Критик, переводчик, блогер и постоянный автор «Горького» Алексей Поляринов выпустил свой собственный роман, который он писал на протяжении шести лет. Ксения Лурье рассказывает, как его правильно читать.

Алексей Поляринов. Центр тяжести. М.: Эксмо, 2018

Роман Алексея Поляринова «Центр тяжести» напоминает не сложную систему озер, о чем говорится в аннотации, а реку — бурно текущую, устремляющуюся сквозь горы и равнины, чтобы впасть в море или в океан. Ей не важны нелепые границы стран, но ее можно поймать, построив плотину. Однако Поляринов, которого учили это делать в инженерно-мелиоративном институте, забывает о своем умении. Он строит не стену, он хочет создать метароман. Для этого он извлекает слова, образы, мысли из прочитанных книг и состыковывает их друг с другом, пытаясь собрать единый текст. Тут встречаются и небо Аустерлица («Война и мир» Льва Толстого), водонапорная башня, напоминающая ракету «Фау-2», или жест из пальцев V («Радуга земного тяготения» и «V» Томаса Пинчона), люди-планеты, притягивающие к себе тех, кто вращается вокруг них, как спутники (Харуки Мураками «Мой любимый sputnik), «жизнь в изгнании стала для нас испытанием, я, как Набоков...» (у Дэвида Митчелла в «Облачном атласе» было «как Солженицын») и даже щегол, пойманный в клетку (естественно, намек на «Щегла» Донны Тартт), и я уверена, если всмотреться в роман более внимательно, можно найти множество других отсылок. Но суть не в них.

Первое впечатление, что «Центр тяжести» — это роман-автобиография. Герой Петро (или Петр Портной — нет ли тут отсылки к Филипу Роту) рассказывает о своей матери, закончившей факультет журналистики в МГУ и мечтающей написать книгу, и об отце, великом математике, человеке-калькуляторе, стругающем сотни одинаковых табуреток в гараже просто потому, что ему это нравится. У Петра рождается брат Егор, и они всей семьей переезжают в поселок Рассвет в Ростовской области, где Петро взрослеет, учится, обретает первого и единственного друга Александра Грека. А потом Петр отправляется в Москву и поступает в МГУ на факультет перевода.

Поселок Рассвет Ростовской области? Факультет перевода? Открываем поисковик, ищем биографию Алексея Поляринова, проходим по ссылке, читаем: «Алексей Поляринов родился 27 декабря 1986 года в поселке Восход Калужской области, а детство провел в поселке Рассвет Ростовской области», а после переехал в Москву и в свободное от работы время занимается художественным переводом книг.

Второе впечатление от «Центра тяжести» — перед нами сырой, разваливающийся текст. О каком центре здесь вообще может идти речь? В романе три героя: Петро, его брат Егор и их сводная сестра Марина. Автор дарит Петро свое детство, свою страсть к чтению и переводам и, в общем-то, счастливую семейную жизнь. Петро единственный, кто обретает спутницу и продолжает род Портных. Марина становится свидетелем-повествователем различных внутриполитических событий и оппозиционных акций. Она знакомится и влюбляется в художницу Сашу, которая с помощью искусства пытается противостоять деспотичному режиму. Сам Поляринов, кстати, интересуется уличным искусством и граффити.

Наконец, Егор, унаследовав способность к математике от отца, становится выдающимся программистом. Из-за череды странных событий и бандитских разборок, Егор попадает в некую таинственную Компанию, в шестой отдел. Там он разрабатывает самообучающийся алгоритм, который помогает спецслужбам отслеживать людей в интернете. Киберпанк для Поляринова также очень важен.

Алексей Поляринов

«Центр тяжести» писался шесть лет. За это время Алексей Поляринов написал десятки критических эссе про Кадзуо Исигуро, Стивена Кинга, Иэна Макьюэна, Джулиана Барнса, Ханью Янагихару и многих других авторов, перевел несколько текстов культовых американских писателей-постмодернистов для независимого журнала Pollen Press и совместно с Сергеем Карповым — «Бесконечную шутку», 1 200-страничный роман Дэвида Фостера Уоллеса о социальных проблемах Америки будущего.

Собственно, Уоллес и стал для Поляринова проводником в мир американской литературы второй половины XX века. В одном из подкастов Алексей рассказывает, как в течение двух лет он читал «Бесконечную шутку» и через Уоллеса заинтересовался творчеством Пинчона, Делилло, Макэлроя. Можно сказать, что Уоллес повлиял также и на сам текст «Центра тяжести». Здесь нет 388 пронумерованных сносок, как в «Бесконечной шутке». Хотя сноски все-таки есть, и в них не автор и не редактор констатируют или поясняют какой-то факт, а герои спорят с другими героями, дополняя рассказ. И конечно, в «Центре тяжести» нет заигрываний со словами, и метафоры здесь не превращаются в невротичные несколькостраничные описания, являющиеся особенностью стиля Уоллеса.

Но весь роман Поляринова — это 475-страничная шутка. «Центр тяжести» наполнен юмором, подчас нелепым, странным, таким, под которым скрывается застенчивость или даже что-то болезненное и травматическое. Герои шутят про обсессивно-компульсивное расстройство Егора, про школьного преподавателя математики, который Егору точно понравится, ведь он круглый дурак. Искренний и чуткий юмор из детства превращается в сдавленный, нервный смех, когда герои вдруг понимают, что живут в антиутопии, что в них внедряют чипы, за их передвижениями следят и что в любой момент за ними могут прийти.

В 1989 году драматург Дэвид Мэмет опубликовал провокационное эссе «Криптонит», где он утверждал, что сверхспособности героя комиксов Супермена — это одновременно и его проклятие. Точно так же можно сказать и про структуру романа «Центр тяжести». Жанровая особенность романа — это и его дар, и его проклятие. Это произведение, меняя жанры, не вписывается ни в какие контексты: роман-взросление стремительно перетекает в антиутопию, граничащую с киберпанком, параллельно здесь можно найти элементы детектива и даже сказки. Именно сказки, автором которых является Нина Ходжарова, мать Петро и Егора, маркируя основные идеи романа, концентрируя внимание читателя на важных темах.

Проклятие романа в том, что с каждой страницей «Центр тяжести» расслаивается, множится и рушится. Обычно, когда такое происходит, автор либо прекращает писать текст и начинает с чистого листа, либо все-таки из последних сил выдавливает из себя всё возможное, и в результате вместо аккуратной выверенной табуретки получается этакий колченогий стул, роман-провал. Однако пока рос «Центр тяжести», рос и сам автор, публикуя статьи в различных медиа и переводя художественные книжки.

И вот оно третье, и финальное, впечатление в процессе чтения «Центра тяжести». Ближе к концу ты начинаешь удивляться: как ловко и удачно Алексей Поляринов состыковывает друг с другом все эти разножанровые фрагменты. «Центр тяжести» — это роман-движение, роман-время. Кто-то строит стену, а кто-то ее разрушает, кто-то снова пытается собрать кирпичики вместе, чтобы отгородиться, а кто-то рисует на стенах сердце или поступает радикальнее — берет в руки синтетическую взрывчатку. В тексте постоянно всплывает образ стены, как границы, которая отделяет людей и народы: Берлинская стена; Китайская стена; стена, которую строят в 20XX году в России; наконец, самая наша одержимость заборами. Все эти границы роман пытается описать и преодолеть — как на уровне сюжета, так и на интертекстуальном уровне. «Центр тяжести» ломает жанровые границы, впуская в себя множество образов из прочитанных когда-то Поляриновым книг. С этой точки зрения все подкасты и критические эссе Поляринова становятся метатекстом, текстовыми данными второго порядка, которые могут помочь понять роман «Центр тяжести», его развитие и формирование.

«Центр тяжести» — завуалированный отчет о том, как автор рос и менялся. Он наполнен надеждами и страхами, разочарованиями и вдохновляющими мгновениями. В этом и есть главная уникальность романа. И в итоге «Центр тяжести» из неровного и разваливающегося произведения, наполненного шуточками и отголосками других романов, превращается в искренний текст, что опять же отсылает нас к «Бесконечной шутке» Уоллеса. Именно с нее начался этап новой искренности в литературе. В своем романе Алексей Поляринов показывает нам процесс своего развития как автора. А что еще для писателя может быть искреннее?