Группа Лесника (фотокадры Espreso.tv)

Добровольческая диверсионно-разведывательная группа Лесника не раз упоминалась в информационном пространстве Украины. В отличие от многих вымышленных ДРГ, которым приписывают мифические подвиги, существование этой конкретной группы и ее заслуги подтверждает Служба безопасности Украины. В Службе о деятельности группы отзываются с уважением. В интервью ЛІГА.net руководитель отряда с позывным Лесник рассказал о работе в тылу гибридной армии РФ, прокомментировал инцидент с перестрелкой и гибелью в Киеве другого человека с аналогичным позывным Лесник, а также объяснил, почему оккупированные районы Донбасса и остальная Украина вряд ли могут жить вместе, несмотря на минские соглашения и амнистии. Лесник критикует минские соглашения и видит в них угрозу для стабильности Украины. Руководитель группы склоняется к мнению, что Украине следует восстановить контроль над экономически-интересными районами оккупированных территорий - но этим и ограничиться.

Мне приходилось убивать. Начали отстреливать казачков, приехавших из России. Подходили, общались с ними. Интересовались, кто и откуда. Многие россияне и предатели нашли смерть на нашей земле. Но я не испытываю радости. Ведь мы славяне

- Ваше лицо показывать нельзя, фамилию называть нельзя, имя называть нельзя. Вы проникаете на оккупированные территории и работаете в тылу врага. Что вы можете рассказать о себе и своей работе?

- Я был шахтером. 11 лет проработал в забое. В Донецке жил. Очень хорошо знаю местный рабочий класс. Потом переехал жить в Киев. Когда все началось в Донбассе, я поехал посмотреть своими глазами, что происходит и что это за люди. Все что я услышал и увидел - это просто предательство. А предателей нигде и никогда уважать не будут. Пользоваться предателями будут, а уважать - нет.

В основном наша группа занимается разведывательной деятельностью. Я хорошо ориентируюсь на местности. Знаю людей. Мне легко добывать информацию, общаясь с террористами и людьми с промытыми российской пропагандой мозгами. Наша группа участвовала вместе с морскими котиками в освобождении Славянска и Дзержинска. Работали в Дебальцево, Углегорске и Светлодарске. Надеюсь, что рано или поздно мы поможем освободить Горловку, Донецк и Луганск. Когда-то туда привозили россиян на производство. Вот они приехали, работали, работали. Были в гостях у нашей страны. А теперь хотят все это забрать в Россию. Спасибо, но вы сами берите и уезжайте назад, а землю оставьте в покое.

- Вы снайпер?

- Да. И снайперов в плен не берут.

- Я знаю, что у вас серьезные проблемы с сердцем, но вы не опускаете оружие. Как вам удается продолжать работать в полях?

- Это охотничий азарт. Просто так человека не заставишь много пройти. А когда за зверем, то 30-40 километров идешь, сутки идешь. И пока зверя не возьмешь - не останавливаешься. Как только добыл - все, ноги не несут. Но я не азартный человек. Просто охота - это мое. Могу сутками заниматься этим.

- В СБУ о вас отзываются как о гордости спецслужбы. Что чувствуете в связи с этим?

- Приятно.

- С чего для вас началась российско-украинская война?

- После поездки домой в Донбасс, когда я увидел все своими глазами, когда увидел, что там за спиной стоит Россия, что это реализация интересов России - вот тогда я решил, что надо действовать. Я вернулся в Киев, но по возрасту и состоянию здоровья не подходил для ВСУ. Тогда мы со знакомыми стали налаживать свою собственную сеть добровольцев. Пришел в СБУ и предложил свои услуги: могу то, то и то. С тех пор наша группа действует под эгидой СБУ.

- Вам приходилось убивать?

- Приходилось. Но я должен кое-что сказать. Когда я приехал туда, чтобы осмотреться, я пообщался с людьми на блокпостах. И вот в самом начале там были местные безработные, которым платили гроши просто за то, что они там стоят. Это были не мои враги. Нет смысла убивать этих людей. Мы занялись другим - начали отстреливать казачков, приехавших из России. Подходили, общались с ними. Интересовались, кто и откуда.

- То есть вы спокойно ходите рядом с вооруженными террористами и общаетесь с ними?

- Да. Мне легко общаться с жителями Донбасса. Мы никогда не ставили себе целью убить всех, кто носит оружие там. Мы делаем это избирательно и в основном приезжих из России. Отрабатывали по тройкам, которые из Крыма приезжали. Ловили ДРГ в лесах. Если это ближний бой и обстоятельства позволяют, то обязательно хороним убитых, а с помощью мобильных, которые они носят при себе, отправляем родственникам координаты захоронения. Война - войной, но уважение должно быть.

- Сколько "туристов" из России на счету вашей группы?

- Для меня и нашей группы это не повод для гордости. Но я могу сказать, что многие нашли смерть на нашей земле. Я не испытываю какой-то радости от этого. Ведь мы славяне. Да, они пришли на нашу землю и мы вынуждены защищаться. Но эти ликвидации ложатся тяжелым бременем на душу. Мне проще уничтожать предателей, которые присягали Украине, но изменили.

- Вы занимаетесь предателями на оккупированных территориях?

- Да, это одна из наших задач - находить и наказывать таких людей в форме.

- А почему вы сами не стали сепаратистом, почему не поддержали вторжение России? Почему решили воевать за Украину?

- Мои корни в Полтавской области. У меня в роду все украинцы. Козацкую кровь водой не разбавишь. Хотя до войны я не считал себя патриотом. Для меня не было разницы, кто там власть. Но когда пришло время принимать решения, я все для себя понял. Я всегда по-русски говорил. А теперь стараюсь по-украински. Даже периодически думаю по-украински. Он мне приятнее. А русский режет слух.

- Вам приходилось принимать участие в ликвидации лидеров террористов? Бэтмен, Мозговой - ваших рук дело?

- Когда закончится война - все расскажем. Сейчас было бы неправильно говорить об этом. Мои люди на оккупированных территориях с каждым днем приближают день победы. По очень многим историям им хочется закричать: да это же мы, это мы сделали, вот доказательства. Но это лишь привлечет внимание. В нашем деле слава ни к чему.

- Вам, кстати, что-то известно о так называемой группе Тени?

- Так называемая группа Тени - это люди, которые сделали себе пиар с помощью компьютера и интернета. Они присваивали себе заслуги нашей группы, просто покопавшись в интернете. Вот и все.

Так называемая группа Тени - это люди, которые сделали себе пиар с помощью компьютера и интернета. Они присваивали себе заслуги нашей группы, просто покопавшись в интернете

- Оцените качество подготовки украинских разведчиков и спецслужб.

- Год назад разведчиков и спецслужб у нас не было. Вообще не было. А те, что были - они даже друг другу не доверяли. Теперь ситуация иная. Например, год назад мы свободно ездили туда - сюда через линию разграничения. Теперь даже нам тяжело - спецслужбы контролируют буквально все. Есть система.

- Приходилось ли сталкиваться с российский контрразведкой и как оцениваете силы россиян?

- Россияне продолжают старую школу КГБ. Там все без изменений. Они лучше подготовлены технически. Например, чтобы сделать поддельный паспорт для передвижения по оккупированной территории - это целая история. Я уже не говорю о ликвидации врагов страны. У россиян с этим гораздо проще, система настроена на подобную диверсионную деятельность. В Украине пока только приходит понимание того, что это необходимо. Но в ближайшее время ждите новые сенсации оттуда - мы над этим работаем (уже после беседы во время подготовки текста интервью, 12 декабря, стало известно о ликвидации одного из главарей террористов ЛНР, так называемого казачьего атамана Павла Дремова. Кто это сделал - неизвестно, - ред.).

- В Киеве бойцами Альфы был убит ответным огнем человек с позывным Лесник. Многие подумали о вас. Но вы сидите передо мной, живы и здоровы. Я посмотрел старые записи с вами, где есть ваш голос. Он совпадает с вашей речью сейчас. То есть вы тоже - Лесник. Но другой. Вам что-нибудь известно о втором Леснике, который был убит?

- Когда название "группа Лесника" стало известно после нескольких публикаций и интервью, примерно через месяц после этого я впервые услышал о втором человеке с позывным Лесник. Я находился в штабе АТО, когда доложили о том, что на одном из блокпостов задержаны вооруженные люди. Один из задержанных назвал себя Лесником. Я сказал, что ничего об этих людях не знаю - моя группа выезд не планировала. Больше я со вторым Лесником не пересекался. Лицо его мне знакомо. Где-то мы могли видеться, потому что мы работали и с Правым сектором, а он там тоже был. Но ничего конкретного я о нем не знаю.

- По убитому Леснику обсуждаются две версии. Первая: он был украинским патриотом, которого ликвидировали спецслужбы. Вторая: он был завербованным российским диверсантом. Вы к какой версии склоняетесь?

- Мне кажется, что когда появилась группа Лесника, российские спецслужбы решили не дремать и сделать информационный клон с целью дискредитации - либо сразу, либо через какое-то время. На тот момент громких названий было не так много. Это уже после появился аэропорт и киборги, другие герои войны с серьезными именами. Сегодня я знаю множество простых воинов - настоящих героев. Но до этого российской пропаганде приходилось выбирать из того, что есть. Мне кажется, второго Лесника придумали россияне.

- Насколько тяжело россиянам завербовать патриота?

- Это всегда или деньги, или сомнения. Мне и самому приходило в голову, что я не со всеми процессами в стране согласен. Но предавать свою страну - так нельзя. Предать веру людей - я себе этого не представляю.

- Сейчас в добровольческой среде бытует мнение о том, что власть борется с патриотами. Вы сами как считаете - это соответствует действительности?

- Нет, я не считаю, что власть борется с патриотами. Я этого не вижу. Но есть процент и вероятность того, что патриот может попасть под каток. Например, заходили мы в Славянск. Один из бойцов не сдержался и ударил мента, который был в городе. И вот тот, допустим, накатал на него заявление. Формально этот доброволец, ударивший милиционера, нарушил закон и должен ответить. Гонение ли это на патриотов? Бывает и так, что патриот разочаровался во власти и начинает нарушать закон. Важно понимать, что те времена, когда можно и нужно было действовать по обстоятельствам - прошли. Теперь мы должны соблюдать закон и жить по общим правилам. К сожалению, общий фон ситуации такой, что сейчас россиянам очень просто повернуть патриота в нужное Москве русло.

- Что вы можете сказать о новом руководстве СБУ во главе с Грицаком?

- В СБУ пришли люди из зоны АТО. Я с ними работал и работаю. Видел в деле. Легко работать. Грицак очень откровенный человек. Но не всегда у него получалось сделать все, что он действительно хотел сделать. Когда он был в АТО, то некоторые его инициативы рубились, когда доходили до Киева. Теперь, когда он стал главой СБУ, я знаю людей, которые от беды подальше сбежали с освобожденных территорий - кто в Турцию, а кто и дальше. В патриотизме Грицака у меня нет ни малейших сомнений. Он жил в кунге вместе со всеми, вместе с солдатами. Это не паркетный генерал какой-нибудь.

- Государство обеспечивает группу Лесника и подобные ДРГ?

- В последнее время - да. Хотя в периоды перемирий к нашим услугам терялся интерес. Дали задачу - мы выполнили. Не дали - мы сами себе поставили задачу, выполнили, пришли и доложили. Сейчас мы снова в деле. Идет подготовка и обучение людей. Есть задачи. Но деталей не будет.

Остальная Украина с этими районами снова жить в одной стране однозначно не сможет. Это будет слишком тяжело. Будет много убийств и зачисток. Представьте себе, что вот так, как мы сейчас сидим, приедет патриот куда-нибудь в Горловку, а там в забегаловке кто-нибудь крикнет "слава Новороссии". Бойня начнется

- К чему идет российско-украинская война?

- Если Украина решится на физическое устранение врага, то мы очень быстро освободим свою землю. В противном случае это будет новое Приднестровье. Я не верю, что хватит голосов на новую амнистию или изменения в Конституцию. Все эти разговоры далеки от реальности. О чем-то говорить можно только после возврата границы под наш контроль.

- Вы общаетесь с людьми по ту сторону. Остальная Украина с этими районами снова сможет жить в одной стране?

- Нет, однозначно нет. Это будет слишком тяжело. Будет много убийств и зачисток. Представьте себе, что вот так, как мы сейчас сидим, приедет патриот куда-нибудь в Горловку, а там в забегаловке кто-нибудь крикнет "слава Новороссии". Бойня начнется. И этих людей Россия к себе не заберет - оставит нам в нагрузку. В этом и весь план.

Какова ситуация: добровольческие батальоны отвели, сейчас они в тылу. Какие-то шаги со стороны Украины - например, амнистия боевиков - всколыхнут патриотов и они начнут что-то делать в Киеве. Это то, чего ждет Путин - коллапса Украины изнутри. Для этого им нужен еще один котел, чтобы довести градус ситуации до максимума.

- Россияне готовятся к новому наступлению?

- По моей оценке, россияне готовятся, чтобы начать наступление с января. Наркоманов с линии убирают, а ставят подготовленных на полигонах под Ростовом. Для чего они отодвинули свои псевдовыборы? Чтобы получить наиболее удобное время для наступления. К этим своим "выборам" они устроят очередную провокацию, обвинят Украину в нарушении минских соглашений и снова пойдут в атаку.

- Что делает украинская армия? Мы готовимся к этому сценарию?

- Да, но боюсь, что зима снова окажется чем-то неожиданным. Но не дай Бог еще какой-нибудь котел - все, это будет задница. Конечно, сейчас уже есть, чем достойно ответить. Но рука должна быть все время на пульсе. Нельзя расслабляться. Россияне только этого и ждут. Война не закончилась. Она закончится, когда кто-то один победит. Сценария два: либо что-то случится в России и ей станет не до войны с Украиной, либо что-то случится в Украине. Путин будет до последнего бороться за победу над Украиной. Мы тоже должны желать себе победы и все для этого делать.

Меня удивляет критика в тылу, которая звучит. Вот, уровень жизни понизился, вот, жить стало хуже. А как ты хотел, дорогой!? Война в стране. А ты все еще получаешь зарплату, все еще вкусно кушаешь, отпуски планируешь, учишься и занимаешься досугом. Наши прадеды жрали макуху и даже не представляли, что за защиту страны можно еще и деньги получать. Война! Надо заботиться об армии. Сосед ушел на войну, а ты - нет? Поддержи его семью, помоги. Это единственный путь к победе.

Надо заниматься реабилитацией бойцов АТО. Боец в АТО получал 7-10 тысяч. Вернулся домой и получает на работе 3 тысячи - это если его еще не уволили. Что он будет делать? Страх он уже потерял на войне. У него надо забрать оружие из рук и научить снова жить. Иначе он пойдет и будет бороться уже внутри страны хоть с кем-то, будет воевать с властью. Просто потому, что он уже ничего другого не может. Это опасно. Надо работать с этими людьми.

- Что ждет Донбасс?

- Если будет команда освобождать Донбасс - добровольцев будет масса. Просто так стоять под обстрелами никто не захочет. Нет в этом цели. Цель освободить Донецк и Луганск - вот это достойно. Не рискнет Москва пойти дальше в ответ. Она уже вторглась. Дальше Днепра не зайдет, а потом им придется бежать. Они в маленькой Чечне 200 тысяч солдат держали. Для удержания Украины им понадобится минимум 2 миллиона солдат. Это при том, что в Украине, чем дальше к центру, тем выше будут потери россиян. Им не выиграть и силой Украину не захватить. Тут будет такое партизанское движение, что Чечня покажется раем. Днем - здрасте, ночью - ножом по горлу. Так что нечего бояться защищать свою страну. Путин это понимает. Мы запросто могли бы вернуть Донецк и Луганск. С другой стороны, я все чаще задумываюсь над тем, нужны ли они нам. Какого нормального политика они дали Украине? Ни одного.

- Думаете, лучше ничего не делать с оккупированными районами Донбасса?

- Приднестровье - это будет лучше, чем возвращать их на любых условиях. Донецк можно переубедить. Луганск - там не о чем говорить. Они никогда украинцами не будут. Надо забрать экономически выгодные районы - Дебальцево, Горловку. А с остальной опухолью построить железную границу. Россия этому будет противиться, потому что ее главная цель - внедрить эту опухоль назад в тело Украины.

Читайте также:

Почему в Киеве погиб боец Альфы: первые подробности операции

Реальный патриотизм: как создаются силы специальных операций

Подписывайтесь на аккаунт ЛІГА.net в Twitter и Facebook: в одной ленте - все, что стоит знать о политике, экономике, бизнесе и финансах.