Второе полугодие 2017 года ознаменовались крахом двух крупнейших банков: 28 июля была отозвана лицензия у банка «Югра», а во вторник 29 августа Банк России объявил о том, что один из крупнейших российских банков с активами около 2,5 трлн рублей будет взят на санацию Фондом консолидации банковского сектора (ФКБС). О том, какие тенденции являются определяющими в сегодняшней российской экономике корреспондент Русского Монитора поговорил со Славой Рабиновичем – финансистом, руководителем компании Diamond Age Capital Advisors, известным российским политическим обозревателем.

Согласны ли Вы с теми людьми, которые говорят, что после удачно проведенной операции по санации банка «Открытие» российской финансовой системе ничего не угрожает?

Нет, абсолютно не согласен. Давайте для начала не будем повторять за СМИ и Центробанком те некорректные формулировки, которыми описывается это событие. Речь идет, прежде всего, не о санации банка «Открытие», а о его национализации. Так как санация банка «Открытие» производится не каким-то частным банком, а производится самим ЦБ, в результате чего главным акционером ФК «Открытие» становится ЦБ, то есть мы имеем дело с чистой национализацией.

Многие не отдают себе отчета в том, что ФК «Открытие» не просто банковская структура, а финансовый институт, который, по многим своим параметрам, приближается к огромному хедж-фонду (что-то похожее на бывший инвестиционный банк Lehman Brothers, который упал в середине сентября 2008 года). В случае с Lehman Brothers, это инвестиционный банк, в случае с банком ФК «Открытие», это универсальный банк, который объединяет черты как коммерческого, так и инвестиционного банка. Но самое главное, – в обоих случаях, эти структуры стали похожи на огромные хедж-фонды, которые очень сильно залевереджированы (то есть, в своей деятельности используют огромные заемные средства). И на книгах «Открытия» – этого квазихедж-фонда, в его инвестиционном портфеле, находится огромное количество корпоративных долгов российских компаний в виде облигаций или кредитов. В итоге после национализации «Открытия», государство становится владельцем тех активов, которые находятся на его книгах. Речь идет об огромном количестве обязательств корпоративного сектора.

Какого качества эти активы?

Есть и хорошие, есть и плохие, но с использованием большого кредитного плеча. Если бы всё это рухнуло, то падало бы это на обеих сторонах: и на стороне пассивов, и на стороне активов. То есть при банкротстве ФК «Открытие» в состоянии банкротства оказалось бы всё, что находится у него на книгах: все долги российских компаний, а также огромное количество кредитов и вкладов, как компаний, так и физических лиц.

«…Приходится констатировать, что, на сегодняшний момент, процесс огосударствления экономики перешел в терминальную стадию»

Значит, получается, что с «Открытием» Центробанку все-таки удалось избежать катастрофического сценария?

Государство в сложившихся условиях поступить иначе просто не могло потому, что падение «Открытия» стало бы сильнейшим ударом по всей российской финансовой системе. И могло спровоцировать финансовый кризис огромнейшей амплитуды.

Что касается катастрофического сценария, то он в самом разгаре своего развития. И дело вовсе не в ситуации с «Открытием», это все частности. А самое главное то, что в стране семимильными шагами набирает процесс огосударствления экономики. Чтобы понять, почему это очень плохо: давайте вспомним, что представляла собой Российская финансовая система к началу 2000х годов. В те годы она была поделена в основном на коммерческие и инвестиционные банки и, в этом смысле, больше походила на американскую модель – где коммерческие банки отделены от инвестиционных банков и наоборот (в Америке это происходило в силу действовавшего закона, который называется Glass—Steagall Act). Исключение составляли лишь несколько структур, вроде «Альфа Банка» и «Альфа Капитала», которые принадлежали одной структуре «Альфа». Но, в большинстве случаев, такие банки как «Менатеп», «СБС Агро», «Российский кредит», занимались коммерческим банкингом. С другой стороны – были независимые инвестиционные банки, из которых самым старым и самым значительным был «Тройка Диалог». В первом эшелоне подобного типа банков находились такие структуры, как «Brunswick», «Ренессанс Капитал», «Объединенная финансовая группа» (UFG), а дальше шли инвестиционные банки второго эшелона: «Атон», «Проспект», «Ринако плюс» и другие. То есть, российская финансовая система, несмотря на свою молодость, активно развивалась.

«Под предлогом огосударствления, или даже прямой национализации, мы видим, как кучка воров и бандитов приватизирует финансовые потоки…»

А в следующие 20 лет происходило следующее: «Тройка Диалог» – старейший инвестиционный частный банк, был куплен государственным Сбербанком. UFG была куплена Дойче банком, просуществовала какое-то время, но после начала российской агрессии против Украины Дойче Банк фактически прекратил все операции на российском рынке. Независимый инвестиционный банк Brunswick был куплен швейцарским банком UBS, его судьба очень похожа на ситуацию с UFG и Дойче банком (он был абсорбирован внутри UBS, потом UBS вышла из России). Такая же участь постигла «Атон» и UniCredit. То есть, мы видим, что практически все независимые инвестиционные банки к сегодняшнему дню прекратили свое существование в России. А те, которые остались – являются всего лишь инвестиционными подразделениями государственных банковских структур. Как «Тройка Диалог», которая сегодня является подразделением Сбербанка и называется Сбербанк КИБ, или «ВТБ Капитал», структура, которая была создана внутри банка «ВТБ». На этом примере очень хорошо видно, что российская финансовая сфера претерпела колоссальные изменения, вместе со всей экономикой России, так как все остальные сферы экономики претерпевали схожие процессы. К примеру, ещё в начале двухтысячных существовала частная нефтяная компания «Сибнефть» с крупной долей, принадлежавшей Millhouse Capital UK Ltd Романа Абрамовича, которая была продана «Газпрому» за 13 млрд долларов. В итоге мы сегодня имеем структуру, которая называется «Газпромнефть» и является государственной компанией, частью «Газпрома». Не говоря уже о таких случаях, как история с ЮКОСом, который был просто разгромлен, а лучшие его мощности были украдены и сейчас являются частью государственной «Роснефти». Приходится констатировать, что, на сегодняшний момент, процесс огосударствления экономики перешел в терминальную стадию.

«… дальше у нас все будет примерно так «стабильно», как в Венесуэле»

Некоторые не видят в этих тенденциях ничего плохого: мол экономика при госкапитализме будет стабильнее…

Стабильной подобная экономическая модель может быть только в таких странах, как КНДР, но тогда нужно было сразу строить КНДР, начиная с 1991 года. А теперь это нереально, так как путинский режим неэффективен (в данном аспекте, к счастью) во всех своих проявлениях. Более того – в отличие, например, от Чили времен Пиночета, где, несмотря на диктатуру, была достаточно эффективная экономика, и не было коррупции – существующий в России режим даже государством назвать нельзя. Так как большинство признаков государства в этой стране давно разрушены, а так называемая «элита» цепляется за власть только с одной целью – продолжать воровать. Поэтому я давно уже отказался от этого термина, и предпочитаю называть это явление путинской ОПГ. И смысл всего этого огосударствления экономики заключается лишь в том, чтобы путинская ОПГ, захватившая государство, могла от лица государства наложить лапу на национальное достояние всех россиян, будь то их частные компании, или общие природные ресурсы, или даже бюджет страны. Под предлогом огосударствления, или даже прямой национализации, мы видим, как кучка воров и бандитов приватизирует финансовые потоки как бы государственных компаний, перекладывая убытки на плечи населения, которое оплачивает все издержки этой «стабильности», включая войны, скрытые налоги на содержание чудовищно неэффективного чиновничьего аппарата и руководства т.н. «госкорпораций», а взамен это население получает плохое качество за высокие цены, воровство и коррупцию. Поэтому дальше у нас все будет примерно так «стабильно», как в Венесуэле. Особенно в средней перспективе, когда мир всё больше и больше будет отказываться от энергоносителей, экспортируемых Россией.

«…для начала стоит осознать тот факт, который и так известен тем, кому полагается это знать: российская финансовая система – банкрот»

Что значит для клиентов и вкладчиков «ФК Открытие» новость о его национализации?

Национализация банка «Открытие», для его вкладчиков и клиентов в краткосрочной перспективе, это неплохая новость. Банк национализирован, правительство не применило никаких жестких схем типа bail-in (когда от вкладчиков требуется частично или полностью поменять свои вклады на акции банка), депозиты, вклады и счета не заморожены. Поэтому здесь и сейчас – для этих людей и организаций национализация банка является спасением. Если смотреть с точки зрения экономики в целом, то опять же – с одной стороны, правительство не допустило обрушения одного из крупнейших банков, а с другой стороны, чтобы заткнуть дыру, размер которой на данный момент неизвестен, правительству придется включить станок и напечатать очень много денег.

«…ФК «Открытие» не просто банковская структура, а финансовый институт, который, по многим своим параметрам, приближается к огромному хедж-фонду»

Ну а так как эти ребята печатают деньги не того цвета (деньги правильного цвета печатают в Вашингтоне, где находятся эмиссионный центр доллара), то сколько они рублей напечатают – ровно столько же инфляция и падение курса вытащат из покупательной способности всех тех, кто использует рубль в качестве расчетной единицы.

Кстати, стоит упомянуть, что «Открытие» в свое время поглотило «Номос-банк». Это был хороший, крепкий, частный банк. У него были хорошие акционеры (мажоритарным акционером банка была «Группа ИСТ» (владелец Александр Несис). И у них, вместе с консорциумом международных инвесторов, был контрольный пакет «Номос-банка». Несколько лет назад они продали свою долю в «Номос-банке», который в тот момент находился в отличном состоянии, за очень хорошие деньги, банку «Открытие». После «Номос-банк» влился в структуру «Открытия», вместе со своими активами и пассивами, и вместе со своими клиентами и сотрудниками. И сегодня всё это разрушено, обанкрочено, и, в завершение всего, национализировано. Когда-нибудь это станет ещё одним хрестоматийным примером уничтожения хороших бизнесов, частной собственности и частной инициативы в стране. Всего того, что лучше всего умеет уничтожать Путинская ОПГ.

А что значит для нашего населения национализация банков в стратегической перспективе?

Для того, чтобы оценить стратегическую перспективу, для начала стоит осознать тот факт, который и так известен тем, кому полагается это знать: российская финансовая система – банкрот.

И если сегодня кто-то ещё держит в нескольких банках суммы, не превышающие 1 400000 руб., и думает, что его средства в безопасности – то он очень сильно ошибается, надеясь на то, что Агентство по страхованию вкладов надежно гарантирует сохранность его вкладов. Когда посыплется вся российская финансовая система, когда наступит момент «Х» и условный Андрей Костин выйдет и скажет, что условный ВТБ – банкрот, а за ним выйдет условный Герман Греф и скажет, что условный Сбербанк – тоже банкрот, потому что кросс-связи между двумя этими банками и, соответственно, кросс-риски, очень велики. А такое событие с большой вероятностью произойдет в будущем. Тогда, я вас уверяю, следом выйдет человек из АСВ, который разведет руками, и скажет, что они тоже банкроты.

«…у российских вкладчиков есть два самых известных способа хранить деньги: первый это в банке (трехлитровой), если денег немного. И второй способ: это в иностранном банке, если денег много»

Получается, что, в таких условиях, людям, у которых есть какие-то рублевые сбережения в российских банках, следует подумать о том, чтобы купить на них доллары, и инвестировать, или просто положить где-то на депозит за пределами России?

Лично я это сделал еще три года назад, когда я закрыл все свои счета во всех российских банках кроме одного и держу там незначительные средства (несколько десятков тысяч руб.), для того, чтобы платить за коммуналку, мобильную связь и интернет. Поэтому у российских вкладчиков есть два самых известных способа хранить деньги: первый это в банке (трехлитровой), если денег немного. И второй способ: это в иностранном банке, если денег много.

В трехлитровой банке хранить, наверное, лучше тоже не в рублях?

Я бы вообще не рассматривал рубль в качестве расчетной единицы для каких-то долгосрочных или даже среднесрочных целей.

Вы говорите, что у нас будет как в Венесуэле – россиянам придется вспоминать навыки стояния в очередях за туалетной бумагой?

Для начала ответьте себе на вопрос – откуда берутся товары в российских магазинах? Ведь при Путине Россия не производит вообще ничего, кроме традиционной номенклатуры своего сырьевого экспорта. Страна за всю историю своего существования не смогла построить нормальный автомобиль. Да что там автомобиль, туалетную бумагу нормального качества не производят. Соответственно на импорт всех этих товаров нужна валюта. И как только валюты в стране не станет, после того, как цены на нефть и газ упадут (такое не раз уже было в истории СССР и России) – все это не на что будет покупать. И это значит, что россиянам придется стоять в очередях буквально за всем – как в СССР, или как сегодня в Венесуэле, как только цены на нефть и газ, а вместе с ними и валютная выручка в РФ упадет ниже минимального уровня, необходимого для поддержания импорта без кризисного валютного контроля. Этот день относительно близок по объективным причинам, а деятельность таких людей, как Илон Маск, приближает его еще быстрее. Поэтому очереди за туалетной бумагой когда-нибудь могут снова стать частью российской ежедневный реальности.

В этой связи я еще раз хочу сказать то, что не устаю повторять на протяжении многих лет: Путин устраивает экономическую и финансовую катастрофу для России как для ныне живущих, так и для последующих поколений.