Несмотря на положительную динамику рождаемости, кризис не миновал, и Россия стоит на пороге новых угроз. Дело в том, что в ближайшие годы страна столкнется с последствиями катастрофического спада рождаемости конца 1980-х – начала 1990-х годов (т. е. с последствиями так называемой демографической ямы 90-х).

Реклама

Необходимо подчеркнуть, что мы имеем здесь дело с совершенно беспрецедентной по масштабам демографической катастрофой, с которой России еще не приходилось сталкиваться. Спад рождаемости в 90-х был гораздо масштабнее, чем даже демографическая яма Второй мировой войны (см. рис. 1.6).

Иными словами, число россиян, не родившихся в результате катастрофического спада рождаемости конца 80-х – начала 90-х, в несколько раз превышает число россиян, не родившихся в результате Второй мировой войны.

close

В репродуктивный возраст сейчас вступает молодое поколение, рожденное в начале 1990-х, – самое малочисленное за послевоенный период. Сейчас количество 15-летних в России в два раза меньше, чем 25-летних. Уже через десять лет численность женщин в активном репродуктивном возрасте 20–29 лет, на которых приходится почти 2/3 рождений, сократится почти вдвое, что неминуемо приведет к значительному сокращению числа рождений.

Российский демографический кризис имеет два компонента. Первый – низкая рождаемость, как было отмечено выше, а также, несмотря на подъем рождаемости, сокращение количества молодых женщин детородных возрастов, что означает перспективу снижения общего коэффициента рождаемости. Второй составляющей грядущего российского демографического кризиса является аномально высокий уровень смертности для промышленно развитой страны со средним уровнем доходов.

Российский уровень смертности весьма высок по мировым меркам; причем проблема здесь не только в старении населения, но и в первую очередь в экстремально высокой смертности мужчин в трудоспособном возрасте. Примерно треть всех избыточных смертей среди мужского населения приходится на возраст 30–70 лет. Если ситуация не изменится, то, по данным ВОЗ, из каждых десяти юношей — выпускников школ последних лет в Албании, Сирии или секторе Газа не доживет до пенсионного возраста лишь один, а в России – четыре.

Россия, находясь на 44-м месте в мире по уровню ВВП на душу населения, занимает лишь 145-е место по ожидаемой продолжительности жизни (ОПЖ) мужчин, отставая от десятков несравненно более бедных стран, таких как Таджикистан, Йемен, Пакистан, Бангладеш или Гондурас. В ряде регионов с тяжелой демографической ситуацией (Амурская, Псковская, Сахалинская, Смоленская, Тверская области и др.) ОПЖ мужчин сопоставима с таковой в Судане, Эритрее, Эфиопии, Сенегале и составляет 58–59 лет,

а в Коми-Пермяцком АО, на Чукотке и в Туве – 53–54 года, как в наименее развитых африканских странах – Нигере, Бенине, Малави.

Восполнить недостающее население даже чрезвычайно активным стимулированием миграции будет практически невозможно – все страны СНГ (главные демографические доноры России) столкнулись со своими «демографическими ямами», связанными с резким спадом рождаемости 1990-х годов. В результате на рынок труда в ближайшие годы в странах СНГ будут выходить все более и более малочисленные возрастные группы, что приведет к значительному уменьшению избытка рабочей силы и послужит мощным фактором сокращения миграционного прироста населения России.

Важно отметить, что надежды на решение демографического кризиса в России исключительно за счет миграции не обоснованы. Соотечественники, проживающие за рубежом, обладают определенным миграционным потенциалом и представляют собой отдельный демографический резерв России, но переоценивать его роль в формировании миграционных потоков также не следует – это лишь некоторая компенсаторная компонента.

И в концепции, и в указе президента Российской Федерации №606 от 7 мая 2012 года «О мерах по реализации демографической политики Российской Федерации» заложено дальнейшее повышение рождаемости. Ожидаемая продолжительность жизни (ОПЖ) россиян вышла на рекордные для России значения; указом же заложено ее повышение к 2018 году до 74 лет, что соответствует уровню ОПЖ в Венгрии. Иными словами, целевые показатели концепции и указа вполне достаточны по европейским меркам.

Однако в России, как показали наши расчеты, достижение этих целевых показателей не сможет прекратить депопуляцию. Предусмотренные в Концепции демографической политики целевые показатели рождаемости, смертности и миграции не обеспечивают последующий рост численности населения России в долгосрочной перспективе (см. рис. 2.1).

close

Уже после 2025 года убыль населения возобновится: при инерционном сценарии в ближайшие десятилетия, если не будут приняты новые меры поддержки рождаемости и предотвращения смертности, численность населения сократится до 140 млн человек к 2020 году и до 113 млн к 2050 году. Расчеты показывают, что при сохранении текущих уровней рождаемости (сильно ниже уровня воспроизводства) и смертности (очень высокой по мировым меркам), несмотря на достигнутые улучшения, в ближайшие десятилетия численность населения России будет стремительно падать – до 138,5 млн человек к 2020 году и до 112,4 млн к 2050 году.

В случае реализации инерционного сценария сокращение численности населения России и предстоящее в ближайшие годы изменение его возрастной структуры затронут все аспекты социально-экономического развития страны.

Трудовой и экономический потенциал. Если не принять самых срочных и серьезных мер по полной ликвидации российской сверхсмертности и повышению рождаемости, Россию ожидает колоссальное сокращение населения трудоспособного возраста – к 2020 году на 7–8 млн человек, а к 2050 году – более чем на 26 млн человек. Возрастная структура экономически активного населения сильно постареет, что поставит под угрозу запланированные темпы экономического роста, инвестиционную привлекательность и структурную модернизацию экономики.

Кадровая политика. Отрасли, непосредственно связанные с перспективами модернизации, например промышленное производство и инженерное дело, пострадают более всего. Из них в скором будущем начнут выбывать старшие кадры. Дефицит кадров при необходимости роста экономики, основанной на инновациях, может привести к тому, что процветающими так и останутся нефтегазовая промышленность и финансы, где сохранится высокий уровень заработной платы, способный привлечь немногочисленную высокообразованную молодежь.

Здравоохранение и социальное обеспечение. Рост численности населения старших возрастов приведет к росту государственных расходов на медицинскую помощь, поскольку в старших поколениях объемы потребления медицинской помощи в расчете на одного человека значительно выше средних показателей. Кроме того, быстрый рост потребности в специализированной медицинской помощи потребует изменений в специализации врачей и их подготовке. Увеличится потребность в скорой медицинской помощи, в комплексных центрах социального обслуживания для пожилых людей.

Образование. Уменьшение контингента российских студентов приведет к сокращению учреждений профессионального образования, если не будут найдены компенсирующие формы учебной и учебно-трудовой миграции. При высокой востребованности высшего образования снизится спрос на учреждения среднего и начального профессионального образования. Старение рабочей силы потребует создания новой современной системы непрерывного образования, направленной на переобучение и переквалификацию.

Пенсионное обеспечение. Проблемы возникнут и в государственной пенсионной системе, поскольку соотношение численности населения в трудоспособном и нетрудоспособном возрастах с нынешнего уровня 2,7:1 может упасть ниже 2:1 к 2035 году, а к 2050-му составит 1,6:1,43. При условии неизменного налогообложения и уровня пенсионного возраста цена бездействия в сфере пенсионного обеспечения может быть определена следующим образом: коэффициент замещения снизится с 36% в 2012 году до 26% в 2030-м. Поддержание коэффициента замещения на нынешнем уровне без изменения демографической ситуации и проведения пенсионной реформы будет стоить около 0,2% ВВП ежегодного увеличения расходов.

Обороноспособность. Численность мужчин призывного возраста (18–27 лет) сократится к 2020 году на 3,8 млн человек (более чем на треть), к 2050-му – на 4,5 млн (более чем на 40%), что вызовет проблемы с комплектованием вооруженных сил.

Политические риски. Политическая стабильность напрямую зависит от возможностей государства обеспечивать социальные обязательства. Дестабилизация и потеря доверия к властям в свою очередь может привести не только к ухудшению социально-экономической ситуации, но и к усилению демографического кризиса по сценарию 1990-х годов с нарастанием негативных тенденций.

Геополитические риски.Особую угрозу представляет демографическая ситуация на Дальнем Востоке, где нашими соседями являются три крупнейшие экономики мира (США, Япония и Китай). Вследствие низкой рождаемости, высокой смертности и миграционного оттока численность населения Дальневосточного федерального округа к 2050 году может сократиться почти на 40%, менее чем до 4 млн человек. В результате этого территориальная целостность России как самого большого по площади единого государства может оказаться под угрозой.

Демографические вызовы таковы, что если сегодня не принять дополнительных и эффективных мер, направленных на смягчение последствий демографической «волны» 1990-х, то в среднесрочной перспективе страна рискует потерять темпы экономического роста и мировую конкурентоспособность, а в долгосрочном прогнозе – социальную, политическую и геополитическую стабильность.

Вместе с тем очевидно, что инерционный сценарий отнюдь не является наихудшим.

Действительно, этот сценарий исходит из того, что ожидаемая продолжительность жизни в России до 2050 года будет еще на уровне 2010 года, а суммарный коэффициент рождаемости – на уровне 2011 года. При этом 2010–2011 годы по статистическим показателям считаются отнюдь не самыми плохими (а скорее, с точки зрения рождаемости и смертности, одними из самых лучших) за всю постсоветскую историю России.

К сожалению, нет достаточных оснований быть абсолютно уверенными в том, что ситуация с рождаемостью и смертностью в России больше не ухудшится. В недавней истории бывали случаи, когда после некоторого роста показатели рождаемости и ожидаемой продолжительности жизни обваливались до уровня даже более низкого, чем наблюдался в годы, предшествовавшие подъему.

В пессимистическом сценарии мы просчитывали вариант демографического будущего в случае победы в России алкогольного и табачного лобби, сокращения финансирования мер поддержки семьи, возвращения показателей смертности и рождаемости к кризисным значениям 90-х годов, а также экономического кризиса, катастрофического роста безработицы с последующим снижением миграционного прироста до нулевого уровня к 2022 году.

Хотя этот сценарий кажется слишком пессимистичным, к сожалению, выдвигаемые в последнее время предложения – по отмене материнского капитала, внедрению платного обслуживания малолетних детей в яслях, увеличению в два с половиной раза платы за детский сад (со стороны представителей среднего класса с двумя детьми) и заморозке – снижению акцизов на водку и сигареты — делают его более реальным. Результаты расчета по данному сценарию можно увидеть на рисунке 2.4.

close

Таким образом, при наихудшем развитии событий население России может сократиться до 100 млн человек уже в начале 2040-х годов.

Автор — генеральный директор Института научно-общественной экспертизы (ИНОЭ), кандидат экономических наук, модератор рабочей группы «Семейная политика и детство» Экспертного совета при правительстве Российской Федерации