Image caption Семья Притцев оказалась в Западном Берлине в 1969 году

Граждане ГДР, пытавшиеся бежать на Запад, часто погибали или попадали в тюрьму. Но власти восточной Германии испытывали столь острую нужду в валюте, что таких беглецов иногда тайно продавали ФРГ.

Даниэлла Вальтер вспоминает ночь, когда она была задержана вместе с родителями при попытке бежать из восточной части Берлина. Это было 13 августа 1961 года. Ей было тогда всего пять лет.

За два дня до этого ее отец Карл-Хайнц Притц, работавший журналистом в редакции педагогического журнала, пришел домой с известием о том, что власти ГДР собираются возвести стену в Берлине, которая разделит восточную и западную части города.

Отец Даниэллы знал, что после этого побег, который он замышлял давно, станет невозможным. Он убеждал жену последовать за ним.

"Она не хотела отказываться от своей работы учительницы, в котором видела весь смысл жизни, но в конце концов согласилась", - рассказывает Даниэлла.

"Отец рассказал нам, что делать и куда идти, и мы укрылись на городском огороде в чьем-то сарайчике. Это было 11 августа, и я помню, как мама велела мне молчать, и как я боялась, что нас найдут".

Побег

Правообладатель иллюстрации Getty Image caption Первоначально стена была из колючей проволоки, но постепенно ее заменили бетоном

На следующую ночь отец появился и пошел к участку границы, который, как он думал, еще не перекрыт стеной. Но оказалось, что там полно пограничников.

"Он звал за собой маму, но она замерла на месте, у нее не хватало смелости последовать за ним. Помню, как я стояла рядом с ней и слышала голос отца".

И тут появились пограничники. "Они возникли из тьмы и схватили отца. Его увели, и я не видела его восемь лет", - говорит Даниэлла.

Ее и мать тоже арестовали и доставили в полицейский участок. Мать приговорили к 9 месяцам тюрьмы за соучастие в попытке бегства, а Даниэллу отправили жить к бабушке и дедушке в деревне Штокхаузен.

"Быть дочерью человека, который пытался бежать за границу, считалось позором, хуже, чем быть дочерью убийцы".

Мои дедушка и бабушка говорили мне: "Если кто-нибудь будет спрашивать, говори, что ты дочь Лило, моей тетки, которая жила в западной Германии".

Новая жизнь

Image caption Даниэлле нравилась жизнь в деревне

Даниэлла быстро привыкла к новой жизни. "Я была по-настоящему счастлива. У нас дома было много животных, включая собаку, и из-за коллективизации все было открыто для всех, никаких заборов или частных владельцев, и я могла гулять, где хотелось".

Когда ее мать освободили из тюрьмы, они переехали в Потсдам, где жить было труднее. Отношения между матерью и дочерью испортились.

"Мать стала довольно нервной, - вспоминает Даниэлла. - Она стала заниматься конной акробатикой и вступила в армейскую команду, выступая во время перерывов на всяких гонках и показах".

Тем временем ситуации в экономике ГДР становилась все хуже. Многие квалифицированные специалисты уезжали на Запад, а Советский Союз выкачивал из страны все, что мог.

К 1964 году финансовое положение страны ухудшилось настолько, что власти тайно ввели торговлю людьми, которую называли haeftlingsfreikauf - (что можно перевести как "торговля освобождаемыми заключенными").

Бартерный обмен

"Между 1964 и 1989 годами ГДР продала ФРГ 33 775 политических заключенных и 250 тысяч родственников, заработав на этом 3,5 млрд марок", - рассказывает историк и писатель Андреас Апельт.

"Обе стороны были заинтересованы в таком обмене - ГДР нуждалась в валюте, а ФРГ хотела спасти людей от содержания в бесчеловечных условиях заключения на востоке", - говорит историк.

Image caption Даниэлла до сих пор считает, что люди в ГДР жили не так уж плохо

Часто заключенных освобождали не за валюту, а за бартерные поставки кофе, меди и нефти.

Однако такие сделки держались в глубоком секрете. Власти ГДР не хотели признавать слабость своей экономики, а ФРГ не хотела, чтобы ее обвиняли в поддержке коммунистического режима.

Людей обменивали в темных закоулках берлинского метро или же посылали через границу на автобусах, у которых регистрационные номера переставлялись нажатием кнопки при пересечении границы.

Освобождение

В 1968 году власти дали согласие на освобождение Карла-Хайнца Притца. "Он провел в тюрьме восемь лет. Его пытали - он не рассказывал, как именно, но здоровья он лишился. Думаю, что он много дней не видел дневного света", - рассказывает его дочь.

После освобождения Притц поселился в Западном Берлине. Вскоре он договорился о том, что его жена и дочь присоединятся к нему.

"Мне не хотелось уезжать, я хотела остаться на востоке с дедушкой и бабушкой, но в приглашении упоминались только жена и дочь. Я думаю, что за нас заплатили 100 тысяч марок".

Их выпустили из страны на вокзале берлинской городской железной дороги на Фридрихштрассе, которая располагалась на границе между восточным и западным Берлином. Это было в 1969 году, когда Даниэлле было 13 лет.

Image caption У Даниэллы сохранилась фотография ее подруги Гудрун

"Меня пришла провожать подруга Гудрун. Мне было очень грустно с ней расставаться. Она сказала, что приедет ко мне повидаться, когда ей будет 60 лет, потому что после 60 лет пенсионерам разрешался выезд из ГДР".

Перейдя границу, Даниэлла и ее мать подверглись допросу разведывательных служб Британии, Франции и США, которые официально управляли западным Берлином.

"Нам задавали все эти вопросы, и мне было неловко, что наша жизнь такая скучная", - вспоминает она.

"Отец ждал нас на той стороне. Я его не узнала, что его очень огорчило. Он плакал". Даниэлла говорит, что ее больше печалило тогда расставание с подругой, а отца она почти не помнила.

Западный Берлин

Жизнь в западном Берлине оказалась для вновь объединившейся семьи трудной. Родители Даниэллы расстались, а сама она с большим трудом привыкала к местной школе.

"В детстве школа является главным в жизни, а мне там очень не нравилось, - рассказывает она. - В ГДР я была отличницей, а тут стала учиться хуже всех. Учительница английского сказала мне, что я никогда не овладею языком".

Даниэлла решила доказать, что учитель ошибается. Она убедила отца заплатить за обучение в языковой школе в Британии.

"Я была для него всем на этом свете, он был готов все для меня сделать", - говорит она.

Лондон

В 1972 году Даниэлла прибыла в Лондон и вскоре начала курс в колледже Голдсмит. На втором курсе она познакомилась с Биллом, вышла за него замуж и у них родилось двое детей. Она живет на юге Лондона в собственном доме.

Image caption Семья Притцев в 1969 году, сразу после приезда в западный Берлин

Сейчас Даниэлле Вальтер уже 59 лет и она работает, как и ее мать, учительницей. Она рада, что смогла уехать из восточной Германии.

"Если бы не мой отец, я бы никогда не приехала в Британию, не встретилась бы с Биллом и не поселилась бы в Лондоне. Но если бы я тогда осталась, уверена, что моя жизнь там была бы счастливой. Государство заботилось о своих гражданах, и я не была противником системы, я до сих пор верю в социализм, мне просто не нравились все эти репрессии и шпионаж".

Хотя она осуждает продажу заключенных, она понимает, почему это происходило. "Конечно, это было довольно позорным делом, но русские выкачивали из ГДР все, что могли, а для ФРГ это была гуманитарная помощь".

Отец Даниэллы скончался в 1996 году, а в 2010 году умерла ее мать. После той ночи на границе в 1961 году их отношения так и не восстановились.

"Она так и не смогла решить, что лучше для нее, - говорит Даниэлла. - И это погубило их обоих".