Мировые цены на нефть упорно игнорируют тревожный новостной фон и отказываются расти. Их не волнует ни то, что на Ближнем Востоке не осталось живого места, ни усиливающаяся изоляция России, ни проблемы со сланцевой революцией в США. За последние два месяца российский Urals упал со $110 до $98 за баррель, чего не было уже полтора года. Даже невиданным успехам исламистов в Ираке и Сирии не удается сдвинуть нефтяные цены хоть немного вверх, зато ненадежный и крохотный рост производства в Ливии отправляет их в трехнедельное падение. И если сейчас для 10% снижения достаточно лишней сотни тысяч ливийских баррелей, то что будет через несколько месяцев, когда в Мексике в полную силу заработает энергетическая реформа, которая в ближайшие 10 лет должна почти удвоить объем нефтедобычи в этой стране.



Нефтяной суверенитет

С самого начала ХХ века Мексика была одним из крупнейших в мире производителей нефти. Добывать ее там начали американцы еще в 10-х годах, дела шли успешно, и к 30-м Мексике даже удалось на некоторое время занять первое место в мире по объемам нефтяного экспорта. Естественно, мексиканские власти не могли спокойно смотреть, как мимо них проходят такие огромные деньги, поэтому в 1938 году левореволюционный президент Карденас национализировал все мексиканские активы иностранных нефтедобытчиков без компенсаций и контрибуций, за что обрел славу самого великого президента Мексики на много поколений вперед.

Все национализированные предприятия объединили в один гигантский госмонополист Pemex, который до сих пор контролирует весь нефтегазовый сектор Мексики, параллельно обеспечивая десятую часть мексиканского экспорта и около трети доходов госбюджета. Заодно он служит для мексиканской экономики невиданным рассадником коррупции, неэффективности, политической ренты, клиентизма и прочих ужасов так, что даже «Газпром» позавидует.

За 76 лет существования мексиканские власти не раз пытались реформировать этого монстра, особенно активно после перехода страны к демократии в 2000 году, но все безуспешно, потому что Pemex для мексиканцев – это гораздо больше, чем просто госмонополия. Это один из важнейших элементов мексиканской национальной мифологии.

Национализация нефтяной отрасли и создание Pemex для мексиканцев – это как для нас петровские реформы, полет в космос и победа над нацистской Германией, вместе взятые. Это самое главное доказательство того, что у мексиканцев есть своя национальная гордость, что они не боятся защищать свой суверенитет, что они способны прогнать американцев и наладить все самостоятельно. В истории Мексики в XX веке нет важнее события, чем национализация нефти в 1938 году, даже революция и многолетняя гражданская война в 10-х годах или переход к демократии в 2000-м – мелочи на этом фоне.

Для пущей надежности и важности особый закрытый для иностранных и частных компаний статус нефтегазовой отрасли в Мексике отдельно прописан в Конституции страны. Конституционно разрешена только госмонополия, которая работает на благо всей нации и крепит суверенитет. Поэтому мексиканская энергетика оставалась нереформированной целых 76 лет – ведь тут нужно было не просто принять новый закон, а внести поправки в Конституцию, для чего требуется согласие и президента, и две трети голосов в обеих палатах парламента.



По схеме 1938 года

Но все-таки никакая система не может работать вечно без изменений, и если Pemex еще кое-как справлялась со своими функциями в 70-х годах ХХ века, то в начале XXI века она стала совсем разваливаться. Не помогали даже невиданно высокие цены на нефть. В 2003 году Pemex, а значит, и вся Мексика, добывала 3,6 млн баррелей в день. Если бы мексиканцы смогли хотя бы поддерживать этот уровень, то сейчас были бы на шестом месте в мире по нефтедобыче. Но они не смогли: с тех пор добыча падали и падала, все быстрее и быстрее, и сейчас упала до того, что в этом году, по подсчетам самой Pemex, составит всего 2,35 млн баррелей в день. Получается снижение на треть за 10 лет, в то время как большинство остальных нефтедобывающих государств, наоборот, наращивают объемы.

Естественно, такой спад добычи не может пройти просто так. Убытки Pemex за 2013 год достигли $13 млрд – почти в два раза больше, чем в предыдущем, 2012 году. Из-за этого мексиканский бюджет недополучает денег, а мексиканский ВВП растет на позорный для Латинской Америки 1%. На внутреннем рынке половину потребляемого бензина приходится импортировать, а государство еще и вынуждено субсидировать импортеров, чтобы удерживать цены на социально допустимом уровне.

Наконец, в 2013 году власти Мексики поняли, что дальше работать по схеме от 1938 года уже невозможно, и затеяли радикальную энергетическую реформу. На внесение поправок в Конституцию и согласование новых законов ушел почти целый год, хотя две главные партии Мексики, и право-, и левоцентристы, были согласны, что реформа нужна, против выступала только радикальная левая оппозиция. В середине августа успешно завершились последние голосования в парламенте, и с первого квартала следующего года мексиканский нефтегазовый сектор должен начать переходить на новые правила.

Суть реформы в том, что в Мексике наконец-то отменили нефтегазовую госмонополию. Теперь этот сектор открыт для конкуренции, и работать там смогут и частные, и иностранные компании. Конечно, сами месторождения нефти и газа останутся в государственной собственности, но на всех остальных этапах Pemex уже придется конкурировать. У компании сразу отбирают монополию на разведку и разработку месторождений. Специальная государственная комиссия займется продажей лицензий, купить которые смогут и частные, и иностранные компании. Первые торги пройдут уже в начале 2015 года. Переработка и сбыт нефти и газа тоже будут открыты для частных и иностранных компаний, но постепенно. К 2017 году откроют рынок бензина, к 2018-му – разрешат заниматься импортом нефтепродуктов. Для иностранных компаний местная составляющая должна к 2025 году быть не меньше 25% от суммы контракта, что делает Мексику попривлекательнее Бразилии, где она 40%.

В самой Pemex проведут организационную реформу, а чтобы ей было проще пережить тяжелые времена, Мексиканское государство гарантирует бывшей госмонополии 83% прав на уже разведанные запасы нефти и газа и 21% прав на те, которые будут разведаны. Кроме того, налоговую нагрузку на Pemex снизят c 79% до 65%. Еще создадут что-то типа нашего стабфонда, куда государство будет откладывать сверхдоходы от нефтегаза.



Шаг через границу

Ожидания от этой энергетической реформы не только в Мексике, но и во всем мире гигантские. После того как мексиканскому правительству в конце 2013 года удалось добиться нужных изменений в Конституции, Moody's повысило кредитный рейтинг Мексики до A3. Уже к 2018 году прогнозируют рост нефтедобычи на 20% – то есть на целую Ливию, где сейчас добывают около 500 тысяч баррелей в день. Плюс 40% рост добычи газа, полмиллиона новых рабочих мест, $50 млрд иностранных инвестиций за ближайшие пять лет и дополнительный процентный пункт к годовым темпам роста ВВП. За 10 лет, к 2025 году, добыча нефти в Мексике должна вырасти до 3,5–4 млн баррелей в день, то есть почти в два раза.

В реальности понятно, что многие из этих прогнозов могут быть сильно преувеличены, особенно те, что делает само мексиканское правительство. Открытие нефтегазового сектора для конкуренции ни за день, ни за год, а может, и вообще никогда не избавит Мексику от запредельного уровня преступности, от тотальной коррупции, слабой управляемости некоторых регионов, низкого уровня развития государственных институтов, отсталой системы образования, устаревшей инфраструктуры и многих других проблем, которые мешают стране развиваться и без государственных монополий. Но то, что благодаря реформе в Мексике вскоре резко вырастет добыча нефти и газа – это точно.

Теперь в Мексике наконец появятся технологии для глубоководного бурения. Сейчас в мексиканской части Мексиканского залива у Pemex всего четыре таких платформы, а в американской части залива их уже 53. В ближайшие несколько лет это соотношение, видимо, будет выравниваться. Есть и более доступные месторождения на шельфе, куда давно рвутся компании, которые уже работают с американской стороны границы. Суммарные запасы на мексиканском шельфе оцениваются в 27 млрд баррелей нефти и 13 трлн кубометров газа. Еще есть трансграничные месторождения рядом с Техасом – там и строить нового почти ничего не надо, достаточно купить лицензию и продвинуться немного в глубь мексиканской территории.

Больше всего нефтегазовой реформе в Мексике радуются американские и британские компании (Exxon Mobil, Chevron, Shell, BP), которые давно работают в американской части Мексиканского залива и легко смогут чуть-чуть подвинуться через границу. Но в континентальной Европе тоже обратили внимание на нефтяные эксперименты мексиканцев. В Мексику уже приезжал министр иностранных дел Испании, заявивший, что Европе сейчас самое время заинтересоваться мексиканской нефтью и газом. Российские поставки из-за украинского кризиса стали ненадежными, а тут такая замена, которой Евросоюзу будет совсем не трудно воспользоваться с помощью испанского опыта и исторических связей.