15 июля 2019 г. Эндрю Хиггинс | The New York Times Падение "Темного лорда" в ширящейся в борьбе за власть в России "Ветеран правоохранительных органов, глава регионального отделения российского аналога ФБР, приобрел столь внушающую страх репутацию в южном российском городе, ранее называвшемся Сталинград, что когда он вошел в местный ресторан прошлым летом, другие клиенты встали и вышли", - пишет The New York Times. "(...) Однако в прошлом месяце возле его дома в городе, который теперь называется Волгоград, чиновника Михаила К. Музраева под прицелом оружия заставила выйти из машины группа хорошо вооруженных людей, присланных из Москвы ФСБ (...). Его на самолете доставили в Москву и посадили в тюрьму в тот же день", - говорится в статье. "Арест Музраева всколыхнул неустойчивое равновесие в самом сердце правления президента Владимира Путина среди так называемых силовиков - обширной сети сотрудников служб безопасности, разведки и вооруженных сил, чья власть, ресурсы и клановое соперничество неуклонно усиливаются в то время, когда Россия начинает задумываться о том, что произойдет, когда в 2024 году истечет финальный срок полномочий президента", - пишет автор публикации Эндрю Хиггинс. "После прихода Путина к власти почти 20 лет назад соперничающие агентства, такие как ФСБ и организация Мурзаева, Следственный комитет, сотрудничали в преследовании критиков Кремля. В настоящее время они все чаще вступают в разногласия на фоне преимущественного скрытых маневров с целью повлиять на затяжную и, возможно, неуправляемую борьбу за преемственность. Однако с арестом Музраева эта борьба вылилась в открытую форму", - пишет газета. Издание напоминает, что "Музраев посадил в тюрьму двух мэров и начальников областной полиции, дорожной полиции, отдела по борьбе с наркотиками и аварийных служб, а также множество видных предпринимателей волжского города. В ходе интервью некоторые из них обвинили Музраева в том, что он разрушил их жизнь уголовными обвинениями, которые, по их словам, являются фиктивными, и сообщили о радости после известия о его неожиданном падении. Но даже они не верят в историю, выдвинутую ФСБ, о том, что их заклятый враг причастен к покушению на губернатора области Андрея Бочарова, (...) назначенного Путиным для управления Волгоградом в 2014 году". "Предполагаемое нападение на губернатора - смехотворно неумелый акт поджога в тщательно охраняемом элитном жилом комплексе в Волгограде - произошло три года назад, никто не пострадал, причиненный ущерб был небольшим, и ранее было объявлено о его раскрытии, и предполагаемые поджигатели были заключены в тюрьму". "Никто не верит в эту сказку", - говорит Роман Зайцев, бывший следователь полиции Волгограда, который оставил полицию, чтобы стать адвокатом. Зайцев был обвинен в 2017 году Музраевым в "побуждении к ложным показаниям" после того, как он отказался заставить одного из своих клиентов признаться в совершении убийства, совершение которого тот опровергал. По словам Зайцева, он ненадолго впал в эйфорию и выпил шампанского, узнав, что Музраева задержала ФСБ. Но его головокружение быстро исчезло, когда он понял, что "это не победа справедливости", а результат "борьбы между разными кланами из одной и той же системы". "Это не борьба добра со злом. Это зло против зла", - считает Зайцев. "(...) Николай Петров, политолог, отмечает, что внезапная немилость со стороны ФСБ к такой влиятельной фигуре правоохранительных органов, как Музраев, является явным признаком того, что баланс "разделяй и властвуй" между различными кланами "силовиков" - лояльность которых Кремлю и настороженность по отношению друг к другу были краеугольным камнем правления Путина - расшатывается", - говорится в статье. "Без четкого сигнала от Путина о том, что он будет делать в 2024 году или кто его заменит, вся система разваливается, - говорит Петров. - Путин контролирует все основные шаги, но мы видим все больше и больше шагов со стороны того или иного элитного клана". "(...) Элиту России давно сотрясает внутренняя борьба, но большая ее часть происходила вне поля зрения общественности, невидимая или, по крайней мере, не поддающаяся расшифровке кого бы то ни было, кроме небольшого круга инсайдеров Кремля, - отмечается в статье. - В последний раз, когда различные правоохранительные кланы так открыто сталкивались публично, это было в 2007 году, во время так называемой "войны силовиков" примерно в то время, которое должно было стать окончанием президентства Путина в 2008 году. В итоге Путин так и не ушел, заняв место премьер-министра и доверив президентство старому другу Дмитрию Медведеву на четыре года, прежде чем вернуться на третий президентский срок в 2012 году". "По словам политологов, Путин вполне может попытаться использовать другую уловку, чтобы остаться после 2024 года, но беспокойство по поводу его намерений заставило конкурирующие центры силы изо всех сил пытаться утвердить свое влияние в преддверии возможной передачей власти наверху", - пишет The New York Times. Издание указывает, что "ко времени ареста Музраев уже оставил пост регионального главы Следственного комитета в прошлом году и работал специальным советником Александра Бастрыкина, национального руководителя Следственного комитета в Москве. (...) Чтобы гарантировать, что агентство Бастрыкина, которое обычно занимается уголовными делами, связанными с поджогами, не смогло сыграть роли в решении судьбы Музраева, следственный отдел ФСБ в Москве классифицировал его дело как "терроризм", преступление, исключительным контролем над которым обладает тайная полиция". "Владимир А. Семенцев, один из адвокатов г-на Музраева, говорит, что (...) тайная полиция (...)имеет давнюю историю арестов людей с целью вымогательства денег или милостей, или просто для того, чтобы показать, кто главный. Во время интервью в своем московском офисе Семенцеву позвонил на его мобильный телефон человек, который представился бывшим генералом ФСБ и предложил помочь урегулировать дело Музраева. После разговора адвокат сказал, что такие предложения обычно стоят дорого". "Я не утверждаю, что мой клиент никогда не делал ничего неправильного. Я не знаю всей его истории, - говорит Семенцев. - Но я абсолютно уверен, что он не террорист, который пытался убить губернатора". "(...) До ареста Музраев был во многих отношениях образцовым слугой системы, созданной Путиным. До тех пор, пока правоохранительные органы оставались верными Кремлю, им при Путине была предоставлена свобода действий для осуществления своих собственных интриг, междоусобиц и финансовых интересов, даже если они противоречили заявленным президентским политическим целям, таким как развитие малого бизнеса. Под личиной борьбы с коррупцией, которая долгое время была особенно серьезной проблемой в Волгограде, Музраев настолько запугал местную деловую и политическую элиту, что местная экономика застопорилась. Но он обеспечил то, что никто не осмеливался раскачивать лодку из-за страха быть арестованным его Следственным комитетом". "(...) Музраева так боялись, что он стал известен как "ночной губернатор" - отсылка к его связям с преступным миром, о которых ходили слухи, и к его теневым полномочиям, находящимся вне контроля номинального старшего должностного лица региона, губернатора, трое из которых пришли и ушли в течение его срока", - говорится в статье. "Зайцев, бывший следователь, ставший адвокатом, сравнил его с Волан-Де-Мортом - "Тем, чье имя нельзя называть" - из книг про Гарри Поттера. "Он был " темным лордом" Волгограда", - говорит Зайцев. "Иван И. Курилла, профессор политологии, выросший в Волгограде и долгие годы преподававший в главном университете города, сказал, что опала, в которой оказался Музраев, имеет все признаки классической борьбы за власть в России, и описал это как явный признак того, что "собаки борются под ковром". Это отсылка к замечанию Уинстона Черчилля, сделанному во время правления Сталина, о том, что "кремлевские политические интриги можно сравнить со схваткой бульдогов под ковром. Сначала наблюдатель слышит только рычание, а когда из-под ковра летят кости, уже понятно, кто победил", - говорится в статье. Курилла добавил, что пока не ясно, кто победит в битве вокруг Музраева и его деятельности в Волгограде, но уже ясно, что это намного больше, чем просто провинциальная ссора. "Что-то происходит в Москве", - сказал он. Источник: The New York Times



