"Какие ничтожества!" – воскликнул Гитлер в Мюнхене в кругу ближайших партайгеноссе, когда Чемберлен и Даладье покинули резиденцию "Фюрербау". Рейхсканцлер Германии был одновременно и прав, и неправ. Тактическая правота привела его к серии крупных военных успехов, а стратегическая ошибка – к финальной катастрофе.

Да, демократический Запад никогда, ни в XX веке, ни в XXI, не был образцом отваги, верности принципам, зачастую шел на компромиссы и сделки с диктаторами, предавая, и не раз, своих союзников. Немаловажно и то, что на Западе выше, чем в иных популяциях, ценность человеческой жизни, что делает западных лидеров весьма консервативными в расходовании своего человеческого материала.

Так или иначе диктаторы всех мастей обладают изрядной психологической форой на первом этапе своего политического столкновения с Западом. Искусство расчетливого диктатора заключается в том, чтобы извлечь из этой форы максимальные дивиденды, не принимая ее за гарантированную вечную бесхребетность декадентского терпилы-Запада. Не переходить "красную черту". Войну гитлеровской Германии объявил в конце концов не неистовый Уинстон Черчилль, а тот же блеклый "ничтожный" Невилл Чемберлен.

"Какие ничтожества, Димон!" – наверняка бросил Путин своему верному президенту после визита в Кремль 12 августа 2008 года главы Французской Республики Николя Саркози. Замечательно сказал тогда "высокопоставленный источник" "Коммерсанта": "Любая беззубая резолюция 1 сентября будет нашей победой. Бытует мнение, что если мы продавим Запад, то дальше игра будет вестись уже по нашим правилам". Именно так, практически дословно, рассуждали и в германской имперской канцелярии 70 лет тому назад. И какой же русский "патриот" не заговорил в те дни о Севастополе, Крыме и Северном Казахстане?

Композиция, риторика, аргументация триумфальной крымской речи Вождя 18 марта 2014 года были откровенно списаны с гитлеровских судетских прописей. В той же речи национальный лидер впервые попробовал на вкус гитлеровское словечко "национал-предатели". С тех пор оно стало звучать часто. Лицемерный и циничный Запад, на который наше арийское племя уже вот какое столетие глядит, глядит своими раскосыми глазами и с ненавистью, и с любовью, предложил в апреле 2014-го Вождю: Крым проехали, остальная Украина будет независимым внеблоковым государством в зоне влияния России, типа Финляндии при Советском Союзе. "Какие же ничтожества!" – снова наверняка воскликнул Путин. Он уже замахнулся на гораздо большее, поставив новую духоподъемную цель: "Новороссия", 10-12 русских областей, якобы незаконно переданных Украине не то жидобандеровцами, не то жидобольшевиками.

Какой-то русский Гиммлер наверняка уже заходил к какому-то русскому Герингу и прощупывал его настроение цитатой из любимого сериала их юности: "Герман, фюрер более не способен выполнять свои обязанности гаранта наших авуаров"

Но нельзя открывать могилы таких мертвецов. Петля судетской речи затянулась на шее гитлеризма через 7 лет после того, как эта речь была произнесена. С крымской петлей и путинизмом все пошло значительно быстрее. Химеры "Русского мира" и "Новороссии" испарились прежде всего потому, что они были отвергнуты подавляющим большинством русских людей как в Украине, так и в самой России. Отвлечь внимание от украинского провала была призвана сирийская авантюра, в которой роль "сакрального ничтожества" была предназначена государственному секретарю США Джону Керри.

Не знаю, какая уж соломинка переломила хребет верблюду западного терпения. Уничтожение гуманитарного конвоя в Сирии в ночь на 20 сентября, очередная постмодернистская вариативная ложь Москвы, нараставшее в американском истеблишменте возмущение безвольной политикой Барака Обамы? Если говорить о западном общественном мнении в целом, то точкой невозврата для него стала фактическая казнь жителей Алеппо военными Путина и Асада. Есть вещи, которые обыватель не может равнодушно перенести, – и с этим вынуждены считаться западные политики. Ельцину и Путину удалось дважды уничтожить население Грозного, потому что этого не было на экранах телевидения. А значит, не было вообще.

Приговор путинскому режиму был вынесен на заседании Совета Безопасности ООН 25 сентября представителями США, Великобритании и Франции. Этот режим был объявлен вне закона. "Это не борьба с терроризмом, это варварство", "абсолютный террор, осуществляемый Сирией и Россией", "военные преступления", "Россия приобретает статус страны-изгоя" – подобные формулировки были немыслимы для официальных лиц такого уровня еще несколько дней назад. Консолидированное решение по Путину, видимо, было принято на рабочей встрече министров США и ЕС 24 сентября, на которой они потребовали срочного созыва Совета Безопасности.

Гибридная война, объявленная Западу "Русским миром", закончилась сокрушительным поражением последнего. Победителями взяты на мушку не ядерные силы Путина, а истинные духовные скрепы его режима: "общаки" кремлевской клептократии на Западе. Более чем снисходительная к путинскому режиму в течение всех 17 лет его правления New York Times зафиксировала тектонический сдвиг в сознании коллективного Запада убийственной редакционной статьей под заголовком "Государство Владимира Путина – вне закона".

В бункере, похоже, просчитывают тенденцию, подыскивают формулу ползучей почетной капитуляции - обстоятельства непреодолимой силы. Эта формула последовательно вбрасывается в общественное сознание. Какой-то русский Гиммлер наверняка уже заходил к какому-то русскому Герингу и прощупывал его настроение цитатой из любимого сериала их юности: "Герман, фюрер более не способен выполнять свои обязанности гаранта наших авуаров".

Андрей Пионтковский – политический эксперт

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции