О. Чиж― 15.05 в Москве. Это дневной эфир, который для вас ведут Всеволод Бойко и Оксана Чиж. Но это что касается в Москве. А в Санкт-Петербурге «Персонально ваш» — публицист Александр Невзоров. Здравствуйте.

А. Невзоров― Да здрасьте, здрасьте. Сейчас вы должны вот все заклинания про «Дилетант» произнести.

О. Чиж― Мы произнесем. Ольга Бычкова в Санкт-Петербурге. Добрый день.

О. Бычкова― Добрый день.

А. Невзоров― И теперь про «Дилетант.

О. Бычкова― Это обязательно нужно сказать. Потому что ровно где мы находимся в гостинице «Гельвеция» на Марата собственно «Дилетант» и происходит.

В. Бойко― Но это еще не все, потому что «Дилетант» происходит не только в «Гельвеции на Марата, 11, где его можно приобрести за деньги. Но и в Москве, где его можно получить бесплатно.

О. Чиж― В частности два номера мы раздаем в одни руки. Один про войну роз, один про Клеопатру. 10 победителей мы уже нашли. По ходу этого часа еще несколько отберем за самые лучшие вопросы Александру Невзорову. +7-985-970-45-45.

А.Невзоров: Действительность в России неотличима позапозапозавчерашняя от сегодняшней

О. Бычкова― А мы тоже участвуем в конкурсе вопросов Невзорову?

В. Бойко― Ольга, я думаю, что вы определенно в нем участвуете. Я надеюсь, что вам дадут бесплатно в Санкт-Петербурге. Но если хотите, я вам пошлю голубиной почтой.

А. Невзоров― А кто мне передаст вопрос?

О. Чиж― Вопрос передадим. Хотелось нам начать с общего и глобального. Во-первых, с новым годом.

А. Невзоров― Ну, предположим, что эти слова имеют какой-то смысл, хотя действительность в России неотличима позапозапозавчерашняя от сегодняшней. И я не думаю, что вы прям биологически ощутили какие-то существенные перемены. Не лгите мне.

О. Чиж― Не будем лгать. Но есть какой-то календарный рубеж что ли.

А. Невзоров― Хорошо, если вам хочется играть в календарные рубежи, поиграйте. Но давайте мы уже перейдем к делу. Без всех этих бесконечных разговоров про оливье, елки, всю эту чушь с Дедами Морозами.

О. Бычкова― Можно подумать, что подводить итоги года это не чушь.

А. Невзоров― Ну, смотря как мы будем это делать. Итак, начнем.

О. Чиж― Итак, главные три события прошлого года, в смысле последствий на 2016.

А. Невзоров― Это конечно, предложение моего любимца митрополита Омского. Прекратить зачатие детей в пост. Это мне очень понравилось, тем паче, что это широко и масштабно было тут же подхвачено прессой. Но я подозреваю, что просто старичку проплатили какие-то изготовители презервативов. Потому что он не сказал, что нельзя вообще ничего, он сказал, что только зачинать нельзя. И вообще я удивляюсь этой инертности православных предпринимателей. Потому что они могли бы для постов изготавливать специальные презервативы черного цвета, покрытые битым стеклом снаружи и внутри. Это было бы, причем можно было бы красиво оформить с названием «благочестие» или «иноческий», если со стальными шипами. Но вот тут как-то почему-то пока дремлют православные предприниматели, я думаю, что это будет, может быть, самым знаменитым товаром 2016 года. Но конечно, по маразму и прелести этого маразма с этим очень трудно сравнить еще какое бы то ни было событие. Затем, конечно, да понимаете, все одному к другому. Невозможно из всей этой россыпи информационных самоцветов выхватить какой-нибудь один наиболее блистательный и его предъявить к миру. Хотя…

О. Бычкова― То есть трех вам не хватит позиций.

А. Невзоров― Затем еще можно вспомнить удивительное воодушевление Зюганова, коммуниста, который когда ему сообщили, что год считается годом красной обезьяны, необыкновенно возбудился от этого сообщения и начал…

О. Бычкова― И что он сделал?

А. Невзоров― Он начать ухать, бить себя в грудь и вообще всяко приветствовать красную обезьяну, которую ему пообещали. Потому что не учувствовать взаимосвязь коммунистического движения и той самой красной обезьяны… Тут как-то Геннадий Сергеевич сам на себя был не похож. Много всего забавного происходило. Наконец подвелись окончательные итоги творчества Никиты Сергеевича Михалкова. Потому что красивая, конечно, история. Потому что в результате в сухом осадке выяснилось, что, наверное, Михалков является рекордсменом по несоответствию бюджетов и кассовых сборов. Самый дорогой фильм его последний «Цитадель», 45 миллионов долларов, по-моему. Он набрал рекордные полтора миллиона в прокате…

О. Бычкова― 45 стоил, а полтора миллиона получил. Заработал. А с каких пор вы собственно начали интересоваться кинематографом?

А. Невзоров― А я не начал интересоваться. Я вообще не интересуюсь кинематографом. Это циферки и вы мне только что задаете вопрос, а потом спрашиваете меня, а откуда я это знаю. Да исключительно для того, чтобы порадовать вас. И ваших слушателей. Потом мне, конечно, очень понравилось севастьяновское исполнение обещаний.

О. Бычкова― Это кто?

А. Невзоров― Это начальник, по-моему, энергии. Который клялся в начале 2015 года и точно также как Зюганов при виде красной обезьяны. Причем мы не знаем, какая часть тела обезьяны должна быть наиболее красной по мысли коммунистов, чтобы возбудить их, привести их в настоящий тонус. Вот также колотил себя кулаками Севастьянов, который клялся, что в 2016 году они начинают добычу гелия-3 на Луне.

О. Бычкова― Это вы все запоминаете клятвы и обещания в течение года?

А. Невзоров― Оля, я объясняю.

О. Бычкова― Зачем вам это?

А. Невзоров― Ну, вот для меня слова «гелий-3» слова понятные и всегда мне врезающиеся. Я когда это услышал, то этого я не запомнить не мог. Надо понимать, что вообще гелий-3 это штука. Да он действительно есть в лунном реголите, это правда, но для того чтобы добыть один грамм гелия-3, нужно перелопатить сто тонн реголита.

О. Бычкова― А еще долети туда.

А. Невзоров― Для того чтобы перелопатить сто тонн лунного грунта, нужно выстроить заводской промышленный комплекс размером не меньше Ижорского завода в Санкт-Петербурге. То есть вот эта беззастенчивость и широта вранья, присущая русскому чиновничеству, может быть о ней не стоило говорить, потому что это уже общее место, понятно, что врут все. И понятно, что в России чиновник и врун это тоже уже синонимы.

А.Невзоров: В России чиновник и врун это тоже уже синонимы

О. Бычкова― Вот тут я не могу вас не спросить вот о чем. Когда всякие прекрасные выдающиеся американцы нам говорят о своих прекрасных выдающихся космических проектах, то мы говорим, как круто, вот мы тут сидим, у нас тут неизвестно что происходит, а люди в это время устремляются в космос и к высоким достижениям науки. А когда наш человек отечественный говорит, что будем добывать гелий на Луне, то вы говорите, что это вранье. Двойные стандарты.

А. Невзоров― Нет. Я вообще за тройные стандарты. Но я же не пытался уличить его в нечестности, когда он это говорил или в течение всего 2015 года. Заметь, Оль, несмотря на всю любовь к гелию-3 я молчал на эту тему целый год на радио «Эхо Москвы». Из меня под пытками невозможно было вытянуть.

О. Бычкова― Вы дали шанс.

А. Невзоров― Да, совершенно верно. Вытянуть ни слова про гелий-3. Но вот, наконец.

О. Бычкова― Теперь гелий взорвался. Ну так и что.

А. Невзоров― Настал ваш 2016 год и понятно, что гелия как всего остального не будет.

О. Бычкова― Черт.

А. Невзоров― Да, вот именно.

О. Чиж― Чего ни хватишься, ничего у вас нет. И гелия нет.

А. Невзоров― Да.

О. Бычкова― А гелий шарики теперь надувать не сможем?

А. Невзоров― Нет, это совершенно другой гелий.

В. Бойко― Можно я добавлю про Николая Севастьянова. Он в 2006 году еще говорил, что мы постоянную станцию на Луне создадим.

О. Бычкова― Я же говорю, что было давно.

В. Бойко― И обещал многоразовый корабль «Клипер», с помощью которого будут осуществляться полеты на Луну.

А. Невзоров― Совершенно верно.

В. Бойко― Ввести в эксплуатацию его должны были примерно 4 дня назад.

О. Бычкова― И ты туда же, Бойко.

А. Невзоров — 15―й закончился. Кстати говорю, по поводу космической темы это всем будет интересно, очень рекомендую блистательную с моей точки зрения книжку Салахутдинова о Циолковском. Когда вы ее добудете, это не просто насколько я понимаю, потому что тиражи маленькие. Книжка была очень свирепо встречена и естественно всякими космическими агентствами России.

О. Бычкова― А что там такого?

А. Невзоров― А там рассказ про то, какой ложью на самом деле является практически все, что в России было связано с космосом. И это такое очень кропотливое…

О. Бычкова― В смысле?

А. Невзоров― В прямом смысле. Почитайте.

О. Бычкова― То есть ладно луноход все время подвергается сомнению, так и что Белка…

А. Невзоров― Вы кого называете луноходом? Рогозина?

О. Бычкова― Нет. Там, где флажок американский неправильно развевался в отсутствие атмосферы.

А. Невзоров― Понятно. Нет, я думаю, что эту книжку надо прочесть.

О. Бычкова― Так теперь еще Белки со Стрелкой тоже не было.

А. Невзоров― Они были, и у них было много разнообразных удивительных фамилий. У этих Белок со Стрелками. Поэтому чрезвычайно рекомендую ознакомиться с этой книжкой.

О. Бычкова― Хорошо, мы записали себе.

А. Невзоров― Потом еще прелестная история с «Бриллиантовой рукой». Я знаю, что все отпираются, теперь все говорят, что этого не было.

О. Бычкова― Ну не было.

А. Невзоров― И у тех тысяч и сотен и миллионов зрителей…

О. Бычкова― Официально сказали, что не было.

А. Невзоров― У всех галлюцинации. И все распространенные фотографии с экрана это все тоже…

О. Бычкова― Я вам сделаю таких фотографий сто штук и сотру все, что угодно фотошопом.

А. Невзоров― Откуда вы знаете, что надо стирать. На самом деле все было гораздо интереснее. Дело даже не только в том, что мальчишке попытались стереть нимб, там же вообще фильм, который разрушает практически все скрепы. Вы вспомните сюжет. Главный герой подбит турецкой коркой.

О. Бычкова― А!

А. Невзоров― Да, более того, там еще долго руководство раздумывало, стирать ли одну очень опасную по нынешним временам фразу. И не запикать ли слово «Володька» на всякий случай, там, где идет вопрос «зачем Володька сбрил усы». А вот вы зря смеетесь. Потому что я думаю, что к следующему новому году вы уже услышите «Бриллиантовую руку», во-первых, без всяких Стамбулов и других скреп, разрушающих слов. И ничего про Володьку, который сбрил усы.

О. Бычкова― А там еще про «билетов пачку и получат водокачку».

А. Невзоров― Это уже касается не столько нас, сколько Крыма. И там тоже будут всякие упоминания об электричестве и об открытии электричества. О всяких Эдисонах тоже вероятно будут запрещать.

О. Чиж― По поводу Крыма к вам вопрос от Романа: согласен ли Александр…

О. Бычкова― Роман вступил в конкурс?

В. Бойко― У вас появился соперник, Оля.

О. Чиж― Согласен ли Александр, что референдум в Крыму по электричеству это самый изящный ход Путина за его карьеру по перекладыванию ответственности на самих людей? Мудрый был ход?

А. Невзоров― Я не вижу здесь изящества. К тому же я должен сказать, что как-то все больше и больше ошибок. Потому что, конечно же, трудно удержаться, когда 95 или 86% населения не видят никакой разницы между добром и злом. Конечно, ими хочется поманипулировать. Но все-таки вероятно стоило бы предупредить публику, особенно русскую, которая отличается и впечатлительностью и наивностью, но и редкой агрессивностью, о том, что все может закончиться не так, как хотелось бы.

О. Бычкова― А добро и зло это что в данном случае?

А. Невзоров― Я имею в виду добро и зло даже в вашем обычном гуманистическом смысле этого слова. Добро это, по крайней мере, отсутствие войны, кровопролития, мракобесий и кошмара, разгула мракобесия. А зло это присутствие всех этих факторов. И дело даже не в том, что мир это какая-то самоцель, но мир это необходимая питательная среда для развития. Потому что ну хрен бы с ними с этими войнами, там гибнут в основном те, кто сделал профессию умирать. И в этом нет никакого чрезвычайного события.

А.Невзоров: Пока дураки орут «Крымнаш», те, кому следует, ездят и пилят крымскую землю

О. Бычкова― Если бы так.

А. Невзоров― Но попутно еще ухитряются то голову какому-нибудь Лавуазье оттяпать, то каким-то замечательным греческим механикам проломить бошку, то академика Ухтомского голодом в Петрограде заморят. То есть много всяких неприятных последствий. От этих войн. Да, о чем мы?

О. Бычкова― Вы потеряли мысль.

А. Невзоров― Да я потерял мысль.

О. Бычкова― О Крыме, о добре и зле.

А. Невзоров― То есть все-таки следовало бы вероятно предупредить публику о том, что все закончится, может закончиться, по крайней мере, не так, как ожидается. Потому что ведь эти вечные разговоры, вечные воздыхания про народ следует помнить, что народ наиболее депрессивная, наиболее отсталая и нуждающаяся, скажем так, в постоянной опеке часть общества. Потому что кто устраивал в Германии факельные шествия, Хрустальные ночи. Или во Франции Варфоломеевские ночи. Кто устраивал хунвейбинские погромы, это все народ, дорогие мои. Поэтому к слову «народ» надо относиться немножко по-другому. Что касается непосредственно Крыма, вы представьте себе, вам звонят на ваш домашний телефон, следовательно, все про вас знают и этот звонок на домашний телефон подчеркивает абсолютно осведомленность звонящего.

О. Бычкова― То есть ответ предрешен.

А. Невзоров― Ответ запрограммирован на сто процентов. Но даже тьма, которая сгустилась за Крымом, она все равно не мешает удивительным событиям, которые там происходят и этому звону пил, потому что ведь все это разговоры про то, что Крым наш, они же служат замечательной шумовой завесой для того, чтобы никто не слышал, как этот Крым распиливают. А распиливают его…

О. Бычкова― Крымская резня бензопилой.

А. Невзоров― …с невероятной страстью. И как ни удивительно, как ни странно, притом, что фамилия Поклонская, прокурор Крыма это вроде бы уже совсем…



О. Бычкова― Это вот эта красивая девушка. Со странными поступками.

А. Невзоров― Да, в ваших либеральных кругах она вызывает вполне понятное омерзение, но дело не в этом. Вот себя она проявила блестяще. Потому что когда приехал очень известный деятель культуры и, шевеля огромными усами и звеня перстнями на пальцах, потребовал ялтинскую киностудию, вдруг этот ребенок…

О. Бычкова― А зачем потребовал?

А. Невзоров― Там можно казино построить, там 27 гектаров земли хорошей с выходом к морю. Вообще хороший кусок.

О. Бычкова― Ялта — местечко такое невредное.

А. Невзоров― Симпатичное. То вот этот ребенок Поклонская вдруг по каким-то непонятным причинам уперлась рогом и что с ней будет в результате этого неприятного разговора с выдающимся скрепоносцем и деятелем культуры, еще никому неизвестно.

О. Бычкова― То есть она сказала…

А. Невзоров― Что она не подпишет и будет категорически против.

О. Бычкова― Того, чтобы Ялтинскую киностудию кому-то отдавали. Куда-то для чего-то.

А. Невзоров― Да.

О. Бычкова― Откуда вы знаете?

А. Невзоров― Знаю.

О. Бычкова― Это все вранье. Про наших мастеров культуры и про носителей наших скреп.

А. Невзоров― Хорошо, если вас больше устраивает версия, что это вранье, давайте тогда…

О. Чиж― А что выходит, там зубы есть все-таки?

А. Невзоров― Зубки? Нет, я подозреваю, что там, если в законном смысле возможности применения закона, нет, там абсолютно нет никаких…

О. Чиж― В смысле возможности сказать «нет», когда приезжает кто-нибудь из Москвы…

А. Невзоров― Возможность сказать «нет» необязательно должна идти…, необязательно должна идти сквозь зубы. Она может идти даже из голых десен, но это вдруг было сказано. Но понятно, что это речь идет только о самых крупных распилах этого бедного Крыма. Потому что все это обвешанное золотыми крестами православное и духоносное русское чиновничество, оно сейчас паломничает в Крым только в надежде отхапать себе ну хотя бы 10-15-30 метров какого-нибудь побережья. Пока все остальные дураки орут «Крымнаш», те, кому следует, ездят и пилят эту крымскую землю. Что, в общем, с моей точки зрения является абсолютно бесперспективным занятием. Потому что понятно, что Крым вернется обратно туда, где он находился.

О. Бычкова― Здрасьте.

А. Невзоров― Здрасьте, Оля. Мы можно подумать не поздоровались.

О. Бычкова― А почему это он вернется?

А. Невзоров― Да вернется, конечно.

О. Бычкова― Да?

А. Невзоров― Да. Продолжим.

О. Бычкова― А когда?

А.Невзоров: Понятно, что Крым вернется обратно туда, где он находился

А. Невзоров― Трудно сказать. Вы видите прямо монисту на мне, я не цыганка.

О. Бычкова― Подождите. Не уходите. Сами сказали.

В. Бойко― Оля, вы сейчас под статью подводите Невзорова. Вы знаете об этом?

А. Невзоров― Да давайте аккуратно меня выведем из-под статьи. И не будем продолжать разговор по этому поводу.

В. Бойко― Такая история про Крым. Тут господин Федоров, глава ВЦИОМа сказал, что те, кто критикуют прошедшие опросы социологического мнения — дерьмометы и им нужно жену поучить щи варить. Потому что на самом деле все было очень честно. И даже если наши сограждане в Крыму выпивают, они все равно сохраняют адекватность. Как минимум до 19 часов 31 декабря и после 11 часов 1 января, когда проводились эти опросы. Ваше здоровье.

А. Невзоров― Спасибо. Продолжим.

О. Чиж― Кстати, что касается жителей, про которых вы сказали, что вам звонят на домашний телефон, и вы тут же понимаете, что про вас все знают. А что же они такие пугливые там серьезно?

В. Бойко― Они же украинскую власть с палками выгоняли.

А. Невзоров― Ну, вот давайте сейчас как бы оставим эту тему ненадолго, просто потому что развитие событий будет предлагать нам гораздо более интересные выводы, чем мы можем их сделать сейчас.

В. Бойко― Хорошо.

О. Чиж― Интригует.

О. Бычкова― Это такой тонкий точный прогноз.

А. Невзоров― Я тщательно ухожу из-под той статьи, под которую вы пытаетесь меня засунуть, Бычкова.

О. Бычкова― А можно еще раз повторить прогноз на 2016 год? Вот то, что вы сейчас сказали.

А. Невзоров― Оля, сперва принесите мне из прокуратуры бумагу, которая меня освобождает от всякой ответственности за любые мои высказывания о Крыме, тогда мы с вами продолжим беседу. Бумагу на стол, черт побери.

В. Бойко― У нас тут был хороший вопрос. Давайте сменим тему действительно. Автор спрашивает: что может персонально вас, Александр Глебович, вынудить прекратить журналистскую деятельность в России?

А. Невзоров― Ну, естественно, как всякого наемника и существо глубоко беспринципное, это предельно большая сумма денег. Либо кончина…

О. Бычкова― Какая большая?

А. Невзоров― Очень большая. Я пока не буду называть цифр, потому что не вижу…

В. Бойко― Потому что вдруг предложат больше.

А. Невзоров― Да, совершенно верно. Это замечательно все то, что я сейчас слышу. Но давайте еще продолжим подводить итоги года. Я вспомнил про то, что в 2015 году меня тронул и умилил и я считаю рекордным по своей маразматичности и красоте одновременно поступок такого отца Никона, фамилия его, по-моему, Дубляженко. Это из террористического Донбасса. Террористический поп. Который руководил…

О. Бычкова― Вот вы сейчас разбрасываетесь словами очень смело.

А. Невзоров― Конечно. Да. Так за эти слова я готов ответить, в них, как ты сама понимаешь, не содержится никакого ни оскорбления, всего-навсего характеристика деятельности. И вот он, собравшись на Украину, допился…

О. Бычкова― Из Донбасса.

А. Невзоров― Да, для того чтобы пересечь границу Украины, этот отец Никон вдруг начал украинским пограничникам предъявлять всякие секретные документы, удостоверяющие, что он является донбасским террористом и особо доверенным лицом других крупных донбасских террористов. Те повыпучили глаза, но в результате попа повязали и он сейчас находится, по-моему, в Мариупольском СИЗО.

О. Бычкова― Опять какие-то байки рассказываете.

А. Невзоров― Нет, очень легко это, в Москве посмотрите на Никон Дубляженко. Вы сразу эту историю может быть, если она проникла в Интернет, узнаете в гораздо более красочных подробностях.

О. Бычкова― Но вы же не из Интернета об этом узнали. Вам кто-то рассказал. Какие-нибудь слухи грязные.

А. Невзоров― Это не грязные слухи. Прямо оттуда. Я же не рассказываю вам про попов, которые, как выяснялось, устраивали ДТП, в объяснительных написано было, что вообще у них уважительная причина, потому что они спешили на пирсинг сосков.

О. Чиж― Что, простите?

О. Бычкова― Я должна упасть в обморок в этот момент. И ты, Чиж, тоже. Мы упали.

О. Чиж― Мы фраппированы.

В. Бойко― А я не должен падать, потому что я уже через это прошел что ли?

А. Невзоров― Я не понимаю, если вы прошли, то мой совет вам, по крайней мере, это сейчас скрывать. Здесь у нас есть возможность мягко перейти к скандальной истории с Чаплиным. Тем паче, что она не закончилась. Теперь РПЦ получила мощного, злобного, агрессивного и талантливого противника, который хорошо знает РПЦшную кухню в лице Чаплина. Но надо сказать, что ситуация усугубляется с каждым днем, потому что все те черносотенцы, вот эти козлобородые, которые вот из этих всех всемирных русских соборов, они все выстроились в огромную как мавзолей очередь, каждый теперь считает своим долгом о бедного Чаплина вытереть ноги.

А.Невзоров: РПЦ получила мощного, злобного, талантливого противника в лице Чаплина

О. Бычкова― А вам его жалко очень.

А. Невзоров― Конечно, я его вообще очень ценил, потому что он был хотя бы живым человеком. Он ведь богемщик. Он ведь в прошлом…

О. Бычкова― Он похож на хиппи на такого.

А. Невзоров― Да, в прошлом запойный нормальный богемщик, который начал изображать из себя мракобеса, конъюнктурщика и как справедливо говорил В. В. Шульгин, что нет худших антисемитов, чем бывшие евреи. Вот точно также запойный веселый богемщик Сева начал изображать из себя церковно-номенклатурного чиновника. С той же страстью, с которой вероятно бывшие евреи изображали из себя антисемитов.

О. Бычкова― О, господи.

О. Чиж― А тут он расчехлился теперь назад.

А. Невзоров― Да, единственное, что я боюсь, что вся его деятельность не будет эффективной, почему – потому что эти все бомбы, которые он может заложить, они бы сработали изнутри РПЦ. Взорванные на ее поверхности, они не будут так эффектны.

О. Чиж― История православного Сноудена — тут ставится многоточие. Продолжим буквально через несколько минут.

НОВОСТИ

В. Бойко― 15.35 в столице. «Персонально ваш» публицист Александр Невзоров из Санкт-Петербурга. Задают ему вопросы в московской студии Всеволод Бойко и Оксана Чиж. А в Питере в отеле «Гельвеция» на Марата, 11, где можно купить «Дилетант», находится не только Александр Невзоров, но и главный редактор «Эхо Москвы» в Санкт-Петербурге Ольга Бычкова. Александр, вы закончили по Чаплину проходиться? Можно следующий вопрос?

А. Невзоров― Да, пожалуйста. А вы, кстати, где смотрели «Бриллиантовую руку», когда были маленькими.

О. Чиж― Дома.

О. Бычкова― В кино.

А. Невзоров― Первый раз.

О. Бычкова― Я не помню.

А. Невзоров― Я помню, я смотрел…

О. Бычкова― При свете…

А. Невзоров― В нормальном сельском кинотеатре, который был переделан из старой церкви. И там поп, который когда-то был попом и остался не при делах, он устроился в нее киномехаником. И я помню, как он заливисто хохотал, крутя какие-то ручки и нажимая какие-то кнопки на ту самую скандальную сцену с уходящим с нимбом мальчиком. А потом там снова сделали церковь и, к сожалению, разрушили хороший кинотеатр, и киномеханик снова стал попом. Через какое-то время, вероятно, он будет опять киномехаником.

О. Чиж― Хотели вас спросить по поводу еще одного главного медийного героя не то что одного года, а нескольких лет. Рамзан Кадыров снова оказался в центре некоторого обсуждения и скандала. Потому что высказался относительно родственников тех, кто участвовал в митинге в Вене. 24 декабря действительно был митинг в Вене, когда участники требовали прекратить репрессии в отношении жителей Чечни, за критику в отношении власти.

В. Бойко― Именно так и поступил Рамзан Кадыров.

О. Чиж― Должны, говорит, родственники разобраться с этими участниками. «У нас обычай: брат за брата отвечает, я дам поручение узнать, есть ли у них брат, отец, какой тейп, откуда они родом и что они собой представляют. Почему они позволяют себе высказываться в адрес руководства республики и народа, знают ли они, что мы будем использовать все ресурсы. Закон, традицию, религию. В последующем скажем членам семей, чтобы сами разобрались со своими родственниками. А если они не примут решение, значит, будем требовать», — многозначительно тут я закрываю цитату. Получается, что государство в государстве. Никого это особенно здесь не волнует. А есть какой-то порог, после которого будет волновать?

А. Невзоров― Кадыров талантливый педагог, конечно. Он пытается объяснить, научить Кремль простым способам управления. И уже перешел к таким вполне открытым публичным сеансам. Потому что кулуарная попытка вразумить кремлевцев ни к чему пока не привела. У нас не в такой степени существует пренебрежение гражданскими законами, как это предлагает делать Кадыров.

О. Бычкова― Вразумить в чем?

А. Невзоров― Он показывает, как нужно в надежде на то, что он будет услышан и скоро, вероятно, эти порядки станут определяющими в России.

О. Бычкова― Но у нас же…

А. Невзоров― Я отмечаю его только педагогический талант.

О. Бычкова― …конфессиональная страна. Например, применительно к Санкт-Петербургу как это будет выглядеть? Эта схема.

А. Невзоров― У нашего Толи Судакова, которого вы знаете под сценическим псевдонимом митрополит Варсонофий, у него конечно, темперамента не хватит и артистического кадыровского дара тоже у него нет. Ведь обратите внимание, Кадыров же не просто злодействует, он же не просто самодурствует. Нет, он исполняет очень тонкий и очень, я бы сказал по-своему такой леденяще блистательный ритуал власти. И показывает, как будто бы демонстрируя всем, как должна выглядеть, пахнуть и сверкать настоящая власть. В надежде на то, что глупенький Кремль увидит и послушается. И начнет подражать. Понятно, что все это спектакли.

О. Бычкова― Спектакли? Почему? Разве там нет действий за этими спектаклями.

А. Невзоров― До фига действий. Но когда он хочет решить просто вопросы, поверьте, он решает их, не прибегая ни к каким огласкам и никаким СМИ. А здесь это все делается специально на показ и демонстрируется, скажем так, с его точки зрения наиболее конструктивный стиль поведения. И надо сказать, у него этот спектакль блестяще удается. Посмотрите как вы, медийный мир подхватываете и начинаете это все обсуждать.

О. Бычкова― Ну конечно. Но с другой стороны что кивать на Кадырова и пенять, когда, наверное, люди, которыми он управляет, наверное, ждут от него именно такого поведения. Как, например, от Путина ждут многое такое, что он нам и являет. Тут же непонятно где курица, а где яйцо.

А. Невзоров― Нет, ты знаешь, всегда понятно, где курица, и у кого яйца главное. Это всегда видно. У кого яйца. Поэтому я думаю, что в случае с Петербургом и попыткой вот такого стиля управления нет, здесь все-таки это малореально, тем паче, что Толю Судакова, в общем, на место поставили с Исаакием и с его непомерной алчностью захапать все историко-архитектурные памятники в городе. А что касается в масштабах страны, ну что же, посмотрим, что называется.

О. Бычкова― Как вам эта новость, вернее продолжение сказала бы слово «сериала», если бы он не был таким трагическим.

А. Невзоров― Ну так и говорите: трагического сериала.

О. Бычкова― «Шарли Эбдо». Потому что теперь годовщина и теперь там новая картинка должна появиться на обложке. Про Бога-убийцу. То есть, как пишут, например, разные агентства, там должна быть изображена некая фигура некоего бога, бородатого мужчины в длинном одеянии, который забрызган кровью. В сандалиях с автоматом Калашникова за спиной и подпись: прошел год, убийца все еще на свободе, Бог-убийца. Это все, как вы любите.

А. Невзоров― Все правильно на самом деле. Всего-навсего трезвое и я бы сказал беспристрастное прочтение Библии. А знаешь, кстати, в 2015 году голландские исследователи поставили очень любопытный эксперимент. Они брали Библию как таковую, Ветхий Завет и Новый Завет, но оборачивали ее в какую-то другую обложку. С совершенно другими заголовками. Очень часто с заголовками вызывающими. И эту книгу пытались Библию обычную каноническую читать на улице прохожим. Я могу сказать, что в семи случаях из десяти их попытались сдать в полицию. За распространение экстремистских и человеконенавистнических идей. Ведь то, что я всегда говорил, что…

О. Бычкова― Это мы обсуждали уже миллион раз.

А. Невзоров― Совершенно верно.

О. Бычкова― Потому что нельзя к этим текстам относиться…

А. Невзоров― Оль, подожди. Ты меня спросила, попросила прокомментировать «Шарли Эбдо». Я тебе комментирую, что их рецензия на этот год, которую они изобразили в виде кровавого с топором и Калашниковым Бога это всего-навсего трезвая вменяемая оценка религии и ее воздействия на любое общество и на любое сознание. Это действительно чудовищная пакость.

О. Бычкова― Ну так это же сделали не боги и не какие-то там коллективные разумы, а это сделали конкретные люди, конкретные убийцы и преступники. Террористы.

А. Невзоров― Ты мне еще расскажи про то, что терроризм не имеет национальности и не имеет конфессиональной принадлежности. Великолепно имеет и более того, мы не видим в течение последних 10 или 15 лет никакого иного терроризма кроме религиозного. Весь терроризм только религиозный.

О. Бычкова― А до этого мы видели какой-нибудь там красный, черный, и чем это лучше?

А. Невзоров― А это был идеологический.

О. Бычкова― Фашистский. Нацистский.

А. Невзоров― Идеологический терроризм недалеко ушел от религиозного. Скажем так. По крайней мере, они имеют абсолютно общую природу. Наши прелестные москвичи, судя по этим «ах, ах», они что-то хотят спросить.

О. Чиж― Есть такое.

О. Бычкова― Алло, прелестные москвичи.

О. Чиж― Как раз про идеологию. Да еще и слово «красный» прозвучало. Сергей интересуется, как вы относитесь к тому, чтобы переименовать газету «Советский спорт» в «Советовский спорт». Кстати как теперь по новым известным украинским законам следует относиться к распространению на Украине таких изданий как, например, «Московский комсомолец». Понятно, Сергей, конечно, иронизирует, отталкиваясь от вчерашней новости о переименовании «Советского» шампанского в «Советовское». Но вообще сама идея отказа от символов даже на таком уровне она правильная или нет?

А. Невзоров― Во-первых, мне все равно, потому что я не чувствую остроты этого вопроса, я думаю, что это очень связано с такой сиюсекундной конъюнктурой и вообще с обострением идеологической борьбы. Когда вдруг советское объявляется эталоном важным, сакральным и прекрасным одними, а вторыми соответственно начинает люто быть ненавидимым. Но для меня все это не имеет никакого смысла. Почему — потому что как вы помните, я был одним из тех немногих людей, которые действительно за этот Советский Союз дрались. Причем дрались в буквальном смысле этого слова, в том числе и физически, в том числе и с оружием в руках. И я помню, что когда в реальности реальный Советский Союз рушился, то из 20 миллионов коммунистов, из бесконечного количества сторонников российской империи три мальчишки, три мальчишки и один полуспятивший маршал Ахромеев вышли за него драться. На весь Советский Союз нашлось три человека, которые пытались каким-то образом встать поперек этой лавины течения истории. У них ничего не получилось.

О. Бычкова― То есть это цена вопроса. Цена этого Советского Союза.

А. Невзоров― Совершенно верно. И поверьте мне, эти все декларации и за и против, они остынут и люди, которые сейчас высказываются столь горячо за и столь горячо против и переименовывают шампанское и требуют бесконечных деноминаций разных улиц, они все успокоятся. Это все стоит две копейки. А все остальные, кроме тех трех мальчишек, начальника вильнюсского ОМОНа, начальника рижского ОМОНа, вашего покорного слуги, все остальные тихо сидели по углам, и никто не пикнул.

О. Бычкова― А откуда сейчас они взялись все?

А. Невзоров― А сейчас, когда это безопасно, сейчас когда есть возможность просто поговорить и это превратилось в некое такое декоративное украшение идеологии, вот и повыползли всякие какие-то там лысые писатели, сторонники Советского Союза, которого они в жизни никогда не видели и не нюхали. И не понимали, что это такое.

О. Бычкова― Ну уж ладно, не видели. Это было все-таки конечно уже давно, но не то чтобы 500 лет назад.

А. Невзоров― Оль, поверь мне, всех людей, которые сейчас рвут на себе с треском тельники за Советский Союз, в помине не было, когда было действительно опасно. И не будет, когда снова станет опасно.

О. Бычкова― А вот эта идея, что восхвалять, что запрещать что угодно. Она такая живучая просто потому, что все-таки прошло еще не 500 лет, а меньше или почему? Или у людей есть какой-то внутренний комплекс, который им все время зудит и не дает покоя.

А. Невзоров― Нет, черт знает, что у них вообще зудит и почему. У них бы по идее вообще ничего зудеть не должно было. Но здесь я подозреваю, их аккуратненько корректируют все время эти пропагандистские подвижки, притом, что русские нельзя сказать, что они очень внушаемые. Отнюдь. Если бы они были внушаемые…

О. Бычкова― Ой, да ладно.

А. Невзоров― Да подожди ты. Если бы они были внушаемы, тогда им с легкостью можно было бы внушить и прямо противоположное тому, что они сейчас исповедуют. Но им не внушается это. Они не хотят быть внушаемыми.

О. Бычкова― Сейчас им не нужно этого внушать. А потом нужно будет внушить что-нибудь другое. И будут те же 146% или 89…

А. Невзоров― Главное, чтобы все-таки не посягали на столь важную для сегодняшних жителей России идею коррупции, которая является одной из национальных идей. Ну, потому что это действительно прекрасная вещь. Посмотри на юных чиновников, ведь вообще сейчас юный русский человек прекрасно понимает, что никаких надежд на существенное повышение материального благополучия кроме коррупционных нет. Он точно не получит Нобелевскую премию. Он точно не снимет «Властелина колец». Он точно не напишет бестселлер, а соблазнов колоссальное количество.

О. Бычкова― А бестселлер может написать в стол.

А. Невзоров― Так нет, имеется в виду тот, за который можно много получить. Единственный путь к благосостоянию это коррупция. Почему, кстати говоря, и провалились все эти шоу вашего друга Навального. С Чайкой.

О. Бычкова― А почему они провалились? А с Чайкой не провалились.

А. Невзоров― Потому что народ отбезмолвствовался вот уж по полной. За исключением вашего брата журналиста.

О. Бычкова― Подождите. А что должно было произойти?

А. Невзоров― Россия самым гробовым образом… Как что?

О. Бычкова― Что весь народ должен был как в едином порыве.

А. Невзоров― Оль, я понимаю…

О. Бычкова― Я просто пытаюсь понять, что там в другом сценарии.

О. Чиж― Придти к дому Чайки, видимо.

А. Невзоров― Вот какие вы все-таки юные. У вас паспорта-то есть у всех?

О. Бычкова― Еще нет.

А. Невзоров― Вот я так и чувствовал. Потому что я помню, когда была история с Гдляном и Ивановым, с узбекским делом, я помню толпы на Чапыгина, на Кировском проспекте. Когда уже просто готовы были…

О. Бычкова― Толпы что делали в это время?

А. Невзоров― Толпы, которые колошматили себя в грудь в ярости и неистовстве. Я помню, что происходило на Манежной площади в Москве. Когда возникли первые антикоррупционные дела. Я помню, какими национальными героями были Гдлян и Иванов.

О. Бычкова― Это да. Это правда.

А. Невзоров― И этот национальный героизм весь не сверху был спущен. И не искусственным образом как-то создавался. Он был абсолютно органичен, они поднимались на вот этой народной волне ненависти, возмущения и восхищения теми героями, которые решили пойти против коррупционного механизма.

О. Бычкова― Однако, Навальный очень популярен…

А. Невзоров― Среди двух процентов он поразительно популярен.

О. Бычкова― И тоже им восхищаются.

А. Невзоров― Утешайте себя этим, Оленька. Если вам хочется себя поутешать чем-нибудь, поутешайте, давайте еще найдем какую-то возможность вас утешить. Расскажите, что бы вас могло еще порадовать.

О. Бычкова― Хорошо, если в этом уравнении рассуждать, тогда почему так, а сейчас не так. Что, коррупция проникла дальше?

А. Невзоров― Нет. Не было такого количества соблазнов. Конечно, если бы тогда было такое количество соблазнов и было бы твердое понимание того, что коррупция это самый безопасный и симпатичный и короткий путь к личному обогащению, вероятно, тогда бы тоже народного возмущения бы не возникло.

О. Бычкова― А разве не было такого раньше?

А. Невзоров― Нет, конечно, эти соблазны, которые сейчас существуют, не были представлены столь материально. Они не были что называется в мясе, во плоти. Так, как это существует сейчас. Нет, сейчас конечно коррупция одна из наиболее качественных и существенных национальных скреп.

В. Бойко― Хочется спросить еще вот про какую новость. Наши моряки как утверждают датские силовики, пьяные попались в море. И теперь непонятно, что с ними будет. Потому что по морским законам чуть ли ни посадить их могут за нарушение устава. И вопрос Дмитрия Мезенцева: может, мы запретим датской королеве въезд или санкции введем против Дании. Как далеко простирается агрессия российского руководства в попытке защитить собственных граждан.

А. Невзоров― Я предлагаю объявить вне закона породу датских гусей.

О. Бычкова― Есть такие гуси?

А. Невзоров― Да. Это знаменитые очень гуси, они есть в фермерских хозяйствах. И если послать по этим хозяйствам опричников и извести датского гуся, вот тогда…

О. Бычкова― А уже гуся давили трактором каким-то.

О. Чиж― Это были превентивные меры.

А. Невзоров― Там были дохлые гуси. В упаковочке. А мы говорим о живых гусях, которые должны своей кровью смыть ошибку датского руководства.

В. Бойко― Предварительно отбыв срок.

А. Невзоров― Когда вы заговорили про моряков, я подумал, что, наконец, награда нашла героев. Я порадовался, когда вы начали говорить. Я был уверен, что вот тот самый сторожевой корабль, который все-таки не сдался турецкому маленькому рыболовецкому суденышку.

О. Бычкова― Это еще вот тот корабль, который мы обсуждали в прошлом месяце.

А. Невзоров― Что, наконец, его экипаж получил государственные награды. За то, что они все-таки не сдались, а даже отстреливались от рыбацкой яхточки из пулемета.

О. Бычкова― А может и получили.

А. Невзоров― Может, получили.

О. Бычкова― Может это секретные награды, мы же не знаем, кто там вообще кого, чем награждает.

А. Невзоров― У нас вообще очень много секретов.

О. Бычкова― Что происходит. Конечно.

А. Невзоров― У нас очень много секретов.

О. Бычкова― Может они получили награды.

О. Чиж― Да ладно, у нас любят награждать красиво, с камерами.

А. Невзоров― Может быть у нас и гелий-3 втайне добывают на Луне, а мы то, что называется, не знаем.

А.Невзоров: Мы не видим в течение последних 10 — 15 лет никакого иного терроризма кроме религиозного

О. Бычкова― Не знаем просто, а может быть мы уже все обдышались. Это многое объясняет.

В. Бойко― Еще один вопрос в завершение. Сейчас был довольно длинный спич на тему коррупции как основного и наиболее легкого способа заработка в России, Галина интересуется: а как рядовому россиянину поучаствовать в распиле денег, выделенных на патриотизм, по свежей, вступившей в силу программе в размере один миллиард 666 миллионов.

А. Невзоров― Черт возьми, если бы я знал, то я бы первым кинулся в этом поучаствовать. Правда, боюсь, что любые патриотические речи в моем исполнении не были бы, конечно, достаточно убедительны, но может быть миллиард, нет, миллиард бы меня не вдохновил.

О. Чиж― Серьезно?

А. Невзоров― Нет, все-таки вы знаете, вот когда речь идет о каких-то убеждениях, вот эти копеечные суммы они не работают. Тут вероятно надо оперировать немножко другими цифрами.

О. Бычкова― А что же тогда на патриотизм выделяются копеечные суммы-то. Это что, остаточный принцип?

А. Невзоров― Нет. Понятно, что все это выделяется под распил. Но поскольку это все равно, что называется, сумма, предназначенная на убой, она не должна быть ни слишком маленькой, ни слишком большой. Вот найдена золотая середина. А как вашему уважаемому слушателю поучаствовать в распиле, вот черт его знает. Надо было вовремя думать и вовремя встраиваться в соответствующие госструктуры.

О. Бычкова― Когда было вовремя, скажите.

А. Невзоров― Начинать надо было лет 15 назад, чтобы сейчас получить доступ к миллиарду, это нужно было начинать 15-18 лет назад.

О. Бычкова― Да ладно. За эти 15-18 лет назад уже столько тут…

А. Невзоров― Риск есть. Пересажают.

О. Чиж― Да ладно пересажают. Патриотизм может смениться слева направо и обратно.

О. Бычкова― И сверху вниз.

А. Невзоров― Он я думаю сменится еще в самое ближайшее время.

В. Бойко― Вот на этом прогнозе на 2016 год мы завершаем программу «Персонально ваш», в которой постоянным гостем был публицист Александр Невзоров. Помогали беседовать с ним Ольга Бычкова, главный редактор «Эхо Москвы» в Санкт-Петербурге, Всеволод Бойко и Оксана Чиж. Последние двое вернутся в студию через несколько минут с главными цифрами прошедшей недели. А победителей розыгрыша журнала «Дилетант», чьи вопросы мы в том числе читали в эфире…

О. Чиж― Обязательно в ближайшее время с вами свяжутся наши сотрудники. Более того, мы еще продолжим в следующем часе.