Пик кризиса в российской экономике пройден, со второго квартала этого года наблюдаются признаки стабилизации деловой активности. Об этом заявил Владимир Путин в рамках ежегодной пресс-конференции. Экономист Сергей Алексашенко считает, что у российской экономики не так много шансов на возобновление роста.

На своей пресс-конференции Владимир Путин повторил расхожий среди чиновников тезис о том, что пик кризиса российская экономика миновала. И главными признаками этого он назвал начало роста в промышленности и прекращение спада ВВП. Мне, однако, кажется, что эта, в принципе, правильная во многих ситуациях логика, не может применяться к российской экономике. На мой взгляд, и динамика промышленности, и динамика ВВП летом – в начале осени находились под воздействием разрозненных, но единичных факторов, сочетание которых дало ощущение стабилизации. Данные же за ноябрь, которые Росстат выпустил прямо во время пресс-конференции в Кремле, показали, что во всех секторах экономики зафиксировано падение.

На мой взгляд, у российской экономики сегодня немного шансов на то, чтобы восстановить рост. Производство вооружений — главный драйвер летнего оживления — останется неизменным в рублях, но упадет в натуре; «скупой» Минфин не нашел денег для компенсации инфляции. Экспорт газа в Европу, скакнувший в начале осени из-за низких цен, сейчас будет сжиматься — помните, к началу лета цены на нефть выросли до $60? Вот пришло время газовым ценам подрасти, и, значит, покупки газа европейцами снова упадут, до будущего лета. У меня, впрочем, нет оснований утверждать, что российская экономика будет продолжать падать; но и аргументов в пользу ее роста я не вижу. То есть — стагнация. А здесь о прохождении пика говорить уже не приходится. Чем дольше стоит экономика замерзшей, тем больший импульс потребуется для ее разгона.

Но стагнация — одна, пусть и большая, проблема. Другая, не менее крупная и не менее опасная — инфляция. Оцениваемая Банком России трендовая инфляция уже третий месяц подряд находится ни уровне около 12 % и, вопреки всем заговорам и заклинаниям, никак не хочет снижаться. Рост цен подпитывает слабеющий рубль, который никак не может найти свою точку опоры в дешевеющей бочке нефти. Рост цен подталкивают растущие инфляционные ожидания населения, которое, похоже, перестало верить вообще кому-либо из «экономического блока», а верит только ценникам в магазинах. Обещанное властями импортозамещение лишь частично компенсировало эффект антизападных продовольственных санкций. А тут еще антитурецкие на подходе, которые еще больше снизят предложение, результатом чего неизбежно станет новый виток повышения цен.

Стагфляция — сочетание стагнации и инфляции — является весьма неприятным состоянием для экономики. Потому как лечиться нужно двумя лекарствами — снотворным и слабительным — одновременно. «Очень интересный эффект», — заметил по этому поводу Михаил Жванецкий.