The Insider и Bellingcat удалось идентифицировать одного из ключевых фигурантов расследуемого JIT дела о сбитом «Боинге», ранее этот человек был известен лишь как высокопоставленный сотрудник ФСБ «Владимир Иванович». Им оказался генерал-полковник Андрей Бурлака, заместитель руководителя Погранслужбы ФСБ. Именно он авторизировал все поставки боевикам тяжелой военной техники через российско-украинскую границу. На данный момент он самый высокопоставленный из российских госслужащих, официально признанных фигурантами по делу о сбитом «Боинге».

В ноябре 2019 года Объединенная следственная группа (JIT), расследующая дело о сбитом «Боинге» MH17, опубликовала 23 телефонных разговора, перехваченных накануне трагедии, из которых видна степень вовлеченности ФСБ, ГРУ и Кремля в события на Донбассе. JIT утверждает, что эти перехваты свидетельствуют о том, что в месяцы, предшествующие инциденту с «Боингом» (он был сбит 17 июля 2014 года), «влияние Российской Федерации распространялось на административные, финансовые и военные вопросы в ДНР». JIT уточняет, что непосредственно перед днем катастрофы контакты между ДНР и кремлевскими кураторами интенсифицировались. Переговоры шли в основном через специальные телефоны, предоставленные ФСБ и обеспечивающие опцию шифрования связи (этой опцией они пользовались не всегда).

В перехватах фигурируют фамилии Бортникова и Шойгу, есть голос Суркова, но часть из высокопоставленных офицеров российских спецслужб было сложно установить, можно было лишь догадываться, что ими были люди в высоких званиях и что их роль заключается как в непосредственной координации боевых действий, так и в снабжении боевиков вооружением и техникой. Одним из наиболее интересных участников этих телефонных разговоров был некто «Владимир Иванович», который, судя по перехватам, отвечал среди прочего за перемещение через границу тяжелых вооружений (в том числе и пресловутого «Бука»). Он вызывает особый интерес у JIT.

The Insider и Bellingcat удалось установить, что этим человеком был не кто иной как замруководителя Пограничной службы ФСБ генерал-полковник Андрей Иванович Бурлака. На данный момент он самый высокопоставленный из российских госслужащих, официально признанных фигурантами по делу о сбитом «Боинге».

Загадочный Владимир Иванович

В телефонных перехватах, опубликованных JIT, «Владимир Иванович» упоминается неоднократно, и из контекста явствует, что он играл ключевую роль в курировании военных действий на Донбассе и согласовании передвижения вооружений через российско-украинскую границу. Так, например, 1 июля 2014 года премьер-министр« ДНР Александр Бородай « рассказывает своему бывшему работодателю, бизнесмену Константину Малофееву (помогавшему «сепаратистам» в логистике и финансировании), что «командующий операцией, Владимир Иванович», дал команду уничтожить Безлера. Чуть позже он в том же разговоре уточняет — «я сообщил в контору, контора отдала приказ». Жаргонное «контора» обычно относится к ФСБ.

Как минимум до конца июля «Владимир Иванович» сохранял руководящую роль. Так, 31 июля Гиркин (Стрелков) в разговоре, обсуждая поставку новых вооружений, часть из которых «Владимир Иванович приказал отдать Козицыну», гневно отвечает — "мне Владимир Иванович должен ставить приказы сам!"

Есть и другой интересный разговор, прямо накануне катастрофы, 16 июля 2014 года, где Бородай спрашивает Владимира Ивановича, «могут ли наши вертолеты работать в районе Мариновки», но сметливый Владимир Иванович, прежде чем ответить, просит «включить ключик» (то есть шифрование связи), после чего в записи слышен лишь шум. Утром того же дня Гиркин и Бородай были запечатлены в сюжете Lifenews в 6 километрах от приграничной Мариновки — всего в 3 километрах от места, где на следующий день был сбит «Боинг».

На следующий день (то есть в день сбития «Боинга») некий Сергей (A) звонит из Крыма Владимиру Ивановичу (B) и сообщает, что он летит в Ростов с командой из семи человек и в субботу они уже должны прибыть в пункт назначения (вероятно, на восток Украины). Для их задания им потребуются некоторые вещи, причем все это согласовано с главой ФСБ Бортниковым:

A: (…) Владимир Иванович, да?

B: Да-да, слушаю Вас. Это Владимир Иванович.

A: Э... Мне дал телефон Аксенов. Сказал, что, вот, с Бортниковым согласовано.

B: Я слушаю Вас, да-да. Как Вас зовут?

A: (…) Как мне Вам передать список желаемого? Мы завтра вылетаем в Ростов. У меня люди есть... Я сам из Симферополя, а люди в Москве. Есть список необходимого, а есть список очень необходимого. (…) Так мы в Ростове будем завтра, но просто дело в том, что в субботу мы должны уже быть... там. Э... Найти, пожалуйста, как-то... можно с вами электронкой... (...) Нас семь человек. Семь человек. Основных — семь. (…) Нам, главное, семерым зайти с тем, что надо.

B: (…) Хорошо... Ну, мне собственно сказали, что Вам необходимо. ... (...) Списка у меня нет. Хорошо, давайте я Вам перезвоню. Разберусь здесь.

A: Да. Вы какой-нибудь телефон мне скиньте здесь в Вайбер. Пока они его там расшифруют, мы уже давно его получим и задание выполним.

B: Хорошо, да. Хорошо. (...)

Позже в тот же день Сергей (A) еще раз созванивается с Владимиром Ивановичем (B). Сергей звонит из офиса «одного генерала, который из Москвы у нас», в Крыму. Он сообщает, что обсудил со своим старшим свой список пожеланий для задания. Старший велел Сергею обратиться, если нужно, к Суркову лично, поскольку именно тот ставит задачи.

A: Я сейчас зашел в кабинет к одному генералу, который из Москвы у нас. Он находится в Москве. Я позвонил своему старшему и сказал, что Вы мне такой вопрос задаете. И что мне отвечать…

B: [в сторону]: Сейчас продолжим, Саша. Сейчас продолжим! [обратно в телефон]: Да-да, что?

A: Я говорю, я сказал своему старшему, который в Москве сейчас, что Вы мне вопрос такой задали. Вы ж как б такая последняя инстанция, которая должна нам помочь. А он мне сказал: «Ну, по телефону это нельзя говорить», он говорит: «Если что, пусть он обращается лично к Суркову. Это он ставит нам задачи».

B: Угу. (…) Ну понятно. Хорошо. Я Вам тоже ничего не могу сказать относительно списка. Вот, потому что у меня есть установки, что Вам необходимо выдать. Вот так.

A: Установки от кого, простите?

B: От моего руководителя.

В другом разговоре «Владимира Ивановича» называют «большим начальником», «прилетевшим из Москвы». Из общего контекста становится понятно, что «Владимир Иванович» по своему статусу выше наиболее высокопоставленных командиров на Донбассе и что именно с ним согласовывается поставка тяжелых вооружений на Донбасс.

Генерал-полковник Андрей Бурлака

Нам удалось установить, что «Владимир Иванович» — это начальник оперативно-организационного управления Пограничной службы ФСБ России генерал-лейтенант Андрей Бурлака. Он является первым замом руководителя Пограничной службы Владимира Кулишова, который, в свою очередь, является первым заместителем главы ФСБ Александра Бортникова. В той же позиции он был и на момент катастрофы «Боинга» MH17.

Бурлака родился в 1965 году в дальневосточном городке Советская Гавань на берегу Японского моря. В 1986 году он окончил Московское высшее пограничное училище КГБ СССР, служил пограничником, затем в 1995 году окончил Академию ФСБ и отправился продолжать службу в родной Хабаровский край, где дорос до руководителя пограничной службы Дальневосточного округа. В 2012 году его перевели в Москву на нынешнюю должность.

Формально никакого отношения Бурлака к войне в Украине иметь не должен. Однако его перелеты, данные которых имеются в распоряжении Bellingcat, указывают на то, что в 2014 и 2015 годах он постоянно летал в Ростов, Крым и Краснодар — три центра управления украинской операцией. Его перелеты хронологически стыкуются с информацией, полученной из перехватов. Например, 15 июля 2014 года прилетает из Москвы в Ростов, а 18 июля, на следующий день после катастрофы «Боинга», возвращается в Москву. А 16 июля в перехваченных разговорах о нем говорят как о «только что прилетевшем из Москвы». Среди его попутчиков мы видим людей, которые имеют прямое отношение к украинской операции, например начальник 5-го управления Сергей Беседа, находящийся под американскими санкциями именно из-за участия в украинской войне.

Сведения о том, что Бурлака причастен к украинской войне можно найти и в открытых источниках. Так, в октябре 2015 года в одном малоизвестном блоге были опубликованы черновики некоторых внутренних документов ФСБ. СМИ этого тогда просто не заметили (что неудивительно, так как верифицировать некие созданные в формате Word файлы без подписей и печатей невозможно). В этих документах есть немало интересного, в том числе файл от июля 2014 года, помеченный как «совершенно секретный», написанный на имя Бортникова и подписанный «Бурлака А. И». В письме сообщается, что «Департаментом ПО ПС ФСБ России в рамках дела «……..» осуществляется комплекс агентурно-оперативных и оперативно-боевых мероприятий по разработке лидеров украинских националистических организаций (УНО), членов возглавляемых ими вооруженных формирований и нейтрализации угроз внешней безопасности России, исходящих от указанных лиц. В указанных мероприятиях активно задействуется постоянно проживающий на территории Украины агент «Чапаев», являющийся командиром одного из подразделений Народного ополчения ДНР». Автор письма просит «в целях обеспечения личной безопасности агента «Чапаева» через возможности ЦСТ ФСБ России изготовить указанному лицу комплект документов (общегражданский и заграничный паспорта) гражданина России на вымышленные установочные данные».

Разумеется, проверить подлинность этого черновика невозможно. Однако, во-первых, в некоторых других черновиках содержится информация публично неизвестная, но нами верифицированная, а во-вторых, если бы кто-то хотел сфабриковать документ о спецопеарциях ФСБ в Украине, было бы странно, чтобы автор подделки выбрал имя Андрея Бурлаки — формально занимающегося совсем другим направлением работы в ФСБ — совершенно случайно.

Как мы идентифицировали Андрея Бурлаку

JIT опубликовал несколько телефонных номеров, которыми пользовался «Владимир Иванович». Один из них обнаружился в приложении GetContact как «Владимир Иванович», причем вместе с контактом сохранен его второй номер. Поиск по этому второму номеру уже выдает контакт под именем «Владимир Иванович Бурлак».

Такой человек, однако, не обнаруживается в базах данных. Мы начали искать «Владимира Ивановича» во всех известных нам прослушках, слитых письмах и прочих подобных источниках. После нескольких месяцев поисков, наконец, мы обнаружили упоминание «Владимира Ивановича» в переписке 2014 года в мессенджере Viber (слитой в интернет в 2015 году), где Александр Серов, помощник Дениса Пушилина (на тот момент главы ДНР), общается с Алисей Натальченко, ассистенткой Пушилина. В ней они обсуждают то, что решение об отпуске будет принимать некий Владимир Иванович, он же Андрей Иванович, он же замдиректора ФСБ:

Тут уже поиск среди руководства в ФСБ, с учетом подсказки из Getcontct, позволил быстро обнаружить Андрея Ивановича Бурлаку (хотя он, строго говоря, не замдиректора, а заместитель заместителя директора ФСБ). Оставалось только сравнить голос. Мы вскоре обнаружили интервью генерала Бурлаки, которое он дал оренбургскому телеканалу в 2013 году. Сравнение голоса не оставляло сомнений, что Бурлака и «Владимир Иванович» — одно и то же лицо.

Однако для проведения судебной экспертизы голоса такого короткого фрагмента было недостаточно (желательно иметь примерно минуту записанной речи). Найти другую запись было непросто. Мы обнаружили в поиске по изображению, что лицо Бурлаки можно увидеть на случайном фото, сделанном человеком, продающим свой телевизор. Так получилось, что он заснял свой телевизор ровно в том момент, когда Бурлака давал интервью телеканалу «Звезда».

Мы решили, что человек, скорее всего, сделал фото в тот же день, когда и выложил его, то есть 1 июня 2018 года. Рискуя своим психическим здоровьем, мы посмотрели все выпуски «Звезды» за этот день и действительно обнаружили программу с участием Бурлаки, которую транслировали в этот день: документальный фильм «Граница. Особые условия службы», четвертая серия. На 28 минуте появляется тот же фрагмент, который был запечатлен человеком, продававшим свой телевизор за скромную сумму 9 000 рублей. Благодаря этому видео мы смогли получить достаточно материала для судебной экспертизы. Национальный центр медиа-криминалистики Университета Колорадо в Денвере (National Center for Media Forensics at the University of Colorado at Denver) провел экспертизу аудио записей, профессор Каталин Григорас, директор Центра экспертизы медиа-материалов, пришел к выводу о том, что коэффициент соответствия (likelihood ratio LR) этих аудио записей составляет 94, что подтверждает гипотезу о том, что записи голоса принадлежат одному человеку. Следует учитывать, что этот анализ делается только по звуку. С учетом всех прочих обстоятельств, связанных с получением этих звуковых фрагментов, вероятность того, что эти голоса принадлежат разным людям, стремится к нулю.