Беларусь – уникальная страна. У нас есть мощный IT-сектор, но он работает на внешний рынок, поэтому даже первая перепись населения на планшетах будет только в 2018 году. У нас первых блокировали анонимайзеры, хотя все до сих пор ими пользуются. Чтобы понять, как мы будем осваивать диджитализацию и какие данные от хостеров и соцсетей попадают к государству, KYKY поговорил с директором Hoster.by Сергеем Повалишевым.

«Когда мы достигнем уровня Эстонии на текущий момент, Эстония уже будет развивать десятую колонию на Марсе»

KYKY: Сегодня много говорят о крепкой IT-индустрии в Беларуси. Что в Беларуси есть уникального для развития IT, чего нет у других?

Сергей Повалишев: Здесь я скорее скептик, и не понимаю, когда все восторгаются бурным ростом IT или же возводят нашу страну в ранг лидеров ИТ-индустрии. Даже если не рассматривать Эстонию, которая впереди планеты всей в плане диджитализации, то вся Прибалтика и другие страны-соседи, за исключением, наверное, России, далеко впереди нас. Простой пример: в той же Литве ряд государственных документов для граждан уже давно существуют только в электронном виде (например, свидетельство о рождении). Есть база, которая хранится на облачных ресурсах, и никакого бумажного документа, который в нашем понимании является свидетельством о рождении, нету давно. Да, IT-отрасль в нашей стране активно развивается, но по сравнению с другими европейскими странами она значительно отстает.

Сергей Повалишев, фото: Digital.Report

KYKY: Буквально недавно Google купила беларуский стартап, до этого был пример с MSQRD. Почему в стране, чьими IT-продуктами пользуются во всем мире, нет электронного правительства или хотя бы электронной подписи для авторизации документов?

С.П: Указ Президента №46 от 23 января 2014 г. определил создание в нашей стране республиканской платформы, действующей на основе технологий облачных вычислений. В рамках данной платформы уже реализован ряд сервисов и проектов (например, электронные счета-фактуры). Безусловно, многие отрасли до сих пор не коснулось реформирование и перевод их в онлайн. Возможно, это связано с недостаточным финансированием, т.к. специалистов, способных сделать многие вещи «под ключ», в стране хватает. Например, на днях была новость, что перепись населения, которая планируется в 2018 году, пройдет с использованием планшетов. В ряде европейских стран уже давно перепись проводят в электронном виде, а у нас это стартует лишь в следующем году.

KYKY: Но ведь внедрение новых технологий наоборот помогает экономить.

С.П: Конечно, в итоге, когда все процессы переведут в электронный вид, государство сэкономит, но все равно на первоначальном этапе требуются значительные финансовые вложения.

KYKY: Получается, что наше государство не готово инвестировать в создание системы, чтобы в дальнейшем сокращать расходы?

С.П: Есть указ президента, создается государственная облачная платформа. Туда подключаются государственные сервисы. Но до сих пор есть госуслуги, которые, как и 20 лет назад, оказывают в «оффлайне». И чтобы это все перевести в онлайн, нужны значительные средства. Естественно, сразу ухватиться за все невозможно – это длительный процесс. У нас к этому не так давно приступили, в то время как в Прибалтике этим системам десятки лет: они с появлением интернета занимались диджитализацией услуг.

KYKY: Давайте зайдем с другой стороны: в России не так остро стоит вопрос с финансами. Там власти запустили сервис «Активный гражданин». Но когда москвичам предложили голосовать по вопросу сноса пятиэтажек, жители начали возмущаться, что их голоса подтасуют. Почему ни в Москве с ее бюджетами, ни у нас не получается диджитализировать жизнь на уровне Эстонии?

С.П: Это философский вопрос. За россиян говорить не могу, но за беларусов могу сказать. Возможно, у нас с недоверием и опаской относятся к новым технологиям. Плюс у нас средний возраст чиновников выше, чем в Эстонии. В странах типа Молдовы и Эстонии сидят молодые люди с более прогрессивным мышлением. Процесс двигался бы быстрее, если бы у нас в числе людей, принимающих решения, было бы больше молодых.

KYKY: Диджитализация в Беларуси неизбежна?

С.П: Она неизбежна для всего мира. Но когда мы достигнем уровня Эстонии на текущий момент, Эстония уже будет десятую колонию развивать на Марсе. К сожалению, мы всегда будем в числе догоняющих.

Я помню, как лет 15 назад в Эстонии пенсионеры платили за коммуналку и в магазинах рассчитывались через терминалы.

Для меня тогда, 15 лет назад, это был какой-то космос, в то время, как у нас всего этого еще не было. Беларусь вряд ли будет определять тренды в плане электронного правительства, как в Эстонии, где даже выборы проходят через интернет.

KYKY: Если бы у нас запустили интернет-голосование на выборах, допустим, президента, с какими проблемами столкнулась бы эта система?

С.П: Проблемы могут быть технического рода. Во время выборов могут осуществляться атаки на правительственные и информационные ресурсы. Опять же возникает вопрос доверия – в нашей стране непонятно, где будет больше доверия: в оффлайне или в онлайне. Еще вопрос, кто будет поставщиком этой электронной системы, потому что этот поставщик теоретически сможет влезть и подтасовать результаты. Не знаю, как это в Эстонии организовано, но поменять в базе данных цифры на нужные не сильно сложно. Но мне кажется, что рано или поздно все к этому придет. Банально, это сэкономит государству деньги.

В Беларуси быть киберсквоттером дорого

KYKY: В интервью Digital Report вы сказали, что домен .БЕЛ дал импульс для появления новых проектов. В пример вы приводите проект 115.бел. Эта доменная зона стала успешной?

С.П: Мировая общественность признала, что по истечении двух лет доменная зона .БЕЛ успешна. И после доменной зоны .РФ это вторая по величине кириллическая доменная зона. Сейчас в этой доменной зоне зарегистрировано 15 000 доменов. В зоне .BY – 127 000, и многие «красивые» доменные имена были уже давно заняты. Есть домены, которые не очень удобны в написании. Плюс, знание иностранных языков у беларусов оставляет желать лучшего, поэтому для многих удобнее использовать кириллицу, так как ее проще воспринимать на слух.

Но я замечаю, что люди используют домен .БЕЛ прежде всего в наружной рекламе. Буквально вчера ехал и увидел автоковрики.бел.

Если говорить о бизнесе, то весь прошлый год и для доменной зоны .BY и для .БЕЛ был не сильно хороший из-за кризиса. И та и другая доменные зоны сократились на 3 500 доменов. Если предыдущие годы доменная зона .BY показывала самые высокие темпы роста в Европе, то в кризис, который накрыл страну в 2015 году, количество доменов уменьшилось.

Кроме экономических причин были и законодательные проблемы. Например, интернет-магазинам запретили использовать упрощенную систему налогообложения. В итоге у многих стал вопрос: у меня есть палатка в Ждановичах и сайт. Раньше этот сайт есть не просил, а тут возникает выбор: или мне оставаться на «упрощенке» и иметь точку на Ждановичах или отказаться от сайта. Многие решили остаться в оффлайне, нежели поддерживать сайт. Если во всем мире стимулируют интернет-торговлю, то у нас этот шаг был нелогичным. По большому счету, это тормозит индустрию.

KYKY: В 2015 году вы говорили, что самое дорогое имя casino.by было продано с аукциона за рекордные 250 млн рублей. С того момента рекорд побит?

С.П: Этот рекорд не побит и вряд ли когда-то еще он будет побит. Сейчас домены, которые высвобождаются, особой ценности не представляют. А если домен красивый, люди предпочитают не высвобождать его, а до последнего держать.

KYKY: За последний год какой самый дорогой домен вы продали?

С.П: Когда доменную зону .БЕЛ запускали, тогда за домен авто.бел заплатили более $20 000. Это пока самая дорогая сделка в зоне .БЕЛ.

KYKY: А киберсквоттеров стало больше или меньше с кризисом?

С.П: Киберсквоттеры – это люди, которые регистрируют домены, совпадающие с названиями известных торговых марок, чтобы потом их перепродать. В Беларуси киберсквоттерам жизни нет: у нас правообладатель обращается в суд и с вероятностью практически 100% выигрывает дело. В этом случае сквоттер не только теряет домен, но и еще терпит судебные издержки. Сейчас они себя окрестили «доменными инвесторами» или «домейнерами». Они покупают красивые домены, которые подразумевают словарные слова типа «авто», а не названия брендов. Они мониторят, что сейчас в тренде. Уверен, что «спинер.бел» или «ждун.бел» уже давно проданы. Такие домены через суд забрать нереально, хотя и не совсем правильно называть такой бизнес сквоттингом. Действительно, есть клиенты, у которых по 700-800 доменов. Если это умножить на стоимость регистрации, 12,5 долларов, можно понять, что сам этот бизнес достаточно затратный. На поддержание такого портфолио уходят тысячи долларов. Хотя раз они тратят деньги, наверняка, этот бизнес приносит доход, но не сейчас: насколько я знаю, на вторичном рынке доменов сейчас затишье.

Попытка заблокировать интернет

KYKY: В России в июне Роскомнадзор заблокировал Google. Недавно запретил блогерам распространять видео об Олеге Тинькове, потом заблокировал SlideShare. Какие рычаги воздействия есть у беларуских властей на хостинговые компании?

С.П: Мы беларуская компания и живем по беларуским законам. Иногда поступают обвинения в наш адрес, мол, вы выдаете данные о владельце сайта, хотя должны отстаивать наши интересы.

А теперь представьте: приходит официальное письмо из СК, и по законодательству мы обязаны выдать все сведения, которые у нас есть. Если придет бумага с просьбой – хотя предписание предоставить сведения просьбой назвать нельзя – то любой хостинг-провайдер предоставит абсолютно все сведения, которыми располагает.

Так же, как если придет запрос о блокировке ресурса, мы будем вынуждены выполнить это предписание. Если говорить в общем о блокировке доменов, на моей памяти таких случаев было немного. Помимо «Onliner.by» я и не вспомню других.

Есть другой способ блокировки – это внесение сайта в список ресурсов ограниченного доступа. В этот список самые различные госорганы могут добавлять сайты: и МВД, и Следственный комитет, и КГБ, и Мининформ. Сегодня сайты, которые есть в этом списке, это ресурсы, связанные с детской порнографией и наркотиками. Никаких сайтов по политическим мотивам туда пока не вносили. Если раньше там «Хартия» появлялась постоянно, то сейчас там и ее нет. Хотя блокировка – это не действенный метод: ее можно обойти.

KYKY: Но ведь анонимайзеры тоже блокируют. Госдума в России этим летом заблокировала анонимайзеры.

С.П: Беларусы первыми заблокировали анонимайзеры, и у нас есть целый перечень IP-адресов, которые провайдеры вынуждены блокировать.

KYKY: Одно дело закон, но на практике анонимайзерами в Беларуси как пользовались, так и продолжают пользоваться. Государство вообще в состоянии когда-либо полностью взять под контроль интернет?

С.П: Технически заблокировать все анонимайзеры невозможно. Невозможно заблокировать миллиарды вариантов IP-адресов. Это борьба с ветряными мельницами. Например, я включаю режим «Opera Turbo» и там каждый раз будет новый IP-адрес. Я бы смотрел очень скептически на запрет анонимайзеров. Явно, тот, кто принимал решение об этом, не очень силен в техническом плане.

KYKY: С развитием технологий остро становится вопрос конфиденциальности в интернете. Компании Google и Facebook собирают данные о пользователях и, наверняка, уже знают о каждом из нас гораздо больше, чем мы сами. Как вы считаете, проблема конфиденциальности в интернете надумана?

С.П: В Беларуси до сих пор не приняли закон о персональных данных. То есть вы приходите в любое турагентство, отдаете паспорт, а за сохранность личных данных турагентство ответственности не несет. Планируют в 2018 году принять закон о персональных данных. Но мы как регистратор доменов работаем с персональными данными клиентов и вынуждены пока сами организовывать систему защиты персональных данных.

Если брать Google, то они повсеместно с нами: если у вас стоит операционная система Android, телефон отслеживает не только ваши запросы, но и местоположение в реальном времени. Я думаю, что степень вреда, которую вы получите от этого, зависит от уровня паранойи: даже если кто-то узнает все сайты, на которые вы ходите, в этом нет ничего страшного. По глупости люди сами добровольно больше информации выкладывают о себе.

KYKY: Опасения больше связаны с тем, что данные могут попасть в государственные службы, а не в Google или Facebook.

С.П: Я бы не опасался слива информации в госорганы. Google и Facebook будут вам точнее предлагать рекламу. Крупные компании заботятся о своем имидже и зачастую беларуским правоохранителям не сообщают никакой информации. Периодически Microsoft и Google публикует, сколько от правоохранителей со всех стран приходит запросов. Беларуский Следственный комитет отправлял в Google запрос, но там его оставили без ответа.

KYKY: Почему именно Минск выбрали площадкой для предстоящего форума «Минская неделя интернета»?

С.П: Тут будет не одно мероприятие, а два крупных международных форума. Мы их объединили под условным названием «Минская неделя интернета». Первая из этих форумов – конференция ENOG. Ее проводит компания RIPE NCC, которая распределяет IP-адреса по всей Европе и Азии. Второе мероприятие – это Восточноевропейский DNS форум. Он пройдет второй раз в истории. Организовывает данный форум корпорация ICANN. Она присваивает домены и адреса во всем мире, поддерживает работоспособность всех доменных зон и распределяет их по всему миру.

В прошлом году этот форум проходил в Киеве. Минск рассматривался как нейтральная площадка. Когда мы говорим про ENOG, та же Грузия или Казахстан – тоже нейтральные страны, но Минск находится ближе к Европе. К тому же у нас нет перекосов в сторону России или Украины – сюда с радостью приедут представители этих и других стран.

KYKY: После этих форумов будут новые партнерства, результаты которых заметят пользователи?

С.П: На конференцию ENOG приезжают исключительно технические специалисты. Это скорее образовательный проект – на ENOG «технари» расширяют свои знания и укрепляют контакты. Так что, скорее всего, новых проектов и договоров сразу не появится, хотя результаты будут, просто не на следующий день.