Профессор Заостровцев по просьбе "Фонтанки" попытался набросать план спасения экономики России. По его мысли, страну сейчас очень выручила бы война Саудовской Аравии с Ираном.

Светлана Холявчук/Интерпресс

"Статистика показывает, что российская экономика кризис в целом миновала, пик, во всяком случае, кризиса – не кризис, а пик кризиса", – сказал на ежегодной пресс-конференции Владимир Путин. Президент заметил и "признаки стабилизации деловой активности", и "прирост ВВП", и "небольшой, но всё-таки рост промышленного производства". Пока он говорил, подорожала нефть – на 50 копеек, до 37,64 рубля. Что ещё может сделать наш президент, чтобы поднять экономику страны, "Фонтанке" рассказал Андрей Заостровцев.

– Андрей Павлович, в 2016 году к нашим трудностям в экономике добавятся новые: на рынок сырой нефти выйдет, видимо, Иран, готовятся выйти Соединённые Штаты, а страны ОПЕК уже увеличили свою добычу. То есть нефть будет дешеветь и дальше. Что будет в 2016 году с рублём? – Знаете, в нашей ситуации предсказать будущее невозможно. Слишком много непредсказуемых факторов. Вдруг мы ещё в какой-нибудь войне захотим поучаствовать? Или что-то ещё придумаем с Турцией? Россия – это, как говорил герой Ильфа и Петрова, "живём как на вулкане". Конечно, ждать укрепления рубля нельзя. К тем факторам, которые вы назвали, можно добавить повышение ставки Федеральной резервной системой США. Что нас может выручить, спросите вы? – А что-то может? – Война Саудовской Аравии с Ираном. Вот если бы перекрыли Ормузский пролив, если бы нельзя было пройти ни в Персидский залив, ни из Персидского залива, это нам бы очень помогло. А так – я не вижу, что могло бы вытянуть нас из… Из такой, мягко говоря, не очень благоприятной экономической ситуации.

– Из того места, где мы находимся. – Вот-вот. Политического решения этой проблемы не существует. Все макроэкономические меры уже исчерпаны. Через год ещё и просядет наш Резервный фонд. Если нефть не прыгнет хотя бы до 60 – 70 долларов за баррель, к концу года, чтобы покрыть дефициты нашего бюджета, придётся значительную часть Резервного фонда съесть. Нам остаётся только уповать на чудо. – А как-нибудь, например, стимулировать внутренние инвестиции? – Недавно я прочёл фразу одного нашего очень богатого предпринимателя: "Какой смысл зарабатывать второй миллиард, если могут отнять первый?" И в этом смысле у нас ничего не меняется. Стимулов для инвестиций в России у частного бизнеса нет. А государственный бизнес в принципе неэффективен, а тем более – в условиях нашей коррупции. В наших условиях это просто такая форма казнокрадства. Посмотрите на наш бюджет: там так называемые расходы на экономику растут в том же темпе, что и расходы на вооружение, если не большими. – "Расходы на экономику" в бюджете – это на что?

– У нас огромные проекты, которые часто соединены с ВПК. Огромные субсидии получают корпорации – кораблестроительная, авиационная. Это всё не коммерческие проекты, они все сидят на государственных финансах. Это космодром "Восточный", "Сила Сибири" и прочее. Значительная часть бюджета у нас просто передаётся в руки вот такого огосударствленного бизнеса. – Разве это "расходы на экономику", а не на оборону? – У нас 25 процентов расходов бюджета вообще засекречены. То есть непонятно, на что деньги тратятся. – Год назад вы тоже говорили, что всё плохо и будет ещё хуже. А вот – доллар дешевле, чем был год назад в это же время. Лучше ведь стало, правда? – А что стало лучше? Да, в этом году было два периода, в середине апреля и в середине октября, когда доллар был по 50 и по 60 рублей соответственно. И что? Мы опять вернулись к семидесяти. В декабре прошлого года – это был провал. Но сейчас на уровне такого же провала мы начинаем закрепляться. – Может ли сегодняшний "провал" смениться взлётом уже к марту – апрелю – как в прошлом году?

– Так в прошлом году ничего "взлётом" не сменилось. А такие волны – так это хуже всего, они создают непредсказуемость в экономике, в инвестициях. Вы вложите деньги сегодня – и не знаете, что будет через год. Предположим, у вас есть миллион рублей. Что с ними делать? Можно в банк положить, там вроде бы сейчас проценты хорошие. Но вы найдёте банк со ставкой 10 процентов – и рубль упадёт за год на 10 процентов. Или есть у вас сейчас большая сумма в рублях: то ли сразу поменять на доллары, то ли подождать. Уж лучше бы курс остановился на семидесяти, главное – чтобы он стоял. – Может быть, эти декабрьские скачки курсов просто сезонные? – Сейчас сезонных изменений практически нет, все носят очевидно "нефтяной" характер. – Год назад нам предсказывали коллапс экономики в 2015-м. За этот год мы много ещё сделали: добили собственный туризм, вступили в войну в Сирии, поссорились с Турцией, ударили "Платоном" по грузоперевозкам – и так далее. И вот год заканчивается, а коллапса никакого нет. Означает ли это, что наша экономика – очень сильная и готова выдерживать любые удары?

– За годы благополучия мы, конечно, накопили определённые резервы. Да – резервы у нас есть. Но эта "кубышка" худеет, цифры известны – они публикуются на сайте Минфина. И это будет дальше сказываться на курсе рубля. Давайте сравним вашу зарплату в долларах за 2014 год – и за 2015-й? – Давайте не будем. – Не хотите? Понимаю. Недвижимость за год просела больше чем в 2 раза. На рынке уже ничего не продаётся. Во время того пика, о котором вы говорили, в декабре прошлого года, люди потратили, кажется, большую часть того, что накопили. Накупили всего – от утюгов до квартир. И теперь цены на недвижимость не растут, она даже ниже прошлогодних на 10 – 15 процентов. Квартиры не уходят даже со скидками. Уже даже рублёвые цены идут вниз – я даже не говорю о долларах. – Ваши коллеги прогнозируют ухудшение ситуации в экономике в 2016 году. Как будет выглядеть это ухудшение? Что мы почувствуем, кроме роста цен? – Трудно сказать. Они могут, например, поменять политику на мобилизационную, о которой я писал на "Фонтанке". Первым делом закрыть обмен валюты. И посмотрите, что уже происходит: все эти запреты силовикам выезжать за границу – это не только пропагандистская, психологическая мера. Это ещё и сокращение спроса на валюту. И все эти санкции – их экономический смысл тоже в сокращении расходов в валюте. Это тоже – снижение спроса на валюту.