Крупнейшая в российской истории приватизационная сделка - продажа госпакета "Роснефти" - может быть "отмотана назад".

Соглашение с Катарским инвестфондом QIA, который вместе с швейцарским трейдером Glencore приобрел 19,5% акций "Роснефти", содержит положение, которое обязывает Россию выкупить долю обратно в течение 10 лет.

Об этом в среду сообщает The Wall Street Journal со ссылкой на источники, знакомые с условиями продажи.

Такой формат сделки устраивал обе стороны, отмечают источники WSJ: в России против приватизации выступал глава "Роснефти" Игорь Сечин.

Катар же купил пакет, который не дает ему права ни участвовать в управлении, ни влиять на размер дивидендов, и его интерес заключается лишь в том, чтобы попытаться перепродать акции дороже.

Об обратном выкупе договорились лично президент России Владимир Путин и эмир Катара Тамим бен Хамад Аль Тани, утверждают источники.

Для России сделка, которая подавалась как победа над злопыхателями и прорыв международной экономической изоляции, стала по сути кредитом на сумму 10,2 млрд евро, которое правительство получило для латания дыры в федеральном бюджете, отдав в залог акции крупнейшей нефтедобывающей компании страны.

Катарский суверенный фонд, напомним, вложил в сделку 2,5 млрд евро собственных средств. Glencore, подконтрольная Катару, - еще 300 млн евро. Оставшуюся сумму предоставил итальянский банк Intesa, которому, в свою очередь, под 0% годовых кредит на 3 года в марте 2017 года выдал ЕЦБ.

Де-факто Катар стал посредником по получению денег Россией через итальянский банк, а сделка изначально проводилась в непрозрачном режиме с запутанной структурой, говорит управляющий GL Asset Management Сергей Вахрамеев.

Так, конечным держателем акций "Роснефти" стал сингапурский офшор QHG Shares, созданный по принципу "матрешки" - с использованием четырех "компаний-прокладок". Две из них (QHG Investment LLP и QHG Holding) зарегистрированы в Великобритании, одна - в Катаре (Qatar Holding), еще одна - на Каймановых Островах (QHG Cayman). Причем конечные бенефициары последней неизвестны.

Опцион на обратный выкуп может быть выгоден для Катара: при его наличии британские компании, созданнные под сделку, смогут не платить доход с капитала, объясняет Вахрамеев.

Ни Glencore, ни QIA не подтвердили соглашения об обратном выкупе.

Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков назвал возможность вернуть акции "Роснефти" в собственность государства "эвентуальными рассуждениями", в возможности которых тут же усомнился.

Источник РБК, утверждающий, что знаком с условиями приватизации, сообщил, что обратный выкуп был предусмотрен, но рассматривался как запасной вариант на тот случай, если Intesa не предоставит финансирования.

"Если нет денег, акции возвращаются обратно", - сказал источник. Теперь же, по его словам, риск миновал - деньги пришли; более того, итальянский банк уже синдицирует этот кредит.

Впрочем, пока желающих присоединиться к финансированию сделки с "Роснефтью" не нашлось.