Правообладатель иллюстрации VLADISLAV SHATILO/RBC Image caption Александр Соколов (справа) и Валерий Парфенов (слева) своей вины не признали

Тверской суд Москвы приговорил корреспондента РБК Александра Соколова к трем с половиной годам заключения. Журналист и его соратники по инициативной группе за проведение референдума "За ответственную власть" признаны виновными в организации экстремистского сообщества.

Юрий Мухин получил четыре года условно, суд признал смягчающим обстоятельством его инвалидность третьей степени. Валерий Парфенов и Кирилл Барабаш приговорены каждый к четырем годам в колонии общего режима. Всем подсудимым будет зачтен срок нахождения под стражей.

"Всех поздравляю с тем, что идея референдума в России признана экстремизмом. Даже мысль о том, чтобы оценить президента, оценивается как экстремизм. Всем спасибо за поддержку", - сказал Соколов после приговора.

В день приговора поддержать Соколова и его соратников пришли более 100 человек. В зал суда пустили только родственников подсудимых и журналистов, для всех остальных была организована видеотрансляция с оглашения.

Судья Алексей Криворучко заявил, что все подсудимые виновны, при этом текст приговора фактически повторял обвинительное заключение. Судья назвал позицию обвинения "предельно ясной и понятной", а доводы защиты - несостоятельными.

Он также сказал, что утверждения защиты и сторонников Соколова о том, что преследование связано с его журналистской деятельностью, голословны, и никаких доказательств в пользу этой версии не было предоставлено. А эксперты, приглашенные защитой, высказали субъективную точку зрения, которая материалами дела не подтверждается.

Русская служба Би-би-си напоминает историю судебного преследования журналиста.

Александр Соколов пришел работать в РБК осенью 2013 года. Через несколько месяцев в редакции сменилось руководство. Новая команда управленцев под руководством Елизаветы Осетинской сильно изменила работу коллектива и значительно обновила его. В интервью порталу "Медуза" один из тогдашних руководителей медиа-холдинга Роман Баданин говорил, что Соколов был одним из немногих сотрудников, которые "успешно прижились в новой редакции", в частности, потому, что "дружил с цифрами" и "умел строить математические модели".

Одним из самых громких материалов Соколова стало расследование "Кто и как заработал на космодроме Восточный". В статье утверждалось, что строительство объекта сопровождалось "широким разнообразием коррупционных схем": завышением смет, закупочных контрактов и зарплат; фиктивными, чрезмерно дорогими или сорванными работами, а также невыполнением заказов.

Летом 2013 года Соколов защитил в Центральном экономико-математическом институте РАН кандидатскую диссертацию по экономике на тему: "Влияние рентоориентированного поведения на инвестиции российских государственных корпораций". В интервью "Новой газете" он объяснял, что "рентоориентирование - это стремление к личной наживе любым путем". Этот тезис Соколов обосновывал, исследуя деятельность крупнейших государственных корпораций.

Диссертация, писал портал "Открытая Россия", получила положительные отзывы не только от экономистов, но и от правоохранительных органов. Автор - благодарность от Генпрокуратуры за активную гражданскую позицию, которая может помочь ведомству в борьбе с коррупцией.

Правообладатель иллюстрации Alexander Tarasenkov/TASS Image caption Тверской суд признал журналиста Александра Соколова виновным в организации экстремистского сообщества

Первый звонок

В феврале 2014 к Соколову пришли с обыском. Поводом стало уголовное дело об экстремизме в отношении активиста Кирилла Барабаша. Барабаш и Соколов были связаны через инициативную группу по проведению референдума "За ответственную власть" (ИГПР ЗОВ).

ИГПР ЗОВ предлагала по окончании полномочий президента России и парламента подводить итоги их работы на референдуме. Каждый избиратель может проголосовать за поощрение главы государства и парламентариев, за их наказание или оставить работу без оценки. Под поощрением авторы идеи понимали присвоение звания Героя России, а под наказанием - тюремное заключение на срок полномочий.

"Мы должны создать механизм неотвратимой ответственности власти за результаты работы. Вот когда такой механизм будет, тогда чиновник будет служить народу, потому что иначе придется сидеть в тюрьме", - объяснял Соколов в интервью "Новой газете".

Но поводом для обыска у журналиста тогда стала не идея референдума. Правоохранительные органы усмотрели экстремизм в речи Барабаша на разрешенном митинге левых организаций в честь 9 мая. Претензии следствия вызвали призывы Барабаша к внесудебным расправам над чиновниками и силовиками.

Соколов проходил по делу свидетелем. Его расспрашивали, в том числе, по поводу диссертации. Журналист отказался от дачи показаний. Позже Барабаша приговорили к штрафу в 300 тысяч рублей, но освободили от наказания за истечением срока давности.

Агент под прикрытием

Однако после этого интерес следственных органов к членам инициативной группы вовсе не ослаб. Как следует из обвинительного заключения (есть в распоряжении Би-би-си), летом 2014 года в ИГПР ЗОВ был внедрен оперативник под прикрытием (его имя засекречено). По легенде он был жителем Крыма. Оперативник зарегистрировался на сайте организации и установил контакт с членами организации.

Вскоре ему предложили вступить в группу, предварительно прочитав ряд ее документов. Сделав это, агент под прикрытием пришел к выводу, что активисты ведут активную деятельность: вербуют новых членов, проводят собрания и пропагандируют свои идеи в интернете.

Лидеры группы были давно известны сотрудникам правоохранительных органов. В первую очередь, это идейный вдохновитель движения Юрий Мухин. На персональном сайте Мухина перечисляются основные идеи, которые он поддерживает: возложение отвественности за Холокост на сионистов, порицание генетики как науки, обоснованность сталинских репрессий, отрицание ответственности СССР за Катынскую трагедию.

Правообладатель иллюстрации SVETLANA SPIRINA/TASS Image caption Лидер ИГПР ЗОВ Юрий Мухин начал пропагандировать идею референдума за ответственную власть примерно с 1997 года

В 2006 году Мухин был условно осужден на два года за публикацию экстремистских материалов в газете "Дуэль". На следующий год газета была закрыта. Как указывает информационно-аналитический центр "Сова", редакция "Дуэли" затем выпускала еще несколько газет под другими названиями. Все они также лишились регистрации за экстремистские статьи. Мухин примерно с 1997 года продвигал идею референдума с помощью этих изданий и движения "Армия воли народа", которую правозащитники называют "организацией национал-сталинистского типа".

В 2010 году Мосгорсуд признал деятельность АВН экстремистской и запретил ее. Это было сделано по ходатайству прокуратуры. Там посчитали, что цели организации состоят в изменении конституционного строя. АВН оспаривала это решение, но безуспешно. После этого Мухин и его соратники организовали ИГПР ЗОВ.

Но эти организационные изменения не защитили Мухина и его соратников от дальнейшего преследования. Изначально в уголовном деле говорилось, что реальная цель группы была в "расшатывании политической обстановки", но в окончательную редакцию обвинительного заключения эта формулировка не вошла.

Экстремизм "под благовидным предлогом"

В оглашенном в суде обвинении утверждалось, что активисты просто "формально переименовали" "Армию воли народа" в инициативную группу по проведению референдума "За ответственную власть". По версии следствия, на самом деле, обвиняемые "под благовидным предлогом" распространяли экстремистские материалы. Эксперты "Московского исследовательского центра" пришли к выводу, что цели и задачи обеих структур совпадают. Все подсудимые это отрицают.

Участники группы утверждали, что они собирались создавать региональные ячейки и привлечь подписи не менее 2 млн россиян. Гособвинитель в ходе процесса настаивала, что, несмотря на большое количество сторонников, "ЗОВ" не осуществил эти планы, а значит в действительности не стремился к проведению референдума.

Защита на процессе настаивала, что следствие не смогло доказать прямую связь между "ЗОВ" и "Армией воли народа".

В июле 2015 года Мухина задержали на пляже в Севастополе. Сначала суд арестовал его, но затем перевел под домашний арест в силу преклонного возраста. Тогда же отправили в СИЗО Александра Соколова и еще одного активиста и Валерия Парфенова. Спустя полгода был арестован еще один член группы Кирилл Барабаш. Всем фигурантам дела предъявили обвинение в организации деятельности запрещенного экстремистского сообщества.

Соколова следствие считает ответственным за пропаганду идей группы в интернете. Из материалов дела следует, что в 2011 году он зарегистрировал на свое имя сайт организации и администрировал его. О роли Соколова как распространителя информации заявили свидетели обвинения (личности двоих из них засекречены).

Судебное разбирательство в Тверском районном суде Москвы длилось почти 9 месяцев и получилось скандальным. В первый же день слушаний по существу в коридоре суда произошла потасовка между сторонниками обвиняемых и судебными приставами. Конфликты между публикой и приставами продолжались на протяжении всего процесса.

Председательствующий Алексей Криворучко удалял подсудимых из зала за пререкания, а одно заседание отложил, поскольку печать одного из адвокатов показалось ему схожей с нацистской символикой. Подсудимые, в свою очередь, неоднократно и безуспешно ходатайствовали об отводе прокуроров и судьи и не скупились на резкие высказывания в их адрес. Обвинение запросило для Мухина 4,5 года колонии общего режима, для других фигурантов, включая Соколова, - по 4 года.

Профессиональная солидарность

Правозащитный центр "Сова" называл уголовное преследование активистов неправомерным, подвергая сомнению законность запрет "Армии воли народа" в 2010 году. При этом в "Сове" подчеркивали,что ИГПР ЗОВ "не является безобидной" группой, а некоторые ее лидеры и активисты, возможно заслуживают "более серьезного расследования". Но из текста заявления "Совы" можно сделать вывод, что к Соколову это не относится.

Главными заступниками журналиста стали его коллеги по цеху. По словам собеседника Би-би-си в РБК, топ-менеджмент холдинга сразу после ареста Соколова оказал финансовую поддержку его семье. Также Соколову продолжили выплачивать зарплату в издании.

Журналисты РБК и других изданий несколько раз спрашивали президента России Владимира Путина о судьбе коллеги. В 2015 году на ежегодной пресс-конференции глава государства обещал "помочь изданию", если выяснится, что преследование Соколова связано только с его профессиональной деятельностью. Спустя год на такой же пресс-конференции вопрос о судьбе Соколова поднимался дважды. Сначала Путин сказал, что впервые слышит это имя, а затем снова обещал разобраться с этим делом.

Летом 2017 года более 300 сотрудников медиа поставили свои подписи под открытым письмом независимого профсоюза журналистов и работников СМИ в защиту Соколова. "Мы уверены, что люди, вся вина которых состоит в призывах к мирному референдуму, должны быть немедленно освобождены из-под стражи", - говорится в обращении профсоюза. Также за журналиста вступились "Репортеры без границ". А правозащитный центр "Мемориал" признал фигурантов дела политзаключенными.

В защиту Соколова и других подсудимых высказывался с парламентской трибуны и депутат Госдумы от КПРФ Сергей Шаргунов: "Эти люди… придумали, может быть, утопическую идею: проводить референдум об ответственности власти". "Поддержите меня, коллеги. Давайте освободим этих людей. Это будет важное политическое событие", - говорил он.

Соколов не признал вины в инкриминируемых преступлениях и связал уголовное преследование со своей научной и журналистской деятельностью. В своих показаниях он рассказал, что был арестован спустя три недели после публикации расследования о строительстве космодрома "Восточный", а в 2014 году во время первого обыска "оперативники дали прямо понять, что мотивами этих действий является его диссертационное исследование".

В интервью "Открытой России" Соколов утверждал, что с 2013 года не занимался политикой. "Последние годы я не общался с теми людьми, которых следствие считает моими подельниками. Я встретился с ними впервые за несколько лет в автозаке, когда нас везли на продление меры пресечения", - говорил Соколов. Во время судебных прений он настаивал: обвинению не удалось доказать ничего, кроме того, что группа в рамках закона готовила референдум.

В своем последнем слове (текст есть в распоряжении Русской службы Би-би-си) Соколов задался вопросом: "От чего именно гособвинение предлагает исправлять подсудимых четырьмя годами лагерей?... Исправить от мысли, что выборы должны быть честными, коррупционеры… наказываться по закону, а высшие органы власти нести ответственность перед народом за результаты правления? Видимо, от этого нас хотят исправить, от этих мыслей".