Крепкая стена тупика, выстроенная Лубянкой и ее вождем, увенчала блистательную шестнадцатилетнюю многоходовку по уничтожению России. Разворовывали ее с безбожным азартом. Впрочем, почему – безбожным? Патриархия тоже активно участвовала. В деле замазаны все, включая пчел Лужкова. Не подкачало и население: очаровавшись нарисованной перспективой «жирной стабильности» в годы высоких цен на нефть, оно ударилось во все тяжкие, согласилось с правовым беспределом и органично влилось во всеобщий «заговор молчания» - в то время, когда надо было орать на каждом углу о катастрофе в образовании и медицине, о разрушении государственности посредством повальной коррупции, - да много еще о чем. Как верно заметил писатель Пелевин, «если заговор против России и существует, то в нем участвует практически все население России».

Мы долго разгонялись перед прыжком в пропасть. Жгли книги в унитазах, мочили в сортире, смеялись над пошлостями, изрыгаемыми «национальным лидером», прикалывались над зловещим клоуном Жириновским, ходили на «путинги», тряслись над рабочим местом в страхе его потерять. Мы все «кормили семьи». Кормили, надо полагать, для того, чтобы ввергнуть потом своих домашних в пропасть Преисподней, к которой нас неуклонно вела могучая рука «кормчего», парализуя нашу волю и подталкивая к новым подлостям под прикрытием списка благих намерений, коими, как известно, и вымощена дорога в ад.

И вот – мы разбежались. Мы – в таком свободном полете, что от страха перехватило дыхание. Что там, на дне этой пропасти? Будет ли нам больно или мы ничего не почувствуем и умрем сразу – вместе с любимыми женами и детьми, вместе с мудрыми родителями, что всю жизнь советовали нам «не связываться и не противостоять системе, потому что – опасно и бесполезно». Об этом говорил весь опыт их советской и постсоветской жизни. И мы слушались и не вмешивались. Молчали и «не рыпались». И вот теперь – летим в тартарары – вместе с опытом, мудростью, сбережениями, обманутыми надеждами и жгучим внутренним отчаянием.

Нам говорили, что мы – великие, и мы верили в это. Внушали, что мы вот-вот восстановим распавшийся СССР, и вновь заставим себя уважать и бояться. И мы гордились. Телевизор распирало от триумфа новых побед, и мы запестрели в праздной толпе полосатыми ленточками. А потом вдруг выяснилось, что мы куда-то не туда вошли и что-то не то захватили. И что вообще – оказались оккупантами и агрессорами, и теперь весь мир против нас. Нам объявили санкции. Стали пропадать хорошие продукты, а те, что остались – подорожали. От собственного производства мы отказались давно – да и как тут производить, когда, помимо налогов, нужно платить непосильный коррупционный оброк? В итоге поход в магазин превратился в прогулку по минному полю с элементами «русской рулетки». Как там у Форреста Гампа – «жизнь – как коробка конфет, никогда не знаешь, какая начинка попадется»? У нас – то же самое, только вместо «начинки» - пальмовая отрава или сальмонелла.

А еще нам объявили джихад какие-то сунниты. Это – те самые террористы, против которых мы воюем в Сирии, чтобы спасти легитимного президента Асада. Потому что мы – за легитимную власть. Правда, наша собственная уже шестнадцать лет как не меняется, но большинство ведь не протестует – а значит, она достойна править нами и дальше… И вот эти сунниты теперь хотят нас взорвать. Нам пишут на интернет-форумах предупреждения, требуют повысить бдительность, не ходить в наушниках по улицам, бдеть и прислушиваться к каждому шороху; шарахаться от людей с бегающими или – наоборот – стеклянными глазами. Ведь террористы могут быть повсюду. Тем более – выяснилось, что в России суннитов, оказывается, очень много. Миллионов двадцать пять или даже тридцать. У нас соседи – мусульмане. Сунниты ли они и можно ли им доверять? Не взорвут ли они нас этой ночью? Не прирежут ли в лифте наших детей?

Нам страшно, но нас никому не жаль. Чем же мы провинились перед презрительной Европой и напыщенной Америкой? Кстати, об Америке: не она ли вечно лезет в чужие кулички? Не она ли дестабилизирует и насаждает? Почему ей в Ираке и Ливии можно, а нам в Украине нельзя? Чем она лучше?

Нам очень страшно, и у нас много вопросов. К примеру, что теперь ожидать от курса рубля и презренного доллара? И не перешагнет ли он сторублевую отметку к Новому году? Надо ли закупать валюту или ее хождение в России скоро запретят? Не уволят ли нас в скором времени? Надо ли запасаться консервами, спичками и солью, и если да, то – в каких количествах? Не объявит ли нам Турция войну, а вслед за ней – и НАТО? Не ринутся ли орды китайцев на Дальний Восток и в Восточную Сибирь, и если это случится – будет ли объявлена всеобщая мобилизация? С какой именно страной нам ожидать войны после операции в Сирии?

А еще – очень многие говорят, что мы «вот-вот достигнем дна». Каким оно будет? Нас засосет или мы оттолкнемся? Все последние шестнадцать лет мы «вставали с колен». Кто же нас на них поставил, и чем мы занимались, стоя на них? Чем-то неприличным? И почему в процессе «вставания» мы неожиданно погрузились еще глубже? Кто в этом виноват, кроме Америки и Европы? Почему нас никто не любит, включая «братьев» украинцев?

Да черт с ней, c Америкой. Почему нашу бабушку отказываются лечить от онкологии? Она заходится криками от боли, а ее даже не берут в больницу. Говорят: «Возраст, что же вы хотите?» А мы хотим, чтобы ее вылечили и она осталась жива. Почему полицейский изнасиловал и убил девушку из соседнего дома, а теперь врет на суде, что был «в состоянии аффекта», и за это убийство ему дадут не больше трех лет? По какому праву выпустили дочь чиновницы, которая в пьяном виде сбила насмерть человека?

Мы – не звери. Просто нас жестоко обманули, а мы опять поверили. Просто мы не привыкли принимать решений, за которые потом придется нести ответственность. Мы – как маленькие дети, только со взрослыми запросами. Массив наших желаний настолько велик, что затмевает собой весь мир, создавая иллюзию «загадочности русской души» и рисуя перед нею «свой, особый путь». Как «духовная скрепа» и «лишняя хромосома», которых никто не видел, но все о них говорят. Значит, они существуют.

А еще мы боимся революций. Розовых, оранжевых, красно-коричневых и голубых. Ненавидим «пятую колонну» предателей и агентов, пособников и развратников, геев и педофилов. Тут, правда, выяснилось, что Россия – самый массовый посетитель порносайтов, но это наверняка – вопли западной пропаганды.

Мы не хотим ничего менять. Ничто не пугает нас больше, чем маячащая впереди неизвестность. По этой причине мы вечно роемся в истории, пытаясь переосмыслить ее и найти, наконец, стопроцентное подтверждение собственному величию. Доказать евреям, что Иисус был русичем, а Путин – потомок Екатерины Великой, потому что его корни – потемкинские.

Свобода страшна ответственностью, и мы скорее умрем от страха, чем решимся рискнуть. Если и сделаем шаг – то с табуретки. Если разбежимся, то – об стену. Если и бросимся, то – в пропасть, как последний «луч света в темном царстве». Мы устали и хотим покоя. Слишком много крови и бед было в истории нашего народа, чтобы вновь впрягаться в огненную колесницу, мчащуюся в неизведанные дали будущего. Остановите землю – мы сойдем. Там, на кладбище – стабильность, и никто не потребует от нас никаких решений.

Когда там дно? Скоро ли? Больно ли? Господи, прости…