Интернет основан на копировании. Это утверждение истинно на чисто техническом уровне: по мере своего кругосветного путешествия порции данных копируются от сети к сети, и в конечном итоге транслируются на девайсе пользователя. Но это также является правдой относительно того, каким образом люди пользуются Интернетом: они постоянно пересылают копии по сети, будь то часть кода или какие-либо работы целиком.

Это является огромной проблемой, поскольку что-либо, попадающее под определение авторского права, с момента создания в фиксированной форме автоматически становится субъектом авторского права, интеллектуальной монополии, которая дает создателю юридическую силу накладывать запрет на копирование своей работы. Очевидно, что в такой ситуации практически каждый, кто пользуется Интернетом нарушает этот закон не один раз в день.

Это заметили далеко не впервые. Еще в 2007 году профессор права США, Джон Теграниен, описал нарушения копирайта как абсолютно рутинную активность в Интернете в своей работе «Нация Нарушителей: Реформа авторского права и разрыв нормы и права». Согласно этой работе, на протяжении дня рассматриваемый в ней репрезентативный пользователь нарушал авторское право двадцати электронных писем, трех юридических статей, архитектурной цифровой модели, стиха, пяти фотографий, анимационного персонажа, музыкального произведения, картины и еще 50 записей и рисунков. Учитывая вышесказанное, он совершил по крайней мере 83 акта нарушения и несет ответственность в размере $12,45 миллионов (не говоря уже о потенциальной уголовной ответственности). Если масштабировать такую модель поведения на год, ответственность возросла бы до нескольких миллиардов долларов.

Не все перечисленные нарушения были произведены в онлайне, а подсчет производился согласно законам США, но главная мысль такова: согласно современным законам, практически каждый пользователь Интернета ежегодно несет ответственность в размере миллионов долларов за нарушения авторского права. Это не просто абсурдная ситуация — она опасна для общества, поскольку она привела пользователей интернета — в частности, молодое поколение — к полному игнорированию и даже презрению к авторскому праву, которое не в состоянии идти в ногу со временем.

Ситуация возникла из-зо того, что авторское право было разработано триста лет назад, и в аналоговом мире такие творения были редки и копирование могла легко обнаружить полиция — ведь трудно спрятать печатный станок. На сегодняшний день, творчество не является атрибутом исключительно «креативного класса»: находясь в онлайне, все делают это постоянно посредством отправления сообщений, загрузки видео на YouTube или же просто комментируя статью.

Более того — остановить копирование не просто трудно, но и попросту невозможно, не прибегнув к полному контролю Интернета — что, по интересному стечению обстоятельств, практически и так уже происходит, исходя из разоблачений Эдварда Сноудена.

В конечном счете, авторское права не подходит для цифровой эпохи, и то, что Тегрениен назвал «разрывом нормы/права» (тем, что делают люди и тем, что написано в законе) — стало настолько разительным, что даже медлительная и чрезмерно осмотрительная Европейская Комиссия осознала, что пора что-то делать. Но понять — это было самой легкой частью, а вот договориться, как именно необходимо обновить существующую директиву ЕС об авторском праве «для согласования конкретных аспектов авторского права и связанных с ним прав в информационном обществе,» которая датирована 2001 годом — гораздо сложнее.

Реальная реформа авторского права сложна в силу того, что связанные с ним индустрии (издатели, обладатели прав и т.д.) развивались привыкнув к тому, что законы всегда меняют в их пользу, что демонстрируется повторяемым расширением срока принадлежности права, начиная с 14 лет в 1710 до периода жизни автора + 70 лет в наши дни. Идея того, что онлайн пользователи могут нуждаться (и имеют на то право) в более гибком регулировании цифрового авторского права является анафемой для издательств, музыкальной и кинематографических индустрий, которые изо всех сил сопротивлялись каждой попытке обновления законов в этих областях.

Бесхозные произведения

Сопротивление изменениям можно увидеть в одной из ранних полемик в ходе битвы, которая относилась к изменению авторского права для эпохи Интернета. Там обсуждались так называемые «бесхозные произведения» (с англ. — orphan works). Это произведения, которые еще защищены авторским правом (то есть в пределах «жизнь+70 лет»), но собственники которых не могут быть найдены или установлены. В прошлом это не являло собой проблемы: на эти работы особо не обращали внимание и игнорировали — в противном случае правообладатели эксплуатировали бы их стоимость. В этом случае, как пример, скорее всего нет экономической выгоды в том, чтобы делать современные переиздания книжек, или выпускать новую физическую копию фильма.

Но в цифровую эпоху ситуация изменилась. Оцифровка аналоговых произведений может быть весьма недорогой, и цена продолжает снижаться. Повсеместное распространение Интернета привело к тому, что обычно есть люди, заинтересованные даже в самых незаметных бесхозных произведениях. Но несмотря на это, без разрешения правообладателей невозможно правомерно произвести оцифровку. В результате, миллионы работ меньшей значимости, но в тоже время весьма интересных, представляют собой приведения авторского права: хотя они недоступны для покупки, и могут даже не иметь очевидного правообладателя, им в тоже время нельзя дать новую жизнь, выложив их в Интернет, поскольку это приведет к нарушению авторского права.

Весьма иронично, что первый акт авторского права 1710 года провозглашал «Поощрение Учёности«, а сейчас главным образом из-за авторского права люди ограничены в доступе к информации, которые содержатся в бесхозных работах.

Эта проблема была вынесена для обсуждения Европейской Комиссии в документе под названием «Публичный доклад по авторскому праву в Сфере Знаний» в 2008 году. Автор этого документа пишет: «Проблема, с которой мы столкнулись в крупномасштабных проектах по оцифрованию — так называемый феномен бесхозных работ,» и после делает заключение: «Большинство стран-участников еще не разработали свой подход в регулировании проблемы бесхозных работ. Потенциальная международная природа этой проблемы требует согласованного подхода.»

Очевидным решением было позволить людям оцифровывать бесхозные работы и уже потом платить владельцу в случае, если он даст о себе знать. Таким образом, преграды для оцифрования были бы устранены, а в случае, если правообладатели объявляются — они получают свою компенсацию. Но издательский мир категорически против такой идеи. Доклад на встрече касательно бесхозных работ, который проходил в октябре 2009 показал две позиции: «Библиотеки, компании интернет-поиска и интернет-архивные компании (Google, Internet archive) выступали за исключение в законе, благодаря которому была бы возможна бесплатная оцифровка бесхозных работ. Издатели же считают такую оцифровку можно проводить только с предварительным получением разрешения.»

Такое настойчивое требование издателей лицензирования всего вокруг будет камнем преткновения не только относительно бесхозных работ, но и всех попыток модернизации авторского права. В таком контексте не удивительно, что когда был принята окончательная версия директивы относительно бесхозных работ в октябре 2012, она была прокомментирована неправительственной организацией «Knowledge Ecology International» как «упущенная возможность«.

Диалог? Какой диалог?

Комиссия начала процесс по обновлению директивы авторского права от 2001 года в декабре 2012 с заявления о том, что она организует «обсуждение видения контента в цифровой экономике» с целью «обеспечения практичности авторского права» в цифровую эпоху. Ключевая часть дебатов заключалась в «структурированном диалоге с заинтересованными сторонами.» Подробности были анонсированы несколько недель спустя. Они включали 4 темы для рассмотрения: международный доступ и портативность услуг; аудиовизуальный сектор и организации культурного наследия; генерируемый пользователями контент и лицензирование защищенного материала для мелкомасштабных пользователей; добыча текста и данных. Последние две были особо противоречивы.

Главной проблемой стала проблема формулировки вопроса. Вот как Комиссия пояснила ситуацию с контентом, который генерируют пользователи:

В среднем, каждую минуту, люди загружают 72 часа видео на YouTube, более 150,000 фотографий на Facebook. В некоторых случаях контент, генерируемый пользователями «повторно использует» уже существующий материал (к примеру ремиксы, монтаж готовых материалов и домашнее видео с добавлением саундтрека) и потому часто покрывается некими формами лицензирования правообладателями, которые находятся в партнерстве с конкретными площадками, но это не является прозрачным для конечного пользователя. В тоже время, мелкомасштабные пользователи с огромным трудом выясняют, каким образом могут получить лицензию на свой материал. Цель комиссии стимулировать появление более прозрачной и понятной системы использования защищенных материалов. Эта работа должна определить адекватные формы лицензирования и пути улучшения информирования конечных пользователей.

В качестве единственного очевидного «решения» Комиссия видела только то, которое основывается на лицензировании. Идея того, что некоммерческий контент, генерируемый пользователем, может и вовсе не нуждаться в лицензии (в качестве примера исключения, подход «честного использования» в США) — вообще не рассматривался как вариант. В похожей манере говорится в пресс-релизе Комиссии относительно добычи текста и данных:

Добыча текста и данных (TDM), автоматическая технология исследования с целью научного исследования требует контрактов между пользователями и правообладателями для установления технического доступа к соответствующим материалам. Целью Комиссии является обеспечить эффективность TDM в целях научных исследований. Эта работа должна разработать такие решения, как стандартные модели лицензирования вместе с технологическими платформами для упрощения доступа для TDM.

До этого момента люди которые на самом деле использовали TDM — все типы исследователей, не только ученые — были убеждены, что им не требуется дополнительное лицензирование, поскольку они применяли добычу данных и текста к материалам, которые они получили на законных основаниях, например, через подписку институтов на научные издания. Опять же, Комиссия смотрит на ситуацию с точки зрения индустрий правообладателей, что подразумевает под собой необходимость новой лицензии для каждого нового использования материала, защищенного авторским правом и, как правило, дополнительным платежем. Если вам необходимо доказательство отправной точки тенденциозности диалога, вам следует просто взглянуть на его официальное название: «Лицензии для Европы«.

Право добывать

Такая точка зрения была присуща не только индустриям правообладателей, которые занимали господствующее положение в дискуссии. Таким же образом вели себя и сами компании авторского права. Особенно ярко это проявлялось в рабочей группе, где обсуждался контент, генерируемый пользователями. Как в свое время заметил французский сайт цифрового права La Quadrature du Net, список участников был полон не представителями общественности, как можно было бы ожидать, а представителями правообладателей:

La Quadrature du Net был зарегистрирован для участия в рабочей группе новых «Лицензий для Европы», инициативы названной «Контент, Генерируемый Пользователями». Все в названии, теме и миссии тенденциозно отвечало интересам индустрии развлечений, которая была представлена более чем 3/4 участниками! Рабочая группа должна была сфокусироваться на «Контенте, Генерируемом Пользователями» таким образом, будто работы интернет-пользователей отличаются от категории «реальных» культурных произведений, будто сегодня никто не имеет равного права принимать участие в культурном процессе наряду с уже созданным наследием. Комиссия в таком формулировании вопросов дискуссии служит крупным игрокам индустрии, которые продолжают нападки на культурные практики своих пользователей и игнорируют необходимость реформы авторского права. Другая часть этой инициативы была такой же тенденциозной. Рабочая группа должна была заниматься исключительно лицензированием и обсуждала контракты индустрии, в которых под контроль попадает абсолютно все, вместо обсуждения новых исключений авторского права, которые отражают главный интерес в разрешении некоммерческого совместного использования и повторного использования уже готовых цифровых произведений.

Дело обстояло печально и в рабочей группе по добыче текста и данных, где единственным возможным решением, которое стало предметом обсуждений, было лицензирование. После отправки письма в Европейскую Комиссию с выражением «серьезной и глубокой озабоченности» касательно этой рабочей группы (TDM) и после получения неудовлетворительного ответа, все представители общественного интереса в группах решили полностью выйти из этой дискуссии. Во втором письме, отправленном в мае 2013 года, они объяснили, почему чувствовали себя обязанными совершить такой поступок:

Мы убеждены в том, что любые значимые обсуждения в правовом дискурсе касательно инноваций, связанных с данными, должны главным образом относиться к теме ограничений и исключения [авторского права]. Обозначая ключевой темой дискуссии лицензирование, рабочая группа «Лицензий для Европы» не сделала такое обсуждение возможным. Вместо этого, диалог относительно ограничений и исключений представал исключительно в искаженном свете лицензирования. Это ошибочно предполагает, что решением по быстрому принятию технологии TDM является дополнительное лицензирование уже лицензированного контента (то есть двойное лицензирование), что также влечет за собой лицензирование всего открытого Интернета. Этот подход также пренебрегает значимой работой, которая была проделана в Европе по увеличению доступности данных, которые находятся в Открытом Доступе [имеются в онлайне в открытом бесплатном доступе], работой, которая поощряет их исследование. Поэтому мы обеспокоены, что наше участие в дискуссии, направленной главным образом на лицензирование, будет расценено как принятие нашими секторами двойного лицензирования в качестве решения. Это не так. Мы твердо убеждены в том, что «право прочесть есть право добывать».

Факт в том, что уход ключевой группы заинтересованных лиц со встреч было громкой пощечиной Европейской Комиссии, которая теперь не могла делать вид, что мероприятие прошло с блестящим успехом. Предсказуемо, что результаты, освещенные на Финальном Пленарном Заседании «диалога» Лицензий для Европы, были сформулированы терминами лицензирования без какого-либо признания других решений и других точек зрения вообще.

Консультация по авторскому праву

В следующем месяце Европейская Комиссия запустила публичную консультацию по авторскому праву. Поскольку члены Комиссии беспокоились по поводу фиаско Лицензий для Европы, они с наигранным безразличием заявили, что приветствуют «выдвинутые в этом контексте практические решения заинтересованных лиц и верят, что эти инициативы помогут в усовершенствовании доступности в ЕС размещенного в онлайне контента,защищенного авторским правом.»

Консультации Европейской Комиссии традиционно касались крайне технических вопросов, главным образом касающихся компаний, их юристов и лоббистов. Малая толика усилий была направлена на стимулирование обратной связи с обычными представителями общественности, поскольку присутствовала негласное соглашение в том, что последним эта тема либо безралична, либо же они не обладают необходимым знанием для внесения существенных замечаний. Эта ситуация была, по сути, замкнута в себе: из-за того, что консультации не особо разглашались и были непрозрачны, общественность редко о них слышала и еще реже предпринимала попытки участия в них. Поэтому Комиссия могла и дальше делать вид, что общественности, по большому счету, все равно, что в свою очередь лишало смысла заявлять публике о дальнейших консультациях.

Консультация по авторскому праву отличалась во многих отношениях. Она касалась темы, которая влияла на огромное количество людей, поскольку все, кто пользуются Интернетом, должны учитывать авторское право в независимости от того, нравится им это или нет. Причиной этого является то, что больше всего авторское право затрагивало интернет-пользователей, потому само собой разумеющимся было предоставление им детальной информации про консультации путем создания соответствующих онлайн-ресурсов.

На изображении ниже — страничка сайта fixcopyright.eu, где разъясняется, что Консультация Европейской Комиссии — по сути вопросник, с помощью которого пытаются выяснить мнение общественности по поводу практических аспектов применения авторского права и необходимости внесения изменений. Это касается каждого, поскольку авторское право регулирует механизмы создания, распространения и использование информации, и это возможность сообщить Комиссии о своем мнении и сделать авторское право пригодным для цифровой эпохи. Также говорится о важности каждого ответа — таким образом голос обычных граждан не будет забыт. Сайт помогает оформить свой отзыв, но напоминает, что это — ваш ЛИЧНЫЙ вклад.

Этот сайт был основан в начале 2014 года группой заинтересованных организаций, многие из которых были задействованы в печально известной дискуссии Лицензии для Европы. По этой причине они знали, что именно на уме Европейской Комиссии относительно реформы авторского права, и в чем заключаются ключевые проблемы. Сайт fixcopyright.eu сформулировал это так: «Интернет бросает вызов авторскому праву как главному источнику регулирования создания, распространения и использования информации. Эта Консультация является уникальной возможностью дать Европе знать о вашем мнении по поводу необходимых изменений авторского права для его соответствия цифровой эпохе.»

Консультация по авторскому праву состояла из 80 вопросов — неподъемного количества для большинства людей. Поэтому для удобства fixcopyright.eu обозначил 8 категорий людей, к примеру: «учитель», «онлайн-пользователь», «пользователь с особыми потребностями (инвалид)», «родитель», и т.д. К каждой категории они подобрали небольшое количество вопросов, которые в наибольшей мере затрагивают каждую из групп.

Эффект fixcopyright.eu и других сайтов, направленных на то, чтобы помочь обычным людям быть услышанными в ходе этой консультации, был впечатляющим. Согласно официальному докладу об обратной связи, опубликованному в июле 2014, «публичная консультация подняла широкий интерес, который выразился в более чем 9,500 ответов на документ консультации и более чем 11,000 сообщений, включая вопросы и комментарии, присланные на соответствующий электронный почтовый ящик Комиссии.» В это число входят 5,600 конечных пользователей, 300 институциональных пользователей, 2,400 авторов/исполнителей, 800 были издательские и вещательные компании.

Хотя это может показаться малым числом в сравнении с 150,000 людей, которые приняли участие в консультации по закону касательно урегулирования споров инвестор-государство, которая проходила месяц спустя, но все же в свое время это была большая цифра, и она продемонстрировала и заинтересованность общественности в участии, и эффективность инструментов, созданных для облегчения обратной связи.

Отчет комиссии достиг объема 100 страниц и был тщательно разработанным и детальным, но не особо освещал более значимые тенденции. Намного полезнее был анализ, проведенный Леонардом Добушем в его блоге Governance Across Borders. Он использовал 24 секции опросника, каждая из которых фокусировалось на одной области, и 6 основных групп заинтересованных сторон, которые предоставляли ответы. Затем он закодировал цветом основное направление ответов (зеленый — необходима реформа, красный — реформа не нужна, желтый — неясно/не связано с авторским правом) и создал такую таблицу:

В своем блоге Добуш написал: «Результат не так уж удивителен и предельно понятен. Мы наблюдаем четкое разделение среди заинтересованных лиц на конечных пользователей и институциональных пользователей (напр. библиотеки, архивы, университеты), которые хотят реформ авторского права. С другой стороны — авторы, управленческие организации, издатели и продюсеры, которые выступают за действующую систему авторского права.» Он также указал, что ситуация весьма тревожна:

В то время, когда одна сторона полностью удовлетворена текущим положением дел, а другая — крайне не удовлетворена — ситуация нестабильна. В таких условиях хороший компромисс оставит всех неудовлетворенными в равной степени. Результаты консультации также показали направление, в котором стоит работать новой Европейской Комиссии относительно реформы авторского права. Переоценка авторского права требует хоть каких-то реформ, в которых нуждаются конечные и институциональные пользователи, главным образом — более согласованную и гибкую систему исключений и ограничений.

Джулия Реда, докладчик

Публичная консультация не является единственным источником идей того, каким образом должно быть реформировано авторское право в ЕС. Европейский Парламент скоро предложит свою собственную точку зрения в докладе, составленном комитетом По Правовым Вопросам (также известного, как JURI), в компетенции которого находится и закон об авторском праве. Черновая версия доклада написана «докладчиком», которым в данном случае выступает Джулия Реда, член Европейского Парламента от Партии Пиратов Германии.

Реда рассказала Ars (тут и далее — интернет-издание arstechnica.co.uk) как это произошло: «Когда комитет по правовым вопросам решил рецензировать директиву по авторскому праву, я подала заявку на то, чтобы стать докладчиком. Группа координаторов, включая Жан-Мари Каваду из Либералов, согласились доверить мне доклад. Среди координаторов также не было сопротивления по поводу этого назначения. Конечно, можно спекулировать на тему того, что некоторые члены не возражали, потому как ожидали моего провала.»

Ее опыт работы с авторским правом имеет некоторую историю: «Я принимала участие в решении проблем по авторскому праву в Партии Пиратов и неправительственных организациях с 2009 года.» Такое глубокое знание возможно повлияло на ключевую проблему, которую она вынесла в доклад: «Наибольшей проблемой во время написания доклада был не поиск соответствующей информации по имплементации директив авторского права, а принятие решения, с какими наиболее актуальными проблемами необходимо бороться с помощью реформы Европейского авторского права, потому как первоначальный черновик не мог превосходить 6000 символов.

В январе 2015 Реда презентовала черновик своего доклада. Ее происхождение из Пиратской Партии можно обнаружить в том, что она поместила весь доклад на онлайн-платформу для дискуссий, которая позволяла кому-угодно комментировать и давать оценку отдельным частям доклада. Вот как ее пресс-релиз подытожил ключевые вопросы доклада:

Доклад взывает к согласованию терминологии авторского права и исключений для всей Европы, новых исключений в случае новых типов использования, таких как аудио-визуальное цитирование, временный доступ к уже купленным электронным книгам для других (e-lending), добыча текста и данных, а также принятие открытой нормы для «позволения принятия непредвиденных новых форм культурного самовыражения». Рекомендуется «изъять работы, созданные государственным сектором […] из-под защиты авторским правом» и выносится требование того, что «осуществление исключений или ограничений […] не должно быть затруднено по техническим причинам.»

Последнее связано с управлением цифровых прав (англ. DRM — digital rights management). Согласно действующей директиве ЕС по авторскому праву, вы не в состоянии обойти DRM даже для юридически обоснованных целей (например, для цитирования короткого кусочка из работы). Другие важные предложения чернового варианта включали принятие того, что гиперссылки не являются нарушением авторского права; разрешение использований фотографий и видео работ, которые демонстрируются в публичных местах (так называемая «Свобода панорамы«); принятие того, что карикатуры, пародии и стилизации применяются независимо от цели пародии; также предлагаются исключения для исследовательских и образовательных целей.

После того, как черновая версия доклада была завершена, члены европейского парламента представили более 550 официальных поправок. Эта цифра отразила высокий уровень заинтересованности среди членов парламента и среди лоббистов индустрии авторского права. Реда прокомментировала это так: «В данный момент я загружена гораздо большим количеством запросов на встречи от лоббистов, которые хотят поговорить по поводу моего доклада, чем я физически могу осилить. Для того, чтобы провести интервью, которые учитывали бы все затронутые заинтересованные стороны, я прослежу, чтобы гражданское общество, интернет-пользователи, общественные институции (такие как библиотеки и архивы), общества авторского права, творцы и ученые получили равную возможность представить свою позицию.» Также Реда опубликовала в онлайне все свои встречи касательно реформы авторского права.

Некоторые из предложенных поправок полностью противоречат рекомендациям Реды. В записе сайта Communia выбраны наихудшие из них по мнению редакции. Они включали полностью противоречащие призыву Реды относительно категории, не покрытой авторским правом — «публичному достоянию», — защититься авторским правом; требование разрешения для создания гиперссылок; требование лецензии для добычи текста и данных; одобрение использования DRM для нарушения прав пользователей; упразднение свободы панорамы.

В попытке снизить необъятное количеством поправок, были согласованы компромиссные поправки. За них голосовали в комитете JURI 16 июня 2015 на сессии, которая продолжалась несколько часов. Получившаяся работа, состоящая из отрывков оригинального черновика Реды и различных поправок, прошла практически единогласно: было лишь два голоса «против» от членов европейского парламента от ультра-правой партии French Front National.

Переломный момент

Реда назвала доклад с правками «переломным моментом«: «После десятилетий, когда главным образом все было направлено на новые ограничения для защиты материальных интересов правообладателей, это первое столь серьезное требование переоценить права общественности, а именно: пользователей, институций культурного наследия, ученых и авторов, которые творят применяя уже существующий материал. Это попытка уменьшить юридическую неопределенность, с которой Европейцы сталкиваются в ежедневном взаимодействии с защищенными авторским правом работами в онлайне.» Таким образом она подытожила свои победы:

Впервые Парламент требует минимальных стандартов прав общественности, которые помещены в список исключений из авторского права, имплементация которого до настоящего момента была абсолютно опциональной для государств-участников. Доклад подчеркивает, что применение этих исключений не может быть затруднено ограничительными контрактами, и что DRM не имеет права ограничивать ваше право на создание частной копии легально полученного контента.

Доклад также рекомендует введение абсолютно новых исключений: разрешение библиотекам и архивам эффективно оцифровывать свои коллекции; сделать возможным одалживать электронные книги с помощью Интернета; позволить добычу текста и данных. В качестве исключений, они не будут требовать дополнительного лицензирования, как это назойливо повторяли Европейская Комиссия и индустрии правообладателей.

Большинство наихудших поправок отсеялись или смягчились, кроме одного исключения: касательно свободы панорамы. Поправка была адоптирована таким образом, что требуется коммерческое использование репродукций работ в публичном пространстве для выражение разрешения правообладателя. Как указывает Реда в другой своей записи, это затронет не только создателей фильмов и коммерческих фотографов, если останется в окончательной версии директивы:

Когда вы загружаете фотографию с отпуска на Facebook, вы не извлекаете из этого какую-либо выгоду. Тем не менее, вы соглашаетесь с условиями пользования Facebook, который говорит о том, что вы даете право Facebook использовать вашу фотографию в коммерческих целях (пункт 9.1 условий пользования Facebook), и что у вас есть все необходимые права для подобных действий (пункт 5.1 условий пользования Facebook). Это означает, что коммерческое использование фотографий, изображающих общественное здание требует лицензии от архитектора, и это ваша ответственность — узнать, защищено ли это здание авторским правом (то есть умер ли архитектор более 70 лет назад) и кто по факту обладает сегодня этими правами. Потом вам необходимо взять лицензионное разрешение у правообладателей или у общества авторского права, которое предоставляет явное разрешение на коммерческое использование изображения Facebook-ом перед тем, как вы сможете правомерно загрузить вашу фотографию с отпуска на Facebook.

Тоже самое касается и других социальных сетей и сервисов хостинга изображений. Поскольку очень малое количество обычных людей будет задумываться об этом, совершая подобные действия, новый закон превратит миллионы европейских граждан в преступников за обычную загрузку своих фотографий на открытом воздухе на Facebook или Twitter. Потеря свободы панорамы будет также катастрофой для Wikipedia:

Wikipedia не принимает никаких изображений с ограничениями, которые противоречат определению Открытого Знания. Это включает также некоммерческие положения, даже несмотря на то, что «Фонд Викимедиа» (Wikimedia Foundation, Inc.), который управляет Wikipedia, не направлен на получение прибыли. Если бы предложение Европейского Парламента было бы включено в закон, все изображения общественных зданий и перманентные произведения искусства, которые изображают работу автора, который умер менее 70 лет назад, были бы изъяты из Wikipedia.

У активистов и заинтересованных представителей общественности еще есть время для убеждения членов Европейского Парламента в том, что упразднения свободы панорамы, которая существует на данный момент в некоторых странах ЕС, включая Великобританию, является плохой идеей. Европейский Парламент в полном собрании будет голосовать за доклад Реды и за все дальнейшие поправки, которые могут быть предложены на пленарном заседании, который пройдет 9 июля. Реда сообщила Ars, что она предполагает, что большая часть доклада будет утверждена в том виде, в котором она есть: «Многие из финальных положений моего доклада являются результатом тщательно продуманных компромиссов, достигнутых в ходе дискуссий, в которых почти во всех случаях были задействованы все политические группы. Я уверена, что эти положения не потерпят изменений.»

После этого Европейская Комиссия наконец предоставит свои предложения относительно новой директивы авторского права (позже в этом году). Они будут еще раз рассмотрены и в полной мере проголосованы Европейским Парламентом в следующем году, и уже потом они будут имплементированы новыми национальными законами авторского права по всему ЕС.

Ключевой вопрос следующий: сделает ли новая директива авторское право подходящим для цифровой эпохи? Или же нам снова придется пройти через этот весь медленный и болезненный процесс пересмотра, описанный выше, для достижения необходимой цели? Необходимость авторского права, которое адекватно защищает творцов и потребителей в эпоху Интернета стоит настолько остро, что Комиссии в конечном счете придется прийти к этому пониманию. Будем надеяться, что это произойдет рано, а не поздно.

Источник: arstechnica.co.uk Автор: Глин Муди