Надпись "Эвакуация 200" — единственный отличительный знак на костюмах поисковиков из Национального военно-исторического музея Украины, участников гуманитарн ой миссии по поиску и эксгумации тел украинских военнослужащих, погибших в зоне АТО. Поисковики не носят камуфляжа, бронежилетов и касок, хотя им нередко приходится работать под пристальным вниманием снайпера со стороны противника. Наоборот, для работы на местности в простреливаемом с обеих сторон районе они надевают яркие сигнальные жилетки, чтобы каждое их движение было хорошо видно и боевикам, и украинским военным. Это делает их легкой целью, но в то же время убеждает противника в том, что выезд в "серую зону" — это миссия по вывозу тел и не более того.

"Эвакуация 200" начала свою работу 3 сентября 2014 года. Ее участники искали "двухсотых" под Саур-Могилой и Иловайском и за полтора года военных действий осмотрели не менее 30 населенных пунктов и районов в зоне АТО, обнаружили и вывезли более 640 тел украинских бойцов, в том числе и с территорий, неподконтрольных украинской власти.

Крайний выезд поисковиков в ра йон Донецкого аэропорта, где, по информации военнослужащих из группы Гражданско-военного сотрудничества (ГВС) ВСУ, находились тела двух погибших, готовили не один день. Одна из задач ГВС в зоне АТО — поиск и эвакуация "двухсотых". Военнослужащие признаются, что информацию каждый раз приходится собирать буквально по крупицам, опрашивая бойцов украинских подразделений, которые когда-то принимали участие в боевых действиях в этом секторе. Как только установлено место, где предположительно находятся тела, военнослужащие начинают подготовку к операции по их эвакуации. Для того, чтобы миссия прошла успешно, нужно договориться о режиме тишины со всех сторон, пригласить наблюдателей из ОБСЕ, определить точное время выхода группы на местность, ее состав, а также согласовать действия пои сковиков в ситуации, если что-то нарушит оговоренный заранее сценарий.

Авдеевка — это Украина

Рано утром "Газель" с надписью "200" и большими красными крестами на тенте выезжает в район Донецкого аэропорта вместе с группой ГВС. До 10:00, когда группе надо прибыть на место, предстоит сделать немало. В первую очередь — проехать по прифронтовым позициям украинских подразделений и еще раз подтвердить, что в зоне боевых действий будут работать поисковики. Затем — встретиться с миссией ОБСЕ, которая работает в этом районе, а также созвониться с представителями комиссии по вопросам обмена пленными и погибшими из так называемой ДНР, которые со своей стороны отвечают за то, что боевики будут придерживаться согласованного плана.

Маршрут автоколонны лежит через Опытное. Из-за мягкого грунта проехать через поле на въезде в село непросто. На улицах пусто — нам встречаются всего пара человек; от домов практически ничего не осталось, вдоль улиц стоят полуразрушенные, покосившиеся здания с проваленными крышами, а уже пожелтевший бурьян за лето разросся и отвоевал себе обочину. За пределами села дорога получше, но она сплошь усыпана поломанными то ли от ветра, то ли от обстрелов ветками деревьев.

Рано утром газель мисии "Эвакуация 200" выезжает в район Донецкого аэропорта вместе с группой ГВС screenshot

Колонна заезжает в Авдеевку, расположенную в нескольких километрах от Донецкого аэропорта, на въезде в город красуется большой плакат: "Авдеевка — это Украина". В условленном месте военнослужащие ГВС встречаются с наблюдателями ОБСЕ, — пока все идет по плану. На двух автомобилях ОБСЕ развеваю тся флаги — работники этой миссии, как и поисковики, предпочитают, чтобы их было видно издалека.

По словам полковника Алексея Ноздрачева, возглавляющего Управление гражданско-военного сотрудничества ВСУ, без договоренностей с международными организациями и представителями незаконных военных формирований со стороны так называемой ДНР появляться на простреливаемой с обеих сторон территории очень опасно. "С нами работают представители Национального военно-исторического музея Украины, они — люди гражданские, поэтому мы, военные, должны максимально обезопасить их работу", — заявляет полковник Ноздрачев. Он также говорит, что группа поисковиков в составе трех человек планирует забрать в обозначенном заранее месте два или три тела. "Мы сейчас не можем сказать, это украинские военнослужащие или боевики. Но ВСУ, как представитель государства, выполняет Минские соглашения и делает все, что нужно для возвращения тел погибших", — подчеркивает он. Как правило, если в результате экспертизы обнаруживается, что это двухсотые боевиков, их передают на неподконтрольную ВСУ сторону.

После того, как сотрудников ОБСЕ посвящают в подробности миссии, колонна выдвигается дальше, и буквально через два-три километра автомобили международных наблюдателей занимают свой наблюдательный пост в районе моста, откуда открывается вид на разрушенные терминалы Донецкого аэропорта.

До того как приступить к выполнению своей основной миссии группе ГВС необходимо согласовать работу с украинскими военными на прифронтовых позициях и встретиться с представителями ОБСЕ (в кадре слева) screenshot

Отход по команде

Группа ждет финального подтверждения с неподконтрольной ВСУ территории. Поисковики получают последние инструкции. "Здесь все знают, что мы работаем с 10 до 14, — говорит подполковник Александр Гвоздков, возглавляющий группу Гражданско-военного сотрудничества в секторе "Б". — Если есть осколки, мины, машину останавливаем. Дальше передвигаемся один за другим, в полный рост, никаких перебежек. Если вдруг что-то идет не так, сначала бросаете дымовую гранату, падаете на землю, по команде — отход. Отход будет тут прикрываться всеми силами и средствами. Действия по радиостанции согласованы". При обнаружении оружия на теле погибших, поисковики должны положить его вместе с телом в пакет. "Если оружие в стороне — не бегаем, не собираем. Внимательно смотрите под ноги", — предупреждает подполковник Гвоздков и добавляет: "Надеемся, все пройдет тихо и без форс-мажоров".

Павел Нетесов, один из поисковиков, говорит, что их группа планирует выехать на крайнюю точку возле дороги и дальше пойти пешком, предположительно, около 400 метров. Ближе подъезжать нельзя, потому что район может быть заминирован. "Оставляем машину, открываем двери, чтобы хорошо было видно цифру "200", и работаем, — рассказывает он. — Все происходит только по договоренности, самодеятельность чревата. Здесь все согласовано, дан коридор. Мы работаем в определенном временном промежутке; не успеем — значит, не повезло, в следующий раз".

Поисковики получают последние инструкции от подполковника Александра Гвоздкова (слева), возглавляющего группу ГВС в секторе Б screenshot

Поисковикам приходится ждать больше полутора часов. Военнослужащие из ГВС никак не могут дозвониться до своего контакта на той стороне — Лилии Родионовой, представителя "дэнээровской" комиссии по вопросам обмена пленными и погибшими. В ГВС говорят, что задержки случаются довольно часто, именно поэтому они всегда стараются иметь в запасе несколько часов. По словам поисковиков, иногда, несмотря на договоренности, приходится впустую ждать целый день и отправляться назад с пустыми руками. И вот после очередных звонков и согласований "та" сторона дает "добро", и "Газель" поисковиков выезжает в серую зону.

Вся операция занимает не больше часа. Военнослужащие ГВС следят за "Газелью", расположившись на крайней перед аэропортом высоте. Чтобы не наехать на растяжку, поисковики выходят из автомобиля, как только по обе стороны дороги начинаются деревья, и дальше идут пешком, друг за другом. Первое тело находят у обочины, второе — неподалеку. Обнаружить их непросто — за лето они полностью заросли травой. Работают аккуратно, стараясь делать минимум движений и шагов вокруг тел. Наконец, упаковав их в мешки, поисковики возвращаются назад. Договариваются с военными, что заберут тела за одну "ходку". По дороге им приходится пройти между сгоревших дотла грузовиков, расстояние между которыми настолько узкое, что мешки с "двухсотыми" приходится проносить по очереди, один за другим.

Чтобы не наехать на растяжку, поисковики (в центре кадра в ярких сигнальных жилетках) выходят из автомобиля и идут пешком, друг за другом screenshot

Наконец, погрузив тела в кузов "Газели", группа медленно выез жает в сторону позиций ГВС. Их миссия почти выполнена. Когда "Газель" оказывается в безопасном месте, кажется, напряжение, все это время висевшее в воздухе, спадает. Поисковики уже улыбаются и шутят. В этот раз все прошло гладко. "Всем спасибо, и той стороне тоже, за то, что сделали это спокойно. Ну, как надо, по-человечески", — комментирует завершение миссии Павел Нетесов.

Колонна возвращается в Авдеевку, где тела проверяют на наличие боеприпасов. На одном из погибших обнаруживаются гранаты. Обычно в случае, если личность удается установить быстро, тело доставляют в морг по месту жительства, если это еще предстоит сделать, тогда военнослужащие ГВС везут двухсотых в морги в Днепропетровске. "Когда мы эксгумируем тела, следственные органы определят время их гибели", — говорит полковник Алексей Ноздрачев. Он с сожалением констатирует: после восьми месяцев совместной работы с группами поисковиков военнослужащие в очередной раз убеждаются в том, что до сих пор остается немало мест, где по-прежнему находятся тела погибших. Их еще предстоит отыскать и эксгумировать. Проделать эту работу без мирных переговоров и привлечения международных организаций будет невозможно, уверен полковник Ноздрачев.