Александр Янышев для «Медузы»

В 2004 году главы России и Китая подписали соглашение о том, чтобы примерно пополам разделить Большой Уссурийский остров на Амуре — рядом с Хабаровском. В 2008 году раздел был окончательно завершен — и с тех пор каждая из стран относилась к территориям так, как считает нужным. После раздела острова его китайская часть превратилась в заповедник, который посещает больше 600 тысяч туристов в год. На российской части около ста человек пытаются выжить в полуразрушенных домах, а на все концепции по развитию Большого Уссурийского нет денег. Журналистка Екатерина Васюкова рассказывает, что происходит на острове.

Большой Уссурийский остров на Амуре, по сути, является частью Хабаровска и Хабаровского района; тут были жилые дома, дачные участки, сельскохозяйственное и судоремонтное предприятия. Россия и Китай спорили за Большой Уссурийский остров больше 150 лет, потому что в 1860 году они провели границу по Амуру, река считалась не принадлежащей никому, а статус островов был неопределенным.

В 1929 году остров стал целиком советским — власти СССР взяли его, по официальной формулировке, «под охрану». Во время Второй мировой войны его оккупировали японцы, потом Большой Уссурийский опять отошел к Советскому Союзу. Китайцы пытались вернуть остров с 1964 года, но переговоры завершились только в 2004-м. Россия и Китай подписали соглашение о передаче 170 квадратных километров — из 350. В 2005 году договор вступил в силу, а в октябре 2008 года завершилась работа по установке границы. С этого момента Большой Уссурийский окончательно разделился на две части: китайскую и российскую.

В Хабаровске свою часть острова чаще называют Левым берегом. Один из расположенных здесь поселков продолжает начинающийся на материке населенный пункт Бычиха. Второй называется просто Уссурийский (до 1955 года Чумка), он был построен вокруг ремонтной базы Амурского речного пароходства. Еще здесь есть многочисленные дачные участки.

Самый быстрый способ добраться до российской части Уссурийского — 15–20 минут на теплоходе, который курсирует от хабаровской набережной до острова и обратно с апреля до конца октября. Поездку нужно планировать заранее: рейсов в обе стороны всего три в день, а по понедельникам и четвергам их вообще нет.

Причал на Большом Уссурийском острове Александр Янышев для «Медузы»

Из пригорода Хабаровска на остров в 2013 году построили мост. Если ехать по нему из центра города, то до Большого Уссурийского можно со всеми пробками добраться часа за два. Только на самом острове дороги нет: мост до него довели, а асфальт класть не стали — осталась насыпь, по которой может проехать не каждая легковая машина. Летом и осенью того же 2013 года на Большом Уссурийском острове было масштабное наводнение, российскую и китайскую части одинаково сильно подтопило, вода размыла дороги и очень сильно повредила все постройки.

На китайскую половину острова из города Фуюань с населением в 30 тысяч человек курсируют туристические катера, есть автомобильное и железнодорожное сообщение. По мосту, открытому в 2012 году, с китайской стороны на остров чуть ли не каждые 15 минут ходят туристические автобусы. Для жителей Фуюаня, которые занимаются в основном торговлей, проезд на Большой Уссурийский первые несколько лет был бесплатным. От Хабаровска до Фуюаня всего около часа пути по реке; в городе живет русская диаспора из обосновавшихся здесь с 1990 годов частных предпринимателей.

Женщина, живущая на балконе

Конец октября, несколько дней до конца речной навигации. Пятеро пассажиров — пенсионеры с рюкзаками, сумками и корзинами — ждут теплоход на остров, чтобы собрать оставшийся на левобережных дачах урожай.

Любовь Суслова — одна из примерно ста жителей на российской части Большого Уссурийского острова Александр Янышев для «Медузы»

Квартира Любови Сусловой. Справа — балкон, на котором она живет в теплое время года Александр Янышев для «Медузы» Александр Янышев для «Медузы»

Меньше чем через полчаса люди спускались по трапу на песчаный берег, от которого поднимается узкая деревянная тропинка. Песок припорошило первым снегом, кое-где виднелась высокая засохшая трава. За ней на горизонте — покосившиеся черные заборы, заросшие участки и заброшенные дома. «Здесь овощехранилище было, — объясняет местная жительница. — А здесь когда-то пекарня: к нам за хлебом аж из города приезжали. Вот тут стоял санпункт — вроде поликлиники, но и его уже нет. Тут, видите, развалины: это школа деревянная».

Под козырьком новой блестящей металлической остановки, построенной для пассажиров теплоходов, стоит живущая на острове Любовь Суслова. Она в теплом военном бушлате, который ей явно велик, и цветном платке. Родилась и выросла здесь, проработала 40 лет учителем. Теперь она на пенсии, покидать свой поселок женщина не собирается.

«Вот и первый снег, пора совсем со своего балкона в баню перебираться», — описывает она условия своей жизни на острове.

Перебраться жить на балкон своей квартиры Любовь Суслову вынудило даже не наводнение 2013 года, а ликвидация его последствий: дом хотели снести, сломали большую часть крыши. Потом работы остановились, потому что началась зима. Весной тающий снег затопил всю квартиру так сильно, что она стала непригодной для жизни. Сейчас там все пространство заросло черным грибком.

После того наводнения экспертная комиссия признала 11 домов в поселке Уссурийском — и кирпичные, и деревянные двухэтажки — частично пригодными для проживания: писали, что нужно понаблюдать, как бы фундамент не повело. Но вода ушла, жильцы просушили все от крыш до подвалов. После наводнения многие переехали в Хабаровск и получили жилье, но около ста человек решили остаться.

7 ноября 2014 года их разбудил шум спецтехники. Рабочие говорили, что у них распоряжение администрации на снос домов, показывали заключение экспертов из Тихоокеанского государственного университета о том, что жилье аварийное. Правда, по словам Любови Сусловой, потом жители нашли одного из экспертов, который якобы написал заключение об аварийности домов: тот говорил им, что ничего не подписывал. Для чего в срочном порядке понадобилось сносить поселок — жители гадают до сих пор.

Всего бульдозеры разрушили до самого фундамента десять домов. Свой дом Любовь Суслова снести не позволила — просто встала перед бульдозером и не дала ему проехать.

Весной 2015-го после вмешательства прокуратуры по факту сноса домов было заведено уголовное дело. Виновным признали бульдозериста проводившей снос компании «Р-строй». Она, как выяснилось, выполняла «реставрационные работы» — по заказу хабаровского муниципального предприятия, занимающегося ремонтом домов. Бульдозериста освободили от наказания по амнистии.

Зимнее жилище Любови Сусловой совсем недалеко от ее дома с жилым балконом. Во дворе полуразвалившегося заброшенного дачниками деревянного домика есть крохотная пристройка — баня. За дверью на навесном замке предбанник, который служит и кухней, и прихожей. Вещей у Любови Сусловой немного, все ее имущество — чайник, одноконфорочная электроплитка, тусклая лампа и постельное белье — оно постелено на лавке бани.

Суслова вспоминает, что зиму 2014/15 года оставшиеся на острове сто человек пережили хуже, чем предыдущую. После сноса нескольких домов на остров стали приезжать мародеры, скорее всего — «с материка», предполагают местные.

«Наши сараи и частные дома часто поджигали в ту зиму. Участкового у нас нет, полиции нет, зимой с трудом доедешь — делай что хочешь. Однажды нам удалось поймать одного поджигателя, и он нам рассказывал, что ему якобы приплатил кто-то из городской администрации за эту „работу“ и за то, чтоб он взял всю вину на себя. Полиция тогда даже дело завела, но потом по амнистии его выпустили прямо в зале суда», — вспоминает Любовь Суслова.

Другие жители острова поддерживают в приемлемом состоянии свои дома в частном секторе. Наверное, самый заметный дом у семьи Адельбаевых: двухэтажный, с добротным забором, цветником и своим хозяйством. Они приехали из Якутии и поселились в поселке семь лет назад.

Валентина Адельбаева с фотографией Владимира Путина, который был у их семьи в гостях Александр Янышев для «Медузы»

«Квартиру в Якутии мы продали, сюда завезли стройматериалы. А после наводнения — опять, получается, ремонт, — рассказывает Валентина Адельбаева. — После наводнения к нам сюда Путин приезжал, с [полпредом президента в Дальневосточном федеральном округе Юрием] Трутневым и [с бывшим губернатором Хабаровского края Вячеславом] Шпортом, мы с ними чай пили. И президент такой — вам миллиона хватит на ремонт? Мы с мужем удивились, конечно, и говорим — хватит! А полпреду и губернатору он говорит: „Если не хватит — добавите“. Вот только, сколько лет уже прошло, а миллиона мы так и не увидели. И не добавил никто ничего, говорят — Путин обещал, вот у него и просите».

На городские власти жители поселка не надеются: мэр Хабаровска Сергей Кравчук говорил, что всем, кому положено, помощь предоставлена и «10–12 человек», остающихся на острове, — это «ни о чем». Он же называл оставшихся здесь людей «рвачами, желающими нажиться за государственный счет».

Парк, пагода, сад

Китайцы называют свою часть острова Хэйсяцзы — Остров черного медведя — и с 2008 года ее осваивают, превращая, по сути, в заповедник. Причем доступ российским туристам на китайскую часть Большого Уссурийского ограничен. Путевки нужно покупать только в Фуюане, и случаи, когда российским туристам в них отказывали, нередки, рассказывает «Медузе» Александр Леонкин, хабаровский писатель и член Русского географического общества.

Он заинтересовался историей и жизнью Большого Уссурийского в 2004 году, когда был подписан договор о передаче части территории Китаю. В 2008 году он специально поселился в квартире, из окон которой можно было разглядеть китайскую часть Большого Уссурийского.

На китайской части Леонкин в первый раз побывал в 2014 году. Сначала, говорит он, там появился парк водно-болотных угодий: это два километра деревянных дорожек, которые проходят по воде, а между ними — целые плантации лотосов. Здесь очень много птиц: как говорит Леонкин, на китайской части острова они буквально «ходят по головам» — настолько не боятся человека. Этот парк занимает примерно 75 процентов площади китайской части Большого Уссурийского. Во время наводнения 2013 года он пострадал больше всего, но уже через год был почти полностью восстановлен.

Туристы в парке на китайской части острова, июль 2011 года Wang Jianwei / Xinhua / AFP / Scanpix / LETA

В китайской прессе остров называют экологически чистым уголком, рекламируют его как самую восточную точку страны с самой восточной же девятиэтажной пагодой — в ясный день ее видно из Хабаровска. Вокруг нее — площадь, окруженная столбами с традиционным орнаментом. Таких столбов 56 — столько народностей проживает в Китае.

Еще здесь открыли ботанический сад площадью 17 тысяч квадратных метров. Кроме того, практически завершилось строительство этнографического парка и зоопарка, где будут содержать разные породы медведей.

Все это составляет единый туристический комплекс; жилой застройки здесь почти не было: как подчеркивает китайская пресса, этот уголок нужно оставить нетронутым. Постоянно здесь живут только представители национального меньшинства — хэчжэ, народности, очень близкой к нанайцам. При этом в 2016 году остров посетили 600 тысяч туристов с материковой территории Китая. Каждый год их становится на 20–25% больше.

Территория с огромным инвестиционным потенциалом

В России с середины 2000-х создано как минимум 12 концепций развития этой территории.

В 2006 году петербургский Институт урбанистики предлагал корректировки в генплан Хабаровска. Большой Уссурийский остров предлагался в качестве перспективной территории для городских строек. Здесь предполагалось строительство нескольких мостов — чтобы у градостроительства были «блестящие перспективы», а также автомобильной и железной дороги вдоль российско-китайской границы. Эти предложения внесены в действующий генеральный план Хабаровска: на нем даже указано около десятка школ и дошкольных учреждений на острове. Но пока денег на все это не нашлось.

В 2010 году по итогам встречи премьер-министров Китая и России появился протокол, в котором говорится: «стороны готовы совместно комплексно осваивать остров Большой Уссурийский». По новой концепции остров должен был стать курортной зоной, которая привлекла бы платежеспособных туристов из азиатских стран. Такой документ региональные власти утвердили 31 декабря 2010 года, но дальше ничего не произошло.

Большой Уссурийский остров во время наводнения, август 2013 года Виталий Аньков / Sputnik / Scanpix / LETA

В 2011 году краевые власти декларировали, что ждут иностранных — в первую очередь китайских — инвесторов для развития российской части Большого Уссурийского острова. Китайские СМИ в ответ писали, что остров станет «символом добрососедства и сотрудничества» между двумя странами. Тогда планировалось построить здесь международный туристический комплекс с отелями, культурными, логистическими и бизнес-центрами. Российская сторона планировала инвестировать в остров 19,3 миллиарда рублей. Но инвесторов не нашлось.

Бывший министр по развитию Дальнего Востока Александр Галушка в 2016 году рассказывал, что всем этим планам помешало наводнение 2013 года.

В 2014 году на острове ждали беженцев из восточных областей Украины. Обсуждали строительство туристического центра и даже ипподрома.

Еще через год власти решили развивать на Большом Уссурийском круизный кластер. Согласно федеральной целевой программе по развитию внутреннего и въездного туризма, которая была рассчитана до 2018 года, по Амуру можно было бы пройти на север до самого его устья — Шантарских островов в Охотском море. Только, как выяснилось, у региональных чиновников недостаточно прав, чтобы самостоятельно организовать пункты погранконтроля. Да и инвестиций — проект оценивался в 37 миллиардов рублей — не нашлось.

В 2017 году стало окончательно понятно, что без пропускного пункта на границе с Китаем никакого туризма на Большом Уссурийском острове не получится. Ирина Серова, в то время и. о. министра по инвестиционной и земельно-имущественной политике Хабаровского края, обещала, что пункт пропуска будет. Единственным осуществленным на российской части острова проектом стало в прошлом году создание заповедника, где обитают редкие бабочки-голубянки.

С 10 по 13 октября 2018 года в Хабаровске прошел Третий дальневосточный форум предпринимателей. Там выяснилось, что все предыдущие концепции давно устарели: за восемь лет с первого принятого документа экономическая ситуация в России сильно изменилась.

Александр Янышев для «Медузы»

Александр Янышев для «Медузы» Александр Янышев для «Медузы»

Предприниматели, да и просто энтузиасты помечтали на форуме о создании системы под названием «Умный Хабаровск»; остров — важная часть этого плана, он должен стать самым современным и высокотехнологичным местом в России. Здесь должна быть создана особая экономическая зона; на острове сконцентрируются наукоемкие производства, разработчики и производители робототехники и биотехнологий; тут заработают фондовая и товарно-сырьевая дальневосточная биржа. На Большом Уссурийском появятся самоочищающиеся от снега дороги, которые будут подзаряжать электрокары, раскинутся вертикальные фермы, один из предпринимателей упоминал «дружно летящие рядами квадрокоптеры». Все это, были уверены участники форума, будет привлекать в Хабаровск россиян со всей страны.

О том, когда будет построен хотя бы пограничный переход с российской стороны, никто из спикеров форума сказать не смог. Юрий Чайка, министр инвестиционной и земельно-имущественной политики Хабаровского края, к которому с этим вопросом обратился один из выступавших на форуме, ушел от ответа.

Избранный в сентябре 2018 года губернатор Сергей Фургал практически сразу после инаугурации дал поручения по поводу Большого Уссурийского: первым делом нужно восстановить колхоз «Заря», который обанкротился еще в 2014 году. Животноводство, по его словам, должно быть в приоритете.

Екатерина Васюкова, Хабаровск