Житель Севского района Брянской области, попавший в переоборудованный недавно под коронавирусную клинику образцово-показательный госпиталь ветеранов войн, рассказал «Брянскому ворчуну» от лица себя и других пациентов, коллег по несчастью, как там на самом деле обстоят дела.

Севский район – Навля — Брянск

Молодой человек Петр Бобраков из приграничного Севского района, назовем его так, почувствовал себя неважно еще на прошлой неделе. На «Скорой» его отвезли в Центральную районную больницу соседнего Навлинского района для проведения компьютерной томографии (КТ) легких: оптимизация региональной медицины привела к тому, что лечебные учреждения «укрупнили», и некоторые из них стали по одному на несколько муниципальных районов сразу.

КТ показало воспаление легкого. Петра отпустили домой, назначив лечение. Но вечером во вторник, 21 апреля, к дому Бобраковых снова подъехала «неотложка». В этот раз ее никто не вызывал.

— Фельдшер сказал: «Подписывайте отказ на госпитализацию или пусть Петя собирается в больницу», – рассказала в пятницу, 24 апреля, мама парня Елизавета Сергеевна главному редактору «Брянского ворчуна» Александру Чернову, начав свой монолог со слова: «Помогите нам! На вас единственная надежда!». – Фельдшер сказал, что сына отправят на обследование в Навлинскую больницу: есть подозрение на наличие в его организме коронавируса. Мы не стали рисковать и отказ на госпитализацию не подписали.

На машине путь от Севского района до Навли занимает час или чуть больше времени. Но ни через два часа, ни через три от Пети не прилетело весточки. Перезвонил он только в девять вечера, коротко сказав, что находится в Брянске: «Все, мам, давай – остальное потом». Подробности пообещал рассказать попозже.

Снова сын и родители созвонились только в 11 вечера: оказалось, что молодой человек находится в госпитале для ветеранов войн в Советском районе областного центра. Для его мамы это стало полной неожиданностью. Все-таки Брянск на своем месте. Но это было, как вскоре оказалось, не самое страшное.

«Нами никто не занимается!»

Вначале Петра положили одного в большую палату – на верхнем этаже госпиталя, и он даже обрадовался поначалу. «Но за ночь привезли еще пятерых, и все непонятно с какими диагнозами, но с подозрениями на коронавирус», — рассказал «Брянскому ворчуну» парень. Причем подозрения с тех пор строятся на какой-то умозрительной основе, говорит Петр: «Анализы на COVID-19 ни у кого из нас… до сих пор не брали! Совершенно непонятно, что мы тут делаем все. Лечения мы почти не получаем, мне дают по одной какой-то таблетке, кажется, от кашля».

Другие пациенты, по словам Петра, и вовсе получили пустые конвертики, в которые кладут лекарства: «Нами никто не занимается. Штурмовали сегодня сестринский пост, просили сказать, когда нас начнут лечить или пусть выпустят отсюда. Но все молчат или разводят руками».

Только около полудня (с момента госпитализации прошла почти неделя, напомним!) в палату, где лежит Петр и другие, пришел кто-то из докторов. Задумчиво посмотрев в принесенные с собой бумаги, они сказал, что те, кто их лечил предыдущие 2 дня, они все якобы напутали. Но он скоро приступит к обходу. Правда, с оформлением всех документов предстоит много волокиты.

«Наконец, одумались, что тут вообще люди есть», – замечает Петр. И добавляет: «Людей привозят и привозят – все этажи уже забиты. Больными их назвать нельзя, скорее всего, все с подозрениями. Но лежим фактически вместе – неизвестно, кто кого заразит, если что».

При этом «лечение» молодому человеку, согласно сфотографированному им «назначению» на экране компьютера, действительно назначили еще 22 апреля. Там куча лекарств: антибиотики, противовирусные и другое, на что выделяются бешеные бюджетные деньги. Но где это все, Петр не понимает.

«Очень есть хочется»

Примерно в то же самое время, в половине двенадцатого пятницы, пациентов верхнего этажа коронавирусного госпиталя… впервые за день покормили. Завтраком. Давали гречку вареную с маслом и чай с булкой. В одноразовой пластиковой посуде. Накануне поздно вечером им дали пшенки немного и компот. В обед был жидкий борщ. На завтрак странная кашка…

А до того пациентов, говорит Петр, и вовсе «забыли» покормить. Спасла сердобольная медсестра, которая метнулась на кухню и по-быстрому сварила геркулесовой каши. У Петра гастрит — ему такой рацион смерти подобен: «Жидкого почти не дают, боюсь наступления обострений. Но кому тут предъявлять претензии, совершенно непонятно».

В семь вечера пятницы в палате впервые за день появилась медсестра. Но на закономерные вопросы Петра и других пациентов ответить не смогла. Пояснила, что «с какого-то другого района и вообще ничего не знает, что тут и как».

Еще позже в палату пришел доктор. Мужики облегченно выдохнули. Но зря. Доктор оказался врачом-массажистом. «Он сказал, что в этот госпиталь всех нас везут, потому что если у кого выявят «корону», то у медперсонала будут хорошие премии. И у того, кто направил нас сюда вроде бы тоже», — передает слова доктора Петр, не будучи уверенным, что это правда. Поверить, что это может правдой, по крайней мере, трудно. Но по нашей жизни…

Нет в палатах на этаже и часто необходимого при лечении коронавируса кислорода. Есть он только в палате Петра. Повезло. И не повезло одновременно: всех, кому нужно «дышать», подтягивают к нему в палату. Маска же одна – на всех: «Сказали смазывать ее спиртом, и ничего, мол, не будет».

Не знаю врачи, замечает Петр, и как каждого из них зовут – такое ощущение, что согнали сюда их из разных медучреждений. От всего этого бардака ему хочется все больше отключиться и просто немного подремать. Но и это проблематично: «Матрас положили прямо на металлические прутья – невозможно спать. Она твердая постель получается».

Что-то пошло не так

Журналист «Брянского ворчуна» попытался взять комментарий у бывшего теперь уже начальника Брянского областного госпиталя ветеранов войн 63-летнего Сергея Олейника. Его, две недели назад, напомним, перевели в «замы до особого распоряжения» за то, что провалил, по версии властей, подготовку своего лечебно-профилактического учреждения к приему больных с коронавирусом или подозрением на него.

Тогда Сергей Алексеевич сообщил нам, что как раз проводит совещание по перепрофилированию госпиталя: «Это сейчас самая главная задача…». Но сегодня едва Сергей Алексеевич услышал голос нашего корреспондента, хотевшего узнать, что «пошло не так», заслуженный доктор сразу бросил трубку.

— Короче ад полный! – заключает раздосадованный Петр, опасающийся за свое здоровье: раньше у него было воспаление легкого, а что дальше будет, он даже думать страшится. – Непонятно, зачем нас сюда всех свезли и что здесь хотят с нами сделать…

Редакция «Брянского ворчуна» будет рада узнать мнение брянских властей по описанной ситуации. Ведь если руководство региона чуть ли ни ежедневно рапортует, что Брянщина подготовлена лучше к пандемии, чем другие субъекты России, то непонятно, как все это могло получиться.

Фото: «Брянский ворчун», пресс-служба губернатора и правительства Брянской области, ГАУЗ «БОГВВ»

ЦИТАТА

Александр Богомаз, губернатор Брянской области (16 февраля 2015 года во время посещения госпиталя):

«Госпиталь для ветеранов мы должны всегда содержать в порядке, а не вспоминать о нем только перед праздниками и юбилеями. Это лечебное учреждение должно быть на особом счету».