В понедельник, 7 декабря, в Донецком городском суде Ростовской области продолжится судебное заседание по делу украинской военнослужащей Надежды Савченко, обвиняемой в причастности к убийству двух российских журналистов летом прошлого года под Луганском, где она якобы вела корректировку огня, а также незаконном пересечении российской границы. Все стороны процесса ждут скорого приговора, который, скорее всего, будет обвинительным и очень суровым, и в зале суда нарастает напряжение.

Приговор украинской военнослужащей Надежде Савченко может быть вынесен до конца 2015 года, и он "будет суровым". Это в прошлую пятницу заявил официальный представитель Следственного комитета России Владимир Маркин в интервью радиостанции "Вести FM". В то же время защита Савченко еще даже не начала представлять свои доказательства – написал в своем Twitter адвокат Надежды Николай Полозов:

Слушания по делу Надежды Савченко продолжаются с 22 сентября. 3 декабря гособвинение завершило представление доказательств по делу, напоминает журналист Радио Свобода Антон Наумлюк, по-прежнему следящий за ходом всех заседаний:

– Сторона обвинения закончила представлять свои доказательства и опрашивать свидетелей, показания которых, по мнению прокуроров, должны были доказать вину Надежды Савченко. В первую половину дня последнего заседания были допрошены уже не свидетели, а авторы экспертиз, которые запрашивала сторона обвинения. Они касались совершенно разных вопросов – анализа взрывов, которые можно наблюдать на видеопленке того боя, когда Надежда Савченко была захвачена в плен, и еще другие. Вторая половина дня была посвящена перечислению документов, которые адвокаты хотят зачитать в суде. Впоследствии эти документы будут использованы во время прений. Те документы, которые не были оглашены до этого, в прениях учитываться не будут. Список их составляет 11 страниц. Скорее всего, именно этим займется сторона защиты на ближайших нескольких заседаниях. Но уже точно ясно, что в понедельник будет допрошен основной свидетель защиты – сестра Надежды Вера Савченко. У нее были проблемы при пересечении границы, когда она до этого хотела участвовать в заседании. Ее несколько раз останавливали на границе, не допускали в Россию. В итоге она все же здесь побывала, съездила в Чечню на процесс по делу Николая Карпюка и Станислава Клыха, также украинцев, которых судят сейчас в суде Грозного. И, наконец, она должна будет выступить 7 декабря в защиту своей сестры, в качестве свидетеля. Есть один нюанс: когда Вера Савченко была в Грозненском суде, в ее отношении было возбуждено уголовное дело за оскорбление суда. Грозненский судья, который ведет процесс Карпюка и Клыха, посчитал, что она оскорбила его публично в зале заседания. Это было занесено в протокол. И в соответствии с этим было возбуждено уголовное дело. Теоретически это может помешать Вере Савченко, единственному пока свидетелю защиты, выступить на процессе ее сестры.

Еще одним свидетелем защиты может стать специалист по обмену пленными Владимир Рубан, который предпринимал попытку обменять Надежду Савченко, когда она была в плену в Луганске у батальона "Заря", который тогда возглавлял нынешний глава самопровозглашенной ЛНР Игорь Плотницкий. Однако, несмотря на то что адвокаты заявляли его в этом качестве в самом начале суда, по всей видимости, что-то изменилось, и сейчас его выступление – под большим вопросом. Других свидетелей защиты, показания которых есть на руках у адвокатов, вызвать в суд представляется очень затруднительным, потому что это в основном военнослужащие украинского батальона "Айдар", в котором служила и Надежда Савченко до того, как была взята в плен. Ясно, что появляться им на территории РФ, мягко говоря, небезопасно. Адвокаты это понимают и, в общем, даже их не заявляют.

– Сторона защиты подчеркивала, что у нее есть большое количество документов, которые она готова предоставить, потому что не все они были обнародованы в суде. О каких именно доказательствах идет речь?

– В материалах дела есть документы, которые были получены от украинской стороны, но все они датированы (и были переданы в суд) до марта 2015 года. Вообще из анализа материалов дела создается впечатление, что в марте дело было переконструировано и обвинения были смещены. Были допрошены повторно практически все свидетели, переписаны протоколы их допросов во время предварительного следствия. И в итоге обвинительное заключение вышло совсем другим, чем, по всей видимости, предполагалось изначально. Появились несколько "беженцев" из поселка Металлист, которые тоже признаны потерпевшими от якобы действий Савченко. В марте месяце прекратилось следствие, которое велось до этого, и началась совсем другая история. В материалах дела есть все документы от украинской стороны, переданные по линии взаимодействия судебной системы двух государств и их следственных органов. А вот после марта ни одного документа в деле больше нет. Несколько сотен документов, которые имеются на руках у адвокатов, это документы, полученные уже после марта. Есть большая вероятность, и адвокаты этого опасаются, что судья не захочет их приобщить к делу. А это значит, что их невозможно будет использовать в прениях. И при вынесении решения они не будут учитываться. А это достаточно важные документы экспертизы, например, звонков Надежды Савченко Вере, ее сестре, звонков руководству батальона "Айдар" – по всей видимости, они были сделаны уже после того, как она была взята в плен и до того, как начался обстрел, во время которого погибли российские журналисты Игорь Корнелюк и Антон Волошин.

​– Если вернуться к уже завершившемуся этапу судебных слушаний, а именно к представлению своих доказательств стороной обвинения, то какие наибольшие нарекания вызывает у стороны защиты то, то было сказано и показано в суде?

– Основные нарекания вызывает, во-первых, то, что ни один свидетель не заявил, что видел Надежду Савченко на телекоммуникационной вышке – в единственном месте, с которого, по мнению экспертов, можно было наводить огонь на перекресток у поселка Металлист в районе Луганска. А ведь Савченко предъявляется обвинение именно в корректировке этого огня, от которого погибли российские журналисты и могли пострадать мирные беженцы, находившиеся в тот момент на месте обстрела. Ни один свидетель не сказал, что она там была. По мнению адвокатов, это свидетельствует о том, что все доказательства вины, которые представляют прокуроры, носят косвенный характер. Сейчас место этого обстрела находится в зоне соприкосновения вооруженных сил Украины и вооруженных формирований самопровозглашенной ЛНР. Попасть туда практически невозможно. Несмотря на то что адвокаты делали такие запросы, ходатайствовали о проведении следственного эксперимента на месте. Вышка эта давно уже взорвана. Она лежит на земле, причем непонятно, когда она была уничтожена. Может быть, и до того, как Савченко попала в плен, случились эти события. Для того чтобы это выяснить, нужно побывать на месте. Естественно, что никому из адвокатов, несмотря на то что они пытались привлечь и ОБСЕ для сопровождения на место, никто этого не разрешил.

Вторая основная претензия, которая предъявлялась стороной защиты, – это, конечно, закрытый характер допроса главы самопровозглашенной республики ЛНР Игоря Плотницкого. Как выяснилось буквально на днях, суд приглашал Плотницкого выступить в суде аж 16 января 2016 года. Непонятно, почему именно такая точная дата была указана в приглашении суда. С чего судьи решили, что процесс продлится настолько долго и Плотницкому надо будет приехать именно в это время? Тем не менее, когда Плотницкий прибыл в Донецк Ростовской области в суд, он запросил закрытый характер его допроса. Ему было разрешено. Основания, которые он представил в письменном виде, касались защиты его жизни и здоровья. Он посчитал, что что-то ему здесь угрожает. Суд с этим согласился. Тем не менее, публично и в самом суде Плотницкий заявил, что никакой опасности он не видит, и это решение было чисто политическим, чтобы СМИ не могли осветить этот процесс досконально, как они освещают сейчас. А он был основной свидетель обвинения. Он мог рассказать очень многие подробности, нюансы, например, по факту якобы незаконного пересечения границы подсудимой – поскольку обвинение настаивает, что Плотницкий добровольно сам отпустил Надежду Савченко: приказал отвести ее к границе с Россией, отдать ей телефон и отпустить. После этого, по мнению прокурора, Савченко незаконно перешла границу, прикинувшись беженкой из Луганска. Но, по всей видимости, Плотницкий либо этого не сделал, либо сделал как-то так, что ему не поверили и не смогли донести до СМИ его высказывания в положительной форме. Совершенно непонятно, что он сказал на этом допросе конкретно.

– Судебное заседание идет уже долго, не говоря уже о том, сколько времени вообще Надежда Савченко находится в заключении. Любой суд такого рода – это всегда еще и некое организованное государством театральное действо, направленное вовне. Произошли ли за все время какие-то изменения в зале, в настроениях, в поведении суда, в поведении обвинения, в поведении защиты, в первую очередь, конечно, в поведении самой Надежды?

– Надежда Савченко ведет себя так же, как и с самого начала. Она очень жестко пытается пресечь все попытки обвинения или суда давить на нее. Но постепенно терпение ее явно иссякает, так же, как и терпение адвокатов. Начинаются словесные перепалки. Если до этого адвокаты, в принципе, терпели постоянные отводы ходатайств, которые они заявляли, то сейчас они прямо указывают на то, что суд и сам процесс носят необъективный характер. И судья заведомо стоит на обвинительных позициях. Несколько последних заседаний сопровождались постоянными отводами и составу суда и составу обвинения, причем это и адвокаты делали, и сама Надежда Савченко, периодически терявшая выдержку и кричавшая, что это судилище, а не суд, требовавшая удалить прокуроров и судей из зала суда.

Нарастание напряжения чувствуется

Нарастание напряжения чувствуется. Во всем остальном – в зале суда находятся все те же люди, которые с самого начала наблюдают процесс. Это журналисты нескольких российских и украинских СМИ, которые периодически приезжают на процесс, освещают его эпизодически, и украинские консулы из Ростова-на-Дону, которые практически каждое заседание в зале суда пытаются поддержать Надежду Савченко. Очень изредка приезжают сотрудники различных посольств и консульств европейских стран. Последние, например, были из Эстонии. Самое главное – это напряжение между защитой и обвинением, на стороне которого, по мнению адвокатов, стоит и суд, – рассказывает Антон Наумлюк.