В издательстве АСТ вышла книга историка, публициста и режиссера Евгения Понасенкова "Первая научная история войны 1812 года".

"Кто управляет прошлым, тот управляет будущим", – напоминает автор лозунг тоталитарного государства, описанного Джорджем Оруэллом, и рассказывает о том, как фальсифицировалась история войны с Наполеоном – и в XIX веке, и в советские времена, – чтобы скрыть поражения и неудачи России.

Разговор с Евгением Понасенковым записан перед московской презентацией книги, материалы для которой он собирал 15 лет, разыскав в архивах тысячи неизвестных историкам документов.

– Евгений, ваша книга о далеком прошлом, о событиях, которые происходили два столетия назад в царской России, во времена Александра I, но она и о сегодняшнем дне, не так ли?

С этим населением можно делать что угодно, как и делали русские генералы, сжигая подряд все города

– Безусловно. К тому же это не такое далекое прошлое. Я измеряю историю Зельдиными или Юриями Любимовыми: один 101 год прожил, другой 97 лет – это всего лишь два Зельдина или два Любимова назад было. Действуют одни и те же люди, антропологических и социокультурных изменений мало. Крепостное право не было отменено в 1861 году, крестьянам в СССР начали давать паспорта в конце 70-х. Суть социальной жизни не поменялась до сих пор. Опять абсолютная монархия, ограниченная только убийством (как убили Павла и, возможно, убили Александра). До того момента, пока не прибьют, человек делает что угодно, имея неограниченный ресурс, и абсолютно без контроля со стороны населения. С этим населением можно делать все что угодно, как и делали русские генералы, сжигая подряд все города в период отступления.

– А зачем они это делали?

– Сложно c точки зрения логики объяснить, зачем русские генералы сжигали собственные города, причем еще до того, как русское население оттуда уходило. Это абсолютное преступление. Это даже не тактика выжженной земли, там никакой тактики не было, потому что бежали от армии Наполеона по случайности, никакого плана не существовало. Все планы были наступательные, еще с 1809 года. В октябре 1811 года Александр I отдал приказы о выступлении в поход всем русским армиям, которые стояли больше года на границе с герцогством Варшавским. Корпуса уже начали движение, но в последний момент пришло сообщение от короля Пруссии Фридриха Вильгельма III о том, что он боится еще раз пойти на авантюру, потому что уже в 1806 году Пруссия и Россия воевали с Наполеоном – и Пруссия была разбита, и Россия была разбита. И Александр I отменил собственные указы, отозвал уже вышедшие в поход русские корпуса. Наполеон, естественно, об этом узнал, только после этого он начинает всерьез готовиться к войне со своим официальным союзником Россией.

– То есть можно сказать, что войну с Францией развязала Россия?

– Абсолютно. Лично Александр I. При этом, что было чудовищно, в этом же 1811 году, чтобы каким-то образом не распалить даже, а придумать патриотические чувства населения, особенно западных губерний, российское правительство начинает террористическую деятельность в собственных городах. Был выжжен Киев, в Киеве был в 1811 году грандиозный пожар, который произошел ровно по тому же сценарию, как и в Москве через год. Я это описываю подробно с архивными документами, с воспоминаниями современников. Выжжен русским правительством, чтобы были разговоры о лазутчиках, о шпионах, о поляках. Естественно, никто этому не поверил, но такая попытка была. Самое трагикомичное в том, что Александр I, когда это делал, рассчитывал на то, что он сейчас пойдет в наступление. А поскольку он в наступление не пошел из-за того, что испугался помочь Фридрих Вильгельм, он просто бессмысленно выжег несколько городов в западной части империи.

– То же самое в 1941 году: взорвали Крещатик, взорвали плотину на Днепре.

Кутузов был комический, опереточный генерал, который никогда ничего не выигрывал

– Совершенно верно. Но там взрывали, когда начались военные события. Здесь взрывали для психологического момента. Более того, опала Сперанского, когда его отправили в ссылку в Сибирь, у нас неверно понималась. Это было придумано исключительно для нагнетания истерии о шпионах. Нужно было обществу показать, что страшные шпионы везде, даже на самом верху. Теперь все это становится на свои места. Если мы откроем первую историю войны 1812 года, вышедшую в 1819 году, Ахшарумова, там уже рассказано о том, что Александр I планировал наступление в 1811 году, о том, что он даже планировал наступление в 1812 году, когда уже Наполеон успел собрать армию. Мы сами распалили ситуацию, сами начали конфликт, а потом испугались в последний момент. Александр I не знал, что делать, потому что у него не было талантливых генералов, все русские генералы проигрывали Наполеону: Кутузов в 1805 году, Багратион в 1807 году. Не было русских генералов. Он предлагал командовать русской армией Веллингтону, направил предложения генералу Моро, французскому эмигранту, который жил в США, и Бернадоту, предателю Наполеона, все трое отказались.

– Но мы-то с вами учились, Евгений, в школе на мифе о Кутузове, великом военачальнике. Я узнал из вашей книги, что миф этот был создан в XX веке, создан Сталиным.

В 1941 году нужно было срочно народу придумать оправдание. Сказали: вот этот Кутузов, старик, подходит

– Сталин его архитектор и скульптор. Сталин, в отличие от некоторых современных комических диктаторов, сам писал себе речи, много чего читал, хотя был, безусловно, чудовищным извращенцем от жизни и политики. Сталину нужно было срочно, когда был позор отступления, бегства от границ в 1941 году, изобрести какой-то аналог в истории, который бы оправдал этот ужас. Ему Барклай де Толли по фамилии и по всему не подходил, а вот Кутузов подходил, Кутузов не бежал от границ, его вообще назначили позже. Кутузов оставил Москву и проиграл Бородино. Но можно пропагандистски сказать, что нет, мы выиграли Бородино. Очень хорошо, что там все сожгли, оставили – это замечательно, зато потом все равно враг ушел. Наполеон вообще не собирался оставаться, у него не было задачи не то что оставаться в Москве, даже переходить изначально границу, просто ему нужно было принудить Россию к миру. Он дальше просто наступал за убегающей русской армией: куда она убегает, туда он наступает. А здесь нужно было срочно народу придумать оправдание. Сказали: вот этот Кутузов, этот старик, он подходит. До 1940-х годов о Кутузове не вышло ни одной монографии, ни одного научного исследования! Вышли сотни тысяч о Наполеоне, огромное количество о всех генералах эпохи Наполеона – Веллингтон, Блюхер, Шварценберг, кто угодно, и ни одной о Кутузове. Потому что это был комический, опереточный генерал, который никогда ничего не выигрывал.

– В 1952 году некто Жилин получил Сталинскую премию за этот миф о Кутузове.

Это невежественное злое существо, такой мордоворот, был после Сталинской премии назначен директором Института военной истории

– Совершенно верно. Был такой Павел Андреевич Жилин, из деревеньки приехавший паренек, который первым среагировал на доклад товарища Сталина и написал брошюру "Контрнаступление армии Кутузова в 1812 году". Хотя какое может быть контрнаступление, когда Наполеон 36 дней был в Москве, никто его не трогал, он награждал на Красной площади орденом Почетного легиона своих солдат. Потом просто бессмысленно было оставаться, потому что он все-таки император, он должен править из Парижа, он по собственной воле выходит, идет куда хочет, разбивает Кутузова под Малоярославцем. Кутузов снова бежит от Малоярославца к Полотняным заводам. Наполеон уже, естественно, идет не за ним, сколько можно гнаться, он идет обратно, идет по той же дороге, где у него коммуникации, где стоят его же корпуса и гарнизоны. Просто уходит из России. Более того, еще на Березине берет две тысячи русских пленных, разбивает армию Чичагова, которому Кутузов на помощь не приходит: он мстил Чичагову за то, что тот выявил коррупцию Кутузова в турецкую кампанию. И вот деревенский паренек Жилин пишет брошюру, не зная языков, не работая ни с одним французским источником. Он пишет "генерал Мэтью Дамас". Это Дюма у него Дамас! Тем не менее, это невежественное злое существо, такой мордоворот, был после Сталинской премии назначен директором Института военной истории.

– Я узнал из вашей книги, что в 1962 году группа историков обратилась к Хрущеву с призывом не возвеличивать Кутузова.

Требовали не ставить ему памятник, не называть проспект Кутузовским. Но советская власть не могла жить без мифов

– Да, я публикую эти документы впервые. В 1962 году, в период оттепели, когда людям показалось, что можно что-то говорить, группа ученых, доктора наук и историки, участники Второй мировой войны обратились лично к Хрущеву с письмом, в котором привели фактически мои тезисы, что Кутузов проиграл Бородино, что он оставил Москву без боя преступно, что там погибли около 30 тысяч русских раненых, заживо сгорели. Требовали не ставить ему памятник, не называть проспект Кутузовским. Но советская власть не могла жить без мифов, в том числе организованных Сталиным. Потому что нужно было опять-таки признавать проблемы и во Второй мировой войне, ломалась бы вся система, которая жила на мифах. Ведь Россия в целом – один большой литературно-пропагандистский миф. Если литературные мифы выбить из-под России, тогда вообще ничего не останется.

– Вы цитируете маркиза де Кюстина, который писал, что история в России составляет часть казенного имущества. И поразительную историю рассказываете о том, как российское правительство пыталось подкупить кого-то именитого на Западе, чтобы написал ответ на книгу маркиза де Кюстина, прославив российский режим. Даже Бальзака хотели подкупить! Это фантастически напоминает сегодняшнюю Россию.

Russia Today начинала действовать уже тогда, Александр I пытался устроить настоящий орган пропаганды на Западе

– Это прелестная история. Когда вышла книга, Уваров написал: "Срочно подкупить кого угодно во Франции, именитого, не именитого, журналиста". Он хотел именно с той стороны опровергнуть собственного соплеменника. Но в итоге там не нашли, с Бальзаком не вышло, и сделали хитрее. Поскольку русские уже знали хорошо французский, то одна анонимная книжка о лжи Кюстина и другая под псевдонимом были напечатаны за деньги русского правительства во французской провинции и стала распространяться во Франции. На нее мало кто обратил внимания, другие посмеялись. Но Russia Today начинала действовать уже тогда, Александр I пытался устроить настоящий орган пропаганды России на Западе. Были отданы приказы искать готовых сотрудничать журналистов. При этом наполеоновская парижская газета "Монитор" печатала практически все реляции Кутузова через две недели. Кутузов пишет: "Мы блестяще выиграли Бородинское сражение". В итоге через неделю происходит сдача столицы Москвы. Понятное дело, что это очень выгодно печатать, потому что это выглядит невероятно смешно. Это все печаталось, а в России за любое слово из западной прессы судили, сажали. Знаменитое дело Верещагина, сына купеческого, который якобы перевел два абзаца из какой-то франкфуртской газеты про то, как Наполеон успешно взял Смоленск: на него донесли, его посадили в тюрьму в Москве, до всякого судебного решения. Когда оставляли Москву, генерал-губернатор Москвы Ростопчин убегал из своего особняка на Лубянке вместе с сундуком казенных денег и ложками из сервиза одной французской дамы: в Москве было много французских торговцев, учителей и прочее, и генерал-губернатор Москвы украл ложки из сервиза, решив, что можно. Так вот он выбегал, а там собралась толпа пьяных, всякой челяди, которые были воодушевлены его же афишками, что он будет защищать Москву. Стали к нему приставать: давай, веди нас на врага. Его это совершенно не вдохновляло, ему нужно было сбежать с деньгами. Тогда он приказал привести этого купеческого сына, который сидел по доносу, сказал: вот предатель, из-за него мы оставляем Москву. Представляете! Приказал полицмейстеру его рубить, тот не хотел, он приказал второй раз, и толпа его разодрала в клочья и тащила останки тела через Кузнецкий пост и дальше до нынешнего Брюсова переулка, до того дома, где потом жили Мейерхольд с женой: она была там убита, а Мейерхольд, как вы знаете, тоже плохо кончил. Вот вам история войны 1812 года, и ХХ века, и нынешняя.

– Вы пишете, что правда настолько постыдна, что никто из военачальников, проигрывавших сражения Наполеону, даже не написал мемуаров.

Все сражения войны 1812 года, абсолютно все проиграны русской армией

– В том-то все и дело! Кроме Ермолова, у которого в 1864 году вышли записки, и то не в России. Ермолов открытым текстом пишет: мы проиграли Бородинское сражение. И больше ни один не написал мемуаров. Портретная галерея в Зимнем дворце, сотни генералов, а где же их исследования, где их радость по поводу их подвигов? А подвигов никаких не было. Все сражения войны 1812 года, абсолютно все проиграны русской армией. Наполеон делал что хотел, он пришел и ушел. Прессы нет, крестьяне читать не умеют, а мы можем объявить все что угодно победой, просто объявить, и все. Вот эти триста человек в портретной галерее Зимнего дворца – никто не написал исследования либо серьезных мемуаров. Есть огромное количество записок, которые написаны в стол, есть переписка, есть тысячи писем, которые я также публикую, там как раз нелицеприятная правда. Прекрасные письма Раевского, где он пишет, как бежали от границ, как все друг друга потеряли, как Багратион перестал слушаться. Багратион официально прислал планы наступления с целью разорить герцогство Варшавское и наступать до Парижа в 1810–11 году, а когда Наполеон перешел границу, Багратион первый бежал до Смоленска. Александр пытался к нему доехать, но Багратион ослушался приказа не то что наступать, а даже остаться на месте. То есть Багратион первый начал это бегство, но у него, правда, не оставалось других шансов, потому что русская армия стояла в боевом развертывании на наступление, а не на отступление, поэтому армии и были разделены. Александра предупреждали все генералы: либо мы наступаем, либо надо что-то делать. Но Александр до последнего не знал, что делать, потому что ему отказали все западные генералы, которым он предлагал командовать русской армией, а русских генералов он прекрасно знал, он знал, что они не способны командовать в серьезных сражениях с европейской армией. Когда все отказали, он остался без главнокомандующего. В начале войны и не было никакого единого главнокомандующего, официальным командующим был Александр I. Он позорно бежал из армии, отсиделся в Петербурге. Жизнь Александра висела на волоске. Я привожу документы и переписку матери, сестры, Аракчеева, которые прекрасно понимали, что если бы Наполеон остался бы еще на месяц в Москве, то Александра просто дворцовым переворотом убили бы в Петербурге.

– И параллельно шла другая война – крестьянская, можно сказать гражданская.

– Это мое открытие. Примерно 18 лет я эту тему копал в архивах и в итоге составил подробное описание этой войны. Она происходила в 35 губерниях, а всего было 42, то есть большая часть империи была в гражданской войне, в крестьянской войне. Я сделал расписание вплоть до некоторых деревень, какие были крестьянские отряды, под чьим командованием их подавляли. Восстание крестьян в Пензе было подавлено страшно. Крестьянам русские солдаты вырывали ноздри, глаза. Но крестьяне и сами много чего там натворили, потому что сказали, что это вам не восстание Пугачева, мы вас теперь перережем всех. Они арестовали офицеров, заперли их в крепость, бесчинствовали, убивали помещиков и прочее. Я все это описываю, цитирую документы. В гражданской войне в России участвовало практически все крестьянское население. Другой вопрос, что это был очень небольшой период. Если бы Наполеон задержался бы еще на месяц-два, тогда власть бы сменилась, конкретные люди сменились бы точно. Гражданская война не затухала ни до, ни после, потому что восстания, крестьянские бунты происходили каждый год. В 1812 году это приобрело повальный характер. В московском архиве дивные документы я выявил, отчеты 20 полицмейстеров Москвы о том, что 1 и 2 сентября Москву полностью разграбили русские солдаты, которые чуть ли не на треть дезертировали после Бородинского сражения, после разгрома, и подмосковные крестьяне. Замечательные письма дворян и в том числе помощников и самого Ростопчина о том, как они ничего не могут сделать, потому что русские солдаты и крестьяне при них выносят полностью обстановку дома, мебель. Причем не просто выносят, а еще из злости разбивают. Вот такая ненависть была к москвичам и к дворянам.

– Вы пишете, что само определение "Отечественная война" возникло гораздо позже. Примерно то же самое произошло и в ХХ веке, когда Брежнев стал создавать культ победы.

Страна на отшибе, страна с комплексами, генерируется каждый день одно и то же

– Безусловно. Когда участники были живы, комично было бы выдумывать такие вещи. Но Николай I после неудачного правления Александра I оказался в ситуации полного развала, и нужно было производить либо реформы, на которые он не был способен, либо закручивать гайки. Он, естественно, выбрал второе. А как закручивать гайки? Конечно, нужна идеология. Поэтому самый известный гомосексуал России граф Уваров изобрел эту дивную триаду "Православие. Самодержавие. Народность", придумал это на французском языке между переводами греческих классиков. Николай приказал изобрести этот миф об Отечественной войне, заказал его Михайловскому-Данилевскому – это адъютант Кутузова. Михайловский-Данилевский никогда в огне не был, это был такой блатной мальчик, который воспитывался в немецкой школе, учился в Европе. Был адъютантом Кутузова, никогда не воевал. Он написал огромное четырехтомное исследование, где умудрился стать большим баснописцем, чем Крылов. Так его называли сами участники событий. Над ним смеялись все, но смеялись между собой, а никто напечатать не мог эти смешки, поскольку было Третье отделение. Далее эта концепция обретает плоть. Даже термина такого не было до издания книжки Михайловского-Данилевского про Отечественную войну. Официально по документам война была закончена в 1816 году, когда уже прошли все репарации, контрибуции после вступления европейских союзников по антифранцузским коалициям во Францию. И все наградные документы об этом свидетельствуют, я все цитирую. Что касается Михайловского-Данилевского, там есть планы наступления Александра I в 1811-м и начале 1812 года, это не казалось чем-то, что необходимо скрывать. Они скрывали восстание крестьян и то, как дворяне и русская армия гасили в крови эти восстания православных людей.

– Всякий раз убеждаешься в справедливости утверждения, что в России каждые пять лет меняется все, а каждые двести ничего.

– Абсолютно. Я думаю, к сожалению, это будет еще очень-очень долго так, потому что страна на отшибе, страна с комплексами, генерируется каждый день одно и то же.

– Появляются люди, которые говорят от имени будущего, от имени молодежи, говорят, что пора все менять. Если Алексей Навальный делает это на митингах, то Ксении Собчак внезапно разрешили выступать на госканалах и говорить почти все, что она думает. Спрошу вас, как частого гостя телеэфиров и человека, знающего кухню этих ток-шоу, что все это значит и следует ли на что-то уповать?

Кремль всегда умудряется бить сразу по двум зайцам и, как ни странно, эти гады попадают

– Святые русские люди с загадочной русской душой, которые еще на что-то уповают! Но я не частый гость эфиров, я несколько раз был только на одном ток-шоу на НТВ, и то последние два месяца они меня не приглашают именно потому, что я везде рассказываю, что нынешнее выдвижение Собчак – это проект Кремля. Я к ней очень хорошо отношусь, но здесь настолько все очевидно и как-то пошло сработано. Хотя вот видите, это же сработало даже на так называемую часть креативного класса: мои знакомые, вроде бы не сильно шарахнутые об стену головой люди, говорят: да, действительно, надо поддержать. По приказу сверху ей расчистили все, поставили тут же во всех ток-шоу, убрали всех прочих спорщиков, оппонентов. Да, естественно, ее шельмуют. Кремль всегда умудряется бить сразу по двум зайцам, и как ни странно, эти гады попадают. Обратите внимание, на Донбассе решается не только проблема против Украины, но на Донбасс были так или иначе спущены и выкинуты из России огромное количество крайних националистов, которые могли бы здесь быть очень опасны для власти в плане расшатывания ситуации.

– И там их прибили.

– И там их прибили! То есть они решили две задачи. То же самое и здесь: с одной стороны, повышается явка на выборы благодаря Ксюше, устраивается некая развлекательная ситуация для тех, кто мог пойти за Навальным на митинги, а вместе с тем шельмуется само понятие "оппозиционер" или "либерал", потому что вот, посмотрите, ее пьяные выходки, вот "Дом-2", образ оппозиционера только такой может быть. Таким образом Кремль действительно достигает одновременно двух результатов. Но он достигает их только потому, что те, кто называют себя оппозиционерами или оппозиционно настроенными, они, мягко скажем, не умны. Я сейчас после того, что началось с Ксюшей, думаю: черт с вами, если вы такие, живите тогда с Путиным, я же свою голову не приставлю.

– Да, Путин тут побеждает.

Чекисты умеют решать тактические задачи, а о стратегии они никогда не думают

– Он стратегически проиграл уже: полный крах экономики и идеологии, полный крах системы, ясно, что режим нежизнеспособен и это уже живой труп. Но живые трупы, которые ходят по ночам, к сожалению, еще долго после смерти могут делать гадости, что сейчас режим и делает. Тактически, да, получается. Можно, имея ядерное оружие и рабское население, оккупировать какую-нибудь территорию? Не проблема. Потом плохо жить под санкциями и прочее? Да, плохо, но тактически вопрос решен. Можно Ксюшей отвлечь и сделать фиктивные выборы? Можно. Да, это сделает колосс на глиняных ногах и будет потом крах режима, все будет плохо, но это потом, это будет стратегически, а тактически проблема опять решена. Так что, видите, чекисты умеют решать тактические задачи, а о стратегии они никогда не думают.

– Если сравнить Путина с Александром I и Россию 2017 года с Россией 1812-го, что общего?

Путин – это человек бедный, из СССР, офицер КГБ, стесняющийся диктатор: что-то делает страшное и стесняется

– Общий народ. Правитель, так или иначе, часть народа. Александр I не был частью, это был немец, воспитанный исключительно на французских образцах, говорящий по-французски, который молился на Библии на французском языке и заказывал литургические приборы придворным архитекторам Наполеона. Путин – это человек бедный, из СССР, офицер КГБ, стесняющийся диктатор: что-то делает страшное и стесняется. Он не стыдится, но он стесняется. Он такой ленинградец из бедных, поэтому он всегда стесняется. Это очень разные люди, но по сути и тот, и другой могут делать все, что хотят, потому что народ ничего не скажет. Более того, если раньше крестьяне либо бунтовали, либо молчали, то теперь озлобленная масса (озлобленная на тот небольшой процент людей, который смог как-то начать хорошо жить в 1990–2000-е годы) кричит: а мы вам не позволим хорошо жить, вы будете жить, как мы, все в дерьме, ура Путину! Поэтому здесь только ухудшается эта ситуация.

– Тогда были крестьянские восстания, а сейчас восстают три дальнобойщика.

– Во-первых, уже нет крестьян, во-вторых, раньше они могли месяц спокойно восставать, до них никто физически не мог дойти, дороги плохие, солдаты приходили поздно. А сейчас БТРы и автозаки могут появиться через несколько часов. То есть техническая эра поменяла правила игры. У режима Путина есть все современные технические западные ресурсы. Это Третье отделение и КГБ, оснащенное изобретениями свободного Запада.