Российские разработчики создали уникальное устройство для альтернативного слепого ввода на смартфоне. Изобретение, названное «Октодон» или Octodon в честь чилийской белки, по точности и скорости ввода может соперничать даже с диктовкой, на которую делает ставку Apple и Microsoft. Деньги на новую мобильную революцию россияне уже собирают на Kickstarter. Digital Report выяснил у изобретателей, изменят ли русские идеи западные методы ввода.

DR: Почему вы решили заняться разработкой альтернативного способа ввода?

Алексей Лысенко, основатель компании «Октодон»: Мы убеждены, что QWERTY – большая стандартная клавиатура – хороша до тех пор, пока на ней можно работать двумя руками на компьютере. При ее дальнейшем уменьшении на экране смартфона ничего, кроме визуально знакомой раскладки, не остается.

Абсолютно понятно, откуда QWERTY-раскладка появилась на компьютере: ее придумали еще на печатных машинках, и возникло поколение людей, которые привыкли – незачем было придумывать что-то новое. Дальше, поскольку задачи набирать на смартфонах большие тексты не было, на них тоже поместили QWERTY из-за низкого порога обучения.

Но сейчас смартфоны от Apple и Google готовятся заменить компьютеры и делают это так успешно, что по всему миру появились миллионы так называемых mobile-only-users – чисто мобильных пользователей. Особенно это актуально для Китая и Индии: там смартфоны дешевые, а ноутбуки дорогие.

Складывается тенденция уменьшения использования физических клавиатур: они будут нужны единицам, например, программистам, которые просто без них не могут. Остальные будут пользоваться мобильными устройствами и раскладкой QWERTY на их экранах, и это кажется неустойчивой ситуацией, которая должна изменится, пусть и не с помощью нашего проекта. Мы просто стараемся сделать устройство, подходящее для решения этой проблемы и позволяющее работать с карманными устройствами с той же эффективностью, которой достигает моноэффективная клавиатура.

DR: Как развивался «Октодон» и во сколько он уже обошелся?

Алексей Лысенко: C момента основания компании прошло где-то четыре с половиной года. И если говорить о затратах, речь идет о суммах порядка $50 тыс без учета работы, которая была проделана командой просто на энтузиазме. Сначала появился проект, а уже потом – компания. Проект начинался как хобби еще в те годы, когда были коммуникаторы на Windows Mobile с «медленными» клавиатурами.

Тогда и возникла идея, что можно расположить элементы на задней стороне устройства. Как выяснилось позже, идея не новая, были и другие проекты. Но стало интересно, насколько реальна именно моя идея, и я в свободное от работы время экспериментировал над ней на джойстиках от сотовых телефонов. Сделал прототип, понял, что это юзабельно и достигает неплохой скорости. Со временем удалось получить первый грант.

Первый прототип сейчас смешно вспоминать. Он был массивным для телефона, добавлял полтора-два сантиметра к его толщине. К тому же, мы не могли сами производить свои элементы ввода: это достаточно дорогое удовольствие. Поэтому начинали с фабричных джойстиков от сотовых телефонов, которые были жесткими, так как разрабатывались под большие пальцы, а на «Октодоне» во вводе участвуют и мизинцы. Короче, он работал, но не более того. Можно было нажимать на кнопки на задней стороне, софт позволял успешно вводить символы в приложение на Android, но речи о какой-то быстрой печати быть не могло. Потом нашли еще инвесторов и продолжили развивать прототип.

Прошлым летом прототипировали беспроводные джойстики. Сначала они были четко зафиксированы, но нужно было найти способ размещения, удобный для любой руки. В итоге конструкция получилась предельно настраиваемая. Технически устройство использует Bluetooth 4.0, low-energy, у него свой аккумулятор и заряжается он через micro-USB. Размеры – примерно 120 на 70 мм и толщиной 1 см.

DR: В мире уже существуют аналогичные устройства? Вы полагаете, они не популярны?

Алексей Лысенко: Не слишком. Самое первое называлось Alpha Grip. Изобрел его в конце 90-х годов один американец, которому хотелось печатать вслепую, сидя в кресле без клавиатуры, держа что-то в руках. Он сделал устройство, которое похоже на очень большой джойстик, облепленный кнопками. Кстати, до сих продается — видимо, первая партия еще не разошлась. Мы его купили и покрутили немножко. Оно родилось в домобильную эру, поэтому никак не приспособлено к современным реалиям.

Потом был Grippiti – прозрачная клавиатура, которую можно нажимать пальцами с задней стороны. У нее самая обычная QWERTY-раскладка, но из-за того, что набор производится пальцами на задней стороне, все сбивается. Странный концепт, но они достаточно долго существовали, а потом стали делать цельный прозрачный планшет. Так или иначе, у них не получилось произвести платформу.

Есть еще развивающийся американский стартап, называется Try Grip. Они тоже используют концепцию слепой печати на QWERTY-клавиатуре: взяли две ее половины и разбили зоны действия для правой и левой рук. Выглядит как досточка, достаточно объемная слева и справа, на которой расположены клавиши, а посередине – скользящая прокладка, на которую можно положить телефон или планшет до 7-8 дюймов. У них неплохие результаты по скорости ввода, и сейчас они достаточно активно продвигают свою идею. Но по сравнению с «Октодоном» они сильно проигрывают в компактности.

DR: Как продвигали устройство и как вышли на Kickstarter?

Алексей Лысенко: Со временем стало понятно, что это дорога совсем не простая, и мечты изобретателей, которые никогда не занимались коммерциализацией своей идеи, очень быстро разрушаются. Казалось, стоит только построить прототип и доказать, что он работает, и к тебе придёт Samsung с ящиком денег. Так вот, это не так.

В любом случае, мы сумели при нулевом по западным меркам финансировании сделать элементы ввода, которыми действительно можно управлять мизинцами и безымянными пальцами. Причем делать это малой серией, без заказа форм для штамповки, литья и всего того, что требует тысяч долларов на производство.

Показать устройства мы смогли много где. Ездили, например, в Бостон, получили очень большой опыт и почувствовали разницу в том, как сосуществуют предпринимательство и наука здесь и там. Разница колоссальная. Там, например, очень развиты студенческие соревнования, на которых команды защищают свои проекты, и, побеждая, получают начальное финансирование: около 10 тысяч долларов.

Мы стали вплотную взаимодействовать с посредниками по выходу на Kickstarter, потому что российским командам туда просто так не выйти: легкий доступ есть только у компаний из США, Британии, Австралии и Канады.

По ходу определились с конкретным продуктом, который будем выпускать. Производить чехол для какого-то телефона – идея очень невыгодная. Решили, что для тех, кто готов учиться новому скоростному вводу, будет не так критично, если это будет не чехол, а отдельное устройство, которое можно очень быстро использовать. В итоге, продукт, с которым мы вышли на Kickstarter, хорош универсальностью.

DR: Сколько необходимо времени, чтобы научиться быстрому вводу на «Октодоне»?

Алексей Лысенко: Мы проводили эксперименты на прототипе английской раскладки и пришли к тому, что за двадцать часов работы с устройством можно получить эффективность, которая существенно превышает эффективность работы на экранной клавиатуре. То есть печатать вслепую, отключив подсказки и гораздо меньше напрягая глаза, со скоростью, которая сравнима со скоростью физической печати на компьютере. Это похоже на обучение плаванию методом бросания в воду.

DR: Заказы на устройство есть? Сколько оно стоит?

Алексей Лысенко: Заказов немного в принципе, отчасти из-за того, что нам пока не удалось получить публикации в западной прессе. Сейчас около пятидесяти заказов, две трети из России. Есть еще из Португалии, Америки, Великобритании, Германии и Австралии.

Для первых ста заказов установлена цена в 125 долларов, и 145 для последующих. По нынешнему курсу доллара получается довольно дорого: за эти деньги можно купить очень хороший китайский смартфон или неплохой брендовый. Мы пытаемся сделать его дешевле, но любое производство – это, прежде всего, заказы, а оснастка требует фиксированных вложений. Компания построена из расчёта на сотни пользователей, и если заказчиков у нас будет меньше семисот, то экономически это будет необоснованно.

В основном, проекты финансируются за счёт США: большинство тех, кто тратит деньги на Kickstarter – это американцы. Поэтому без правильной работы с этими рынками считается, что проект не может быть успешен. Поэтому сейчас мы пытаемся привлечь внимание западных СМИ.

DR: Какое время нужно Октодону, чтобы появиться в каждом магазине?

Алексей Лысенко: Таких далеких планов пока не строим. Есть ближняя задача – это Kickstarter, по итогам которого будет понятно, соберем средства или нет. Если да – некогда думать о том, сколько времени уйдёт на завоевание мира, надо производить, рассылать, получать фидбэк (отклик – прим. ред.), улучшать и вести переговоры с партнёрами, которые способны ускорить процесс внедрения. Конкуренция между проектами на Kickstarter просто гигантская: заходишь, и глаза разбегаются, во что вложиться.

Если не повезет, будем думать, что изменить в концепции, чтобы она стала более привлекательна. Возможно, найдем более плотное игровое применение или даже начнем искать нишу для таких решений, которых пока не существует. Например, для мобильных устройств есть и Swype (ввод символов, не отрывая пальца – прим. ред.), и обычная клавиатура. Но когда речь идёт о наголовных дисплеях, то это виртуальная, дополненная реальность, и при работе в очках дополненной реальности устройство с хорошей системой слепого ввода – интересное решение. Так что окно возможностей для нашей клавиатуры ещё есть.

Нам часто говорят «ребята, вы занимаетесь чем-то из 90-х годов, сейчас всё сенсорное» или «скоро можно будем вводить силой мысли». Однако достаточно только представить этот процесс, чтобы понять, как это сложно: чтобы обращаться с прибором, читающим мысли, надо иметь очень большой контроль над своим сознанием.

В любом случае, эволюционно человек ещё очень долго будет иметь десять пальцев. Соответственно, некоторое время будет и рынок для клавиатур.