Антропология

11 слов, помогающих понять норвежскую культуру

Почему в День Конституции по всей стране маршируют дети? Почему в Норвегии не бывает плохой погоды? Почему норвежцы никогда не выходят из дома без ланч-бокса? А также что такое красный уродец и как норвежская солидар­ность проявляется в эпоху коронавируса

Автор Ольга Дробот

1. Påskekrim

Пасхальный детектив

Передовица газеты Aftenposten за март 1923 года с заметкой «Ночное ограбление Бергенского поезда» © Schibsted Norge

На Пасху норвежцы традиционно отправляются в свои домики в лесу или в горах, хютте (hytte), чтобы походить на лыжах по последнему снегу. До не­дав­него времени в хютте, кроме лыж, заняться было нечем: никакого телевизора и мобильной связи, только хардкор — разговоры, игры, книги. А каникулы долгие, вся Страстная неделя плюс Светлый понедельник, да еще выход­ные перед ним — короче, дней десять. И вот находчивое издательство Gyldendal под Пас­ху 1923 года решило выпустить детектив. В Вербное (Паль­мовое) воскре­сенье, день начала каникул, на первой полосе крупней­шей газеты Aftenposten появилась статья о том, что ночью был ограблен поезд Осло–Берген. Но оказалось, что это хитрый маркетинго­вый ход — так издательство анон­сировало выход романа «Bergenstoget plyndret i natt» («Ночное ограбление Бергенского поезда») авторства Юнатана Ерва (под этим псевдо­нимом скры­вался писательский дуэт Нурдаля Грига и Нильса Ли). Детектив отлично разошелся и породил новую национальную традицию. Каждый год на пасхаль­ных каникулах норвежцы прочитывают тонны детективных романов, блогеры и критики соревнуются в топах пасхаль­ных детективов этого года, а в книжных магазинах их выкладывают на самое видное место.

2. Brunost

Брюнуст, коричневый сыр

Сыр брюнуст с вафлями © Norsk tradisjonsmat

Слово «брюнуст» склеено из двух простых слов: «коричневый» и «сыр». Брюнуст часто готовится с добавлением козьего молока, самый тради­ционный сорт называется Gudbrandsdalsost: в долине Гюдбрандсдален в конце XIX века начали варить этот сыр. Цвета он бывает от сливочно-коричневого до темно-каштанового (век назад его любили называть «цветом медвежьего ушка»), на вкус напоминает твердую вареную сгущенку и связан в сознании норвежцев с пасторальной картинкой из прежней жизни: скотину на все лето отправляли пастись на высокогорное пастбище — сетер (seter); с козами и овцами туда пересе­лялись и девушки-работницы, к ним по вечерам наведывались парни, жгли костер, играли на скри­почке, танцевали, а заодно варили сыр. Правильный способ поедания брюнуста такой: специальной лопаткой устехёвель (ostehøvel) отрезают тонкие ломтики сыра, кладут их на еще горячую вафлю (тради­цион­­ные норвежские вафли называются vaffelhjеrte, «вафельное сердце», — это круг­лая вафля из шести долек-сердечек) и сма­зывают домашним клубничным вареньем.

О книге «Вафельное сердце» — в подкасте «Экспекто патронум» В пятом выпуске подкаста историю дружбы двух детей в норвежской деревне Щепки Матильды поясняет автор «Вафельного сердца», норвежская писательница Мария Парр

3. Janteloven

Закон Янты

Эдвард Мунк. Вечер на улице Карла Юхана. 1892 год KODE Kunstmuseer og komponisthjem

Одно из важных, но загадочных понятий норвежского (да и всего скандинав­ского) культурного кода. Придумано норвежским писателем датского происхо­ждения Акселем Сандемусе. В своем романе «Беглец пересе­кает свой след. Рас­сказ о детстве убийцы» он описал под названием Янта маленький городок Нюкёбинг-Морс. В этом городе не слыхали о толерантности, и ребенка заста­вляют подчи­няться неписаным правилам: не выделять­ся, не выпендри­ваться, жить и думать как все, то есть стремиться стать частью послушного «компакт­ного большин­ства», которое с таким неистовым гневом обличал в пьесе Ибсена «Враг народа» доктор Стокман. Нарушитель неписаных правил стигматизи­рует­ся и воспринимается как человек подозрительный и ненадеж­ный: то ли просто маргинал, то ли и правда враг народа. Правила, которым будущего убийцу жестоко заставляли следовать с детства, Сандемусе сформу­лировал в виде десяти заповедей: не думай, что нам есть до тебя дело; не ду­май, что можешь нам указы­вать; не думай, что ты умнее нас, и так далее, а уже в самом тексте романа добавил в декалог одиннадцатый пункт-уточнение — и, главное, не думай, что нам о тебе ничего такого не известно.

Закон Янты, который постепенно стал социологи­ческим понятием и легко гуглится на разных языках, толкуется двояко, причем диаметрально проти­воположным образом. С одной стороны, сам Сандемусе исходил из труда Вильгельма Райха «Психология масс и фашизм» и писал о пагубнос­ти едино­мыслия, конформизма и нетерпимости к инаковости. В рамках этой трактовки в 2005 году прошли официальные похороны закона Янты как архаичного спо­соба давления на человека, который губит его самооценку и не дает развер­нуть­ся индивидуальности. С другой стороны, для норвежцев действительно очень важно, чтобы человек не шел вверх по головам, не ездил по встречке на «майбахе» и не ки­чился своим положением. Потому что солидарность (solidaritet) — основа обществен­ного сознания, а сам общественный договор стоит на протестантской этике: прилежание и ответст­вен­ность в труде плюс личная скромность и умеренность (nøysomhet), то есть добронравное стремление довольствоваться тем, что имеешь, как заповедовал апостол Павел; плюс уме­ние держать себя в руках и думать об общем благе. Вот одна история в качестве иллюстрации: в Норвегии с 1919 по 1926 год действовал сухой закон, и это, воз­можно, единственный случай в истории, когда решение о введении полного запрета на алкоголь было принято на всенародном референдуме (как позже и второе решение, об отмене запрета). В этом случае закон Янты чита­ется уже как попытка призвать к порядку и приличиям зарвавшегося, напри­мер, от обилия денег или власти человека. Одним словом, это сложное, но важ­ное понятие, упоминание которого вызывает в норвежце настороженность.

4. Dugnad

Дюгнад, совместный труд pro bono, для общего блага; иногда субботник

Дети, помогающие с работой на ферме. Конец XIX — начало XX века Fylkesarkivet i Vestland

Для норвежцев очень важна солидарность, поэтому и дюгнад является огром­ной частью жизни. Само слово происходит от древненор­веж­ского глагола со значением «поддержать помо­щью» и в 2004 году было выбрано телезри­телями крупнейшего языкового шоу норвежским национальным словом. Обычно у дюгнада бывает одна из двух целей. Первая — помочь соседу, которому трудно справить­ся с большим объемом работы. Дюгнад второго типа — самый простой и быстрый способ решения общих проблем: залить во дворе каток или поставить горку, приб­раться на пляже, поднять/спустить на воду яхты в гавани, разобрать подсобку школь­ного оркестра, перевезти что-то для своей организации и так далее. Ни одна знамени­тость не позволит себе пропустить ничего из вышеперечисленного, потому что это неприлично, неприемлемо и чревато слишком большими потерями для репутации (см. за­кон Янты). На эпидемию коронавируса норвежское общество ответило призы­вом к дюгнаду. С этим обращаются к соотечест­вен­никам премьер, министры и знамени­тости. Что такое дюгнад в этом случае? Не выходить на улицу, чтобы не разно­сить вирус; посидеть с детьми соседа, если он не пере­шел на удаленку; принести еду старуш­ке-соседке; организовать доставку из вашей апте­ки или магазина, даже если раньше вы таким не занимались; скинуться на помощь мелкому бизнесу и тем, кто без постоянной зарплаты.

другие слова других культур 11 слов, помогающих понять шведскую культуру От «омбудсмена» до перерыва на кофе «фика» 12 слов, помогающих понять эстонскую культуру Электронное государство, снег с дождем, мыза и катание на качелях 11 слов, помогающих понять немецкую культуру От «орднунга» до «братвурста»: типично немецкие слова

В России многое из дюгнада назвали бы волонтер­ством или активизмом, но в Нор­вегии речь о другом и, в сущности, противо­положном: это массовая норма, а не странное хобби маргиналов. Дюгнад — это, например, собрать денег на поез­дку школьного хора на гастроли. Этот обычный детский вариант дюгнада проходит по одному из двух сцена­риев: или организация барахолки, или торговля вразнос, по соседям, оптово заку­плен­ным родителями товаром типа туалет­ной бумаги или адвентских календарей. Вся скромная маржа идет в доход того самого хора (школьного оркестра, футбольной команды, отряда скаутов и так далее). В книге об Уле-Александре «Бабушка всея Норвегия» Анне-Катрине Вестли описывает, например, как дети четырех лет продают (с по­мощью родителей) свои игрушки и на выручен­ные деньги покупают велосипед новому мальчику во дворе, единственному бесколесому их прия­телю. Это дюгнад в классическом виде.

5. Koselig

Приятный, душевный, милый и уютный

Кристиан Крог. Богема. 1885 год Lillehammer museum

Очень трудное для перевода слово, но совершенно необходимое в этом списке. Диспозиция такова: есть однокоренные существительное kos, глагол kose и соб­ственно прилагательное koselig. У этих слов есть широкий круг значений вроде «хорошо и душевно провести время, получить удоволь­­ствие, мило посидеть и пообщаться, понежить и побаловать себя». По смыслу это близко к дат­скому hygge и шведскому mysig и на три четверти совпадает с английским cozy, нидер­ландским gezellig, немецким gemütlichkeit (но нас интересует как раз ни с чем не совпадаю­щая четверть).

Кроме того, koselig конкурирует с норвежс­ким hyggelig, и разграничение этих двух слов по смыслу — дело действительно головолом­ное: оба означают что-то приятное, душев­ное, наполняющее теплом и радостью. Про большой семейный ужин, встречу с хорошим знакомым, совместный поход в театр вы скорее ска­же­те, что это было приятно (hyggelig) или очень приятно (veldig hyggelig). А koselig немного больше про телесное удовольствие — типа посидеть у костра после долгого походного дня, укрыться теплым пледом, выпить чашку хоро­шего чая, сесть на диване перед телевизором (у дивана есть kosekrok — «угол, где можно устроиться с комфортом»). Дети могут сказать «хочу kos», и это означает «поцелуйчик, пожалуй­ста». В koselig звучит желание не только угнез­диться и обуютиться, но и приласкать­ся, прижаться — недаром детский плюшевый любимец зовется по-норвежски kosedyr, «зверь для обниманий». А вчера подруга написала мне, что в доме холодно, потому что через каминную трубу задувает, но камин мы не заделываем — это же koselig.

6. Lutefisk

Лютефиск

Заготовка выщелоченной сушеной трески. 1924 год Bohusläns museum

Лютефиск — вымоченная выщелоченная сушеная треска (буквально «щелочная рыба»). История появления этого блюда якобы такова: однажды в склад суше­ной рыбы попала молния и сожгла его. Пошел дождь, залил пожар, зола и погребен­ная в ней рыба вступили в химическую реакцию с водой. Потом от безнадеги рыбу попро­бовали, и она оказалась съедобной (на самом деле съедоб­на она довольно условно). Традиция такова: высушенную до состояния доски рыбу без соли (так ее и хранили на складах, штабелями) сначала выдер­живают пару дней в щелоке, потом пару дней в воде, чтобы отбить запах щелока, а полу­чившуюся полупрозрачную субстанцию, напоминающую потекшее желе, варят или запекают. Сама по себе такая рыба вкуса не имеет, поэтому ее едят с жареным беконом, гороховым пюре и отварной картошкой, некоторые добав­ляют еще брусничное варенье. Как правило, это происходит на Рождество.

7. Barnetog

Детское шествие

Детское шествие 17 мая 1908 года Nasjonalbiblioteket

Норвегия — довольное молодое государство: главный праздник в стране — День Консти­туции, действующей с 1814 года. Все одеваются в старин­ные национальные костюмы бюнады (bunad), уникальные для каждой долины, а вместо военных и парада главными действующими лицами становятся дети. В любом населенном пункте, от столи­цы до крохотной рыбацкой деревушки, проходит детское шествие (barnetog). Во главе колонны — школьный духовой оркестр и знаменосцы с самодельным флагом школы. В Осло барнетог несколь­ко часов идет мимо королевского дворца: с балкона детей привет­ствует коро­лев­ская семья, в том числе принцессы и королевичи. Логичным, но смешным образом замыкает детское шествие колонна выпускников (russеtog). В Норвегии живы традиции средневеко­вых студиозусов праздновать школьную амнис­тию с размахом. Выпускника видно за версту: на нем ярко-красный или ярко-синий расписан­ный комбез, фуражка того же цвета. Колонна выпускников выпендри­вается как может, в част­ности раздает свои визитки (russekort), и младшие дети соревнуются, кто наберет больше. Потом все расходятся кто куда: дети собира­ются во дворах школ, чтобы насладиться обязательной прог­раммой праздни­ка — поеданием сосисок, мороженого и гоголь-моголя, а также играми вроде бега в мешках, бега с картошкой на ложке и сбивания башни из жестянок. Ну а вы­пускники с размахом гуляют в городе до утра.

8. Friluftsliv

Активная и вольная жизнь на свежем воздухе и на природе

Группа туристов в горах. Конец XIX — начало XX века Fylkesarkivet i Vestland

Норвежцы любят свою природу и гордятся ей, и действительно мало что срав­нится красотой с фьордами Западной Норвегии, Лофотена или Доврскими горами, извест­ными нам по «Перу Гюнту» Ибсена. Но вообще в Норвегии везде красота — отсюда и национальный императив: дома не сиди, иди на улицу. Фрилюфтслив, жизнь на свежем воздухе, имеет много граней. Например, в Нор­вегии страшно популярны friluftsbarnehager, то есть такие детские сады, где дети почти все время проводят на улице в играх или походах в ближайший лес или на гору. Так они живут в любую погоду, потому что она, как известно, не бывает плохой, если правильно оделся Имеется в виду знаменитая норвежская поговорка «Det finnes ikke dårlig vær, bare dårlige klær», что значит «Нет плохой погоды, если правильно оделся»..

Но самая прославленная форма фрилюфтслив — поход, он же tur. В норвеж­ском понимании этого общегерманского слова поход должен быть трудным, жела­тель­но изматывающим. Все-таки норвежцы считают себя потомками не только викингов, но и полярных исследователей, поэтому идея потерпеть невзгоды (летом дождь, зимой холод), дойти до цели и проявить волю к победе чрезвычайно норвежская. Распрост­раненная поговорка гласит: «Ut på tur og aldri sur!» — и в зависимости от вашей любви к friluftsliv ее можно перевести или бодрым утверждением «Вперед в поход — хандра пройдет!», или наста­вительным «В поход иди и не зуди». Короткий же вариант перевода таков: «С рюкзачком и бодрячком!»

Не так давно стендап-комик Аре Калвё написал книгу от лица «безгласного зашуган­ного мень­шинства» Речь идет о книге «Hyttebok frå helvete», или «Дневник проклятой жизни в хютте» в переводе на русский. — тех, кто не любит каждое воскресенье тащиться куда-то вдаль с тяжелым рюкзаком, кто не любит потеть и мерзнуть одновре­менно, накручивая километры на лыжных переходах от одной туристической хижины до другой. Фронда Калвё была встречена со снисходитель­ным спокой­ствием: конечно, автор посягнул на святое, но этих природно-походных диссидентов так мало, что пусть их.

9. Matpakke

Еда с собой, пакет еды

Туристы на пикнике у горной фермы во время прогулки по горам. Конец XIX — начало XX века Fylkesarkivet i Vestland

В Норвегии, как всем известно, цены космичес­кие, а общепит дорог настолько, что местные жители крайне редко едят вне дома (это странное занятие удо­стоилось отдельного названия spise ute). В результате норвежец не выходит из дома без matpakke, который берут на работу, в школу, универ­ситет, в поезд, на экскурсию и так далее. Разумеется, матпакке непременно берут с собой и в поход, и тогда к паре бутербродов с брюнустом непременно добавляется шоколадка Kvikk Lunsj («Быстрый завтрак»), которую изобрели в 1937 году именно как походный провиант. В частности, ее размер был рассчитан так, чтобы плитка точно помещалась в карман новомодной походной куртки анорак.

10. Hytte

Хижина или хютте

Рождественская норвежская почтовая открытка. 1950 год © Skiens Antikvariat

У слова «хютте» такая же долгая индоев­ропейская история, как и у его близ­кого родственника hus (дом): первоначальным смыслом обоих было «укры­ваться». В норвежском у этого простого слова очень жестко определенное значение: небольшая примитивная хижина где-нибудь в трудно­доступном месте, посреди глухого леса или гор, так что всю поклажу тащишь на себе от оставленной далеко внизу машины. Часто избушка покрашена в красный цвет, поэтому второе название у нее «красный уродец». Большинство таких хижин были построены много десятилетий или даже век назад и сегодня принадлежат разветвленному клану, члены которого загодя планируют, кто и когда заедет в хижину. Естественно, у хижины нет ни сада, ни огорода, ни тем более забора. В хютте приезжают ходить в турпоходы и общаться, потому что больше там заняться нечем. Две традиции жизни в хютте несок­рушимы: книга, куда по датам записывают всех посетивших хижину, и сортир на улице. Тут никакие новации невозможны, примитивность — главный смысл каникул в хижине. Это своего рода компенсация за высокий уровень жизни в осталь­ное время года, по поводу которого норвежцы традиционно испытывают смущение.

11. Utepils

Пиво, которое пьют на уличной веранде, потому что теплая погода позволяет

Группа художников. До 1893 года Oslo Museum

Каждый год, когда весна начинает набирать обороты, в норвежском фейсбуке случается день первого утепильса года — примерно каждый человек считает своим долгом выложить фотографию себя и пива за уличным столиком, потому что это день долгожданной народной радости: наконец потеплело! А иногда бывает такое совпадение, что первый утепильс приходится на пятницу, традиционный день пятничного fredagspils — это когда рабочий коллектив заходит по случаю завершения трудовой недели пропу­стить вместе по кружечке, и вот тогда все пишут уже о первом в году fredagsutepils — пиве, которое пьют с колле­гами в пятницу после работы на открытой террасе, потому что на улице достаточно тепло.