Какие выборы ждут нас в 2017 году, как Дмитрий Медведев воспользуется конституционным большинством, которое получила в Госдуме партия под его руководством, - всё это «Фонтанке» рассказал политолог Станислав Белковский.

Александр Коряков/Коммерсантъ

Напомним, что в результате выборов в минувшее воскресенье «Единая Россия» получила 343 мандата в Государственной думе. Это не просто большинство, как было у неё до сих пор, а большинство конституционное. Причём в 2016 году впервые после долгого перерыва выборы проходили по смешанной системе: партийные списки и кандидаты-одномандатники. Последние дали «Единой России» больше половины её успеха: 203 мандата. Хотя перед выборами политологи в один голос обещали, что как раз они-то и дадут бой «партии власти». Некоторые считают, что таким успехом «Единая Россия» обязана низкой явке избирателей: её электорат – пенсионеры, военные строем, пациенты больниц и заключённые следственных изоляторов – оказался самым дисциплинированным, они шли на избирательные участки активно, иногда строем, или ехали целыми автобусами. Впрочем, политолог Станислав Белковский считает, что за свой успех «Единая Россия» могла бы поблагодарить и избирательные комиссии, и конкурентов.

Смотрите интервью со Станиславом Белковским на "Фонтанка.Офис". - Станислав Александрович, в чём причина такой низкой явки на выборы? – Избиратели не видели никакого смысла являться на эти выборы. Как в силу полной политической несамостоятельности Государственной думы, так и из-за разочарования в ведущих политиках – участниках выборов. Причём как в провластных, так и в оппозиционных. - Откуда тогда такой успех именно «Единой России»? – Никакой сенсации в этом нет. Я думал, что «Единая Россия» получит немного меньше, а оппозиционные партии, типа «Яблоко» и ПАРНАС, – чуть-чуть больше, но в целом было понятно, что Дума сохранится в том же составе. И что «Единая Россия» получит большинство. Вопрос был в том, простое или конституционное. Она получила конституционное большинство. И это закрепляет статус Дмитрия Анатольевича как эффективного лидера, правильного премьер-министра и правильного кандидата на пост президента. - Какие ошибки совершили партии, которые надеялись набрать хотя бы 5 процентов голосов, а не набрали и трёх? «Яблоко» ухудшило даже свой результат 2011 года.

– Мне представляется, что «Яблоко» не рассчитывало даже на 5 процентов. Хотя на 3 процента рассчитывало. И в этом смысле лишение госфинансирования – серьёзный удар для Григория Явлинского. Потому что непонятно, как ему теперь финансировать партию. ПАРНАС не рассчитывал и на 3 процента. В любом случае обе эти партии получили вдвое меньше, чем ожидали. Во-первых, они практически не вели предвыборную кампанию. В ПАРНАСе этим занимался один Вячеслав Мальцев, который, кстати, стал для этой партии серьёзным приобретением. Без него она не получила бы и тех цифр, которые мы знаем. - Но как раз «Яблоко» и кампанию вело, и людей новых привлекло. – «Яблоко» сделало всё, чтобы не предъявить новых лиц. Даже тех, кто был в его резерве, например Льва Шлосберга или Дмитрия Гудкова. Григорий Явлинский и Сергей Митрохин заполняли собой всё медиапространство яблочной предвыборной кампании, и без того весьма слабой. И результат закономерен: Григорий Алексеевич Явлинский заявил, что он баллотируется в президенты в 2017 году. Что, кстати, было главным условием выдвижения «Яблоком» всех политиков, которые шли при поддержке этой партии: они должны были подписать бумагу о поддержке выдвижения Григория Алексеевича. При этом выступление Явлинского было феноменальным по откровенности: он сказал, что готов участвовать «в том, что называется президентскими выборами». То есть дал понять, что собирается участвовать в заведомом фарсе. Второе – он сказал, что должен на выборах представлять интересы максимум 15 процентов населения. То есть сам себе поставил планку.

- Явлинский так и сказал – в 2017 году? – Сегодня в журнале The New Times опубликована заметка финансиста Артёма Торчинского: почему-то финансирование президентских выборов заложено в бюджет 2017 года. Это, как минимум, наводит на мысль... - На какую именно мысль? Может, речь идёт о начале агитации? – Я давно говорю, что в России главное орудие политического анализа – это зороастрийский гороскоп. Он указывает нам, что смена тренда в российской политике должна произойти в марте 2017 года. И об этом пишет финансист Торчинский. И об этом же проговаривается Явлинский. Не много ли совпадений? Я-то про март 2017-го талдычу больше года. Владимир Путин никогда не был замечен в стремлении просто так устраивать досрочные выборы, он сторонник стабильности, но если выборы действительно будут досрочными, в этом должна быть какая-то задняя мысль. - Путин не сможет участвовать в досрочных выборах в 2017 году, если добровольно сложит с себя полномочия. Закон такой. – Поэтому в выборах будет участвовать Дмитрий Медведев – триумфатор думских выборов. Как мы понимаем, благодаря его харизме, благодаря его обаянию, его политической мощи партия «Единая Россия» достигла невиданных успехов. И это соответствует Заратустре, потому что иначе не будет смены политического вектора. По Заратустре, должен идти другой политик, а это Медведев. После такого триумфа искать замену – это просто не остроумно. Тем более что он и так оставался главным и единственным политическим сыном Владимира Владимировича. И тогда становится понятным смысл переноса думских выборов с декабря на сентябрь.

- И в чём смысл, если не в том, чтобы люди на даче отсиделись? – Смысл в том, чтобы увеличить временной лаг между думскими и досрочными президентскими выборами. Пока это всё очень гипотетические рассуждения. Но если раньше они базировались только на зороастрийском гороскопе, то сейчас они уже начинают базироваться на вполне серьёзных утечках и соображениях. - Как это произойдёт? «Я устал, я ухожу»? – Видимо, как-то так. Я не утверждаю, что так будет. Но кроме гороскопа появились и «земные» указания на то, что это может произойти. - Но пока у нас есть Дума, избранная по новому закону. Что теперь будут делать в ней одномандатники? Начнут что-то делить, как-то перераспределяться, кучковаться, куда-то переметнутся? – Они вступят в какие-нибудь фракции, скорее всего – в «Единую Россию». И будут ждать указаний из Кремля. - Но люди-то они свободные, независимые… – Как вольный ветер. - Вот-вот. – Поэтому они делать не будут ничего. То есть полностью распоряжаться своей свободой. А именно – будут ждать указаний из Кремля. Или непосредственно, или через спикера, особенно если это будет Вячеслав Володин, бывший кремлёвский куратор внутренней политики.

- А как же внутренняя борьба, бульдоги под ковром – всё то, что нам говорят политологи про Думу? – Все ковры в Думе давно вынесли по соображениям гигиены, у них дезинфекция. Поэтому никакой подковёрной борьбы там быть не может. Она происходит там, где принимаются решения: в Кремле, вокруг Кремля, в госкорпорациях и так далее. А Дума ничего не решает. Она – абсолютно бессловесный придаток политической власти. - Седьмая Дума будет такой же весёлой и активной, какой была шестая палата? – Шестая Дума не была ни весёлой, ни активной… - Разве? Мы только и делали, что веселились. – Она выполняла кремлёвские указания, которые оформлялись как инициативы депутатов, причём зачастую даже не «Единой России». Такой регламент сохранится. Если в этом смысле, то да: Дума будет весёлой и активной. Такой же, как дети в детском саду, делающие вид, что они играют без надзора воспитателя. - Сейчас избиркомы обвиняют в подтасовках, в переписываниях бюллетеней и прочих грехах. Зачем это им, если «Единая Россия» и так набирала большинство?

– Результат должен быть впечатляющим. Если бы «Единая Россия» получила 40 процентов, он был бы не таким, Дмитрий Анатольевич был бы расстроен. Он и так расстроен публикациями об имении в Плёсе. Вы что, хотите, чтобы премьер-министр был расстроен два раза подряд? Вы представляете, что такое расстроенный премьер-министр? Он может вообще пенсии отменить! При этом сам Кремль чист: он поставил задачу – «честные выборы», назначил председателем ЦИКа икону прогрессивной общественности – Эллу Александровну Памфилову, доказав, что ЦИК ничего не фальсифицирует. А ЦИК ничего и не фальсифицирует. Он только заверяет фальсификации, сделанные до него. Поэтому формально Москва ни во что не вмешивалась. Всё решили региональные власти. - Так вроде и Чуров делал то же самое… – Может, помните, был такой анекдот. Чем отличается крыса от хомячка? У хомячка пиар лучше. Чем отличается Элла Александровна от своего предшественника? Ничем, кроме пиара. Она успешно справилась со своей задачей. Она может ещё всплакнуть. Её первый большой политический успех был связан именно со слёзопролитием: в 1992 году, когда она уходила с поста министра соцобеспечения. Сейчас она может всплакнуть над избирательным бюллетенем и показать его со слезой. Как сыр. Чем ещё раз докажет честность выборов. - Что теперь будет с репутацией Эллы Памфиловой? Её постигнет участь Чурова? Или мы её по-прежнему будем считать её иконой демократической общественности? – Здесь надо определиться, кто это «мы». У меня, например, никаких иллюзий относительно её роли и функций не было изначально. Было понятно, что она должна отмыть результаты выборов своим сносным имиджем в глазах прогрессивной общественности. Имидж таким и останется. Потому что прогрессивная общественность никогда не сливает своих кумиров. Вот сегодня, например, Алексей Леонидович Кудрин заявил, что Дума получила мандат – и должна стать «парламентом развития». Это говорит политик, который остаётся кумиром прогрессивной общественности. И рассуждает, как хорошо было бы заменить премьера Медведева на премьера Кудрина. Ясно, что после триумфа Дмитрия Анатольевича это уже невозможно. Так что всё зависит от состояния умов прогрессивной общественности. Которые, мне кажется, выйдут из фазы воспаления только со смертью. Так что у Эллы Александровны всё будет в порядке, а прогрессивная общественность будет объяснять, что это Путин с Медведевым и с Володиным тут намутили, а сама Элла Александровна сделала всё возможное, иначе бы 450 депутатов было от «Единой России». - То есть это не с умами тех, кто голосует за «Единую Россию», а с умами прогрессивной общественности что-то не то? – Безусловно. Должна произойти какая-то переоценка наших собственных ценностей, а мы всё время пытаемся пародировать Кремль. Кремль не выносит инакомыслия – и мы тоже не терпим. Если ты что-то вдруг говоришь поперёк прогрессивной общественности – на тебя немедленно обрушивается шквал публикаций, где тебя объявляют агентом Кремля. Сначала надо прочистить мозги себе, это очень полезно. После этого меньше хочется прочищать их другим.