Короткий ответ: ничем. Во-первых, масштаб девальвации по российским меркам просто смешной — подумаешь, 1,9%, как это там в рекламе было, «сколько вешать в граммах?». Во-вторых, девальвация любой валюты поддерживает экспорт и ограничивает импорт. Но ведь валюту могут девальвировать обе стороны? Так оно и получилось. За последний год российский рубль упал к доллару на 43%, а курс китайского юаня был практически стабильным весь год. В результате, как по учебнику, импорт из Китая в Россию за семь месяцев этого года сократился к прошлому году на 36% (примерно на столько же, как сократился российский импорт в целом), а российский экспорт в Китай — менее, чем на 21%, при этом значительная часть сокращения пришлась на изменение сырьевых цен, а не на объемные показатели. Поэтому, готов побиться об заклад: эта девальвация юаня никакого влияния на Россию и на китайско-российскую торговлю не окажет.

На кого действительно девальвация юаня может оказать воздействие, так это на американскую экономику. Хронический дефицит США в торговле с Китаем и так стал притчей во языцех для всех американских политиков: ещё бы, в прошлом году его размер составил $340 млрд, а за первую половину этого года — $170 млрд, на 10% больше, чем год назад. Поэтому ослабление китайской валюты даже на 2% может обернуться для США ростом торгового дефицита на несколько миллиардов долларов в год.