Четкая и продуманная программа выхода из нефтяной зависимости; харизматичный реформатор, решительно настроенный на долгосрочное развитие своей страны — благодаря принцу Мухаммеду бен Сальману Саудовская Аравия оказалась на пороге важнейших экономических реформ и не остановится, даже если придется уронить цены на нефть до $10 за баррель.

АЛЕКСАНДР ЗОТИН

"Саудовская Аравия сможет жить без нефти уже к 2020 году,— заявил наследник наследника престола, министр обороны и глава Совета по экономике и развитию принц Мухаммед бен Сальман в интервью агентству "Аль-Арабия" в конце апреля.— Король Абдель-Азиз и люди, которые работали под его руководством над созданием государства, не зависели от нефти и создали королевство без нефти, управляли им без нефти и жили без нефти". В последнее время принц дал целый ряд интервью, став основным ньюсмейкером королевства. Все они, по сути, комментарии к экономической программе монархии "Видение Королевства Саудовская Аравия: 2030", принятой кабинетом министров 25 апреля. Автор саудовского НЭПа — все тот же принц Мухаммед.

Принц-реформатор

При нынешней системе наследования принц Мухаммед бен Сальман в случае смерти отца, короля Сальмана бен Абдель-Азиза, должен будет уступить трон дяде — 56-летнему министру внутренних дел наследному принцу Мухаммеду бен Наифу. Однако, несмотря на это, Мухаммед бен Сальман воспринимается многими как главный политик монархии. И это неудивительно. Во-первых, Мухаммед бен Сальман молод, ему всего 30 лет. Такой политик — уже что-то новое для страны, привыкшей к фактической геронтократии: королю Сальману 80 лет, его брат король Абдалла умер в 2015 году в возрасте 90 лет, другой брат, король Фахд, скончался в 2005-м в 84. Во-вторых, принц Мухаммед бен Сальман — фигура харизматичная. Принц получил образование на родине, предпочитает традиционную одежду и не замечен в демонстративном потреблении. Вместе с тем внешний консерватизм сочетается с либеральными экономическими взглядами и нетипичной для монархии публичностью.

Необходимость реформ очевидна, хотя без малого два года низких цен на нефть монархия выдерживает неплохо. Национальная валюта, риал, пока устойчива к доллару, в отличие от многих валют стран-нефтеэкспортеров, испытавших в 2014-2016 годах масштабные девальвации. Поддерживать курс риала помогают колоссальные резервы Центробанка монархии — они хоть и упали с рекордного уровня в $746 млрд в 2014 году, но все еще огромны — $587 млрд. За их счет финансируется громадный дефицит бюджета, сложившийся из-за резкого падения нефтяных доходов на фоне косметического сокращения расходов — в 2015 году он составил $98 млрд (15% ВВП), в 2016-м запланирован на уровне $87 млрд.

Беспокойство нарастает — бесконечно финансировать бюджет из резервов не под силу даже саудитам. А значит, в зависимой от нефти экономике надо что-то менять.

Приватизация века

Принц Мухаммед завоевал популярность в Саудовской Аравии, еще не приступив к реформам Фото: Reuters

Идея "Видения" — избавление от нефтяной зависимости (71% доходов бюджета), замена доходов от нефти доходами от инвестиций. Программа реформ обширна, но главный элемент — масштабная приватизация. Ее первым этапом станет продажа менее 5% акций основной нефтяной компании королевства — Saudi Aramco, после чего возможна продажа дополнительных пакетов и акций ее дочерних компаний.

Небольшая доля не должна вводить в заблуждение: Aramco — самая дорогая компания в мире, если считать и непубличные, чьи акции не котируются на биржах. Рыночная цена активов Aramco неясна — оценки варьируются от $0,7 трлн до $10 трлн (самая дорогая публичная компания в мире, американская Apple, стоит сейчас $508 млрд). Самая дорогая публичная нефтяная компания, Exxon Mobil,— $367 млрд. При этом она имеет объем доказанных запасов в 25 млрд баррелей нефтяного эквивалента, а Saudi Aramco — около 270 млрд баррелей только нефти (точные данные, вероятно, будут раскрыты перед IPO), а кроме того — газовые резервы, собственный танкерный флот и много чего еще. Принц Мухаммед говорит о более чем $2 трлн. Но даже при такой консервативной оценке Aramco (Bloomberg называет $2,5 трлн при цене нефти в $10 за баррель) размещение 5% акций будет крупнейшим IPO в истории. Бумаги Aramco, скорее всего, будут размещены и на саудовском фондовом рынке, и на других площадках.

Технически доходов от продажи даже 5% Aramco с лихвой хватит на покрытие всего дефицита бюджета-2016. Однако деньги планируется направить в государственный инвестиционный фонд, который будет управлять и приватизацией Aramco, и долей акций государства, а также инвестировать средства от приватизации в активы по всему миру.

"Самым важным приобретением от приватизации Aramco будет то, что доходы королевства трансформируются. Доходы будут генерироваться за счет инвестиций, а не нефти... Наши источники доходов, наш инвестиционный портфель — большинство активов находятся в энергетических компаниях. Мы должны диверсифицировать инвестиции и участвовать в других бизнесах для балансировки нашего портфеля. Это будет осуществлено в ближайшие годы",— отметил Мухаммед. По его словам, фонд станет контролировать 3% всех активов на планете. При этом кроме Aramco в него будут направлены и другие активы, например принадлежащие государству земли, которые также могут быть приватизированы. За счет приватизации к 2030 году долю частного сектора в ВВП планируется увеличить с нынешних 40% до 65%.

Планов громадье

Впрочем, монархия не собирается ограничиваться только приватизацией. Список реформ в "Видении" внушителен. Во-первых, географическое положение монархии должно быть монетизировано — страна имеет выход к морям, через которые проходят 30% мировых коммерческих потоков. Среди логистических проектов выделяется транспортная магистраль из Египта в Саудовскую Аравию, предполагается, что она оживит торговые и людские потоки по Суэцкому каналу. В числе целей на 2030 год — подняться до 25-го места в World Bank Logistics Performance Index с нынешнего 49-го (РФ — на 90-м).

Во-вторых, королевство окажет поддержку малому бизнесу: к 2030 году его долю в ВВП предполагается поднять с нынешних 20% до 35%. В числе мер помощи — сокращение административного давления и упрощение доступа к кредитам.

В-третьих, планируется развивать сырьевой ненефтяной сектор. По словам принца Мухаммеда, до сих пор на него вообще не обращали внимания. Монархия имеет запасы золота, серебра и фосфатов, да и запасы урана весьма существенны — 6% от мировых. При этом, как отметил принц, только 3-5% запасов ненефтяного сырья разрабатывались, "и то неправильно". В "Видении" указывается на необходимость привлечения частного бизнеса в сырьевой ненефтяной сектор и упрощения лицензирования.

В-четвертых, намечено повысить доходы от паломничества в Мекку и Медину, ожидается, что число паломников вырастет с сегодняшних 8 млн в год до 30 млн в 2030-м. Для них нужно строить соответствующую сервисную инфраструктуру, например метро в Мекке.

В-пятых, монархия собирается развивать возобновляемую энергетику, ее мощности к 2030 году будут доведены до 9,5 ГВт (8% от всех мощностей).

В-шестых, планируется развивать туризм — государственные земли на побережье (в том числе участки Красного моря, знаменитого своими красивейшими кораллами и морской фауной) будут отведены под создание туристических зон.

В-седьмых, в числе важных целей — инвестиции в науку и образование. К 2030 году число саудовских университетов, входящих в топ-200, планируется довести до пяти. Ожидается, что развитие ненефтегазовых секторов приведет к дополнительному спросу на рабочие места, безработица к 2030 году должна снизиться с 11,6% до 7%.

В-восьмых, будет увеличена эффективность госуправления — в том числе за счет внедрения онлайн-сервисов. Здесь уже имеется значительный прогресс: с 2004 года страна поднялась в рейтинге ООН e-Government Index с 90-го места до 36-го, цель к 2030-му — быть в пятерке лучших.

Пунктов, впрочем, гораздо больше: "Деньги" выделили лишь самые важные.

Путь умеренности

Рост паломничества к Каабе усилит роль Мекки как одного из главных туристических городов в мире и поможет королевству заместить часть нефтяных доходов Фото: Reuters

Кроме мер по увеличению ненефтяных доходов экономики, важное место отведено и более рациональному подходу к расходам королевства. В вопросах трат "Видение" ссылается на суру Корана, которая призывает к среднему пути между расточительством и скупостью. Сейчас монархия тратит огромные деньги на оборону, имея третий в мире военный бюджет (после США и Китая; РФ на четвертом месте). При этом доля закупок вооружений у местных производителей ничтожно мала — 2%. "Видение" объявляет целью доведение этой доли до 50% к 2030 году. В том числе и за счет заключения контрактов с иностранными поставщиками на условиях локализации производства.

Другая проблема — расточительство. "Наши траты третьи-четвертые в мире, а сама армия где-то на 20-х местах. Это неправильно. Когда я посещаю базу в Саудовской Аравии, я вижу мраморный пол, стены с красивым орнаментом и отделкой. А когда посещаю базу в США, полы не украшены коврами и сделаны не из мрамора, а из цемента, и все очень практично",— говорит принц Мухаммед.

Нерациональны и многочисленные субсидии, прежде всего энергетические. "70% государственных субсидий идет богатым. Субсидии должны получать люди со средним доходом и ниже. Один богач потребляет электричества больше, чем 10 или даже 20 семей. Это недопустимо. Мы должны либерализовать цены и компенсировать потери получателям 30% субсидий, которые действительно нуждаются",— считает Мухаммед.

Нефтяное безразличие

В отношении цен на нефть Мухаммед последовательно безразличен. По его мнению, если цены вырастут до $70 за баррель, это не изменит принципов "Видения", ну а если они упадут, монархия сможет жить и без нефтяных доходов уже к 2020 году. Более того, королевство не собирается сокращать добычу нефти для поддержки менее эффективных производителей.

Скорее наоборот. Еще в середине апреля Мухаммед в интервью Bloomberg заявил, что монархия может увеличить добычу на миллион баррелей в день, до 11,5 млн б/д, мгновенно и до 12,5 млн б/д — за 6-9 месяцев. А если королевство осуществит дополнительные инвестиции в отрасль, добыча может быть повышена до 20 млн б/д. Это фантастические уровни для рынка, где вся мировая добыча составляет 96 млн б/д, а влияние на цену оказывают изменения на уровне десятых долей миллиона баррелей в день (обвал рынка в 2014-м был вызван дисбалансом спроса и предложения в 2 млн б/д).

Мухаммед отметил, что монархия имеет возможность увеличить добычу, но это не означает, что она будет это делать. Тем не менее подготовка к такому варианту ведется. По данным нефтесервисной компании Baker Hughes, Саудовская Аравия наращивает бурение — в апреле 2016 года были активны 123 буровые установки против 98 в апреле 2014-го, когда цены на нефть были более чем вдвое выше. Другие арабские монархии Персидского залива тоже наращивают бурение.

Уход на пенсию 8 мая министра нефти Саудовской Аравии, легендарного Али ан-Наими, вряд ли изменит ситуацию. Сразу после его отставки глава Aramco Амин Насер заявил, что компания собирается увеличить производство, правда, не уточнил возможного объема повышения и связи с сезонными факторами.

Низкие цены лучше высоких?

И "Видение", и подчеркнутое равнодушие саудитов к ценам на нефть, и подготовка к возможному росту добычи — все эти факторы, видимо, говорят о том, что королевство не рассчитывает на рост нефтяных цен, а, возможно, даже заинтересовано в их снижении. При всей контринтуитивности вывода логика в нем есть.

Во-первых, основа внешней политики монархии в последние годы — сдерживание ее регионального соперника, Ирана. Со снятием международных санкций с Ирана фактически снимаются ограничения на западные инвестиции в его нефтегазовый сектор. И основным сдерживающим фактором для инвестиций может стать низкая цена на углеводороды. Удерживая низкие цены на нефть, Эр-Рияд сдерживает рост экономики, а значит, и военной мощи Ирана. Во-вторых, высокие цены на нефть кроме Ирана помогут и другим производителям относительно дорогостоящей нефти, прежде всего сланцевым компаниям в США. Это чревато двумя негативными последствиями для Саудовской Аравии. Первое: рост добычи в США при искусственно завышенных ценах будет способствовать дальнейшей разбалансировке рынка с превышением предложения над спросом и в итоге может опять обрушить цены, как это было в 2014-м. Второе: рост производства сланцевой нефти в США привел Штаты к неожиданной энергонезависимости от Саудовской Аравии. Многолетние союзнические отношения Вашингтона и Эр-Рияда, в рамках которых США де-факто гарантировали военную безопасность монархии, после снятия санкций с Тегерана в 2015 году дали трещину. Только низкие цены на нефть смогут разорить американских производителей и снова сделать Америку энергозависимой от королевства и его сателлитов.

В-третьих, возможно, в Эр-Рияде осознали, что высокие цены на нефть только ускорят кажущийся сегодня почти неизбежным переход мировой энергетики на возобновляемые источники энергии и, что еще более важно, революцию электромобилей (42% нефти потребляют автомобили). По расчетам Bloomberg New Energy Finance (BNEF), при сохранении нынешних темпов роста производства электромобилей (60% в год; соответствуют прогнозам Tesla, глава которой Илон Маск на днях намекнул на планы производства доступных электромобилей) уже в 2023-м, даже при общем росте мирового автопарка, глобальный спрос на нефть сократится на 2 млн б/д. (Напомним, это объем превышения предложения над спросом, вызвавший в 2014 году обвал цен). Ну а после 2023-го процесс пойдет веселее: к 2026-му выпадение спроса составит 6 млн б/д. Более консервативные темпы роста в 45% в год общей картины не меняют, но отодвигают выпадение 2 млн б/д спроса на 2028 год.

Возможно, именно третий фактор особенно важен для стратегии развития Саудовской Аравии. Не исключено, что в Эр-Рияде поняли: прогресс не остановить. Порог спроса на нефть будет сокращаться, делить его с кем-то невыгодно. И единственное, что может хоть как-то продлить эру нефти,— это действительно низкие, в районе $10-20 за баррель цены, приемлемые для монархии, но убийственные для многих других производителей.