С президентом Европарламента Мартином Шульцем «Европейская правда» пообщалась в пятницу, сразу после его выступления в Верховной раде. Беседа оказалась непростой — европейский политик пытался уклониться от прямых ответов, немало вопросов приходилось повторять дважды, а о членстве мы вообще спросили четыре раза в разных формулировках (конечно, не все повторы включены в текст материала), и все равно ответ остался неоднозначным. Увы, такова реальность. Шульц — немец, да еще и социал-демократ, а эта партийную группу долгое время считали настроенной на более тесное сотрудничество с Россией.



Но времена меняются, и сегодня президент ЕП является, безусловно, другом Украины. И именно в этом одновременно заключается важность заявлений президента Европарламента. Если даже ключевой представитель этой политической группы говорит о необходимости продолжать санкции и признает необходимость отменить визы для украинцев, то ЕС, скорее всего, сможет договориться по этим вопросам. Хотя уверенности, по признанию Шульца, нет. Итак, предлагаем вашему вниманию — разговор на непростые для президента ЕП темы.



— Украина сейчас в сложной ситуации из-за внешней агрессии и нуждается в сохранении поддержки Запада. Такой поддержкой являются санкции против РФ. Но готовы ли все страны-члены и далее оказывать давление на Россию?



— ЕС продлил санкции в июне, а это возможно только в случае согласия всех стран. Поэтому мой ответ — да. Страны-члены ЕС готовы сохранять санкции. И мое ожидание, что в 2016 году, если не будет существенных изменений, позиции государств-членов ЕС останутся неизменными и санкции вновь будут продлены.



— Согласовано, что санкции должны сохраняться до выполнения Минских договоренностей. В то же время, график «Минска-2» расписан только до конца 2015 года. Не станет ли это поводом для некоторых стран сказать в 2016 году: ситуация изменилась, «Минск-2» устарел и пришло время ослабить давление на Россию?



— Мне кажется, сейчас все страны члены ЕС понимают простую истину: когда мы вместе, мы сильнее, чем поодиночке. А вы почему-то спрашиваете о возможности разделения позиции стран-членов. Конечно, я не могу исключить разногласия между странами ЕС (в вопросе санкций). Но моя роль — сделать все возможное, чтобы избежать этого, чтобы помочь государствам ЕС сохранить единство. В случае если Россия решит изменить свою стратегию, если она начнет делать шаги к сотрудничеству и, по крайней мере, готовиться к выполнению минских договоренностей — все может измениться уже на следующий день. Но если сдвигов не будет — все государства ЕС будут придерживаться нынешней линии.



— И все же, срок выполнения Минска истекает. (Если по состоянию на конец года не будет изменений) , будете ли вы советовать создать новое соглашение с Россией, или, на ваш взгляд, лучше сохранять нынешний документ?



— В случае если Ангела Меркель, Франсуа Олланд и Петр Порошенко спросят мое мнение о том, что следует делать после завершения действия минского соглашения, мой совет будет — провести переговоры, чтобы найти продолжение (минских соглашений). И целью этого продления должны быть две вещи — прекращение огня и создание условий для экономического роста на Украине.



— Между тем, Украина настаивает не просто на сохранении, а на усилении санкций.



— Это так. Но только что вы спрашивали меня, будут ли страны-члены придерживаться текущего режима санкций! И мы с вами согласились, что сейчас надо прилагать усилия, чтобы хотя бы сохранить те ограничения, которые действуют сейчас. Поэтому все дальнейшие шаги должны быть сделаны исходя из этого.



* * * * *



— Президент Петр Порошенко, выступая перед прессой вместе с вами, отметил, что через 5-6 лет Украина выполнит критерии, которые существуют для будущих членов ЕС. Вы тогда не прокомментировали это высказывание. Реальна ли цель, которую поставил президент?



— Проблемы, с которыми мы сталкиваемся сейчас — другие. Даже ваши вопросы свидетельствуют, что первейший приоритет — стабилизировать страну в политическом, экономическом, социальном смысле. Ведь стабилизировав Украину, мы получим шанс на стабильность во всем регионе. Я был бы счастлив, если бы была возможность уже сейчас решить эту самую главную проблему, и тогда мы бы начали дискуссию о будущем Украины... Да, я понимаю Петра Порошенко. Но я лучше буду фокусироваться не на отдаленных вопросах, а на нынешних проблемах. А через шесть лет... Вот скажите мне, вы помните, что было шесть лет назад? Говорите, что помните — значит расскажите мне!



— Конечно же, помню — в июле 2009 года мы двигались к президентским выборам, и было ясно, что вместо Ющенко придет Тимошенко или Янукович...



— Что ж, вы хорошо помните. Тогда вернитесь мысленно в 2009 год и подумайте, насколько все изменилось с того времени. Что из того, что произошло, можно было предвидеть, а что — нет.



— Тем не менее, это вопрос принципиальный. Считаете ли вы, что Украина может стать и когда-нибудь станет членом ЕС?



— Через 6 лет? Думаю, это очень амбициозно.



— Если речь идет о вступлении, то вопрос — не о 6 лет. Вы в принципе видите Украину членом ЕС?



— Евросоюз — открытое объединение. У наших соседей есть европейская перспектива. Но говорить о каких-либо сроках в той ситуации, которая есть сейчас — невероятно сложно.



— В своей речи вы достаточно резко высказались в отношении действий России на трехсторонних переговорах Украина-Россия-ЕС относительно поставок газа на Украину. Вы ожидаете проблем зимой?



— Я принимаю во внимание заявления стран-членов о том, что они имеют достаточные запасы газа в хранилищах. Однако мы должны исключить даже возможность проблем. И если россияне и дальше не будут склонными к сотрудничеству, есть риск проблем. Но мы делаем все возможное, чтобы этого избежать. Цены, которые предлагают россияне в этих переговорах — явно неприемлемы, и мы должны продолжить переговоры с ними, ожидая обоснованных предложений от РФ.



* * * * *



— Сегодня вы подписали с главой Верховной рады Владимиром Гройсманом меморандум, объявив, что Европарламент будет помогать ВР проводить реформы. Какую именно помощь вы предлагаете?



— Мы создали целевую рабочую группу, возглавляемую Пэтом Коксом, она начнет деятельность безотлагательно. И поскольку он является экс-президентом ЕП и в то же время очень хорошо знает ситуацию на Украине, он может давать советы и принести сюда европейский опыт. Будет техническая помощь — мы предоставим в распоряжение ВР юристов, экспертов, аналитиков. Мы будем помогать в изменении регламента и правил поведения депутатов. Задача — увеличить экспертную состоятельность Рады и комитетов, чтобы процесс принятия реформ был более качественным.



— В выступлении в парламенте вы заявили, что парламентская коалиция имеет очень амбициозную и качественную программу реформ, но вы никоим образом не упомянули, как идет ее выполнение. Довольны ли вы прогрессом Киева в реформировании страны?



— Это было бы неправильно — делать оценку деятельности вашего правительства именно в тот день, когда мы подписали меморандум о сотрудничестве наших парламентов. Более того, это вообще не моя задача — я должен уважать роль Верховной рады, пусть она оценивает, как работает ваше правительство.



— Однако Еврокомиссия позволяет себе такие оценки и сообщает, если есть сферы, в которых прогресс недостаточен.



— Сегодня действительно не тот день, когда стоит давать оценку работе украинского правительства. И поскольку я не хотел бы избегать ответа на ваш вопрос, я хочу отметить, что Украина ныне в невероятно сложной ситуации. В этой ситуации вашей стране нужна поддержка — финансовая помощь, инвестиции. Мы должны привлечь все инструменты — политические, экономические — чтобы создать атмосферу доверия. Такого доверия, которое было бы способно убедить европейцев приехать сюда и инвестировать на Украину. А инструменты, которые позволят это сделать — это открытие европейского рынка и безвизовый режим.



— Кстати, насчет безвизового режима. Вы в Раде выразили убеждение, что осенью Еврокомиссия даст положительный вывод относительно безвизового диалога. Между тем ключевой пункт требований ЕК в этой сфере — борьба с коррупцией. Вы считаете, что на Украине здесь хороший прогресс?



— Если смотреть только на принятые законы, то все идет правильно. Но законы — это просто слова на бумаге. Главный вопрос — в том, как эти законы применяются. Именно это является тестом для Украины, и Еврокомиссия должна оценить, выполнили ли вы этот тест. Но я считаю, что сейчас есть предпосылки для успеха в борьбе с коррупцией. И если принятое законодательство (относительно антикоррупционных органов) будет выполняться, отчет Еврокомиссии без сомнения будет положительным.



— На Украине распространено мнение, что ЕС, или некоторые страны ЕС просто не готовы отменить визы для украинцев, и даже если мы выполним все условия, то появятся новые.



— Мое мнение, то есть мнение Европарламента — что существование виз — это препятствие экономическому развитию. Свободное перемещение людей — это одна из предпосылок для развития экономических отношений с Украиной. Да, нам в Европарламенте приходится принимать во внимание, что некоторые страны-члены не слишком желают возможной отмены виз. Но убеждать эти страны — не задача Европарламента. Это должна сделать Украина, и мы вместе с вами сейчас на этом пути.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.