что случилось в тот день, когда меловой период приказал долго жить». Ничего подобного палеонтологи прежде не находили, и если гипотеза Де Пальмы верна, то значение этого местонахождения для науки поистине огромно.

Отложения толщиной около метра представляют собой десятки тонких слоев глины и песка, ниже которых находится неровная полоса песка и гравия с костями и относительно крупными тектитами, а подстилает их исконная меловая порода, хорошенько промытая наводнением. То тут, то там попадаются ломкие растительные отпечатки – лепестки, семена, листья, иголки, кусочки коры. Вот то ли цветок растения, то ли иглокожее животное – понятнее станет в лаборатории. Вот крупное перо, свыше 30 см длиной, скорее всего, какого-то хищного динозавра. А вот малюсенькая челюсть зверька – ой, да это же братишка нашего героя из зачина опуса!

Нож Де Пальмы подцепляет краешек окаменевшего плавника: еще один веслонос. Размером с мужика, выясняется позже. Его полуметровое рыло сломано напористой волной о ветвь затонувшей араукарии. Вот она, с иголками и каплей янтаря – застывшей живицей, в которой могут содержаться пузырьки воздуха того времени и даже мелкая живность. Рот веслоноса открыт – все рыбы, найденные здесь, умирали с разинутыми ртами, задохнувшись в обильной взвеси из мусора, земли и микротектитов (ими буквально забиты жабры). Многие погибли в вертикальном положении, вкопанные в осадок, не сумев освободиться и уплыть с отошедшей водой. В одного веслоноса вдавило осетра (на спине видны отпечатки щитков), а в осетра вдавило аммонита. Все эти хрупкие ископаемые Де Пальма аккуратно упакует в гипс и отвезет в лабораторию Флоридского Атлантического университета в Бока-Ратоне, чтобы изучать в контролируемых условиях вдали от солнца, ветра и сухого воздуха Дакоты.

Обычно палеонтологи откапывают одну-две стоящих находки за сезон. Де Пальма же, казалось, совершал примечательные открытия каждые полчаса. «Это что, нора?» От верхней границы отложений до мелового песчаника прослеживались очертания тоннеля, который расширялся внизу в виде округлой полости, заполненной породой другого цвета, – логово млекопитающего. «Божечки, оно еще там!» В лаборатории выяснится, что их там даже двое. Уже извлечена одна нижняя челюсть с зубом, довольно крупная для зверя мелового периода, предположительно сумчатого (остальные кости еще не доставали). Должно быть, животные пережили наводнение, а потом зарылись в осадок, чтобы спастись от ада на поверхности, там и померли. «Родились в мезозое, а сдохли в кайнозое!» Никогда прежде в Хелл-Крике не находили звериных нор – это первое прямое доказательство давних предположений о роли подземных убежищ в преодолении млекопитающими последствий глобального катаклизма.

Почти все вышеперечисленное обнаружено за один рабочий день. В течение следующей недели были найдены новые рыбы, перья, листья, семена, янтари, тектиты. Накопано много угольков и обугленной древесины – к тому моменту, как пришла большая вода, деревья в долине пылали. На одном обгоревшем стволе притаился янтарь с двумя тектитами – химически не изменившимися! Россыпи лонсдейлитов – гексагональных алмазов – лишний раз указывали на причину трагедии: этот минерал формируется при падении на Землю небесного тела, содержащего графит, который под воздействием колоссального давления и дьявольской температуры мгновенно превращается в алмаз, сохраняя при этом гексагональную кристаллическую решетку графита.

Вот еще некоторые находки, сделанные за несколько сезонов работы на раскопе: кусок дерева с ходами короеда; несколько муравьиных гнезд с забитыми микротектитами камерами и утопшими муравьями; еще какое-то гнездо в земле, предположительно осиное; всяческие норы, включая разветвленную, с множеством туннелей и галерей, систему нор какого-то млекопитающего; зуб акулы; кости крокодила; бедро крупной морской черепахи; гигантский лист гинкго; родственник банана; десяток-другой новых видов животных и растений, в том числе три новых вида рыб; скелеты птерозавров – эти рептилии никогда прежде не попадались на границе мела и палеогена; переломанные кости и зубы динозавров, а также остатки их детенышей, и даже целое яйцо с зародышем внутри; 40-сантиметровое перо, идеально подошедшее к прикрепительным бугоркам на локтевой кости дакотараптора.

Подвздошная кость цератопсида изнывала под солнцем Северной Дакоты – годами ранее кто-то пытался вырыть ее, да забросил, халатно оставив торчать из-под земли к негодованию Роберта Де Пальмы. На ней он обнаружил кусок окаменевшей кожи размером с чемодан. Эту бы кожу да мне на сапоги, подумал было палеонтолог, но сдержался. Таз располагался очень близко к вероятной верхней границе затопления – видимо, туша динозавра плавала на поверхности и была оставлена здесь схлынувшей водой.

На три метра вглубь мезозоя ученым долгое время практически не попадалось останков динозавров – этот феномен именуется в палеонтологии «трехметровой проблемой». Складывалось впечатление, что в последние миллионы лет мелового периода динозавры уже не шастали по Земле и вымирание их наступило намного раньше падения астероида, от вулканических извержений и изменений климата. Но в 2011 году стало известно о роге цератопсина, найденном на глубине всего 13 см ниже границы мела и палеогена в формации Хелл-Крик штата Монтана. Все-таки некоторые нептичьи динозавры дожили до конца мезозоя! А иные и до самого последнего его дня. Плавучий цератопс, плешивый дакотараптор, многочисленные останки других динозавров, а также птерозавров, раскопанных Де Пальмой в этом уникальном месте, на самой границе двух эр, закрывают «трехметровую проблему» окончательно.

Мемуары сейши

На протяжении тех лет, что Роберт Де Пальма вел раскопки на участке, он понемногу и втайне делился находками с избранными специалистами. Среди них его научрук Дэвид Бернэм, чей подарок – кирка – щедро прохаживалась по раскопу с окаменелостями. «У Роберта полно такого, о чем никто не слыхивал! – говорит Бернэм. – Так много, что не грех и расколошматить часть находок! – додумываем мы. – Это местонахождение будет знаменитым, попадет в учебники!» Ученым не меньше полувека предстоит его исследовать, считает он.

Еще один светоч, посвященный в курс дела и даже побывавший на раскопе в прошлом году, – геолог Уолтер Альварес, сын нобелевского лауреата по физике Луиса Альвареса. В 1980 году отец и сын вместе с парой коллег обосновали в журнале Science гипотезу мел-палеогенового вымирания в результате падения астероида, сославшись на аномальные концентрации иридия в слое на границе периодов по всему миру: этот металл очень редко встречается на Земле, и резкий рост его концентрации можно объяснить только прилетом извне. В подтверждение гипотезы в 1991 году на полуострове Юкатан в Мексике был обнаружен огромный кратер Чиксулуб, один из крупнейших на Земле. «Это поистине великолепное место, – восхищается Альварес раскопом Де Пальмы. – Одно из лучших местонахождений, способных поведать, что именно случилось в день импакта».

«Это действительно важное открытие, – вторит ему голландский палеонтолог Ян Смит, в свое время пришедший к выводу об астероидной природе вымирания независимо от Альваресов. – Здесь мы впервые видим непосредственных жертв катастрофы». «Ничего подобного в мире еще не встречалось!» – подтверждает американский геофизик Марк Ричардс. Эти двое помогли Де Пальме разобраться с проблемой, которая не давала ему покоя: цунами с эпицентром на Юкатане никак не могло успеть дойти до Северной Дакоты, прежде чем ее накрыло градом из стекла – а это должно было произойти в течение часа после удара астероида. К тому же за три тысячи километров волна ослабла бы и едва ли превратилась собственно в цунами. Меж тем тектиты падали в потоп – и это факт.

Возможно, дело в сейшах, предположили ученые. Мощные землетрясения могут вызывать колебания воды в прудах, бассейнах и ваннах по всей планете. В 2011 году японское землетрясение стало причиной полутораметровых стоячих волн – сейш в безмятежном норвежском фьорде спустя полчаса после толчков. Глобальная тряска от падения астероида могла быть в тысячу раз мощнее самого страшного землетрясения в истории человечества. Сейсмические волны должны были достигнуть Хелл-Крика через 6, 10 и 13 минут после импакта, подсчитал Ричардс, и они были достаточно сильны, чтобы вызвать большущие сейши в Западном внутреннем море вблизи исследуемого участка, которые волна за волной затопляли его несколько раз под стеклянным дождем. Иными словами, в отложениях запечатлены события не просто того самого дня, а первого часа после катастрофы!

В сентябре 2016 года Роберт вкратце поведал о своем открытии на ежегодном собрании Геологического общества Америки. Он назвал местонахождение Танис в честь древнеегипетского города, где Индиана Джонс искал Ковчег Завета, а реальные археологи нашли копию Канопского декрета на двух языках, который, как и Розеттский камень, помог в расшифровке египетских иероглифов. Точно так же местонахождение Танис поможет разгадать тайны мел-палеогенового катаклизма, надеется Де Пальма.

Несмотря на лаконичность доклада, он вызвал большой ажиотаж. Вздохи удивления прокатились по залу, вспоминает Кирк Кокран, профессор Университета Стоуни-Брук в Нью-Йорке. Все это было похоже на фейк, делится впечатлениями Кирк Джонсон, директор Национального музея естественной истории в Вашингтоне. Не верю, как сказал бы палеонтолог Кирк Штаниславски, если бы существовал. Кое-кто из недоверчивых припомнил Де Пальме дакотараптора, «наполовину динозавра, наполовину черепашку-ниндзя», и раскритиковал атмосферу излишней секретности вокруг Таниса, не позволяющую посторонним специалистам подышать над находками, дабы убедиться в их реальности.

Первая научная статья о Танисе вышла в издании PNAS 1 апреля 2019 года, словно нарочно, чтобы потроллить скептиков. Среди 11 соавторов Роберта Де Пальмы – Марк Ричардс, Ян Смит, Дэвид Бернэм и Уолтер Альварес. В публикации подробно рассказывается о геологии и стратиграфии Таниса, о связи наводнения с астероидом, высказывается мысль о сейшах, демонстрируются тектиты, в том числе в янтаре и жабрах, упоминается изобилие покойных рыб – и ничего не говорится о млекопитающих, птерозаврах и динозаврах, разве что подвздошная кость цератопса засветилась в аппендиксе. Меж тем научное сообщество уже пару дней бурлило из-за обширной статьи в журнале New Yorker от 29 марта, в которой подробно описан путь Де Пальмы к важнейшему открытию в его жизни и все сенсационные находки чванливо перечислены. Ну не любит ученая братия, когда обнародуются данные, не подкрепленные официальными научными публикациями!

Роберту, разумеется, тоже перепало. «В его выступлениях есть элементы шоуменства, это не добавляет доверия, – щурится Кирк Джонсон. – Этот парень косплеит палеонтолога!» Директор самого знаменитого американского естественно-научного музея чувствует себя обставленным. Лет десять назад он побывал на участке по приглашению открывшего его искателя, с ним не было другого Кирка, но была любимая кирка. Отложения не показались ему перспективными – какой-то вулканический пепел, накрывший древнюю реку, ничего особенного. Динозаврами не пахло. Но чутье тогда подвело его, за что он себя корит. «Если у этого парня и правда есть все, о чем он заявляет, то он счастливчик», – скрипит зубами Джонсон.

Де Пальма и соавторы обещают вскоре порадовать научное сообщество рядом новых статей о находках в Танисе, более конкретных и подробных. Мы будем следить за публикациями и обновлять этот номер по мере их поступления.

Осень 66 037 982 года до н. э. подходила к своему завершению, впереди поджидала унылая и долгая зима. Наш предок вылез из норы и осмотрелся. Мало что было видно в окутавшей планету душной тьме. Любимый лес исчез, а из земли торчали лишь обугленные пни. Сама земля была усыпана прогорклым пеплом, под ним погребены тела былых друзей и небывалых недругов. Усопший мечехвост лежал меж луж, заброшенный в пролесок сейшевым цунами. Казалось, ничего живого не осталось в этом мире, лишь ушлые грибы с двуличными лишайниками плясали на костях свои больные танцы…

Но вон вдали забрезжил силуэт… Де Пальма? Показалось. Просто пальма. На ней сидела пара мелких птичьих динозавров, вила гнездо в надогнутой ковбойской шляпе из листьев и сучков. С кромки лужи слева вдруг вспорхнула бабочка, эффектно махнув на прощанье крылом. И тут в воздухе завитал знакомый феромон. Из-за папоротниковой вайи поодаль на нашего героя с интересом глазела пара женских глаз…

На ошарашенной планете осторожно и лениво занимался кайнозой.

Текст: Виктор Ковылин. Редакция выражает благодарность Николаю Кочкину за его благодетельную поддержку этого номера «Батрахоспермума». Уважаемый Николай, желаем вам цунами счастья, тектитов удачи и полный чиксулуб добра!

Все права на текст принадлежат нашему журналу. Убедительная просьба не копировать его без договоренности с редакцией. Если хотите поделиться информацией с вашими подписчиками, можно использовать фрагмент и поставить активную ссылку на этот номер – мы будем рады. И конечно, будем очень признательны за любую поддержку нашего проекта. С уважением, Батрахоспермум.

Вас также могут заинтересовать статьи:

Как мезозойские динозавры выглядели в жизни

Самая древняя рыба-веган ела вилочками

Герта Келлер против астероида