Люди равны в правах, но наделены разными способностями, получают разные доходы и располагают разной собственностью. Чаще всего неравенство — это проблема для общества, но иногда оно создает возможности для развития.

АЛЕКСАНДР ЗОТИН, МАКСИМ КВАША

Украинский миф

Одно из главных заблуждений относительно событий на Украине — считать их причиной высочайший уровень неравенства. Он, дескать, привел к возмущению народных масс. Если верить официальной статистике, это неправда. Коэффициент Джини (измеряет, насколько распределение доходов отличается от полного равенства) на Украине — 25,6 (World Development Indicators (WDI), April 2014). Это чуть выше, чем в Дании и Швеции — образцах социального государства, ниже, чем в большинстве европейских стран и гораздо ниже, чем в России (около 42). Не находит подтверждения и версия о быстром росте неравенства, который тоже мог привести к росту социального напряжения: уровень неравенства на Украине в середине 1990-х был лишь чуть ниже российского (39,5 и 46 соответственно), а затем постепенно падал.

Еще одна версия происходящего связана с региональным неравенством. Якобы доходы в разных регионах Украины отличаются настолько, что ее и одной страной назвать нельзя. Однако по сведениям Укрстата (последние доступные данные — 2011 год), различия между средней зарплатой в самом богатом регионе (Киев, 152,4% средней по стране) только вдвое выше зарплат в самых бедных (Тернополь, Херсон, Черновцы, Чернигов, Волынь). Для сравнения: в Москве средняя зарплата — 190% средней по стране, на Ямале (самый богатый регион) — 239%, а в Дагестане (самый бедный) — 51% (2012 год, данные Росстата). То есть разрыв почти пятикратный, и если следовать этой логике, неравенство должно было разорвать Россию.

Разумеется, не все так просто. Во-первых, неясно, насколько хороша украинская статистика: коррупционный и теневой сектора экономики там велики, а значит, должны быть велики и погрешности оценок. Не так много знают об Украине и международные исследователи: в недавнем исследовании The Boston Consulting Group динамика численности миллионеров в этой стране даже не оценивалась.

Во-вторых, фактор неравенства по доходам может нивелироваться либо, наоборот, усиливаться неравенством имущественным или по человеческому капиталу. В большинстве постсоветских стран это важно: у многих новых бедных есть собственное жилье, земля, а уровень образования относительно однороден. Не говоря уже о том, что недовольство может провоцироваться далеко не только экономическими факторами.

В XXI веке разрыв между "золотым миллиардом" и остальным человечеством оказался велик, как никогда в истории Фото: Reuters

Русский мир

Лучший пример того, что неравенство и социальное спокойствие совместимы,— Россия. Расслоение населения по доходам очень велико, коэффициент Джини по доходам много лет колеблется в диапазоне 40-42, а в Москве и того выше. Крайне велики, как уже сказано выше, и региональные различия.

Оценка неравенства населения России не по доходам, а по имуществу дает еще более высокое расслоение: коэффициент Джини по имуществу достигает 93,1. Для сравнения: в Аргентине — 79,6, в Колумбии --79,7, в Бразилии — 82,1, в Чили — 81,4, уровень европейских стран — 70-80 (Credit Suisse Global Wealth Databook 2013). Это второй в мире уровень имущественного неравенства после весьма равной по доходам Дании, где коэффициент Джини по имуществу — 107,7 (показатель больше 100 указывает на то, что нижние децили распределения имеют отрицательное имущество, то есть долги превышают активы). На третьем месте в этом рейтинге — Украина (90).

В более раннем докладе Credit Suisse Global Wealth Databook 2012 утверждалось, что в России у 5% жителей сосредоточено 82,5% всего богатства страны (у 1% — 70,9%). Это первое место среди рассматривавшихся 29 экономик. Согласно тому же докладу, в США у 5% населения 63% богатства, в Бразилии — 61%, в Китае — 50%.

Впрочем, методология этих исследований грешит как минимум одним существенным недостатком. Дело в том, что оценка недвижимости на балансе домохозяйств в России занижена. Если учитывать ее по рыночным ценам, то беднейшие домохозяйства окажутся не такими уж и бедными, а сами оценки общего благосостояния — выше. То же, вероятно, касается и Украины.

Простой расчет. На конец 2012 года жилищный фонд РФ, по данным Росстата, составил 3,349 млрд кв. м при средней стоимости 1 кв. м на вторичном рынке 56,4 тыс. руб. Учтем, что в частной собственности находится около 87% жилищного фонда, используем текущий курс 34,5 руб./$, получим, что оценка лишь жилья россиян близка к $4,8 трлн.

Это вчетверо выше оценки Credit Suisse всего имущества россиян ($1,2 трлн). Еще одна причина, по которой швейцарский рейтинг вызывает недоверие,— согласно ему, 93,7% взрослого населения страны располагает активами менее $10 тыс., хуже, чем в Джибути и Гаити, местах, где соломенная хижина вполне может считаться жильем.

Считаные миллионеры

Оценка Credit Suisse в $1,2 трлн больше похожа на правду, если вообще не учитывать стоимости недвижимости. Согласно свежему исследованию BCG, финансовые частные активы россиян выросли за 2013 год на 21,9% и составили $1,92 трлн (70,6% частного богатства всей Восточной Европы).

По числу ультрабогатых домохозяйств (финансовые активы более $100 млн) — 536 в 2013 году — Россия вышла на пятое место в мире после США (4754), Великобритании (1044), Китая (983) и Германии (881). Количество российских семей-миллионеров (активы более $1 млн) увеличилось с 180 тыс. в 2012 году до 213 тыс. в 2013 году. Однако их доля в общем числе российских домохозяйств мала: в 2013 году всего 0,4% (в США — 5,9%, в Швейцарии — 12,7%, самая большая доля в Катаре — 17,5%).

Неравенство заметно не только относительно подножья горы и ее вершины, но и на самой вершине — среди элиты — богатство концентрируется у сверхбогачей. Налицо явный перекос: просто богатых и состоятельных в России мало. Всего 213 тыс. миллионеров на 111 миллиардеров. Для сравнения: в Голландии всего 5 миллиардеров, зато простых миллионеров больше 221 тыс.; в Японии — 16 миллиардеров, а просто миллионеров почти 1,24 млн. Впрочем, для страны, где наследственного богатства еще нет, где еще 25 лет назад не было даже частной собственности, а большинство крупных состояний возникло в результате перераспределения госимущества и государственных же финансовых потоков, это неудивительно.

Одна из проблем России в том, что у нас мало простых миллионеров Фото: Reuters

Государство — это яд

Несмотря на то что борьба с бедностью и снижение неравенства много лет входят в приоритеты экономической политики России, более или менее решается лишь первая задача (и то за счет высоких цен на нефть). Неравенство же, в особенности в региональном разрезе, по сути, законсервировано.

Вот что пишет ведущий научный сотрудник Независимого института социальной политики Дарья Попова со ссылкой на одного из лучших российских экономгеографов Наталью Зубаревич: "Региональное неравенство остается одной из главных причин высокого уровня неравенства в России. Многие политики видят решение данной проблемы в поддержке депрессивных территорий за счет межбюджетных трансфертов. Однако научные исследования свидетельствуют о том, что межбюджетные трансферты в депрессивные территории усиливают неравенство, так как ресурсы концентрируются в руках региональных элит". Проще говоря, попытка помочь бедным на национальных окраинах часто приводит к тому, что местным богатым становится еще проще их грабить.

В результате, согласно исследованию National Bureau of Economic Research "Growth in Regions", Россия — один из самых ярких примеров регионального неравенства и сверхцентрализации. В этом докладе проанализировано экономическое положение 1503 регионов в 82 странах. Если в среднем самый богатый регион страны оказывается в 5,2 раза (по ВРП) состоятельнее самого бедного, то в России разрыв доходит до 25-кратного (по данным Росстата, чуть меньше — 15-кратного). Больше только в Венесуэле и Таиланде. Даже в известных своим высочайшим региональным неравенством Индии и Индонезии разрыв меньше. Основную ответственность за это несут Москва и еще три региона — Сахалин, Тюменская область (включая ХМАО и ЯНАО) и Чукотка. Они немного опережают в доходах и ВРП (валовый региональный продукт) на душу населения Москву, но на их территории проживает не много людей.

Средняя зарплата в марте 2014 года в России составила 31,5 тыс. руб., в Москве — 59,8 тыс. руб., зато в Брянской, Ивановской, Орловской, Курганской, Тамбовской, Ульяновской, Костромской областях, Мордовии, Калмыкии, Кабардино-Балкарии, Дагестане, Алтайском крае этот уровень не превышает 20 тыс. руб.

Региональное неравенство по доходам усугубляется имущественным неравенством. Московские квартиры многократно дороже, чем брянские или тамбовские. Средняя стоимость квадратного метра жилья в Москве — 160-170 тыс. руб., средняя цена по России — 50 тыс. руб., а, к примеру, в Тамбове — 29 тыс. руб., в Ульяновске, Саратове, Брянске — около 32 тыс. руб. Впрочем, квадратных метров на одного москвича, по данным Росстата, приходится несколько меньше — 19,3 кв. м (или около $100 тыс. в денежном эквиваленте) против среднероссийских 23,4 кв. м (или $30 тыс.). Хотя в самых бедных регионах еще теснее (Республика Тыва — 13,2 кв. м). Кроме того, качество жилья в бедных регионах куда хуже московского. Удельный вес ветхого и аварийного жилищного фонда в общей площади всего жилищного фонда составляет по России 3%, в Москве — 0,4%, а в депрессивной Ингушетии — 20,9%. Стоимость всей московской недвижимости (около $1 трлн) превышает 20% стоимости всей недвижимости в России, хотя проживает в столице меньше 9% населения России.

Впрочем, поскольку ресурсов для купирования бедности в стране все еще много, а неравенство не рассматривается как насущная проблема, широкой дискуссии о том, что с ним делать, в России нет. А выдвигаемые предложения часто носят декларативный характер.

Та же Попова указывает: "Высокое неравенство доходов связано со слабостью перераспределительных механизмов, включая плоскую шкалу подоходного налога, регрессивные взносы на социальное страхование и низкие налоги на имущество. Например, суммарно подоходный налог и взносы на социальное страхование в 2010 году составляли в среднем 43% чистой (то есть получаемой работником на руки) зарплаты. В 2011 году ставка социальных отчислений была повышена на 30% (с 26% до 34% оплаты труда). Другими словами, трудовые доходы облагаются все более высокими налогами. С другой стороны, высокодоходные группы в относительном выражении платят фактически такие же взносы на социальное страхование, как и низкодоходные группы, потому что значительная часть их доходов — это нетрудовые доходы, включая доходы от предпринимательской деятельности, собственности, инвестиционные доходы, а также доходы, скрытые от наблюдения. Даже если часть их дохода формируется за счет заработной платы, она в силу регрессивности социальных отчислений также не облагается налогами в полной мере. В 2010 году эффективная налоговая ставка (сумма подоходного налога и взносов на социальное страхование в отношении располагаемого дохода) домохозяйств 1-го дециля (самой богатой 10-процентной группы.— "Деньги") составляла 10,6%, а для домохозяйств 9-го и 10-го децилей 16,4% и 14,7% соответственно. Имущество богатых налогами практически не облагается".

Угроза извне

В середине XIX века марксистский антагонизм между богатыми и бедными имел ярко выраженный интернациональный характер. Различия между богатыми странами и бедными по уровню средних доходов были невелики. В соответствии с реконструкциями британского историка экономики Ангуса Мэдисона, в 1850 году средний доход в беднейших странах (Цейлон и Китай) составлял около $600 на душу в год (по паритету покупательной способности в долларах 1990 года). В самых богатых — Великобритании и Нидерландах — $2,3 тыс. Различия же в уровне жизни рабочих, согласно его и многим другим исследованиям, были и того меньше.

Совсем иначе сейчас. Классовой борьбы больше не существует, утверждает экономист Всемирного банка Бранко Миланович в статье "Global Inequality: From Class to Location, from Proletarians to Migrants". Это, возможно, новый манифест — уже не коммунистический, а миграционный. Классовая борьба не умерла, а трансформировалась в трудовую миграцию, утверждает он.

В XXI веке благополучие отдельного гражданина в гораздо меньшей степени зависит от классовой принадлежности и в существенно большей от того, в каком месте он родился: радикально выросло страновое неравенство. Средний представитель 10% самых бедных американцев богаче, чем 90% индийцев. А, скажем, 5% самых бедных датчан богаче, чем 5% самых богатых граждан Мали.

У этого есть как минимум два важных последствия. Во-первых, пора привыкать к постмарксистской реальности: у пролетариата в разных странах больше нет общих интересов, зато страновая разница в доходах — питательная почва для национализма и протекционизма. Во-вторых, почти неизбежна либерализация миграции в мировом масштабе: никакие границы и бюрократические барьеры не устоят перед неравенством нынешнего размаха, возможность повысить уровень жизни в несколько и даже десятки раз — стимул, перед которым не устоят никакие стены.

Где сколько миллионеров

Семей с финансовыми активами в $1 млн и более (тысяч)

США 7135

Китай 2378

Япония 1240

Великобритания 513

Швейцария 435

Германия 386

Канада 384

Тайвань 329

Италия 281

Франция 274

Гонконг 238

Нидерланды 221

Россия 213

Австралия 195

Индия 175

Источник: BCG.

Лидеры среди сверхбогатых

Семей с финансовыми активами в $100 млн и более

США 4754

Великобритания 1044

Китай 983

Германия 881

Россия 536

Франция 472

Канада 465

Гонконг 417

Швейцария 388

Италия 374

Источник: BCG.