Законопроект о национальной гвардии нуждается в серьезной правке, поскольку ее полномочия "немотивированно" расширены по сравнению с полномочиями полиции и ФСБ. Об этом сообщает руководство Федеральной палаты адвокатов (ФПА) в письме, направленном спикеру Госдумы Сергею Нарышкину. Общество, как выяснил "Левада-центр", практически не заметило появления новой силовой структуры.

Федеральная палата адвокатов направила спикеру Госдумы Сергею Нарышкину письмо за подписью вице-президента ФПА Геннадия Шарова, в котором говорится, что в целом президентский законопроект "О войсках национальной гвардии РФ" заслуживает одобрения, однако отдельные его нормы требуют серьезной доработки. Задачи, которые ставятся перед новой структурой, будут во многом "общими" с задачами полиции и ФСБ, однако "обращает на себя внимание немотивированное расширение правомочий нацгвардии по сравнению с правами" двух других силовых структур "при отсутствии на то правовых обоснований и логических объяснений", подчеркивается в письме ФПА.

В ФПА подчеркивают, что гвардейцы смогут "задерживать и доставлять в полицию лиц в целях установления их личности" (п. 8 ч. 1 ст. 9 проекта). "Опасность этой нормы в том, что она позволит произвольно" задерживать законопослушных граждан, "которые ничего противоправного не совершили и не собираются совершать в будущем". Полицейские тоже вправе "задерживать и доставлять" человека, но только если есть "основания полагать, что он находится в розыске как скрывшийся от органов дознания, следствия или суда, либо как уклоняющийся от исполнения уголовного наказания, либо как пропавший без вести" (п. 13 ч. 1 ст. 13 закона "О полиции"). Такой же "мотив" следует записать и для гвардейцев, уверены адвокаты.

По аналогии с законами о полиции и ФСБ адвокаты предлагают зафиксировать ограничения для ст. 11 законопроекта, дающей войскам нацгвардии право на "вхождение (проникновение) в жилые и иные помещения, на земельные участки и территории". ФСБ и полиция имеют право проникать в помещения только в случае чрезвычайных ситуаций (спасение граждан, задержание преступника и т. п.). Это "создаст дополнительную гарантию от нарушения права граждан на неприкосновенность жилища", считают в ФПА. Адвокаты также предлагают записать в законопроекте о нацгвардии, как для полиции и ФСБ, обязанность по "возмещению ущерба" в случае использования транспортных средств граждан или организаций в условиях ЧС или контртеррористической операции.

Ч. 4 ст. 18 законопроекта о нацгвардии, считают в ФПА, содержит существенно урезанный набор запретов и ограничений на применение спецсредств. Их гвардейцам нельзя применять лишь "в отношении женщин с видимыми признаками беременности, лиц с явными признаками инвалидности и малолетних лиц". Полицейским же запрещены спецсредства "при пресечении незаконных собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирований ненасильственного характера, которые не нарушают общественный порядок, работу транспорта, средств связи и организаций". Запреты для нацгвардейцев и полиции адвокаты предлагают сделать одинаковыми, а "малолетних лиц" в будущем законе заменить на "несовершеннолетних", как это сделано в законе "О полиции".

ФПА просит Сергея Нарышкина передать эти предложения в думский комитет по безопасности "для возможного учета мнения профессионального сообщества при принятии решения по данному законопроекту". "Письмо в Думу пока не поступило,— сообщила "Ъ" пресс-секретарь спикера Евгения Чугунова.— Когда поступит, будет направлено в профильный комитет". Думский комитет по безопасности готов принимать отзывы, предложения и замечания от всех заинтересованных лиц до 11 мая, в мае же палата планирует принять его в первом чтении, а до конца весенней сессии (15 июля) — в целом.

Напомним, Владимир Путин внес законопроект в связи с началом реформы правоохранительной системы. В состав МВД были возвращены ФМС и ФСКН, а внутренние войска МВД были преобразованы в национальную гвардию, подчиняющуюся самому президенту. Нацгвардия, к которой отошли полицейский спецназ, ОМОН и вневедомственная охрана, должна стать одной из мощнейших силовых структур страны (см. "Ъ" от 6 апреля).

Впрочем, общественные умонастроения национальная гвардия пока не встревожила. Президент объявил о ее создании 5 апреля, но лишь 6% россиян вспомнили об этом, когда социологи "Левада-центра" просили назвать главное событие последних недель (опрос проводился 22-25 апреля). Старт правоохранительной реформы по значимости для граждан оказался на 19-м месте. Популярнее оказался даже "вывод российской военной авиагруппы из Сирии" (13%), решение о котором было принято в середине марта. 40% (самая большая доля граждан) запомнили прямую линию Владимира Путина 14 апреля. Примерно одинаковый интерес вызвали ответы президента на вопросы о нацгвардии, сирийской кампании (по 10%) и офшорах (9%) (о других темах см. график).

На вопрос о том, для чего создается нацгвардия, 19% ответить затрудняются. Самое популярное объяснение (24%) — для более эффективной борьбы с террористическими угрозами. 18% и 15% говорят, что для пресечения "массовых беспорядков" в связи с экономическим кризисом или с провокациями извне соответственно. 12% посчитали, что новый орган создают в связи с коррумпированностью и "разложением" МВД и внутренних войск. Подготовку к "возможным массовым протестам в ходе проведения и после президентских выборов 2018 года" связали с нацгвардией 6%. Столько же сказали, что она создается, поскольку президент "не доверяет существующим силовым структурам".

Виктор Хамраев, Максим Иванов