Владимиру Ленину принадлежит лозунг, посвященный тому, как Советский Союз придет к коммунистической утопии: «Коммунизм есть Советская власть плюс электрификация всей страны!». Каким бы провидцем ни был Ленин, кажется, что более убедительный лозунг (см. ниже) о судьбе социализма в его неприкрашенной форме принадлежит народу. Говорят, что люди претворили его мечты в реальность в очень русском духе, а доказательством этому служат руины, разбросанные по всей территории бывшей империи и страдающие от нехватки электрических лампочек и источников питания. С помощью фотографа Эрика Лусито Our Russia надеется пролить свет на то, что было здесь в прошлом – и попытаться понять, что принесет будущее.



«Советская власть есть коммунизм минус электрификация, а электрификация есть коммунизм минус Советская власть».



На фото: одинокая ракета на страже заброшенной 126-й базы истребительной авиации в Монголии.

Французский фотограф-самоучка Эрик Лусито родился в Италии в середине 1970-х. Фотоархеолог советского мира и обладатель наград в области фотографии сейчас живет во Франции, но львиную долю своих путешествий он посвятил погоне за ностальгическими и жутковатыми снимками того, что осталось от советской архитектуры. Его проект «Следы Советской империи» (Traces of the Soviet Empire), охвативший пространство от Восточной Германии до Монголии, стал захватывающей дух коллекцией зачастую сюрреалистического наследия человечества. Снимки Лусито открывают не только уродливые черты показавшего свою несостоятельность советского идеализма, но и пороки, присущие любой политической утопии, когда-либо появлявшейся на свет.



На фото: эта военно-воздушная база в Монголии, построенная в 1970-е годы, располагала взлетной полосой в 2 мили длиной, а ее контингент всегда находился в состоянии повышенной боевой готовности на случай атаки со стороны Китая.

Когда Лусито вспоминает свое путешествие в отдаленные регионы Казахстана, куда он ездил, чтобы сделать снимки ракетной базы, он говорит о впечатлении, которое производят на современного зрителя эти заброшенные объекты. В своем интервью репортеру Business Insider Кристиану Сторму Лусито рассказал, что некогда засекреченные базы видятся сегодня как «свидетельства, оставленные современной цивилизацией, которая более не знакома нам, руины, призывающие нас посвятить им свои собственные истории».



На фото: заброшенная база военно-морского флота сейчас – реликт советской эпохи на территории Латвии.

Пережитки человеческого прошлого лежат слоем мусора не только на бывшем СССР, но и на Северной Америке и особенно на Европе, где руины времен холодной войны – такие, как заброшенная шпионская база США на возвышенности Тойфельсберг, – бесконечно напоминают о прошлом. Всего лишь несколько лет назад я изучал один из заброшенных погребов нашего дома в Германии и наткнулся на две деревянные коробки из-под боеприпасов времен Второй мировой войны. 88-миллиметровая амуниция давно исчезла, но четкие маркировки, изображения орла и свастики были по-прежнему отчетливо видны. Словно противогазы, которые выдавали каждому советскому гражданину (на фото ниже), отголоски нашей странной истории, кажется, будут преследовать нас всегда. В этом и находит отражение главная идея творчества художников, подобных Лусито.



Я побеседовал с фотографом о том, почему новые памятники человечества кажутся менее постоянными и более преходящими, чем их предшественники из прошлых веков. Вот что сказал Лусито:



«Да, это правда, кажется, что «империи» остаются у власти на более короткие периоды времени, чем раньше, и то же можно сказать об их памятниках. Свидетельства прошлого из Древнего Египта и Древнего Рима все еще существуют, но что останется от Советского Союза через сто или тысячу лет? У Поля Вирильо есть теория, связывающая скорость, технологию и общество. Технология – вектор ускорения, поэтому сегодня кажется, что все происходит быстрее».



На фото: 57-й ракетный дивизион, Казахстан.

Когда смотришь на эти ветхие свидетельства прошлого, нельзя не вспомнить дни Кубинского ракетного кризиса, ставшего апогеем холодной войны, и символы, с которыми столь многие навеки себя связывали. Пока я пишу это, я начинаю чувствовать себя внутри ностальгической новостной ленты. «Пригнись и накройся» (Duck and Cover), бомбоубежища во Флориде, бомбардировщики Б52 и мой дядя, который служил в составе Стратегического авиационного командования. Кто из нас, так называемых бэби-бумеров, не возвращается мыслями к американской символике имперских динозавров? Если говорить о Советской России, пожалуй, только президенту Путину удалось наиболее адекватно выразить отношение к СССР:



«Кто не сожалеет о распаде СССР, у того нет сердца, а у того, кто желает его возрождения, нет головы».



Наконец, уроки, которые можно извлечь из творчества таких художников, как Эрик Лусито, отражают и то, как развивается цивилизация. От Рима и Карфагена, от Спарты к завоеванию так называемого Нового Света – представители практически каждой этнической группы, каждого племени оставили после себя доказательства существования фантазии, веры в будущее и иногда чистого безумства. В книге «После стены: следы Советской империи» (After the Wall: Traces of the Soviet Empire) фотоархеолог собрал для будущих поколений не только изображения разрушающихся зданий, но атрибуты общества, состоящего из реальных людей. Обломки этого общества с его героями, настенными изображениями вождей, плакатами и ценностями и наградами, олицетворяющими национальные подвиги, – не меньшая часть истории России, чем цари, поэты, танцоры балета, композиторы и художники, создавшие неповторимый узор искусства этой страны.



На фото: противогазы в 649-м центре радиоразведки в Латвии.

Мы завершим свой рассказ еще одной концепцией Эрика Лусито. Согласно этой теории, любая пропаганда или идея закрепляется в общественном сознании лишь тогда, когда в ее основании находится еще одна, более прочная база. Рассуждая о красноречивом наследстве коллективных идей, Лусито замечает:



«Люди, прожившие жизнь среди символов, воспринимали их как часть своей культуры, но я не верю в то, что визуальная пропаганда может быть настолько убедительной. Образование, социальные отношения и здравые общественные нормы имеют гораздо большее значение. 20 лет спустя стены ракетных баз в Казахстане по-прежнему украшают политические плакаты, однако проводы и нагреватели давно украли. Когда пропаганда везде, всегда, она не представляет никакой ценности, бесконечное повторение в конце концов теряет свой эффект. Насильно вбитые в головы идеалы не ассоциируются ни с чем, кроме желания политической власти или рекламы добиться контроля над обществом».



На фото: следы возвышенной советской идеологии встречаются повсюду среди руин.

И во всем этом, несомненно, есть бесценная мудрость, так как самые древние сохранившиеся символы человеческой цивилизации являются частью некоего более могущественного договора. В конце концов, ничто не заменит волю масс, которой двигает воля масс. И Великая стена, и пирамиды строились камень за камнем – и стали памятником нашему желанию подняться выше. Возможно, будущие памятники превзойдут их. В этот сложный момент нужно решить для себя, что представляют собой эти руины – символы несостоявшегося социализма, или же, напротив, ступени на пути к великой России? В этот момент ясности, принимая во внимание недавние события, мир сможет услышать биение говорящего сердца советской эпохи, все еще слабо бьющееся, но кто его разбудил?



Специально для тех, кто заинтересован в археологических находках современной истории, Our Russia представит экспозицию заброшенных памятников советской эпохи.



На фото: надгробные памятники Советам? А может, мечта Ленина о вселенской коммуне все еще жива, но в другой форме?