В дождливый день 21 сентября псковичи вышли с плакатами в сотый раз потребовать свободы для политических активистов Артема и Лии Милушкиных, обвиняемых в сбыте наркотиков. "Сотый" – в буквальном смысле: сегодня сто дней, как в Пскове началась бессрочная акция протеста.

"Здравствуйте, Елена! Спасибо вам за письма! Пытаюсь достучаться до главного врача СИЗО Капитонова. Прошу врача отправить меня на обследование в областную больницу в связи с ухудшением здоровья, и в СИЗО нет врача пульмонолога, невропатолога. Пишу заявления, но тщетно", – письма Артема Милушкина из следственного изолятора активисты сегодня в "гайд-парке" читали вслух, под дождем. Редкие прохожие останавливались, недолго слушали, шли дальше.

Артем и Лия Милушкины лишены свободы с января этого года. Артем содержится под стражей, Лия – под домашним арестом. Супруги – известные в Пскове политические активисты, Лия была избрана координатором псковского отделения "Открытой России" и сотрудничала со штабом Навального, Артем был организатором и постоянным участником протестных акций.

Сейчас им предъявлено обвинение в сбыте наркотиков в крупном размере. Дело почти целиком строится на показаниях наркозависимого полицейского агента. Участники бессрочной протестной акции уверены, что дело Милушкиных сфабриковано точно так же, как было сфабриковано дело журналиста Ивана Голунова. И рассчитывают освободить их тем же способом – через общественное давление.

"Не дать сделать как привыкли"

Бессрочные пикеты в поддержку арестованных активистов спровоцировали сами полицейские. 14 июня мать Артема Ирина Милушкина пришла на митинг за отставку губернатора Псковской области Михаила Ведерникова с плакатом "Свободу Артему Милушкину, 5 месяцев в СИЗО". Как только она развернула плакат, к организатору митинга подошли полицейские и потребовали убрать его "ввиду несоответствия заявленным целям акции".

Это моя последняя надежда сказать свое слово в защиту сына



Уже через час Ирина Милушкина стояла с тем же плакатом у здания регионального УМВД.

– Это моя последняя надежда выразить свой протест, сказать свое слово в защиту сына. По-другому я ему помочь не могу. Он не виноват, пять месяцев в СИЗО – это большой срок для того, чтобы предъявить доказательства, если бы он был виновен. За это время мне разрешили с ним увидеться только один раз, – говорила Ирина Милушкина полицейским, которые сразу окружили ее.

Ее первый выход с пикетом совпал с волной протеста из-за дела журналиста Голунова и подготовкой к Международным Ганзейским дням, когда в Псков должны были съехаться делегации из десятков европейских городов ("Ганзейский союз Нового времени" объединяет более 180 городов из 16 европейских государств. Это международная неправительственная межмуниципальная организация ("культурное содружество городов"), основанная в 1980 году, которая ставит своей целью развитие торговли и туризма. – СР). Активисты решили объявить о начале бессрочных пикетов. Более десяти человек заявили, что будут стоять ежедневно и прекратят акцию только в случае освобождения Милушкиных или предъявления очевидных доказательств их вины.

– Пикеты – это часть общественной кампании, цель которой не дать полиции сделать всё как они привыкли – без лишнего внимания прессы и общества. Сделать то же самое под камерами журналистов и правозащитников – значительно сложнее, – считает один из постоянных пикетчиков правозащитник Владимир Жилинский.

– Протестовать "на кухне" или в фейсбуке я не умею, поэтому когда вижу, что происходит несправедливость, которая касается (или может коснуться) меня или моих друзей (а у нас – "один за всех и все за одного"), то выхожу на улицу, – объяснял активист Павел Чернов.

Либертарианец Николай Никифоров специально приезжает из Санкт-Петербурга на пикеты в Псков, потому что "если люди будут молчать, то власть станет раскручивать маховик репрессий".

– Дело сфабриковано потому, что Артем выступал против действующей власти, – считает Николай. – Сфабриковано потому, что, во-первых, будучи политическим активистом, человек вряд ли будет заниматься сбытом наркотиков, во-вторых, силовики еще в ноябре угрожали ему подбросить наркотики, это было в прессе. Власть боится неповиновения и запугивает людей при помощи выборочных посадок.

Я не могу высказать своё недовольство Путину и Медведеву в лицо, поэтому пошел под окна кабинета губернатора

Свое обещание активисты сдержали. Каждый день, начиная с 14 июня, в Пскове стоит пикет с требованием освободить Артема и Лию.

Пикетчики собирали митинг в "Гайд-парке", стояли в поддержку Милушкиных на центральных улицах города и у "желтого дома" – так в Пскове называют здание администрации региона на улице Некрасова. Игорь Батов для этой локации сделал специальный плакат с надписью: "Губернатор! Псковичи Милушкины сидят за политику!"

– Губернатор – фигура, наиболее близкая к правительству, президенту и к позволяющим этот беспредел лицам. Губернатор отвечает за происходящее в области. Я не могу высказать своё недовольство Путину и Медведеву в лицо, поэтому пошел под окна его кабинета, – рассказал Батов, лидер общественной экологической организации "Свободный берег".

"Потому что не могу молчать", – объясняет он мотивы своего участия в пикетах.

– Потому что на своей прострелянной шкуре знаю беспредел распоясавшихся силовиков и не желаю с этим мириться, – говорит Батов. Несколько лет назад у него случился конфликт во дворе, когда пьяный полицейский в ответ на замечание достал пистолет и начал стрелять. – Хотел своим примером показать, что надо бороться.

Так можно на любого навесить невесть что

Каждый раз полицейские появляются на пикетах через пять минут после начала. Они переписывают паспортные данные, задают вопросы и снимают участников на видео. Самый мощный наряд был выслан к "желтому дому", когда там с плакатом появилась 84-летняя активистка Анна Ершова. Сначала мимо проехала обычная патрульная машина и, оценив обстановку, запросила подкрепление в лице автоматчиков в бронежилетах. Автоматчики по телефону спрашивали начальство, нужно ли везти Анну Владимировну в отделение, но наверху решили не обострять.

– Полицейские спрашивали: "Кто вас послал?" А я им: "Меня не нужно посылать, я сама кого хочешь пошлю!" Один другому говорит: "Будем забирать?" Ну, вот что в башке у них?! – возмущается Анна Владимировна. – Я вышла, потому что дело Милушкиных – это, конечно, политический заказ. Человек сидит столько времени, уже суд нужен! А где улики? Его подозревают, но нет доказательств этому. Так можно на любого навесить невесть что. Меня это возмущает! Произошел произвол! Я лично Артема Милушкина не знаю, но всегда встану на защиту тех, кто терпит несправедливость!

"Без папы какие каникулы?"

К библиотекарю Екатерине Новиковой, которая выходила на пикет в первый из Ганзейских дней, приехал ОМОН в компании полицейских на скутерах.

– Они подбежали, не представились, но сразу наехали и попросили в очень грубой форме прекратить митинг. Я им рассказала, чем митинг отличается от пикета и что я имею право стоять. Они не слушали и грубо кричали, что порвут плакат. Прессовали все время, пока я стояла, – вспоминает Новикова.

Человек не должен сидеть просто так

Екатерина – одна из постоянных участников бессрочных пикетов. В обеденный перерыв приезжает в центр города и разворачивает плакат.

– А что делать? Они за уши притягивают все дела. Человек не должен сидеть просто так: либо предъявляйте доказательства вины, либо выпускайте. А он в СИЗО. У нас полстраны сидит так. А наша цель проста – чтобы по закону все было! – объясняет Новикова.

– Правоохранительные органы не должны быть марионетками в политических играх. Не должны держать людей в заключении месяцами и годами. Человек должен быть в СИЗО, только когда есть действительно железные доказательства вины. Если же его убирают как политически активного гражданина, за то, что он против действий властей и открыто выражает эту точку зрения, – это неправильно, – согласен с ней пикетчик Кирилл Козлитин.

Официально полиция отреагировала на пикеты через месяц. 25 июля новый глава УМВД России по Псковской области генерал-майор Алексей Овсянников комментировал акцию на пресс-конференции.

– То, что на пикетах пишут, что обвинения не предъявлены, – это ложь, – объявил Овсянников, хотя протестующие писали на плакатах не про обвинения, а про отсутствие доказательств. – Отношение к этому делу активистов завело в тупик семью Милушкиных.

Он мне сказал: "Ваши пикеты завели дело в тупик". Но я не перестану

Начальник региональной полиции добавил, что на фоне дела Ивана Голунова псковская полиция находится "под лупой и жёстким контролем".

Алексей Овсянников лично разговаривал с мамой Артема Милушкина. Но диалога, по словам Ирины Владимировны, не получилось.

– Он мне сказал: "Ваши пикеты завели дело в тупик". Но я не перестану. Мой сын в СИЗО без доказательств вины. Дети живут без отца, они теперь по-другому относятся к миру и каждый день говорят про папу. Мы с ними были у Овсянникова. Тот спросил зачем-то у ребят: "Как каникулы?" А они: "Без папы какие каникулы?" – рассказывает Милушкина. – Моего сына просто изолировали от общества и хотят как можно дольше удерживать его, иначе он вместо меня стоял бы на митинге и выступал в защиту кого-нибудь.

Псковский националист Георгий Павлов убежден, что Артема уже восемь месяцев держат в СИЗО из-за того, что он отказался сотрудничать со следствием.

– Он отказывается сотрудничать со следствием (естественно, отказывается, потому что он невиновен, я в этом полностью уверен), травят его здоровье. То есть думают так: "Не сотрудничаешь – мы тебя инвалидом сделаем", – уверен Павлов.

27 августа полицейские официально объявили адвокатам, что расследование уголовного дела завершено. К первоначальному обвинению в сбыте крупной партии наркотиков добавились и новые. Как рассказал адвокат Артема Владимир Данилов, следствие считает, что Милушкин сбывал наркотики в 2011 году, организовывал поджоги кафе и шиномонтажных мастерских в 2018 году и три раза продавал амфетамин в 2019 году (то есть до своего ареста 17 января).

Вместе со своим другом он получал от Милушкина наркотики, а тот за это просил их устраивать поджоги

О том, что Милушкин сбывал наркотики и был причастен к поджогам, следствию рассказал ранее засекреченный свидетель – наркозависимый 28-летний Станислав Павлов, которого незадолго до начала "дела Милушкиных" полицейские задержали с партией наркотиков. Теперь, по словам Данилова, Павлов дает показания, что он вместе со своим другом получал от Милушкина наркотики, а тот за это просил их устраивать поджоги.

13 сентября Лие и Артему Милушкиным вновь продлили арест, пока адвокаты знакомятся с материалами дела. Защита просила заменить меру пресечения на более мягкую, но суд оставил в СИЗО Артема Милушкина, так как посчитал, что активист сбежит за границу или продолжит заниматься "преступной деятельностью". Его жена под домашним арестом. Ей разрешили звонить детям и встречать их после школы, а два часа для прогулки поделили на час днем и час вечером.

Несмотря на официальное завершение следствия, активисты не собираются уходить с улиц.

Нам катастрофически не хватает общегражданской солидарности



– Если мы не будем выходить, требовать, заявлять о происходящих несправедливостях, то их будет происходить всё больше и больше. Огласка, внимание, публичный диалог – это единственное, что может сейчас повлиять на силовиков, – говорит правозащитник Владимир Жилинский. Он уверен, что именно пикеты заставили следователей наконец передать дело в суд.

– На фоне резонансных дел Ивана Голунова и Павла Устинова мы увидели цеховую солидарность и реальный результат этой солидарности. Но количество незаконно осуждённых людей в России существенно больше этих двух случаев. И нам катастрофически не хватает общегражданской солидарности, – считает псковский оппозиционер, член партии "Яблоко" Николай Кузьмин.