Мариуполь уже стал особенным городом в этой войне. Это первый из восточноукраинских городов, который в путинской "новороссийской кампании" заявил о намерении сопротивляться. Конечно, и в Донецке, и в Луганске, и в Горловке, и в Макеевке, и в других на сегодняшний день "потусторонних" городах были активисты, которые выходили на проукраинские акции до последнего, но рано или поздно им приходилось уезжать, отдав предпочтение гуманитарным вопросам и помощи переселенцами или участию в добровольческих батальонах. Широкий гражданский сопротивленческий фронт не удавался пока никому. Мариупольские горожане стали первыми, кто отважился не попятиться в ответ на агрессию, а показать зубы.

В местном штабе сопротивления "Новый Мариуполь", созданном обычными неравнодушными людьми, все как один с холодной решимостью утверждают: город не сдастся, Мариуполь будет стоять до последнего. Во время визита в город эти же слова, кстати, повторил и Петр Порошенко. В штабе — журналисты, священники, интеллектуалы, предприниматели, активисты, врачи, преподаватели, работники заводов. Сотни горожан несут сюда продовольствие, вещи для военных, деньги, предлагают свою помощь. Практически каждый — активный участник мариупольского Евромайдана, который, к слову, почти моментально подхватил киевский импульс — акции в городе начались 25 ноября, спустя всего 4 дня после начала киевского Евромайдана. Есть и те, кто не поддерживал революцию, но теперь с энтузиазмом взялся за оборону города. И вы не поверите, кто всем этим сопротивлением руководит. Дама, университетский преподаватель, историк по образованию.

Городские власти, которые длительное время делали вид, что активистов и волонтеров не существует, почувствовали, что запахло жареным, и сейчас ни одно серьезное совещание без присутствия активистов штаба не обходится. Волонтерское движение доказало свою эффективность, потому местное руководство, ротацию которого после майской де-факто сдачи города боевикам, так и не провели, теперь, как и должно, подчиняется громаде.

Мариуполь, а за ним и соседний Бердянск и следующее на очереди Запорожье выстраивают свои линии обороны. Мальчишки из местного студактива теперь заняты не студенческим парламентом и размером стипендий, а делами значительно более взрослыми — собственными руками с помощью приобретенных на собственные средства лопат они роют окопы на границе города и тренируются на полигонах. Стрелковая подготовка, тактическая медицина, техника ведения боевых действий. Во время митинга на сцене под скандирование "Герои!" они дают присягу защищать свой город. Оружие им не выдадут, но именно этих молодых бесстрашных людей горожане рассматривают как костяк будущей муниципальной полиции. На прежних правоохранителей здесь уже не надеется решительно никто. 5 сентября, в день начала интенсивных обстрелов, именно люди в погонах, говорят, убегали из города первыми, мчась по дорогам на запредельной скорости. Пока в штабе сопротивления хрупкие девушки таскали на себе ящики с берцами и под залпы тяжелых орудий паковали передачи с бронежилетами и касками для бойцов.

Проводя эти дни в Мариуполе, наблюдая за этими отважными и бесстрашными людьми, сложно отказать себе в пафосных мыслях об историческом размахе происходящих здесь и сейчас прямо на твоих глазах событий.

Хотя поговаривают, что где-то в городе снова вывесили флаг ДНР, а активисты стали чаще получать угрозы вроде "отправлю тебя к отцу твоему Бандере", в минувший четверг всего в 15 километрах от российских танков, на центральной площади Мариуполя, состоялась третья за последнюю неделю масштабная пятитысячная акция под украинскими флагами. Постамент, на котором еще недавно стоял Ленин, был заполнен молодежью в вышиванках и детьми с национальной символикой. Люди разных возрастов, и украино-, и русскоязычные пришли продемонстрировать свою решительность. Хотя, наверное, прежде всего, — побороть собственный страх.

Уезжая в Киев в воскресенье, уже из вагона созваниваюсь с местным журналистом, одним из самых активных в штабе "Нового Мариуполя". Извиняюсь, что приходится покидать город в такой момент. Напоследок говорю: "Держитесь!" В ответ: "А что нам остается?"

"Освободителей" здесь не ждут, но "освободителей" это вряд ли остановит. В том, что подписанное на наивысшем уровне в Минске перемирие будет нарушено, здесь не сомневался почти никто. Правда, сразу после его оглашения, в субботу, кажется, что город возвращается к жизни. По все еще пустынным улицам ездит несколько свадебных кортежей, в кафе гремит музыка, на улице слышны обрывки разговоров о "наконец-то мир". Но не тут-то было. Вечером этого мирного дня огонь по восточным границам города возобновляются. Позже батальон "Азов" заявляет, что обстрелы из минометов и гаубиц начались еще днем. В воскресенье утром в моем отеле, до которого ранее звуки баталий почти не доходили, дрожат стекла и пол — как выясняется впоследствии, идет обстрел микрорайона "Восточный". В понедельник узнаю от оставшихся в городе друзей о том, что линия огня стала еще ближе.

Страшно даже представить себе, что может ожидать город в ближайшие дни. Вряд ли те, кто отважился на сопротивление, покинут Мариуполь или решат сдаться. Что тогда? "Освободители" будут давить их танками? Вполне возможно. И, скорее всего, те, кто под раскаты минометного обстрела с российской стороны продолжают слушать российский "блатняк", будут этому аплодировать.

Мария Томак, Центр Гражданских Свобод