В скором времени практически любое (за редким исключением) снятие наличных денег со счета компании будет считаться регулятором сомнительной операцией. Соответствующие поправки будут внесены в положение 375-П, которое регулирует правила внутреннего контроля банков в рамках борьбы с легализацией преступных доходов (следует из проекта указания регулятора). Изменение нормативной базы, по мнению ЦБ, должно подвигнуть сектор более скрупулезно отслеживать трансакции по обналичиванию денежных средств. А банкиры в связи с этим опасаются, что у их подразделений финансового мониторинга прибавится работы.



Документ дополняет перечень признаков сомнительных операций по снятию компаниями (и их «дочками») наличных с банковского счета (вклада). Исключение составляют случаи, когда средства в дальнейшем идут на выплату пенсий, пособий, стипендий. Изменения также не коснутся банков и индивидуальных предпринимателей (ИП). В пресс-службе ЦБ уточнили, что включение в проект изменений 375-П рассматриваемой операции по снятию наличных средств направлено на обеспечение преемственности регулирования вопросов ПОД/ФТ и сохранение фактора, который кредитные организации учитывали в своей деятельности более 10 лет. Ранее такой подход был заложен в утратившем силу 262-П.



— Проект указания Банка России о внесении изменений в 375-П будет проанализирован Росфинмониторингом с учетом сложившейся практики (как и положено по закону о борьбе с отмыванием 115-ФЗ. — «Известия»), — сообщил «Известиям» начальник юридического управления Росфинмониторинга Герман Негляд.



Вместе с тем, отмечает он, сейчас операции, связанные со снятием со счета или зачислением на счет юрлица денежных средств в наличной форме (в случаях если это не обусловлено характером его хозяйственной деятельности), подпадают под обязательный контроль — если сумма такой операции равна или превышает 600 тыс. рублей (согласно ст. 6 115-ФЗ).



Логика властей, планомерно ужесточающих требования к банкам в рамках борьбы с отмыванием/легализацией преступных доходов, понятна. В феврале этого года зампред ЦБ Дмитрий Скобелкин заявил, что комиссия за обналичивание денежных средств выросла с 2–3% до 15% от суммы, что свидетельствует об успехах регулятора в борьбе с отмыванием. В то же время цель ЦБ — не допустить возможности использования банков как «прачечных» недобросовестными клиентами.



Мнения экспертов по поводу новации разошлись.



По мнению вице-президента Ассоциации региональных банков России (АРБР) Алины Ветровой, ЦБ должен скорректировать критерий — например, уточнить, что к нему относятся трансакции по снятию наличных с корпоративных счетов «в крупных размерах на регулярной основе». Либо конкретизировать объем операций по снятию наличных за конкретный период по сравнению с общим дебетовым оборотом компании.



В АРБР уверены, что при действующей редакции проекта указания под новый критерий однозначно подпадают такие законные трансакции, как снятие наличных с корпоративных счетов для выплаты дивидендов, операции по выдаче/возврату займов вне зависимости от сумм и процентной ставки по договорам, снятие предпринимателями наличной выручки со счетов, расчеты между юрлицами на разрешенные законодательством суммы до 100 тыс. рублей.



— Практика ориентирования банков на высокорисковые операции является стандартной во многих странах мира, — комментирует зампред Национального совета финансового рынка Александр Наумов. — То, что ЦБ обращает внимание на снятие наличных со счета юрлица, особенно когда это не соответствует его хозяйственной деятельности, — это хорошо. Но надзор за деятельностью кредитных организаций до сих пор остается формальным, а не содержательным.



Эксперт поясняет, что банк может быть оштрафован формально за то, что не выполнил буквально рекомендацию ЦБ, в то время как операция, по которой не было отправлено сообщение, не вызывала подозрений в легализации и не создавала дополнительных рисков.



— Если говорить начистоту, это контроль ради контроля, — заключает Александр Наумов.



По мнению управляющего партнера аудиторской компании «2К» Тамары Касьяновой, опасения ЦБ понятны — вывод средств со счетов может быть связан не только с необходимыми операциями. Но подводить под определение «сомнительные» все операции по обналичиванию пока еще рано, уверена собеседница.



По мнению начальника аналитического управления Национального рейтингового агентства Карины Артемьевой, сейчас отсутствует эффективная правоприменительная практика в сфере взаимодействия ЦБ и правоохранительных органов.



— Случаи своевременного реагирования правоохранителей на сигналы от финнадзора единичны, а количество успешно ускользнувших от ответственности недобросовестных банкиров значительно, — поясняет собеседник. — Это вынуждает надзорный блок ЦБ делать ставку не столько на карательные, сколько на профилактические меры.



Начальник службы финансового мониторинга Бинбанка Дина Багатова напоминает, что соответствие операций клиента критериям сомнительных — повод провести углубленную проверку в отношении клиента и, если подозрения не подтвердились, обязанности направлять сообщения в уполномоченный орган у банка нет.



— Таким образом, считаем опасения в отношении резкого увеличения объема направляемых сообщений несколько преувеличенными, — отмечает Дина Багатова. — Критерии сомнительных операций, описанные в 375-П, — это, скажем так, «звоночки» для банка.



По предварительным данным ЦБ, объем сомнительных операций по выводу капитала за рубеж в I квартале 2016 года упал до $300 млн с $400 млн (данные за аналогичный период прошлого года). За 2015 год объем незаконных финопераций составил $1,5 млрд, за последние несколько лет показатель упал в десятки раз. По данным ЦБ, на сомнительные операции в 2011 году приходилось $33,26 млрд, в 2012-м — $38,81 млрд, в 2013 году — $26,5 млрд, а в 2014-м их объем сократился до $8,6 млрд.

