О мастерской логике и саморазоблачающей искренности парламентариев

«Новая» уже сообщала, что в пятницу 23 января Госдума отклонила законопроект об отмене срока давности для обжалования ученых степеней. Мы ожидали такого результата, так что набранные 179 голосов в пользу законопроекта даже приятно удивили нас. И интерес представляет не депутатское бесстыдство, но те фиговые листочки, которыми думцы прикрывали свою наготу. Мы прекрасно понимаем, что эти словесные украшательства не имеют отношения к причинам, по которым закон был отклонен. Но в них нужно вслушиваться, ибо характер бреда позволяет лучше диагностировать болезнь.

Жириновец Дегтярев в качестве одного из главных аргумента против закона назвал то, что «нельзя позволять Швондерам кошмарить профессора Преображенского». Интересно, приелся ли бывшему кандидату в мэры Москвы Дегтяреву в образе профессора Преображенского его однопартиец Игорь Лебедев с 271 «раскрашенной» страницей в диссертации? Или он имел в виду коллегу по фракции Илью Дроздова с 49 «цветными» страницами? Или на дореволюционного интеллигента тянет верный сокол Жириновского Сергей Жигарев — также с полусотней крашеных квадратов? Нет, вот, пожалуй, лучший кандидат на роль профессора Преображенского — кандидат исторических наук Юрий Напсо, у которого цветных страниц — 139.

Порадовал нас своей логикой и «клиент» «Диссернета» Николай Иванович Булаев. Мы думали, что ни один из фигурантов наших расследований и не подумает открыть рот на заседании Думы. Но заслуженный андрагог России Николай Иванович выдал следующий аргумент: что если в старом положении об ученых степенях было разрешено защищаться по совокупности заслуг, а сейчас — запрещено, то следует ли отбирать степени у тех, кто защитился по совокупности? Я предлагал бы вручить Николаю Ивановичу звание почетного профессора логики за мастерское передергивание. Отклоненный «Единой Россией» и ЛДПР законопроект предлагает не изменить правила присуждения степеней задним числом (как это пытается представить Николай Булаев), а наоборот, применить правила присуждения ученых степеней ровно в том виде, в каком они действовали на момент защиты. Плагиат же был запрещен и старым положением, действовавшим до 1 января 2014 года, и новым.

Для тех, у кого все в порядке с логикой, замечу, что обратная сила закона недопустима, согласно статье 54 Конституции, только в случае законов, которые устанавливают или отягчают ответственность. Наказание за плагиат установлено ст. 146 УК РФ, и срок давности по нему никто не собирается изменять, равно как и отягчать ответственность по этой статье ретроактивным порядком. А признание решения диссертационного совета о присуждении ученой степени недействительным не есть наказание.

Например, если у вас изымают фальшивую купюру, это не означает, что вас штрафуют на эту сумму. Фальшивая банкнота просто недействительна, независимо от того, изготовили ее вы или кто-то другой, вчера или более десяти лет назад. Точно так же присужденная за чужую работу ученая степень никогда не была действительной, и никогда не может таковой стать, независимо от истекшего срока.

Наконец, более всех отличился автор кинематографических образов Швондера и профессора Преображенского — режиссер Владимир Бортко. Он был единственным депутатом, голосовавшим «против» (закон был провален теми, кто не голосовал). Бортко с саморазоблачающей искренностью заявил, что этот закон ставит под удар все властные структуры, ибо «у технической интеллигенции все с диссертациями в порядке», а проблемы начнутся у представителей общественных наук, которых много среди чиновников и депутатов, а этого нельзя-де допустить «в текущий исторический момент». Так с величественной простотой депутат Бортко признал то, о чем «Диссернет» возвещает уже пару лет: чиновники и депутаты выдают себя за тех, кем не являются, что они — Швондеры и Шариковы, выдающие себя за профессора Преображенского и доктора Борменталя.