Правообладатель иллюстрации Getty Image caption Андрей Луговой успешно прошел тест на детекторе лжи в 2012 году, однако теперь его результаты подвергнуты серьезным сомнениям

Проверка Андрея Лугового на детекторе лжи не заслуживает доверия, заявил эксперт на слушаниях в Лондоне по делу об убийстве бывшего сотрудника ФСБ Александра Литвиненко.

В понедельник заседание в Высоком суде было полностью посвящено установлению обстоятельств прохождения теста Лугового на полиграфе - несмотря на то, что в любом случае английское правосудие не признает проверки на детекторе лжи в качестве доказательства.

В тот же день в Москве было объявлено, что Луговой, подозреваемый в Британии в отравлении Литвиненко радиоактивным полонием, получил от президента России Владимира Путина орден "За заслуги перед Отечеством".

В сообщении Кремля поясняется, что Луговой получил награду за свою деятельность в качестве депутата Госдумы. Андрей Луговой, ставший депутатом от ЛДПР как раз после того, как Британия потребовала у России его экстрадиции, является соавтором законопроекта о досудебной блокировке интернет-сайтов.

По мнению правозащитников, этот закон серьезно ограничил свободу слова в России.

Ненадежные выводы

Проверка Андрея Лугового на полиграфе была проведена в Москве в апреле 2012 года - то есть через пять с половиной лет после смерти Литвиненко - британскими полиграфологами Брюсом и Тристрамом Берджессами из компании UK Lie Tests, специализирующейся на проведении тестов с использованием детектора лжи.

Уже на следующий день после теста российские СМИ распространили заявление Лугового о том, что он прошел проверку и она подтвердила его невиновность.

Выступая в понедельник в качестве свидетеля на слушаниях, Брюс Берджесс еще раз подтвердил свои выводы: по его мнению, полиграф показал, что Луговой честно отвечал на заданные ему вопросы.

Однако советник дознания Эндрю О'Коннор и адвокат Бен Эммерсон своими уточняющими вопросами фактически вынудили Берджесса признать, что тот не учел целый ряд обстоятельств, не был подготовлен к проведению теста и допустил ошибки, которые могли серьезно повлиять на выводы.

Профессор Рэй Булл, проводивший по просьбе следствия анализ результата теста Лугового, прямо заявил, что выводы Брюса Берджесса не могут считаться надежными сразу по многим причинам.

Техника контрольных вопросов

Берджесс-старший (его сын Тристрам лишь ассистировал отцу) использовал так называемую "технику контрольных вопросов" - когда испытуемому вперемешку задаются вопросы "по существу" (то есть непосредственно по вменяемым ему обвинениям) и "контрольные" вопросы, обычно касающиеся каких-то важных событий из детства и отрочества.

Правообладатель иллюстрации Science Photo Library Image caption Результаты проверки на полиграфе не принимаются в британских судах в качестве подтверждения правдивости или ложности показаний обвиняемых

В теории, смысл этой техники в том, что невиновного человека "контрольные" вопросы будут волновать больше, чем вопросы "по существу", а с условным "лжецом" все должно быть наоборот.

Испытуемый заранее знает, какие вопросы ему будут задавать. Процедура повторяется три раза, причем за каждым вопросом следует ощутимая пауза около полуминуты.

Брюс Берджесс сформулировал Луговому три вопроса по существу: "Делали ли вы что-либо, что привело к смерти Александра Литвиненко?", "Были ли вы каким-либо образом причастны к смерти Александра Литвиненко?" и "Имели ли вы когда-либо контакт с полонием?".

Девять раз "нет"

На все три вопроса Луговой все три раза отвечал "Нет". Анализируя распечатку теста (три графика дыхания и кардиограмма), Берджесс однозначно заявил, что Луговой ни разу не солгал.

Однако адвокат Бен Эммерсон указал, что даже сами расчеты Берджесса, сделанные от руки на компьютерной распечатке, показывают, что по крайней мере на третий вопрос - о полонии - Андрей Луговой ответил неправду (в двух случаях из трех его "волнение" превышало уровень контрольных вопросов).

Брюс Берджесс не сумел прокомментировать эту несостыковку: он признал, что третий вопрос в принципе сформулирован неудачно (ведь Луговой изначально не отрицал, что сам подвергся воздействию полония), но, якобы, оценка показаний "в целом" заставила его сделать вывод о правдивости Лугового.

Тристрам Берджесс, следивший за поведением Лугового во время теста, подтвердил, что испытуемый слишком много двигался, хотя тест на детекторе лжи подразумевает, что человек должен сидеть максимально спокойно.

Тем не менее, оба полиграфолога в тот момент сочли, что это не повод не доверять результатам исследования.

Привычка отвечать

Профессор Рэй Булл считается в Британии одним из ведущих судебных психологов, и он же - один из главных критиков практики использования детекторов лжи.

В своем заключении для следствия по делу Литвиненко он подробно описывает все слабые и до конца не исследованные стороны использования полиграфов, которые делают их фактически неприменимыми в столь неординарных случаях, как отравление полонием бывшего сотрудника российских спецслужб.

В частности, ссылаясь на ряд научных работ, профессор Булл демонстрирует, что "обмануть" полиграф для специально обученного человека не является большой проблемой.

Кроме того, Рэй Булл напомнил, что Андрей Луговой за прошедшее с 2006 года время много раз выступал на тему своей невиновности, так что в любом случае "привык" отвечать на вопросы по делу Литвиненко "так, как надо".

По мнению эксперта, в "технике контрольных вопросов" самая важная - и сложная - часть теста заключается в формулировании именно этих "контрольных" вопросов. Они не могут быть "нейтральными" - они должны быть достаточно важными и острыми для испытуемого, чтобы возбудить в нем реакцию. Иначе весь тест вообще не имеет смысла.

Однако Брюс Берджесс не только не подготовился заранее к тесту (он, по его словам, вообще не знал, что летит в Москву тестировать Лугового), но на слушаниях продолжал настаивать на том, что контрольные вопросы могут быть какими угодно.

"Опытный лжец"

Тестирование на полиграфе вообще подразумевает достаточно большую роль полиграфолога в интерпретации показаний оборудования, считает Рэй Булл.

Профессор оговорился, что не может считаться специалистом именно в "технике контрольных вопросов", однако выразил сомнение в том, что в случае с Луговым аппаратура показывала действительно значимое различие в уровне реакции на контрольные вопросы и вопросы по существу.

А советник дознания О'Коннор при весьма эмоциональной поддержке адвоката Эммерсона продемонстрировали, что есть серьезные основания не доверять мнению Брюса Берджесса.

У обоих Берджессов нет высшего образования, и они занимаются тестированием на полиграфах как частным бизнесом, пройдя лишь двухмесячные курсы в американской школе полиграфологов Backster в Сан-Диего.

В 2009 году Брюс Берджесс был обвинен в уголовном преступлении - подлоге и препятствовании правосудию, - и был осужден на два года тюрьмы условно.

"Вы опытный лжец?" - спросил его Бен Эммерсон в понедельник.

"Мы все иногда врем", - ушел от ответа свидетель.

Под настойчивыми вопросами Эммерсона Берджессу пришлось признать, что после возвращения в бизнес он сознательно скрывал от своих потенциальных клиентов свою судимость - иначе ему вряд ли бы стали доверять как эксперту по вопросам "правды и лжи".

Посмотреть на Москву

Тестирование Лугового на полиграфе организовал российский журналист Александр Коробко, который считал Лугового невиновным и собирался снять об этом документальный фильм.

За трехдневную поездку в Москву Берджесс получил 5100 фунтов, не считая дорожных расходов, при его обычной таксе за тест на полиграфе в 450 фунтов.

Коробко до последнего момента не говорил ему, кого придется тестировать, и лишь упомянул, что речь идет о "знаменитости" и об убийстве.

Берджесс не скрывает, что рассматривал это предложение как возможность посмотреть на Москву, ради чего по видом ассистента взял с собой в поездку сына, хотя обычно полиграфолог проводит тестирование самостоятельно.

Тристрам Берджесс в понедельник заявил, что не согласился бы проводить тест, если бы заранее знал, что клиентом является Андрей Луговой. В отличие от отца, он признает, что к такому тесту надо было тщательного готовиться.

Следующее заседание в Высоком суде в Лондоне состоится во вторник 10 марта.