Совместная греческо-американская экспедиция, исследующая важный культовый комплекс на горе Ликей в Аркадии (центральный Пелопоннес), обнаружила останки молодого человека, погребенного посреди большого жертвенника. До сих пор человеческих костей в месте, где издревле отправлялся культ Зевса Ликейского, не находили, но именно с этой горой античные источники связывали темные слухи о человеческих жертвоприношениях. Археологи, участвующие в проекте Mt. Lykaion Excavation and Survey Project, обещают всесторонне изучить вопрос.

Аркадия, гористая и труднодоступная, завораживала еще древних своей непохожестью на другие области Греции: там почти не занимались земледелием и жили пастушеством, почитали своих богов, а когда дело доходило до общегреческих, то им поклонялись по-своему. Наконец, ходили слухи, что аркадцы приносили немыслимые для классических греков жертвы — человеческие.



В «Государстве» Платона, знаменитом политическом диалоге, написанном примерно в 380 году до н.э., обсуждается перерождение человека в тирана. В частности, там есть такие строки:

— С чего же начинается превращение ... в тирана? Впрочем, ясно, что это происходит, когда он начинает делать то же самое, что в том сказании, которое передают относительно святилища Зевса Ликейского в Аркадии.



— А что именно?

— Говорят, что, кто отведал человеческих внутренностей, мелко нарезанных вместе с мясом жертвенных животных, тому не избежать стать волком.

(«Государство», кн. VIII, 565 d-e. Пер. А.Н. Егунова)

Во II веке н.э. греческий писатель и путешественник Павсаний в своей замечательной книге «Описание Эллады» сообщал следующее:

Ликаон [царь Аркадии] на алтарь Зевса Ликейского принес человеческого младенца, зарезал его в качестве жертвы и окропил его кровью алтарь. Говорят, что сейчас же после этой жертвы он из человека был обращен в волка. Этот рассказ внушает мне доверие: сказание это издавна сохраняется у аркадян, и самая вероятность говорит в его пользу... Рассказывают, что во времена Ликаона при жертвоприношении в честь Зевса всегда кто-нибудь из человека превращался в волка, но не на всю жизнь: если, став волком, он воздерживается от человеческого мяса, то спустя девять лет, говорят, он снова обращается в человека.

(«Описание Эллады», кн. VIII, II: 2-3. Пер. С.П. Кондратьева)

На самой главной вершине горы есть земляная насыпь — это жертвенник Зевса Ликейского... На этом жертвеннике приносят жертвы Зевсу Ликейскому втайне. Мне не хочется распространяться по поводу этих жертв; пусть будет так, как оно есть и как было с самого начала.

(Там же, кн. VIII, XXXVIII: 5.)

Страшные сказки о горе Ликей были хорошо известны и римлянам. Так, блаженный Августин (V в. н.э.), ссылаясь на энциклопедиста Варрона (I в. до н.э.), писал:

Варрон называет даже по имени некоего Демента, который будто бы отведал жертвы, которую аркадцы приносили обыкновенно своему богу Ликею, закалывая мальчика, превратился в волка, и, приняв снова на десятом году человеческий образ, упражнялся в кулачном бою и остался победителем на олимпийском состязании. Историк полагает, что в Аркадии Пану-Ликею и Юпитеру-Ликею дано такое имя по причине такого превращения людей в волков, которое, думали они, могло совершаться только божественною силой.

(«О граде Божием», кн. XVIII, 17. Цит. по: Августин. Пер. Киевской духовной академии. 1879-1908)

Раскопки на горе Ликей ведутся с конца XIX века. Тогда греческий археолог Константинос Куруниотис обнаружил и жертвенник Зевса, и священный участок — теменос, и ипподром, и стадион, где проводились игры в честь Зевса Ликейского. В начале 2000-х греческое правительство при поддержке двух американских университетов — Пенсильванского и Аризонского — возобновило исследование святилища и его окрестностей.

В 2003 году археологи приступили к раскопкам обширного жертвенника — его диаметр составляет 30 метров. Керамические находки показали, что жертвенник использовался, начиная с 3000 года до н.э., но первое по-настоящему интенсивное освоение территории пришлось на микенский период (XV-XI вв. до н.э.). Дальше святилище вновь использовалось уже в архаическую и классическую эпохи. Анализ костных останков, найденных до 2016 года, свидетельствует, что на жертвеннике сжигали животных, практически исключительно овец и коз. Собственно, сам жертвенник состоит из пережженных костей мелкого домашнего скота, что соответствует сведениям Павсания.

Летом 2016 года при раскопках жертвенника был найден скелет юноши-подростка. В этой находке необычно все: это первые человеческие останки на Ликее, они уложены между двух параллельных рядов камней по оси восток-запад, таз погребенного закрыт камнями, крышка черепа отсутствует. Предварительная датировка погребения (по керамике) — XI век до н.э. То есть речь идет о самом конце микенского времени, а скорее даже о начале Темных веков.

Глава американской половины экспедиции профессор Дэвид Гилман Романо (David Gilman Romano) никаких скоропалительных выводов не делает, но подчеркивает, что погребение внутри жертвенника — это очень странная и значительная находка. Причины смерти подростка еще предстоит выяснить, а пока ликейская экспедиция немало озадачила специалистов.

Проблемой человеческих жертвоприношений у древних греков антиковеды занимаются давно. Так, еще в 1915 году немецкий исследователь Фридрих Швенн опубликовал большую монографию под названием «Die Menschenopfer bei den Griechen und Römern» («Человеческие жертвоприношения у греков и римлян»), которая подводила итоги филологических и археологических изысканий по состоянию на конец XIX века. В 1991 году американец Деннис Хьюз , профессор колледжа Гриннелл, выпустил свою монографию «Human Sacrifice in Ancient Greece» («Человеческие жертвоприношения в Древней Греции»), которая и по сей день остается главной англоязычной работой по теме.

Хьюз подробно проанализировал ключевые литературные источники и важнейшие открытия последних пятидесяти лет. С его точки зрения,, который можно было бы однозначно описать как пример человеческого жертвоприношения. Так, Хьюз обращается к странному открытию, сделанному в Кноссе (Крит) в 1979-1981 годах. В одном из зданий, которое раскапывал профессор Бристольского университета Питер Уоррен, были найден сосуд с человеческими костями, перемешанными с раковинами съедобных улиток, причем на костях есть отметки-порезы. Рядом находился сосуд с шестью фалангами пальцев человеческой ноги, а в соседней комнате оказалась россыпь человеческих костей общим числом 371, из которых на 79 были видны следы острого инструмента, которым, возможно, с костей счищали мягкие ткани. Скольким людям принадлежали эти кости, неизвестно, но по крайней мере четверо из них были детьми. По мнению Уоррена, находки свидетельствуют о том, что дети были убиты и съедены в ритуальных целях. Альтернативные предложения — убийство, каннибализм вследствие голода и, наконец, подготовка ко вторичному захоронению — Уоррен не принял, но многие специалисты с ним не согласились, в частности потому, что из публикаций нельзя было понять, ни где находились порезы, ни тип инструмента, который был использован. Вторичные захоронения не были распространены в Древней Греции, но хорошо задокументированы в более поздние времена.

Другой случай: в 1980-х на острове Эвбея изучали кладбище бронзового века и нашли десятки скелетов со следами порезов на костях. Сначала исследователи предположили, что все люди — жертвы некоего ритуала, но потом была выдвинута другая, менее драматическая гипотеза. В этом регионе практиковалось необычное трупоположение — со скрещенными ногами. Вероятно, тем, кто хоронил покойников, приходилось подрезать сухожилия, чтобы придать конечностям нужное положение.

Хьюз пишет также о табличке с линейным письмом Б, найденной в Пилосе, — Tn 316. В свое время она наделала немало шума. В Tn 316 упоминаются золотые сосуды и люди, мужчины и женщины, каким-то образом посвященные богам — Зевсу, Гере и другим, например: «Гере: одна золотая чаша, одна женщина». Что означает это посвящение, с уверенностью не может сказать никто, но одна группа исследователей склоняется к мысли, что безымянные женщины и мужчины должны были только доставить сосуды в указанные святилища, а другие ученые уверены, что людей приносили в жертву.

Эти примеры — кносский, эвбейский, пилосский (у Хьюза их гораздо больше) — демонстрируют разницу в подходах к интерпретации находок и текстов: предвзятых и непредвзятых. Хорошая научная добросовестность, как это ни скучно, требует непредвзятости.

В находке на горе Ликей есть два важных параметра: целенаправленное положение трупа, включая ряды камней по бокам, и выбор места — посреди жертвенной территории. Для интерпретации в пользу жертвоприношения это необходимо, но не достаточно. Интересно будет посмотреть на выводы, которые сделают антропологи и медики, изучив скелет юноши. А вдруг классические источники действительно донесли до нас реликт Темных веков? Ведь нашлись описанные у Гомера микенские шлемы из клыков вепря.

Библиография

Целью этого материала было освещение археологической находки, поэтому увлекательную проблематику мифов вокруг ликейского ритуала пришлось оставить неохваченной. Интересующимся читателям можно порекомендовать две увлекательные работы, в которых изложены противоположные точки зрения на проблему. Одна книга написана по-немецки, а вторая — по-французски, обе переведены и изданы по-английски:

Walter Burkert. Homo Necans. Interpretationen altgriechischer Opferriten und Mythen. Berlin 1972.

(англ. перевод: Homo necans: The Anthropology of Ancient Greek Sacrificial Ritual and Myth. trans. Peter Bing. Berkeley: University of California Press, 1983)

Marcel Detienne. La cuisine du sacrifice en pays grec. En collaboration avec Jean-Pierre Vernant, Paris, Gallimard, 1997.(англ. перевод: The Cuisine of Sacrifice among the Greeks. Chicago: University of Chicago Press, 1989)