В прошлом году серия плакатов красноярского художника Василия Слонова Welcome! Sochi 2014 (чудовища, скачущие по заснеженным склонам, топоры с портретами Сталина и Путина, балалайка-автомат, матрешка-граната и олимпийские кольца из проволоки) вызвала скандал. "Русофобскими демонстрациями" назвал его работы сенатор от Пермского края Андрей Климов, сравнивший Василия Слонова с Геббельсом. Депутат Госдумы Григорий Куранов заявил об "уничижительном отношении к успеху нашей страны". Выставка Слонова в Перми была закрыта по инициативе председателя правительства Пермского края Геннадия Тушнолобова. Сейчас Василий Слонов подготовил новый проект "Ватники Апокалипсиса". Один из экспонатов – "Вата-мобиль" – был представлен в Красноярске на патриотическом фестивале, посвященном дню защитника Отечества.

Василий Слонов рассказал Радио Свобода о том, что вата – это сакральное вещество русской идеи.

– Вата-мобиль – это часть системного проекта. Ни для кого не секрет, что вата – это такой мем, который оккупировал мозги и профанные, и интеллектуальные. И не случайно во всем этом цивилизационном дискурсе такое наличие ваты. Национальная идея, которую концептологи, философы, политологи пытаются высосать из пальца, универсальна и наконец-то найдена. Сакральное вещество национальной русской идеи – это вата. Хочу поздравить все человечество с тем, что многовековая попытка поиска философского камня наконец-то увенчалась успехом. Философским камнем земной цивилизации является вата. Вата как предчувствие, вата как русский космос.

– В какой момент, на ваш взгляд, вата стала основной составляющей русской идеи, души? Раньше для ее определения использовались широта, загадочность…

Сакральное вещество национальной русской идеи – это вата

– Вата не отрицает широты души, она просто ее спрессовывает. Каковы характеристики ваты? Теплота, мягкость… Все признаки широты и необъятности русской души, все это присутствует в вате. Кроме естественно эстетических свойств, вата невыразимо красива, она еще и содержательна во всех смыслах, которые прижились на нашей территории. Через вату можно выразить те народные характеристики, от которых нам еще предстоит избавиться, – ватность, дебелость мысли.

– Вы анонсировали вата-мобиль как "биотехнологического монстра, обладающего лучшими характеристиками, вобравшего в себя передовые стратегии в области манипулирования массовым и индивидуальным сознанием". На кого будут направлены в данном случае эти технологии?

– Одна из уникальных сторон этого вата-мобиля в том, что он производит на чиновничий аппарат неизгладимое впечатление. Они впадают в такой ступор, некий когнитивный диссонанс их настигает, и они не в состоянии справиться с собственным впечатлением, оно становится им недоступным, потому что выходит за рамки чиновничьих инструкций, языка тех документов, с которыми они общаются. Это такое гипнотическое свойство ваты: вата-мобиль должен загипнотизировать чиновников как врагов России. В общем, это такая психотерапия квасного патриотизма. Чиновник же не родился таким падшим, изначально он же человек. И наша задача в том, чтобы он вернулся в человеческий облик. Функция искусства – не исцелять людей, не исправлять, не звать в какое-то далекое будущее, а отражать. Может быть, ставить диагнозы, может быть, утешать. Искусство не должно вести к революции. Есть разные мнения, например, что художник должен быть на баррикаде, я так не считаю.

– Каким образом вам как человеку с либеральными ценностями, чье творчество неприкрыто является оппозиционным, удалось выставить ваш вата-мобиль на фестивале, организованном с подачи чиновничьего аппарата?

Россия – это месторождение ваты

– Ну, на самом деле чиновники и государственные праздники – явление вторичное. Существует город и люди, которых я люблю, радость для которых я призван приносить, несмотря на какую-то дурость, нерешительность чиновников, меня это нисколько не беспокоит. Чиновники в моих руках – это как инструмент, как художник берет карандаш и кисть, так я беру чиновников и делаю то, что мне нужно. Можно сказать, что я художник-аферист на доверии, я вхожу в доверие, а потом пользуюсь плодами чужого доверия. Я как бы откусываю государственные и краевые бюджеты. Достаточно грамотно представить концепцию на порой недоступном для чиновников языке, и они с радостью позволят выставить все что угодно.

– Действительно ли в ваших планах, чтобы ваши творения "ватной" серии появились не только на муниципальных праздниках и в музеях, но и стояли в местах массового скопления чиновников, например, в здании Законодательного собрания края?

Тронув Васю Слонова, ты задеваешь русского человека, и сразу вата полезет со всех сторон

– Среда формирует бытие, а бытие рождает сознание. Мы все пользуемся какими-то благами западной цивилизации: айфоны, мерседесы. Они появились благодаря той культурной среде, которая существует на Западе, и, в частности, произведениям искусства, созданным там же. Если наполнить Государственную думу, Законодательное собрание достойными произведениями, которые наталкивают на размышления, а не вызывают позевывание, то ситуация немножко сдвинется в лучшую сторону. И конечно, я настаиваю и буду требовать в доступной мне форме, чтобы Министерство культуры смогло показывать мои работы в Кремле, в суде, в министерстве иностранных дел, тем более что у меня уже есть вещи, зарифмованные с государственным управлением, внутренней и внешней политикой.

– По вашим наблюдениям, если на ваши выставки приходят "ватные" люди, как они реагируют на инсталляции проекта "Ватники Апокалипсиса"?

– Очень злит. Существует такая очень глубокая серьезная полемика. Некоторые действительно оскорбляются, хотя мне непонятно почему. Оскорбленных другие утешают, ну что же ты, человек же из ваты пытается людей делать, вернуть вате человеческий облик. Но люди у нас горячие и, естественно, некоторые формы искусства воспринимают как оскорбление в свой адрес. В принципе я как художник отдаю себе отчет и готов за собственное творчество получить по роже или по башке своей инсталляцией.

– Про "ватных" людей все понятно. А из чего бы вы делали их антиподов, оппонентов, если бы был такой проект?

– Дело в том, что, когда говорят "вата", так называют людей неспособных понять какие-то очень утонченные вещи. И парадокс в том, что, скажем, либералы называют патриотов "ватниками". А патриоты либералов называют "вата". Просто у нас страна тотальной ваты. И если изображать людей, как вы говорите, передовых каких-то, космополитов, это та же самая вата. Просто вата бывает медицинская, бывает грязная. Всякая разная. Даже зеленую вату я видел и черную. Но Россия – это месторождение ваты. Хотя украинцы – это тоже вата. Там даже происходит вот это тление ваты. Это же просто вату подожгли извне. Люди-то убивают друг друга, став ватными пешками в чьей-то игре.

– А вы тоже – вата?

– Конечно я из ваты. У меня очень нежные чувства. Любовь к этому проекту – она не любовь через губу и с какой-то претензией. А наоборот, осознавая сопричастность ваты, чувствуя вот эту ватность в своей генетической решетке, я поднимаю щит этой спрессованной ваты на свои плечи.

– Ярко выраженное оппозиционное искусство, особенно в нынешней ситуации и с нынешними нравами, так или иначе подвергается притеснению. Как вы можете объяснить свой феномен? Ваши работы выставляются и, более того, некоторые презентуются на фестивалях с муниципальной поддержкой.

– Если говорить про сочинский проект, когда из центра поступила команда мочить меня, то, естественно, выдвинулись бригады, силовики и начали искать на меня всякого рода компромат. И меня спасло то, что я практически кристально чистый человек, у меня нет преступлений ни в какой области. Мне еще сказали, что меня выручил мой внешний вид, что был бы я каким-нибудь метросексуалом, меня бы "мочканули" сразу. А тут, тронув Васю Слонова, ты задеваешь русского человека, и сразу вата полезет со всех сторон. И вот эта вот святость способна противостоять всей государственной репрессивной машине. Как говорят, бог не в силе, а в правде. И поскольку правда на моей стороне, понятно кто выйдет победителем из этой схватки. Но посмотрим, что впереди, еще жизнь не закончилась. И потом, если в обратную искать компромат, то понятно, люди во власти у нас не имеют такой безупречной репутации, как простой свободный художник, не состоящий ни в каких союзах. Проблема еще в том, что я нигде не работаю и меня невозможно прищучить ни на каком уровне. Может быть, у них все же присутствует когнитивный диссонанс и они до конца не могут ответить на вопрос, кто такой Слонов. Для них, видимо, безопаснее и понятнее держать меня на виду, поэтому мне не создают никаких препятствий для самовыражения.

– По вашему мнению, в связи с непростой ситуацией внутри страны, что ждет всех нас в ближайшем будущем и художественное сообщество в частности?

– Я думаю, что каждый новый день будет прекраснее, чем прошедший. Я думаю, что нас ждут очень великие потрясения, великие войны, реки крови, потоки бегущего капитала, золота, весь мир придет в движение. Нескучно будет. И я этого времени ждал на самом деле очень долго, лет десять. Потому что это состояние болота – это не материал для художника. Творческим людям нужны навороты, сдвиги, глобальные потрясения. История искусства, как это ни печально, развивается только благодаря войнам.