«Клуб всех отдал. Это ошибка». Луис Адриано — о том, почему развалился «Спартак»

Мы встретились с Луисом Адриано в Орландо, где он с «Палмейрасом» участвовал во Florida Cup. Бразильский форвард ждал здесь «Спартак», но помешало посольство США – Томас Цорн и его команда не получили визы в срок и отказались от участия в турнире.

— Обидно очень, что не приехали, — Луис Адриано встречает нас в холле отеля и сразу узнаёт трансферные новости. – А правда, что Фернандо вернётся?

— Цорн говорит, что вроде бы нет, но китайцы деньги ещё не заплатили.

— А я читал, у них там лимит и Фернандо приедет в «Спартак». Разве нет?

— Так мы у тебя хотели об этом спросить. Ты же с Фернандо, наверное, общаешься?

— Нет. Я на связи с Айртоном и Ещенко.

— Ещенко тебя покемоном называет?

— Он вообще был самым весёлым в «Спартаке». Мы с ним часто переписываемся или общаемся по видеосвязи. Ещенко — топ!

— Ты что, правда переживаешь за «Спартак»?

— Конечно. «Спартак» — моя команда. Смотрю все их игры. К сожалению, не всегда получается, но я стараюсь.

— И как тебе 10-е место?

— Это плохо. Мы только недавно вместе выигрывали золотые медали, а сейчас команда на 10-м месте. Такой клуб не должен быть так низко в таблице. Хочу пожелать «Спартаку» и его болельщикам удачи…

Впрочем, и сам Луис Адриано — личность для «Спартака» не самая однозначная. Временами он играл лучше всех в России и полностью оправдывал зарплату в 4 млн евро, но следом мог заработать глупое удаление, травмироваться и потерять форму на недели, за которые «Спартак» и год назад откатывался во вторую половину таблицы. Сложно было понять и реальную мотивацию Адриано: иногда он был до восторга заряжен на матчи и весел вне поля, но нередко его лицо выражало лишь раздражение.

Последние недели в «Спартаке» Адриано был явно не в духе. Выглядел отрешённо, делал вид, что не понимает русский, и давал интервью через зубы.

И нагрузки на сборах вряд ли были оправданием — ведь в нынешнее межсезонье в «Палмейрасе» он совсем другой: улыбчивый, открытый и расположенный к общению даже без переводчика. Да, некоторые его ответы покажутся отрывистыми, но они на русском – и это круто!

Уход из «Спартака», Федун

— Летом в Австрии ты говорил, что хочешь стать лучшим бомбардиром чемпионата. Но делал это с таким лицом, будто хочешь уйти из «Спартака».

«Про меня говорят гадости? И пусть». Луис Адриано — о хейте Егоров поговорил с главной звездой «Спартака»: о критике, Кононове и будущем команды.

— Почему? Я, наоборот, не хотел уходить. Но прошло всего три игры, и случились такие изменения. Ведь не только я ушёл, но почти вся команда.

— Почему ушёл именно ты?

— Потому что мне сказали, что есть такое предложение и клуб с ним согласен. Мы поговорили с агентом, обсудили всё с женой (Луис и Екатерина Дорожко сыграли свадьбу в декабре в Бразилии. — Прим. ред.) — и решились переехать. «Палмейрас» тоже сильная команда, которая борется за высокие места.

— Ты понял, почему «Спартак» хотел вас продать: из-за большой зарплаты в 4 миллиона евро?

— Не знаю, — смеётся Адриано. — Там же всё менялось: и футболисты, и руководство. Наверное, хотели делать что-то новое.

— Но Кононов ведь мог попытаться заступиться за тебя, сказать, что ты ему очень нужен, чтобы строить команду.

— Да, было такое. Я подходил к тренеру, когда готовился мой переход, но он говорил, что не знает, что делать. Говорил, что надо идти разговаривать с директором клуба.

— Ты разговаривал с Федуном перед уходом?

— Нет. А до этого все два раза говорил.

— Какой он для тебя?

— Ну, наверное, хороший, добрый очень. Всех всегда слушал, спрашивал, что надо, всё для нас делал.

Каррера, Глушаков, фанаты

— Как ты думаешь, почему «Спартак» всё-таки развалился?

— Потому что много игроков поменяли. Такое время…

— Нет, мы про чемпионский «Спартак» времён Карреры.

— Не знаю: Каррера, директор, игроки – что-то со всеми случилось.

— Был конфликт между тренером и руководством?

— Не конфликт. Просто все стали другие после чемпионства. Каждый поменялся, я тоже поменялся. И каждый был виноват. Но болельщики почему-то поставили Карреру выше всех. Везде в интернете писали, что у Глушакова и Карреры конфликт, но все болельщики почему-то поддерживали только Карреру.

— Ты считаешь, это неправильно?

— Конечно неправильно. Мы вместе выиграли чемпионство. Не только Каррера. Но и все игроки, тот же Глушак, – все сделали эту победу. Да, тренер, конечно, самый главный, делал тренировки, тактику, но ведь игроки были на поле. Но фанаты всегда пели о Каррере. Даже когда он ушёл, мы проигрывали – музыка о Каррере. Выиграли – тоже музыка о Каррере. Всегда Каррера. А с командой болельщики не хотели говорить. Такое было время.

— Но конфликты и какие-то заговоры в команде действительно были?

— Нет, не было.

— Сейчас ты с Каррерой нормально общаешься?

— Да, он хороший тренер.

— Топ-тренер?

— Топ, конечно, мы же с ним выиграли чемпионство.

— Ты называл Глушакова другом. Неужели и правда не обиделся на ту запись, где он тебя критикует?

— Нет.

Фото: Дмитрий Голубович, «Чемпионат»

— Правда, что он до этой записи шутил и говорил, что ты любимчик Карерры?

— Да (смеётся). Но так всегда бывает. У тебя есть 50 друзей в команде, но кого-то ты любишь больше, кого-то – меньше. Это тоже нормально.

— Ты веришь, что клуб просто зачищал людей, которые в разное время работали с Гурцкая и Трабукки – Ерёменко, Самедова, тебя?

— Нет. Ведь уходили разные. Когда я пришёл, была опытная команда, очень сильная. А потом в клубе, наверное, захотели, чтобы играла молодёжь, как сейчас. Так бывает, это нормально.

Педро Роша, Айртон, Бакаев

— Ты говоришь, что в «Спартаке» много сильных молодых игроков. Кто именно?

— Бакаев хороший. Может многого добиться. Ещё Гулиев. Он уехал в «Ростов», большую работу сделал там, хороший игрок.

Фото: Эдгар Брещанов, «Чемпионат»

— Почему у твоего молодого друга Педро Роши не получилось?

— Просто в «Спартаке» тогда было много хороших игроков, опытных – Попов, Промес. И был Каррера который говорил: «Подожди, подожди, я дам тебе побольше времени». Но не получилось. Педро Роша тоже хороший игрок.

— Роша сейчас в аренде во «Фламенго». А вот за Айртона, говорят, «Спартаку» уже предлагали чуть ли не 10 миллионов.

— Айртон может серьёзно прибавить. Во всех матчах против сильных команд он на высоком уровне играл.

— У него может быть такое же большое будущее, как у тебя?

— Даже лучше, чем у меня.

— В чём тогда ему надо прибавлять?

— Когда он добегает до конца поля, то должен делать хороший кросс.

— Вместо того чтобы дальше бежать.

— Ага! (Смеётся.) Надо учить.

— Айртона только что не отпустили в олимпийскую сборную Бразилии. Это правильно?

— Конечно, неправильно. Каждый мечтает играть за свою страну, для футболиста это очень важно.

Кононов

— Айртона в «Спартаке» учил Кононов. Может быть, этот тренер был слишком мягким для такого клуба?

— Нет, не мягким, — говорит Адриано и впервые обращается к переводчику. – Они спрашивают про тренера, который не кричал, но я считаю, что это такой, нормальный способ тренировать. Он работал в тульском «Арсенале» и всегда действовал в такой манере. В матчах, которые мы видели, он никогда не орал, но добивался успеха. Всегда нормально разговаривал и в «Спартаке» продолжил философию, которая у него была раньше. Меня лично это устраивало.

— Но ты понимал, в какой футбол он хочет играть?

— Конечно я понимал. Он давал хорошие тренировки. Не знаю, почему кому-то было непонятно. Мне нравилось с ним работать.

Фото: Дмитрий Голубович, «Чемпионат»

— Реально нравился? Просто его так много критикуют.

— Из-за меня критикуют?

— Нет, просто называют чуть ли не самым слабым тренером «Спартака».

— Нет. Он очень хорошо работал с «Арсеналом». В «Спартаке» Кононов хотел сделать атакующий футбол, но не сразу получилось. Команда тоже не смогла сразу сделать то, чего он хочет. Мы отрабатывали много комбинаций, постепенно понимали, что делать.

— То есть, если бы вас всех оставили, вы бы пришли со временем к атакующему футболу?

— Да, конечно. Я так думаю, мы бы смогли играть.

— То есть руководство ошиблось, поменяв игроков и тренера?

— Конечно. Можно было дать команде ещё время, а не всех отдавать.

Россия, жена

— Если подводить итог периода в России – был ли он хорошим?

— Конечно. За «Спартак», за то, как меня приняли, за то, что нашёл жену.

— Обычно все бразильцы любят что-то выдумать про Путина. Ты тоже скажешь?

— Нет. Я в политике не разбираюсь. Россия – хорошая европейская страна.

— Что тебе понравилось?

— Да всё. Рестораны, город – всё понравилось.

— А не понравилось?

— Да нет такого. Холод только. Но я по нему иногда скучаю, когда в Бразилии очень жарко.

— Но в «Палмейрасе» ты счастлив?

— Да, конечно, ведь сейчас со мной семья, жена. Играю в родном чемпионате, в Бразилии, где живут все мои друзья. Я 19 лет не был дома, поэтому да — я счастлив.

— Как жена адаптируется к Сан-Пауло?

— Нормально. Она всегда общалась с моими друзьями из Бразилии, когда они приезжали в Москву, так что всё хорошо. Поначалу да, ей было немного трудно из-за совершенно другой культуры, другого языка, но сейчас она адаптировалась и три раза в неделю занимается с репетитором.

— Вы планируете приехать в Россию?

— Обязательно. Уже в ближайшее время хотим навестить в Москву.

— Если Катя когда-нибудь скажет, что хочет вернуться в Россию, ты рассмотришь этот вариант?

— Да, конечно. Она ведь моя жена. Нужно всегда искать компромисс. Если она захочет, мы обязательно рассмотрим этот вариант.

— И если в тот момент тебе бы поступило предложение от ЦСКА или «Зенита», рассмотрел бы его?

— Не знаю. Футбол — моя работа, поэтому если бы мне поступило предложение от этих клубов, то да, я, наверное, рассмотрел его и поговорил с руководством клуба о планах на меня. Не знаю. Но всё-таки если когда-то и возвращаться в Россию, то хотелось бы именно в «Спартак».