Голландская художница Диана Шерер заставляет корни травы расти так , как ей хочется, — виться узорами , живыми коврами , кружевом. За годы работы она довела технику управления корнями почти до совершенства и сейчас мечтает о текстиле будущего на основе корней. Это живое полотно будет плести само себя.

«Ботаники считают корневую систему мозгом растений», — говорит голландская художница Диана Шерер. Это совсем не так; у растений нет мозга, мозгом называют крупную группу нервных клеток животных, а у растений и нервных клеток-то нет, и ботаники об этом прекрасно знают. Но слова художницы — отражение важного тренда, который, то набирая силу, то ослабевая, существует уже почти полвека. Носители этого тренда любят говорить о растениях в выражениях, которыми обычно описывают поведение животных: деревья и трава, по их мнению, общаются сами с собой и друг с другом, имеют предпочтения в искусствах, кричат, танцуют, спят и, в конце концов, думают.

Платье из корней, созданное Дианой для выставки Fashioned from Nature, годится только в экспонаты: корни быстро высыхают и становятся хрупкими. Сейчас Диана работает с материаловедами и надеется, что из корней получатся более практичные материалы.

Нейробиология без нервных клеток

Самые радикальные представители этого движения возводят его истоки к отцам науки — Дарвину и Линнею, которые действительно высказывали предположения о наличии у растений сознания. Но как социально значимое явление тренд появился намного позже, в 70-е годы прошлого столетия, после публикаций на Западе нескольких книг об удивительных экспериментах с растениями. Часть тогдашних опытов была выдумкой авторов, но закрепилась в общественном сознании крепче, чем многие факты о физиологии растений, в частности, «эксперимент» с кукурузой, которая якобы лучше росла под классическую музыку и гибла под неприличный тогда рок-н-ролл.

Диана Шерер Страна: Нидерланды // Жанр: прикладное искусство // Материал: корни растений. О своей технике Шерер говорит очень уклончиво: «Если кто-то захочет повторить меня, ему придется самостоятельно пройти тот путь, который прошла я». Ее можно понять: два года работы ушло только на то, чтобы выбрать те растения, корни которых легко подчиняются воле человека и при этом не слишком капризны.

Последним значимым событием в истории этого тренда стал выход в 2016 году книги двух серьезных итальянских ученых Стефано Манкузо и Алессандры Виолы «О чем думают растения. Тайная жизнь, скрытая от посторонних глаз». В ней не было сомнительных опытов, зато был рассказ о растительном мире от людей, которые всю жизнь занимаются недавно признанной дисциплиной — нейробиологией растений. «Нейро» — часть слова, означающая отношение к нейронам, тем самым нервным клеткам, которых у растений нет, но их отсутствие уже больше десяти лет никому не мешает изучать коммуникацию растений, их сенсорные системы и поведение. Стефано Манкузо считает, что вещи, в названии которых есть «нейро», вообще сильно переоценены. Отсутствие нервных клеток, по его словам, не делает растения проще или хуже животных; они просто очень сильно отличаются от нас, но, если приглядеться, они так же связаны друг с другом и с окружающим миром, как самые разумные из зверей.

Они воспринимают окружающий их мир и себя в нем, реагируют на внешние раздражители, сами служат такими раздражителями для существ, с которыми делят территорию. Они — участники непрерывной и сложной коммуникации с самими собой, с другими растениями, со всей экосистемой. Иногда сигналы путешествуют по организму растения, регулируя его рост в зависимости от условий: так, фазы активного деления и роста клеток на кончике корешков регулируются двумя типами гормонов роста, и «перетягивание каната» между этими двумя обеспечивает способность корня расти в направлении более благоприятных условий. А иногда сигнальные химические соединения уходят в почву и там передают информацию от растения к растению: «здесь тесно», «здесь плодородная почва», «наверху кто-то часто касается листьев, расти в другом направлении». Растения образуют под землей целые коммуникационные сети, в строительстве которых им помогают грибы. По «грибному интернету» передаются срочные депеши о нашествиях вредителей и особо жадных травоядных.

Королева корней

Читатель легко догадается, как выглядели газетные заголовки об открытиях, перечисленных в предыдущем абзаце. Да, на языке новостных сообщений все это звучало как «Растения умеют говорить» — и это вполне естественно: если нам нужно высказаться кратко и ярко, мы прибегаем к антропоморфизму. Так делает и художница Шерер, рассуждая о «мозге» растений, заключенном в корневой системе. Но в своих утверждениях Шерер наследует и Дарвину, и шарлатанам из 1970-х, и современным нейробиологам от ботаники, потому что художница твердо знает: растения — это чувствительные, сложные, по‑своему рациональные живые организмы, ничуть не уступающие животным в осведомленности о мире вокруг себя. Поэтому Диана Шерер воспринимает траву и цветы как достойных партнеров в своей очень человеческой игре. А суть этой игры — в получении власти над другим живым существом.