В Штутгартской опере состоялась премьера постановки "Борис", в которой были использованы тексты из книги Светланы Алексиевич "Время секонд хэнд". "Борис" - не просто новая оперная постановка, а некий сплав из прошлого и настоящего: "Бориса Годунова" Пушкина/Мусоргского, книги Алексиевич и музыки Сергея Невского. После премьеры коррепондент DW расспросила лауреата Нобелевской премии по литературе Светлану Алексиевич о том, как она чувствует себя в роли "начинающего либреттиста".

DW: Светлана Александровна, как вам понравилась постановка?

Светлана Алексиевич: Сергей Невский удивительным образом справился с фантастическим количеством материала. Хотя иногда хотелось, чтобы было время вжиться в характер, не торопиться. Но этой работой занимались в основном молодые люди. Это другое видение, другой темп. Режиссер, видеорежиссер, - им всем по 25 - 30 лет. И я увидела взгляд другого поколения. Это было интересно. Видеоряд очень интересный. Молодые ребята по-своему чувствуют. Грустно, конечно, было чувство, что ничего не меняется в России. Как говорил Осипов, российский прозаик, в России за два дня может поменяться все, за 200 лет - ничего. Надо сказать, что Сережа Невский очень тонко и точно из текста выбрал то, что для меня важно и что мне дорого.

Сцена из оперной постановки

- "Борис Годунов" Пушкина заканчивается словами "Народ безмолвствует". Финал оперы Мусоргского - это безумие Бориса. А чем заканчивается новый "Борис"?

- Безумием всеобщим! Когда читаешь сегодня высказвания некоторых политиков российских, складывается впечатление наличия эпидемии, такого тотального безумия. Это не безумие одиночки зарвавшегося, а безумие огромной массы людей. Когда читаешь о планах относительно церкви в России или о том, как относятся к гомосексуалам, к людям, которые хотят жить иначе и живут иначе... Становится страшно, когда понимаешь, что вся наша образованность, начитанность исчезла. Одна моя подруга-журналистка жила некоторое время в ДНР. Когда она рассказывает, что ей довелось там увидеть, становится страшно. Как моментально с человека слезает культурный слой... Там, в ДНР, людей по подвалам пытали, прежде чем убить. Это же 16-й век какой-то!

- Говоря о правителях сегодняшних, как вы думаете, что сейчас на уме у Путина?

- Мне кажется, Путин, как и Лукашенко, - уже заложник самого себя, каких-то своих идей. Ведь "соскочить" просто так не получится. Диктаторские режимы жестоки и по отношению к самим этим диктаторам. У них нет человеческой жизни! Мне, помню, хотелось понять, кто же такой был Ленин. И я читала воспоминания о Ленине разных людей, томик какой-то мне в руки попался. Как-то ночевал он у рабочего, и этот рабочий ночью проснулся, когда услышал, что по комнате, где ночевал Ленин, кто-то ходит. Рабочий пошел туда и увидел Ленина, который лазил по книжным полкам. Ленин обернулся и сказал: "А я ведь всего этого не прочел!" Такое человеческое сожаление, что, мол, жизнь прошла мимо него. Он же стал заложником своих параноических идей.

- Наверное, культурный слой слезает и с диктаторов. Ленин жалел о непрочитанных книгах, а о чем, как вы думаете, будут жалеть Путин и Лукашенко?

- Они будут жалеть о том, что монархии нет, что они не способны передать власть по наследству. А им бы этого очень хотелось, поскольку они устали играть уже даже в эту примитивную демократию, в которую никто уже не верит, конечно, но приходится соблюдать правила игры. Конечно, по-человечески жаль людей, которые как бы прожили не свою жизнь. Это самое главное, о чем люди будут жалеть из-под крышки гроба, - о том, что прожили не свою жизнь. Ну, деньги. Ну, миллиарды, квартиры, дворцы... Но это же не делает нас счастливее и радостнее! Мужчины вечно меряются своими достоинствами. Но когда люди уже находятся на большой высоте, они лучше понимают цену всему этому. Они понимают, что друзей нет, а из настоящего - только враги.

- Миром продолжают править путины, лукашенки и трампы. Как быть молодым людям? За кем будущее?

- Человечество меняется. Я недавно была в Лондоне, познакомилась там с молодыми людьми - экоактивистами. Так вот один молодой человек готов защищать права пингвинов, но не готов защищать права человека! Он каждый год куда-то ездит бороться за права каких-то птиц! Эти люди живут уже не на Земле, а в Космосе. Человечество перемещается из плоскости истории в Космос. Меня не покидает ощущение другого времени, другого поколения, другой эстетики. То, что для нас имело какое-то значение, для них уже не так важно. Для них важнее глобальный мир и глобальные проблемы. Поколение, выросшее, читая "Гарри Поттера", иначе понимает вопросы добра и зла. Будущее - за поколением Греты, за их идеями, страхами, привязанностями.

- В вашем творчестве очень важна тема Второй мировой войны. Сейчас в мире развернулась буквально "война за победу." Кто победители? Кто освободители? Кто оккупанты? Кто жертвы? Есть ли шанс прийти к общему знаменателю?

- Вот то и дело появляется информация, что "Алешу" то краской обольют, то еще что-нибудь сделают с памятником советским воинам. А ведь просто хочется встать на колени перед этим парнем, рязанским или белорусским, который, несмотря ни на что, воевав бог знает где и оставив дома свою любимую маму одну, разгромил фашизм... Не о том спорят наши политические мужья! Фашизм победили. Но почему не говорят о том, что в том, что фашизм стал возможен, виноват Сталин, его политика по отношению к Коминтерну, к левым западным интеллектуалам, которые поверили в альтернативный путь развития цивилизации. Была такая наивная вера в то время... И всю эту веру Сталин разгромил. Мой отец вступил в коммунистическую партию под Сталинградом. Так вот он всегда говорил, что идея была прекрасная, но Сталин ее предал. Я какое-то время жила в Швеции, в Париже, я видела, что такое социализм. Это совсем не то, что у нас считалось и называлось социализмом. Социализм в СССР - это какая-то казарма, облитая кровью. Но социализм - это что-то совсем иное.

Мы не знаем, мы не поняли до конца, что же такое было с нашими народами. И правду не дали сказать до сих пор. И архивы закрыты. Правда о войне закрыта. А для меня - правда одна: стоять на коленях перед этим "Алешей". Другой правдой мы не владеем. Это же сталинские идеи были - освободить Европу и остаться там. Если б он ушел из Европы, это был бы совсем другой "Алеша"... Это тема для глубокого серьезного разговора. Пока не придет действительно новое, свободное поколение, мы не узнаем и не поймем, что с нами было. Но откуда этому поколению взяться? В Украине был ведь первый "майдан", и у этих людей родилось новое поколение людей, способных на второй "майдан", на третий "майдан". В Украине вообще богатые демократические традиции, вспомнить хотя бы Запорожскую Сечь. В Беларуси этого нет, там такое молчаливое претерпевание. А в России сразу включается "сталинская машина": механизм страха заставляет убежденно вставать на сторону сильных.

Смотрите также: