Напротив, что касается удовлетворения их духовных потребностей, то к этому опять-таки в отличие от словесных заявлений церковь и религию большинство россиян вовсе не приглашают, при том что три четверти взрослых жителей страны объявляют себя православными, две трети этих жителей говорят, что религия в их жизни не играет важной роли или вообще никакой роли.

Но вот заходит (уже который раз) разговор о преподавании в школе предметов вроде «Закон Божий». Школа как институт находится как раз посередине между частным и государственным полюсами нашей жизни, и к ней кажутся равно приложимыми/неприложимыми все выученные в последнее время общие положения. Школа у нас отделена от церкви, и этот конституционный принцип нельзя нарушать. Значит, не надо вводить такие предметы. («В школе не должно быть места религии», — согласились 24% мужчин и 15% женщин.) Религия несет людям свет и добро, чем раньше дети приобщатся к добру, тем лучше. Значит, надо вводить такие предметы. («Нужно восстановить преподавание в школе «Закона Божиего» для всех желающих» — так высказались 13%).

Трудно выбрать. Выход массовое сознание находит в том, чтобы не решать, а оставить решение за теми, кого это касается, и в школе не приобщать детей к вере, а только информировать о ней. Главным по частоте оказался наиболее компромиссный ответ: «По желанию учеников или их родителей в школе можно изучать историю религии, основы религиозной нравственности». Он устроил те же две трети (61%), которые признались, что в их жизни религия не играет существенной роли.

Политическое событие

Темы религии и религиозности возникают часто и в интернете. Обычно темы религии обсуждают в основном женщины, но встреча глав церквей стала одним из предметов интернет-дискуссий, где выступили и мужчины. О встрече критически высказались те, кто вообще-то редко вступает в разговоры, — это глубоко религиозные, часто воцерковленные мужчины, которые очень строго оценивают поведение верующих (многих они вообще настоящими верующими признать отказываются). Они строго судят и все, что происходит в РПЦ. Ими встреча патриарха и папы римского была встречена весьма холодно. Они считают, что тут слишком много светского, политического, что сие — суета, которая не пристала настоящему православию.

Другая точка зрения была представлена мужчинами, как считающими, так и не считающими себя верующими. (В данном случае различия в их позициях невелики, а то и совсем не заметны.) Ту же историческую встречу глав двух ветвей христианства они рассматривают как событие политическое, отзываются о ней позитивно, поскольку считают, что встреча должна показать западным политикам, что те недооценивают Россию, и потому ослабит их антироссийские настроения. Тем самым встреча пойдет на пользу имиджу России, увеличит ее влияние в мире. Собственно содержание встречи, обсуждаемые темы привлекли значительно меньше внимания, чем сам факт, что она произошла. (Исключением была тема осуждения абортов и однополых браков. Активистов российских сетей порадовало, что с высоконравственной позицией России вынужден был согласиться и представитель «гейропы».)

Большинство современных россиян, включая образованных и успешных участников интернет-дискуссий, усвоили за постсоветские десятилетия какие-то религиозные представления. Правда, чаще всего они приходят не из непосредственного общения с церковью и религией, а по светским каналам — от СМИ до интернета. Интернет-сообщества, можно сказать, стихийно вырабатывают свои понятия и правила взаимоотношений с миром сакрального. Очень важной считается роль религии как помощника в трудных ситуациях. Если заболел или умер кто-то из близких, то часто, помещая сообщения об этом на форумах, людей просят помолиться за них. На эти просьбы откликаются очень многие. Нередко откликающиеся специально отмечают, что они неверующие, но все равно будут молиться. Бывают случаи, когда сообщается, что больной или умерший не крещен и не верит в Бога. Реплики, что молиться за такого человека по церковным канонам нельзя, бывают, но их очень мало. Большинство настаивают на своем понимании вопроса, возражают, что Бог любит всех и все мы едины перед Богом, а потому молиться можно и даже необходимо.

Сложный вопрос — называть ли такие воззрения и практики религиозными или светскими, христианскими или языческими. Видно во всяком случае, что наши люди не знают, какими еще средствами можно проявить свое сочувствие в таких крайних экзистенциальных обстоятельствах. Язык религиозного ритуала, который они считают православным, кажется им наиболее подходящим. Известные им обряды или элементы обрядов кажутся им средствами помощи в сложных жизненных ситуациях. В тех случаях, когда женщины пишут, что не справляются со сложным подростком, когда случаются раздор между мужем и женой, измена, болезнь, потеря работы (в общем, любая сложная житейская проблема), в ответ даже неверующим дают совет помолиться, поставить свечку в церкви (это наряду с советами обратиться к врачу или психологу).

В интернете постоянно идет обсуждение проблем религиозного образования в школе. Курсы, дающие знакомство с религиозной и светской этикой, историей религий, православной, исламской и пр. культурами, находят все более спокойное отношение у родителей. Их устраивает, что ведут эти предметы не священники, а школьные учителя. Но идея обязательного религиозного образования вызывает в основном негативное отношение. И если в школу придет действительно церковное, религиозное образование, да еще если эту учебную линейку, как это сейчас предлагается, протянут на все школьные годы, реакция интернет-сообщества будет отрицательной: растить своих детей в строгих православных канонах стремятся сегодня очень немногие. Судя по всему, мода на религиозность уже проходит, это перестает быть «статусным», как 10 лет назад.