Обозреватель Sobesednik.ru Станислав Белковский объясняет, почему Путин никогда не назначал Алексея Кудрина премьером.

Одной из самых заметных фигур только что завершившегося Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ-2017) стал, без сомнения, 56-летний Алексей Кудрин. Бывший вице-премьер и министр финансов РФ, главный идеолог финансовой политики страны в 2000–2011 гг., ныне — председатель совета Центра стратегических разработок (ЦСР).

Г-н Кудрин представил на форуме разработанную ЦСР программу развития нашей России как раз до 2024 года — то есть на следующий президентский срок. И там не только про экономику. Начинается всё с реформ судебной и правоохранительной систем — что справедливо. Пока силовики остаются крупнейшим субъектом экономики, а суды — их прямым орудием, никакие другие реформы не будут выглядеть серьезно. Или, по крайней мере, претендовать на успех.

Дальше в программе ЦСР — традиционная кудринщина: ужесточение бюджетного правила, требующего отправлять нефтегазовые доходы РФ при цене на нефть свыше определенной (40 или 45 долларов за баррель) не в бездонный бюджет, а в защищенные от излишних растрат резервные фонды; повышение пенсионного возраста (до 63 лет для женщин и 65 — для мужчин) с постепенным общим ростом пенсий вроде как на 30%; сокращение расходов на оборону и увеличение (на 0,7%) на здравоохранение и тому подобное. Ну и, конечно, стандартная для почти всех таких программ мантра про технологическое отставание и срочную потребность в цифровизации экономики.

Впрочем, особый интерес большей части аудитории вызвало не само содержание ЦСР-программы и даже не ее конкуренция с альтернативным планом «Столыпинского клуба», доложенным бизнес-омбудсменом РФ, производителем игристого вина «Абрау-Дюрсо» Борисом Титовым. А новый публичный всплеск публичных амбиций г-на Кудрина.

Станислав Белковский / Стоп-кадр YouTube

Как известно, Алексей Леонидович покинул пост главы Минфина и вообще правительство России в конце сентября 2011 года — когда стало известно, что премьер-министром нашим на шесть лет (2012–2018) засядет Дмитрий Медведев. Государственный деятель милый, но никчемный, и, насколько можно судить о мнении г-на Кудрина, выступающий для экс-министра финансов главным живым препятствием на пути реформ. Не случайно в 2013 году г-н Кудрин отказался от предложения президента Владимира Путина возглавить так называемый «мегарегулятор»: Центральный банк, поглотивший Федеральную службу по финансовым рынкам (ФСФР). Дескать, чего там делать, в этом мегарегуляторе, пока правительство все равно медведевское, а значит, на осязаемый прогресс рассчитывать нельзя.

После событий ПМЭФа-2017 многие комментаторы снова разговорились про премьерские перспективы главы ЦСР после президентских выборов-2018. Что ж. Попробуем разобрать этот вопрос.

1. Несмотря на выбытие (временное?) Кудрина из власти, Путин ему по-человечески, как и прежде, полностью доверяет. Об этом президент многократно объявлял публично.

2. Тем не менее, в XXI веке второй первого премьером никогда не назначал. Хотя мог сделать это и в 2004-м, после отставки кабинета Михаила Касьянова, и в 2007-м, когда ушел в разведку Михаил Фрадков, и даже, напрягшись, в 2012-м.

3. А почему не назначал? А потому, что основные критерии отбора путинского премьера таковы: премьер не должен быть политически сильной фигурой, тем паче — кумиром либеральной общественности, рассматриваемым ею как альтернатива главе государства; премьеру надо всегда помнить, что главные решения в сфере экономики и финансов все равно принимает Путин, каких бы программ ни понаутверждали.

Изменятся ли критерии к весне 2018 г.? Не факт.

Да и главный тормоз реформ — отнюдь не г-н Медведев. А самолично г-н Путин с его психотипом глубокого консерватора. Считающего, что риски реформ всегда выше ущерба от их отсутствия.

Вот где центральная проблема. А не в наличии / отсутствии г-на Кудрина близ властных вершин.