Дмитрий Губин Блогер, журналист, теле- и радиоведущий, писатель

Недавнее предложение крупного молекулярного генетика, академика Георгия Георгиева ограничить «свободную эмиграцию молодых ученых» на меня произвело (и продолжает производить) сильное впечатление. В деградирующей среде и в деградирующей стране обычно именно такие идеи нравятся начальству, мечтающему не только закручивать гайки, но и намертво приваривать болты.

Вообще-то родившийся в год поджога Рейхстага и вскрытия заговора «вредителей на советских электростанциях» академик публично изложил план подъема отечественной науки в целых пяти пунктах. Однако четыре из них — «Обуздать формализм», «Не скупиться на науку», «Требуется стабильность», «Обеспечить жильем» — могли быть зачитаны на любом партактиве еще при Брежневе без замены стилистики, и на этот маргариновый торт никто внимания не обратил.

А вот на «вишенку» — предложение превратить на 15 лет молодых представителей востребованных наук в крепостных государства российского, пока они не отработают средства, потраченные из бюджета в их обучение, — обратили внимание все. Не каждый академик рискнет пропеть осанну государственной крепи, настаивая, что у любого ученого есть долг, который надлежит вернуть, не выезжая без разрешения дирекции института даже на международные научные конференции.

8126 Отпор оттоку — в барак и на цепь?

И хотя мне не вполне удобно заниматься публичной экзекуцией человека, перешагнувшего границу старости, я утешаю себя тем, что смысл публичного наказания — не унижение наказуемого, а привлечение общественного внимания к сути и последствиям проступка.

А они таковы.

Первое. Я убежден, что у талантливого человека есть только одно обязательство — перед собственным мозгом. Семья, любовь, друзья, нация — это все кредиторы второй и третьей очередей, а государство и вовсе кредитор фальшивый. Чем более ты одарен, тем больше у тебя обязательств перед твоим даром, даже если для его реализации придется отказаться от своей страны, окружения, радостей жизни, соблюдения установленных правил и приличий. Эйнштейнами в деревнях не становятся, хотя и рождаются.

Второе. Говорить, что «государство оплачивает» учебу в университете, — невыносимая и глупость, и пошлость, и гадость, на которой вообще основан госпатриотизм (это когда госаппарат присваивает себе страну и требует признать себя Родиной). Государство ничего оплачивать не может по той простой причине, что оно деньги не зарабатывает. Деньги зарабатывают люди. Государство же — просто структура, типа правления ТСЖ, которая в интересах людей заработанное перераспределяет (и я бы посмотрел, как академику Георгиеву правление ТСЖ закрыло выход из дома).

11649 Из России уезжает будущее?

В интересах людей — чтобы умные мальчики и девочки получали высшее образование. То есть это мы, в том числе я и академик Георгиев, оплачиваем образование таких детей — через налоги. И, если так хочется, пусть Георгиев говорит о возвращении долга лично ему. А я говорить от моего имени права не давал. Мне многие помогали, когда я был бедным студентом. И никто с меня потом денег не требовал. Не требую и я: мне кажется, это стыдно.

Третье. Риск, что варварская идея, освященная громким именем, будет в сегодняшней России внедрена, довольно высок. Однако это отток умов не остановит. Не только потому, что молодой ученый обязан найти лаз или лазейку и оказаться там, где он востребован. А потому, что эмигрировать начнут абитуриенты, выпускники школ. Я уже сегодня на месте родителей одаренных детей реально бы об этом задумался.

Это в России сокращаются бюджетные места в университетах, а платные растут вместе с ценником. Когда я преподавал в ВШЭ, то должен был не пить и не есть в течение 8 лет, чтобы оплатить годовую учебу у себя самого. Но вот в Германии и во Франции высшее образование (об этом Георгиев как-то умалчивает) бесплатно для всех, включая иностранцев. В Финляндии для иностранцев на английском языке образование платное, но на финском — бесплатное. И даже в англосаксонском мире, где образование традиционно дорого, есть тьма стипендий для талантов из бедных стран. Если идеи Георгиева реализуются, талантам придется уезжать из России в 16-17-18 лет. Однако, повторяю, их это не должно останавливать.

17262 Вернись, студент

Четвертое. Сегодняшняя утечка мозгов на руку российскому обывателю, как бы странно это ни звучало. России сейчас нужны не мозги, а бесконечная стабильность, то есть дрема в болоте под напевы о величии — ну и нефть, чтобы на нефтедоллары купить передовые идеи и продукты. Зворыкин в России помрет, не создав телевизор, Сикорский — не создав вертолет, Брин — не придумав Google. Хорошая иллюстрация к тому, что в России происходит с мозгами, — судьба Павла Дурова и сети «ВКонтакте», превратившейся после Дурова в источник по сливу персональных данных силовикам.

Так что если русский патриот хочет пользоваться смартфонами, мессенджерами, новейшими поколениями связи, умными домами, вообще всеми благами цифровой цивилизации — надо дать возможность их создателям жить там, где они могут все это создать. А не привязывать их к государству, которое умеет лишь запрещать и не пущать.

Дмитрий Губин