25 декабря 1991 года вечером я оказался случайно на авансцене Истории. Я зашел в гости к моей американской издательнице Найне Солтер в знаменитый Дом на набережной напротив Кремля. Тогда все было возможно, и я не удивился, что моя американская издательница поселилась в огромном сером многоподъездном доме, где по тогдашним слухам в сталинские времена были репрессированы, расстреляны или отправлены в ГУЛаг жители всех квартир, кроме одной. И узнав об этом, все немедленно спрашивали: а кто именно уцелел? И Найна — тоже. А я сказал: какая разница, это как опоздать на самолет, который разбился.



В каком-то смысле я как раз и был жителем этой единственной квартиры в угасающем Советском Союзе. Все страдали и мучились от страшных перегрузок Истории, отсутствия жратвы, денег и перспектив, назойливого присутствия нежданно-негаданной свободы, а я ходил пьяный от счастья. У меня впервые в жизни появились деньги и море славы. Вышел мой первый роман «Русская красавица», который превратился в книжную бомбу. Она взорвалась во всем мире.



И как счастливый человек я смотрел на несчастья моих земляков с безответственным оптимизмом. Мне казалось, что они вот-вот отмучаются, но не умрут, а будут жить лучше. Как жестоко и бесчеловечно ошибаются счастливые люди!



Мы с Найной уже давно вступили в близкие отношения и были красивой парой на фоне Москва-реки. Мы сидели на диване у окна, и она сказала: «Сейчас будут снимать в Кремле красный флаг». Я не поверил, но американцы всегда все знают лучше всех. Мы вышли на балкон. Было уже темно. Ветрено и холодно, как почти всегда в московском декабре. Вдруг над кремлевской резиденцией советского президента дрогнул огромнейший флаг. Он завис на минуту на уровне траура по самому себе. А потом его поймали спускатели флага и утащили в небытие.



Контекст В России с народом уже никогда не повезет Два больших предательства, которые совершили русские ("El Pais") Как Виктор Ерофеев стал русофобом Виктор Ерофеев: "Путин - это расплата за грехи нашей демократии" «Что такое для тебя русский порядок?» — спросила Найна.



Я ответил так: «В 1956 году летом мы с родителями (папа — дипломат) возвращались поездом из Парижа в Москву. Европа лежала будничной, послевоенной. Но стоило переехать советскую границу, как все изменилось. Наш состав встретил дружный лай немецких овчарок. Солдаты-пограничники бросились по вагонам c огромными псами, натасканными на шпионов. В нашем купе немецкая овчарка задавила передними лапами старую женщину. Та закричала. Молодой солдат строго сказал: «Это такой порядок!»



У меня звенели на морозном ветру уши. Я не верил, что красный флаг может когда-нибудь исчезнуть. Для меня лично он не был флагом победы, а был кровавым и ложным занавесом. И когда он окончательно издох, на его место над Кремлем стал подниматься триколор, который был в Советском Союзе предметом абсолютного запрета. Лучше было обвешаться крамольными американскими долларами, чем взять в руку такую крамолу. Флаг, похожий на флаги европейских стран. Флаг-транквилизатор. От напастей тоталитаризма. Но не получилось.



Я не плакал, схватившись за лицо. Я, опытный московский житель, подумал: просто смена декораций. Мы вернулись с Найной в комнату, накрылись пледом, забыли об Истории.



Когда поздно вечером я возвращался домой, на тусклых центральных улицах было пусто. Никто не прыгал от радости.



Если я забыл об Истории, то Советский Союз, притворившись мертвым, выжил. Он сбросил с себя для выживания не только красную кожу, но и всякого рода советские республики, которые тогда уволокли бы его на дно. Он продолжал жить в головах большинства людей моей страны, в их умении перешагнуть через себя. Он стучал в мозгу Ельцина, когда тот отказался от декоммунизации страны и от услуг молодых реформаторов. Он возрождался в чеченской войне. Советский Союз медленно шел на поправку. Спасибо русскому народу! В конечном счете, не власть, а прежде всего народ его выходил и откормил.



И вот сегодня Советский Союз цветет и пахнет. Восстанавливаются по стране памятники Сталину, кончается легкомысленное вольнодумство. Советский Союз бряцает оружием, всех пугает, хочет укрупниться за счет соседей, вернуть потерянное. Кое-что уже удалось. Например, Крым. Советский Союз набирает силу под аплодисменты народа. Наступает новая пора социалистического реализма.



Но если Советский Союз жив, то когда он родился? Многие думают: вместе с советской властью. Cмешное мнение! Советский Союз был в России всегда. При Иване Грозном и при Петре Первом, и при всех остальных царях. Он мечтал разлечься на два континента, поперек географии, и разлегся. Он всех победил, потому что бросал в топку победы своих же людей, и те сгорали с большей охотой, нежели прочие народы. Вот пища, которой питается Советский Союз.



Скорее всего, он родился от неравного брака татаро-монгольских завоевателей и русской души, жившей на лесистых берегах русских рек. Русская душа понесла. Родился маленький богатырь. Мать посмотрела на него и думает: как бы его назвать? И назвала Советским Союзом. Красивое имя! Теперь его знают все.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.