Актер Олег Басилашвили, писатель Владимир Войнович, поэт Юлий Ким и ученый-геофизик Александр Городницкий собрали почти полтора миллиона рублей для оказания юридической помощи демонстрантам и пикетчикам, задержанным по политическим мотивам. Об этом сообщил Радио Свобода координатор этого проекта – бывший сопредседатель партии "Правое дело", политик Леонид Гозман. Деньги поступили от граждан России на "Яндекс-кошелек" и будут израсходованы на оплату судебных пошлин и сборов, а также нанятых адвокатов.

Десять дней назад Басилашвили, Войнович, Городницкий и Ким выступили с открытым письмом, в котором призвали помочь гражданским активистам, попавшим в "автозаки", СИЗО и тюрьмы по надуманным обвинениям. "Таких людей становится все больше: после некоторых акций счет задержанных идет на сотни, и подавляющее большинство из них не нарушает никаких законов – их берут просто так, для устрашения, чтобы люди боялись и не выходили на митинги, – говорится в обращении. Активисты открыли "Яндекс-кошелек" на имя Леонида Гозмана, который будет распоряжаться средствами граждан:​

– Когда человека задерживают на массовом мероприятии или, к примеру, на пикете, не важно, его доставляют в полицию. Попав в отделение, большинство наших граждан не знают ни своих прав, ни обязанностей полицейских. И они находятся в полной власти людей в погонах. В тот момент, когда автозак подъехал к отделению, там, в участке, уже ждет адвокат с полномочиями, законно оформленными. Тогда люди, которых туда привезли (а это я просто знаю очень хорошо по своему личному опыту), чувствуют себя намного спокойнее.

–​ То есть вы тоже попадали в такие ситуации –​ вам тогда удалось избежать полицейского произвола?

Как только мы потратим два рубля, мы отчет об этих рублях, естественно, вывешиваем

– К сожалению, нет. Когда меня задержали первый раз, адвоката в участок не пустили. Нас было 29 человек, это было в Питере, и мне руку сломали, целый месяц ходил в гипсе. А последний раз, когда я имел удовольствие с этой системой столкнуться, мы приехали, а там уже был защитник. В его присутствии полиция ведет себя значительно приличнее. Они понимают, что дело может быть предано огласке. В присутствии адвоката задержанные люди чувствуют себя спокойнее, потому что он им говорит: "Вот это ты можешь подписать, а это не подписывай, они не имеют права от тебя этого требовать". Люди понимают, что даже если их здесь "закроют", то информация о них будет передана на волю. И так далее.

–​ Насколько прозрачна финансовая схема сбора и траты денег через "Яндекс-кошелек"?

– Через неделю после письма я повесил на свой Facebook и передал СМИ полный отчет по сборам. Цифры меняются каждый день. На сегодня уже собрано почти 1 миллион 300 тысяч рублей от 1358 человек. "Яндекс-Кошелек" построен таким образом: если распоряжаться деньгами может только тот, на чье имя он открыт, то посмотреть на движение средств может любой человек. Каждый может зайти и посмотреть, куда эти деньги деваются. Как только мы потратим два рубля, мы отчет об этих рублях, естественно, вывешиваем. Ну, и так далее, – говорит Леонид Гозман.

Ученый-геодезист и поэт-песенник Александр Городницкий считает, что безнаказанность порождает беспредел и именно поэтому нужны адвокаты, чтобы оградить от насилия гражданских активистов.

Мы не достигли пика падения в кризис, конечно, все противоречия будут обостряться

– Когда можно схватить любого человека, скрутить, затащить в автозак, как это было с редактором сетевого издания Александром Рыклиным, и потом его же обвинять, пришивать ему какие-то дела... Это театр абсурда. Увы, большинство наших людей, они абсолютно неграмотные в юридическом отношении, особенно когда туда попадают случайные люди, и там ничего доказать-то нельзя. Притом что людей хватали 12 декабря, в день празднования Конституции, тем более что полицейские схватили пикетчика, одного из авторов Основного закона. Значит, речь идет только о том, чтобы эту Конституцию выполняли, которую сами же и утвердили, сами же ее сделали. Вот поэтому я считаю, что за этим должны следить адвокаты, люди, имеющие юридическое образование.

–​ Репрессивная машина будет еще больше набирать обороты или она уже достигла такого пика, который некоторые называют театром абсурда, и дальше уже некуда?

Зло рождает зло, и это может вызывать уже более агрессивную реакцию

– Поскольку экономическая обстановка в стране ухудшается и, к сожалению, мы не достигли пика падения в кризис, то, конечно, все противоречия будут обостряться. И, собственно, у власти два варианта. Либо усиливать репрессии, что абсолютно, по-моему, бесперспективно, потому что зло рождает зло, и это может вызывать уже более агрессивную реакцию и так далее – не дай бог, как писал великий Пушкин, увидеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный. И вторая, я считаю, наиболее оптимальная вещь – идти по пути диалога, демократизации, хотя бы частичной, чтобы объяснять людям существо трудностей, методы их разрешения и так далее. А не вводить там дополнительные налоги, как это произошло с дальнобойщиками. Поэтому только демократизация может исправить это положение, – полагает Александр Городницкий.

Для поэта и музыканта Юлия Кима это не первый опыт публичного привлечения внимания людей к проблеме и, в том числе, к тем, кто нуждается в сочувствии или в реальной помощи.

Много чего не простится, но это выглядит как-то особенно омерзительно

– В 1995 году я был инициатором подписания письма против войны в Чечне. Мне захотелось назвать это "Письмо ста", я сочинил текст, и под ним подписались сто человек. Послание было отправлено во все стороны, и наверх в том числе. Такого рода обращения с какими-то благородными целями в моей жизни было немало. Еще в брежневские времена существовал Фонд Солженицына, и я тоже участвовал в его пополнении. Но не тем, что подписывал какие-то обращения, а просто практически обходил с протянутой рукой разных людей и помогал этому фонду, насколько мог. Поэтому для меня ничего сверхъестественного нет, чтобы подписать такого рода письмо. Меня невероятно возмущает возврат к прежним нормам обращения с инакомыслящими! В наше время история с гражданским активистом Ильдаром Дадиным вообще уже выводит из себя совершенно! За четыре одиночных пикета получить 3 года – это уже никогда не простится. Ну много чего не простится, но это выглядит как-то особенно омерзительно.

​– Каковы ваши прогнозы относительно усиления репрессий? Возможен ли пересмотр этой политики давления на несогласных?

Идут лихорадочные какие-то попытки такого ура-патриотизма во всех его проявлениях, в том числе и возвращения откровенно сталинистских родимых пятен

– На этом уровне репрессивного стиля нынешняя власть может держаться достаточно долго. Но я не уверен, что эта власть удержится долго в области внешней политики, которая немедленно аукается во внутреннем экономическом положении. Внешняя политика такова, что власть дружно вместе со страной погружаются в какую-то ловушку, куда они сами себя загоняют, начиная с крымской кампании. Крым, Донбасс, теперь Сирия. А рядом с Сирией еще и Турция. И вот идут санкции, антисанкции, цена на нефть падает, рубль падает вместе с ней, и все такое прочее. И рядом идут лихорадочные какие-то попытки такого ура-патриотизма во всех его проявлениях, в том числе и возвращения откровенно сталинистских родимых пятен в виде открытия Музея имени Сталина, шествий с иконой Сталина прямо по Москве.

–​ Вы были хорошо знакомы с диссидентами 60-х и 70-х годов и знаете, как работала репрессивная машина тогда. Можете провести параллели?

Пока они за какую-то черту почти не переступают, за исключением тех вопиющих случаев

– Надо честно признать, что уровень строгости этого репрессивного аппарата все-таки с брежневским не сравнить. Я имею в виду сроки, которые получают наши гражданские активисты сегодня, со сроками, которые получали при Брежневе, а про сталинские времена уж не говорю, там было все покруче все-таки. Думаю, пока они за какую-то черту почти не переступают, за исключением тех вопиющих случаев, когда люди получают какие-то чудовищные сроки, как Ходорковский и его помощники. Но вот с Ходорковским все-таки пришлось отрулить назад, думаю, что и со следующими тоже будет так же. В своей массе гражданские активисты на сегодняшний день получают меньше, чем получали при Брежневе.

–​ Как вы относитесь к уже крылатой фразе Корнея Чуковского: "В России надо жить долго, тогда что-нибудь получится?"

Что касается глотков свободы, то они были, и на моей жизни, например, их было два

– Эта фраза эффектна, но если в ней покопаться, она, мне кажется, бессмысленна. Если уж так говорить, возьмем за образец какую-нибудь хорошую, развитую европейскую страну со всеми ее гражданскими правами, со всей ее социалкой и так далее – до этого уровня доживет даже не следующее за нашим поколение. До этого очень долго надо добираться. А что касается глотков свободы, то они были, и на моей жизни, например, их было два – это была хрущевская оттепель, затем была горбачевская перестройка и последующее ее развитие в первом периоде ельцинского правления. Поэтому я очень надеюсь, что доживу и до третьего глотка свободы, – говорит Юлий Ким.

Писатель Владимир Войнович, в 1980 году лишенный советского гражданства и высланный из страны, разочарован тем, что история повернула вспять и в России вновь проблемы со свободой слова:

Такой режим долго не продержится и, безусловно, рухнет

– Когда началась перестройка, я думал, что это уже необратимый процесс – движение к свободе, к демократии. Я понимал, что будет идти как-то через пень-колоду, но что будет такое глубокое возвращение к прежней мерзости – не ожидал. Возможно, власть еще продвинется вперед, но она сама себе роет могилу. Потому что такой режим долго не продержится и, безусловно, рухнет. А после того, как все рухнет, опять будет попытка новой перестройки или новой оттепели, не знаю, что будет, но обязательно будет.

–​ Откуда у вас оптимизм, что появится новая оттепель?

– У меня нет оптимизма. Я не знаю, когда будет попытка новой перестройки, она может кончиться тем, чем кончилась первая, то есть развалом уже не Советского Союза, а России. И каким будет этот развал – еще неизвестно. Потому что накапливаются в обществе разные настроения, в том числе и огромная ненависть одних людей к другим.

–​ Вас советская власть вытолкнула из страны, но сегодня многие люди, преимущественно молодые, сами покидают Россию. Исходя из вашего жизненного опыта, что бы вы посоветовали людям, сидящим на чемоданах?

Я не могу советовать людям, чтобы они не уезжали: у каждого человека одна жизнь

– Очень сожалею, что люди уезжают, страна становится беднее умами и талантами, и активными людьми. Если бы они все не уехали, этого бы не было, было бы гораздо более сильное давление снизу на власть. Свобода сыграла с нами злую шутку. Но я не могу советовать людям, чтобы они не уезжали: у каждого человека одна жизнь, и призывать кого-то эту жизнь посвятить борьбе со злом, которое вот неизвестно, что из него получится, просто отдать свою жизнь бессмысленной борьбе я не хочу. Но власть сама с собой борется, и она сама себя победит.

Политик Леонид Гозман убежден: события в России развиваются таким образом, что помощь потребуется многим и многим людям. Репрессивная машина только набирает обороты.

Надо, чтобы люди сделали первый шаг к гражданской солидарности

– Когда деньги будут заканчиваться, мы будем просить людей давать еще. Очень благодарен людям, которые откликнулись на эту просьбу, и я благодарен тем, которые переводили по тысяче, две, три, пять, но и ничуть не меньше тем, кто переводил по сто рублей, по двести. Здесь важны не только деньги, здесь важно вот это ощущение солидарности. Я думаю, что человек, который перевел любую, не важно какую сумму на это дело, он с большей вероятностью потом поможет кому-то еще, вне зависимости уже от этой кампании, он уже сам это сделает. Надо, чтобы люди сделали первый шаг к гражданской солидарности.

–​ Есть печальный опыт у этой схемы. В 2013 году команда Алексея Навального –​ финансист Владимир Ашурков, депутат муниципального собрания Москвы Константин Янкаускас и политик Николай Ляскин –​ именно таким образом собирали деньги на предвыборную кампанию Навального. Они были убеждены, что была абсолютно прозрачная операция, но возникли претензии. На них завели уголовные дела. Один из них –​ Ашурков – политический эмигрант в Лондоне, двое других ждут решения суда. Вы не опасаетесь, что власти возбудят в отношении вас и ваших коллег уголовные дела?

Я иду на риск совершенно сознательно, но при этом я совершенно не собираюсь играть с властью в поддавки

– Власти у нас могут сделать все что угодно, они очень мало чем ограничены у нас, к сожалению, такая у нас политическая система. Полностью это исключать, разумеется, нельзя. Риск, конечно, есть. Я надеюсь, что нет никакого риска для тех, кто подписал письмо, но для меня, конечно, некоторый риск есть, я прекрасно отдаю себе в этом отчет. Но с другой стороны, это все-таки не предвыборная кампания, понимаете. Это же будет четко написано, четко известно: вот мы передали 3844 рубля такому-то человеку на выполнение такой-то функции, вот с ним договор или от него расписка, или там еще что-то такое, и так далее. Я иду на риск совершенно сознательно, но при этом я совершенно не собираюсь играть с властью в поддавки, я постараюсь вести себя максимально в этом смысле осторожно. Есть юрист, который меня в этом смысле консультирует. Надеюсь, обойдется. Но вообще на все воля Божья, – полагает Леонид Гозман.

Авторы проекта и его участники в лице писателя Войновича, актера Басилашвили, поэта Кима и ученого Городницкого гарантируют, что все направленные средства будут совместно с "Мемориалом", "Русью сидящей", "Комитетом 6 мая" и другими правозащитными организациями использоваться полностью и исключительно на юридическую помощь задержанным. Отчеты о поступлении средств и их использовании будут регулярно публиковаться. Об этом говорится в публичном обращении, подписанном деятелями культуры и науки.