



Понимание сущности нынешней войны в значительной степени затрудняется ее многоуровневостью. Наличие множества скрытых уровней не позволяет достаточно глубоко понять мотивы участников и их стратегии, затрудняет интерпретацию текущих событий и сценирование будущего. В данной статье мы предпринимаем попытку разобраться в уровнях войны, без чего невозможно эффективно ее вести и победить (собственно, невозможно даже понять, что считать победой).

1. Украина – «ДНР/ЛНР».

Сепаратизм.

Значительная часть украинских граждан еще недавно, а подавляющее большинство граждан России даже и сейчас убеждены, что на территории Донецкой и Луганской областей идет вооруженный конфликт между Украиной, с одной стороны, и ДНР/ЛНР, с другой стороны. Украинским регулярным силам и добровольческим батальонам противостоит «народное ополчение» Донбасса, возможно, разбавленное «патриотами русского мира». Цель «ДНР/ЛНР» вроде бы состоит в отделении от Украины, а цель украинского правительства — в недопущении этого отделения. И те, кто считает украинское правительство законным, а «ДНР/ЛНР» — террористическими организациями, и те, кто считает украинское правительство «киевской хунтой», а «ДНР/ЛНР» — борцами за независимость, в большинстве своем изначально видели конфликт именно так.

Однако эта простая картинка была испорчена наплывом российских спецназовцев и наемников, «казаков» и боевиков с Северного Кавказа, а также массовыми поставками военной техники. В дополнение к этому лидеры «сепаратистов» (кстати, сплошь граждане РФ) неоднократно делали заявления: о нежелании местных жителей воевать, вследствие чего основная ударная сила состоит из российских граждан; о поставке российской техники и вооружений; наконец, о том, что вовсе не отделение Донбасса от Украины является целью, а присоединение его к России. Это не мы сепаратисты, говорили они, а украинцы — поскольку хотят отделить Украину от Великой России.

Наконец, прямое вторжение регулярной армии РФ поставило точку в спорах. Если ранее о российско-украинской войне в Украине и в мире говорили многие, но не все, то теперь вышеописанный первый уровень войны практически не принимается во внимание.

2. Украина – Россия.

Война за независимость.

О российско-украинской войне аналитики начали говорить еще с начала аннексии Крыма. Ни для кого не были секретом ни происхождение «зеленых человечков», ни деятельность диверсионно-разведывательных групп, ни личности хозяев «пятой колонны». История подтверждает: война без объявления войны всё равно является войной.

Сущность российско-украинской войны и цели сторон интуитивно понятны, но нуждаются в обсуждении. Ведь слишком много ошибок сделано из-за мифа о намерении России захватить и присоединить часть украинской территории. Этот миф, созданный и распространяемый ФСБ, служит не только целям сбить с толку украинское руководство и граждан, но и привлечь на свою сторону жителей востока и юга Украины, жаждущих сильной руки, высоких пенсий и освобождения от необходимости учить мову.

Правда же состоит в том, что Россия не имеет (и никогда не имела) намерения присоединить какую-либо часть украинской территории — ни дотационный Донбасс, ни хронически несамостоятельный Крым, ни даже мощные индустриальные Днепропетровск и Харьков, ни Киев — «мать городов русских», колыбель православия. Декларация намерений и реальное намерение — разные вещи, особенно во время войны, которая, согласно Сунь Цзы, представляет собой «путь обмана». Во-первых, за пределами Донбасса оккупация невозможна по причине немедленного возникновения мощного партизанского и подпольного движения, справиться с которым просто не хватит сил. Во-вторых, присоединяя территорию, оккупант принимает на себя ответственность за ее население — экономически несамостоятельное, патерналистски настроенное. Нет никаких резонов для такой ошибки.

Еще в начале декабря 2013 мы писали, что стратегическая цель России состоит вовсе не в присоединении части украинской территории — большой или маленькой. Стратегическая цель России состоит в установлении на украинской территории долгосрочного управляемого хаоса.

Управляемый хаос имеет три основных цели. Во-первых, можно использовать нужные ресурсы без необходимости брать ответственность и даже без особых процедур. Например, вывозить полезные ископаемые или ценное оборудование, не платя за них, или переселять людей в собственные депрессивные регионы. Во-вторых, зона управляемого хаоса на границе Евросоюза необходима для постоянного давления на него: просто подкидывая время от времени дрова в костёр украинского хаоса, Россия может добиваться от ЕС разнообразных уступок. Сценарии в отношении Украины разрабатывали те самые стратеги, которые уже реализовали подобное в Приднестровье, Абхазии и Осетии. Третья (возможно, важнейшая) цель состоит в недопущении «майданизации» России, в искоренении позитивного прецедента. Именно так в свое время Московия поступила с Новгородом, но об этом чуть позже.

Иными словами, цель России — не украинская территория, а конец украинского проекта. Именно поэтому не было и не предполагалось попыток присоединить Донбасс (Кремль «слил» «Новороссию» не сейчас, это было запланировано с самого начала). Именно поэтому так и не установлена российская вертикаль власти в Крыму: полуостровом правят местные бандиты, права собственности никем не охраняются, гражданство неполноценное и т.д. Фактически, формальное присоединение Крыма к РФ понадобилось лишь для стимулирования ДНР/ЛНР: «Вот как мы умеем, и у вас будет то же самое!» — нужен был пример, чтобы получить поддержку сепаратистов из других регионов. Иначе Крым уже превратился бы в упомянутую Абхазию.

С этой точки зрения становится понятно, почему российские боевики и диверсанты взрывают мосты и железные дороги, обстреливают города и мародерствуют на заводах. Оккупанты так не поступают. Например, нацисты планировали эксплуатировать ресурсы оккупированных территорий, поэтому не уничтожали их.

Обратите внимание: «ДНР/ЛНР», казавшиеся на первом уровне войны воюющей стороной, на втором уровне оказываются лишь площадкой войны. Это важное замечание понадобится нам в будущем.

Целью войны для России является недопущение украинского государства как такового. Целью же Украины является закрепление существования этого государства. Таким образом, по сути, Украина ведет Войну за независимость. Антагонизм интересов сторон в этой войне не позволяет найти политическое решение, а значит, в поисках понимания и решения нам придется идти дальше вверх по уровням войны. Чтобы нащупать вышестоящий уровень, будет достаточно вспомнить: большинство россиян убеждено, что они ведут в Украине борьбу не с самими украинцами (по мнению многих, и народа-то такого нет), а с США. Украина выступает в ней не как игрок, а лишь как площадка, на которой разворачивается противостояние двух сверхдержав (хотя, как мы знаем, одна из них бывшая, только немногие россияне это понимают).

И действительно, уровень войны США — Россия существует. Но нам важно не проскочить скрытый промежуточный третий уровень, поскольку он очень важен.

3. «Майдан» — «Гидра» (Украина — УССР).

Война систем.

Несмотря на высокий уровень патриотизма, как абстрактного, так и конкретного (воплощенного в добровольческом и волонтерском движении), Украина не может одержать быстрых побед, поскольку ведет войну на два фронта. Второй фронт в тылу невозможно описать простой схемой «пятая колонна России», так как силы, воюющие против Украины на втором фронте, вовсе не хотят победы России. Они хотят своей победы.

Кто же эти парадоксальные противники Украины, являющиеся в то же время сторонниками Украины? Это противники новой страны, сторонники старой страны.

Политико-экономическая система, сложившаяся на украинской территории после распада Советского Союза, по сути, недалеко от него ушла. Это еще не была Украина, это была УССР с желто-голубым флагом и трезубцем, которая несла на себе все пороки советского наследия. Эта система невероятно живуча и имеет множество голов, поэтому мы называем ее Гидрой (по имени существа, с которым сражался Геракл). Но сегодня эта Гидра начинает умирать. Система, основанная на коррупции и разворовывании национального богатства, система с закрытыми социальными лифтами и советским мышлением населения более не может существовать по двум причинам. Во-первых, против этой системы восстала активная часть общества (это восстание мы назвали Майданом), и, в отличие от 2005 года, она уже не успокоится, пока не победит. Во-вторых, старая система не может существовать в полностью разграбленной, воюющей стране.

На одной территории сосуществуют две страны — старая и новая. Старая опирается на существующие схемы и социальные связи, на остатки репрессивной правоохранительной системы и награбленные активы. Новая черпает свою жизненность в энергии массовых движений, в зачатках новой экономики, в молодом поколении, в надеждах и романтике. Граница проходит не по Донбассу и не по Днепру, а через лестничные клетки и, порой, даже кухни по всей территории.

Почему это война? Потому что две системы уже не смогут мирно сосуществовать, одна из них должна уничтожить другую. Или возврат к старому — и тогда аватаров нового нужно посадить или уничтожить. Или прыжок к новому — и тогда аватарам старого придется, в лучшем случае, убраться из страны с набитыми чемоданами. Первые из них пошли еще в конце февраля, но остальные окопались и пока держат оборону. (Заметим, что, следуя С.Б.Переслегину и В.К.Тарасову, войной мы называем конфликт, в котором одна из сторон не рассматривает выживание другой стороны необходимым условием и готова нанести ей необратимый физический ущерб. Иные конфликты войной не являются.)

Гидра так просто не сдается. Она восстанавливает утерянные органы и отращивает новые головы. Укушенный гидрой сразу становится ее частью. Гидра живет в болоте, и поэтому превращает в болото всё вокруг себя. Ее не победить одним молодецким ударом. Радует только то, что все ее победы — временные, ибо число и зрелость новых людей растёт. Гидра — это прошлое, и это прошлое рано или поздно закончится, уступив место будущему. А пока прошлое и будущее перетягивают между собою канат, на котором подвешены наши жизни.

Важно заметить, что первые два уровня войны (Украина – «сепаратисты» и Украина – Россия) являются геополитическими, а третий (Майдан – Гидра), в отличие от них, геоэкономический. Геополитическая война («война Ареса», то есть Марса, по классификации С.Б.Переслегина) ведется за приватизацию пространства, за ресурсы и территорию. Геоэкономическая война («война Афины») ведется за приватизацию времени, за контроль над потоками и системой норм и правил. Это более высокий вид войны, и поэтому мы разместили геоэкономическую войну между старой и новой Украиной на более высоком, третьем уровне. Исход войны третьего уровня определит исход войны второго уровня — Войны за независимость.

Теперь можем перейти к четвертому уровню войны, который мы уже нащупали.

4. США – Россия (СССР).

Осколок холодной войны.

Это очень странная война. Россия ведет с США геополитическую войну: за контролируемые территории, ресурсы, зоны интересов. В то же время США ведет с Россией войну геоэкономическую. Получается фантом: Россия стреляет в точку, где США уже нет. Невозможно победить в геополитической войне того, кто ее с тобой не ведет. Именно так закончилась холодная война: США победили СССР не силой оружия, а надорвав его в гонке. Получается, мы наблюдаем попытку реванша: накачавшись нефтяными деньгами, СССР в лице нынешней России (заметьте сходство по многим параметрам) пытается отыграться в игру, в которую с ним никто не хочет играть. Примерно так уже избитый и брошенный на землю хулиган «поднимается с колен», предпринимает последнюю попытку с ревом устремиться на противника. Такие сцены хороши для кино, а в реальной жизни приводят к неисчислимым бедствиям.

Именно поэтому Россия боится того, чем США ее уже даже не пугают: военных баз НАТО, ибо они означают геополитические флажки, за которые нельзя выходить. Именно поэтому Америка не спешит: геоэкономическая война медленная и часто незаметная. Именно поэтому упор делается на санкции, а не на военную помощь.

Заметим странную вещь: экономическая мощь России могла бы позволить ей также сыграть в геоэкономику. Но руководство страны не учло итогов холодной войны и продолжает готовиться к прошлой войне. Впрочем, на геоэкономической войне нечего украсть и нельзя получить новые звезды, поэтому генералам она не интересна.

Однако холодная война давно закончилась, и попытки её реанимировать просто смешны. История, по Гегелю, повторяется дважды: первый раз как трагедия, второй как фарс. Что, впрочем, не мешает фарсу быть трагедией для вовлеченных в него людей.

Очевидно, геополитическая стрельба в никуда заканчивается геополитическим же поражением с той стороны, куда стоишь спиной. Китай вполне готов к геополитической войне против России и только ждет своего часа. Когда тигр и леопард бьются на земле, умная обезьяна сидит на дереве, гласит китайская мудрость. Однако в данном случае обезьяне не нужно гадать, кто из двоих выйдет победителем из схватки.

Это позволяет нам определить участников шестого уровня войны — войны полностью геоэкономической, войны за мировое господство. Пятый же уровень войны — скрытый, неявный, как и в случае с войной Майдана и Гидры, но настолько же важный.

5. Сирийский сценарий — южнокорейский сценарий.

Война сценариев, борьба двух Европ.

Предыдущий уровень войны (США — Россия) был фантомным: одна сторона воюет геополитикой, вторая геоэкономикой. Такая странная ситуация порождает еще один уровень войны, между собственно геополитикой и собственно геоэкономикой: кто из них возьмет верх? Какая война в результате будет вестись?

На первый взгляд, такая постановка вопроса противоречит утверждению, что геоэкономическая война — более высокая и совершенная форма войны по сравнению с геополитической, а следовательно, она превалирует. Дело в том, что две формы войны ведутся в разном времени: геополитическая длится месяцы и годы, геоэкономическая годы и десятилетия. На достаточно длинном промежутке времени геоэкономика выигрывает, но на коротких отрезках геополитика может стать основным дискурсом. Так, США победили СССР в геоэкономической холодной войне, однако, например, Карибский кризис вполне мог закончиться совершенно конкретной геополитической мировой ядерной войной. Поэтому задача геоэкономических игроков — не допустить скатывания игры в геополитику, где они могут быстро проиграть, не дождавшись возврата своих длинных инвестиций в геоэкономическую победу.

Запущенный Кремлем сценарий установления долгосрочного хаоса на территории Украины выгоден мировой экономике как инструмент «пожирания» лишних денег. Очевидно, территорией Украины хаос не ограничится. Зона нестабильности на территории бывшего СССР разрастется, и все страны, включая Россию, деградируют путем длительного опустошительного вооруженного конфликта. Назовем этот путь «сирийский сценарий».

Однако возможен и другой путь. Украина получает собственный «план Маршалла» и выходит из зоны нестабильности, совершая экономический рывок, аналогичный южнокорейскому. Условно говоря, те деньги, которые могла поглотить война, «закапываются в землю» в масштабных проектах развития украинской инфраструктуры. Этот позитивный пример ускоряет либо трансформацию, либо деградацию России, в зависимости от выбора российских элит. Формируется «пояс сдерживания зоны нестабильности» с Украиной в качестве сильного звена. Назовем этот путь «южнокорейский сценарий».

Стоимость обоих сценариев для мировой экономики примерно одинакова, и, как это ни ужасно звучит для украинцев, оба они для сообщества ведущих держав мира одинаково приемлемы в среднесрочной перспективе. Ключевой фактор номер один в «перетягивании каната» между двумя сценариями — то, что издержки разных сценариев ложатся на разные группы стран. «Сирийский» сценарий невыгоден Новой Европе — странам от Балтийского до Черного моря, во главе с Польшей, а также Турции и странам Закавказья, ибо все они становятся «прифронтовыми». «Южнокорейский» сценарий невыгоден Старой Европе, во главе с Германией и Францией, поскольку им придется поступиться своими интересами.

Таким образом, этот уровень войны, оформленный как «война сценариев», по сути, является перетягиванием каната (или, скорее, одеяла) между Старой и Новой Европой. США заинтересованы в поддержке Новой Европы, но, в то же время, не хотят слишком ослабить Старую Европу как своего нынешнего основного союзника.

Ключевой фактор номер два в «перетягивании каната» между двумя сценариями —субъектная позиция Украины. Украина должна четко заявить о том, чего она хочет: не геополитической, а геоэкономической победы (или даже геокультурной, см. ниже). К сожалению, заявления в этом ключе украинских политиков воспринимаются запутавшейся публикой как пораженческие.

Конечно, Украина сегодня только выходит на международную арену в качестве субъекта, но выходит неплохо. Собственная сильная позиция в этой игре, безусловно, опирается на военные успехи и на силу гражданского общества. Консолидация общества вокруг видения будущей Украины является сильным аргументом в пользу «южнокорейского сценария», против «сирийского сценария» хаоса и войны. Кроме того, нам нужно опираться на сторонников выгодного для нас сценария — страны Восточной и Центральной Европы, Турцию и страны Закавказья.

Когда Европейский союз давит на Россию, чтобы она прекратила войну с Украиной, здесь присутствует не только страх разрушения мирового порядка и системы коллективной безопасности, установившихся после Второй мировой войны, и не только готовность подчиниться заокеанскому союзнику. Здесь присутствует явный страх перед «сирийским сценарием», который затронет все страны континента, но некоторые из них — слишком явно и слишком сильно. Заметим, что реализация именно этого сценария является стратегической целью России в войне второго уровня.

Подчеркнем: война сценариев не является войной двух Европ, поскольку они нуждаются друг в друге. Две Европы не сражаются, а борются за выгоды в несмертельной схватке (химерной войне), в которой на данном уровне побеждённым будет один из сценариев. Битва эта происходит в «головах» мировых финансовых институтов, влиятельных инвесторов и политиков. Главное, чтобы исход этой схватки не оказался смертельным для Украины.

Рассмотрев химерную войну между геополитикой и геоэкономикой, поднимаемся на уровень чистой геоэкономической войны.

6. США – Китай.

Медленная война за мировое господство.

Внешнеполитическая доктрина США более 150 лет состоит в том, чтобы не допустить возникновения силы, могущей бросить вызов в борьбе за мировое экономическое господство. Сделать это может только Китай, и этот вызов, по сути, уже брошен и принят. Это реальное столкновение гигантов — но, как и все геоэкономические схватки, очень медленное. Поэтому ожидать быстрого развертывания событий здесь не стоит. Примечательно, что на этом уровне и в этих временных рамках Украина уже не фигурирует. Россия же, являвшаяся на предыдущих уровнях игроком, здесь всего лишь площадка, ресурс, который играющие стремятся наилучшим способом использовать для своей победы.

Война США и Китая также носит химерный характер — в силу накопленных взаимосвязей два борца настолько соединены друг с другом, что взаимно проросли. Чтобы отразить этот факт, шотландский историк Найялл Фергюсон ввел в обиход слово «Химерика» (Chimerica = China + America).

Мировая геоэкономическая война объясняет, почему США опасаются быстрого распада России: слишком много ресурсов сразу попадет в руки Китая. Поэтому США давят Россию осторожно.

Однако сила Америки не только в том, что она мощнее в экономическом и военном отношении. Мы уже говорили, что геоэкономические войны («войны Афины») выше войн геополитических («войн Ареса»). Но еще выше есть геокультурная, или онтологическая война («война Аполлона» по той же классификации, в других источниках называемая также «война Христа»). Это война за истину, за доминирующую парадигму мышления. И такая война идет в мире постоянно.

7. Мир границ – Мир дорог.

Онтологическая война.

Мы не можем подробно описывать в данном тексте онтологическую войну между Миром границ и Миром дорог, этому посвящен отдельный ранее опубликованный материал. Рекомендуем его прочесть, а тем, кто читал, напомним: эта война ведется уже тысячи лет. В наше время открытый Мир дорог представлен евроатлантической цивилизацией (Евросоюз, США, Канада, Австралия, Новая Зеландия), а также отдельными яркими аватарами — Японией, Южной Кореей, Сингапуром. Закрытый Мир границ представлен Россией, Китаем, значительной частью исламского сообщества, а также определенными силами внутри США, Европы и других стран. По сути, два противостоящих Мира не персонифицированы странами — ведь и в России есть сторонники Мира дорог, только они не у власти. Противостояние миров отражается в борьбе доллара и золота на мировом финансовом рынке, а также бросает конспирологическую тень в виде истории борьбы мифических кланов Ротшильда и Рокфеллера.

Открытый, расползающийся во все стороны подобное кляксе, связывающий всё со всем и простраивающий мириады горизонтальных связей, Мир дорог ведет бескомпромиссную войну за истину с Миром границ — закрытым, иерархическим, жестким. Они сражаются как два спортсмена из разных видов спорта: сила и техника боксера ничего не решает против скорости и прыгучести легкоатлета. Не решает, пока не поймал.

Прошло время, когда флаг Мира границ в онтологической войне крепко держал Советский Союз. Сегодня этот флаг поднимает радикальный исламизм. Однако нынешние сражения на Донбассе являются отзвуком этого тысячелетнего противостояния. И вот почему.

Украина родилась в Мире дорог, начавшись как Киевская Русь на перекрестке великих торговых путей, далее формируясь в мире фронтира и Дикого Поля. Позже она была захвачена, поделена и оприходована Миром границ, двумя большими империями. Однако духовно осталась в Мире дорог, и сейчас пытается вернуться домой, вырваться из цепей.

В противоположность Украине, Московия родилась в Мире границ и всегда оставалась там. Изначально на северных славянских землях появились две альтернативные модели государственности: ордынская самодержавная Московия и ганзейский вечевой Новгород. Первое, что сделала Москва, как только набрала сил, — уничтожила Новгород, вырезав жителей и спалив город. Но понадобилось еще публично «казнить» большой вечевой колокол, вырвав ему язык. Символическая казнь подчеркивает, что речь не идет о геополитике или геоэкономике: это была онтологическая война, принципиальная битва моделей государственности, а в такой войне пленных не берут.

Украина продолжила противостояние с Московией в онтологической войне и проиграла. Это чуть не закончилось полным уничтожением украинского проекта: удары шли не только по культуре, но и на уровне геноцида. Сегодня — по сути, последняя схватка этой войны на территории Восточной Европы. Победа Мира дорог означает возвращение Украины в родной дом. Победа Мира границ означает возвращение в Советский Союз — ненадолго (по меркам истории), но с трагичными последствиями.

Заключение

Мы уже отмечали, что игроки предыдущих уровней на последующих уровнях становятся лишь площадкой для игры или, в лучшем случае, фигурой. Второй важный закон войн мы также уже рассмотрели: геополитические войны всегда уровнем ниже, чем геоэкономические, а еще выше идут онтологические (геокультурные). Осталось упомянуть третий закон: война более высокого уровня всегда идет медленнее и длится дольше, чем война более низкого уровня.

Так, конфликт на уровне псевдореспублик [1] был фактически исчерпан за достаточно короткое время. Война за независимость [2] может затянуться еще на долгие месяцы. Война систем [3] займет, в лучшем случае, пару лет. Случайно зацепившийся за настоящее осколок прошлой холодной войны [4] закончится не более чем за 10 лет, а скорее всего, раньше. Война сценариев [5] продлится лет 20-25, до окончательной победы одного из них. Большая геоэкономическая война [6] будет идти медленно, не меньше полувека, а то и больше. Наконец, война миров [7] длится столетия.

Поэтому в рамках войны более высокого уровня война низкого уровня является просто эпизодом, отдельным сражением. Исход этого сражения влияет на исход всей войны, но лишь частично: ведь есть и другие сражения. Театр войны более высокого уровня всегда шире. Так, например, российско-украинская война [2] — это не только Донбасс [1], но и Крым. В войне Майдана и Гидры [3] можно проиграть Донбасс, но выиграть всё остальное (конечно, хочется выиграть всё без исключения). Проросшая из прошлого холодная война [4] вполне может затронуть Казахстан и Азербайджан. Химерная война сценариев [5] охватывает всю Европу, а также юго-восток черноморского бассейна. А ареной онтологической войны [7] является весь мир, и в рамках этой войны балтийско-черноморский пояс является лишь отдельным театром военных действий, вряд ли более важным, чем ближневосточный.

Зато исход войны более высокого уровня твёрдо определяет победителя на более низком уровне. Победа Украины в Войне за независимость [2] снимает вопрос сепаратизма [1], а победа Майдана над Гидрой, то есть новой Украины над старой [3], дает безусловное преимущество в Войне за независимость. Распад России в результате новой холодной войны [4] вовсе не означает ничего хорошего для Украины, где возможны разные сценарии [5], но победа «южнокорейского» сценария [5] однозначно определяет победителя в фантомной холодной войне [4], хотя имеются варианты для России — либо неконтролируемый распад, либо контролируемое перерождение в новую Россию, свободную и демократическую.

Понимание многослойности нынешнего конфликта, разного характера и длительности его уровней, принципиального различия целей участников позволяет не только понять причины тех или иных событий, но и проводить стратегическое моделирование будущего. Этому будут посвящены последующие публикации.