Здесь мы наблюдали двойственность действия закона. Если бы собрались защитники прав животных или, не дай бог, Навального, их бы разогнали в две секунды, а тут власти, видимо, испугались. Все-таки первого числа в центре Москвы собралось 200 тысяч человек (1 сентября мусульмане отмечали Курбан-байрам. — Прим. ред.). Если бы сейчас начался разгон вот этих нескольких сотен человек (вышедших 3 сентября на акцию протеста против ситуации с мусульманами в Мьянме. — Прим. ред.), нет гарантии, что эти 200 тысяч не собрались бы со всех концов Москвы и не началось бы что-то невообразимое. Если разогнать толпу мусульман, да еще с травмами, то начнутся массовые выступления, может быть, поджоги.

По идее, полиция должна была всех задержать, как обычно на митингах. У нас, даже когда одиночные пикеты, всех хватают. А тут толпа народа собралась, они скандировали лозунги, а потом еще молились во дворе, и их не трогали. А мэрия потом оправдывалась: типа «плакатов не было» и не было нарушений.

Правда, так было и когда дагестанцы убили одного футбольного фаната (речь идет об убийстве Егора Свиридова в 2010 году. — Прим. ред.). По Ленинградке шли полторы тысячи фанатов, и ОМОН их тоже не трогал. Потому что могла возникнуть массовая драка — кому она нужна? Здесь то же самое. Мусульман трогать не стали, позвали чеченцев, те приехали, с митингующими поговорили и разошлись.

У нас избирательно действует закон, власть смотрит на целесообразность его применения.