Но народу на улице очень много. До появления пропусков все говорили: я иду в магазин. В основном все с местной пропиской. Если ее нет, но объяснение хорошее (пошел в больницу, приехал пожить к брату), можно было напугать человека и отпустить. Помню только, что составлял протокол и отводил на опорный пункт девушку. Спрашиваю ее причину нахождения на улице. Она отвечает: «Я бегаю». С таким наездом типа: «Что, б…ь, побегать уже нельзя?» Ты ей объясняешь, что нельзя, но она продолжает вести себя неправильно; я чувствую, что ко мне относятся как к д….у, как будто я ничего не стою.

Таких протоколов было немного. За первое нарушение выписывают штраф в 4 тысячи рублей, за следующие — 5 тысяч. Мы также проверяли парки и скверы. Если человек там находится, ему автоматом полагается административка. Мы подходим, делаем скриншот с «Яндекс.Карт», фотографируем его на месте происшествия — и эти фотографии отправляются в группу разбора, где выписывают штраф.

Во всем этом есть неорганизованность: мы не понимаем, что мы делаем, чего от нас хотят. Людей, которых можно задержать, много, но у нас такой задачи нет. Мы звоним в дежурную часть — там тоже не понимают, что надо делать. Они знают, как оформить штраф, но не понимают, надо ли столько протоколов, хорошо это или плохо.