Житель Назрани Руслан Угурчиев рассказал о пытках в Центре «Э» и фабрикации уголовного дела о незаконном обороту оружия и взрывчатых веществ (статьи 222 и 222.1 УК), сообщает «Мемориал».

Угурчиев, который сейчас находится под подпиской о невыезде, обратился к правозащитникам 19 декабря. Сейчас его дело рассматривает Магасский районный суд.

37-летнего Угурчиева задержали в феврале в собственном доме. Рано утром 19 февраля, выломав дверь, к нему пришли вооруженные силовики в масках. Не представившись и не показав документов, они положили на пол лицом вниз Угурчиева, его беременную жену и 17-летнего сына. В помещении также находился двухлетний ребенок назранца.

Силовики обыскивали дом в течение 30–40 минут и говорили, что «все чисто». Один из них вышел с несколькими людьми из группы на улицу и вернулся через 5 минут в спальню. Еще через несколько минут туда завели Угурчиева, человека с камерой и понятых, которые приехали с силовиками. Из-под детской подушки проводившие обыск вытащили пистолет.

Хозяин дома возмутился, спросив: «Зачем вы мне это подкидываете?». Тогда один из силовиков велел выключить камеру и начал угрожать ему на ингушском, что убьет Угурчиева и выдаст случившееся за самооборону. После несогласия мужчины силовик ударил его в грудь и пригрозмл, что отвезет его в Центр «Э».

Затем Угурчиева вывели в другую комнату, а через несколько минут туда пришел еще один силовик с рюкзаком, который, по его словам, нашли под матрасом. Из рюкзака достали два неких металлических предмета и какие-то детали из металла. Назранец продолжил возмущаться.

После обыска Угурчиева и его старшего сына увезли в Центр «Э» ингушского МВД. Как сообщает «Мемориал», там на голову Угурчиеву надели полиэтиленовый пакет, обмотали его скотчем и стали требовать признаний в хранении пистолета и рюкзака. Задержанного избивали. Затем Угурчиеву сказали, что на пистолете оставили отпечатки пальцев его сына и найденные предметы «повесят» на него. Однако он ответил отказом.

Назранцу угрожали сексуальным насилием, говорили, что снимут на камеру и опубликуют в интернете. Потом к пальцам ног задержанного подсоединили провода, его стали пытать током.

«Руслана вывели на улицу, босым поставили на снег и стали бряцать оружием, как будто готовились стрелять. Однако Угурчиев продолжал настаивать на своей невиновности. Он услышал чей-то строгий голос: "Вы там полегче, мне здесь ни к чему второе дело Далиевых"», — пишет «Мемориал».

После этого Угурчиева на 10 суток поместили в изолятор временного содержания ОМВД Назрани. На десятый день у него болело все тело, голова и кровоточило колено. Сотрудники ИВС вызвали скорую помощь. Затем назранца отправили в СИЗО Карабулака, где при поступлении его спросили о жалобах на здоровье. Угурчиев сначала сказал, что жалобы есть. Но после угрозы сотрудников, которые его туда доставили, возвращением в Центр «Э», он не стал жаловаться. Посетивший Угурчиева сотрудник прокуратура не стал слушать его рассказ и предложил обратиться к нему письменно.

Эксперты не нашли отпечатки пальцев на изъятых дому у Угурчиева предметах, отмечают правозащитники. Дознаватель предлагал арестованному признаться хотя бы в хранении пистолета и пообещал, что в этом случае ему смягчат меру пресечения, а суд приговорит его к небольшому или условному сроку. Угурчиев отказался заключить сделку со следствием.

10 марта Угурчиев подал в СК заявление о пытках. Ему дважды отказывали в возбуждении дела против пытавших его силовиков. После второго отказа суд отменил постановления следователя и обязал его провести дополнительные следственные действия.

В августе Магасский районный суд смягчил меру пресечения Угурчиеву с ареста на подписку о невыезде. В октябре дело начали рассматривать по существу. Назранец опасается несправедливого приговора, подчеркивают в «Мемориале».

Летом 2016 года в Центре «Э» Ингушетии до смерти запытали Магомеда Долиева, задержанного по подозрению в ограблении банка. В соседней комнате силовики пытали его жену.

Через несколько месяцев обвиняемыми по делу о гибели Долиева стали более десяти полицейских. Среди обвиняемых есть начальник Центра «Э» Тимур Хамхоев, его заместитель Сергей Хандогин и начальник РОВД Сунжи Магомед Беков. Им вменяют пункт «а» части 3 статьи 286 УК (превышение должностных полномчий с применением силы). Оперативника Алихана Бекова еще обвиняют в убийстве (часть 1 статьи 105 УК). Силовики не признают вины. По словам родных пострадавших от пыток в Центре «Э», обвиняемые угрожают «разобраться» с ними.

«Медиазона» подробно писала о республиканском управлении по борьбе с экстремизмом, чьи сотрудники занимались пытками и шантажом, а также стали обвиняемыми по делу о вымогательстве. Родственники и правозащитники рассказывали, почему дело в отношении бывших полицейских может не дойти до суда.