Андрей Барабанов и Илья Гущин еще не совсем привыкли, что могут сами решать, куда поехать и что делать. Илья провел за решеткой 2,5 года, Андрей – 3 года и 7 месяцев.

В их деле – "участие в беспорядках", "сопротивление представителю власти" и годы тюрьмы. После них к обсуждаемому депутатами запрету на выезд из страны особое отношение.

"Я не хочу остаться только в России и находиться во внутренней эмиграции. Это достаточно жестко, потому что жизнь в России сейчас хмурая. Реакционные законы ввели и продолжают вводить", – говорит Андрей Барабанов.

Их жизни после тюрьмы очень изменились. Но еще больше изменилась страна, пока они сидели.

"Очень сильно заметно проседание и обнищание. Злобы стало больше", – считает Илья Гущин.

"После освобождения у меня был небольшой подъем духа: мне все было интересно, все было важно знать, я получаю от этого удовольствие. Но чем дальше ты живешь в атмосфере негатива, репрессий, тем сложнее тебе нормально себя чувствовать. Хочешь не хочешь, а на тебя все это давит", – говорит Андрей Барабанов.

Каждое утро для вас – наша рассылка. Подпишитесь

Дженни Курпен ждать ареста не стала. И уехала из России, хотя их с мужем не было на майском "Марше миллионов" на Болотной.

"Ситуация такова, что это не просто какая-то плохая экономическая ситуация, это просто сужение жизненно необходимого пространства до таких размеров, которые не совместимы с самоуважением, с сохранением достоинства своего", – уверена Дженни Курпен.

Дженни уехала в Украину, где столкнулась с равнодушием чиновников международных организаций, призванных помогать беженцам. Множество судов и борьба за свои права навсегда изменили ее жизнь. Ей удалось вырваться в Финляндию, где она и живет сейчас с мужем и маленьким Степаном. Возвращаться в Россию не собирается и с готовностью делится опытом переезда.

"Нужно готовиться к тому, что Европа - это не картинка из туристического путеводителя. Это настоящий другой и сложный мир, который не дает простых ответов на вопросы", – говорит Дженни Курпен.

А вопросов в последнее время все больше. Например к так называемому "пакету Яровой". 24 июня его приняла Госдума РФ. Законопроекты наделали много шума: в первоначальной редакции ужесточали контроль над гражданами, но противоречили первой главе Конституции России.

Адвокат и капитан неформального объединения юристов и журналистов "Команда 29" Иван Павлов инициативу Ирины Яровой изучил очень внимательно и объяснил, почему за день до голосования в пакет были внесены значительные изменения: убрали норму о запрете на выезд из страны россиян, судимых за терроризм и экстремизм и возможность лишать гражданства.

"Там задумались и поняли, что они таким законом могут ударить не только чужих, но еще и своих. А это самое опасное. У нас ведь законодательство применяется очень избирательно. Для этого придуманы разного рода нормативно-неопределенные акты с очень резиновыми формулировками, которые направлены против одних, но при тех же самых условиях, они не будут касаться других. Так чтобы свои не пострадали", – считает адвокат Иван Павлов.

"Свои" теперь не пострадают. А кому не нравится — может уезжать. Пока может.