21 августа начиналось для меня как обычно. Проснувшись ближе к обеду я распланировал весь свой день. Принял решение сходить с товарищем на культурно-массовое мероприятие и окончательно добить скопившиеся проблемы, которых у любого оппозиционного движения хватает навалом. Придя домой поздно вечером, мой отец торжественно вручил мне повестку в отдел ЦПЭ УМВД города Ульяновска, которая заботливо была воткнута в щель между дверью и проемом. Посовещавшись с товарищами я принял решение проигнорировать данную повестку, ибо на то складывались все обстоятельства: не указан мой статус, мне лично в руки не вручена, и моей подписи, соответственно, на этой маленькой скомканной туалетной бумажке нет.

Я позанимался домашними делами и лег спать. На следующий день, 22 августа, около часу дня меня все же доставили в отдел ЦПЭ, на, как оказалось и как разъяснили, профилактическую беседу. Суть беседы состояла в выяснении мотивов, целей и задач одиночного пикета с лозунгом, якобы оскорбляющего некоторого гражданина Путлера, чьим организатором и участником был я, на что имел законное право согласно статье 31Конституции РФ.

Выяснение вылилось в психологическое давление на меня, сопровождающиеся угрозами оставить меня в будущем без куска хлеба и средств к существованию, физические угрозы всем представителям Ульяновского отделения «Левого фронта», угрозы ограничить нас в правах, предусмотренных статьей 30 Конституции РФ, которая гласит: «Каждый имеет право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов. Свобода деятельности общественных объединений гарантируется».

Сотрудники ЦПЭ мне откровенно указали, что не мыслят в будущем существование такой организации как «Левый Фронт», и поэтому приложат максимальные усилия для её ликвидации на территории Ульяновской области. Особенно меня поразил тот факт, что, несмотря на существование статьи 31 Конституции РФ, сотрудники ЦПЭ указали мне, что наши действия (мирные согласованные одиночные пикеты, пикеты, митинги и шествия) подрывают конституционный строй Российской Федерации.

Далее у меня состоялся отдельный разговор с начальником ЦПЭ, который поделился своими политическими взглядами, сказав, что наш народ настолько дикий, что не достоин демократии и удел этого народа вечная жизнь в условиях монархии (его мечта осуществляется). В целом данное мероприятие проводилось с целью запугивания личного состава оппозиционного движения «Левый Фронт», вклинивания его в определенную колею, что существенно ограничит наше пространство для маневра, и ликвидации наших методов работы с населением путем выставления данных методов-де-факто за рамки закона.

Далее цпэшники прошерстили мои аудиозаписи и найдя песню группы «Коррозия Металла» «Бей чертей, спасай Россию», которую я разместил 3 года назад, тут же завели дело об административном правонарушении, пригрозив продолжением подобных санкций (у меня обнаружили порядка 10–15 экстремистских аудиозаписей) вплоть до возбуждения уголовного дела по статье 282, что, по сути, приведет к расформированию отделения, ибо сядут все. Теперь вопрос: будут ли за эту песню «Корозии Металла» наказываться обычные граждане, или это только предназначено для людей с оппозиционными взглядами?