Подробности

Впервые в истории независимой Украины офицер спецподразделения «Альфа» погиб не от рук криминальных элементов, а в бою с представителями спецслужб иностранного государства

Миллионы пользователей интернета и телезрителей Украины были шокированы распространенной записью перехваченных СБУ телефонных переговоров так называемого славянского «Стрелка» с его московскими руководителями. Запись появилась 14 апреля, на следующий день после нападения сепаратистов на группу украинских силовиков, которые передвигались по неспокойному региону под прикрытием спецподразделения «Альфа». «Стрелок» докладывает некому Александру из России: «Мы не знаем даже, кого мы „покрошили“, но кого-то серьезного… Мои ребята просто отработали на „пятерочку“ с плюсом». В докладе командиру диверсионной группы Главного разведывательного управления (ГРУ) Генштаба Вооруженных сил Российской Федерации этот же человек конкретизирует свой отчет: «Наша группа расстреляла три машины вип-класса, в которых они (руководители украинских силовых структур. — Авт.) передвигались. Уничтожили и охрану, и тех, кто в них находился, почти всех…» — «Я могу официально дать информацию, что это глава Антитеррористического центра украинского, — с явным удовольствием отвечает „Стрелку“ московский шеф. — Аваков сказал, что он ранен. Так что вы в кого надо попали… Вы хорошо отметили праздник (13 апреля было Вербное воскресенье. — Авт.)».

А в семью полтавчан Биличенко в светлый христианский праздник пришло непоправимое горе. В той перестрелке, о которой с нескрываемым удовольствием говорили сепаратисты, погиб родной человек — офицер СБУ Геннадий Биличенко.

«Геннадий очень много читал и 13-летнего сына приучил к этому»

— Гена не рассказывал о работе, — плачет безутешная мать погибшего Валентина Николаевна. — Не хотел, чтобы родные волновались. Последний раз мы общались в субботу в восемь часов вечера. Такой теплый разговор вышел… Он все просил меня беречь себя. Как будто последние наставления давал. Гена был очень заботливым сыном. Когда я в прошлом году попала в больницу, он дважды в день проведывал, носил все самое вкусное, поддерживал морально.

*Офицер Биличенко погиб за Украину, выполнив свой долг до конца

Гена был добрым, заботливым, ответственным, целеустремленным. Мы с мужем по праву гордились сыном, всегда были в нем уверены. Может, потому мое материнское сердце и не почувствовало приближающейся беды. А вот Гале, моей дочке, недавно покойный отец приснился. Пришел к ней домой в черном плаще, а лица не показывает. Так и ушел, ничего не сказав. За сыном, получается, приходил…

Глядя на сырую могилу, мать затужила: «Ты же говорил недавно, что уже соскучился по земле, хотел скорей огород сажать. И вот теперь земля тебя навсегда забирает…»

К Наталье, вдове офицера, я даже не рискнула обратиться — женщина то и дело теряла сознание. От нее ни на шаг не отходил 13-летний сын Денис, который тоже не сдерживал слез. В этом возрасте мальчику так нужен отец!

— Гена очень много читал, — рассказывает родственник семьи 56-летний Сергей Подкладов, бывший служащий спецвойск. — Заочно закончил исторический факультет Полтавского педагогического университета, имел широкий кругозор и аналитическое мышление. У Дениса тоже вырабатывал привычку читать каждый день. В нашу последнюю встречу Геннадий хвалился, что накупил разных сортов картошки для посадки. У них с Наташей в родном селе Гожулы (село, примыкающее к Полтаве. — Авт.) есть небольшой участок земли, и Гена с удовольствием там копался. В общем, мирные планы у мужика были.

Для Геннадия было непреодолимым барьером убить животное, поэтому он никогда не ездил на охоту. Уверен, что и стрелять в человека на поражение он не смог бы, хотя работа это и предполагала. А вот для противника этого сильного психологического рубежа уже не существовало…

Контр-адмирал Юрий Парамонов, ранее возглавлявший управление СБУ в Полтавской области, говорит, что Геннадий Биличенко был хорошим спортсменом — неоднократно выступал за ведомство по многоборью и стрельбе. На его счету участие в 180 боевых операциях. За годы службы был удостоен четырех медалей.

В 41 год Геннадий Биличенко уже мог бы уйти в отставку. Но продолжал служить, чтобы заработать на квартиру, ведь семье приходилось снимать жилье. После его гибели городские власти пообещали вдове выделить двухкомнатную квартиру.

И очередное воинское звание Геннадию Биличенко присвоили тоже посмертно, «задним», 12-м числом.



*Проводить Геннадия Биличенко в последний путь пришли тысячи полтавчан (фото автора)

«Биличенко получил три пулевых ранения, каждое из которых было смертельным»

— Я остался жив, потому что погиб офицер Биличенко, — рассказывает заместитель председателя Службы безопасности Украины Виктор Ягун, присутствовавший на похоронах. — В тот трагический день 13 апреля около девяти часов утра мы, сотрудники центрального аппарата совместно с руководством донецкой областной милиции, проводили рекогносцировку (изучение местности перед боем. — Авт.), готовились к антитеррористической операции. В восьми километрах от Славянска остановились пообщаться с жителями села Семеновка. В том месте стояло много машин — и гражданских, и боевых. Люди уверяли нас, что в Славянске оружия нет, что тут, дескать, только мирные демонстранты. В это время подъехала группа мужчин в гражданской одежде, которые, как стало понятно позже, доложили террористам о вип-машинах. Через несколько минут раздались выстрелы.

— Вы видели стрелявших?

— Да, их было около десятка. Они попросту расстреливали нас — без предупреждения, со спины, с расстояния семи—десяти метров. Все в одинаковой форме российского производства, в такой же одинаковой обуви и специальных очках. Стреляли из автоматов Калашникова (АК-100), которые только недавно были взяты на вооружение российскими спецподразделениями. Так что рассказы о том, что стреляли свои, украинцы, из числа самообороны, это неправда. Спустя два дня мы уже точно знали, что руководил диверсионной группой Игорь Стрелков, офицер 45-го полка специального назначения, который базируется в Подмосковье.

Наши ребята были рассредоточены на месте и приняли бой. Но потом под прикрытием «альфовцев» вынуждены были отойти, оставив две изу­веченные машины. В мой служебный автомобиль тоже попало шесть или семь пуль, у него были прострелены колеса. Ехали на дисках…

Геннадий, находившийся ближе всех к диверсантам, получил три пулевых ранения, каждое из которых было несовместимо с жизнью — в голову, шею и сердце. Впервые в истории независимой Украины сотрудник спецподразделения «Альфа» погиб не от рук криминальных элементов, а в бою с представителями спецслужб иностранного государства. Это настоящий герой, отдавший свою жизнь за Украину.

Еще четверо наших людей были ранены, двое из них полтавчане. Один офицер попал в реанимацию. К счастью, здоровью пострадавших уже ничего не угрожает.

— Сколько, по вашим данным, иностранных диверсантов находилось 13 апреля в горячих точках на востоке страны?

— Не так много, до батальона, то есть до 300 человек. Они, кстати, уже и не скрывают своего присутствия в Украине. При захвате горотдела милиции в Славянске, например, полковник российской армии предъявил свое удостоверение сотрудника ФСБ, закрыв рукой только фамилию.

— Почему так долго откладывалась антитеррористическая операция?

— Опасались за жизнь мирных граждан. В захваченных зданиях расставлены газовые баллоны и канистры с бензином. Одно попадание пули — и получится красивый фейерверк. А вы посмотрите, что делают сепаратисты с захваченным оружием! Они раздают автоматы, пусть и под расписку, даже 15-летним пацанам. В случае штурма эти ребята погибнут первыми. Враг провоцирует нас, лишь бы мы пошли на мирных жителей. Но этого не будет!

— А понесет ли кто-то наказание за смерть украинского офицера Геннадия Биличенко?

— Существуют международные договоренности о выдаче преступников, в том числе и с Россией. В этом случае есть свидетели совершенного преступления и конкретные подозреваемые. Генпрокуратура Украины возбудила уголовное дело по фактам терроризма и убийства. Хотя это будет длительное процессуальное действие.

«В случае штурма этих двоих пустить в расход. Нам свидетели не нужны!»

Люди, застрелившие офицера СБУ, приехали на автомобиле, принадлежащем полтавской частной охранной фирме «Явiр-2000». Видео кровавой бойни, сделанное случайным свидетелем преступления, тут же попало в интернет. Правда, человек, снимавший его, ошибочно назвал машину винницкой — его ввели в заблуждение буквы «ВІ» на номерном знаке. На самом деле, это полтавская регистрация. «Свои стреляют в своих» — таков был главный посыл видеоролика.

— Злоумышленники специально захватили яркий автомобиль с логотипами на украинском языке, чтобы показать на весь мир: украинцы уничтожают своих же силовиков, — объясняет директор охранной фирмы «Явiр-2000» Андриан Орликовский.

— В половине пятого утра 13 апреля мы с водителем Сергеем Марченко на машине «Рено Логан», доставив груз, направились в Ясиноватую на нашу базу, — вспоминает 24-летний охранник фирмы Вадим Онищенко. — Километров через пять нас заблокировали два «жигуля» 99-й модели. Из них выскочили шестеро с автоматами, повалили нас в лужу на асфальте. Надели наручники и затолкали в нашу же машину. Меня — в багажник, Сергея — на пол под задним сиденьем, да еще и приставили к спине, как он позже рассказывал, пистолет. Привезли в штаб ополчения, который располагался в захваченном горотделе милиции Славянска. Приковали к железным опорам в оружейной комнате. Под дулом автомата стали допрашивать. Думали, что мы разведчики.

— Это были русские?

— Тем более обидно, что свои. Потом нас перевели в какое-то административное здание, как мне кажется — прокуратуру. Завели, наверное, случайно, в подвал, где отдыхали человек 30 русских (их выдавали характерный говор, форма и вооружение). Потом быстро перевели в другой подвал. Вот тут уже стало по-настоящему страшно. Руки связали скотчем за спиной (кстати, наручники в отделении милиции перепилили «болгаркой» — не нашлось ключей открыть), приказали головой упереться в стенку и присесть на корточки. Сзади поставили по автоматчику. В таком неудобном положении нам с Сергеем пришлось провести долгих четыре часа. Время от времени ноги так затекали, что мы не выдерживали и падали. Нас поднимали и снова усаживали в «исходное положение». Вставать запрещалось под угрозой расстрела.

А потом послышался гул наших вертолетов. И сразу же поступила команда: «Пулеметчики и снайперы — на крышу!» Один из командиров перед этим зашел к нам в комнату и отдал приказ автоматчикам: «В случае штурма этих двоих пустить в расход. Нам свидетели не нужны!» Кошмар, когда мы каждую секунду ждали смерти, длился примерно полчаса. Утешало одно — что гибель не будет мучительной. Пуля в затылок — и все. Только маму было очень жалко. Она — единственный для меня близкий человек, своей семьи я еще не успел создать…

— Как вас отпустили?

— Водитель пошел на хитрость и сказал, что наше начальство знает, где мы находимся, нас ищут. Это сработало.

Когда нас вывели на улицу (уже было около часа дня), меня всего колотило так, что зуб на зуб не попадал. Никогда в жизни не курил, а тут попросил у напарника сигарету. О том, что из нашего автомобиля стреляли и убили «альфовца» из Полтавы, я узнал только на следующий день.

— То, что «Рено Логан» отклонился от курса, я заметил сразу, — рассказывает инспектор службы охраны фирмы «Явiр-2000» Вячеслав Диденко. — Зная о ситуации на Донбассе, заподозрил, что ребята попали в какую-то передрягу. Их машина, оборудованная GPS-навигатором, хаотично перемещалась по Славянску, я это видел на экране компьютера. Понял, что ее захватили. В семь утра передал сообщение в Славянский горотдел милиции о захвате служебного «Рено» и об исчезновении сотрудников. Увы, в милиции уже хозяйничали неизвестные люди в камуфляже. А через два часа из нашей машины стреляли.

112585

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter