Три дебютных романа о том, что богатство и слава не достаются даром: за них приходится расплачиваться счастьем в семейной жизни, спокойствием, а иногда…



Текст: Ольга Разумихина

Коллаж: ГодЛитературы.РФ

Обложки с сайтов издательств

Чарльз Соул. «Год Оракула»

Пер. с англ. М. Левина. — М.: АСТ, 2020

Уилл Дандо — самый знаменитый и авторитетный человек на планете. Миллионы простых смертных готовы выполнить всё, чего бы он ни потребовал: отправиться в горячую точку, выдать государственную тайну и даже убить. Перед ним трепещет сам президент США! При этом никто не знает, кто такой Уилл Дандо: какого он возраста, где он живёт и кем работал, пока не стал Оракулом (точнее, никто, кроме его ближайшего друга Хамзы Шейха). И нет, он не супермен, не великий писатель и не духовный лидер. Так что же за такой козырь есть у мистера Дандо?

Всё просто: Уилл знает будущее. По крайней мере — частично. Однажды во сне он услышал голос, который продиктовал ему 108 предсказаний, и молодой человек быстро убедился, что они вправду сбываются. Изумлённый, Уилл рассказал о полученном откровении Хамзе, и тот, как и положено настоящему другу, не только поверил каждому его слову, но и быстро сообразил, как на этом подзаработать. При помощи умельцев из даркнета товарищи создали сайт, на который выложили предсказания средней степени важности, а остальные — самые значимые — приберегли для владельцев глобальных корпораций. Вот только большие деньги сулят большие беды: таинственный Оракул предсказуемо становится мишенью номер один для агентов ФБР и религиозных фанатиков. Успеет ли Уилл Дандо понять, почему откровение было послано именно ему, — и сможет ли сохранить анонимность и уберечь свою семью?

Сюжет, придуманный Соулом, можно было бы растянуть на целую серию плохих книг, но мистер Чарльз оказался лаконичен и написал один хороший 400-страничный роман,

расставив все точки над i и не позволив себе ни намёка на возможное продолжение. Также, несмотря на глобальный масштаб описанных в романе событий, Соул отказался от пафоса, на славу проработал все сюжетные линии и не допустил ни одной логической нестыковки, а ещё — приятный бонус — приправил текст остроумными непошлыми шутками. Взять такую высокую планку нелегко даже опытному автору, коим Чарльз Соул, впрочем, и является: за плечами — несколько выпусков комиксов по вселенной «Звёздных войн».

Конечно, нельзя отрицать, что «Год Оракула» — скорее коммерческий проект, нежели попытка потеснить классиков современности. Но, к счастью, для Чарльза Соула, как и для его героя Оракула, деньги и успех — это не главное: нормальные человеческие взаимоотношения всё-таки дороже. Отношения между читателем и писателем — в том числе.

Даниэль Шпек. «BellaГермания»

Пер. с нем. Ольги Боченковой. — М.: Фантом Пресс, 2019

Как и Чарльз Соул, Даниэль Шпек, прежде чем написать дебютный роман, успел засветиться в окололитературных кругах. Только вот автор книги «BellaГермания» работал не над комиксами, а над сценариями. По одному из его произведений сняли комедию «Моя безумная турецкая свадьба», ставшую, как говорится, широко известной в узких кругах и получившую ряд местечковых наград. Главный герой этого фильма, будучи немцем, влюбляется в турчанку и какие только не выделывает чудеса, чтобы родители его невесты благословили молодых. Роман «BellaГермания», в свою очередь, свидетельствует о том, что талант Даниэля Шпека многогранен: серьёзные семейные саги, в которых нет ничего комичного, ему тоже удаются неплохо.

Итак, герои дебютного романа Даниэля Шпека — представители трёх поколений итальянцев и немцев, каждый по-своему отрабатывающие родовую карму: им не суждено стать успешными, не пожертвовав счастьем в личной жизни (и наоборот). Темпераментная итальянка Джульетта, бабушка главной героини, была превосходным модельером, но так и не смогла реализоваться в профессии: по сицилийским обычаям женщина должна вести хозяйство и даже не задумываться о творчестве. Её первая любовь — немецкий инженер Винсент — совершил прорыв в автомобильной промышленности, но так и не нашёл женщину, с которой ему было бы тепло и уютно. Что до сына Джульетты, Винченцо, настолько же талантливого, насколько мрачного и замкнутого, то он и вовсе стал в своей семье «персоной нон грата» — тем, о котором не принято говорить вслух. Родственники считают, что он причастен к убийству. Но неужели при всём своём цинизме и увлечении революционными идеями этот молодой человек мог стать соучастником всамделишного преступления?

Разбираться в отношениях между членами чудаковатой семейки приходится Юлии — дочери Винченцо, не общавшейся с отцом уже целую вечность. Не то чтобы она горела желанием узнать больше о родителях, бабушках и дедушках — ей и так есть чем заняться: в свои тридцать шесть главная героиня так и не обзавелась семьёй и работает дни и ночи напролёт, чтобы раскрутить собственную дизайнерскую фирму. Дело вроде как идёт в гору, но расплатиться с долгами у Юлии не получается. Поэтому она знатно удивляется, когда однажды после модного показа её встречает незнакомый старик-немец, представляется её дедом и предлагает сделать Юлию единственной наследницей…

Роман начинается как бодрый детектив, однако уже через тридцать-сорок страниц читатель, которого в первую очередь интересуют тайны и интриги, может заскучать: манера повествования у Даниэля Шпека медитативная. Но оно и неудивительно: «BellaГермания» — в первую очередь, повторимся, семейная сага, и не в последнюю — красочный, подробный исторический путеводитель по послевоенной Германии и Италии. Так что,

если вы готовы целыми днями смотреть телепередачи типа «Непутёвых заметок» и «Их нравов», книга вам понравится.

Степень впечатлительности при этом не важна: даже о самых трагических событиях Даниэль Шпек пишет настолько мягко и невинно, что даже самый ранимый читатель не почувствует дискомфорта. Так что, если сюжет романа напомнил вам трилогию «Крёстный отец», не переживайте: сходство это чисто внешнее.

Ильгар Сафат. «Моя необработанная форма»

Москва: Эксмо, 2019

Ильгар Сафат — ещё один автор, который, увлекшись театром и кино, решил затем взяться за прозу. В родном Азербайджане он получил известность как режиссёр и сценарист, его документальные фильмы были удостоены ряда наград на международных фестивалях, а художественную картину «Участок» (2008) — фильм об известном фотографе, который так и не смог побороть возникшую в детстве фобию, — выдвинули на соискание премии «Оскар». Для дебютного романа Сафат также выбрал нелёгкую тему преодоления психологических травм — и даже ввёл в сюжет таинственного психиатра Годжиева, который лечит (или калечит?) пациентов при помощи методов дедушки Фрейда. Доктор учит подопечных управлять так называемыми люсидными сновидениями и вспоминать таким образом события, произошедшие с ними в раннем детстве и/или вытесненные сознанием в подсознание.

Впрочем, Годжиев в романе Ильгара Сафата — далеко не главный герой. В основном повествование ведётся от лица двух других персонажей: всемирно известного американского боксёра Лейбы Гервица по прозвищу Голем и не менее прославленного писателя-еврея. Первый пытается сдерживать (в большинстве случаев безуспешно) приступы гнева, ввязывается в одну разборку за другой и гадает, как так получилось, что у него нет ни совести, ни инстинкта самосохранения. Второй неумело приводит в порядок собственную психику, но, увы, случай у него запущенный, и без помощи специалиста к нормальной жизни ему не вернуться. Этого героя постоянно «глючит», и порой ни он сам, ни читатель уже не понимает, где реальность, а где фантазия, сон, бред или всё сразу. Таким образом, интрига поначалу строится вокруг трёх вопросов: чем закончатся кровавые похождения Гервица, что станет с полусумасшедшим писателем и как так вышло, что эти герои знают друг друга лучше, чем кто-либо ещё.

И всё бы с историей Ильгара Сафата было хорошо, если бы не путаная манера изложения. Понять, от чьего лица идёт повествование в очередной главе, — задачка не из лёгких: изъясняются боксёр и писатель почти одинаково, а начинать главу с имени рассказчика автор почему-то не додумался. К тому же

ближе к середине книги Сафат решает увести читателя в некую мистическую реальность наподобие «матрицы».

Учитывая, что альтернативных миров (снов, миражей и проч.) в романе и так достаточно, — находка эта более чем сомнительная. Концовка же удовлетворит разве что сторонников теории заговора и фанатов сериала «Чёрное зеркало», но никак не тех читателей, которые, пробежав глазами аннотацию, понадеялись найти под обложкой историю успеха двух обычных (пусть и не совсем уравновешенных) людей.

Просмотры: 0