Фото: Сергей Михеев / Коммерсантъ

Уже неделю в московской 57-й школе продолжают развиваться события вокруг обвинений одного из учителей в сексуальных связях с ученицами. Формально преподаватель уволился еще в июле, но на прошлой неделе предположительная причина увольнения была предана огласке в фейсбуке — после чего дискуссия вокруг ситуации перешла в публичное пространство. С тех пор директор 57-й успел объявить о своей отставке и вернуться на свой пост, часть родителей — провести митинг в поддержку руководства школы, а несколько выпускников — заявить о том, что в сексуальные отношения с учениками регулярно вступал еще один преподаватель. «Медуза» рассказывает, как развивались события.

29 августа журналистка «Медузы» Екатерина Кронгауз опубликовала в своем личном фейсбуке пост, в котором шла речь об учителе истории в одной из московских школ. Преподаватель на протяжении 16 лет «крутил романы с ученицами», но недавно ушел из школы после того, как несколько человек собрали доказательства этого и добились увольнения учителя. Из комментариев прояснилось, что речь идет об одной из самых престижных школ Москвы — № 57, а неназванный историк — это, вероятно, Борис Меерсон.

↓

Пост Кронгауз немедленно начал широко обсуждаться и обрастать подробностями. Пользователи утверждали, что о сексуальных связях было давно известно учителям, ученикам и их родителям — и что к подобным историям причастны сразу несколько преподавателей. Большинство участников дискуссии осудили Меерсона и руководство 57-й школы, закрывавшее глаза на злоупотребление учительскими полномочиями. Другие критиковали Кронгауз за публичность, опасаясь, что неизбежное внимание общественности и прессы нанесет вред школе и ее ученикам.



↓

31 августа было опубликовано первое заявление одной из учениц. Не называя имен жертв, выпускница 57-й школы Надежда Плунгян писала о «системном насилии над ученицами в старших классах» (чуть раньше, в рамках флешмоба #Янебоюсьсказать, Плунгян также писала о проблемах в 57-й — впрочем, не называя номера школы). Она отметила, что в 2005 году ученики пытались привлечь внимание к ситуации, однако руководство школы выпустило «меморандум», запрещающий критиковать учителей. Несогласных учеников и сотрудников, по ее словам, травили. С 31 августа появилось еще несколько постов от выпускниц 57-й с рассказами о сексуальных домогательствах со стороны учителей: например, о своей связи с Меерсоном публично заявили две выпускницы.

↓

1 сентября стало известно, что Следственный комитет РФ начал проверку «в связи с сообщениями о сексуальных отношениях учителя московской школы № 57 со школьницами».

↓

Вечером того же дня появилась первая официальная реакция руководства школы. В своем заявлении на сайте 57-й директор Сергей Менделевич пообещал создать из учеников, родителей и выпускников школы общественный совет, «который поможет во всем разобраться» и не оставить «никаких белых пятен, замолчанных историй». Ни имен, ни конкретных обстоятельств дела при этом в заявлении Менделевича указано не было.

↓

2 сентября в школе состоялся педсовет, после которого несколько учителей заявили, что их попросили покинуть 57-ю. Учитель русского языка и литературы Сергей Волков рассказал, что Екатерина Вишневецкая, заместитель Менделевича и жена директора, фактически вынудила уволиться троих учителей: самого Волкова, Надежду Шапиро, Наталию Сопрунову (до этого Волков комментировал происходящее в фейсбуке, Шапиро — на телеканале «Дождь»). Он сообщил, что ни один из педагогов не выразил им слова поддержки, а многие, наоборот, «шикали и улюлюкали»; по словам учителя, администрация школы «делала вид, что ничего не происходит».

↓

В тот же день на сайте Change.org появилось две петиции. Одна — с требованием «сохранить Сергея Львовича Менделевича в должности директора 57 школы» (на 16:00 5 сентября — 1129 подписей), другая — с требованием «немедленной отставки администрации школы» (966 подписей на то же время).

↓

2 сентября вечером Менделевич объявил об отставке: «Очень надеюсь, что это поможет 57-й школе выйти из тяжелого кризиса… я хочу показать, что безусловно ставлю интересы детей и учителей выше собственных».

↓

В ночь со 2 на 3 сентября к зданию 57-й школы в Малом Знаменском переулке начали приходить родители и ученики. Они собирали подписи под заявлением в поддержку директора, чтобы передать их в департамент образования Москвы. К утру 3 сентября сообщение об увольнении Менделевича исчезло с сайта, а департамент заявил, что не может подтвердить его уход с должности.



↓

3 сентября у школы прошел стихийный митинг в поддержку директора Менделевича (подробно о нем — в репортаже «Медузы»). Собравшиеся — более 300 учеников, родителей и выпускников — заявляли о намерении «отстоять школу» и «спасти ее от раскола». Менделевич во время митинга был на встрече в департаменте образования Москвы. Когда директор и его заместитель приехали в школу, Вишневецкая объявила, что оба остаются в своих должностях (Менделевич — «на несколько месяцев»). Она пообещала подать заявление в прокуратуру, а также создать в школе комиссию по этике.

↓

В тот же день стал известен инициатор расследования, в результате которого был уволен Меерсон. Ей оказалась Ольга Николаенко, бывший директор центра адаптации и обучения детей беженцев. В своем посте в фейсбуке она сообщила, что сначала одна из учениц рассказала ей о сексуальных домогательствах со стороны учителя, а после этого Николаенко вместе с учительницей русского языка и литературы Надеждой Шапиро «начали самопальное расследование, привлекли юриста и зафиксировали свидетельства ряда жертв разных годов выпуска». Позже, по словам Николаенко, они передали доказательства Менделевичу. Тот спустя сутки уволил Меерсона. Николаенко подчеркивает, что хотела провести расследование без «широкой огласки», а в курс дела ввести только педсовет, что и произошло 29 августа. Разговаривать с «Медузой» Николаенко отказалась.

↓

Вечером 3 сентября появилась реплика Ольги Волковой (жены Сергея Волкова), также работавшей в 57-й школе. Она пишет, что на педсовете 29 августа действительно давали слово Надежде Шапиро, однако «после нее взял слово Сергей Львович [Менделевич], который сказал, что ему не представили никаких доказательств, что Меерсон — его ближайший друг, и что решение об увольнении он принял крайне неохотно под воздействием разных пересекающихся и подтверждающих друг друга слухов».

↓

4 сентября выпускница 57-й Наталья Поляничева объявила о создании «черного ящика» для сбора свидетельств о сексуальных домогательствах в 57-й школе. По ее словам, черный ящик «создан независимой группой выпускников» и необходим, чтобы истории оказались собраны «в одном месте, чтобы больше никто не мог сказать, что их не было». Она подчеркнула, что доступ к ящику имеет только она.

↓

В понедельник, 5 сентября, директор школы Сергей Менделевич выпустил два заявления. В первом он кратко описал свои следующие шаги: попросить столичный департамент образования побыстрее провести конкурс на должность директора, обратиться в правоохранительные органы с требованием начать расследование, создать школьную комиссию по этике, призвать уволившихся сотрудников вернуться ради учеников. Второе заявление, опубликованное в группе 57-й школы в фейсбуке, по сути дублировало первое — однако было написано менее официальным языком. Менделевич рассказал, что до конца не верил в обвинения о домогательствах со стороны Меерсона: «Я считал их элементом шантажа и эмоциональными фантазиями. Время показало, что моя реакция на поступившие сигналы должна была быть незамедлительной и жесткой, а проверкой должны были с самого начала заниматься правоохранительные органы». Он признался, что его «гнетет чувство вины перед жертвами аморального поведения». Никаких имен в обоих заявлениях не фигурировало.

↓

Днем 5 сентября в переходе профессиональных границ обвинили еще одного учителя 57-й — заместителя директора Бориса Давидовича (чуть ранее о его домогательствах в свой адрес сообщил один из выпускников школы; впоследствии пост был скрыт администрацией фейсбука из-за поступивших на него жалоб). Выпускница математического класса 57-й школы, а впоследствии преподаватель школы Елена Бунина опубликовала совместное с четырьмя бывшими учениками заявление: «Мы, насколько могли, убедились и поняли, что появившиеся в сети сведения о чудовищных нарушениях этических и моральных норм со стороны Бориса Михайловича имели место. Мы уверены, что эти нарушения имели место в прошлом». Один из подписантов, бывший ученик 57-й Вадим Цейтлин в разговоре с «Медузой» уточнил, что под нарушениями норм понимаются «сексуальные контакты с учениками». Он также заявил, что «это были юноши». «Три тяжких случая, достоверно мне известных, [произошли] 25 лет назад», — сказал Цейтлин. Связаться с Буниной «Медузе» не удалось. Сейчас фамилия Давидовича убрана со страницы на официальном сайте 57-й, где указано руководство школы.

Евгений Берг Москва