Ученый совет МГУ признал технической ошибкой конкурсное избрание профессора Дугина на должность завкафедрой социологии международных отношений. Александр Дугин рассказал подробности конфликта ведущим Максиму Митченкову и Наталье Ждановой в эфире "Коммерсантъ FM".

В пятницу глава "Международного евразийского движения" Александр Дугин сообщил о том, что покидает МГУ. Профессор заявил, что ректор Виктор Садовничий не утвердил его в этой должности вопреки решению Ученого совета университета. Профессор также отметил, что решение Садовничего не утверждать его в должности связано с позицией Дугина по украинскому вопросу.

М.М.: Господин Дугин, а поясните, пожалуйста, в этих политических заявлениях о чем конкретно идет речь?

А.Д.: Дело в том, что в мае украинцы, некто Сергей Дацюк, киевский интеллектуал, близкий к "Правому сектору" и к Тягнибоку, партии "Свобода", инициировал петицию за мою отставку с поста профессора МГУ и исполняющего обязанности заведующего кафедрой социологии международных отношений. Мотивировал он это тем, что я призываю к созданию Новороссии, призываю к жесткому отпору карателям хунты, и вырвал из контекста какие-то отдельные мои фразы, переинтерпретировал их, начал петицию в интернете. К ней подключились российские либералы, которые традиционно выступают за Киев и против Путина, против Крыма, против Новороссии, против меня лично. Собрали подписи с помощью подтасованного голосования. У меня есть несколько скриншотов относительно публикаций с одного и того же IP целой серии каких-то анонимов, все это я могу предъявить.

В результате подделанной петиции они собрали какое-то количество голосов, часть из них, конечно, действительная, часть — поддельная, и начали кампанию травли. Садовничий, соответственно, принял ее к сведению и поступил так, как от него требовали киевляне и российские либералы, то есть уволил меня из МГУ. Дальше началась некоторая игра с формальностями. Вначале они пытались сказать, что не было никакого решения, а когда я опубликовал документы уже с приказом ректора о том, что это решение было, о моем утверждении, они придумали новую версию, что это была техническая ошибка.

Поскольку с российской бюрократией сражаться просто невозможно, это некий ад, поэтому, соответственно, юридическая сторона дела меняется, как правила игры прямо по ходу матча, соответственно, в этом ничего нового нет. Самое главное, что Садовничий принял политическое решение о моем увольнении, и никто во власти мою позицию не поддержал. Соответственно, я уволен с этой позиции, либералы, киевляне могут праздновать победу.

Показательно, что большую активность в моем смещении проявила группа московских сатанистов, которые осуществляли черные ритуалы воздействия на Садовничего. Видимо, эти ритуалы подействовали. Поэтому, на самом деле, я поздравляю либералов, сатанистов и киевских нацистов с их победой и установлением телепатического контроля над ректором Московского государственного университета.

Н.Ж.: Но вы сейчас шутите, я так понимаю, да?

А.Д.: Нет, я не знаю, может, шучу. У каждого свое чувство юмора.

Н.Ж.: Подождите, но сообщалось, Добреньков, который собирался уходить, остается, и вроде как говорили, что и вы можете остаться. Или все опять переиграли?

А.Д.: В понедельник меня поддержал наш факультет. Было обращение к ректору, чтобы он сохранил тот приказ, согласно которому я был назначен на эту должность, и который потом он отозвал по каким-то соображениям. Здесь была, если угодно, политическая борьба, потому что я стою за силовую поддержку Новороссии, а власть, кажется, имеет другую точку зрения. Поэтому на самом деле это некий знак патриотическому лагерю в России, поддерживающему президента, чтобы мы не слишком настаивали на поддержке Новороссии, а лучше бы ее просто вообще "слили". Вот о чем идет речь, и это довольно жестко. Если мы не понимаем намеков, то с нами будут разговаривать таким способом.

Н.Ж.: Технический момент уточню. Александр Гельевич, вы уходите из МГУ или нет?

А.Д.: Да, конечно, я уволен оттуда решением ректора.

Н.Ж.: Чем вы собираетесь дальше заниматься?

А.Д.: Пока не знаю.

М.М.: Как-то оспаривать это решение будете?

А.Д.: Вы что, Россию не знаете? Здесь на самом деле каждый сам себе Бетховен. На самом деле глупее попытки оспаривать решение ничего не придумаешь. Они придумают тысячу каких-то новых правил, сами введут их, задним числом переделают все протоколы, я буду только время тратить. У меня нулевая тяга к сутяжничеству, поэтому я в юридическом смысле просто заведомо признаю, что любой арестовавший меня без всяких нарушений гаишник, скорее, прав и любой ректор, конечно, тоже правильно меня уволил, даже если это было в нарушение всего. Это проще. Я сохраняю свои нервы и силы для каких-то созидательных действий, чем с этим замечательным миром бороться.

М.М.: Александр Гельевич, а позицию свою не поменяете?

А.Д.: Нет, конечно, нет. Надо вводить войска в Новороссию, надо поддерживать наших людей в русском мире, даже если все от них откажутся: и Путин, и Москва, и все остальное, а я буду последним тогда. Принципы для меня важнее всего, они не обсуждаются.