



Трудно представить, что 30 лет назад все ходили в почти одинаковой одежде, а выделение из общей массы порицалось, но находились люди, которые шли наперекор. Шахтинский бард, поэт и художник Дмитрий Коваленко поделился воспоминаниями о представителях ростовского андеграунда.

На ум сразу приходят стиляги, гонимые правильными ребятами в строгих костюмах, хотя это было гораздо раньше. А тогда, в 1987 году зарождалось нечто новое для советских людей — андеграунд. Андеграундные ребята отличались от всех не только внешним видом, но и своей особой бунтарской философией.



Вождь на десерт

Одним из самых ярких представителей ростовского андеграунда была группа художников «Искусство или смерть». Родилась она в 1987 году и первоначально именовалась «Жупел», а новое название родилось спонтанно.

Однажды в художественных мастерских на Университетском был праздник. Кто-то принёс два рюкзака «Алазанской долины», веселье усилилось. Один из участников Вася Слепченко захотел показать всем кружочки от банок на своей спине. Он порвал рубашку, потом майку и показал. Веселье продолжилось и потом время от времени кто-нибудь кричал: «Кружочки!», и Вася показывал. Было очень весело. Звонили в колокол, бросали с этажа гирю. Когда пошли за очередной партией вина, звучало что-то вроде пионерской речевки. Художник Авдей Тер-Оганьян выкрикивал: «Искусство!», и ему хором отвечали: «Или смерть!». В 1991 году группа отправилась покорять Москву.

Выставки этого художественного объединения всегда отличались неординарностью и скандальностью.

В 1998 году участник группы Юрий Шабельников совместно с другим художником Юрием Фесенко устроили в самом центре столицы в галерее наивного искусства «Дар» акцию под назавнием «Ленин в тебе и во мне». Был изготовлен 80-килограммовый торт в виде гроба с телом вождя. Зал был оформлен как мавзолей, а у входа в него милиционер выстраивал посетителей в очередь. Потом Ленина порезали на кусочки и раздали пришедшим. Акция, хоть и скандальная, но прошедшая без происшествий. Деятели искусства и духовенства даже сравнили это с причащением. А вот юбилейная выставка в Ростове-на-Дону, приуроченная к 20-летию группы, некоторых взбудоражила настолько, что одного из художников избили и несколько картин пришлось с выставки убрать, потому что в адрес музея современного искусства на Дмитровской, стали поступать угрозы.



Резиновые ноги, шершавые руки, шерстяная голова…

В среде «Искусство или смерть» возникло такое явление как оркестр «Пекин Роу-Роу». Его основателем был художник, поэт, музыкант Сергей Тимофеев (Тима). Годом рождения группы считается 1989 год, тогда «Пекины» выступили на рок-фестивале «Закрытая зона» в клубе РИИЖД. Причём их выступление настолько шокировало администрацию клуба, что был вызван наряд милиции, который прямо на сцене обрызгал музыкантов «Черёмухой». «Пекины» просуществовали недолго, успев записать всего два альбома, и распались в связи со смертью Сергея Тимофеева, трагически погибшего в июне 1993 года. По официальной версии Тимофеева сразила шальная пуля бандитской перестрелки, когда тот отправился за сигаретами в киоск. Самыми известными песнями считаются «Шиги-джиги» и «Резиновые ноги». Именно они вдохновили известного театрального и кинорежиссёра Кирилла Серебренникова создать документальный фильм о группе и снять клип. Если бы не смерть лидера, группа широко прославилась бы, считают знатоки. Музыканты, вышедшие из «Пекинов» получили известность, участвуя в проекте «Запрещённые барабанщики».







Неформалы против «совписов»

Вот, что говорит о «Пекин Роу-Роу» и андеграунде шахтинский поэт, музыкант, художник Димтрий Коваленко:

- Впервые мне довелось увидеть и услышать «Пекин Роу-Роу» осенью 1989 г. Все лето я продурковал в Танаисе, набрался там всякого вольнодумства, завел дружбы с ростовскими бардами и вернулся в родной город Шахты совсем другим человеком. В те времена я был слегка безумным поклонником Геннадия Жукова* и всей «Заозерной Школы»**. А «Заозерная Школа» отличалась изрядной склонностью ко всяким провокациям в отношении деятелей официальной культуры. И вот задумали «заозерщики» очередную «каку», т.е. собрали в роскошном особняке союза ростовских литераторов на общий концерт маститых «совписов» и самых отмороженных представителей андеграунда. Концертный зал был забит напрочь. Вдруг на сцене возникло некоторое смятение, толкотня и невнятица. Несколько странно одетых персонажей протиснулись к микрофону.



Вид у них был немного диковатый: у кого-то обрита голова, другой мал ростом, но с огромным «шнобелем», третий – в кавалерийских крагах. В общем – еще те ребята! Командовал шайкой долговязый тип с длинной челюстью. Долговязый запел. Завизжала губная гармошка. Маленький гитарист с большим носом успевал выдавать безумные проигрыши и выделывать кренделя своими кривыми ножками. Я полюбил этих уродцев с первого взгляда, с первых аккордов, с первых строчек их дурацких стишков.Позже Дмитрий Олегович не раз сталкивался с Сергеем Тимофеевым:- Однажды Тима попросил помочь ему в одном житейском деле. Мог ли я отказать?!И мы попёрлись на Северный, на самую окраину, к чёрту на кулички, со всякими пересадками. Из этой чертовой дали нужно было забрать какие-то Тимины вещички. За ночь ударил мороз. Было скользко и мерзко.Целью нашего путешествия оказался жуткий дом на краю вселенной. Такие дома показывают в американских боевиках, когда по коридорам идут плохие парни и палят из помповых ружей во все двери подряд. Лифт не работал и мы поднимались на десятый этаж пешком. Окна были кое-как забиты ржавой жестью, по площадкам свистел ледяной сквозняк. Воняло канализацией.В маленькой квартирке царила стужа. Тимофей принялся собирать барахло. Его оказалось немало. Ни сумок, ни чемоданов у нас не было. Тимофей свернул свое имущество в чудовищный куль, обвязал его несколькими галстуками, подтяжками и женскими колготками. Внутрь куля Тима все время впихивал забытые в спешке вещи. Они вываливались обратно. Это было истинное «Роу-Роу» и я в нем участвовал! Но «Роу-Роу» только начиналось…Надо было снести куль вниз и если бы не мое участие в процедуре – то не знаю, справился бы Тима или нет. Вряд ли.Куль, созданный Тимой , имел диаметр около метра, а длину около двух. Со стороны могло показаться, что мы – злоумышленники, волокущие куда-то труп убиенного нами толстого гражданина.В трамваях и троллейбусах на нас поглядывали с подозрением. При пересадках из гигантского куля сыпались рубашки, галстуки , книги и домашние тапочки. Все это мы пихали обратно, но с другого конца выпадали носки и кастрюльки.В конце-концов мы доставили груз по назначению с минимальными потерями. «Спасибо, старик, без тебя я бы пропал!» - сказал Тимофей на прощание. Это была наша последняя встреча.Можно по-разному относится к андеграунду, но ясно одно, без него действительность была бы скучной и неполной. Должен же кто-то «баламутить» общество, заставлять по-новому смотреть на привычные вещи? К Сергею Тимофееву, пусть и через 30 лет, пришло официальное признание: одну из улиц в строящемся районе Ростова-на-Дону собираются назвать его именем.*Геннадий Жуков — поэт, бард, один из основателей «Заозёрной школы».** Заозёрная школа — творческое андеграундное поэтическое объединение поэтов Юга России (Ростов-на-Дону, Танаис).При подготовке материала использовались публикации в соцсетях Аполлона Гусарова.