Президент США Барак Обама подписал проект бюджета страны на 2016 год. Документ, традиционно значимый не только для самих США, но и для всей мировой экономики, принес неприятный сюрприз именно странам-экспортерам нефти. Американский президент снял эмбарго на экспорт американского черного золота. Страна, еще несколько лет назад являвшаяся крупнейшим импортером углеводородного сырья, превратилась в его экспортера.

Этот факт означает, что мировой рынок нефти в ближайшее время ждут серьезные потрясения. Ведь речь идет о выходе на него страны, по уровню добычи занимающей уже третье место в мире, немногим отставая от России и Саудовской Аравии. Плюс США не только не состоят в нефтяном картеле ОПЕК, но и являются принципиальными противниками любого административного установления и квот на экспорт углеводородов, и цен на них.

К началу 2015 года объем добываемой в Соединенных Штатах сланцевой нефти сравнялся с объемом углеводородов, извлекаемых традиционными методами, и составил 4,5 миллиона баррелей в сутки. Еще в 2007 году, когда американские компании начали разработку такого типа месторождений, этого результата никто не ожидал. Сама добыча сланцевой нефти в США осуществляется на трех формациях: Bakken, что на севере страны, EagleFord и Permian — на юге. В каждом из этих регионов добыча ведется на сотнях участков, каждый из которых обладает уникальными характеристиками. При этом по своему составу сланцевая нефть практически ничем не отличается от традиционной. Отличие заключается только в свойствах земельных пород, в которых она залегает.

И если раньше американские нефтяные компании при разработке таких месторождений ориентировались только на внутренний рынок, то в этом году ситуация резко изменилась. И причина — именно в резком падении мировых нефтяных цен, начавшемся осенью прошлого года. Как отмечалось в аналитическом докладе Бруклинского института, опубликованном год назад, продление запрета на экспорт американской нефти могло привести к тому, что уже к 2020 году, когда планируется пик добычи сланцевой нефти, внутренний рынок страны столкнется со значительным переизбытком предложения. Это спровоцирует дальнейшее падение цен, которое негативно скажется на добывающих предприятиях, а вот возможность экспортировать сырье создаст у них стимулы для развития своего бизнеса.

Отчасти эти опасения подтвердились, что хорошо видно, если сравнить, как стремительно сокращается разница в цене между североморской маркой нефти Brent и американской WTI. В период так называемого «сланцевого бума» 2011-2014 годов баррель WTI в среднем стоил на 10 долларов дешевле барреля Brent. Причем в 2011 году эта разница вообще составляла 27 долларов за баррель. Но сейчас ситуация резко изменилась: на этой неделе дисконт составил чуть менее 1 доллара. И связаны эти изменения на рынке именно с ожиданием снятия в США эмбарго на экспорт черного золота.

Запрет на экспорт нефти, напомним, был введен в 1975 году — через два года после того, как арабские страны ввели эмбарго на поставки углеводородов в Северную Америку. Тогда руководство страны таким образом не допустило дефицита топлива. А вот снять этот запрет американские компании требуют только в последние несколько лет. Причем лоббистами их интересов традиционно выступают республиканцы. В сентябре Белый дом даже объявил о своем решении не снимать ограничение экспорта в 2016 году. Соответствующий законопроект был подготовлен республиканскими членами Палаты представителей.

Окснард, Калифорния Фото: Lucy Nicholson / Reuters

Как заявил в сентябре пресс-секретарь Белого дома Джош Эрнест, такие попытки республиканского большинства в Конгрессе нацелены на временное усиление своих политических позиций и мешают последовательным усилиям президента Барака Обамы по отмене неоправданно завышенных субсидий для нефтегазовых компаний и поддержке инвестиций в ветряную и солнечную энергетику. А по мнению сенатора-демократа Эдварда Марки, экспорт нефти из США по более высоким зарубежным ценам не имеет практического смысла для страны. Он считает, что это остановит большинство нефтеперерабатывающих заводов, сократит занятость в экономике и будет способствовать росту цен на бензин.

Тем не менее американскому президенту пришлось уступить. Немаловажную роль здесь сыграл именно дефицит бюджета страны. В подписанном Бараком Обамой документе он зафиксирован на уровне всего в 2,5 процента ВВП, и главную роль в его сокращении сыграли ожидаемые доходы от нефтяного экспорта. Что касается мировых цен на углеводороды, то биржи начали реагировать на такого рода информацию еще в начале недели, когда стало известно о договоренности республиканцев и демократов о включении в бюджетный пакет закона, снимающего эмбарго на экспорт американской нефти.

Барак Обама Фото: Michael Reynolds / CNP / AdMedia

Теперь аналитики гадают, какую долю американские компании займут на мировом рынке. Ее резкого увеличения пока не ожидается. Аналитики считают, что разрешением на экспорт американские нефтяные компании в полном объеме воспользуются в более отдаленной перспективе. Для этого им предстоит решить ряд проблем, связанных с логистикой поставок в другие страны, — в первую очередь в Китай и государства Евросоюза. Еще более серьезным является вопрос переориентации нефтеперерабатывающих предприятий Евразии именно на американскую нефть, что потребует дополнительных инвестиций в производство.

Так что пока основными потребителями нефти из США будут Канада и Мексика — что, впрочем, тоже немало. Во всяком случае, завоевание этих рынков позволит США по объему экспорта обогнать такие страны-члены ОПЕК, как Эквадор и Ливия. Для российских нефтяных компаний в этой ситуации гораздо худшим является тот факт, что появление на мировом рынке американской нефти может убить их надежды на рост цен на углеводороды в ближайшие годы. А значит, России придется учиться жить при цене как минимум ниже 50 долларов за баррель.