Днем 24 января к калитке частного дома на 2-й Проектной улице в Махачкале подошел рослый мужчина средних лет. Он нажал на кнопку видеозвонка, дождался ответа и объяснил, что пришел забрать Шамиля (имя мальчика изменено) — одного из мальчиков, посещающих расположенный в этом доме центр по уходу за детьми «Цветы жизни». Сотрудники центра — по сути, это просто частный детский сад — открыли ему дверь.

После этого во двор дома быстрым шагом вошел десяток вооруженных мужчин в черных куртках — позже выяснится, что это оперативники Центра «Э». Они стараются держаться в слепой зоне установленной в детском саду камеры видеонаблюдения. Миновав небольшой дворик с детской площадкой, мужчины направились ко входу в здание.

На записях с камер видно, как оперативники, попав внутрь здания, вереницей прошли в детский зал с зеленым ковром в цветочек. Один из полицейских придвинул низенький детский стульчик к круглому столику и сел; остальные разошлись по углам. Так в «Цветах жизни» началось оперативное мероприятие, по итогам которого сотрудники Центра «Э» заберут из садика раскраски, тетрадки и книжки, а также задержат несколько взрослых вместе с детьми.

Пятилетние «фигуранты»

Семья учительницы литературы Бэллы Магомедовой открыла «Цветы жизни» в 2014 году. Женщина управляет этим бизнесом вместе с четырьмя дочерьми. Муж Магомедовой — инвалид первой группы без кистей рук и ног — пропал без вести 12 лет назад. Родственники считают, что его убили силовики, заподозрив в связях с боевиками. После пропажи мужчины все его дочери оказались на профилактическом учете в МВД. Как объясняет адвокат Аида Касимова, которая представляет интересы детского центра, это произошло из-за подозрений в отношении их отца.

Впервые полицейские появились в детском центре в день открытия и попытались его сорвать, рассказывает одна из сотрудниц «Цветов жизни», попросившая не называть ее имени. «В девять утра к нам пришли двое родителей, трое детей. На них кинулась инспектор по делам несовершеннолетних, говорила, что ее начальник не разрешает нам работать, хотя у нас все согласовано было. Потом она еще вызвала подкрепление, приехали люди в масках с автоматами, снимали родителей на телефон», — вспоминает женщина.





Адвокат Аида Касимова предполагает, что эти случаи также могут быть связаны с профучетом: «Если человека ставят на учет, у него начинаются большие проблемы». «Цветы жизни», — не единственный частный детский сад в Махачкале, администрация которого жалуется на давление со стороны Центра «Э». В ноябре 2014 года полицейские приходили в детский клуб «Забота» и требовали прекратить работу из-за того, что владелицы заведения носят хиджабы. Об аналогичных проблемах тогда рассказывали и сотрудники садика «Счастливый малыш».Адвокат Аида Касимова предполагает, что эти случаи также могут быть связаны с профучетом: «Если человека ставят на учет, у него начинаются большие проблемы».

Через несколько дней силовики пришли снова, на этот раз они назвались сотрудниками РОВД по Советскому району Махачкалы. По словам собеседницы «Медиазоны», мужчины в форме «дергали родителей», которые приводили детей, кричали на них, требуя забрать детей из центра, а также попытались задержать ее и усадить в полицейский автомобиль. Уходя, полицейские пообещали, что работать центру не дадут. Их визиты стали повторяться каждый месяц.

«Приходили по-разному — иногда окружали дом на автомобилях, иногда — перепрыгивали через ограду, как воры, залазили, пугали детей. Ставили всех по углам, никому шевелиться не давали, ходили обутые, грубили. Цель — чтобы мы закрылись», — говорит женщина.

В мае 2017 года ко входу в «Цветы жизни» подъехало несколько машин спецтехники из службы городского газа, МВД и МЧС; сотрудница центра тогда насчитала 18 автомобилей. По ее словам, руководил службами местный инспектор по делам несовершеннолетних. Он потребовал открыть ворота и позволить им беспрепятственно попасть на территорию центра. «Конечно, нам пришлось их пустить, но после проверки никаких проблем с газом у нас не обнаружили. Все это для того, чтобы напугать детей», — заключает сотрудница.

Через несколько дней после этого случая оперативники потребовали от администрации центра предоставить список всех детей, которые посещают заведение. В ответ на просьбу адвоката Аиды Касимовой составить конкретный запрос, сославшись на законы, силовики принесли листы с названием «Родственная база».

Копия такого листа есть в распоряжении «Медиазоны»; в нем предлагается перечислить родителей, братьев, сестер, жену и детей «фигуранта» и оставить все контактные данные родственников и информацию об их профессиях. Анкета завершается вопросами «С кем Вы проживаете по месту жительства и как давно», «Давно ли Вы делаете намаз и где научились делать» и «Какого течения в Исламе придерживаетесь?».

«Вот это вот "фигурант", это же речь о ребенке. Разве может быть трехлетний ребенок фигурантом каким-то? А пятилетний? Это смешно просто», — разводит руками адвокат Касимова. Она добавляет, что в своих запросах полицейские так и не сослались ни на одну норму закона, которая бы обязывала центр предоставлять подобные сведения.

Что такое «профучет»



Практика постановки людей на профилактический учет в МВД по категориям «экстремист» или «религиозный экстремист» широко распространена на территории Северного Кавказа. Как правило, на такой учет попадают приверженцы фундаменталистских течений ислама, официально в России не запрещенных, но



Профучет регулируется внутренними приказами МВД, федеральными законами он не предусмотрен. В МВД



В марте 2017 года глава дагестанской полиции Магомедов Практика постановки людей на профилактический учет в МВД по категориям «экстремист» или «религиозный экстремист» широко распространена на территории Северного Кавказа. Как правило, на такой учет попадают приверженцы фундаменталистских течений ислама, официально в России не запрещенных, но осуждаемых некоторыми духовными лидерами.Профучет регулируется внутренними приказами МВД, федеральными законами он не предусмотрен. В МВД утверждают , что люди, попавшие в подобный список, не ограничены в правах, однако признают, что за ними ведется дополнительное наблюдение. Фигуранты списка, в свою очередь, жалуются на тотальный контроль со стороны полиции, сложности при устройстве на работу, необоснованные задержания на блокпостах и на улицах и на ограничение свободы передвижения. Кроме того, многие, по их словам, попадают в список абсолютно безосновательно — из-за длинной бороды, посещения салафитских мечетей или родственников, которых в чем-либо заподозрили.В марте 2017 года глава дагестанской полиции Магомедов сообщил , что профучет по категории «экстремист» в республике отменен, а все карточки уничтожены. Правозащитники утверждают , что это — чистая формальность, а МВД продолжает наблюдать за фигурантами списков, используя закон «Об оперативно-розыскной деятельности».

«Хватали родителей вместе с детьми»

Визит оперативников Центра «Э» в январе этого года оказался самым продолжительным — они пробыли в «Цветах жизни» около десяти часов. Большую часть этого времени полицейские описывали и изымали детские вещи. В протоколе, составленном по итогам осмотра, говорится, что был изъят «ряд учебной литературы исламского содержания» — книги «Притчи из Корана», «Сказки мусульманских народов», «965 дней с любимым пророком», «99 прекраснейших имен Аллаха», а также Коран и Аль-Азкар (сборник хадисов с упоминанием Аллаха). Также оперативники унесли с собой 35 тетрадок и несколько раскрасок, о содержании которых в протоколе ничего не сказано.

Примерно к шести часам вечера, вспоминает собеседница «Медиазоны», за детьми стали возвращаться родители; полицейские стали задерживать и тех, и других. «Они хватали родителей, получается, вместе с детьми, потому что некому их тут оставить было, и везли в отдел. Там у них брали объяснения, фотографировали, брали отпечатки пальцев, запугивали. Говорили — здесь ничему хорошему не учат, здесь террористки работают, чуть ли не террористический детский садик, забирайте детей, а то на профучет всех поставим», — говорит сотрудница «Цветов жизни».

Помимо родителей и детей оперативники Центра «Э» также несколько раз задерживали сотрудников «Цветов жизни»; их тоже фотографировали и забирали паспорта. «Фотографии обещают распространять, если они будут тут работать. Запугивают, говорят — бегите отсюда», — рассказывает женщина. Несколько раз полицейские присылали в «Цветы жизни» запросы (есть в распоряжении «Медиазоны») с требованием «в связи со служебной необходимостью предоставить информацию о лицах, посещающих детский сад», а также составить списки работников со всеми их данными.

После десятичасового визита оперативников в январе администрация «Цветов жизни» решила обратиться в суд, чтобы обжаловать решение о проведении оперативно-розыскных мероприятий. Сотрудница центра рассказывает, что оперативник Центра «Э», который присутствовал на том осмотре, угрожал ей прямо в здании суда. «Он подошел ко мне, начал грубить, потребовал, чтобы мы забрали жалобу. Я отказалась. Он сказал, что будет еще хуже», — вспоминает она.

Тогда заседание не состоялось, а уже 31 мая, на следующий день после этого разговора, к зданию детского центра вновь подъехали полицейские — в этот раз они не пытались попасть внутрь, но, как вспоминает собеседница «Медиазоны», задерживали родителей на выходе и отвозили их в отдел полиции.

«У нас город маленький, конкуренция большая. Конечно, от нас бегут родители, фактически бизнес сейчас разрушен», — замечает сотрудница. По ее словам, у владельцев центра нет никаких конфликтов с оперативниками Центра «Э» и о точных причинах она может лишь догадываться: «Ну, наверное, потому, что хиджаб носим». «Да, они свои действия ничем не мотивируют. Я у них спрашивала — что нам сделать, какие требования у вас? Не отвечают», — соглашается Касимова.