На этой неделе Дума будет обсуждать законопроекты, связанные с замораживанием индексации зарплат чиновников в будущем году. Пока что рост их доходов выше, чем у бизнеса, который этих чиновников и кормит

Светлана Сухова

Поиск ответа на знаменитый вопрос "Кому на Руси жить хорошо?" сегодня занял бы немного времени и совпал бы с ответом классика. В осень экономической турбулентности, когда рубль падает, а инфляция и цены растут, государственный и частный сектора экономики вошли с разной степенью готовности к возможным потрясениям: госслужащим, особенно высшего эшелона, за три последних года были резко подняты оклады. Видимо, поэтому предстоящие на этой неделе в Думе обсуждения законопроектов по заморозке в будущем году индексации зарплат чиновников воспринимаются скорее как пиар-акция, чем реальная попытка экономии госсредств.

Что у нас растет

Депутатам не придется резать по живому: в число категорий госслужащих, кому зарплату не повысят и не проиндексируют в будущем году, сами они не попали. Что понятно: в эпоху кризиса власти меньше всего хотелось бы лишиться послушного думского большинства. Тем более что месяц назад народные избранники уже получили весомую прибавку (от 30 до 100 процентов) к жалованию, наряду с теми же работниками МИДа, индексации зарплат последних как раз и предстоит пересмотреть в пятницу. То же коснется окладов сотрудников аппарата правительства и администрации президента. Впрочем, о дискриминации этих двух категорий госслужащих вряд ли всплакнет бюджетник или бизнесмен средней руки: по данным Росстата, трудящиеся Кремля и Старой площади — уже давно в лидерах по уровню оплаты труда. Средняя зарплата администрации президента еще летом равнялась 231,1 тысячи рублей в месяц, а в Белом доме — 211,4 тысячи рублей.

Вообще статистика впечатляет... В центральных аппаратах федеральных ведомств, где трудятся почти 40 тысяч госслужащих, средний оклад еще в начале года составлял 75 тысяч рублей, а в июле — уже 92 тысячи. Тогда же Минфин заговорил о том, что оклады госслужащих следует еще поднять, чтобы к 2018 году размер жалования повсеместно вырос в 2 раза. Планировалось даже выделить на это в ближайшие три года 462 млрд рублей, из которых 380 млрд пошли бы непосредственно на увеличение ставок.

Но в разгар обмена санкциями c Западом подъем зарплат чиновникам приостановили. Все-таки в большинстве своем трудящемуся населению ни индексации, ни прибавки к зарплатам не светят. На повышение окладов бюджетникам (врачам, учителям), которые обещаны майскими указами президента, с трудом изыскиваются средства в региональных дырявых бюджетах. Зато, кстати, там нашлись суммы для прибавки жалования местным госслужащим. Сделано это было настолько повсеместно и с удовольствием, что пару недель назад Дмитрию Медведеву даже пришлось предложить ограничить аппетиты региональных властей. Теперь оклады госслужащих на местах будут соотноситься с уровнем дотационности региона: пока быстрее всего, как нетрудно догадаться, богатели чиновники самых бедных субъектов Федерации.

Модель для сборки Эксперт Развивать бизнес или увеличивать давление госсектора на страну — вот перед каким выбором стоит сегодня власть

Андрей Яковлев*

Расхождение в уровнях зарплат в госсекторе и в бизнесе — это один из признаков того, что российская правящая элита сегодня вынуждена выбирать для себя приоритеты. На протяжении 2000-х годов власть пыталась одновременно решить две задачи — обеспечить социально-политическую стабильность (через повышение уровня доходов населения в сочетании с ограничением политической конкуренции и усилением контроля за СМИ) и стимулировать экономический рост (через госинвестиции, госзакупки, общее расширение внутреннего спроса на фоне стабильной макроэкономической политики). Использовавшиеся при этом механизмы управления экономикой и обществом очень напоминали Южную Корею 1960-1970-х годов, где спецслужбы играли сопоставимую роль в политике и бурный экономический рост сочетался с высокой коррупцией. Кризис 2008-2009 годов показал, что такая модель госкапитализма в современных условиях не работает. Сразу после кризиса власть попыталась изменить модель отношений с бизнесом через либерализацию Уголовного кодекса, программу снижения административных барьеров, через повышение позиций России в рейтинге Doing Business, создание Агентства стратегических инициатив, появление в президентской администрации специального уполномоченного по защите бизнеса, проведение амнистии для предпринимателей. Все эти меры должны бы изменить ожидания в бизнес-среде и создать стимулы для привлечения частных инвестиций. Эти меры объективно ограничивали влияние силовиков в высшей политической элите. Однако "арабская весна" и наши собственные протесты 2011-2012 годов против манипуляций на выборах породили контртенденцию. Высшая элита испугалась потерять власть и вновь сделала ставку на силовиков как главную опору режима. Отражением этого стал заложенный в бюджет существенный рост расходов на армию и полицию, а также расширение полномочий силовых структур по контролю за экономической деятельностью (один из примеров — возврат СКР права возбуждать уголовные дела по уходу от налогов без согласования с налоговой службой). Специфика в России в том, что тут куда больше обращают внимания на сигналы, исходящие от власти, чем на принимаемые ею законы. И когда такие сигналы противоречивы, реакция одна — уход в тень и вывод капиталов. Именно это мы наблюдаем сегодня. Похоже, что в таких условиях власть окончательно сделала свой выбор в пользу сохранения социально-политической стабильности, рассматривая силовиков и верхний эшелон бюрократии как свои главные опоры, а также госслужащих и работников бюджетного сектора как более широкую социальную базу. Проблема, однако, в том, что эта стабильность иллюзорна, так как без экономического роста у власти не будет достаточно средств для удовлетворения запросов этих социальных групп. И в итоге в недалеком будущем российской элите придется всерьез задуматься о новой модели управления экономикой и обществом, которая создавала бы стимулы для развития. *Андрей Яковлев — к.э.н., директор Института анализа предприятий и рынков НИУ ВШЭ

Кстати, если кому-то из федеральных или региональных чиновников не увеличили оклады в этом сентябре, значит, это было сделано ранее — полгода или год назад. Собственно, все началось пару лет назад, после возвращения Владимира Путина в Кремль, тогда зарплаты подняли силовикам. Потом, чтобы ликвидировать образовавшуюся диспропорцию, прибавили работникам администрации президента. Причем на тот момент подобные траты не были предусмотрены бюджетом, так что сначала перехватили денег в президентском фонде, а уже потом, постфактум,— в бюджете. И пошла цепная реакция: той же щедрости стали ожидать чиновники всех уровней и мастей. И получили, чего хотели. Зарплаты подскочили практически у всех госслужащих федеральных и региональных ведомств. Причем чем выше позиция, тем больше оказалась надбавка.

Угол падения

Грядущая заморозка индексации зарплат госслужащих дает небольшой выигрыш. Реальная экономия для бюджета на этих индексациях невелика: 0,3 млрд рублей — на зарплатах гражданских чиновников и 19,2 млрд рублей — на военных и силовиках. Понятно, что в кризисные времена и с миру — по нитке... Но если уж экономить — то на всех, и самое главное — нужно учиться зарабатывать. А вот с этим проблема.

Налоги и иные сборы с населения — едва ли не главный гарантированный источник пополнения казны. Прежде всего налоги, с самой его активной части — бизнеса. Так вот у частного сектора, за исключением разве что акул крупного бизнеса, проблемы с доходами уже не первый месяц и даже не год.

Оклады в частном секторе или вообще не растут, или отстают по темпам роста даже от уровня инфляции, не говоря уже о том, что им не угнаться за ростом доходов в госсекторе. Недавнее исследование PricewaterhouseCoopers (анализировались 71 компания из 12 секторов экономики) показало: рост жалования в бизнес-сегменте застопорился на отметке 7,6 процента. И это при том что инфляция уже превысила порог в 8 процентов. Если людей, которые обслуживают систему, власть поддерживает при любой экономической погоде, частникам никто ничего не обещал.

По словам профессора НИУ ВШЭ Игоря Николаева, популистское обещание поднимать зарплаты бюджетникам и госслужащим уже запустило процессы, которые сложно будет затормозить. С одной стороны, бюджеты всех уровней надорвались, пытаясь изыскать необходимые средства на зарплаты бюджетникам. А с другой — бизнес, втянутый в гонку за рабочую силу и зарплаты, ее де-факто проиграл.

Все выше Цифры Как выросла зарплата чиновников в первом полугодии 2014 года (по сравнению с аналогичным периодом 2013 года)

Средняя зарплата федеральных чиновников — 92 тыс. руб. (+32,6%) В администрации президента — 231,1 тыс. руб. (+34,9%) В аппарате правительства — 211,4 тыс. руб (+ 26,3%) В МЧС — 127 тыс. руб (+ 26,8%) В Верховном суде — 121,2 тыс. руб (+ 61,7%) В Совете Федерации — 116,3 тыс. руб (+ 33,1%) В Госдуме — 89,1 тыс. руб (+ 33%) В Генпрокуратуре — 77,1 тыс. руб (+ 42,9%) В СКР — 56,4 тыс. руб (+14,5%) Источники: Росстат

Собственно говоря, зарплаты руководителей департаментов в торговле, не говоря уже о строительном, фармацевтическом или IT-секторе, сравнялись с окладами глав департаментов министерств и ведомств еще в прошлом году — около 300 тысяч рублей. А заместители и помощники чиновников высокого уровня теперь и вовсе получают больше, чем их визави в частном секторе. Вывод очевиден — рабочая сила плавно перетекает из частного сектора в государственный. Переход из бизнеса на госслужбу — характерная черта эпохи властной вертикали. И недавнее беспокойство премьера о непрестижности профессии бизнесмена вполне оправдано: молодые и активные все чаще выбирают синицу в руках — госслужбу.

Не оскудеет ли рука дающего?

Конечно, желание не рисковать, иметь гарантированный доход отличает не только россиян. Но на Западе его удается контролировать путем ограничения числа чиновничьих мест. Стоимость государства и государственного аппарата для многих является ключевым показателем. Сбои бывают, только когда кривая безработицы вдруг резко устремляется вверх — тогда число госслужащих растет. Это один из рычагов стабилизации общества. У нас же в стране за последние пять лет, как говорит глава Минфина Антон Силуанов, количество госслужащих выросло на 100 тысяч человек.

Экономисты знают: создание дополнительных рабочих мест в госсекторе неизбежно повышает расходы частного. Эффект может быть долгоиграющим: бизнес оказывается меж двух огней — с одной стороны, конкуренция на рынке сбыта, с другой — на рынке труда, причем с государством. В таких условиях не растет производительность труда, а значит, и не растут доходы, зарплаты, прибыли бизнесменов. И, как следствие, собирается меньше налогов, даже если их планка поднимается все выше — было бы с чего брать...

Проблема в том, что в таких условиях не все предприниматели держатся за бизнес. По словам руководителя ежегодного исследования "Глобальный мониторинг предпринимательства", доцента кафедры стратегического и международного менеджмента Высшей школы менеджмента СПбГУ Ольги Верховской, 15 процентов предпринимателей недовольны тем, как идут их дела. Это результаты 2013 года. В этом году, по ее словам, ожидается рост числа недовольных.

Бизнес пытается найти лазейки, чтобы и в зарплатах не потерять, и на плаву удержаться. И одна из них в том, чтобы уйти на "микроуровень". За последние полгода в России выросло число индивидуальных предпринимателей — примерно на 140 тысяч. Что произошло? Во-первых, в эту нишу уходит мелкий и средний бизнес, который ощущает растущее давление крупняка. Во-вторых, быть индивидуальным предпринимателем сегодня выгоднее, чем малым или средним предприятием — меньше налогового и бюрократического гнета. Другое дело, что бюджету рост ИП за счет среднего и мелкого бизнеса невыгоден: доходы от ИП гораздо меньше. Так что это вопрос времени, когда госмашина сможет вернуть утекающие мимо бюджета деньги.

Если тренды не изменятся, россияне еще больше будут рассчитывать на государство как на источник доходов. Но неужели кто-то считает рост иждивенчества совместимым с современным развитием страны?