Жители Ниццы после теракта, 15 июля 2016 года Фото: Valery Hache / AFP / Scanpix / LETA

Во время празднования Дня взятия Бастилии в Ницце 14 июля произошел теракт. 31-летний француз тунисского происхождения въехал на грузовике на набережную, полную людей. По последним данным, погибли 84 человека, сотни пострадали, 18 — в крайне тяжелом состоянии. «Медуза» собрала свидетельства очевидцев о происходившем на Английской набережной в Ницце.

Публицист, телеведущий

«Хотел написать про хорошее, заготовил видеофрагменты — на площади Массена играют Равеля, под конец, чтоб зритель отдохнул, дают „Болеро“, и старушки танцуют… а потом салют. Но придется писать о плохом. Поскольку автобусы в Ницце после девяти вечера практически не ходят, только ночные, кругалями, я стал заранее выбираться из густой толпы на Английской набережной, не дожидаясь конца фейерверка. А потом перешел на другую сторону, иначе было не пробиться, настолько все плотно. И через несколько минут услышал (сквозь ревущий рок — звуковое сопровождение праздника) какие-то тупые хлопки и громкие взвизги. Люди на той стороне разбегались кто куда, многие — на берег моря. Что видел своими глазами — женщина лежит, валяется велосипед. Мгновенные сирены, добровольцы тормозили машины, чтобы дать проехать скорым и полиции. Все бежали. Многие рыдали. Говорят, теракт: грузовик врезался в сплошную толпу».

«Там было очень много людей, пришедших праздновать День взятия Бастилии. И вдруг, совершенно неожиданно, на улицах началась страшная паника. Все бежали со стороны [отеля] „Негреско“, где проводился, проводится джазовый фестиваль. Я потеряла в толпе своих тетю с дядей, я их искала, и никто не понимал, что происходит. Был полный хаос. Люди кричали, дети плакали, сотрудники сил безопасности переговаривались по рациям. Я совсем немного говорю на французском, но я слышала повторяющееся слово „сюиси“, „сюиси“, то есть суицид. Я думала: „Господи, что происходит?!“ Это полное безумие… Я и моя семья — мы были у отеля „Негреско“ всего за 20 минут до того, как все произошло. Мы были так близко. Все это произошло в такой хороший вечер. Это такой парадокс. Так страшно».

Журналист

«Я приехал сюда отдохнуть на выходные, хотел впервые увидеть национальный праздник во Франции. <…> Я стоял на балконе своего отеля. Фейерверк только что закончился. Вдруг выехал белый грузовик. Это было странно, поскольку улицы были перекрыты для движения. Грузовик ехал очень медленно, некоторые люди кричали. Все это показалось странным, поэтому я стал снимать происходящее на телефон. К грузовику подъехал мотоциклист и, видимо, попытался прямо во время движения открыть дверь водителя. Все это было как в кино. На перекрестке полицейские открыли огонь, после этого водитель прибавил газа и начал давить людей. Я не могу судить, почему это произошло — из-за стрельбы или он так изначально планировал».

«Мы смотрели салют, сидя на ограждении у пляжа. Там были тысячи людей, в том числе много семей с маленькими детьми. Когда салют кончился, мы пошли обратно по Английской набережной. Там не было машин и обе полосы проезжей части полностью занимали пешеходы. <…> Внезапно с другой стороны мы увидели белый грузовик, он очень быстро ехал и петлял из стороны в стороны. Я сразу понял, что он задавит людей, он ехал прямо на толпу. Люди стали разбегаться. Я никогда не видел такой паники. Нас снесло толпой, и мы смогли добраться до отеля».

Писатель

«Вдруг мы увидели людей, в панике бегущих по Английской набережной. Паника набирала силу… это были семьи, сотни, сотни и сотни людей. Затем внезапно люди, охваченные паникой, побежали с другой стороны. Я никогда не видел такой паники. Я никогда не видел такого хаоса, истерики и страха и полного отсутствия информации о том, что происходит».

Журналистка, находилась в кафе рядом с набережной

«Все были абсолютно шокированы, я увидела, что люди вдруг стали убегать и кричать. Люди кричали: „Это теракт, это теракт“, было очевидно, что водитель делает это намеренно. Я прошла почти милю (около полутора километров — прим. „Медузы“), и везде были тела погибших. <…> Я встретила двух сестер с их братом, все из Польши, они скорбели о своих близких родственниках. Самый младший плакал, а другие не знали, что им делать. <…> Среди жертв было так много мусульман, я видела платки на их головах, некоторые люди говорили по-арабски. В одной семье погибла мать, ее родственники называли ее мученицей на арабском».

Находилась на балконе отеля с видом на набережную

«Я схватила своего сына, я хотела укрыть его и не дать ему увидеть это. Он по-настоящему потрясен. Люди не должны видеть таких вещей. <…> Через несколько мгновений после выстрелов все замолкло, наступила жуткая тишина, в ней можно было расслышать вой, крики и плач».

Корреспондент «Би-би-си»

«Я бы для описания произошедшего выбрал выражение „разверзлись врата ада“. Я смотрел салют, посвященный Дню взятия Бастилии, на Английской набережной, там были тысячи людей. Была атмосфера праздника, много веселья, люди радовались. <…> Я услышал… я не могу точно сказать — то ли взрыв, то ли удар рядом с отелем, и затем закричали люди. После этого последовало то, что мне показалось выстрелами. Я не могу сказать этого с уверенностью».

Максим Костенко

«Мы сидели с друзьями в ресторане на параллельной Английской набережной улице — праздновали замужество нашей подруги. Все началось мгновенно: ресторан буквально смела бегущая толпа людей. Они неслись совершенно обезумевшие, сыпались стулья, посуда, переворачивались столы. Вначале мы подумали, что это какая-то игра или флэшмоб. Помню, даже успели посмеяться. Но буквально через несколько секунд уже было не до смеха: стало понятно, что происходит что-то страшное. Толпа разбросала всю нашу компанию. Я не знаю, куда делись мои друзья. Потом выяснилось, что кто-то прятался за пальмой, а кто-то — вообще в море. Меня и еще нескольких человек впустили в подсобное помещение ресторана. И мы там сидели. Работники ресторана сказали, что так безопаснее. С улицы слышались выстрелы, но я не знаю, кто стрелял. Где-то через час нам позволили разойтись. Моя квартира за углом. Я быстро оказался дома и до утра искал своих друзей. До сих пор не могу поверить, что все это случилось не в кино, а с нами, реальными людьми».