Говорить о том, как для Али Смит важен язык, не приходится — это и так очевидно. Он выстраивает здесь форму, создает альбом, внутри которого Смит аккуратно раскладывает гербарий между страницами с фотографиями каких-то красивых людей, когда те еще были молоды, а сейчас, очевидно, молоды уже не очень. Осень жизни — это когда ты уже понимаешь, что в этом альбоме ты такой молодой и классный уже черт знает когда, уже не вспомнить даже, а точно ли это вообще ты. Возможно да, возможно, ты это выдумал — обман памяти, очередной придуманный сюжет, который никогда с тобой не случался. Как ты жил эту жизнь, кого любил, что любил?

Одни люди влияют на других — так же, как например, на людей влияют внешние обстоятельства, погода или фазы луны. В фокусе Али Смит двое: старик Дэниел и юная Элизавет. Из странных бесед о странном, из ничего, зарождается дружба, которая пугает маму Элизавет. Впрочем, чью бы маму не напугала бы ситуация, когда дочь целые дни проводит время в компании старика, у которого, кажется, не все дома? Их же, помимо прочего, связывает вот что: искусство. Спустя какое-то время Элизавет станет изучать историю искусств в университете, а в качестве дипломной работы выбирает малоизученную поп-арт художницу Полин Боти, о которой так часто говорил ей Дэниел. Искусство бессмертно — ну так себе тезис, но ведь и правда: что останется после тебя?

Много лет спустя, лежащий в больнице Дэниел, еще более старый, обездвиженный, постоянно спящий, продолжает говорить с Элизавет. Какие-то вещи все-таки остаются незыблемыми (или кажутся таковыми). Следом за «Осенью» на книжные полки в России пришла и «Зима», и, вероятно, ее мы тоже увидим в следующем году в списке «Ясной Поляны». Что ж, это, в конце концов, могло бы стать приятной традицией.

Оценка: 7/10

Виктория Горбенко, телеграм-канал КнигиВикия

«Осень» очень хочется назвать избитым «стихотворением в прозе». Причем на первых страницах кажется, что это не будет комплиментом. На самом деле Али Смит просто не помещается в привычную терминологию. Как ни назови ее текст, он будет вываливаться через край этого названия. Это одновременно сон, и размышление об этом сне, и наблюдение за сном человеком, который не спит. Это попытка показать другой угол зрения, научить задавать другие вопросы, рассказать о том, чего никто не замечает. Это произведение искусства, исследующее свою собственную суть.

Роман Смит воздушен, но сама она не витает в облаках. У текста есть осязаемый каркас — отношения стооднолетнего старика, находящегося в коме, и тридцатидвухлетней женщины. Отношения, длящиеся двадцать лет, отношения, для которых невозможно подобрать слово, которое их не опошлит. У текста есть осязаемые временные рамки, привязанные к знаковым событиям, будь то шпионский скандал вокруг «Дела Профьюмо» или напряжение, созданное Брекзитом. Естественно появляется соблазн проанализировать «Осень» в привычном политическом контексте, но события здесь описываются через ощущения, а не через факты. Расхожей цитатой из Диккенса можно описать любые времена, важно — описать их по-новому, так, как никто еще не делал, создать свой собственный коллаж, который пропылится полвека в амбаре, а потом будет найден восторженными потомками. У текста, в конце концов, есть четкая цель рассказать о фигуре, которая интересна самой Али Смит — Полин Боти, единственной женщине в британском поп-арте, обладательнице огромного таланта и трагической судьбы. Но и здесь писательница проявляет деликатность, описывая искусство через невозможность его точного описания, пытаясь поймать ускользающую красоту, не разрушив ее.

Сначала думается, что «Осень» — это просто книга об угасании, вялом умирании, сожалении о несбывшемся, с оживающими в воображении кадрами пустых скамеек, припорошенных листвой аллей, злящегося на крыши дождя и прочих меланхолических банальностей. Но, оказывается, что «Осень» — это книга о том, что до зимы еще долго, а времени любить и творить — еще много. Несмотря на то, что привычный мир рушится и новые границы скалятся двумя рядами колючей проволоки.

Читать: если вы давно не находили времени позвонить кому-то важному.

Не читать: если любите конкретику, а от поэзии зубы сводит.

Оценка: 8/10

Владимир Панкратов, телеграм-канал «Стоунер»

Не знаю точно, за что этот роман попал в короткий список «Букера» в 2017 году, но мой личный ответ таков: «Осень» — наиболее адекватное литературное описание времени, в котором мы живем. Иными словами — вот он, идеальный современный роман, который не только регистрирует явления новой жизни, но и передает «дух эпохи», даже если эта эпоха умещается лишь в последнюю пятилетку. А по языку, структуре и организации текста оказывается как бы продуктом самой эпохи.

Формально, вынесенная в заглавие осень следует за тем летом, когда в Великобритании проголосовали за Брекзит, и автор показывает последовавшую за референдумом всеобщую растерянность. Параллельно писательница развивает завораживающую историю любви 30-летней девушки и ее столетнего соседа, на фоне которой любые референдумы кажутся эфемерной возней. Именно в наши дни реальность вообще стала чудовищно эфемерна — и это, пожалуй, главное, что фиксирует Смит. Эфемерны новости из телека; эфемерно время, которое все равно ходит по кругу, тем самым нивелируя ценность каждого момента; эфемерны воспоминания; эфемерен язык, на котором мы сегодня общаемся. Смит пишет эфемерный роман, целиком состоящий из еле уловимых сценок, которые быстро испаряются и уступают место следующим. Единственное, что не эфемерно — любовь и искусство, которые и связывают странную парочку главных героев.

Кому это посоветовать прочесть? Да всем. «Осень» — не манифест за или против современных реалий. Это роман, показывающий, что литературе совершенно не обязательно «отставать» от действительности, чтобы реагировать на нее; демонстрирующий, что литература способна «переработать» любые новшества в жизни человека — и при этом оставаться старой доброй литературой с интересным сюжетом, здоровой иронией и выверенными, как у сценаристов, диалогами. Тот случай, когда прочел 200-страничную книжку, а ощущение, что прожил — с удовольствием — все шестьсот.

Оценка: 9/10

Общая оценка: 7,75/10

Напомним, что «Горький» неоднократно писал про «Осень».

Вот здесь, например, о романе писала Анастасия Завозова.

Или почитайте о книге в обзоре Лизы Биргер.

А вот другая рецензия на «Осень» Владимира Панкратова.

* * *

Напомним о других книгах из длинного списка премии «Ясная Поляна» в номинации «Иностранная литература»:

Джонатан Коу «Срединная Англия» — 8,5/10

Дэн Симмонс «Террор» — 8,25/10

Ричард Руссо «Эмпайр Фоллз» — 8,25/10

Ойген Руге «Дни убывающего света» — 8,2/10

Вьет Тань Нгуен «Сочувствующий» — 8/10

Джон Бойн «История одиночества» — 7,75/10

Сьёун «Скугга-Бальдур» — 7,6/10

Колм Тойбин «Дом имен» — 7,5/10

Эрнан Ривера Летельер «Искусство воскрешения» — 7,5/10

Джулиан Барнс «Одна история» — 7,4/10

Джордж Сондерс «Линкольн в бардо» — 7,25/10

Эвелио Росеро «Война» — 7,25/10

Роберт Менассе «Столица» — 7,25/10

Селеста Инг «И повсюду тлеют пожары» — 7/10

Ольга Токарчук «Бегуны» — 7/10

Нил Мукерджи «Состояние свободы» — 7/10

Эка Курниаван «Красота — это горе» — 6,6/10

Майя Лунде «История пчел» — 6,25/10

Би Фэйюй «Китайский массаж» — 6/10

Масахико Симада «Канон, звучащий вечно» — 5,75/10

Ли Сын У «Тайная жизнь растений» — 5,4/10

Энн Пэтчетт «Бельканто» — 5,4/10

Кристина Далчер «Голос» — 4,25/10