В просвещённых и расслабленных цивилизациях Внешнего Восточного Кольца Галактики «Путеводитель» вытеснил даже великую «Большую Галактическую Энциклопедию» в качестве общепризнанного кладезя мудрости и знаний. Ибо, несмотря на обилие пропусков и искажённой, а то и просто-напросто апокрифической информации, «Путеводитель» обладает двумя важнейшими преимуществами перед «Энциклопедией».

Во-первых, он дешевле. Во-вторых, на титульном листе крупными буквами выведены сакраментальные слова «БЕЗ ПАНИКИ».

Дуглас Адамс, «Автостопом по Галактике»

Цикл Дугласа Адамса нередко называют классикой юмористической фантастики. Особенно часто грешат этим люди, не дочитавшие пенталогию британского писателя до конца. Определение не то чтобы ошибочное, но настолько неполное, что пользоваться им — всё равно что бриться веником: глупо, нелепо и эффект нулевой. Чётко определить место, которое занимают эти книги в литературной иерархии, очень непросто — да, наверное, и не нужно.

«Путеводитель по галактике для путешествующих автостопом» (такой перевод оригинального названия The Hitch Hiker’s Guide to the Galaxy всё же адекватнее, чем вариант «Автостопом по Галактике») — цикл, стоящий на перекрёстке литературных миров. Он впитал традиции не только англо-американской научной фантастики, но и политической сатиры от Джонатана Свифта до Марка Твена, абсурдистской прозы от Льюиса Кэрролла до Сэмюэля Беккета, roadstory («романа-дороги») от Джерома К. Джерома до Джека Керуака. Ближайшими его аналогами в западной «жанровой» прозе можно назвать «Координаты чудес» и «Обмен разумов» Роберта Шекли, а в восточноевропейской — «Звёздные дневники Ийона Тихого» Станислава Лема. Только там абсурд достигает того же градуса, а научно-фантастические клише служат архимедовым рычагом для кардинального смещения читательской «точки сборки». Но и эти параллели страдают прискорбной неполнотой.

Дуглас Адамс Дуглас Ноэль Адамс родился 11 марта 1952 года в Кембридже (Великобритания). Закончил Колледж Святого Иоанна Кембриджского университета по специальности «английская литература». Кроме «Путеводителя», Адамс сочинил трилогию мистических чёрноюморных детективов «Холистическое детективное агентство Дирка Джентли», писал рассказы, эссе, статьи, сценарии. Адамс основал собственную компанию для разработки компьютерных игр, создал оригинальную игру Starship Titanic. Интересовался судьбой редких и вымирающих видов, в 1989 году выпустил на BBC цикл радиопередач Last Chance to See («Последний шанс запечатлеть»), подготовленный совместно с зоологом Марком Карвардайном, а в 1990-м издал одноимённую книгу.

Конец света по-британски

История, которую рассказывает нам Дуглас Адамс, начинается с конца — конца света. Что такое апокалипсис для среднестатистического британца времён правления Маргарет Тэтчер? Это, например, перспектива внезапно оказаться на улице, лишившись дома, который помешал строительству нового сверхскоростного шоссе — о чём, естественно, никто не позаботился известить скромного владельца недвижимости. Писателю, всего несколько лет назад выбравшемуся из нищеты (в 1976 году самый высокий гонорар Адамса не превышал полсотни фунтов), эта коллизия была близка и понятна. Именно такая неприятность приключилась с Артуром Дентом, молодым англичанином, выделяющимся среди прочих обитателей Туманного Альбиона разве что покладистым нравом, мягким юмором и редкой, почти фантастической стрессоустойчивостью. Последняя, как покажет время, здорово ему пригодится. Адамс сознательно усугубляет ситуацию, доводя бытовой абсурд до полноценного гротеска: под угрозой выселения оказывается не только Дент, но и все обитатели планеты Земля, по удивительному стечению обстоятельств тоже стоящей на пути галактического прогресса и подлежащей сносу для прокладки гиперпространственного экспресс-тоннеля.

В принципе, из этого материала можно было вылепить что угодно — от сурового постапокалиптического боевика до слезливой мелодрамы. Но у Дугласа Адамса, перфекциониста, в погоне за совершенством срывающего все мыслимые сроки, были другие приоритеты, уходящие корнями в его собственное прошлое. В ранней юности, незадолго до поступления в Кембридж, будущий писатель совершил путешествие автостопом в Стамбул — и был со скандалом выдворен оттуда турецкими властями. Это драматическое событие настолько запало в душу впечатлительного юноши, что аукнулось через много лет, когда он, повзрослевший и заматеревший, взялся доводить до ума наброски сценария нового фантастического радиошоу для британского канала BBC.

Первая передача стартовала 8 марта 1978 года и прошла с грандиозным успехом, на который не рассчитывал никто из участников проекта. «Полчаса игры слов и философских шуток о смысле жизни и рыбках в ушах» — так, по словам Нила Геймана, автора документальной книги Don’t Panic, воспринимало передачу руководство канала. Ну разве может эта чепуха заинтересовать любителей фантастики? Мы-то знаем их незамысловатые вкусы… Однако рейтинги «Путеводителя. ..» зашкалили, произведя настоящий фурор, и наутро автор, что называется, проснулся знаменитым. А уже в 1979 году свет увидел роман The Hitch Hiker’s Guide to the Galaxy, написанный на основе шоу. Именно он прославил Адамса во всём мире.

Краткий путеводитель по «путеводителю» Первоначальный сценарий радиошоу для BBC, над которым взялся работать Дуглас Адамс, состоял из шести набросков, описывающих шесть разных сценариев гибели нашей планеты, и назывался незатейливо: «Конец Земли».

«Путеводитель» стал первым научно-фантастическим радиошоу BBC со времён «Путешествия в космос», выходившего с 1953 по 1958 год.

Первоначально Дуглас Адамс планировал писать роман в соавторстве с продюсером Джоном Ллойдом, который помогал ему работать над последними двумя сериями радиопостановки.

«Путеводитель» трижды отмечен премией British Science Fiction Award в номинации «Медиа» как лучшая постановка (в 1979, 1980 и 1981 году).

В третьем романе пенталогии «Жизнь, Вселенная и всё остальное» Дуглас Адамс использовал фрагменты сценария так и не вышедшего радиошоу Doctor Who and the Krikkitmen.

Романы «Автостопом по Галактике» и «Ресторан «У конца Вселенной» послужили основой телесериала из шести получасовых эпизодов, вышедшего в 1981 году на канале BBC Two.

В 1984 году компания Infocom выпустила компьютерную игру The Hitchhiker’s Guide to Galaxy. На основе цикла Адамса выходили также интерактивные книги и игры для мобильных телефонов.

В 2005 году студия Touchstone Pictures выпустила полнометражный фильм режиссёра Гарта Дженнигса «Автостопом по Галактике». Сценарий начинал писать ещё Адамс, а закончили его Дженнингс и Кэрри Килпатрик.

В 2009 году, к тридцатилетнему юбилею «Путеводителя», вышел роман Йона Колфера And another thing… («И другое…»), являющийся официальным продолжением цикла и напечатанный с благословения вдовы Дугласа Адамса.

Эта абсурдная вселенная

Произведения цикла лишены чёткой сюжетной линии — как вместе взятые, так и каждое по отдельности. Автор, разумеется, даёт ответы на часть вопросов, волнующих читателей, но, как правило, парадоксальные, абсурдные — что вполне обоснованно. Отправиться в путешествие автостопом — значит безраздельно довериться судьбе, на девяносто процентов положиться на удачу и чуть-чуть — на собственную находчивость и способность к импровизации. Всё равно что дрейфовать по океану на утлой лодке, по воле волн: может вынести к острову с кокосовыми пальмами и дружелюбными аборигенками в тростниковых юбочках, а может затянуть в водоворот или накрыть девятым валом. Про левиафанов и кракенов, лениво курсирующих по морю-окияну, я уж и не говорю. Для такого шага требуется не столько отвага или отличное знание акватории, сколько безбашенность и буддистская невозмутимость, густо замешанная на фатализме. Какая тут чёткость сюжета, о чём вы?..

«Кому суждено быть повешенным, тот не утонет», — говаривали легкомысленные корсары, пока их не выдавили с Тортуги. Примерно той же жизненной философии придерживаются и Форд Перфект с Артуром Дентом, влекомые судьбой с планеты на планету, незаметно перескакивающие из одной исторической эпохи в другую. Так же считает и третий их постоянный спутник, Зафод Библброкс, Президент Галактического правительства, двухголовый раздолбай, неисправимый авантюрист, очень своевременно вытащивший автостопщиков из очередной безвыходной ситуации. У него, впрочем, великая цель (она же пламенная страсть) как раз есть: узнать наконец, каков же Смысл Жизни, Вселенной и всего остального. Но от этого Зафод не перестаёт быть неудачником, то и дело влипающим в неприятности и втягивающим в них своих компаньонов. Можно только пожалеть, что к четвёртому роману автор разбивает эту колоритную компанию, увлёкшись решением более серьёзных мировоззренческих вопросов.

Цикл Дугласа Адамса доказывает два взаимоисключающих тезиса. С одной стороны, бытие по сути своей абсурдно. Землю сносят для того, чтобы проложить трансгалактическое шоссе, которое тут же теряет актуальность из-за появления более совершенного средства перемещения по Вселенной. Венцом миллионнолетнего развития тысяч галактических цивилизаций оказывается не божественный сверхразум по Тейяру де Шардену, а ресторан «У конца Вселенной», где можно напиться до положения риз с VIP-персонами всех времён и народов, наблюдая за гибелью мира. Даже Смысл Жизни, Вселенной и всего остального — лишь число «сорок два», и что из этого следует, не могут объяснить и мудрейшие из мудрых. Картина мира, основанного на принципе детерминизма, обусловленности всего и вся, распадается на глазах. Здесь не существует единственно верного, универсального алгоритма поведения: один раз судьба женщины рушится от того, что она решила вернуться за сумочкой, в другой раз — потому, что она этого не сделала. Строить планы, пытаться что-то просчитать наперёд бессмысленно — всё равно вмешаются непредвиденные обстоятельства, и дела непременно пойдут наперекосяк, это уж к гадалке не ходи.

Но в то же время абсурд этот — парадокс! — последователен и логичен, и одно фантастическое событие органично вытекает из другого. Если горшок с петуньей, сгорающий в атмосфере негостеприимной планеты, успевает подумать «Неужели опять?» (представили сценку?), можно не сомневаться, что рано или поздно мы узнаем, к чему относилась эта нелепая мысль. Правда, несколько сот страниц спустя, уже в другом романе. Начинаешь понимать, что вселенная «Путеводителя…» всё-таки живёт по неким законам — тёмным, запутанным, но непререкаемым. Это не кипящий котёл хаоса, а упорядоченный процесс. По крайней мере, у этой вселенной, как нам известно, есть начало и есть конец, а это уже внушает определённый оптимизм.

Все умерли. Унесите трупы

Да, законы во вселенной цикла Адамса существуют, у каждого следствия есть причина, пусть и неявная, сила действия равна силе противодействия… Но что это значит для героев романов? В философском, мировоззренческом смысле — многое, но в приземлённом, бытовом — почти ничего. «У жизни есть голос, голос, говорящий с тобой и отвечающий на все вопросы, которыми ты неустанно её бомбардируешь», — пишет Дуглас Адамс. Но если мы не понимаем язык, на котором к нам обращаются, какой смысл прислушиваться к этому голосу? Предупреждает ли он нас о страшных опасностях, грозящих всему миру, или просто зачитывает значение числа «пи» до стотысячного знака после запятой — всё равно. Пытаться разобрать это невнятное чириканье — значит только впустую тратить время и силы, которые можно израсходовать с большим удовольствием. К пятому роману фаталист Адамс, всегда призывавший жить по принципу «Без паники!», приходит к закономерному и совсем не весёлому выводу: чему быть, того не миновать. Все вероятности сольются в одну — и воцарится великая пустота. Как и происходит в финале завершающего романа пенталогии. Такая вот «юмористическая фантастика», милая и добродушная — смешнее не бывает. «Все умерли. Унесите трупы». Возможно, автор ещё сменил бы гнев на милость и вытащил своих героев из этой пропасти, но вот беда — Адамс и сам не дотянул до пятидесятилетнего юбилея. Сердечный приступ настиг его в мае 2001-го, в Калифорнии, неподалёку от небезызвестной Санта-Барбары. Стоит ли повторять избитую истину: люди, снискавшие репутацию великих комиков, на самом деле, как правило, фигуры глубоко трагические?

В общем, как сказал один умный хич-хайкер, «у этой истории явно была какая-то мораль, но, увы, — летописец её запамятовал».