Россия пошла на неожиданные уступки Украине, предложив расплатиться по бондам на $3 млрд в рассрочку — за три года. Но математика предложения делает его проблематичным: нарушается особое условие новых бумаг на $12 млрд

Президент России Владимир Путин во время встречи глав государств — участников «Группы двадцати» (Фото: Михаил Метцель/ТАСС)

Владимир Путин в понедельник развернул на 180 градусов ситуацию с украинским долгом, которая, как казалось до сегодняшнего дня, окончательно зашла в тупик. Выступая в Анталье на полях саммита G20, Путин сообщил, что Россия предлагает перенести выплату украинского долга на $3 млрд с предстоящего декабря на 2016–2018 годы так, чтобы Украина возвращала по миллиарду ежегодно. Президент сам признался, что считает это предложение «неожиданным». До этого Россия настаивала на выплате $3 млрд в полном объеме и в срок — до конца 2015 года.

Но предложение Москвы, каким бы щедрым оно ни казалось, может оказаться проблематичным — тому виной особая оговорка, включенная в новые украинские облигации на $12 млрд, о том, что Украина не может предоставить России лучших с финансовой точки зрения условий, чем получили коммерческие кредиторы.

Неожиданное предложение

«Мы не просто согласились на реструктуризацию украинского долга, но и предложили лучшие условия этой реструктуризации, чем от нас просил Международный валютный фонд», — сказал Путин. Россию просили перенести выплату $3 млрд на 2016 год, а Москва изъявила готовность пойти даже на «более глубокую реструктуризацию» — разбить платеж на три года. При этом Россия, сообщил Путин, попросила гарантий по этому кредиту от США или «одного из солидных международных финансовых институтов». Правительство США ранее уже предоставило гарантии по выпускам украинских облигаций на $2 млрд.

До сегодняшнего дня ситуация вокруг украинского долга катилась к дефолту в конце года и последующей судебной тяжбе в Лондоне (в соответствии с условиями облигаций, выпущенных в декабре 2013 года). Высокопоставленный федеральный чиновник говорил РБК в прошлом месяце, что «судебные процессы [с Украиной] будут идти несколько лет», а украинский премьер Арсений Яценюк заверял, что Киев готов к «юридической войне». Но вопрос сдвинулся с мертвой точки на прошлой неделе: источник, знакомый с ходом консультаций по украинской задолженности, сказал РБК, что «политической воли» судиться с Украиной сейчас нет, а министр финансов Украины Наталья Яресько рассказала местным СМИ о якобы желании России встретиться по этой теме после саммита G20 в Анталье.

Проблемная оговорка

Путин сказал, что переговорил об этом предложении с главой МВФ Кристин Лагард и президентом США Бараком Обамой и те восприняли предложение «с интересом». Однако инициатива России не гарантирует, что проблему удастся урегулировать. Дело в том, что новые украинские облигации, которые в этом месяце были выпущены в пользу коммерческих кредиторов в рамках реструктуризации, содержат особое условие об отсутствии привилегий у держателей старых бумаг (Most Favoured Creditor). Россия единственная не согласилась на реструктуризацию облигаций, которая предполагала списание 20% номинальной стоимости бумаг и успешно завершилась 12 ноября. Теперь Украина не имеет права согласиться на сделку с Россией, если чистая приведенная стоимость (net present value, NPV — оценка всех будущих дисконтированных денежных потоков от инвестиции) этой сделки выше, чем у новых облигаций.

«Мы юридически не имеем права предлагать кому-либо условия лучше тех, которые были согласованы с другими кредиторами», — подтвердила Яресько на прошлой неделе.

NPV украинских облигаций, полученных инвесторами в результате обмена, составила примерно 70% от первоначальной стоимости бумаг (исходя из ставки дисконтирования в 10%, оговоренной в проспекте новых бондов), говорит РБК американский экономист Адам Леррик, приглашенный научный сотрудник American Enterprise Institute и бывший инвестбанкир. Если Россия реструктурирует украинский долг на $3 млрд на озвученных Путиным условиях, то NPV нового кредита составит 80% и более — в зависимости от процентной ставки. Путин не уточнил, будет ли взиматься процентная ставка и какая. Даже если кредит будет беспроцентным, то NPV составит примерно 80%, оценил Леррик, а если, к примеру, сохранится та же ставка, что и сейчас (5% годовых), то NPV будет уже 89%.

Это больше, чем у коммерческих кредиторов, согласившихся на реструктуризацию, а значит, нарушатся условия новых бондов. В таком случае Украина будет обязана компенсировать инвесторам премию по NPV, которая получится у России, а это дополнительные затраты.

Озвученное президентом России предложение — политическое, а юридические аспекты пока не ясны, сказал РБК заместитель министра финансов Сергей Сторчак. «Вопрос, каким образом будет технически проведена отсрочка выплат по облигациям, — юридический. Он не относится к политическому решению [о предоставлении возможности отсрочки по долгу]. Это вопрос техники. Он предполагает дискуссию с дебитором. Пока ее не было. Юридические аспекты еще будут обсуждаться», — пояснил Сторчак. Он сказал, что ему неизвестно, когда такое обсуждение юридических вопросов может пройти.

Леррик, который в 2000-х годах помогал Аргентине реструктурировать ее обязательства, считает, что с юридической точки зрения Россия и Украина «просто могут подправить условия текущих облигаций, чтобы изменить даты выплат и/или процентную ставку». Или же существующие облигации на $3 млрд можно заменить двусторонним кредитным соглашением — в этом нет никакой юридической проблемы.

А вот для устранения проблемы особой оговорки нужно креативное решение. В октябре Леррик предложил изящный вариант: нужно компенсировать России политический дисконт, который она предоставила правительству Виктора Януковича в декабре 2013 года (разницу между льготной ставкой купона в 5% и рыночными 12% на тот момент) — это $460 млн сверх $3 млрд, которые Украина должна вернуть, а затем обменять скорректированный таким образом долг в $3,46 млрд на новые облигации номинальной стоимостью $3 млрд со ставкой купона в 6,5% и погашением в 2019–2027 годах. Леррик подсчитал, что с точки зрения чистой приведенной стоимости (NPV) новых бумаг это будет эквивалентно условиям, на которые согласились частные кредиторы. Таким образом, с одной стороны, Россия избежит списания основной суммы долга, с другой — не получит лучших условий обмена, чем остальные кредиторы. «Это решение справедливо для Украины, справедливо для России и справедливо для частных инвесторов. Оно признает субсидию, которую Россия предоставила Украине в 2013 году, и одновременно признает необходимость реструктуризации украинского долга», — написал экономист.

«Россия — единственный держатель бондов, подлежавших реструктуризации, который приобретал свои бумаги не на рыночных условиях. Для обеспечения справедливости и равенства подхода ко всем держателям бондов облигации, которые принадлежат России, необходимо скорректировать, чтобы отразить рыночные условия на момент их покупки в декабре 2013 года», — повторил Леррик в разговоре с РБК.

Минфин Украины заявил в понедельник, что не получал «никакой прямой информации» о предложении Владимира Путина и не готов сейчас его комментировать, передал Reuters. Пресс-секретарь Натальи Яресько не ответила на запрос РБК. Пресс-служба МВФ и представители Минфина США также не ответили на запросы, как и основной держатель украинских бумаг среди частных кредиторов — Franklin Templeton.​