Ирак. Фото: REUTERS / Wissm al-Okili

Создание новых государств – занятие опасное и почти всегда чревато насилием. Но та страна, которая сейчас рождается к югу от Турции, поперек старых колониальных границ, имеет все шансы поставить в этой области новый мировой рекорд. Ей не нужны ни международное признание, ни место в ООН, ни соответствующее пятно на картах – там у людей совсем другие цели. Они хотят порадовать человечество тем, что совместят у себя знаменитые ужасы исламского мира: к ближневосточным нефтедолларам добавят неудержимый фанатизм талибов, и все это с международным размахом «Аль-Каиды».



Где находится ИГИЛ

Пока название у новой страны довольно громоздкое и сильно отдает старыми реалиями: Исламское государство Ирака и Леванта. Такое трудно будет втиснуть на политические карты, и сокращается оно как-то неблагозвучно. Но проблема с придумыванием названия для новой страны – это пока самая серьезная трудность, с которой столкнулись ее создатели. Потому что во всех остальных областях у них сплошные успехи.

У них под контролем уже есть приличная территория: примерно от пригородов Алеппо на севере Сирии, дальше на восток по долине Евфрата, через старую колониальную границу в северный Ирак до самых пригородов Багдада. Есть государствообразующая нация – арабы сунниты, которые составляют абсолютное большинство населения этой территории. Есть своя государственная идеология – фундаменталистский суннитский ислам. А главное, уже есть немаленький государственный бюджет и постоянные источники его пополнения, доходам от которых могут позавидовать многие другие страны.

Исламское государство Ирака и Леванта сформировалось совершенно неожиданно и очень быстро – буквально за последнюю неделю. Но его корни можно отыскать в событиях еще десятилетней давности, когда американские войска только сносили памятники Саддаму Хусейну. Тогда же они начали разгонять старый госаппарат диктатора и заменять его новым, демократическим. Соответственно пришлось чуть ли не полностью зачистить иракскую армию и прочие весьма многочисленные силовые структуры от представителей суннитского меньшинства и демократически заменить их на шиитское большинство. Но у людей, которые на протяжении 30 лет правления Саддама довольно часто занимались тем, что пытали и расстреливали или просто ходили с важным видом, не очень получилось встроиться в новую свободную жизнь, поэтому многие из них присоединились к антиамериканскому и одновременно антишиитскому вооруженному подполью. Так в 2004 году появилось иракское ответвление «Аль-Каиды».

Через несколько лет связь с конторой бен Ладена перестала представлять для них интерес, и они переименовались в Исламское государство Ирака. А по мере роста амбиций к Ираку добавился еще и Левант, то есть Восточное Средиземноморье. По-настоящему успешной эта организация стала после того, как Обама вывел американские войска из Ирака в конце 2011 года. Исламские государственники даже наладили выпуск красивых ежегодных отчетов, не хуже чем у какого-нибудь «Сити-банка» (вот, например, за 1433 год по хиджре – примерно наш 2012-й). В этих отчетах по красивым картинкам и без знания арабского понятно, сколько за год они взорвали машин, сколько было терактов со смертниками, сколько и какого оружия захватили. А рост показателей год от года просто выдающийся.

В 2013 году центр активности группировки сдвинулся в восточную Сирию, где после двух лет гражданской войны можно было творить все, что угодно. И наконец, уже в этом июне исламисты организовали блицкриг в Ирак, присоединив к своим владениям за несколько дней почти все районы с суннитским большинством, включая второй по важности иракский город Мосул. Такого не удавалось даже талибам. Они в 1994 году тоже возникли из ниоткуда, но им на захват южного Афганистана с Кандагаром потребовалось больше двух месяцев, а тут люди управились всего за неделю.



Банки, нефть и самолеты

Невиданный успех Исламского государства Ирака и Леванта случился не на пустом месте, а оттого, что его лидеры в отличие от многих своих коллег думают не только о партизанско-террористических делах, но и о государственных – в полном соответствии со своим названием. Они не только взрывают и убивают, но и старательно выстраивают на завоеванных территориях убогое, крайне примитивное, но все-таки государство. Они собирают налоги, вершат правосудие, предоставляют населению какие-то базовые социальные услуги, занимаются идеологической обработкой лично и через социальные сети, вербуют добровольцев в армию, численность которой за последние дни увеличилась в несколько раз и сейчас оценивается на уровне 15 тысяч человек.

А главное – они последовательно создают для своего халифата надежную экономическую базу. Поначалу им приходилось пробавляться типичной мелочевкой: похищениями людей, рэкетом, контрабандой. Но на таком много не заработаешь. Поэтому в дело пошли красочные ежегодные отчеты, чтобы привлечь аравийских спонсоров. Потом они занялись торговлей древностями, которых в долине Евфрата разбросано в избытке. Но все равно набиралось всего несколько десятков миллионов долларов в год – на это государство не построишь.

Тогда иракские исламисты занялись нефтяным бизнесом. В безвластной восточной Сирии они захватили несколько нефтяных месторождений и электростанций и стали продавать нефть и электричество Башару Асаду. Тот охотно покупал, потому что иракские исламисты параллельно сражались за территорию с другими группировками сирийских повстанцев. Это позволило Исламскому государству Сирии и Леванта накопить к началу лета более $800 млн.

А дальше деньги пошли к деньгам. Разбогатевшие исламисты смогли организовать блестящую операцию по захвату северного Ирака и особенно Мосула. Перепуганная иракская армия разбежалась оттуда, не оказав почти никакого сопротивления. В результате исламисты смогли заполучить кучу финансовых активов – в одном только центральном банке Мосула они нашли золота и прочих ценностей более чем на $400 млн. А их совокупный бюджет теперь оценивается в $2 млрд. И это не предел, потому что сейчас они ведут бои за крупнейший нефтеперерабатывающий завод Ирака, производящий 150 тысяч баррелей нефтепродуктов в день. Естественно, у исламистов вряд ли получится использовать его на полную мощность да еще и продавать продукцию по мировым ценам, но даже небольшая часть этого производства гарантирует им стабильный и высокий доход.

Другие террористические организации не могут даже мечтать о таких доходах. Нищеброды из ХАМАС в своем секторе Газа с трудом наскребают $70 млн в год. Ужасная «Аль-Каида» в лучшие свои годы имела ежегодно всего несколько десятков миллионов долларов. Даже «Талибан» с его опиумными полями в Афганистане, по самым смелым оценкам, не зарабатывает больше $400 млн в год. А тут уже больше двух миллиардов долларов, что примерно равно ВВП целого Сомали или годовому доходу госбюджета стран типа Мавритании или Эритреи.

Перспективы рисуются прекрасные. Между Алеппо и Багдадом возникает нефтетеррористический халифат, заваленный американским оружием, которое побросала бегущая иракская армия. У них там теперь даже грузовые самолеты есть, осталось только научиться ими пользоваться. Во главе халифата – жесточайшие фанатики похлеще талибов. Но в отличие от талибов им не надо возиться с опиумом, потому что у них завались нефти, чтобы осуществить любые свои желания. Сражаться с новыми исламистами некому, потому что иракская армия ни на что не годна, а для Обамы нет страшнее унижения, чем повторно вводить войска в Ирак, которые он совсем недавно так торжественно оттуда вывел. Тут уже можно поверить в возможность объединенного фронта Тегерана и Асада, которые с двух сторон и при американской поддержке с воздуха пойдут отбивать Мосул для иракского правительства. И тогда события на востоке Украины покажутся образцом логики и здравого смысла.