Несговорчивый Иран

Бижан Зангане, министр нефти Ирана, одного из крупнейших производителей в рамках ОПЕК (на эту страну приходится около 10% добычи картеля), с самого начала поддержал идею заморозки добычи, но не спешил присоединиться к этой инициативе. Он заявил, что Иран готов сделать это только после того, как его добыча достигнет досанкционного уровня в 4 млн барр. в день. Международные санкции в отношении Ирана были сняты только с начала года. В марте, по данным ОПЕК, эта страна добывала уже 3,29 млн барр. в день.

В середине марта российский министр энергетики Александр Новак летал в Тегеран на переговоры. Их целью, как рассказывал источник РБК в Минэнерго, была попытка убедить Иран присоединиться к соглашению (Новак это не подтверждал). Как бы то ни было, ни во время этих переговоров, ни после Иран ни разу не дал понять, что готов стать стороной сделки между Россией и другими участниками ОПЕК.

Новак по итогам поездки в Тегеран заявил, что соглашение о заморозке добычи может быть достигнуто, даже если Иран к нему не присоединится. Но это поспешил опровергнуть наследный принц и министр обороны Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман: в середине апреля он заявил, что без Ирана саудиты не готовы подписывать соглашение и считают, что участие в нем иранских партнеров «без сомнения» необходимо (цитата по Bloomberg).

Позже «Интерфакс» со ссылкой на неназванный источник сообщал, что России и Саудовской Аравии все же удалось договориться о подписании соглашения без участия Ирана, но официально саудиты этого не подтверждали. Что решил для себя лидер ОПЕК на самом деле, выяснится, похоже, только на саммите в воскресенье. Но Иран к сделке не присоединится, в этом уверены большинство участников нефтяного рынка, заявил в среду в интервью РБК главный экономист BP Спенсер Дейл. Страна только в пятницу официально подтвердила свое участие во встрече, но вместо министра нефти от Ирана в Доху приедет представитель республики в ОПЕК Каземпур Ардебили.

От Петербурга до Дохи

Встреча, на которой производители планировали закрепить договоренность о заморозке добычи, несколько раз откладывалась. Сначала она должна была состояться в конце февраля, затем в конце марта и в итоге была перенесена на 17 апреля. Обсуждался вариант провести ее в Санкт-Петербурге или Москве, но против этого выступили некоторые члены ОПЕК, настоявшие на проведении ее в стране — члене картеля: Катар сейчас как раз председательствует в ОПЕК.

По состоянию на 12 апреля письменно свое присутствие подтвердили 14 стран, включая 11 членов ОПЕК, Россию, Бахрейн и Оман, рассказал РБК источник, близкий к одной из сторон переговоров (см. врез). Глава ОПЕК Абдулла аль-Бадри еще в марте заявлял, что во встрече могут принять участие 15–16 стран, а российский министр энергетики Александр Новак говорил, что на них приходится 73% добычи нефти в мире.

Кто приедет в Доху Приглашения на встречу были разосланы 26 участникам, включая аль-Бадри и всех 13 министров нефти входящих в ОПЕК стран, рассказал РБК источник, близкий к одной из сторон. Письменно свое участие подтвердили 11 министров ОПЕК (Алжира, Анголы, Эквадора, Ирана, Ирака, Кувейта, Ливии, Нигерии, Катара, Саудовской Аравии, ОАЭ, Венесуэлы и Индонезии), России, Бахрейна и Омана. Устно, по словам одного из собеседников РБК, ​ участие подтвердили представители Норвегии, Мексики, Колумбии, Азербайджана и Казахстана. Ливия, единственная из стран ОПЕК, отказалась участвовать в этой встрече, так как намерена значительно нарастить производство: до падения режима Муаммара Каддафи и начала военных действий страна добывала 1,6 млн барр. в сутки — вчетверо больше, чем сейчас.

Реакция нефтяного рынка

Соглашение о заморозке, судя по всему, не будет носить обязывающего характера, поэтому непонятно, как в итоге подписание этого документа сможет реально повлиять на объем предложения нефти на мировом рынке, предупреждает старший аналитик Sberbank CIB Валерий Нестеров. Источник, близкий к одной из сторон переговоров, подтверждал РБК, что никаких санкций за нарушения соглашения не предусмотрено, оно «джентльменское». За соблюдением договоренностей будет наблюдать консультационная рабочая группа, созданная из представителей стран-производителей.

Многие эксперты и участники рынка скептически относятся к влиянию встречи в Дохе на цены на нефть, даже если соглашение будет достигнуто. Это соглашение вряд ли сможет повлиять на рынок, считает глава отдела нефтяной промышленности и рынков Международного энергетического агентства (МЭА) Нил Аткинсон. Он поясняет, что среди стран, намеренных участвовать во встрече в Катаре, только Саудовская Аравия в состоянии существенно увеличить уровень добычи, передает Reuters. «Заморозка добычи, возможно, довольно бессмысленна. В большей степени это жест, который направлен на то, чтобы создать уверенность в том, что цены на нефть стабилизируются», — сказал Аткинсон. По его прогнозу, баланс спроса и предложения нефти, когда уровень потребления соответствует уровню добычи, будет достигнут не ранее 2017 года. Впрочем, Новак заявил во вторник, что в случае подписания соглашения дисбаланс будет сокращен примерно на три месяца раньше.

Нефтяные цены уже отыграли основной рост на фоне новостей о перспективе договоренностей производителей нефти, считает Нестеров из Sberbank CIB. «Рост цен на нефть по итогам встречи выше $45 за баррель возможен лишь в том случае, если к договору присоединится Иран и от участия в соглашении не откажутся саудиты», — говорит эксперт. По его словам, цены могут вырасти еще сильнее в случае ослабления позиций доллара на мировом рынке, снижения запасов нефти и количества буровых установок в США. «Если же Саудовская Аравия откажется подписывать соглашение, мы можем увидеть падение цен на нефть вплоть до $35 за баррель», — предупреждает он.

Рубль в ожидании Дохи Аналитики Sberbank CIB прогнозируют укрепление рубля, если странам-экспортерам удастся договориться о заморозке добычи нефти. В этом случае баррель Brent может вырасти в цене до $45, что соответствует цене 65 руб. за доллар. Участие Ирана в переговорах и согласие этой страны ограничить добычу нефти может привести к росту цен до $50, в этом случае курс доллара упадет ниже 65 руб. «Если переговоры в Дохе терпят неудачу, стоимость Brent может упасть до $35 за баррель или ниже, а доллар будет стоить 70–75 руб.», — говорится в обзоре Sberbank CIB.

Если после встречи Саудовская Аравия решит нарастить объемы добычи, цены на Brent упадут до $30–35, предупреждает аналитик сырьевого рынка Bank of America Merrill Lynch Франциско Бланш (цитата по Financial Times). При реализации «базового сценария» банка — сохранении статуса-кво по итогам переговоров — котировки опустятся ниже $40 за баррель. В случае договоренности о заморозке добычи нефти всеми сторонами переговоров, включая Иран, цена на нефть уже в среднесрочной перспективе может достигнуть $50 за баррель, говорится в аналитической записке банка. С такой оценкой согласны аналитики Saxo Bank. Но экономист банка Кристофер Дембик отмечает, что ОПЕК не может позволить ценам вернуться к уровню $50–60 за баррель, поскольку при таких ценах добыча сланцевой нефти в США снова станет прибыльной».

Большинство из 40 опрошенных Bloomberg аналитиков считают, что любой результат переговоров в Дохе не будет иметь почти никакого эффекта на реальные объемы поставок. «Сейчас рынок придает больше внимания самому процессу [согласования добычи], чем значению слов, которые были произнесены за последнее время», — считает Дейл. Он указывал на то, что два главных подписанта — Россия и Саудовская Аравия — не планировали существенно наращивать добычу в этом году.

Первый замминистра энергетики Алексей Текслер в начале апреля заявил, что в 2015 году добыча в России составит 536–540 млн т, это лишь на 0,3–1% выше показателя прошлого года (в январе 2016 года добыча выросла сильнее — на 1,9%). Президент «Башнефти» Александр Корсик говорил, что его компания при необходимости может заморозить добычу. «Но вполне возможно, что кто-то уступит нам свою падающую добычу», — добавлял он. По итогам марта «Башнефть» сохранила лидерство по росту добычи в России, увеличив производство на 10,8%, до 1,8 млн т. Две крупнейшие компании, «Роснефть» и ЛУКОЙЛ, напротив, сократили производство — на 1,6% (до 15,9 млн т) и 3,6% (до 7,1 млн т) соответственно.