Нынешние президентские выборы в США уникальны по многим параметрам. Впервые кандидатом от крупной партии стала женщина; впервые с послевоенных лет кандидатом стал человек, ни разу до этого никуда не избиравшийся; впервые один из кандидатов ставит под вопрос легитимность самих выборов. И еще — впервые в истории оба кандидата не нравятся большинству американцев.

Рекордсмен здесь — Дональд Трамп, он симпатичен лишь трети избирателей. Но рейтинг Клинтон выше лишь на 4 процента.

Причины такой низкой популярности Трампа объяснимы: только за последние месяцы он попал в пять-шесть крупных скандалов. Его расистские, мизогинистские, конспирологические высказывания последнего года обсуждали по всему свету. Причины нелюбви к Хиллари Клинтон лежат намного глубже.

* * *

Клэртон — небольшой город в Пенсильвании, здесь живет около 7 тысяч человек, а небо заполнено столбами дыма от местного углеобогатительного завода, крупнейшего в стране. Когда-то вся западная часть Пенсильвании была заполнена заводами, в первую очередь — сталелитейными. Но последние тридцать лет они умирают один за другим, оставляя рабочих без заработка, а города заполненными разрушающимися зданиями из красного кирпича.

Пенсильвания — один из наиболее важных для избирательной гонки штатов — он дает 20 голосов выборщиков. Трампу необходимо здесь победить, и запад штата — настоящая Trumpland, костяк его избирателей — это белые мужчины из рабочего класса.

— У нас нет работы, нет надежды. Здесь нет никакого среднего класса. — Брайан стоит у своей машины с «болгаркой» в руке. Его шапка и майка измазаны краской, на огромных бицепсах вздулись вены, он грузит в свой минивэн какой-то скарб. — Обамовская реформа здравоохранения привела к тому, что нанимателю слишком дорого давать тебе полную рабочую неделю. Мы вроде и работаем, но все меньше — и получаем все меньше.

Он хвалит Билла Клинтона: «Он многое сделал для страны, а что ему там кто-то сосал — ну и что?» И неожиданно говорит: «Клинтон себе, конечно, засунул пару баксов в карман, ну, а что, как будто я этого не делаю, что ли?!» При этом Хиллари ему совершенно не нравится. Невзлюбил он ее с первого взгляда и скорее эмоционально: «Обама шел в президенты, чтобы стать первым черным президентом, а она — чтобы стать первой женщиной. А ничего хорошего они не делают».

Брайан при этом не похож на обычного республиканца — его волнуют изменения климата и он против наносящего, по его мнению, вред природе фракинга — добычи нефти с помощью разрыва пластов нагнетенной туда водой. Но основной лейтмотив его слов — разочарование в государстве и устройстве общества:

— Они сами все решат на выборах. Да и тут тоже: вон сосед с помощью связей лавку открыл, а не открыл бы — был бы субподрядчиком на фабрике. А без связей туда не устроиться. Зато госслужащие год за годом получают повышение зарплаты — в то время как мы сидим без работы.

Он разочарован дебатами: «Клинтон с Трампом вели себя как дети, а наши проблемы — отсутствие работы, эпидемию наркомании — даже не начали обсуждать».

Его жена Сьюзан добавляет:

— Я была первым мэром-женщиной у себя в городе (Уэст-Элизабет, через реку от Клэртона — прим. «Спектра»). Я тогда поняла: женщина должна быть помощником, а не лидером, ее задача — заниматься семьей. А главным должен быть мужчина.

Брайан на выборы идти не хочет, но Сьюзан тут же его отчитывает: «Это твоя обязанность!» Оба будут голосовать за третьего кандидата, либертарианца Гэри Джонсона.

* * *

Впрочем, избирателей Трампа здесь найти правда несложно: на дорогах иногда рябит от синих знаков его кампании. А в часе езды от Клэртона находится Trump House — двухэтажный дом, выкрашенный в цвета флага с огромной фигурой миллиардера у входа. Его придумала и создала Лесли Росси — женщина с ярко-фиолетовой помадой и торопливой речью. Она в сотый раз пересказывает историю: еще во время праймериз она вывесила атрибутику со слоганами Трампа, и на нее и детей обрушилось местное сообщество. Учителя поучали младших из восьми ее детей, прохожие показывали средние пальцы старшим. Лесли завелась и украсила атрибутикой все 54 своих дома в округе: она занимается их скупкой, ремонтом и потом сдает в аренду. Trump House в день посещает больше тысячи человек, здесь продается атрибутика кампании, а очередь в магазин иногда растягивается на десятки метров.

Каждый из посетителей по-разному отвечает на вопрос о причинах своей нелюбви к Клинтон. Мэри, пожилая женщина, говорит о своих опасениях за республиканские идеи: она боится, что Хиллари введет субсидирование абортов, запретит оружие, а налоги вырастут из-за государственного софинансирования учебы в колледжах для детей из бедных семей. Джим, седой мужчина в кепке с логотипом кампании, рассуждает так: «Она занимается этим 30 лет уже и ничего не добилась. Почему бы не дать шанс ему?» Ленни, средних лет мужчина, приехавший на огромном пикапе, взрывается: «Обманщица, лгунья, она вообще должна быть в тюрьме!» Подытоживают наперебой Эрик и Кэмерон, молодые парни из соседнего городка:

— Клинтоны много раз позорили страну!

— Да, а с Трампом мы могли бы рискнуть. Клинтон же — еще четыре года продолжение того же.

— Дональд, конечно, заносчив, а при Билле, говорят, росла экономика. Мы на себе этого не ощутили!

— А она теперь вообще хочет нашу фабрику закрыть, за экологию борется.

— У нас места для себя не хватает, сколько бездомных, даже ветераны! А она хочет привезти полмиллиона сирийцев.

* * *

Не любят Клинтон и левые. В Питтсбурге, главном городе запада Пенсильвании, вечером в четверг, 3 ноября, состоялся рок-фестиваль против TPP, торгового договора о создании Транстихоокеанского партнерства. Он прошел в клубе Mr. Smalls, в бывшем здании церкви — когда в восьмидесятых население города резко сократилось из-за закрытия заводов, некоторые приходы разорились, и их здания теперь занимают пивоварни и клубы.

Пэт Тетик, барабанщик местной панк-группы Anti-Flag, хедлайнера фестиваля, объясняет, почему его группа и вообще местная левая молодежь не любят Клинтон:

— Мы никогда никого не поддерживали из политиков. Но Обама приходил с близкой нам повесткой — закрыть Гуантаномо, например. И не закрыл. Более того, при нем депортировали больше иммигрантов, чем при любом другом президенте. И Обама, который оказался недостоин наших голосов, еще левый, а Клинтон куда ближе к центру! Тем более, она ястреб, и с ней мы вернем холодную войну с Россией. Сейчас идет кампания и кажется, что Клинтон лучше Трампа — но это мы смотрим в микроскоп, на самом деле они оба бесконечно далеки от идеала. Что делать? Выходить на улицы и протестовать! Полицейских обязали носить камеры — это же не полиция такая хорошая стала, а мы вынудили ввести контроль.

Впрочем, успешным примером такого влияния многие тут считают как раз ситуацию с TPP, Клинтон раньше поддерживала договор, а теперь перестала. Она объясняет это тем, что в его финальной версии появились неприемлемые положения, которые отсутствовали ранее, но левые уверены: этого добились они. Со сцены поют песню с рефреном «Это война против рабочих, это война против рабочих», кудрявая девушка вскидывает кулак в воздух и призывает поддержать бастующих музыкантов городской филармонии. И говорит:

— Клинтон передумала и теперь против договора? Давайте проголосуем за нее против расиста, а потом будем контролировать!

До выборов осталось четыре дня.