Когда в этой крошечной прибалтийской стране впервые состоялся гей-парад, его немногочисленных участников забросали на улицах старой Риги гнилыми яйцами и бутылками. Участники — все сорок человек — бежали и укрылись в церкви.



Это было 20 лет назад. В этом году в параде участвовали тысячи человек со всех концов Европы. А метальщики яиц остались дома.



Восточная Европа, издавна являющаяся оплотом злобной гомофобии, пересматривает свое отношение к геям и лесбиянкам, и дебаты на эту тему стали новым полем боя в конфликте между Россией и Западом. Кремль ухватился за эту возможность, предостерегая своих бывших сателлитов, что если они встанут в один ряд с упадочнической Европой, довольно скоро у них наступит нравственный крах.



Российские аргументы имеют вес на Украине, в Грузии и других странах за пределами высоких стен Евросоюза, и там прозападные лидеры сопротивляются европейским требованиям о терпимости к геям и лесбиянкам. Гей-парад в Киеве в прошлом месяце закончился дракой и скандалом. Организаторы гей-парада в Грузии отменили свои публичные мероприятия после марша в Тбилиси в 2013 году, дорогу которому преградили православные священники с палками и жгучей крапивой.



Но в Латвии, которая давно уже сделала свой выбор, твердо решив уйти прочь от своих бывших кремлевских властителей, терпимость по отношению к геям и лесбиянкам за 11 лет после вступления в ЕС заметно усилилась. Когда прошлой осенью министр иностранных дел Латвии Эдгарс Ринкевичс (Edgars Rinkevics) признался в своей гомосексуальной ориентации, он предсказал «мега-истерию», однако его признание не вызвало почти никакой реакции.



«ЕС помогает. Латвийцы хотят соответствовать, — заявила многолетняя латвийская активистка и борец за права сексуальных меньшинств Линда Фреймане (Linda Freimane), участвовавшая в подготовке нынешнего парада, на который собрались люди со всего Евросоюза, включающего в свой состав 28 стран-членов. — Мы хотим быть хорошими учениками в этой школе».



Борьба за права сексуальных меньшинств приобрела особую значимость после серии судебных решений в США в защиту однополых браков. А очень публичное превращение Брюса Дженнера (Caitlyn Jenner) в Кейтлин вывело на первый план трансгендерные проблемы и показало растущее понимание в обществе.



Шаги к признанию



В 2005 году в Латвии сотни разгневанных протестующих вышли на брусчатые улицы Риги, чтобы выразить свой протест против геев. Это было пасмурным июльским днем, настолько дождливым, что им с трудом удалось поджечь радужный гомосексуальный флаг. Глумящиеся толпы по численности намного превосходили борцов за права геев, которые шли в плотном кольце полиции.



Латвия вступила в Евросоюз годом ранее, и членство в этом клубе только начинало менять консервативные позиции и отношения в обществе. Граждане внезапно обрели право ездить и работать в любой европейской стране на свой выбор, и они стаями устремились на запад, в страны, где терпимо относятся к геям и лесбиянкам. Повзрослело новое поколение, слабо помнящее или не знающее советскую эпоху, когда гомосексуализм находился под запретом.



Когда на признание латвийского министра в своей ориентации Twitter отреагировал полным спокойствием, «люди поняли, что в обществе нет гомофобии», сказал обозреватель латвийского издания Ir Паулс Раудсепс (Pauls Raudseps).



В этом году на параде семьи несли целую радугу из воздушных шаров, проходя мимо внимательных скульптур, взиравших со стен зданий рижского квартала в стиле модерн. Мамаши с колясками шли рядом с мужчинами, несшими плакаты с лозунгами о толерантности. За неделю до этого американское посольство рядом со своим звездно-полосатым флагом вывесило радужное полотнище, а высокопоставленные дипломаты шли в едином строю с толпой в солнцезащитных козырьках, изготовленных специально по этому случаю.



Но проблемы остаются. За несколько дней до проведения парада латвийский парламент утвердил закон о «добродетельном» образовании в школах, который поддерживает традиционные браки и семьи. Инициатором этой меры выступила самая крупная в Латвии русская партия, но законопроект поддержали даже консервативные антироссийские националисты.



«Зачем нам быть такими же, как все остальные? Нам не нужна европейская культура. Нам не нужна глобальная культура», — заявила 22-летняя озеленительница Виктория Петравска (Viktorija Petravska), проехавшая три часа, чтобы присоединиться в Риге к участникам протеста против гей-парада.



На Украине и в Грузии раскол еще сильнее. Эти страны, втиснувшиеся между Россией и Западом, не приняли решительных шагов по созданию атмосферы дружелюбия в отношении сексуальных меньшинств. Даже многие проевропейские манифестанты, свергнувшие на Украине пророссийского президента, считают права геев настоящей отравой. Перед подписанием Украиной знакового пакта с ЕС ее лидеры получили отсрочку от исполнения антидискриминационных требований Евросоюза, что вызвало разочарование среди украинских борцов за права сексуальных меньшинств.



Россия ухватилась за эту возможность и изо всех сил старается стать лидером в лагере сторонников традиционных ценностей. И дома, и за рубежом она выступает с предупреждениями о том, что западные ценности разъедают структуру семьи и основы общества.



Когда в прошлом году на Украине усилился конфликт, председатель комитета по международным делам нижней палаты российского парламента Алексей Пушков написал: «Вместо Парадов Победы в Киеве будут гей-парады».



В российской риторике против геев продвигается идея о том, что однополые браки — это оружие, нацеленное прямо на Кремль.



«Этот вопрос очень тесно связан с антизападными, антиамериканскими идеями», — сказал ведущий активист и борец за права геев Юрий Гавриков из Санкт-Петербурга.



Столкновения в Киеве



На Украине марш в защиту прав геев, состоявшийся на окраине Киева в прошлом месяце, сорвали его крайне правые противники. Они начали бросать дымовые шашки и драться с участниками марша, а полиция защищала их. Главными зачинщиками насилия стали члены шумной националистической организации «Правый сектор», которая родилась на волне проевропейских протестов, а затем хорошо вооружилась и вступила в боевые действия с поддерживаемыми Россией повстанцами на востоке. «Правый сектор» также подозревают в серии недавних нападений на киевские гей-клубы.



Даже ведущие проевропейские политики, такие как киевский мэр Виталий Кличко, ставший одним из лидеров протестов 2013 года, и те призывали активистов остаться дома. Украинцы в подавляющем большинстве с таким скептицизмом относятся к правам геев, что их сторонники посчитали крупной победой решение президента Петра Порошенко не противиться гей-параду.



«Долгие годы здесь существовала ситуация, когда в нашем обществе не говорили на эту тему, — сказал член совета украинской организации в защиту прав геев “Точка опоры” Денис Панин. — Но если спросить людей о их личном отношении, то они скажут, что неодобрительно относятся к геям».



А в Грузии положение у сторонников прав геев еще более мрачное. Грузинская православная церковь, имеющая прочные исторические связи с русским православием, вышла на бой с любыми попытками формирования терпимого отношения к геям и лесбиянкам. Ей удалось на какое-то время задержать принятие закона против дискриминации в отношении геев, чего требовала Европа в качестве условия для либерализации визового режима. Священники в черных рясах, возглавившие в 2013 году бунт против геев, пошли в наступление на немногочисленных сторонников толерантности.



Многие латвийцы считают, что именно благодаря Европе у них в стране изменилось отношение к сексуальным меньшинствам. Кто-то надеется, что эта же волна проникнет на Украину и в Грузию, если этим странам удастся наладить более тесные связи с Западом.



«Это невероятное чувство. Это даже невозможно выразить словами, — заявил гей-активист Каспарс Залитис (Kaspars Zalitis), участвовавший в марше 2005 года и ставший одним из основных организаторов гей-парада в этом году. — Если никто не верил, что мы станем открытым демократическим обществом, то вот доказательство. Мы становимся нормальной европейской страной. Это неотъемлемая составляющая членства в ЕС».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.