«Мы показали, что выборы – это не только голосование, а дискуссия, дебаты [в эфире телеканала «Дождь»], программы кандидатов, то есть то, что должно быть на всех настоящих выборах, – вспоминает Волков. – У нас были миллионы просмотров «политического компаса», дебатов, биографий кандидатов». Переехав в 2013 году в Люксембург, он использовал опыт выборов в КСО: сейчас он продает схожую технологию муниципалитетам европейских городов.

«Весь процесс выборов был публичен, этим выборы в КСО выгодно отличались от обычных выборов в нашей стране», – считает сопредседатель движения «Голос» Григорий Мельконьянц, ведший наблюдение за выборами. Самым сложным была процедура верификации избирателей, вспоминает он. По его словам, одной из основных проблем на выборах стали МММщики: кандидаты от них хотели баллотироваться в КСО, а около 10 тыс. избирателей хотели проголосовать. ЦВК не допустила их до выборов, вернув «кандидатам» их взносы, но те все равно написали на Волкова заявление в прокуратуру. «Это дело до сих пор не закрыто», – напоминает Волков.

После выборов в КСО власти переняли опыт интернет-выборов: часть нового состава федеральной Общественной палаты в августе 2014 года избиралась онлайн-голосованием. «Эти выборы унаследовали от КСО разве что внешнюю атрибутику. Там не было дискуссий и были скандалы с накрутками голосов», – напоминает Волков.

КСО за почти год деятельности разработал и утвердил проект амнистии политзаключенных, которая была внесена Гудковым в Госдуму, но не нашла поддержки. Оппозиционеры согласовали манифест, выступали с совместными заявлениями, в том числе в поддержку политзаключенных. КСО также провел несколько митингов, в том числе в годовщину событий на Болотной площади.

Разногласия и раскол

Разногласия в оппозиции начались еще на этапе выборов: сопредседатели партии «РПР-ПАРНАС» Владимир Рыжков и Михаил Касьянов раскритиковали как сами возможные выборы, так и желание третьего сопредседателя, Бориса Немцова, принять в них участие.

Часть членов совета из-за разногласий с оппонентами внутри совета или внешнего давления не доработала до окончания его полномочий. Журналист Олег Кашин участвовал только в первом заседании: на второе и последующие он не приходил в знак протеста. Как объясняет Кашин, из-за того что секретарем КСО «протащили никому не известного бывшего сотрудника администрации президента Дмитрия Некрасова», «это была некрасивая игра».

«Некрасов был избран голосованием, его никто никуда не протаскивал, – парирует входивший в КСО депутат Госдумы Дмитрий Гудков. – Он работал в администрации президента в начале нулевых, и не в управлении внутренней политики даже, а у Аркадия Дворковича. Он участвовал в протестных митингах и сам баллотировался в КСО, но не добрал голосов. Он оказался человеком, который имеет управленческий опыт и смог взять в первое время на себя расходы за проведение заседаний совета».

В марте 2013 года «Справедливая Россия», которая изначально симпатизировала белоленточному движению, поставила ультиматум перед треми участниками КСО: выйти из партии или из «штаба оппозиции». Геннадий и Дмитрий Гудковы предпочли остаться в оппозиции, Олег Шеин – в партии.

В мае 2013 года из КСО вышел разработчик регламента совета Максим Кац. Он объяснил выход неоднородностью состава совета и постоянными препирательствами между прошедшими в совет по общегражданскому списку и по спискам курий. Легитимность последних неясна, объяснил Кац. Журналист Ольга Романова вышла из совета в июле 2013-го. «Надоело деньги собирать. Сосредоточусь на зэках», – написала она в своем Facebook. Совет покинули и левые активисты Аким Полчаев и Екатерина Аитова.

Прекращение деятельности органа и отказ от перевыборов совета были вызваны в числе прочего и непреодолимыми противоречиями между двумя неформальными группами влияния – сторонниками Алексея Навального и экс-советника президента Андрея Илларионова, считает участник КСО, националист Владлен Кралин (Владимир Тор).

Фактически последним стало заседание совета по итогам региональных выборах в сентябре 2013 года. На этом заседании Илларионов раскритиковал Навального за участие в выборах мэра Москвы, а Немцова – за избрание в состав Ярославской облдумы, поскольку, по его мнению, избирательная кампания стала «одним из самых больших успехов власти по дезориентации и дезинформированию оппозиционного движения».

На собрании было решено начать организацию выборов в октябре-ноябре, но в итоге большинство членов КСО заявили, что не будут в повторных выборах участвовать.

Под суд и в эмиграцию

За два года почти треть состава КСО (13 человек из 45) столкнулась с уголовным правосудием. Из них трое человек получили реальные сроки заключения, трое находятся в федеральном розыске.

Уже на третьем месяце работы КСО вся «курия» националистов состояла из уже осужденных (как Николай Бондарик, по делу середины 1990-х годов.) и потенциальных обвиняемых: Игорь Артемов находился в розыске по обвинению в разжигании межнациональной розни, а Даниил Константинов содержался в СИЗО по обвинению в убийстве (на днях амнистирован).

Уже после избрания в КСО в разжигании розни обвинили публиста Константина Крылова, в январе 2013 года он приговорен к 120 часам обязательных работ. В том же месяце обыски по делу о мошенничестве с недвижимостью прошли у Тора и его не попавшего в КСО соратника Александра Поткина (Белова). Расследование продолжается.

По «болотному делу» из членов КСО привлекли в основном левое крыло. В конце 2012 – начале 2013 года в СИЗО или домашним арестом оказались Леонид Развозжаев, Сергей Удальцов, Алексей Гаскаров, летом этого года все трое получили от 3,5 до 4,5 года лишения свободы.

Лидер голосования на выборах в КСО Алексей Навальный стал фигурантом нескольких уголовных дел (по делу «Кировлеса» приговорен к пяти годам условно, сейчас под домашним арестом). Члены его команды, в том числе входившие в КСО, оказались в роли подследственных в начале этого года, на старте выборов Мосгордумы: возглавлявший Фонд по борьбе с коррупцией (ФБК) Владимир Ашурков обвинен в мошенничестве при финансировании избирательной кампании Навального, а руководителя отдела расследований ФБК Георгия Албурова заподозрили в краже картины.

Ашурков попросил политического убежища в Великобритании в начале октября 2014 года. В конце этого же месяца уехал в Таиланд амнистированный Константинов, ставший шестым членом КСО, который отправился в эмиграцию. Первым в Эстонию уехал в декабре 2012 года краснодарский эколог Сурен Газарян: его обвинили в розыск по делу об угрозе расправы над охранниками оздоровительного комплекса под Геленджиком, который оппозиция называет «дворцом Путина».

Фотограф, блогер и соучредитель «Лиги избирателей» Рустем Адагамов переехал в Чехию в марте 2013 года, также опасаясь уголовного преследования: его бывшая жена обвинила в совращении несовершеннолетней, СКР начал проверку. А Гарри Каспаров отказ возвращаться мотивировал тем, что СКР проводил обыски у политактивистов, участников семинара в Литве, одним из организаторов которого был шахматист (в феврале получил гражданство Хорватии).

Полтора года в Швейцарии живет и журналист Олег Кашин. «Я уехал отчасти после увольнения из «Коммерсанта» и планирую вернуться». По его мнению, он был уволен в том числе за участие в выборах КСО. Кашин уволился из «Коммерсанта» по соглашению сторон, получив полмиллиона рублей, сказал РБК главный редактор газеты Михаил Михайлин. «Он перестал работать как журналист, то есть писать заметки, и занялся политической деятельностью. Финансировать деятельность Олега Кашина как политика ИД «Коммерсантъ» не мог», – объясняет Михайлин.

Будущее протеста

В стране тяжелая экономическая ситуация, и протестовать, возможно, будут люди разных взглядов, не только левые, но и националисты, говорит Гудков. По его словам, опыт КСО будет востребован в будущем.

Шеин уверен: в 2015 году на фоне качественного снижения уровня жизни и проблем в экономике появится спрос на оппозицию, которая будет заниматься социально-экономическими вопросами. «От того, насколько политический класс будет к этому расположен, будет зависеть, появится ли у оппозиции способность к консенсусу и, может быть, даже новый координационный совет или нет», – говорит Шеин.

Поэт Дмитрий Быков считает, что если снова появится необходимость координировать протестные акции оппозиции, совет вновь может быть избран, но он не уверен, что снова захочет избираться.

«Если бы сейчас снова были выборы в новый состав КСО, я бы в них не участвовала, поскольку это неадекватно времени. Сейчас идет зажим любого оппозиционного мнения, люди сидят в тюрьме, те, что не сидят, напуганы и боятся выходить на акции», – говорит Собчак. По ее словам, более актуально для оппозиции сейчас «проводить просвещенческую работу».

По мнению Крылова, оппозиция сейчас раскололась на два блока: проукраинский и те, кто, не всегда поддерживая Путина, считают, что возвращение Крыма было восстановлением исторической справедливости.

При помощи Координационного совета лидеры оппозиции пытались вдохнуть вторую жизнь в начавшее на тот момент затухать протестное движение, но в итоге проект оказался закрытым клубом, к которому публика и активисты в регионах потеряли интерес после второго-третьего заседания, говорит директор по исследованиям близкого к Кремлю фонда ИСЭПИ Александр Пожалов. «Координационный совет показал, что оппозиции надо сосредоточиться на создании низовых партийных структур, конкретной социальной и муниципальной повесток и стратегии малых дел», – резюмирует Пожалов. По его словам, позитивную роль КСО тоже сыграл – это было первое организованное оппозицией крупное голосование.