«Мы хотим сделать все, чтобы выявить активы, на которые можно обратить взыскание и арестовать», — объяснял мотивы «Хабад» адвокат общины Стивен Либерман из юридической фирмы Rothwell, Figg, Ernst & Manbeck на слушаниях по делу в августе 2015 года (стенограмма слушаний есть у РБК). «Русские признают силу. Они признают мощь. И мы просим суд дать нам именно это, мы просим дать нам средства, чтобы усилить давление [на Россию]», — утверждал тогда он. При этом целью таких действий остается принуждение России к передаче книг, а не взыскание штрафа, отмечал на том же заседании другой адвокат общины, Натан Левин.

«Хорошие наводки»

Тогда же представитель «Хабад» сообщил суду, что Минфин США ответил на один из запросов, предоставив общине «весьма полезную информацию, которая дает хорошие наводки» в отношении этих активов, в том числе принадлежащих банку «Россия». Представитель Минфина США отказался комментировать РБК информацию о заблокированных российских активах.

В повестках адвокаты потребовали от американских банков, во-первых, предоставить документы, относящиеся к счетам, открытым как в США, так и в иных странах мира, которые банки ведут в интересах или от имени Российской Федерации. В частности, истцы ищут счета «Российской Федерации <…>, а также любого из ее органов или ведомств, представителей, аффилированных с государством компаний, их дочерних структур, правопредшественников, правопреемников, альтер-эго, уполномоченных агентов, субъектов Федерации <…>, а также всех лиц, действующих или намеревающихся действовать в интересах или от имени Российской Федерации», включая различных российских чиновников, в том числе президента Владимира Путина.

Видео: Телеканал РБК

Video

Во-вторых, «Хабад» потребовал от банков предоставить документы, относящиеся к замороженным счетам и активам компаний или физических лиц, включенных в санкционные списки в связи с ситуацией на Украине.

Вначале представители пяти финансовых институтов выразили готовность предоставить запрошенную информацию, следует из направленной в суд декларации адвокатов религиозного движения, однако вскоре изменили свою позицию. Причиной тому стала интервенция американского правительства, которое, как ни странно, заняло сторону России в вопросе неприкосновенности ее активов.

Вашингтон на стороне Москвы

3 февраля 2016 года администрация США представила суду заявление о наличии заинтересованности в деле «Хабад» против Российской Федерации. В своем заявлении представители Белого дома привели множество юридических и дипломатических доводов, на основании которых, по их мнению, суд должен отказать «Хабад» в праве требовать раскрытия информации о российских госактивах в США, а повестки, направленные общиной пяти американским банкам, признать ничтожными. Таким образом, власти США, не будучи стороной этого процесса, фактически встали на защиту российских активов, находящихся в распоряжении американских финансовых организаций. Свое решение они объяснили необходимостью защиты американских национальных интересов. Суд признал наличие государственных интересов США в этом деле, следует из изданного судом постановления и меморандума. Но окончательного решения до сих пор нет.

По мнению американских властей, «Хабад» не вправе добиваться раскрытия информации о российских активах в рамках Федерального гражданского процессуального кодекса США. Во-первых, на эти активы нельзя обратить взыскание, чтобы собрать штраф, установленный за отказ передать «коллекцию Шнеерсона», поскольку закон США о суверенном иммунитете иностранных государств (Foreign Sovereign Immunities Act) исключает возможность взыскания денежных штрафов с иностранных государств; кроме того, согласно этому закону на собственность иностранных государств, расположенную на территории США, распространяется судебный иммунитет.

Во-вторых, решения о взыскании штрафов не подлежат исполнению за пределами США, поскольку это «противоречит международному праву и правоприменительной практике». В частности, Россия является участником Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности, в которой говорится, что отказ государства выполнить постановление суда другого государства не влечет за собой штрафа или наказания по причине такого отказа. Представители администрации США отмечают в судебных документах, что, «хотя эта конвенция не вступила в силу, многие из ее положений отражают действующие международные нормы и практику». По данным представителей администрации США, более 40 государств поддерживают запрет на взыскание денежных штрафов с других государств и наложение взыскания на их собственность, и ни одна страна ни разу не санкционировала подобные взыскания.

Наконец, попытки взыскать штраф с России путем ареста ее активов могут значительно повредить внешнеполитическим интересам США, а также уменьшат шансы на мировое соглашение в этом процессе, заявили представители американского правительства.

Активы, заблокированные в рамках экономических санкций, не подлежат судебному взысканию просто потому, что блокировка по определению подразумевает, что такие активы не могут быть никак использованы, говорит РБК юрист Bryan Cave LLP Клиф Бернс, специализирующийся на санкциях. Поэтому санкционное подразделение Минфина США OFAC никогда не выдает лицензий, которые разрешали бы обращение взыскания на блокированные активы. Единственное исключение в законодательстве США, которое позволяет использовать замороженные активы, относится к Ирану и возмещению ущерба от актов насилия, диверсий в отношении самолетов, захвата заложников, но в данном случае, очевидно, оно не применимо. «Я не вижу, как эти заблокированные активы могут быть использованы для удовлетворения финансовых требований [«Хабад»] к России», — резюмирует Бернс.

Кремлю неизвестно

В результате вмешательства администрации США JP Morgan Chase и Citibank попросили суд освободить их от обязанности исполнять требования повесток до решения суда по заявлению правительства. В феврале 2016 года Deutsche Bank также отказался «предоставлять какие-либо сведения в ответ на повестку до того момента, пока суд не вынесет решения по возражениям, представленным администрацией США», следует из письма представителя Deutsche Bank Trust Company Americas адвокатам «Хабад».

Помимо пяти финансовых организаций адвокаты «Хабад» направили повестку американской компании Ketchum, одному из крупнейших глобальных PR-агентств (входит в коммуникационную группу Omnicom), с целью получить документы о сотрудничестве Ketchum с Россией, следует из материалов суда. Ketchum почти семь лет (с 2007 года) оказывала услуги «Газпрому» и получила за свою работу более $30 млн, контракт закончился в 2014 году, писал РБК. С 2006 года Ketchum работала на правительство России, в частности успешно пролоббировав выбор Владимира Путина «Человеком года-2007» по версии журнала Time, отмечало агентство Reuters в сентябре 2013 года. Сотрудничество Ketchum и российского правительства закончилось в конце 2014 года. За свои услуги Ketchum получила по меньшей мере $23 млн, следует из документов по делу «Хабад» против России».

Кроме того, в апреле 2015 года «Хабад» вручил повестку Sberbank CIB USA, американскому подразделению инвестиционного бизнеса Сбербанка — Sberbank CIB. Представители движения запросили документы о находящихся в управлении Sberbank CIB USA российских госактивах. Sberbank USA тоже попросил суд защитить его от необходимости раскрывать какую-либо информацию по запросу «Хабад».

Кремлю неизвестно о попытках движения «Хабад» найти и арестовать российскую собственность в США, сказал РБК пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.

Базирующееся в Нью-Йорке движение «Агудас Хасидей Хабад» отказалось обсуждать с РБК дело против России. Goldman Sachs, Deutsche Bank, Citibank и пресс-служба Sberbank CIB отказались от комментариев. JP Morgan Chase не ответил за запрос РБК, связаться с Computershare Inc. (американский регистратор акций) не удалось. РБК ожидает ответов от банка «Россия», Министерства иностранных дел и Российского государственного военного архива. «Минюст России не располагает информацией об арестах активов Российской Федерации на территории США. В случае получения соответствующей информации будут предприняты необходимые меры по правовой защите интересов Российской Федерации», — отмечается в ответе отдела общественных связей Минюста. МИД в комментарии 2010 года подчеркивал, что решение суда США, санкционировавшего передачу коллекции «Хабад», является «ничтожным с правовой точки зрения, представляющим собой грубейшее нарушение общепринятых норм и принципов международного права».

Справка о коллекции

«Коллекция Шнеерсона» — собрание книг и рукописей семьи лидеров любавических хасидов. Библиотека начала формироваться при жизни основателя движения Шнеура Залмана из Ляд (Белоруссия) с конца XVIII века и собиралась вплоть до 1915 года. В ходе Первой мировой войны, когда Любавичи оказались в зоне военных действий, часть библиотеки была перевезена в Москву, где была помещена на хранение книжного склада Персица и Полякова. С приходом к власти в России большевиков эта часть собрания Шнеерсона была национализирована. После революции 1917 года она была передана в Румянцевский музей, позже переименованный в Государственную библиотеку СССР им. Ленина (сейчас РГБ).

В России книги и рукописи из «коллекции Шнеерсона» находятся на балансе РГБ, а также Российского государственного военного архива (ранее — Центральный государственный архив Красной Армии).

Книги из коллекции, находящиеся на балансе РГБ, с 2013 года хранятся в фонде отдела РГБ в Еврейском музее и центре толерантности. В феврале 2013 года президент Владимир Путин на заседании Совета при президенте по межнациональным отношениям в ответ на вопрос Виктора Вексельберга предложил перенести собрание из РГБ в Еврейский музей и центр толерантности. В июне 2013 года Путин присутствовал на открытии нового библиотечного отдела Еврейского музея, куда были переданы книги «коллекции Шнеерсона». Книги при этом остаются на балансе РГБ.

Всего их 4425 томов, которые представляют 4616 единиц хранения, пояснила РБК глава отдела РГБ в Еврейском музее Светлана Хвостова. «Две или три единицы хранения могут физически представлять собой один сборный том с обложкой — т.н. конволют, — отметила Хвостова. — В «коллекции Шнеерсона» таких конволютов достаточно много».

Рукописи, находящиеся на балансе РГБ, находятся в фонде № 182 «Собрание рукописей на еврейском языке» в здании РГБ. Всего их 146 документов. Среди них есть как сборники проповедей, написанные рукой любавических ребе, книги Шнеерсонов, переписанные рукой переписчиков, так и просто личные письма и документы. Книги и рукописи, хранящиеся в РГБ, написаны на иврите, идише и немецком. Все они оцифрованы и доступны онлайн.

Документы Йосефа Ицхака Шнеерсона, находящиеся на балансе Военного архива, собраны в отдельном фонде № 706 (всего 98 дел, от 6 тыс. до 9 тыс. листов). Это переписка членов семьи Шнеерсонов (на иврите, идише, русском, немецком, польском языках) и фотографии. Эти рукописи были вывезены Йосефом Шнеерсоном, шестым любавичским ребе, из России в Ригу в 1927 году, а затем в Польшу в 1934 году. После оккупации Польши нацистами в 1939 году они были вывезены в Германию. После Второй мировой войны эта часть библиотеки Шнеерсона была доставлена в Москву трофейными бригадами и передана в Центральный государственный архив Красной Армии (с 1992 года — Российский государственный военный архив). Рукописи в Военном архиве доступны публике в читальном зале в виде «цифровых копий», пояснила РБК замдиректора РГВА Людмила Сахарова.

Подавляющее большинство книг из библиотеки Шнеерсона представляют собой молитвенники, издания Торы и комментарии к ней, галахические тексты (посвященные еврейскому религиозному законодательству), каббалистические и хасидские сочинения, то есть предназначены для религиозного изучения или ритуального использования, объясняет РБК главный библиотекарь отдела РГБ в Еврейском музее и центре толерантности Екатерина Олешкевич. Есть несколько книг более светского характера (романы на идиш, перевод Ветхого завета на немецкий, словари и т.д.), добавляет Олешкевич. Окончательный жанровый анализ коллекции планируется провести для издания печатного каталога библиотеки Шнеерсона, запланированного на 2018–2019 годы.

Во время Первой мировой войны, оставив часть коллекции в Москве (сейчас хранится в РГБ), Шнеерсоны взяли с собой в Ростов около 100 томов библиотеки. Эти сто книг сейчас находятся в библиотеке Хабада в Нью-Йорке.

Зачем хасидам книги?

«Коллекция Шнеерсона» действительно имеет большую сакральную ценность для хасидов движения «Хабад», поскольку этими книгами пользовались или хотя бы прикасались к ним цадики (букв. праведники) из династии Шнеерсонов (основатели «Хабад»), — объясняет РБК Олешкевич. — По хасидской традиции любые предметы, которыми пользовались цадики, перенимают частицу их святости». Этой символической ценностью обладают только реальные книги, а не их оцифрованные копии, поскольку ценно не само содержание книги или ее визуальный облик, а скорее ее бытование в определенных условиях. Хасидское общество действительно склонно считать, что вследствие сакрального статуса книг к ним должны прикасаться только хасиды после определенных «подготовительных» ритуалов, как чтение молитв, омовение в микве (резервуар для омовения) и т.д., заключает Олешкевич.

Симметричный ответ

В «коллекции Шнеерсона», хранящейся в РГБ, недостает семи книг, которые РГБ в январе 1994 года передала Библиотеке конгресса США в рамках международного библиотечного абонемента сроком на 60 дней. В марте 2013 года РГБ обратилась с требованием о возврате книг, но они не были возвращены, сообщали «РИА Новости». Летом 2013 года РГБ и Министерство культуры подали иск о возврате книг в Арбитражный суд Москвы. В 2014 году суд обязал Библиотеку конгресса вернуть книги и присудил РГБ и Минкульту денежные средства «в размере $50 тыс. за каждый день неисполнения вступившего в законную силу судебного акта». По состоянию на 1 ноября 2016 года сумма штрафа достигает $43,15 млн.

Представитель Минюста США Натан Свинтон говорил американскому суду в августе 2015 года, что штраф, выписанный московским судом, — ответная мера, которая фактически копирует решение американского суда. Он объяснял, что в России тоже есть американское имущество, в отношении которого могут быть приняты симметричные меры. «Правительство России может очень чувствительно отнестись к арестам своих активов, что, очевидно, представляет серьезный внешнеполитический риск и может помешать сотрудникам нашего Государственного департамента успешно работать в России», — говорил Свинтон.

При участии Натальи Галимовой и Ивана Ткачева