Кто выступил организатором «протестных гуляний» перед Кремлем осталось неизвестным. Идея распространялась по социальным сетям без особенной поддержки, сама акция не координировалась практически никем и ничем, кроме телеграм-чата, на 80% состоящего из флуда. Очевидно поэтому, если судить по тому, кто составлял большинство на Манежной площади, в это воскресенье можно было наблюдать «протестные гуляния» полиции. Подробности — в репортаже Открытой России.

С самого утра Манежка была перегорожена металлическими заборчиками — полиция готовилась как могла: сообщения в соцсетях о подготовке несогласованной акции, предупреждение прокуратуры и МВД о ее незаконности и не сказать, чтобы триумфальная работа на акции 26 марта, очевидно, побудили московское УВД к серьезной активности: охрана Манежной и Красной площадей была усилена ОМОНом и бойцами Росгвардии.

Манежная площадь, 2 апреля 2017. Фото: Василий Максимов / AFP

К 12 часам, заявленному времени начала акции, на Манежной было довольно многолюдно — несколько десятков журналистов и сотрудники полиции стояли порознь, а оперативники в штатском никак не могли определиться, на каком фоне — прессы или коллег — им лучше затеряться. Эта нерешительность, а также торчащие из карманов работающие рации, совершенно безжалостно разрушали всю конспирацию. Оппозиционеров на месте действия не обнаружилось.

Воскресный протест получил некоторую динамику полчаса спустя. В 12.30 на площади появился человек с российским триколором, который он гордо воздел и начал демонстративно ходить с поднятым флагом вдоль Охотного Ряда. Некоторое время его сопровождал эскорт, состоящий из нескольких десятков соскучившихся и замерзших журналистов, но продолжалось это недолго: набегавшись и согревшись, акулы пера возвращались на исходные позиции. А потом, вслед за первым оппозиционером объявился и первый провокатор.

Человек в шапке-ушанке, возник на площади как будто ниоткуда, сразу оказавшись в центре внимания, открыл рот и начал кричать: «Кто тут против Путина? Выходите, поговорим!» Журналисты смотрели на оратора странно, но признаваться в нелояльности не торопились. Тогда провокатор перешел от призывов к повествованию: сообщил, что нежно любит Россию, но еще более — лично Путина. От оратора начали понемногу отодвигаться — не спасал даже патриотический головной убор. Тогда путинский заступник снял свою ушанку — и преобразился: устало вздохнул и совершенно спокойно, без следа недавней экзальтации сообщил, что, вообще-то, он адекватный. Завершить исповедь ему не дали: сразу после этого признания налетевший отряд полиции мгновенно скрутил очеловечившегося носителя духовных скреп.

Тем временем, на площади начал собираться народ. Из-за того, что противников действующей власти пришло примерно столько же, сколько жаждущих встать на ее защиту сторонников, вместо протестного мероприятия получилось нечто вроде дискуссионного клуба под открытым небом. С ролью болельщиков прекрасно справлялись оперативники в штатском, которые бегали вокруг собравшихся в небольшие группы «народных политологов» и, как могли, подстрекали участников перейти уже от слов к делу. От них лениво отмахивались, не прерывая дискуссии.

Впрочем, применение физической силы на Манежной площади, все-таки, произошло. В одном из «политических кружков» одиннадцатиклассник рассказывал журналистам о том, почему он пришел 26 марта, и что побудило его снова выйти на улицу через неделю. Рассказывал складно и увлекательно, поэтому рассредоточившиеся журналисты начали понемногу стягиваться к юноше. Провластные оппоненты не могли смириться с успехом противника, поэтому нивелировали его самым органичным и верным своим способом — выпустив на 18-летнего юношу усатого поединщика с кулаками. Мгновенно возникшая полиция восстановила спокойствие в дискуссионном клубе, скрутив обоих. Правда, усатого почти сразу же отпустили — очевидно, в связи с тем, что провластных ораторов было, все-таки, поменьше.

Манежная площадь, 2 апреля 2017. Фото: Никита Швецов / AFP

Вообще, несмотря на грозные предупреждения о незаконности и уголовное дело о призывах к массовым беспорядкам, возбуждением которого прокуратура отметила День дурака, полиции было сравнительно немного, и была она достаточно миролюбива. Небольшой ПАЗик-автозак в окружении десятка скучающих полицейских вместил всех задержанных на Манежной площади, причем с большим запасом.

Попытка воздействовать на граждан победоносным голосом рупора, хоть и была предпринята, но больше для проформы: полицейского, который попытался убедить собравшихся в том, что незаконная акция — незаконнна, слушатели встретили настолько оглушительным равнодушием, что он почти сразу же убрал мегафон и в расстройстве покинул площадь.

Тем временем, количество участников, наконец, превысило количество журналистов. Часы показывали половину третьего, примерно в это же время на Тверской улице собирались соратники Марка Гальперина, практикующие «прогулки оппозиции» — еще одно регулярное, но немногочисленное протестное мероприятие. Они решили примкнуть к «протестным гуляниям», предварительно совершив от Маяковской до Манежной площади «прогулку оппозиции». Но план не был выполнен: прямо на Тверской всех прогуливающихся оппозиционеров решительно и довольно грубо задержали и отправили в автозаки.