С конца июля 2014 года Андрей Клепач является заместителем председателя правления банка «Внешэкономбанк» (ВЭБ), российского Банка развития и внешнеэкономической деятельности. До настоящего времени 55-летний кандидат экономических наук занимал пост заместителя главы Минэкономразвития России. Сегодня экономист считается блестящим экспертом в области российской политики и экономики.



Handelsblatt: В каком состоянии сейчас находятся российские банки?



Андрей Клепач: В настоящий момент происходит «зачистка» банковской системы — количество финансовых институтов сократилось с полутора тысяч до одной тысячи. Того, кто не выполняет нормы в рамках государственного контроля над банками или «проворачивает» сомнительные сделки с наличными деньгами, быстро «убирают» с рынка. В целом банковская система России находится в стабильном состоянии. Правда, быстро растет сумма просроченных кредитов (в настоящий момент — до 4% всех кредитов), но это пока еще очень низкий уровень. Кроме того, наши банки приспосабливаются к санкционному режиму.



— И каким образом?



— До сегодняшнего момента рефинансирование наших банков очень сильно зависело от иностранных средств. Значительная часть финансовых средств (11%), которую получали российские финансовые институты, приходилась на иностранные кредиты и займы.



— А сейчас приток финансовых средств прекратился?



— Практически, да. Помимо этого, к концу года наши банки должны выплатить Западу срочные кредиты в размере двадцати миллиардов долларов. Конечно же, это ограничивает возможность выдачи кредитов в России. Кроме того, Центральный банк должен предоставить больше иностранной валюты.



— А что это означает непосредственного для Вашего банка «ВЭБ»?



— ВЭБ — это не просто банк. Это государственное агентство по размещению капитала. ВЭБ также инвестирует государственный резерв пенсионных выплат, а также другие средства в экономику страны. Поэтому, как и раньше, мы получаем финансовые средства от государства, потому что, в отличие от Сбербанка и банка «ВТБ», в нашем портфеле нет сберегательных вкладов населения. Мы всегда зависели от иностранных кредитов. Таким образом, санкции представляют угрозу нашему росту.



— А как обстоят дела с сотрудничеством ВЭБ и немецкого банка KfW (Kreditanstalt für Wiederaufbau)? Способствует ли оно поддержке мелкого и среднего бизнеса в России?



— Сегодня наше сотрудничество заморожено. Санкции «убивают» нашу рациональную совместную работу. И мы делаем выводы на будущее.



— И какие же?



— В данных областях мы не можем полагаться на сотрудничество со странами Европейского Союза. Санкции ЕС и без того наносят урон мелкому и среднему предпринимательству.



— И поэтому ВЭБ вместе с другими российскими банками оспаривают санкции в суде Европейского Союза?



— Я настроен пессимистично. Я не ожидаю положительного решения суда. Тем не менее, в отличие от Ирана, мы пока ещё не приняли решения прекратить обслуживать иностранные кредиты в качестве ответных мер.



— Что означает «пока еще»?



— Президент Владимир Путин сказал: «Пока нет».



— Долгое время Вы были заместителем главы Минэкономразвития России. Как Вы оцениваете нынешнюю экономическую ситуацию в стране?



— Конечно же, у нас существуют структурные проблемы — нехватка технических стандартов, отчасти неэффективный менеджмент, плохо разветвлённая инфраструктура. Но перемены всё же наблюдаются. В настоящий момент наша главная проблема заключается в экономической стагнации. Она существовала и до введения санкций, а они лишь ухудшили ситуацию. Сейчас мы должны разработать механизм, который, несмотря на санкции, будет стимулировать рост экономики.



— То есть, Вы хотите государственную инвестиционную программу?



— Нам нужны дебюрократизация экономики, стимулирование мелких и средних предприятий, ослабление бюджетной и денежной политики — правительство до сих пор этому противилось—, а также стимулирование экономики. Сегодня Министерство финансов может рассчитывать примерно на четырнадцать миллиардов евро профицита бюджета. Мы могли бы выдержать бюджетный дефицит на уровне от 1 до 1,5% от ВВП. Правда, по этому вопросу в кабинете министров отсутствует единое мнение.



— Масла в огонь подливает ещё и резкое падение курса рубля.



— Рубль должен был обесцениться в любом случае. Пока валюта не достигла самого минимального уровня, потому что цены на нефть сейчас падают. К тому же, свою роль играют значительная утечка капитала и заметное сокращение частных инвестиций.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.