Специально для Крым.Реалии

«Во все времена истории, отстаивая интересы России, моряки-черноморцы одерживали знаменательные победы над неприятелем. В ратной деятельности черноморцев формировалась русская школа военно-морского искусства». Такими словами в этом году главнокомандующий ВМФ России адмирал Владимир Королев поздравил российских моряков с Днем Черноморского флота, который отмечается 13 мая. В этот день, по утверждению официальной историографии, в 1783 году адмирал Клокачев первым привел корабли императорского флота в Ахтиарскую бухту, которая, впрочем, тогда еще так не называлась.

И утверждение адмирала, и дата праздника ‒ это не более, чем компоненты одного из социально-исторических мифов, на основе которых построено нынешнее Российское государство и которые при тщательном рассмотрении оказываются, как сейчас модно говорить, фейками. Реальная история была ощутимо другой. Начиная с того, что на день раньше Клокачева свои корабли в бухту привел командир казачьей Днепровской флотилии Российского государства, воспитанник Киево-Могилянской академии полковник Сидор Билый, и заканчивая тем, что последнюю победу над флотом противника моряки-черноморцы под командованием адмирала Павла Нахимова одержали в Синопской битве 30 ноября 1853 года...

Трудно отрицать героизм моряков российского Черноморского флота. Хотя в целом это был героизм, проявленный в критических ситуациях

Трудно отрицать героизм моряков российского Черноморского флота. Хотя в целом это был героизм, проявленный в критических ситуациях, в которые власть и командование флотом загоняли рядовых матросов, младших офицеров, а порой и адмиралов. Но в то же время следует помнить, для чего создавался Черноморский флот и какие реальные традиции этот флот имел с начала своего существования.

Появился этот флот не в 1783 году, а значительно раньше. Его строили по велению императора Петра Первого для завоевания Черного моря. Был он построен в Воронеже и спущен по Дону в Азовское море, откуда после взятия Азова российские корабли впервые вышли на черноморские просторы. А после поражения российского войска в Прутском походе в 1711 году по условиям мира с Оттоманской Портой Россия сама потопила свои боевые корабли.

Восстановлен военный флот России на Черном и Азовском морях был накануне очередной войны с Оттоманской Портой, которая началась в 1735 году. Днепровская и Донская флотилии должны были поддерживать сухопутные войска, в их составе были преимущественно малые боевые корабли. По Белградскому мирному договору 1739 года Россия вернула Азов, но без права иметь в Азовском и Черном морях и военный, и торговый флот.

В 1768 году началась новая российско-турецкая война. Были заново созданы Днепровская и Азовская флотилии, которые провели ряд удачных операций по поддержанию сухопутных войск. По итогам войны в 1774 году был подписан Кучук-Кайнарджийский договор, по которому Российская империя получила Керчь и земли между устьями Днепра и Южного Буга, а также право свободного плавания по Черному морю и прохода торговых судов через Босфор и Дарданеллы. Вскоре в только что основанном Херсоне создается верфь, на которой строятся большие военные корабли и торговые суда.

С этого времени и вплоть до 1854 года российский флот доминирует на Черном море и проводит успешные операции за его пределами. Правда, успех имели только те из них, что были направлены против отсталого турецкого флота. А в 1808 году, в разгар организованной Наполеоном І «континентальной блокады» Британии, к которой после Тильзитского мира присоединилась Россия, едва увидев британский флот около Лиссабона, Черноморская эскадра под командованием одного из лучших российских флотоводцев адмирала Дмитрия Сенявина немедленно капитулировала, даже не попытавшись сделать хотя бы один выстрел.

Единственными, пожалуй, видами эффективных боевых действий против войск развитых государств, которыми зарекомендовал себя Черноморский флот в конце XVIII ‒ начале XIX века, была борьба с береговыми укреплениями противника и высадка десантов

Единственными, пожалуй, видами эффективных боевых действий против войск развитых государств, которыми зарекомендовал себя Черноморский флот в конце XVIII ‒ начале XIX века, была борьба с береговыми укреплениями противника и высадка десантов. В этом отличился адмирал Федор Ушаков, который во время войны с Францией высаживал десанты на Ионических островах и на побережье Италии.

Страх моряков-черноморцев и их командиров перед западными флотами имел серьезное основание ‒ российский флот ощутимо отставал от тех и по тактико-техническим характеристикам кораблей, и по уровню подготовки экипажей, и по возможности береговых служб обеспечить эффективные действия на море. Не случайно вскоре после победы в Синопской бухте, стоило в 1854 году войти в Черное море мощному англо-французскому флоту, как российские моряки собственноручно затопили свои корабли, в том числе 9 линкоров и 6 фрегатов, в Северной бухте Севастополя. Номинально ‒ чтобы загородить врагу вход в бухту; реально ‒ потому, что российский флот ни на что больше в войне против хорошо подготовленных военно-морских сил не годился. Некоторые корабли при этом топили вместе с пушками, которые можно было снять и использовать на суше при обороне Севастополя...

После проигрыша Крымской (Восточной) войны несколько десятилетий Россия не имела военных кораблей в Черном море. И о чудо! Именно на это время приходится расцвет черноморской торговли и портовых городов. Однако империя стремилась к реваншу, и после очередной победной российско-турецкой войны огромные средства были потрачены на строительство парового панцирного флота. Ведь не только чиновникам империи, но и многим тогдашним кумирам интеллигенции мерещились завоеванный Константинополь и российские корабли у берегов Святой Земли...

В 1905 году матросы-украинцы броненосца «Потемкин» под руководством Вакуленчука и Матюшенко восстали против российского офицерства. Матросы попытались было расстрелять из пушек одиозные учреждения государственного управления в Одессе, куда пришел корабль, но их боевая подготовка оказалась настолько низкой, что снаряды не попали в цель. А дальше ‒ уже традиционно ‒ броненосец был уведен в румынский порт Констанца и там затоплен...

Началась Первая мировая война. Немецкий линейный крейсер «Гебен» и легкий крейсер «Бреслау» сбежали от грозного британского флота в Стамбул, там получили новые названия, команды их надели турецкие фески, ‒ и начали боевые действия на Черном море. Они обстреливали российские порты и морские базы, в том числе Севастополь и Новороссийск, топили торговые суда и боевые корабли. Эти два корабля сорвали стратегические планы российского командования высадить десант у Стамбула, взять его штурмом и поставить под свой контроль Босфор и Дарданеллы, выведя, в конце концов, Османскую империю из войны. Даже когда к шести броненосцам, которые Россия имела Черном море, добавились три мощных линкора, введенные в действие в 1915-17 годах, командование Черноморского флота не посмело решиться на нечто большее, чем обстрел вражеских портов и сухопутных позиций и перехват морских караванов.

Ну, а дальше случился повторный суицид Черноморского флота, аналогов которому не знает история. Сначала в июне 1918 года по приказу Ленина в районах Новороссийска и Туапсе были затоплены линкор, 11 эсминцев и миноносцев, 6 транспортов, пришедших сюда из Севастополя. Большая же часть флота, не захотевшая выполнять приказы большевиков, в декабре 1920 года пришла в Бизерту (северная Африка), еще четыре года простояла под Андреевским флагом, затем была оставлена экипажами и постепенно порезана на металлолом. Речь шла о 2 линкорах, 2 крейсерах, 10 эсминцах, 4 подводных лодках, 2 канонерках, 1 тральщике, 12 вспомогательных суднах. И, наконец, та часть Черноморского флота, которая досталась большевикам после завоевания ими Крыма в ноябре 1920 года, с несколькими исключениями, не восстанавливалась, а была в 1925 году пущена на металлолом.

В начале 1923 года в боевой состав красных Морских сил Черного и Азовского морей входило 2 эсминца, 5 канонерских лодок, 2 подводные лодки и 15 тральщиков. В следующем году были отремонтированы крейсер, эсминец и несколько тральщиков. Ускоренное развертывание Черноморского флота за счет грабительского изъятия ресурсов из советской экономики началось с конца 1920-х. На момент начала войны с Германией Черноморский флот имел в своем составе 1 линкор, 6 крейсеров, 3 лидера, 16 эсминцев, 2 сторожевика, 47 подводных лодок, 2 бригады торпедных катеров, несколько дивизионов тральщиков, сторожевых и противолодочных катеров, более 600 самолетов; в состав Черноморского флота входила и Дунайская флотилия (более 40 боевых кораблей и катеров). Преимущество над противником было более чем десятикратное. Однако опять-таки, единственное, чем отличился Черноморский флот ‒ это поддержкой сухопутных войск и десантами (не всегда, правда, удачными).

Первый из десантов был высажен Дунайской флотилией 24-25 июня 1941 года на румынский берег Дуная, следствием чего стало создание там плацдарма длиной 70 км. Одновременно в рейд на главную базу румынского флота Констанцу были отправлены 2 лидера и эсминец. В результате лидер «Москва» был торпедирован советской подводной лодкой Щ-206, а та, в свою очередь, была потоплена эсминцем. Другие так же бездарно организованные рейды в 1942-43 годах привели к значительным потерям и имели следствием то, что Сталин запретил выход в море больших кораблей Черноморского флота.

Зато в обороне Одессы и Севастополя, в высадке некоторых десантов Черноморский флот показал себя с лучшей стороны

Зато в обороне Одессы и Севастополя, в высадке некоторых десантов Черноморский флот показал себя с лучшей стороны. Скажем, Феодосийский десант 29 декабря 1941 года был уникален тем, что вслед за штурмовыми группами к причалам порта подошли эсминцы и крейсеры Черноморский флот, которые высадили основные силы. Однако успех этот был сведен на нет катастрофой Крымского фронта в мае 1942 года. Что же касается морской пехоты, сформированной из моряков Черноморского флота, то ее бесспорный героизм соединялся с неумением вести сухопутный бой с использованием всех огневых средств и маневра. Впрочем, это отдельная тема; здесь же отмечу, что в апреле-мае 1944 года ни Черноморский флот, ни фронтовая авиация не смогли помешать противнику эвакуировать из Крыма 4/5 окруженных там войск, тогда как за два года до того из Севастополя удалось вывезти только 3 тысячи из почти 100 тысяч солдат. Что же, немецкие пикировщики, торпедные катера и вооруженные самоходные баржи смогли нейтрализовать мощный советский флот и нанести ему значительные потери. В 1945-м в составе Черноморского флота остались линкор, 4 крейсера, 9 эсминцев (из них 2 трофейные румынские); при этом боеспособными были только 5 кораблей.

Такими были «знаменательные победы» Черноморского флота во имя империи и СССР, такова «российская школа военно-морского искусства».

Сергей Грабовский, кандидат философских наук, член Ассоциации украинских писателей

Игорь Лосев, кандидат философских наук, доцент кафедры культурологии НаУКМА

Взгляды, высказанные в рубрике «Мнение», передают точку зрения самих авторов и не всегда отражают позицию редакции