Аркхэм, Инсмут, Плато Ленг, Каркоза… В настольных играх и других произведениях по «Мифам Ктулху» постоянно упоминаются эти места. Описывают их нередко мимоходом, словно полагая, что они давно стали для всех родными и знакомыми. Но не все поклонники успели от корки до корки прочитать произведения Лавкрафта и его последователей. Да и в самих рассказах, как и полагается в историях про непознаваемые ужасы, порой больше туманных намёков, чем описаний. Поэтому мы составили для вас подробный путеводитель, в котором расскажем, чем же примечательны самые известные лавкрафтовские места и из каких произведений они взяты. Первая его часть посвящена мрачным человеческим городам во главе с незабвенным Аркхэмом, а в продолжениях мы отправимся в поселения неземных существ и даже за грань нашей реальности.

Аркхэм (Аркхем)

Джилмен поселился в древнем Аркхэме, где казалось, что время давно остановилось и люди живут одними легендами. Здесь повсюду в немом соперничестве вздымаются к небу островерхие крыши; под ними, на пыльных чердаках, в колониальные времена скрывались от преследований королевской стражи аркхэмские ведьмы. «Сны в Ведьмином доме»

Чаще всего Лавкрафт черпал вдохновение в атмосфере своей малой родины — протестантской Новой Англии. В эту местность включают шесть северных штатов на восточном побережье США: Род-Айленд, Вермонт, Нью-Гэмпшир, Массачусетс, Коннектикут и кинговский Мэн. Именно на этот берег в 1620 году высадились пилигримы с корабля «Мэйфлауэр», ставшие первыми британскими колонистами в Америке.

Удивительно, но самый известный город, придуманный Лавкрафтом, упоминается всего в тринадцати его произведениях. Сам писатель жил в Провиденсе, и зачастую действие его рассказов разворачивается либо там, либо в Бостоне — культурном и историческом центре Массачусетса. Вымышленный Аркхэм, с самого своего основания овеянный зловещими легендами, и протекающая через него река Мискатоник впервые упомянуты в рассказе «Картинка в старой книге» (1920). Герой этой истории держал путь из Бостона в Аркхэм и остановился на ночлег у старика, оказавшегося людоедом.

В следующих рассказах облик города стал вырисовываться чётче. Там появился Мискатоникский университет, где хранят от недобрых глаз копию зловещего «Некрономикона», а затем и Аркхэмская лечебница для душевнобольных. В Аркхэме возник проклятый Ведьмин дом и заколоченный особняк по прозванию Неименуемый. Где-то неподалёку поселились реаниматор Герберт Уэст и польская диаспора, а в штат университета вошли герои многих рассказов. Но, например, в «Зове Ктулху» Аркхэм даже не упоминается: зловещих легенд хватало и в других городках Новой Англии.

Прототип города исследователи усматривали в самых разных поселениях: одни указывали на деревеньку Оукхэм в Массачусетсе, другие вспоминали род-айлендский Аркрайт на территории нынешнего Фисквилла. Возможно, название Аркхэма и впрямь составлено из этих двух, но главный источник вдохновения Лавкрафт раскрыл сам:

Аркхэм я представляю себе городом, схожим по атмосфере и облику зданий с Салемом, однако он более холмист… Рисунок улиц совершенно не похож на салемский. Что же до расположения Аркхэма — в моём представлении город и воображаемый Мискатоник размещаются где-то к северу от Салема; возможно, близ Манчестера. Из писем Лавкрафта

Процесс над ведьмами в 1692 году произвёл на общество такое сильное впечатление, что Салем и связанные с ним легенды стали краеугольным камнем американской мистики и хоррора. Например, типичный образ проклятого ветхого особняка пошёл из романа «Дом о семи фронтонах» (1851), где писатель Натаниэль Готорн пытался осмыслить салемские события: его прапрадед был судьёй на этом процессе. В рассказах Лавкрафта то и дело появляются чернокнижники из Салема, сбежавшие в Аркхэм или Провиденс из-за гонений.

Сейчас название «Аркхэм» у многих ассоциируется с готэмской психбольницей из комиксов про Бэтмена. Однако лечебница Аркхэм появилась в комиксах только в 1974 году с подачи cценариста Денниса О’Нила, который использовал отсылку к Лавкрафту для создания мрачной атмосферы.

В произведениях последователей Лавкрафта, особенно в настольных играх, Аркхэм стал настоящим центром вселенной. Сэнди Питерсен, автор вышедшей в 1981 году настольной ролевой игры «Зов Ктулху», составил подробнейшую карту Аркхэма — а потом даже выпустил отдельную книгу-справочник, где подробно перечислил все заведения и жителей, с которыми игроки могут пообщаться. Городок ожил, и с тех пор наработками Питерсена пользуются все. Вдоволь побродить по здешним улочкам можно и в ролевой кампании, и в кооперативной настолке «Ужас Аркхэма», и в детективных «Тайнах Аркхэма». Главное — берегите рассудок!

Инсмут (Иннсмут)

При его широкой протяжённости и плотной застройке город неприятно поражал отсутствием признаков жизни. Над беспорядочно разбросанными трубами почти не виднелось клубов дыма, а три высокие колокольни неясно вырисовывались на линии морского горизонта окоченелыми, бесцветными тенями. На одной из них шпиль был наполовину разрушен, а у другой на месте бывших там некогда часов зияли чёрные дыры. Обширное пространство занимали беспорядочно разбросанные кровли, а фронтоны и коньки крыш даже издали выглядели насквозь прогнившими; когда же мы подъехали ближе к городу, я увидел, что многие кровли целиком провалились внутрь зданий. «Морок над Инсмутом»

Этот портовый массачусетский городок Лавкрафт впервые упомянул ещё в цикле сонетов «Грибы с Юггота» (1929), а в 1931 году посвятил ему знаменитую новеллу «Морок над Инсмутом» («Тень над Иннсмутом»). Уроженцы этого города появлялись и в других его произведениях — как правило, их легко опознают по характерной «инсмутской внешности». Облик выходцев из Инсмута напоминает не то рыбий, не то лягушачий: одутловатые лица, широкие рты, глаза навыкате… Отсюда и характерное обзывательство «рыбьи лягвы».

Большинство жителей города — полукровки. В начале XIX века капитан Оубед Марш встретил на далёких тихоокеанских островах расу, населявшую Землю ещё до людей, — плотоядное племя Глубоководных. Поначалу Марш только торговал с ними, но потом основал тайный культ в честь этих созданий и привёз себе с островов невесту. С тех пор Глубоководные поселились в море неподалёку от Инсмута, основав подводный город Й’ха-нтлеи. А скалу в устье бухты с характерным названием Чёртов риф (или Риф Дьявола) облюбовали для человеческих жертвоприношений.

За столетие влияние Глубоководных распространилось уже на весь город, да и население теперь почти целиком состоит из полукровок-рыболюдей. Жители Инсмута поклоняются морским Древним (отцу Дагону, матери Гидре и Ктулху), а в Вальпургиеву ночь и Ночь всех святых на Чёртовом рифе проходят ритуалы, в ходе которых рыболюди превращаются в полноценных Глубоководных и отправляются жить в Й’ха-нтлеи.

Когда в ФБР узнали об инсмутских обычаях, то пришли в такой ужас, что оцепили город и устроили там форменный погром — по официальной версии, для борьбы с бутлегерами. Да-да, в мире Лавкрафта есть геноцид!

Прототип этого города хорошо известен: в письмах Лавкрафт называл Инсмут «сильно исковерканной версией Ньюберипорта». Этот старинный массачусетский городок расположен в дельте реки Мерримак, которая в Инсмуте превратилась в Мануксет. Само собой, здесь есть и исторические судоверфи, и процветающий рыбный промысел (Лавкрафт, говорят, терпеть не мог морепродукты). Однако реальный город явно гостеприимнее, чем его литературный вариант: немалую часть дохода Ньюберипорту приносят туристы.

Промозглый Инсмут с его свинцовым небом, вездесущим запахом рыбы и угрюмыми горожанами, которые не переносят чужаков, — одно из немногих лавкрафтовских мест, атмосферой которого можно проникнуться с полным погружением. Декорации городка прекрасно воссоздали в компьютерной игре 2005 года Call of Cthulhu: Dark Corners of the Earth. Только учтите: среди системных требований игры официально указан валокордин!

Кингспорт

Я достиг вершины холма и в наступивших сумерках разглядел у его подножия Кингспорт: заснеженный город с затейливыми флюгерами и шпилями, старомодными крышами и дымниками на печных трубах, причалами и мостками, деревьями и погостами; с бесчисленными лабиринтами улочек, узких, извилистых и крутых, сбегающих с крутого холма в центре города, увенчанного церковью, которую пощадило время; с невообразимой мешаниной домов колониального периода, разбросанных тут и там и громоздящихся под разными углами и на разных уровнях, словно кубики, раскиданные рукой младенца. Древность парила на седых крылах над посеребрёнными морозом кровлями. «Праздник»

В дельте реки Мискатоник к юго-востоку от Аркхэма расположено приморское селение Кингспорт, где разворачивается действие трёх рассказов Лавкрафта: «Страшный старик» (1920), «Праздник» (1923) и «Загадочный дом на туманном утёсе» (1926). Здесь доводилось бывать и персонажам других рассказов — сновидцу Рэндольфу Картеру и колдунье Асенат Уэйт.

Жители Кингспорта гораздо приветливее инсмутцев: страшный старик, хранивший в склянках души, в «Загадочном доме» охотно делится с гостем городскими легендами о зловещем утёсе. Из «Праздника» же становится ясно, что городок населён потомственными культистами. Раз в год под Рождество уроженцы Кингспорта собираются в пещерах на ритуал, достают припасённый «Некрономикон», надевают восковые маски и вызывают существ из других миров.

Из невообразимой гущи мрака по ту сторону гангренозного дыхания негреющего огня, из сатанинских пространств, где влачит свои волны маслянистая река, неслышно, невидимо и неодолимо, приближалась, ритмично хлопая крыльями, стая неких дрессированных тварей, в уродстве своём недоступных ни охвату незамутнённым взором, ни осмыслению неповреждённым рассудком. «Праздник»

Но в «Старике» Лавкрафт придумал городу только название. Образ и атмосфера Кингспорта сложились у него позже, после поездки в городок под названием Марблхед. Через много лет он восторженно писал об этом визите:

Всего за час до того я и помыслить не мог, что когда-нибудь увижу такое зрелище, как Марблхед, и до того самого момента не знал, сколь невероятное чудо мне доведётся узреть. Это мгновение — с 16:05 по 16:10 17 декабря 1922 года — стало высшим эмоциональным пиком всей моей почти сорокалетней жизни! Из писем Лавкрафта

Именно под впечатлением от Марблхеда и появился «Праздник», который некоторые критики причисляют к стихотворениям в прозе. География городка воспроизведена там довольно точно, а атмосфера безумно-восторженного фантасмагорического шабаша стала главной отличительной чертой Кингспорта. В те годы писатель как раз увлёкся гипотезой Маргарет Мюррей, что в мире ещё с дохристианских времён сохранились ведьмовские культы и ковены, — поэтому Кингспорт получился самым языческим из лавкрафтианских городов. Недаром на нависающую над городом скалу порой наведываются боги из земных пантеонов — Нептун и кельтский Ноденс!

Данвич

Проникнувшись атмосферой напряжённого безмолвия, исходящего от этих уродливых скрюченных фигур, вы вдруг чувствуете, что соприкоснулись с чем-то запретным и что это может не кончиться для вас добром. А когда, поднявшись по дороге в гору, вы окажетесь на гребне холма и с этого возвышения вашему взору откроется картина мрачных лесных дебрей, на душе у вас станет ещё более тревожно. Вершины холмов, настораживающие своей слишком уж неестественной, идеально закругленной формой, порой увенчаны странными кольцами из высоких каменных столбов, отчётливо видимых на фоне ясного неба. «Ужас Данвича»

Глухой полузаброшенный посёлок на севере Массачусетса, неподалёку от ещё одного вымышленного городка, Эйлсбери, в верховьях реки Мискатоник. Лавкрафт называет Данвич «выморочной деревушкой»: вокруг простираются зловещие холмы, каменистые поля и мрачные леса, где по ночам завывают козодои, а местные жители малосимпатичны и угрюмы. Появилось это гостеприимное местечко в новелле «Ужас Данвича» (1928): фермеры Уэйтли в этой истории изучали запретные книги и поклонялись Йог-Сототу, после чего в окрестностях и завёлся пресловутый Ужас. Пришлось вызывать команду экзорцистов из Аркхэма!

Эту новеллу Лавкрафт написал после поездки в городок Атол, и некоторые данвичские пейзажи — например, Медвежья берлога и Часовой вяз — совпадают с реальными местами в окрестностях Атола. Название же, вероятно, взято у Артура Мэкена: «Ужас» создан именно под влиянием его книг, пропитанных валлийской мифологией. В одном из рассказов Мэкен описывал одноимённый английский городок — а Лавкрафту всегда нравилось, как звучат распространённые в Новой Англии топонимы вроде «Ипсвича» или «Гринвича».

После этого Данвич упоминался только в одном стихотворении, но последователи не обошли вниманием и этот посёлок. В настольном «Ужасе Аркхэма» туда и вовсе поместили ферму Гарднеров из рассказа «Сияние извне» (он же «Цвет из иных миров», 1927), на которую упал загадочный отравленный метеорит. Испепелённая Пустошь находится где-то в окрестностях Аркхэма — вот её и решили совместить с Данвичем.

* * *

На этом заканчивается первая часть нашего путеводителя — но на самом деле это лишь начало! В продолжениях мы расскажем о ещё более зловещих местах, порождённых безумной фантазией Лавкрафта: нечеловеческих городах, иных планетах и даже непостижимых мирах за гранью нашей реальности. Мужайтесь!

Прямо сейчас на русском готовятся к выходу повести по вселенной «Ужас Аркхэма». Узнать больше и заказать книги можно по этой ссылке.

