Доброе утро, Вьетнам! Староконстантинов

Дорогие военные эксперты, которые таксистами работают, подвиньтесь. Тут какой-то #Ронин с новой статьёй прибыл, он-то на вашем уровне, конечно, не разбирается...

О военной технике, тактике и стратегии в Украине любят говорить и таксисты, и члены совета директоров. Потому, что в «стране советов» каждый знает, как делать реформы, танки и командовать армией, ибо 20 лет назад отслужил срочную службу. Мы же пишем не для военных экспертов, а для обычных людей, которые хотят понимать, что происходит в Украине в сфере обороны. Хотя бы по той простой причине, что идёт война и скорого окончания ей не предвидится, несмотря на все обещания политиков. Поэтому сегодня мы достаточно подробно рассмотрим передачу техники в войска от 20 марта в Староконстантинове — что, почему, сколько и зачем? Поехали.

Самое главное — турецкие БПЛА «Bayraktar TB2» становятся в строй. Передан комплект беспилотников, планирующие бомбы по опциону, обучен первый выпуск операторов. Отработано практическое применение машин: взлёт, выдвижение в заданный район на 100 км, поиск целей, нахождение на дежурстве, практическое бомбометание. Теперь в Украине есть импортированные ударные оперативно-тактические беспилотные аппараты. А, например, у россиян, работающих над своими проектами больше 15 лет и угробившими туда миллиарды рублей — нет и не предвидится. Был шифр «Орион», да сплыл — умер человек, работающий над проектом, накрылся вставанием с колен «Транзас», который выкупили финны и где занимались программной «начинкой» да каналом управления к аппаратам. Мелочь, а приятно. Взамен уже начались истории о коррупции, хотя ни точного опциона, ни количества ракет в открытых источниках нет. Ну пусть лают, что им ещё остаётся делать.

Вообще, смотреть за корчами «ваты», хоронившей ВСУ 5 лет, а теперь пускающей пену, видя, как армии передают высокотехнологичное вооружение — бесценно. Тем более, что Bayraktar TB2 — достаточно гибкий инструмент. Можно бесконечно говорить, что на Донбассе плотная система ПВО и небо не принадлежит никому, но у нас есть возможность доставить 8-килограммовую «голову» с отклонением в метр-полтора, а у противника — нет. И «потолок» у БПЛА значительно выше даже ПЗРК «Верба» и выше малой зенитной артиллерии. Теперь это проблемы индейцев, как прикрывать войска на передке, в «карманах» у Желобка, Донца и Кальмиуса, на побережье. Держать включенными РЛС, подводить ближе к линии боевого соприкосновения «Осы», рискуя огрести реактивной артиллерией, увеличивать количество «Торов» на дежурстве. Кроме того, помимо угрозы получить планирующую бомбу в блиндаж и сожжённые машины снабжения на Бахмутке, не стоит сбрасывать со счетов и побережье — у большинства сторожевых судов противника, включая ФСБ и флот, из ПВО «АК-630» да «Иглы», которые просто не дорабатывают до высот, комфортных для БПЛА. Так, что когда понадобится — пригорит не только в сети, можно быть уверенными.

Дальше, рота танков Т-64 БВ модернизации 2017 года. С тепловизором, цифровой связью и навигационной системой. Рабочая лошадка ВСУ состоянием на 2019 год. Можно бесконечно рисовать графики передачи «Оплотов» и даже несколько раз начать с помпой их собирать для ВСУ, но отгрузить больше сотни модернизированных танков за это время. Возможность вести боевые действия ночью и работать через тепловизор по замаскированным целям, возможность пуска управляемых ракет, твёрдость командования через защищённый канал, навигатор, чтобы не повторять блужданий зимы 2015 года у Спартака — дёшево и сердито. В любом случае у нас на сегодня в строю даже с переходом аэромобильных подразделений с танковых рот на батальоны штат забит с запасом. Есть даже подразделения, где комплектация танками выше, чем готовые экипажи. Так что в обозримом будущем — постепенная модернизация Т-72, Т-80 и Т-64 в строевых частях и удержание числа машин в боеготовом состоянии по ремонтам. Это, кстати, нетривиальная задача.

БТР-3 Е1. 4 машины. Скорость производства вы видите сами; даже если шли передачи в другие ведомства, то это 10 штук в квартал. На сегодня у нас примерно 1 300 БМП-1\2. Это без некомплекта в моторизованных бригадах, без формирования Корпуса морской пехоты Украины, без учебных центров и исчерпания ресурса (даже без боевых потерь за это время). Наука математика говорит нам, что, даже наращивая производство, процесс перевооружения — это годы и годы. «Четвёрки», вероятно, не стоят на паузе, но Малышева и ХКБМ завершают сертификацию своих корпусов, потому что Лозовая не справляется — там достаточно жёсткая процедура проверок швов, обкатки, обстрела согласно классу защиты. Короче, быстро не будет, а постепенный рост производства БТР на примере пусковых к ПТРК — с постепенным выходом на устраивающие нас цифры. Именно поэтому аэромобильным войскам передали 33 «Казака-2» от «Практики», а ранее «Варты» ушли морпехам.

Как таковые именно МРАП ВСУ нужны далеко не в первую очередь, поскольку противнику так и не удалось развернуть на тылах ВСУ минную войну. Причём ни при помощи диверсионных групп, ни при помощи бандитского подполья — это хороший знак, что все бредни о «русском мире» местным в реале не нужны. Недавний подрыв БРМ-1 К с двумя погибшими в Авдеевке на своей мине — это скорее исключение из правил. А вот то, что бронемашины позволят избежать потерь от близких приходов мин и снарядов — это факт. Если выбирать — находиться в «красной зоне» на бортовом МАЗ или внутри бронированной капсулы, то выбор очевиден. Несмотря на высокий профиль, «Казак-2» может работать в качестве машины огневой поддержки переднего края, но основная его миссия — довезти бойцов, их оружие и боеприпасы до линии боевого соприкосновения. Снабжение блокпостов в «карманах», например у Крымского, пережить налёт 122-й в тактическом тылу с корректировкой с БПЛА, притащить цинки и воды к «секрету» — примерный спектр задач. Плюс ретранслятор для связи и мобильный пункт управления.

Идея содержать тысячи гусеничных машин, способных плавать и укрыть в себе пехоту в зоне ядерного взрыва, поддав жару из орудия, была хороша, но даже у СССР развязался в итоге пупок делать им межремонтное обслуживание, собирать ЗИП и капитальный ремонт на сотнях заводов. Так, что будьте уверены — рано или поздно халява с хранения и из запасов восточного пакта закончится. Сожрёт запасы запчастей, ресурсы двигателей, их убьёт банальная усталость металла. Да и просто время их на линии боевого соприкосновения заканчивается. Противотанковые ракетные комплексы из игрушек для клуба развитых стран уже массово применяются в конфликтах стран третьего мира — в Сирии, Нигерии, Йемене. Вплоть до ракет по курильщикам и группам в два человека. Вокруг боевых машин пехоты приходится воротить валы и системы капониров, прятать их внутри ВОП и работать с закрытых позиций. За неполный месяц у нас дюжина подтверждённых попаданий по МТЛБ, БМП, «КамАЗам». Всё, что появляется на ЛБС, ставится раком и нагибается. Из «свежего» недавно прилепили грузовик 7-й бригады «гибридов» с двумя погибшими. Так что привыкайте, как и многие подразделения США на «Хамви» — доехали на точку, а дальше ножками. Поэтому и упор на 60-мм и 82-мм миномёты — носимые. Поэтому ПТРК в количествах. Снайперские винтовки. Упор на ноги, а не на БМП, которая половину времени будет на ремонте, а половину на тросе выезжать из посадки. Он наблюдается и в передаче.

«Оса АКМ», 2 штуки — оцифрованные, с оптическим каналом, модернизированные так, чтобы принимать целеуказание с внешнего КП. Естественно, не включая радиолокационную станцию, не светясь, как новогодняя ёлка, и не попадая под действие РЭБ. Их надо десятками штук — создание нового оперативного командования, морской пехоты, десятков бригад, полков и управлений будет требовать прикрытия с воздуха, именно на марше, в маневренной фазе. Если с ЗРК средней дальности у нас всё относительно неплохо, то на бригадном уровне нам нужно больше золота. Плюс объектовое ПВО, прикрытие РЛС, прикрытие многоканальных комплексов на ближней дистанции по секторам — работы хватает.

Старые добрые 2С1 «Гвоздика», 6 штук — после капитального ремонта, приведения в божеский вид и покраски. Единственная 122-мм САУ, к которой можно приобрести запчасти на гражданском автомобильном рынке. Всё ещё служит в Польше в терапевтических количествах и послужит нам. Шестиорудийная батарея — это всегда к месту и ко времени.

2 штуки РЛС «Малахит» и станция боевого режима 35Д6. Радиотехнические войска — одна из сфер, в которой у Украины значительный и однозначный рост. Новые радиотехнические батальоны в каждом оперативном командовании будут завязаны на автоматические системы управления на командных пунктах, а те, в свою очередь, завязаны на КП Сухопутных войск и Центр оперативного контроля страны. Помните, недавно американцы передавали сервера, мониторы и защищённую связь, а на прошлой передаче АСУ «Ореанда» отправилась в оперативное командование «Восток». Строится единая система управления, а это глаза и уши нашей страны — решётка по трём координатам выявляет цель типа «истребитель» на расстоянии в 300 км, хорошо противостоит пассивным помехам и компенсирует помехи активные.

Автомобили — внедорожники «Форд» от Канады и «Богдан» 6317. Всего 76 штук. И да, большая часть пойдёт ВСП. Многие фронтовики не поняли, почему не на «ноль», но Канада работает именно пакетными решениями. Есть проблема, например, подрывы на минах в 2014–2015 году. И есть решение — курсы сапёров, лаборатории для них, роботы-манипуляторы, средства защиты. Обучение, оснащение и дальнейшая поддержка. А теперь угадайте, почему в стране, где пятая часть потерь не боевые, а истории, что «аватар» бросил гранату в печку и угорели после ящика водки возле «буржуйки», — далеко не редкость, ставят руки и техническое оснащение для ВСП? Не высшая математика, да.

Вертолёты Ми-2 МСБ, 3 штуки — роскошная в наших условиях машина для обучения пилотов и задач по перевозке VIP-персон, малых групп, снайперских пар и противотанковых команд в те места, где они нужны. 1 Ми-8 МТВ, поднятый с колен из травы и с перебранным двигателем — у нас уже серьёзная группировка их и под транспортные задачи, и под медицинскую эвакуации, и под «ударную» машину. Ну и МиГ-29 МУ1 — базовая модернизация многоцелевого истребителя четвёртого поколения. Вполне вероятно, что их поднимут максимум с хранения, а после начнут доводить до второй модификации, давая прицельно работать по земле корректируемыми бомбами, и оцифрованную кабину. То, что давно не мелькали «крокодилы» и заявления о переговорах с французами об ударных вертолётах, свидетельствует о том, что Ми-24, скорее всего, будут менять — запчасти и расходники к ним тоже не вечные.

Передавали 82-мм переносные миномёты в количествах, 6 комплектов тактических БПЛА, транспортный самолёт, ремонтные мастерские для восстановления танков и автомобильной техники. Не самая большая передача за прошедшие годы с начала конфликта, но 400 единиц ушло. Ещё совсем недавно немыслимая цифра для наших реалий. Плюс чётко можно увидеть направление движения. Техника, закрывающая узкие места, модернизация танков, ПВО, планирующие бомбы и беспилотные аппараты — всё, что поможет снизить потери и успешно вести войну на истощение. Продолжается боевая работа, есть потери, наносят их и противнику. С фронта приходят свежие новости об успешных действиях ВСУ на линии боевого соприкосновения — об этом в следующем выпуске.

Украина продолжает вести войну за Независимость. Оставайтесь на связи и оставайтесь с нами. Мы победим!