«Важно убеждать их, что не все мы тупое пьяное быдло в футболках “Крым наш!”» Ксения Вицинская

32 года, управляющий менеджер кинофестиваля «2morrow/завтра» С 27 марта по 5 мая я путешествовала по Европе. Первым пунктом была моя любимая Барселона. Мы заселились с подругой в лучший хостел этого города и на стойке информации разговорились с сотрудницей. Милая девушка была из Литвы. Разговор шел в позитивном ключе до тех пор, пока она не узнала, что мы из России. Тут она изменилась в лице и, повысив тон голоса сказала: «Это ужасно – то, как ваша страна ведет себя с Украиной, с Крымом! Это кошмар!» Буквально за пару недель до этого мы с подругой ходили на митинг за мир и в поддержку Украины (к слову, там были почти все мои друзья и даже мама), о чем мы рассказали сотруднице хостела. Добавили еще, что не все в России, и особенно в Москве, разделяют политику Путина, и уж точно все мы против войны. На тот момент российские СМИ еще не вошли во вкус разжигания безумной розни и люди действительно были против войны, такого количества агрессии еще не было. Девушка успокоилась и сменила гнев на милость, но осадочек остался, как говорится. Затем там же я познакомилась с дамой лет сорока из Великобритании. Беседа была очень теплой, пока она не спросила обычное: «Where are you from?» Я ответила, что я из России, из Москвы. Дама поджала нижнюю губу и тут же сообщила: «То, что Россия сделала с Крымом, ужасно». Я ответила, что вообще в Крыму действительно живут одни русские и он больше русский, чем украинский, но то, как было проведено присоединение – безобразие, так как это произошло вне правового поля, а закон писан для всех. Расстались мы с дамой вполне тепло. Ей я тоже рассказала про «Марш мира». Как ни странно, европейские СМИ не осветили такое событие, а митинг в центре Москвы был очень многочисленный! Дальше я улетела в Мюнхен. Среди русской диаспоры пожилой возрастной категории я заметила радость в связи с «отжатием» Крыма и поддержку Путина – они смотрят там русские каналы. В конце апреля я перебралась в Берлин, и там как-то вечером в кафе со мной заговорил очень симпатичный швед лет сорока. Узнав, что я из России, он мило улыбнулся и сказал: «Ну, тогда о политике говорить не будем». Компания ирландцев просто посмеялась, обозвав мою страну агрессором, но разговор был в шутливом тоне – они напились вкусного немецкого пива и были в слишком хорошем настроении для споров о политике. Как-то за ужином в ресторане я долго беседовала с очень симпатичной парой: он из Амстердама, она, кажется, из Англии. Узнав, что я из России, они стали расспрашивать меня о политике. Я, как обычно, поведала, что не весь народ поддерживает Путина, что идет страшная пропаганда и простые люди ей верят, отсюда такой процент голосовавших за него на выборах. Мы говорили об ужасных законах, о политзаключенных и цензуре. Ребята поведали мне, что европейские СМИ тоже освещают политику России однобоко. Конечно, во всем виновата агрессивная политика Путина – посмотрите, как не любят в Европе американцев именно из-за политики США, – но европейские СМИ к этому тоже приложили лапу. Большинство европейцев уверены, что русские поддерживают Путина. Когда европейцы видят перед собой хорошо воспитанного человека, который посещает выставки и концерты и ведет себя тактично плюс говорит по-английски, они очень удивляются. Обычно им встречаются хамоватые туристы, не говорящие на английском, – увы, таких русских и правда много, особенно на море. Но я каждый раз их убеждала, что русские, как и любая нация, очень разные. А многие интеллигентные русские просто не признаются, что они из России. Важно общаться с европейцами, не стесняться говорить, откуда ты, и убеждать их своим примером, что не все мы тупое пьяное быдло в футболках «За Путина» и «Крым наш!». Чтобы снизить градус ненависти, нам всем нужно перестать стесняться говорить за границей: «I'm Russian!»

«Как только говоришь, что ты из России, тебя сразу называют фашистом!» Елена

24 года Я только прилетела из Англии. Там как только говоришь, что из России, тебя сразу называют фашистом! Начинают спрашивать, не стыдно ли нам убивать бедных украинцев... И постоянно повторяют, что как мы были фашистами, так и остались. На вопрос, почему мы фашисты, вспоминают Катынь, – почему ее и при чем тут Украина? Ребята в метро ехали на вечеринку в клуб, мы разговорились. Пока они не узнали, что я из России, все было нормально, как только услышали – началось: «Да вы там все фашисты!» Я не обиделась и сразу припомнила им Ирландию и особенно Шотландию, которая не желает быть территорией Великобритании и хочет суверенитета. Им это не понравилось! Сказать честно, я прямо-таки убегала из Лондона. А еще у меня в Оксфорде был случай: меня отказались обслуживать в кафе, так как услышали, что я говорю по-русски по телефону. Сказали, мол, приносим извинения, но вам лучше покинуть ресторан. Я даже не спорила – плюнула на стол и ушла. Не особенно-то и хотелось! Много раз приходилось отвечать на вопрос: «Зачем вы делаете это с Украиной?» – «Она нам на фиг не нужна!» И присоединение Крыма, конечно, с тактической точки зрения прекрасно для флота и все такое, но никто не задумывается о том, что теперь существенная часть бюджета уйдет на Крым... Ведь это все из наших налогов. Может быть, у нас и нет танков, и нас не обстреливают со стороны Европы, но с нами идет настоящая холодная война – информационная. Я слишком горжусь своей страной, чтобы обвинять в этом свое государство. Немногие в истории смогли бы вернуть территории без единого выстрела, и это большая победа. И большая гордость. Но могу сказать только одно: 85 процентов людей в странах Европы – тупые. Они не хотят рассматривать другую точку зрения, кроме той, что им предлагает их государство. Что в Германии, что в Швейцарии – все абсолютно так же. И переубеждать людей нет смысла совсем. А вот в Сербии и Черногории совсем наоборот: они поддерживают русских, но ничего сказать не могут, так как лишатся поддержки Евросоюза.

«Раньше разграничение какое-то было: Путин – одно, русские – другое» Игорь Исаев

28 лет, журналист из Варшавы Я приехал в Варшаву лет десять назад учиться с (из?) Украины, семья у меня смешанная, поэтому я знал польский. Мое окружение – это поляки, немного украинцев и белорусов. Кстати, часть знакомых – бизнесмены, у которых есть мелкие ресторанчики или магазинчики, многие из них вывесили украинские флаги у себя. И вот в наших разговорах, когда между нами нет русских из России, я замечаю, что их все чаще начинают оценивать в категории коллективной ответственности. Раньше разграничение какое-то было: Путин – одно, русские – другое. У меня, как у представителя секс-меньшинств с айфоном есть мобильное приложение, которое в моей среде называют «гееискатель». И какое-то время назад несколько моих знакомых, и я тоже, стали писать в нем в качестве приветствия «Слава Украине» или «ПНТ ПНХ» – кириллицей. Почему-то распространилось это даже на такие места. И я вот уже было хотел изменить «приветствие», как началась пора отпусков и несколько прекрасных дядей, явно туристы из России, стали писать мне не очень хорошие вещи в ответ. Один написал, что я «..... Тягнибок». После этого я решил такие фразы не убирать, и мне, наверное, даже немного лестно получать такой «хейт спич». У нас здесь медиа явно поддерживают проукраинскую повестку, я не знаю ни одного журналиста из основных СМИ, который бы каким-то образом выступил за Путина. Но некоторым шоком для многих моих знакомых журналистов стала высокая поддержка Путина в России – в Польше исследования «Левада-центра» обсуждались достаточно долго. После этого, мне кажется, польское общество все чаще стало озвучивать мысль, что россияне поддерживают то, что делает Путин, и что есть лишь несколько россиян, которых надо как-то поддержать. Раньше наоборот было: поляки думали, что несколько россиян издеваются над многими миллионами своих сограждан, а сейчас пропорция развернулась.

«Показывает на небо, потом показывает «бум-бум» – это он про сбитый самолет шутит» Федор Коршунов

24 года, программист Я живу в Таиланде и, по большому счету, подобных проблем не испытывал: я всегда улыбаюсь, и меня редко принимают за русского. Но в мае, когда все чувствовали, что Россия захватывает Украину, я был на местном Bike Week – такой фестиваль байкеров и их мотоциклов. Прохожу с подругой мимо будки, где швед продает шлемы и атрибутику. Показываю на маску, которую надевают под шлем (натуральная балаклава!), говорю: «В такой можно банк ограбить!» Продавец, большой такой толстый улыбчивый шведский байкер, спрашивает, чего мы смеемся. Я ему говорю: в такой маске можно банк ограбить. Он тоже засмеялся, спросил, откуда мы. Говорю, что из России. Он: «You guys invaded f…cking Ukraine!» Мол, с банком легко справимся. Потом спросил, надолго ли мы приехали, а я ему, мол, от призыва сбежал и, похоже, не вернусь. «Все настолько плохо?» – вздохнул он и добавил, что про Украину, конечно, пошутил. Сразу после падения «Боинга» мы едем в автобусе с десятью русскими и тайцами-водителями из Малайзии в Таиланд и проходим предпограничный контроль. Малайзийцы останавливают автобус, подходит человек в форме, позади него – солдаты с автоматами (вообще надо сказать, юг Таиланда – место неспокойное, на следующий день там был теракт, например). Человек в форме просит список пассажиров, дальше, как я понял по мимике и жестам, говорит водителю: «О, все из России». Показывает на небо, потом показывает «бум-бум». Никто в автобусе не понимает. Мужик смеется, россияне в недоумении. Потом до тайца доходит, он улыбается, потом доходит и до меня. Я говорю: «Это он про сбитый самолет шутит». У впереди сидящих девиц возникает чувство обиды: «Это же все Украина, они сами признались, сбили, думали, что это был российский самолет!» Возникает небольшой спор, в ходе которого я им объясняю, что, скорее всего, виноваты пророссийские сепаратисты. Вот с такой обложкой вышла малайзийская газета в тот день. Вообще, есть чувство, что России очень много в новостях. Мы с женой в основном смотрим Би-би-си или «Аль-Джазиру», реже «Фокс»: Путин и Украина везде! Европейцы ходят с газетами – и на обложках он!

«Кто-то даже попросил прощения за то, что у вас такой президент» Недим Усейнов

31 год, политолог Я крымский татарин, по паспорту украинец, в Польше живу уже 13 лет. Накануне аннексии Крыма мы провели акцию: вкладывали антивоенные листовки под дворники российских машин, припаркованных у торговых центров. По выходным сюда ездит много калининградцев. Мы старались непосредственно с людьми в конфликт не вступать, чтобы им не было некомфортно, чтобы они не чувствовали себя осажденными. Местные СМИ об этой акции широко писали и верно донесли нашу идею: мы не хотим, чтобы калининградцы перестали ездить в гости, мы призываем россиян к диалогу, а не к конфронтации. К нам на улице подходили калининградцы без всякой агрессии, а кто-то даже попросил прощения за то, что у вас такой президент. Зато калининградский турцентр после этого пугал горожан провокациями. Отношение к России тут изменилось, безусловно, но не настолько, чтобы большинство поляков перестали различать политику и человеческие отношения. Здесь понимают, что россияне стали жертвой многолетней пропаганды центральных каналов ТВ. Многие поляки могли бы назвать пару-тройку российских каналов, о которых здесь сложилось устойчивое мнение как о рупорах кремлевской пропаганды: это и Russia Today, и «Россия 24». Но, опять же, тут не клеймят россиян, даже несмотря на бешеный рейтинг Путина, вызванный крымской эйфорией. Я ни разу не видел в Польше агрессивного отношения к людям, говорящим на русском языке. Проблема в том, что оппозиция в России слабо заявляет о своем существовании за пределами России. Эхо Болотной звучит все тише, и это плохо. Хорошо было бы, если бы известные российские оппозиционеры чаще приезжали в ту же Польшу и пытались донести правду о том, что не все в России приверженцы Путина. Снизить градус ненависти можно, показывая, что в России существуют группы несогласных с агрессивной политикой Кремля по отношению к Украине и странам ЕС, которые ценят дружеские отношения с соседями. Короче говоря, за рубежом нужна большая активность гражданских активистов, журналистов, политиков, оппозиционных Кремлю, готовых формировать имидж России как нормального государства с миролюбивым, а не агрессивным обществом.