В очередном выпуске рубрики «Книги, деньги, восемь битов» Владимир Харитонов анализирует итоги 2017 года по версии «Книжной палаты» и версии холдинга «ЭКСМО-АСТ». Он объясняет, почему не стоит радоваться оптимистичным выводам и что на самом деле должно внушать оптимизм.

Российская книжная палата наконец-то выложила обобщенную статистику по книгам, которые поступили к ней от издателей в 2017 году. А неделей раньше — не столько в качестве спойлера, сколько в качестве «ну, а кто тут еще будет вам про книги рассказывать?» — об итогах прошлого года рассказали топ-менеджеры холдинга «ЭКСМО-АСТ». И из статистики, и из пресс-конференции крупнейшего российского розничного издательства следовало одно — рост, оптимизм, жить будет лучше и даже веселее. И, вы знаете, всё а самом деле так и есть — и рост, и оптимизм. Только не у всех. Но — по порядку.

Заявленные тиражи изданных в прошлом году в России книг (напомню, что статистики продаж книг в России не велось, не ведется и в ближайшей перспективе вестись не будет; а вот статистика выпуска — есть, и мы ее тут и обсудим) выросли, причем заметно, — сразу на 25 млн экземпляров (то есть на 6%), так что валовой тираж составил 471 млн книг, превысив показатели не только позапрошлого, 2016-го, но и 2015 года:

То есть число выпущенных в России книг увеличилось примерно на 5%. Пора радоваться? Конечно! Начинаем!

Чемпион по росту тиражей — издательство «Просвещение», которое выпустило почти на 40 млн экземпляров книг больше, чем в позапрошлом году (на 65%). Хорошо выросли тиражи и у издательств ЭКСМО — на 21 млн экземпляров (или 22%). Совокупный прирост выпуска двух монстров российского рынка, таким образом, составил 61 млн. Сравните: 61 млн у двух крупнейших издательств и 25 млн — у всей индустрии. Получается, что успехов одного только «Просвещения», умудрившегося напечатать целую прорву старых учебников (см. об этом подробнее в нашем итоговом материале за 2017 год), было бы достаточно, чтобы прочие издательства почувствовали себя хуже — рост тиражей учебников почти в два раза больше всего прироста тиражей. Но есть ведь еще и ЭКСМО! Если взять издательства первой десятки, то немного увеличить тиражи удалось только «Эгмонту» и «Фламинго». «Азбука-Аттикус» и «Экзамен» от общего роста индустрии только потеряли. Не говоря уже об издательствах поменьше, которые не попадают в топ-10. Смысла в «топе», правда, большого уже нет, поскольку издательства ЭКСМО выпускают 25% всех тиражей в стране, а «Просвещение» — 21%, то есть вместе они печатают примерно половину всех книг в стране.

А вот роста книжного ассортимента в России почти нет. В 2017 году в России выпущено 117 359 книг, что всего на 283 книг больше, чем в 2016-м. Примерно на этом уровне — 112–121 тысяч книг — совокупный ассортимент российских издателей держится уже шесть лет. Правда, опять же, не у всех: и без того немаленький каталог издательств ЭКСМО увеличился на 2662 книги, или на 15%. И теперь его ассортимент — это 17% всего ассортимента издательств России. Издательство «Просвещение» печатает книг существенно меньше — 3% от всероссийского каталога. Но вместе книги обоих «монстров рынка» занимают пятую часть «общей книжной полки».

Кто там на третьем или, прости господи, десятом месте? Да имеет это хоть какое-то значение? Что, думаю, имеет значение, так это то, какие данные в статистику книжной палаты «не попадают». А туда не попадают данные о публикации книг авторов, которые предпочитают не связываться с обычными издателями или с которыми не хотят иметь дело сами издатели. У книг, которые такие «самоиздающиеся» авторы публикуют и которые продаются или в магазинах электронных книг, или даже в печатном виде (по принципу «печать по запросу») при помощи сервисов типа Rideró, есть все признаки обычного издания — тот же ISBN, например. Официальная статистика их, однако, практически не учитывает, потому как электронные книги закон об обязательном экземпляре в упор не видит вообще, а издания, напечатанные по запросу — в частности. Не исключено, что принципы учета изменятся (Книжная палата, во всяком случае, очень старается это сделать, за что спасибо ей большое!), но пока из 14695 книг, опубликованных в том же Rideró в 2017 году, в статистику попали только 684 книги. А жаль, поскольку 14,7 тыс. книг — это больше ассортимента ЭКСМО или АСТ и немногим меньше совокупного каталога ЭКСМО и АСТ. Тиражи у самиздата, пока и за редким исключением, не идут ни в какое сравнение с тиражами традиционных издательств: средний (печатный + электронный) тираж книги в Rideró — 20 экземпляров, а у обычного издательства — 4017 экз. в 2017 году. Что, кстати, больше, чем в позапрошлом году, но всё еще заметно меньше средних тиражей прошлых лет:

С другой стороны, маленькие, если не сказать мизерные, тиражи уже давно представляют большую, если не бóльшую, часть всего ассортимента. Тиражи меньше 500 экземпляров за прошедшее десятилетие занимают уже не треть, а почти половину всего ассортимента. Доля привычных средних тиражей практически восстановилась до докризисных 30% (и, без сарказма, это, наверное, единственная обнадеживающая новость от всей этой статистики), но в два раза сократилась доля приличных тиражей (5–10 тыс. экз.), а доля бестселлеров — книг, печатающихся тиражом более 10 тыс. экз., — сократилась в три раза. В России стало очень мало бестселлеров, зато много разных книг для очень маленьких аудиторий.

Вроде бы — хороший шанс для небольших издательств, которые лучше знают своих не слишком многочисленных читателей. Вот только расти им некуда, потому что, с одной стороны, их сдерживает ограниченная книжная полка в магазинах, количество которых по стране так и не вернулось к уровню даже 2011 года. А с другой стороны, есть группа ЭКСМО, которая, во-первых, контролирует единственную в стране федеральную сеть книжных магазинов, и во-вторых, внимательно высматривает, кто из издателей интересно шевелится. Достаточно интересно, чтобы такому издателю можно было сделать предложение, от которого ему будет сложно отказаться. Сами понимает — инвестиции, рост, лучшая дистрибуция… Но ведь и ЭКСМО деваться некуда: поскольку бестселлеры вместе с их читателями уходят, а остаются только небольшие аудитории с разнородными и специфическими потребностями, то, помимо стимулирования спроса на бестселлеры, единственная разумная стратегия выживания — научиться издавать книги для таких читателей. Или поглотить того, кто это уже умеет.

В общем, в российской книжной индустрии всё замечательно — есть место для оптимизма и для роста. И это место мы тоже знаем.