Дебаты — это хорошо.

Люди должны разговаривать. Человеческая природа такова, что если мы перестаем говорить, то начинаем драться. Но в случае, когда слова являются просто словами, а не предвестниками дел, это значит, что скоро всем надоест говорить, и тогда начнётся самое интересное.

Россия, несмотря на кажущуюся дремучесть, бывает очень прогрессивной, порой даже чересчур. Сто лет назад, пока Запад делал робкие попытки поменять сложившийся уклад жизни, в России не стали мелочиться, делать постепенные шаги к светлому будущему, а молниеносно сломали хребет традиционализму, попутно перебив, конечно, миллионы других хребтов, а позже установив режим, который поставил это дело на поток, но главная цель, хоть и на время, была достигнута. Так и сегодня, пока оксфордский словарь разбирается в постправде, Россия уже успела ее пережить и перейти в новую эпоху, название которой еще не придумали.

Мы живем в новом, бессловесном времени, где становятся реальностью самые смелые фантазии кибер-панка, когда все вокруг — лишь непонятный программный код, и где-то фоном слышны голоса. Абсолютно неважно, что говорит Лебедев, и не имеет никакого значения, что отвечает Навальный — программа продолжает выполнять свои функции. На минуту представим, что слова Навального оказались правдивы, и Тема действительно не самым честным путем получал контракты, а имели место быть дружественные или еще какие-то отношения с чиновниками. Что это изменит?

Артемий перестанет получать контракты? Нет.

Коррупция самоуничтожится? Нет.

Тендерная система станет прозрачней? Нет.

Навального перестанут судить? Нет.

Навальный станет президентом? Нет.

Перестанут выигрывать конкурсы люди, близкие к власти? Нет.

Дебаты перестанут быть ужасно скучными? Нет.

Ничего не изменится.

А теперь представьте обратную ситуацию: Алексей ошибся или даже намеренно оболгал Лебедева, и попробуйте снова ответить на те же вопросы. Удивительно, да? Исходные данные, вроде бы, кардинально изменились, а результат остался прежним, точнее неизменным осталось отсутсвие какого-либо результата. Причем тут же возникает великий соблазн обвинить во всем этих двух людей, сказать, что это Навальный и Лебедев — такие бесполезные и ни на что не влияющие, а, если совсем разозлиться, можно даже обозвать их блогерами и сослаться на то, что Есть Люди, Которые Еще Могут. Но нет, в том-то и дело, что нет больше таких людей, все слова больше ничего не значат. Совсем.

Не важно, кто и что говорит, система нема, она ничего не слышит и продолжает жить своей жизнью. Как в известном сериале, на определенном этапе развития сюжета которого искусственный интеллект перестает реагировать на человеческие команды, они ему больше не нужны, он в состоянии сам писать код, менять правила, и все это в полной тишине. Чего только стоит пример, когда президент на своей пресс-конференции пообещал дать указания разобраться с делом воспитательницы детского сада, которую посадили за репост. И что? Время идет, Евгения Чудновец сидит. Или это — признание региональных руководителей и депутатов в том, что они настолько отчаялись понять, что тут вообще происходит, что были вынуждены устроить карго-культ из анонимных телеграм-каналов и, подобно диким племенам, впервые увидевшим радио, припали к таинственной коробочке в ожидании истин.

Так случилось, что человек — существо социальное и, даже в нашем атомизированном обществе, потребность в коммуникации никуда не исчезает. Людям так же нужно договариваться, отстаивать свою позицию, убеждать и добиваться своего, только уже не используя неэффективных речевых оборотов, витиеватых фраз, аргументов и других анахронизмов, а вполне себе современными кулаками, зубами и предметами, попавшими под руку.

Перефразируя уже ставшее крылатым выражение, Россия — не место для дискуссий. И глядя на то, как серо и скучно прошли эти дебаты, вызвавшие у зрителя лишь один единственный вопрос: «о чем они вообще?», остается невольно подытожить — ну и слава богу.