Александр Костенко экс-журналист и экс-работник пресс-службы Харьковского горсовета, а ныне один из самых популярных блоггеров Харькова. Его блоги «печатаются» почти на всех интернет-ресурсах города. Его мнение уважают коллеги и политики. Главный «козырь» Александра в том, что он хорошо разбирается в наружной политике и в ее внутренней кухне. Об этом мы и решили с ним поговорить. Саша, сколько лет ты работал в пресс-службе мэра? Я знаю, что тебя долго туда заманивали, это так? - Я проработал в пресс-службе с осени 2011-го до весны 2014-го. Ко мне дважды заходили с этим предложением, первый раз я отказался, мне было сложно интегрировать себя в строгий дисциплинарный формат госслужбы. А некоторое время спустя из Киева в Харьков приехал Юрий Сидоренко, Кернес взял его советником по медиа, и Юра сразу стал отрекомендовываться большим демократом. По приезду он взял бутылку и обошел практически все редакции города, познакомиться. И во второй раз мне позвонили и сказали: «Саша, вот есть новый человек, Юрий, он бывший «интеровец», свой, не чинуша, общий язык найдете». И я согласился – не секрет к тому же, что в начале десятых годов журналисты медиа-сферы Кернеса получали больше всех в Харькове, а чем ближе ты географически находился к пл. Конституции, 7, тем выше были ставки. Помимо тебя на службу к мэру переманивали и других журналистов. Кернес так много внимания уделяет своему пиару? - Это не про пиар, это про кадровую политику. Кернес сам по себе – самодостаточный пиар-продукт, замкнутая производственная цепь от генерации идей до фидбэка, человек-оркестр. Но он олдскул, в пиаре он берет количеством новостей с хэштегом #кернес, пренебрегая их качеством и современными тонкими коммуникационными технологиями. Поэтому начиная с 2006 года он вовлекал в свою медийную орбиту как можно большее количество человек, через разные площадки, начиная с полулояльных сайтов и заканчивая пресс-службой. Он создал холдинг «Дозор», и последующие четыре года «Дозор» реально был самым креативным и мощным информагентством города. Вообще сказ о том, как Геннадий Адольфович выпиливал и таки выпилил в Харькове журналистику – это отдельная большая тема, но по сути к рубежу нулевых и десятых харьковские СМИ делились на прокернесовские и скудные оппозиционные (которые раньше так или иначе финансировались Аваковым, а потом он уехал в эмиграцию под пальму пино и, видимо увез все бюджеты своих медиа). Разделив, Кернес сделал дьявольский ход: постоянным публичным глумлением над аваковскими СМИ, своим провокационным поведением он маргинализировал их. Например, на том же «Главном» раньше обитала околоинтеллигентская аудитория, и новые заголовки типа «Уголовник Гепа выделил на сессии сто гектар земли своим друзьям-ворам» пошатнули их веру в принципиально качественную журналистику. Трафик не прощает смены морально-этической обертки. Кернес завладел аудиторией и стал монополистом, но монополия отвратительно влияет на качество. Звезда «Дозора» закатилась, и в Харькове наступила эра «Харьковских известий» - в том виде, в каком мы знаем их сейчас.

костенко3

Из чего состоит пиар горсовета? - Из постоянной трансляции позитивных сведений. Та же пресс-служба регулярно выдает десятки новостей о казалось бы совершенно незначительных действиях коммунальных служб: установили 20 урн, вывезли несанкционированную кучу мусора, проложили сто метров кабеля. Зачем это? Затем, что это лучше всего поддерживает общий позитивный информационный фон, так выдерживается ровная восторженная нота – посмотрите, сколько делается, сколько запланирована, разве вы еще не посидели на наших новых скамейках? А детская площадка? Вы еще не сводили туда своих детей? Тогда съемочная группа «Известий» срочно едет к вам. Интервью с восхищенными местными жителями – пожалуйста, «скажите, вам же правда нравится эта новая прекрасная асфальтовая дорожка? Станьте тут, пожалуйста, чтобы была видна табличка с фамилией Писаренко, да-да, смотрите себя сегодня в наших новостях». Белый шум, постоянный жужжащий позитивный фон: Кернес провел встречу с жителями, Кернес запустил троллейбус, тысячи цветов, сто фонтанов, починен кран, отремонтирован порожек подъезда. Как это работает? - Это работает отменно, я тебе скажу. До революции у Кернеса была действительно колоссальная поддержка, а последние выборы показывают, что хоть электоральный отток и имел место быть, но инерционно люди все равно шли и голосовали за Кернеса. Те, кто не входил в его ядерную ЦА, так называемые колеблющиеся, говорили «ну он же вроде Россию сюда не привел, войны не хочет, в городе опять же хоть что-то делает» и ставили галочку напротив его фамилии. Поэтому и фальсификации были минимальны, и касались они в основном манипуляций в следующей за Кернесом тройке – там, где Геннадию Адольфовичу надо было расставить свои акценты. Он бы выиграл выборы и без фальсификаций – разрыв между ним и следующим кандидатом был позорно большим. Безусловно, ковровый пиар сыграл в этом свою роль. Были табу? - Здесь понятия «табу» или «темники» неуместны. Пресс-служба мэрии имела и имеет единственную функцию: обеспечить постоянный поток позитивной информации, и с этой функцией прекрасно справляется. Что можно табуировать там, где есть совершенно недвусмысленная и четкая должностная инструкция? Ты просто пишешь, что все ок. Запрещали ли писать плохое? Нет, не запрещали, потому что если ты сотрудник пресс-службы Canon, тебе же и самому не придет в голову писать, что у Nikon`a оптика лучше, а вот у нас говно. Иначе почему ты тогда не работаешь в пресс-службе Nikon? Не было табу, случались ситуативные директивы. Так, например, во время прокладки шоссе через парк Горького всем медиа Кернеса была дана рекомендация следить, чтобы в текстах она обязательно называлась «дорога через Лесопарк», хотя по земельным документам это была именно земля парка Горького. Геннадию Адольфовичу было принципиально закрепить в ушах аудитории, что дорогу мостят не через парк – зону отдыха и рекреации, а через Лесопарк, саморослую и неухоженную чащу. Была еще известная всему Харькову медийному установка «Кернеса снимать слева» - якобы Геннадию Адольфовичу не нравились свои фото справа, а он был очень щепетилен в подборе фотоматериала. Поэтому здесь уже срабатывала самоцензура, так в одной из редакций надпись «Кернеса снимать слева» венчала доску в ньюс-руме, на которой расписывают график съемок, и никогда не стиралась. Почему ушел? - Я начал томиться еще летом 2013-го. Я человек непоседливый, а госструктура – это стационарная, нединамичная система. Она не требует изменений просто потому, что иначе она разрушится. Эта система отстроена, дает результат и ей совершенно не впилось, что ты хочешь изменить бюрократический язык новостей на более живой, или хочешь избавить новостную ленту от унылых пресс-релизов из районов. Никому здесь не нужны твои новшества, здесь испокон веков ставили двадцать новостей «В Киевском районе провели совещание дворников» в неделю, и ты можешь разбить голову о стену, но никого не убедишь, что таких новостей не должно быть в ленте. С другой стороны, деньги в 2011-м году и те же деньги в 2013-м – это очень разные деньги. Я полгода сидел на чемоданах, подыскивая куда уходить, а в середине февраля вдруг взял отпуск. Ну как вдруг – отчасти это была какая-то чуйка, чисто профессиональная, отчасти – осколки каких-то инсайдов, но я понял, что весна 2014-го не будет доброй. А потом случилось 1 марта и захват облгосадминистрации. Я сидел на кухне ночью и просто даже не мог себе представить, в каком ключе теперь придется писать новости на сайт мэрии. Наутро, формально будучи еще в отпуске, я поехал к Сидоренко с заявлением об увольнении.

костенко флаг

Ты видишь, как работает пиар у других политиков. Что можешь сказать о работе пиарщиков, например, ХОГА? - В ХОГА та же госсистема, только еще более консервативная и без лидера-харизмата. Зданию на Сумской, 64 вообще после Авакова не везло на харизматов, и если в мэрии Кернес только своей харизмой немало вкладывал в свой пиар, то здесь все делается по старинке, это одна большая стенгазета «Передовик Сухопрыщенского района». В губернаторском медийном пуле есть отдельные прогрессивно мыслящие люди, но они чисто количественно не в состоянии изменить общий тренд, в котором сто пятьдесят новостей о надоях или фестивалях крашеного яйца – это нормально. Кроме того, что мэрия, что обладминистрация совершенно не работают с конфликтологией. Точнее, в мэрии просто не хотят, а в ОГА – не умеют и не хотят работать с острыми углами информационного поля, не понимают всех преимуществ социальных сетей при всех их недостатках. И если мэрия практически никогда не берется воевать в соцсетях (они – матерые аппаратчики, их стихия под ковром), то ХОГА делает попытки освоения интернета, но весьма неуклюжие. Они хотели бы видеть фейсбук таким себе миксом из «Пенсионного курьера» и хвалебных од руководству, фейсбук почему-то им не становится, но эти парни упорно продолжают считать, что если сто раз крикнуть «халва», то у других во рту станет сладко. Следишь за западными коллегами? Как думаешь, чем отличается пиар наших политиков от их? - Задача пиара в политике одна: довести избирателя от момента узнавания политика до его фамилии в бюллетене. Просто на Западе доминирует тренд очеловечивания политика – вспомни хоть Обаму, хоть Саркози, там главное, чтобы избиратели чувствовали: он один из нас, он свой. А у нас целью пиара стоит омонаршивание персонажа. Неприкосновенная фигура, полубог, его решения святы, его грехи не для наших ртов, кто ты вообще такой, холуй, чтобы я давал тебе отчет о бюджете ремонта дорог? Это дикий феодализм, это непростительная в информационный век стратегия, но она пока работает и лишь потому, что мы семьдесят лет до 1991 года жили в болоте патернализма, и еще 22 года – после 91-го. Наша идеология пиара умрет ровно тогда, когда электорат отойдет от телевизоров и начнет думать холодильником. В современный пиар политика входят ТВ сюжеты, билборды, газетные заметки и.. блог. Тебе поступали такие предложения? Сколько стоит заказной блог? - Естественно, поступали. К сожалению, здесь практически нет политиков, которые понимают и готовы оплачивать тонкие пиар-стратагемы, здесь любят в лоб и громко. И желательно дешево – мы же все-таки исконно купеческий город. Я не пишу политические блоги под заказ, это принципиально, и вот почему. Местные заказчики вряд ли дадут за блоговый лоббистский текст больше $200-300 долларов, да и то далеко не каждому, а я не буду мараться за такие деньги, чтобы ассоциироваться с какой-нибудь политсилой. Тут даже если кто-то из местных аффилированных СМИ делает копипаст с твоего фейсбука, уже начинаются крики, что ты запроданец. Парни, это фейсбук, здесь все бесплатное и все общее. Любой может сделать репост, и это отнюдь не значит, что репостнувший оплатил тебе исходник. Поэтому нет, спасибо, нам не нужны ваши пятна на репутации за ваши двести долларов. Я за сумму, на порядок большую, лучше проконсультирую кого-то в медиа-поле или напишу пиар-стратегию. Какой эффект от блога? Можно с помощью него создать мнение? - Эффект шумовой. Один блог никогда и ни на что не может повлиять, но если одну и ту же информацию ты ежедневно слышишь из телевизора, читаешь в соцсетях, в газетах, в многочисленных блогах – то она западает в голову. Это как прикорм рыбы, чтобы хорошо ловить, ты должен регулярно прикармливать место, а не единоразово вывалить в воду ведро каши. Много ли у нас заказных блоггеров? - В Харькове – нет, в Украине в целом – да. Порохоботы, юлеботы, оппоботы – это не миф, это пирамидальная структура от пула топовых блогеров наверху до искренних и восторженных бесплатных комментаторов внизу. Это система пересекающихся информационных полей, каждое из которых заваливает тебя позитивной информацией о своем бенефициаре и немножко говном в адрес конкурентов. Почему нет в Харькове? Потому что в Харькове нет блогосферы как таковой. Некого заказывать.

костенко лес