«Мы это дело доведем до конца» «В Домодедово разбирались с тем, кто является собственником аэропорта? Всем вроде известно, кто собственник, в то же время начинают проверять, а собственник спрятан за структурой бенефициарных владений. А это крупнейший транспортный узел, где садится огромное количество самолетов, не говоря уже о том, что там происходило» Президент Дмитрий Медведев, 21 февраля 2011 года «Вопрос прозрачности структуры собственности аэропортов <...> является особенно важным. Необходимо, чтобы все участники проектов находились в российской юрисдикции и с известными бенефициарами. Это важно для того, чтобы четко понимать, кто, за чей счет, в каком объеме будет финансировать развитие аэропортовой инфраструктуры и за что отвечает в конечном итоге». Президент Владимир Путин, 3 июля 2013 года «Собственники [аэропорта Домодедово] пять лет уходили от ответственности, причем не уголовной, а материальной. Мы сказали: «Не хотите материально возмещать, будете нести уголовную ответственность как собственники и как менеджеры». Мы это дело доведем до конца». Глава СКР Александр Бастрыкин, 24 июля 2015 года

По этому делу полторы недели назад были задержаны трое бывших-сотрудников аэропорта Домодедово: бывший директор аэропортового комплекса Вячеслав Некрасов, бывший руководитель российского представительства компании Airport Management ltd (офшорная компания, владеющая активами Домодедово) Светлана Тришина и бывший гендиректор ЗАО «Домодедово эрпорт​ авиэйшн секьюрити», отвечавшего за безопасность в аэропорту, Андрей Данилов. 9 февраля Басманный суд столицы поместил их в СИЗО.

Дело о теракте

Первое уголовное дело о неисполнении требований транспортной безопасности в Домодедово было возбуждено сразу после теракта в январе 2011 года. Подозреваемыми стали как сотрудники аэропорта, так и полицейские, ответственные за контроль у рамок металлоискателей. Однако в апреле 2012 года дело было закрыто: следствие пришло к выводу, что на момент теракта государство не утвердило систему мер безопасности в аэропортах, соответствующие нормативные акты отсутствовали (например, не требовалось полного досмотра входящих в здание терминала).

Дмитрий Каменщик и государство Приватизация Домодедово Дмитрий Каменщик пришел в авиационный бизнес в начале 1990-х годов, создав грузовую авиакомпанию «Ист-лайн», которая базировалась в Домодедово и арендовала авиапарк Домодедовского производственного объединения гражданской авиации. К середине 1990-х «Ист-лайн» была крупнейшей российской грузовой авиакомпанией, говорил Каменщик в интервью Forbes осенью 2015 года. В 1996 году правительство приняло постановление о приватизации Домодедово. В 1997 году государство передало здание аэропорта ОАО «Домодедово-2» в обмен на 48,65% акций нового юрлица. Контролирующим (50,66%) акционером «Домодедово-2» стала структура «Ист-лайна» Hacienda Investments ltd. После нескольких допэмиссий доля государства была размыта почти до нуля. В 1998 году еще одна структура «Ист-лайна» — ЗАО «Международный аэропорт Домодедово» — взяла у ГУП «Администрация аэропорта Домодедово» в аренду на 75 лет аэродромный комплекс Домодедово, не подлежащий приватизации. Балансовая стоимость переданного имущества составляла 750 млн руб., ставка аренды — 3 млн руб. в год. Обыски ФСБ Первые серьезные проблемы с правоохранительными органами у структур Каменщика начались в 2000 году. Тогда по подозрению в контрабанде грузов из Китая ФСБ провела обыски и выемки в офисе авиакомпании «Ист-лайн», а затем остановила полеты всех самолетов авиакомпании. Впоследствии дело ничем не закончилось, но спустя год, в 2001 году, газета «Коммерсантъ» писала, что «авиакомпания от удара окончательно не оправилась, переместилась по грузопотоку со второго на шестое место и сконцентрировалась на пассажирских перевозках». Борьба за аэродром В 2003 году ГУП «Администрация аэропорта Домодедово», а затем Росимущество оспорили в суде заключенный в 1998 году договор аренды аэродромного комплекса ЗАО «Международный аэропорт Домодедово». В феврале 2005 года Федеральный арбитражный суд Московского округа поддержал претензии Росимущества. В 2006 году стороны заключили мировое соглашение, по которому стоимость аренды аэродрома выросла более чем в 30 раз, до 92 млн руб. Борьба за аэровокзал В 2005 году Росимущество оспорило передачу пассажирского терминала Домодедово частной «Домодедово-2», хотя старый терминал к тому моменту уже давно был разрушен, а на его месте построен новый. Ведомство добилось успеха в судах первых инстанций, и осенью 2006 года дело дошло до президиума Высшего арбитражного суда, который предложил сторонам договориться о компенсации со стороны «Ист-лайна» и заключить мировое соглашение. Но договориться о сумме компенсации не удалось, и в июне 2007 года ВАС прекратил производство по делу, отменив решения всех нижестоящих судов.

Летом 2015 года СКР объявил о возбуждении нового уголовного дела в отношении двух бывших и одного действующего топ-менеджера аэропорта. Фигурантами стали Андрей Данилов, ответственный за авиационную безопасность (в 2011 году возглавлял ЗАО «Домодедово эрпорт авиэйшн секьюрити»), управляющий директор аэропортового комплекса Домодедово Вячеслав Некрасов, глава российского представительства зарегистрированной на острове Мэн Airport Management Company Ltd (в 2011 году — управляющая компания всего аэропорта) Светлана Тришина, а также «неустановленные лица из числа фактических владельцев предприятий аэропортового комплекса Домодедово». В июле прошлого года глава СК Александр Бастрыкин заявил, что владельцы Домодедово установлены. «Они пять лет уходили от ответственности, причем не уголовной, а материальной, никуда не скрывались, были в Москве», — добавил Бастрыкин. В феврале 2016 года Некрасов, Данилов и Тришина были арестованы.

Суть обвинения по новому делу сводится к следующему. С 2007 года в Домодедово действовал регламент, предполагающий досмотр на входе с применением рамок и при необходимости ручных металлоискателей. Однако возле рамок скапливались очереди, при растущем пассажиропотоке стала очевидна необходимость дополнительных входов, что требовало финансовых вложений. Но руководство аэропорта вместо этого якобы утвердило в 2010 году новый регламент, уже не требующий тотального контроля. В результате, подчеркивает Маркин, через рамки металлоискателя проходили не более 2% прибывших в аэропорт людей. Как показала проведенная СКР экспертиза, если бы Магомед Евлоев, совершивший этот теракт, прошел через рамки, то металлоискатель обнаружил бы скрытое под одеждой взрывное устройство.

На пресс-конференции накануне задержания Дмитрий Каменщик показал целую презентацию, опровергающую доводы следствия. Прежде всего он заявил, что регламент 2010 года фактически не отличался от документа 2007 года — ни тот, ни другой не требовали тотального досмотра прибывших в аэропорт.

Согласно представленным видеозаписям с камер наблюдения сотрудник авиационной безопасности работал с интроскопом, в то время как сотрудник полиции визуально осматривал входящих. Подозрительным лицам он мог предложить пройти через рамки. Зашедший в здание аэровокзала в районе 16 часов 24 января 2011 года Евлоев не привлек внимание полицейского.

Впоследствии правила безопасности в аэропортах сильно ужесточились. Через два дня после трагедии, 26 января, появился приказ Минтранса, требующий тотального контроля пассажиров, прибывших в аэропорт. «Транспортная безопасность аэропорта соответствует и соответствовала нормам действующего закона», — сказал в среду владелец Домодедово.

«Не считаю, что у меня конфликт с государством» «Почему мы считаем нужным не разглашать информацию о конечных собственниках? Во-первых, жизнь корпорации несколько стабильнее в ситуации, когда конечные собственники не раскрыты. Физическое лицо или физические лица могут быть объектами атаки. Рейдерской атаки. Если они неизвестны или неизвестны достоверно, то, следовательно, объект для атаки исчезает» Forbes, 20 июля 2011 года «Первоначально аэропорт обвинили в нарушении нормативного акта, который появился через несколько месяцев после теракта [2011 года]. Следственному комитету понадобилось провести 196 экспертиз, 35 выемок и десять обысков, опросить 300 свидетелей, чтобы установить этот факт — самого нормативного акта, который мы нарушили, на момент нарушения не существовало» «Ведомости», 20 октября 2014 года «Генпрокурор дал поручение своему заместителю, и он нас с Валерием Михайловичем [Коганом, председателем наблюдательного совета Домодедово] приглашал к себе на беседу. Предложил назвать собственников. Мы отвечали: «Хорошо, мы скажем, но у нас есть просьба: укажите, пожалуйста, законные основания, на которых мы должны раскрыть структуру собственности?» Он заметил, что закона нет, но имеется поручение президента. Дискуссия не задалась: нам представлялось, что справедливым является подход, основанный на законе, а не на требовании к отдельно взятому аэропорту» «Ведомости», 20 октября 2014 года «Я не считаю, что у меня есть конфликт с государством. И не собираюсь из-за сложившейся ситуации пересматривать планы развития аэропорта. Предложений продать Домодедово мне также не поступало» Пресс-конференция, 17 февраля 2016 года

Кто защитит Каменщика

С адвокатами Каменщика РБК в четверг вечером связаться не удалось. Адвокат Вячеслава Некрасова Денис Дадонов сказал РБК, что с его доверителем после ареста пока не проводилось никаких следственных действий, в том числе и допросов. Неделю назад, 12 февраля, адвокаты всех трех обвиняемых провели пресс-конференцию, на которой заявили, что их доверители не признают вину. Они настаивали, что стопроцентного досмотра всех пассажиров никогда не было в аэропорту, а введение новой инструкции было согласовано с органами полиции.

Адвокат Руслан Коблев, который защищал одного из уволенных после теракта сотрудников МВД и добивался прекращения дела, считает, что новые задержания выглядят абсурдными. «Квалификация надуманная, мне кажется, что спустя пять лет вменение владельцу аэропорта такого экзотического состава больше смахивает на вмешательство в бизнес», — считает Коблев. Он добавил, что расследование дела было прекращено, из-за того что адвокатам удалось доказать, что ответственность за террористическую безопасность несут другие структуры, но никак не работники аэропорта и «даже не сотрудники МВД». «На тот момент на законодательном уровне не было никаких нормативов по безопасности на транспортных узлах, не было регламентировано, как она должна осуществляться. А были только декларативные нормы», — поясняет Коблев.

Адвокат Игорь Трунов, представляющий интересы потерпевшей от теракта 2011 года, напротив, назвал задержание Каменщика «нормальной ситуацией», о которой «было известно давно». «Предупреждение о том, что будут жесткие меры в отношении владельцев аэропорта, прозвучало из уст председателя Следственного комитета [Александра Бастрыкина]. Правда, форма подачи была немного неправовая: рассчитайтесь с потерпевшими — и уголовного преследования в отношении вас не будет. Речь шла об очень небольших деньгах, но владельцы отказались помогать и сказали, что они ни при чем», — сказал РБК Трунов. Его клиент Елена Криволуцкая пыталась добиться от Домодедово компенсации размером в 15 млн руб., но Пресненский суд Москвы отказал ей в иске, после чего Криволуцкая обратилась в ЕСПЧ.

В ноябре 2015 года глава СКР Александр Бастрыкин заявлял: «Мы им [собственникам Домодедово] сейчас говорим: не надо, чтобы вы садились в тюрьму, это лишняя нагрузка на бюджет. Заплатите людям деньги, как это принято в США, которые многие восхваляют. Сколько в США стоит жизнь главы семьи, пострадавшего в авиакатастрофе, — $5 млн» (цитата по «Интерфаксу»).

Бизнес-омбудсмен Борис Титов в четверг не ответил на звонки РБК. Представитель аппарата Титова не стал комментировать вопрос, будет ли бизнес-омбудсмен выступать в защиту задержанного предпринимателя. «Мы пока воздерживаемся от комментариев до решения суда [о мере пресечения]», — сказал он. Глава РСПП Александр Шохин, который после ареста главы совета директоров АФК «Система» Владимира Евтушенкова по поручению бюро правления РСПП лично поручался за него с просьбой изменить меру пресечения, сказал РБК, что в случае с Каменщиком не будет это делать. Само задержание он комментировать не стал, сославшись на то, что дело не связано с экономическими преступлениями, а значит, не относится к «компетенции защиты прав предпринимателей». По той же причине РСПП не будет вмешиваться в это дело и действовать так же, как в случае с Евтушенковым, уточнил Шохин. Членом РСПП Дмитрий Каменщик не является.

Владелец Домодедово Дмитрий Каменщик занимает 27-ю строчку в рейтинге миллиардеров Forbes-2015 с состоянием $3,8 млрд. Основной его актив — группа DME, владеющая аэропортом Домодедово и проектом «Аэротрополис».

Домодедово — второй по трафику аэропорт России, в 2015 году пассажиропоток составил 30,5 млн человек (у лидера, Шереметьево, 31,6 млн). Ранее Домодедово занимал первую строчку, но в прошлом году поток снизился после прекращения полетов «Трансаэро». По данным Forbes, выручка аэропорта в 2014 году составила 41,2 млрд руб., при этом EBITDA, по словам Каменщика, равнялась 16,8 млрд руб. (рентабельность по EBITDA — 41%), что делало Домодедово одним из самых высокодоходных аэропортов России.

Что будет с аэропортом

Вечером в четверг после задержания Каменщика Домодедово распространил заявление, в котором задержание Дмитрия Каменщика названо необоснованным со ссылкой на опубликованную ранее «правовую позицию» аэропорта. При этом в аэропорту подчеркнули, что Домодедово продолжает свою работу в штатном режиме.

Попросивший об анонимности федеральный чиновник не исключает, что итогом истории может стать смена акционеров Домодедово. Официально Каменщик считается единственным собственником аэропорта: в 2011 году во время подготовки к IPO на Лондонской фондовой бирже (размещение не состоялось) Домодедово объявил, что он единственный бенефициар кипрской DME ltd, контролирующей большинство операционных компаний аэропорта. В 2013 году Каменщик был назван единственным собственником DME ltd в проспекте еврооблигаций аэропорта. Тем не менее на рынке считается, что у Каменщика есть партнер — председатель наблюдательного совета аэропорта Валерий Коган.

После окончания в 2007 году тяжбы Каменщика с Росимуществом (подробнее см. справку) о возможной смене собственников Домодедово на рынке впервые заговорили в 2010 году, когда государство начало рассматривать идею объединения трех аэропортов Московского авиаузла — государственного Шереметьево, частично государственного Внуково и частного Домодедово — под единым управлением. Идеологом проекта был первый вице-премьер Игорь Шувалов. В 2014 году Каменщик рассказывал в интервью «Ведомостям», что на совещании у Владимира Путина, посвященном единому авиаузлу, получил заверения президента в том, что «судьбу частного аэропорта Домодедово должны решать его акционеры».

От идеи объединения всех трех аэропортов в результате пришлось отказаться, и государство пошло по другому пути: активы в аэропортах с госдолей были консолидированы, и контрольные пакеты акций Шереметьево и Внуково получили частные инвесторы: в Шереметьево — группа TPS Avia братьев Ротенберг и Александра Пономаренко, а во Внуково — председатель совета директоров аэропорта Виталий Ванцев и отец депутата Госдумы Андрея Скоча. Федеральный чиновник в четверг не исключил, что на Домодедово могут претендовать структуры TPS Avia.

Совладелец TPS Avia Александр Пономаренко интересовался покупкой Домодедово еще в 2011 году, писал Forbes, и вместе с партнерами он был готов купить аэропорт целиком. «Мы действительно вели переговоры о покупке Домодедово, в том числе в партнерстве с [владельцем группы «Сумма» Зиявудином] Магомедовым и [владельцем AEON Романом] Троценко», — рассказывал в интервью журналу Пономаренко. По его словам, он готов был заплатить за Домодедово не более $3,8 млрд, а владелец просил около $6 млрд. Каменщик тогда подтвердил Forbes, что Пономаренко встречался с председателем наблюдательного совета Домодедово Валерием Коганом. Сделка так и не состоялась, и именно после этого Пономаренко заинтересовался покупкой Шереметьево.

Представитель Аркадия Ротенберга вчера сказал РБК, что внимание TPS Avia «сосредоточено на аэропорте Шереметьево». «Он требует существенных инвестиций и управленческих усилий со стороны акционеров. У наших партнеров по TPS Avia также нет интереса к Домодедово», — добавил он.

Топ-менеджер крупной аэропортовой компании добавляет, что покупка Домодедово для TPS Avia сейчас не имеет смысла. Переход контроля над московскими аэропортами к частным инвесторам позволил ФАС в начале этого года вывести из-под госрегулирования тарифы на аэропортовое обслуживание, к чему и стремились частники. А в случае объединения Шереметьево и Домодедово под контролем одного собственника это решение наверняка будет пересмотрено. «Идея создания единого авиаузла в Москве похоронена. Кроме того, сейчас кризис, ни у кого нет денег», — соглашается источник РБК, близкий к владельцам другого аэропортового холдинга.

Заместитель гендиректора ИК «Регион» Анатолий Ходоровский уверен, что арест Каменщика не скажется на бизнесе Домодедово, так как система менеджмента позволяет активу долгое время не зависеть от собственника. «Финансовые показатели аэропорта не раскрывались, но то, что известно, позволяет сделать вывод, что у Домодедово минимальная долговая нагрузка и самая высокая рентабельность среди аэропортового бизнеса в нашей стране», — говорит эксперт. По данным журнала Forbes, по итогам 2014 года у Домодедово был отрицательный чистый долг — 962 млн руб. Сам Каменщик говорил в интервью этому журналу, что выручка аэропорта в 2014 году составила 41,2 млрд руб., EBITDA — 16,8 млрд руб., а рентабельность по EBITDA — 41%.

По данным Росавиации, в 2015 году Домодедово уступил Шереметьево первое место по па​ссажиропотоку среди аэропортов России. Услугами аэропорта воспользовалось более 30,5 млн человек против 33 млн годом ранее. Шереметьево за прошлый год обслужил​ почти 31,3 млн человек, а на третьем месте остался аэропорт Внуково с более 15,8 млн пассажиров.​

При участии Тимофея Дзядко и Яны Милюковой