После того как Тбилиси договорился об условиях нового соглашения с «Газпромом», власти Грузии подверглись острой критике не только со стороны оппозиции, но и со стороны неправительственного сектора и президента страны, которые утверждают, что новые условия «навязанные» российской стороной, вредят интересам Грузии.

Оппоненты властей опасаются, что в случае, если повысится зависимость Грузии от российского газа, Россия станет это использовать для «политического шантажа».

«Тема „Газпрома“ является чем-то большим, чем бизнес-соглашение, это касается безопасности, внешней политики, геополитики и только после этого – энергетики и экономики... Подписание этого договора ухудшило энергосектор страны, был нанесен ущерб политическим и экономическим интересам Грузии, в итоге мы получили ухудшившуюся ситуацию по разным направлениям, что может в будущем вызвать целый ряд проблем», - говорится в заявлении грузинского президента Георгия Маргвелашвили.

Маргвелашвили, а также коалиция состоящая из 80 грузинских НПО потребовали от властей обнародовать детали соглашения с «Газпромом», а также призвали парламент страны провести слушания и выработать план для сокращения рисков от договора с российским энергогигантом. Неправительственные организации также провели акцию «Защити Свободу», направленную против нового соглашения с «Газпромом».

Ранее, после длительных переговоров с «Газпромом» Тбилиси, в конце концов, согласился в начале января на новые условия транзита российского газа в Армению. В частности, если до сих пор Грузия получала 10% от общего объема российского газа, поставляемого в Армению в качестве оплаты транзита, теперь Россия будет предоставлять за транзит денежную оплату.

При этом в первый год, когда этот двухлетний контракт войдет в силу, сохранится форма выплаты стоимости транзита в виде сырья, но уже с 2018 года плата за транзит будет полностью осуществлена денежными средствами.

Примечательно, что после того, как в 2006 году Грузия осталась без российского природного газа (по российской версии – в результате аварии, а по грузинской – из-за политического обострения отношений между странами), Тбилиси с 2007 года прекратил закупки российского газа, заменив его (на 90 процентов) на природный газ, поставляемый азербайджанской госкомпанией «Сокар».

«Нормальная практика»

В свою очередь грузинские власти резко отреагировали на критику в связи с новым соглашением. Так министр энергетики Грузии Каха Каладзе назвал замечания оппонентов «дезинформационной истерией» направленной на «привлечение внимания и набор политических очков».

Как утверждает Каладзе, единственное, что изменилось в результате нового соглашения с «Газпромом», это метод оплаты за транзит.

«Мы сохранили прежний уровень энергозависимости (...) Важно то, что энергетическая зависимость Грузии не повысилась ни на один процентный пункт, и мы сохраняем важную транзитную функцию (...) Изменился лишь метод оплаты, о чем мы сообщили общественности в первый же день, (...) Набирать очки заявлениями, которые мы слышим в течение последних дней, ни что иное как политическая демагогия», - заявил Каладзе.

Что касается обнародования деталей нового соглашения с «Газпромом», Каладзе утверждает, что соблюдение конфиденциальности в подобных случаях является «нормальной практикой», хотя в то же время, как он подчеркнул, у президента «есть доступ» к соглашению, соответственно, как выразился Каладзе, «неквалифицированные и неаргументированные заявления» со стороны Маргвелашвили неуместны.

«Если будет возможность того, чтобы были озвучены какие-то детали, я обещаю, что сделаю все, чтобы они были обнародованы по максимуму», - пообещал министр энергетики Грузии.

В то же время в заявлении, сделанном «Газпромом» 13-го января по поводу достигнутого с Грузией соглашения, также не разглашаются детали договоренности, включая стоимость транзита. Как заявила генеральный директор компании «Газпром экспорт» Елена Бурмистрова, Грузия и Россия «смогли выработать коммерческие условия, оптимальные для обеих сторон».

«По мере возможности»

В то же время оппозиция утверждает, что в тех случаях, когда присутствует высокий интерес общественности, допустимо обнародование конфиденциальной информации.

«Если господин Каладзе считает, что та серьезная тревога, которая есть в обществе... является популизмом, пусть покажет документ. Если все обстоит так хорошо, почему засекречивают контракт. Этот вздор, что во время такого общественного интереса данный документ является коммерческой тайной, ни для кого не может быть убедительным. Пусть он придет в парламент, и объяснит нам.., какие у него аргументы», - заявил СМИ депутат от оппозиции Гига Бокерия.

В свою очередь грузинский премьер Георгий Квирикашвили также пообещал, что интересующие общество детали соглашения будут обнародованы по мере возможности.

«Мы не можем праздновать тот результат, который у нас есть, потому, что ничего в нем нет праздничного... но в тех конкретных условиях и данности, в которых находится Грузия, мы защитили интересы страны и достигли максимального результата, который был возможен (...)

Соглашение будет обнародовано в той степени, в которой это будет возможно. Нам нечего скрывать от нашего населения», - заявил 20-го января Квирикашвили в своем комментарии из Давоса, где он участвует в работе Всемирного экономического форума.