Гроб, гроб, кладбище

Часто можно услышать, что в Украине сейчас кризис. Кризис — обманчивое слово. Ну, хотя бы потому, что вскоре за кризисом обычно следует рост.

Часто можно услышать, что в Украине сейчас кризис. Кризис — обманчивое слово. Ну, хотя бы потому, что вскоре за кризисом обычно следует рост. Кроме того, кризис в значительной степени предполагает доминанту персональной ответственности тех, кто его допустил, над макроэкономическими факторами, которые кризис и вызвали.

Мы постоянно говорим, что мир проходит стадию слома технологической парадигмы. Это повторяют очень много людей, но не все способны сделать из этой фразы вывод.

И потому кризис не совсем верное слово. Верное слово new normal. То, что вы видите вокруг, это не дно кризиса, роста быстрого не будет. Это наша новая реальность (по крайней мере, на пару лет). О да, в 2016-м нам обещают рост в 1%, а в 2017-м — ещё какой-то рост, но с нашей низкой базой этот рост является само собой разумеющимся делом (при условии нормализации обстановки на фронте и инкапсуляции соседа). Скажем проще и прямо, наша страна — в экономической заднице, настолько всеобъемлющей, что конца и края ей не видно, хотя определённо известно, что они есть.

Эта ситуация не вызвана войной. Дело не в войне, хотя и война, и необходимость развивать армию для нас экономическую ситуацию значительно усугубили. И дело тем более не в Майдане. И даже не в Януковиче (он серьёзно ускорил процесс, но не был его причиной).

Настоящая причина того, что наше new normal выглядит так печально, в том, что 20 лет наша страна шла путём экспорториентированной экономики, причём основной статьёй у нас были ресурсы. А наш нересурсный экспорт в основном шёл в государства бывшего СНГ: Россию, Казахстан и т. д, — то есть в другие ресурсные страны. Кроме того, мы немного добирали на транзите из/в РФ. Всё это ничего не стоит в мире постиндастриала.

Цены на ресурсы снижаются уже четвертый год подряд. Падает цена на железорудное сырьё, никель, медь, бокситы и т. д.

Стоимость нефти уменьшается второй год подряд, за ней ползёт цена на газ, а это обозначает, что российский рынок, куда шёл наш нересурсный экспорт, тает, как снег на солнце.

Экономики РФ, Казахстана и прочих зависимых от Москвы стран СНГ скукоживаются.

Ну и в дополнение, как уже говорилось, война, способствующая дополнительному разрыву цепочек. Она опрокидывает 20-летную логику развития региона напрочь, что не может не отражаться на экономике. Да, у нашего региона до недавнего момента была определённая логика существования и развития, признаваемая внешними игроками.

Смотрите на отвлечённом — для чистоты эксперимента — примере из Беларуси. Когда зарубежные инвесторы пытались зайти на рынок Беларуси, чтобы построить там какое-либо сборочное производство или же завод по производству шампуней, моющих или ещё какой другой фигни, Бацька выставлял им неслабые обязательства. Ну, там дороги построить и содержать, детские садики, зарплаты, соцобслуживание и всякое такое. В РФ все подобные вопросы решались взятками или договором на уровне Кремль-губернатор. Потому никто из инвесторов в Беларусь не шёл, а строил заводы прямо в европейской части России, с меньшим грузом инвестобязательств. При этом сразу получал весь рынок РФ и бонусом — рынок Беларуси ввиду отсутствия таможенного контроля и наличия беспошлинной торговли. Тем более инвесторы были заинтересованы в подобной стратегии ещё и потому, что руководство России чётко постулировало идеи экономической интеграции и создания Таможенного союза, что в перспективе означало беспошлинный доступ инвестору, построившему завод в РФ, на рынки Казахстана, Армении, Украины и т. д. То есть политическое влияние и сверхдоходы от нефтяной ренты делали Россию экономическим центром СНГ.

Именно поэтому памперсы, сникерсы и детское питание у нас были российского производства.

Москва, как мы ранее писали, оставалась центром «экономического СССР». Теперь всё это летит в пропасть, и логистику приходится перекраивать на ходу. Что не добавляет здоровья экономике конкретно нашей страны, потому что сегодня того нет, завтра этого нет, а то, что есть, завязано на Россию, которой тоже теперь нет, но она ещё этого не поняла.

Выхода пока из этой ситуации не видно. Для модернизации украинских производств нужны средства, и немалые. Значит, их нужно где-то взять, а у нас бюджет нагружают социальные стандарты и война. Жалко бабушек и не хочется в окоп? Давайте уменьшим государственные расходы и пустим под нож чиновников? Давайте. Только помните, что для того, чтобы гармонизировать нормы и законодательство с ЕС, нужно увеличивать бюрократический аппарат или же государственные затраты, переводя часть чиновничьего функционала на аутсорс. Нужно урезать функции государства? А это крайне длительный процесс, требующий вначале расширения количества чиновников или долговременного внешнего аудита. Потому что нужно понять, какой функционал вам не нужен, и, в процессе понимания, преодолеть лобби этого самого ненужного функционала. Ведь чем менее нужен чиновник, тем больше у этого чиновника коррупционная маржа и тем больше у него лоббистов.

Значит, совершенно непонятно, как при европейском векторе делать столь ожидаемый активным населением нашей страны рывок в стиле «азиатских тигров». Сплошные противоречия и никаких внятных работающих решений, которые бы не требовали геноцида пенсионеров, бюджетников или чиновников. Именно отсутствие этих решений и гонит из страны самых активных, которые бы должны были в благоприятном налоговом климате создавать основу для рывка.

В общем, с экономикой всё плохо и просвета нет. Но на этом наши проблемы не заканчиваются.

Прямо сейчас у нас в стране, пусть и в скрытой форме, происходит мощнейший политический кризис. У нас нет никакого большинства в Раде. А ведь реформы — это больно, впрочем, как и война, и они часто не по нраву многим. То есть у нас Рада состоит из людей, которые декларируют направление на реформы, но хотят, чтобы эти реформы происходили не с ними, а с их оппонентами. Ну, потому что реформы — это больно; а это хорошо, когда больно оппоненту, а не тебе. Аналогичная ситуация с войной. На словах у нас все — бескомпромиссные враги России, а на деле каждый нардеп яро защищает тысячи своих невидимых связей с Москвой.

Электорат от Рады не отстаёт. Реформам все говорят твёрдое «да», но налогов платить не собираются. Всё диванное воинство орёт, что давайте воевать против сепаров и России до победного конца, но в армию людей не собрать.

Ввиду отсутствия большинства и неясной перспективы перевыборов, все решения приходится проталкивать в ручном режиме, пытаясь утрясти интересы десятка финансово-промышленных групп. Этому в меру мешают и лоббисты этих ФПГ, которых у нас в стране почему-то принято называть журналистами, депутатами и общественными активистами.

Но и это ещё не всё.

У нас под боком сосед, руководство которого весьма трогательно пытается изображать из себя социально ориентированное государство, на фоне того, что уже все без исключения руководители экономического блока РФ говорят о жесточайшем кризисе и советуют затянуть пояса. При этом при падении рубля, сравнимом с падением гривны, уровень инфляции в РФ за 2015-й составил 12%. Для сравнения, у нас почти 50%.

Как это делается? Да вот так.

Бизнесу просто не дают директивно цены повышать и вынудили заморозить всё развитие.

Это значит, что кто-то старательно затыкает систему, делая вид, что её балансирует. Подобными фокусами занимался Янукович, когда на фоне падения рынка металла и заградительных торговых войн со стороны РФ экономика Украины начала сморщиваться. Это не может продолжаться вечно и в ближайшее время чем-то должно закончиться. Причём закончится эффектом вырвавшейся пружины.

При этом надо понимать, что в РФ ещё ничего не произошло. Основа экспорта из России для Кремля — это не только и не столько нефть, сколько поставки газа, поскольку эти поставки эксплуатируют, в массе своей, давно окупившиеся месторождения и построенные полвека назад при Советах газопроводы. Контрактные цены на «голубое топливо» пересматриваются с определённым лагом, и в них учитывается средняя стоимость нефти за определённый период. С некоторыми европейскими странами у «Газпрома» контракты с лагом пересмотра цены через девять месяцев. Сейчас в основном газ в Европу идёт по контрактам, исходя из стоимости нефти по 80 долларов за баррель. Что на самом деле, как мы теперь уже знаем, не такая уж плохая цена, по сравнению с той, что будет через полгодика.

Впрочем, надо отдать должное Кремлю: механизмы рыночного гибкого регулирования используются финансовым блоком РФ пока в полную мощь. Действительно, СССР в подобной ситуации уже шатало, а вот Россия всё пока управляема, именно по причине того, что рыночная экономика является намного более гибкой и приспосабливаемой, чем плановая. Пока рыночной экономике ещё слабо мешают, она способна сглаживать проблемы. Однако проблемы вызваны не рыночными факторами, а значит, рыночная экономика способна их лишь смягчить, но не устранить.

Это прекрасно понятно всем, и потому у руководства РФ уже сейчас жесточайший цейтнот. Потому что все видят взмывающий девятый вал — нельзя бесконечно влезать во всё новые авантюры, оттягивать инфляционную удавку и балансировать бюджет под честное слово. Близка развязка.

Собственно, ситуация у наших соседей безвыходная. И редакции не очень нравится традиция оценивать это исключительно в положительном ключе.

Однако для начала перечислим минусы Кремля.

Прежде всего, полная потеря Китая как потребителя энергоносителей из РФ. Пекин начал решать проблему нефтяных поставок самостоятельно. 19 января Си Цзинпинь начал турне по странам Ближнего Востока. В планах — посещение Саудовской Аравии, Ирана и Египта. Как мы помним, пока Иран был под санкциями, Китай был основным потребителем иранской нефти, которую покупал с солидным дисконтом. Теперь Тегеран хочет получить европейский рынок уже без всяких дисконтов, и Пекин ищет, чем заместить выпадающий импорт (особенно на фоне отказа от угля). Как видим, Москву даже не рассматривают, разве что как резервный вариант на случай резкого увеличения спроса.

Иран выходит из-под санкций и стремится вернуть назад себе долю европейского рынка. Это вынуждает и Кремль, и Саудов, и аятолл дисконтировать свою нефть сверх падения рыночной цены.

На 2016–2017 гг. приходится пик достройки газовых терминалов в ЕС. Скоро, очень скоро кровь прольётся морем доля газовых поставок из РФ в ЕС упадёт до уровня, когда ими можно будет пренебречь и перспектива для Кремля получить эмбарго от ЕС за любой выход за флажки станет реальностью. Дело Литвиненко подоспело вовремя, да и трибунал по сбитому «Боингу» не за горами.

Большая игра РФ в Сирии обернулась жертвами и пшиком. Продать свою «золотую акцию» переговорщикам Путину не удалось, и совершенно неясно, как теперь отстаивать свои интересы. Выйти сейчас из процесса Кремлю просто невозможно, нужна полноценная сухопутная операция, а это деньги и похоронки.

Кремлю категорически нужен доступ к зарубежному кредитованию, по причине наличия 500 миллиардов квазикорпоративных долгов и огромной задолженности регионов РФ, которую некому перекредитовывать. Если регионы ещё можно аккуратно перекредитовать станком, то кредитовать возврат внешних обязательств станком категорически нельзя, это приведёт к мгновенному обрушению финансового рынка. Вспомните, чем закончилась покупка 10 миллиардов долларов «Роснефтью» год назад.

Падение цен на нефть вызывает сокращение нового бурения, что обозначает неминуемый провал в сфере добычи нефти в будущем. Аналогично падение цен существенно уменьшает объёмы собираемых НДПИ и налога на прибыль.

Ситуация с оккупированным Крымом для Кремля — это тупик. Блокада превращает Крым не просто в чемодан без ручки, а в персональную ручную чёрную дыру. Туда сколько не кинь денег, всё равно мало будет. Ситуация с оккупированной частью Донбасса аналогична. Зарождения государственных институтов там не произошло, собираемость налогов — около нуля, а заводы бегут в РФ. Миллиард долларов только на пенсии, а ведь война — «удовольствие» тоже не из дешёвых. Причём все попытки изобразить из оккупантов Донбасса сторону переговоров провалились, и Кремль по-прежнему за них в ответе. А значит, под санкциями.

Это настоящий девятый вал. Он отлично различим, но его невозможно избежать и уже даже не понятно, как оттянуть встречу с ним.

Значит, Кремлю нужно очень срочно договариваться. Однако договариваться, как мы уже выше описали, не о чем. Ситуация аховая. Все свои козыри Путин давно бросил на стол, и все они были биты. Из Донбасса Путин не уйдёт, и пока, несмотря на информационную шумиху, нет никаких признаков сворачивания российской деятельности на оккупированных территориях.

Однако переговоры идут, а значит, Кремль нашёл какие-то переговорные позиции, какими бы слабыми они не были. В современном мире переговорщики не приходят на переговоры неподготовленными, ну это, конечно, если Путин не ловит Обаму под туалетом. Если происходит полноценная встреча, значит, Сурков передал Нуланд некий пул вопросов, который той захотелось обсудить.

Редакция не знает, о чём говорили Грызлов и Сурков. Однако из последних широко обнародованных в российских СМИ тем, можно отметить только отказ от уплаты корпоративных долгов со стороны РФ и кадыризацию той самой РФ. Собственно, это наверняка подаётся (если подается) как единый тезис.

Кремль свято уверен, что Запад хочет свергнуть Путина, и потому предлагает Западу задуматься о сакраментальном российском вопросе на какой стул сесть «кто, если не Путин». Сейчас всей «либеральной общественности» РФ и внешним наблюдателям на Западе ненавязчиво (ха-ха!) подсказывают, что если не ставленник тамбовской ОПГ Путин, то ставленник тейпа Беной полубезумный козопас Кадыров, который и западных кредитов, понятно дело, не вернёт, и ядерными ракетами будет размахивать совсем не в шутку.

Как видим, переговорные позиции весьма слабые. Шансов, что они прокатят, ноль целых, рубль десятых.

И всё вышеперечисленное хорошо в какой-то мере для граждан Украины, если рассуждать, как здоровый человек. И не совсем так, если рассуждать, как обитатели Кремля.

У Кремля действительно нет никаких рычагов давления на Украину. Настолько нет, что заметить это смог даже совершенно беспозвоночный Кучма.

Экономических рычагов практически нет. Сейчас обрываются настолько базовые нити, что пугать какими-то мелочами (вроде торговых войн) смысла просто не имеет. Мы действительно лежим на дне, зарывшись в ил, и там 1,5–2% в минус — это при такой низкой базе такая же эфемерная штука, как и описанные в начале статьи 1,5% в плюс. Короче, интересно лишь управлению Госстатистики. Более того, уменьшение размера российской экономики ещё сильнее ослабляет их рычаги, а барьеры взаимных эмбарго вообще делают эти рычаги бессмысленными.

Возможности политического влияния ещё более смехотворны. Как было сказано, у нас в стране политический кризис. Даже если произойдёт немыслимое, и Кремль найдёт какие-то политические рычаги влияния на Европу, а та наступит коалиции на голову — у нас в стране политический кризис. Нет большинства для реформ, не говоря уже о Конституции, никто за это не проголосует, — скажет Петя, разведёт руками и уйдёт в закат. Нетути. Нет голосов и всё. У нас не Россия, по парламенту танками не стреляют. Максимум гранату кинут.

Давление на обратную сторону политического фронта тоже малоэффективно. Я сейчас не о мёртвом «Оппоблоке». «Оппозиция в коалиции» способна сколь угодно долго возмущаться Минском – 2 и призывать всех к Майдану – 3. Но даже хроническим дуракам из Кремля понятно, что это всё делается для политических торгов, во имя защиты своих потоков и лоббирования своих интересов в плане минимум. Ну, или для прихода во власть на волне народного недовольства в плане максимум. А после прихода во власть, кто бы из «патріотів» её не осуществил, будет разыграна та самая партия СИРИЗА. Европа скажет, что Минск нужен, Вашингтон «Джавелинов» не пришлёт, кассовый разрыв замаячит перед носом — и оп!, теперь ругать Минск в нашей стране будет кто-то ещё. А свежерассевшиеся по местам «патріоти» начнут говорить о том, что «враг не дремлет», а значит, нам нужна передышка. А Кремль останется при своих. При своих санкциях, долгах и проблемах.

Описанная выше ситуация вызывает у многих (даже наверху) отчётливую радость и ощущение близкой победы. Вот смотрите, даже у лежащей в нокауте экономики есть свои плюсы, даже политический кризис нам на руку — в общем, сплошная перемога.

Это если рассуждать, как обычный человек.

А надо рассуждать, как обитатели Кремля, потому что в этой ситуации краткосрочные решения с долгосрочными последствиями принимают именно они. А если рассуждать, как житель Кремля, то совсем всё по-другому видится.

Никогда в нашей стране не бывало ситуации, чтобы не могло стать намного хуже, и часто случалось так, что намного хуже становилось.

Ещё ни разу за все два года конфликта Кремль не выбрал оптимальное разрешение любой из вставших перед ним ситуаций. Всегда Кремль выбирал самое затратное, самое глупое, самое кровавое, самое бессмысленное решение. Это решение всегда способствовало ухудшению его позиции.

Как всё происходящее выглядит из Кремля? Политических рычагов нет — хоть в Украине, хоть в Сирии. Силы, на которые ставит РФ, дискредитированы. Дипломатических рычагов нет — хоть в Украине, хоть в Сирии. Кремль в изоляции. Экономических шагов нет — оппонентам на них плевать. Репутационные потери перестали быть потерями, и стали счётом под надписью WANTED. Владимир Владимирович и камарилья, несмотря на все ухищрения лоббистов, всё стремительнее приближаются к камере смертников.

У Кремля остаются шаги военные. Последний довод. Вдвойне военное решение конфликта ему кажется приемлемым, потому что перед ним лежит страна с дохлой экономикой и политическим кризисом среди проукраинских элит. И до неё, как до Сирии, плыть не надо через полмира и проливы.

Стойте, скажете вы, но ведь наступление ВС РФ даже при поддержке коллаборационистов из «Д/ЛНР» вряд ли может быть сколько-нибудь успешным, а речь идёт об операции весьма большой глубины. Есть же примеры в Дебальцево и Марьинке. Что ж, это заявление более, чем верно. Примерно так же, как было бы верно заявление 22 февраля 2014 года, что «Кремль проиграл в Украине, любое количество российского спецназа уже неспособно подавить Евромайдан». Всё сказано правильно, но где-то в Крыму уже начиналась выгрузка спецуры с парома, и совсем не для того, чтобы подавлять Евромайдан.

Да, возможно, мы стоим на пороге открытой войны, которая может, по мнению Кремля, списать всё.

Это статья здесь не для того, чтобы вас испугать. Пугаться уже поздно, пути назад уже нет. Мало кому захочется попасть по ту сторону Нового Железного Занавеса, и жить без перспектив в нищете во имя дидов и Путина.

Эта статья для того, чтобы вы не были опять уж слишком сильно растеряны, если позитивный тренд близкой победы сменится под новым безумным ударом Кремля.

Враг может считаться мёртвым, только если вы лично закопали его охладевший труп.

А до этого момента — рано радоваться.

Дмитрий Подтуркин

Антон Швец