Журнал «Форбс» опубликовал список 20 богатейших женщин России. Как и прежде, его возглавила Елена Николаевна Батурина. Несомненно, что видимая часть империи Батуриной существенно уменьшилась по сравнению с рейтингами десятилетней давности. Так, совсем недавно исполнилось восемь лет с тех пор, как Батурина рассталась со своим основным активом – компанией «Интеко», и бурных успехов с тех пор не наблюдалось. Однако произошла череда скандалов и судов, в рамках которых выяснилось, что империя Батуриной была значительно больше, чем об этом писал «Форбс».

О том, что Батурина не учитывает все свои активы, как это принято и что предполагается самим статусом её высокопоставленного супруга, и разными способами может скрывать значительную их часть, выяснилось благодаря конфликту «Форбса» и Батуриной. В 2004 году появилась довольно парадная статья в «Форбсе», в которой Батурина заявила, что приобретённые ею активы на 350 млн долларов США не поставлены на баланс «Интеко». Батурина считала это нормальной практикой, так как «Интеко» является «семейной» компанией и ей отчитываться не перед кем. Позднее выяснилось, что часть активов Батуриной, по мнению СМИ, находилась у номинальных владельцев и её тайных партнёров. «Форбс» также рассказал, что якобы прямых подарков в виде проектов и имущества по номинальной цене от Москвы Батурина не принимает и действует более аккуратно. По поводу последней фразы был долгий суд, который превратил историю в комедию. Однако он привлёк внимание к тому, что исходя из статьи «Форбс» является «практикой утаивания проектов и имущества от общественности и даже от собственного мужа». К этому можно отнести случай с её владением печально известным аквапарком «Трансвааль».

Пятьдесят на пятьдесят

Похоже, ещё до статьи в «Форбсе» Батурина осознала: слишком много видимых подарков и льгот от Москвы, уверенно и быстро растущая её доля на рынке Москвы, а также очередь из партнёров, желающих делать бизнес в столице именно с женой мэра, привлекают слишком много внимания и создают риски обвинений в коррупции. Выход был найден довольно быстро и просто. Как полагали СМИ, появились партнёры и номиналы-бенефициары, которые отвлекли внимание от Батуриной при получении таких многомиллионных проектов за копейки «в подарок» от Москвы. Явное долго оставалось тайным.

Сама же Елена Николаевна не могла спокойно хранить свои тайны. Так, когда уже в 2008 году «Форбс» оценил её состояние в 4,3 млрд долларов, Батурина, ничего не боясь, объявила, что вообще-то у неё на самом деле 10 млрд долларов!!!

После этого все стали гадать, где же Елена Николаевна прячет остальное. Первым не выдержал и излил душу один из известнейших девелоперов Москвы, Шалва Чигиринский. В 2009 году в Лондонском суде он сообщил, что был тайным партнёром Батуриной в области нефти и недвижимости с долей в проектах 50 на 50. Таким образом огромный портфель Чигиринского оказался совместным с Батуриной, скрытым от внимания общественности и от обвинений в коррупции. Что интересно: даже после откровений Чигиринского никто в России не заинтересовался сюжетом – на этот случай обратил внимание мировой общественности только российский предприниматель Александр Лебедев. В 2009 году он направил обращение руководству Великобритании с просьбой «провести расследование в отношении Батуриной и предпринимателя Шалвы Чигиринского».

Лебедев пояснил, что Шалва Чигиринский представил в суд документ от 2004 года, подписанный им и Батуриной, согласно которому Чигиринский тогда безвозмездно передал супруге столичного мэра 50% своего нефтяного и девелоперского бизнеса в обмен на оказание ему содействия со стороны Москвы в решении ряда административных и политических вопросов.

«Это вопиющий факт международной масштабной коррупции, так как бизнес Чигиринского в 2004 году оценивался примерно в 10 млрд долларов США. Это, возможно, самый крупный коррупционный «откат» в мировой практике».

Эти 10 млрд долларов не учитывали проект гостиницы «Россия», так как только один он оценивался в 3,5–4 млрд долларов США. С учётом этого проекта мировой коррупционный рекорд мэра Сан-Паулу в 6 млрд долларов США мог быть с запасом побит Москвой.

Также Чигиринский признался, что скрывал половину от 10 млрд, то есть 5 миллиардов. Но у кого Елена Николаевна прятала ещё около 700–800 млн долларов?

Однако недавно интерес к этому сюжету возобновился. Уверенной походкой из тюрьмы вышел брат Батуриной, потребовав через российские и зарубежные суды от сестры рассчитаться с ним по его доле – как по активам «Интеко», так и по активам, которые та увела у него из «Интеко».

И тут неожиданно «по щелчку пальцев» из мутной тины вынырнул ещё один хранитель активов Батуриной – Сергей Гляделкин. Весной 2019 года Гляделкин в своих показаниях подробно описал свою девелоперскую-строительную деятельность в Москве, начиная с начала 2000-х, дав подробный перечень своих проектов и сведения о своих «договорённостях». Список проектов Гляделкина частично совпал со списком проектов, которые приписывали Батуриной, а частично состоял из тех, которые были очень дёшево получены от города самим Гляделкиным. Гляделкин и Ткач, бывшие руководители 100% дочерней компании «Интеко» – ООО «Интеко Центр», как и значительная часть членов их команды, выходцы с Украины, откуда, кстати, и семья самой Батуриной. Из их деятельности можно сделать вывод, что они сначала приняли на себя имущество Елены Николаевны, и потом также по-украински, технично, руками российских спецслужб оставили его себе. Да-да. Шалва Чигиринский в порыве непонятной смелости не побоялся публично признать, что тайно владел совместно с Батуриной активами на сумму 10 млрд долларов, скрывал такое партнёрство и, по-видимому, даже выдавал активы Батуриной за свои перед властями РФ и других стран, банками и акционерами своих публичных компаний. Гляделкин же пошёл другим путём и объявил полученное от и через Батурину своим.

С 2002 по 2009 год на Гляделкина со товарищи были оформлены многочисленные проекты стоимостью более миллиарда долларов США. В 2008-м эти активы оценивались почти в 800 млн долларов США. Похоже, это как раз те 800 млн из батуринских 10 млрд по состоянию на 2008 год.

Когда же под мэром зашаталось кресло, Гляделкин обратился в «контору» и многие месяцы записывал свои разговоры с московскими благодетелями в рамках специальной операции силовиков. Как учил великий зам Лужкова В.И. Ресин: «Вовремя предать – значит предвидеть»!

Елена Батурина и Юрий Лужков (фото: Дмитрий Азаров/Коммерсант)

Список Ткача – Гляделкина

Обращение Гляделкина в российские спецслужбы поставило на грань увольнения чиновника мэрии Ткача – из-за сомнительной суммы в 2 млн долларов США и за миниатюрный объект недвижимости. Только теперь стало понятно из списка Гляделкина, что, по-видимому, именно он увёл у Батуриной огромные активы, спрятавшись под «крышу» Феоктистова из ФСБ. Есть предположение, что неблагонадёжные оперативники помогли Гляделкину технично «обобрать» жену самого мэра. Возможно, именно поэтому часть записанных плёнок с разговорами Рябинина и Гляделкина не была озвучена на судебном процессе по делу Рябинина. В силовом ведомстве сделали вид, что не заметили, какие реально активы Батурина и Гляделкин прятали от «Интеко» и что эти активы увёл якобы Гляделкин, не рассчитавшись с Батуриной. А Батурина смирилась с потерей, чтобы не потерять большего.

Весной 2019-го Игорь Ткач (двоюродный брат Гляделкина) в один день практически идентичным с Гляделкиным текстом дал показания ФСБ, в порыве откровенности сообщив о себе неслыханное. Со слов Ткача, «по состоянию на 2005 год у них с Гляделкиным было множество инвестиционных проектов на различных стадиях реализации, в том числе по следующим адресам в городе Москве: Долгоруковская, д. 33, стр. 8 (823,00 кв.м), ул. Бахрушина, д. 13 (27 758 кв.м), Костомаровский проезд, д. 2 (2697,20 кв.м), ул. Новокузнецкая, д. 7/11, стр. 1 (4061,2 кв.м), ул. Верейская, д. 5 (11 282 кв.м), ул. Генерала Дорохова, д. 2 (10 418 кв.м), Очаковское шоссе, д. 12 (3697 кв.м), ул. Котляковского, д.7/8 (20 247 кв.м), Ильменский проезд, д. 4 (19 169 кв.м), ул. Котляковского, д. 8/10 (16 962 кв.м), Московская обл., г. Щёлково, ул. Московская, д. 24 (10848 кв.м), Ленинградское шоссе, д. 25 (129 700 кв.м), ул. Новокузнецкая, д. 7/11, стр. 3,4,5,7 (9815 кв.м), район Куркино, микрорайон 8 (34 446 кв.м), Ленинский проспект, д. 109 (75 353 кв.м), ул. Саломеи Нерис, вл. 12 (250 000 кв.м), ул. Косыгина, д. 4–6 (12 738 кв.м), ул. 2-я Брестская, д. 19/18 (27 616 кв.м), пересечение ул. Херсонской и ул. Намёткина (207 900 кв.м), Московская обл., г. Щёлково, ул. Московская, д. 24 (2-я очередь, 102 188 кв.м)». Всего по оценке, которую Гляделкин не поленился сделать у Кушмана, стоимость указанных проектов составляет почти 800 млн долларов США. На приобретение указанных проектов было потрачено примерно 40 млн долларов США долгосрочных средств (тоже не своих, а предоставленных Сбербанком, МДМ Банком и Райффайзенбанком).

Если серьёзно отнестись к этой информации, то они воспользовались секретными городскими данными об обременениях и правах собственности на интересные земельные участки (малоэтажные или старые дома, расположенные в хороших местах города на солидных земельных участках), которые так или иначе через ГУПы, городские АО, инвестконтракты с городом или программы Департамента инвестиционных программ вовлекались в оборот с какими-то знакомыми.

Помимо своего именного списка они поведали, что перед уходом Ткача на выгодную государственную службу в московское правительство, целью которой было заключение или визирование контрактов с такими как Гляделкин, Ткач должен был получить 27% в бизнесе Гляделкина. Возможно ли такое без сговора? После ухода из правительства Москвы Ткач указанные 27% «Авеню холдинг ГМБХ» и получил (рыночной стоимостью 27 млн долларов США, оплатив лишь скромные 50 тыс. евро). По крайней мере такие выводы можно сделать из открытых баз данных Австрии о собственности. При этом в показаниях они для солидности сослались даже на рыночную оценку своего бизнеса компанией Cushman & Wakefield (с теми же проектами). Так что это треть от почти 800 млн долларов США, если исходить из оценки Cushman & Wakefield – более 337 млн долларов. Неплохо за несколько лет работы в департаментах правительства Москвы!

С какой целью можно было бы давать такие показания – про вознаграждение за содействие, про получение проектов почти даром? Ответ простой: они пытались оправдаться – это, мол, их собственное, а не Батуриной. Зачем-то вернулись к сюжету, о котором все уже успели забыть. Но они выдают такой список, почти на миллиард долларов США. Мол, они такие гениальные предприниматели, получили почти даром от правительства Москвы (или от каких-то знакомых, или родственников, которых они вписали в промежуточное звено между собой и городом) все эти проекты. Складывается впечатление, что оперативники вольно или невольно заманили Гляделкина и Ткача в ловушку. Однако, предав их показания гласности во время судебных процессов в военных судах, оперативники бросили публичный вызов своему начальству. Тем, кто в 2011-м «не заметил» схемы Батуриной. Никто бы и не вспомнил сейчас об этом, если бы не болтливость Гляделкина и не интересы вышедшего из тюрьмы Виктора Батурина. А всё потому, что Гляделкин, судя по всему, увёл у Батуриной то, что она сама «отжала» у брата, а до этого – у города Москвы. Ясно, что решение всем по команде закрыть глаза принималось в 2011 году не операми, а начальством повыше. Закрыть уши и не слушать плёнки из уголовного дела Рябинина тоже скомандовал кто-то «сверху». А в 2019 году опера сами стали уже начальством и решили за спинами высших чинов разыграть старые колоды карт по новой.

Оказывается, руководители российских спецслужб, в частности Захаров, уже в начале 2000-х прекрасно знали, кто такой Гляделкин, откуда он взялся, а также чем и как занимается. О таком откровенном разговоре с начальником силового ведомства в Москве Захаровым поведал следователям, судя по всему, сам Рябинин. Он надеялся, что каждый упомянутый в показаниях должен быть допрошен. Но этого в случае с Захаровым не случилось. Дело свернули и закрыли, факты расследовать не стали.

Загадочные контракты

Мы расспросили ряд крупных девелоперов, и они подтвердили возможную природу успехов в неожиданном получении Гляделкиным огромного количества первоклассных проектов почти задаром от «Интеко» или же непосредственно от Москвы при содействии Ресина и Рябинина. А также рассказали о нашумевшей истории с обанкротившимся ГУП «Мосстройресурс», который купил часть активов ЗАО «Трест МСМ-1» (принадлежавшего «Интеко») в виде четырёх компаний через Группу «Авеню» Гляделкина. Спустя год банкротится и сам ГУП. Заплатив 2,3 млрд рублей (70 млн долларов), город по факту не получил ничего, потеряв любимый ГУП мэра, некогда созданный для того, чтобы покупать у Елены Николаевны оптом цемент с её заводов для дальнейшего распределения по московским стройкам. Удобно! Ну так вот его и не стало, и 200 млн долларов долгов перед ведущими российскими банками и компаниями остались непогашенными. А не компании ли Гляделкина в банкротстве по итогу выкупили самую хорошую технику за копейки и снова сдают её в аренду всем желающим?

Решили спросить также госбанкиров. Оказалось, что Гляделкин и Ткач якобы пришли в Еврофинанс Моснарбанк и сотрудничали с ним как представители «Интеко» (её дочерней компании «Интеко Центр») – с визитками руководителей «Интеко Центра», презентациями «Интеко», командой «Интеко» и вообще действовали от имени «Интеко». В «Интеко Центре» в то время Батурина была председателем правления, а в состав правления входили Солощанский и Эдель – все ведущие руководители группы. Ткач был гендиректором, а Гляделкин занимал какую-то из руководящих должностей. Всё поменялось в тот день, когда Москва в 2008 году неожиданно проиграла спор по проекту реконструкции гостиницы «Россия», в которой Батурина, судя по всему, была тайным партнёром Чигиринского. Лужковское правительство сразу объявило «войну» Еврофинанс Моснарбанку, начав останавливать все проекты в Москве по городским программам, которые банк кредитовал в рамках проектного финансирования. Решение не позволить Москве отдать без реального конкурса собственность на существенную долю исторической части Московского Кремля с проектом застройки 230 тыс. квадратных метров с расчётной прибылью на миллиарды долларов дочерней компании кипрского офшора, за которым проглядывались интересы Чигиринского и Батуриной, принималось, конечно же, не банком. Однако, кажется, произошло невероятное – проекты, которые кредитовал в Москве Еврофинанс Моснарбанк, Москва просто сначала остановила на несколько лет без объяснения причин, затем пролоббировала принятие федерального закона об иммунитете города по старым инвестиционным контрактам, а после создала условия для заключения кабальной сделки с городом по выкупу прав соинвестирования 100% муниципальной компанией примерно за 50% реально потраченных заёмных средств. Все проекты спустя несколько лет задёшево перекочевали в ПИК к Гордееву.

фото: Антон Новодержкин/ТАСС

Редакция решила проверить, что есть в открытых источниках с упоминаниями о Гляделкине и его компаниях. Оказалось, что немало. Интересны даже не старые истории покупки имущества ОАО «Мосстроймеханизация-1» после двух заказных убийств ключевого кредитора и ключевого менеджера – это уже было давно и об этом пресса писала ещё в начале 2000-х. Наше внимание привлёк даже не список проектов Ткача – Гляделкина и не их туалетный бизнес в центре Москвы, о котором уже красочно писал Иван Голунов в своём расследовании. Скандальные свежие сюжеты с субподрядчиками Гляделкина на стройках дочерней компании АФК «Система» «Сегежа» тоже дело обычное, и этим никого не удивить. А вот недавние загадочные минстроевские контракты почти на 300 млн долларов, которые пошли через ЗАО «Трест МСМ-1» Гляделкина (или Батуриной, так как на сайте «Интеко» оно указано как принадлежащее «Интеко» в период владения Батуриной и в периметр продажи Сбербанку в конце 2011 года не попавшее) на неведомые проекты международного сотрудничества, это уже интереснее. В самом Минстрое намекают, что указанные средства якобы пошли на какие-то непризнанные республики и что спрашивать об этом неприлично, так как три контракта заключены на основании секретного распоряжения правительства РФ. При этом два из пяти контрактов на миллиарды рублей, которые не являются секретными, с 2016 года не найдены в списке исполненных, хотя, судя по тексту контрактов, были уплачены авансы. С учётом того, что все иные подрядчики Минстроя не имеют контрактов средней стоимостью более 5 млн рублей, тут одно из двух: либо это обычное бесследное исчезновение почти всей суммы выделенных государственных средств, либо действительно имело место особо важное государственное задание. Но если так, то тогда почему мы находим данные об этих операциях в публичных источниках? Особые операции ведь совершаются под покровом тайны и поручаются самым доверенным и проверенным людям. Вряд ли Гляделкина использовали для спецпоручений, так как он гражданин Хорватии, выходец с Украины и участник скандальных историй, проживающий в основном за границей – то ли в Загребе, то ли в Вене, то ли во Франции. Зачем, имея 300 млн долларов за непонятные и скорее всего очень незначительные услуги, привлекать к себе внимание скандалами? Вряд ли кураторы Гляделкина так оплошали с секретностью. Значит, скорее всего эти государственные средства просто пропали без достаточного контроля со стороны Минстроя. Так как работы происходили вне территории РФ, деньги за них никто не ищет – всем всё равно, что всё ушло Гляделкину. Тогда даже становится ясно, почему за Гляделкина так рьяно вступается вся «королевская рать» правоохранителей. Он явно не один был, а с опытными помощниками, которые вместе сначала обработали Батурину, а затем проделали весьма заметную прореху в российском бюджете.

Поскольку тайное всегда рано или поздно становится явным, место Елены Батуриной в рейтинге «Форбса» скоро может существенно измениться в результате совместных действий Батурина и А1. Ясно, что мировой рекорд по коррупции, похоже, установлен. Следующий в рейтинге, как уже говорилось, бывший мэр Сан-Паулу в Бразилии, который получил взятками 6 млрд долларов. Его, кстати поймали, судили, а его активы арестовали и взыскали их в доход Бразилии, где в лесах живёт много диких обезьян.