Что мы имеем? Во-первых, у нас на конце цепочки сидит наглый дармоед, из-за которого цена шкафа удваивается. Он не прилагает никаких усилий. Он ничего не производит. Он тупо имеет сверхприбыль, из-за которой идет значительное удорожание продукции. Во-вторых, наша продукция становится неконкурентной по сравнению с, например, белорусской продукцией, где арендные ставки и зарплаты ниже, да и материалы дешевле. В-третьих, цена шкафа бьет по карману простых граждан и снижает их благосостояние. Ясное дело, что данная проблема касается не только шкафа, а всего и вся в нашей экономике.

А как данное производство могло бы быть организовано в вертикально-интегрированном комплексе? У нас бы так и остались все Фирмы Х, Х2, Х3 и т.д. Но они были бы объединены в рамках единого холдинга, в котором все промежуточные звенья передавали бы свою продукцию Фирме П по себестоимости. А Фирма П уже бы реализовывала свою продукцию с необходимой ей добавленной стоимостью. Никто бы не извлекал прибыль из промежуточного продукта и сырья. Вся прибыль шла бы от конечного продукта. Представляете, насколько бы увеличилась эффективность предприятия и экономики в целом?

Вы спросите, а на что тогда будут жить все фирмы в этой цепочке? Они же прибыль не извлекают. Все просто. Имея минимальные арендные ставки, которые перечисляются в пользу гос-ва, и дешевое сырье, добавленная стоимость от конечного продукта будет перераспределяться по всему холдингу.

Вы скажите, что прибыли может банально не хватить. Это не так. Поясню на простом примере. 1000 семян салата стоят 5 рублей. 75-80 % этих семян прорастут в здоровое растение, за которое в рознице можно будет выручить от 60 до 150 рублей. 1 семечко способно принести выручки в 12 000 раз больше, чем его себестоимость. Ощущаете разницу? Подумайте сами, что лучше для экономики страны – продать 100 тонн алюминия по 60 рублей за килограмм или сделать из него 1 Ил-78 за 3,5 миллиарда рублей? Где Вы заработаете больше?

Так что, куда более выгодно производить продукцию высоких переделов, чем торговать сырьем. Ведь её добавленная стоимость в десятки, а иногда и в сотни раз больше. Плюс при её создании запускается мультипликационный эффект. Ведь для постройки одного самолета работает порядка 90-100 смежных предприятий. А это рабочие места. И это – спрос на квалифицированные кадры, что неизбежно влечет за собой инвестирование в науку и образование.

Для лучшего понимания, что значит вертикальная интеграция для экономики, науки и обороноспособности государства приведу такой пример. В рыночной экономике есть виды деятельности, которые «архинерентабельны». К примеру, производство космических аппаратов. (Да и вообще космос сам по себе особых денег не приносит, если только Вы не спутники связи и навигации туда отправляете). Если предельно все упрощать, то его можно разделить на 3 части: 1-ую, 2-ую и 3-ью двигатели, ракеты-носители, орбитальные-корабли. По отдельности, как показала практика, выживают только двигатели.

НПО "Энергомаш" активно задвигает РД-180 и НК-33 всяким Локхидам с Мартинами и Боингам и за счет этого здорово живет. РКК "Энергия", которая разработала космические корабли Союз, Прогресс и Буран, плавно загибается, благо буржуям средства доставки не уперлись. Не лучше история и с ЦСКБ-Прогресс. Аналогии можно провести с нашей гражданской и военной авиацией. Та же самая песня была в 2008-2009 годах в Пикалево на цементных заводах. Зная итог, думаю вы сможете ответить на вопрос, насколько полноценна теория о санирующей функции рынка, благодаря которому отмирают «неэффективные» компании.

А будь это вертикально-интегрированный комплекс, то велика вероятность, что все было бы хорошо. Низкая рентабельность одних производств компенсировалась бы за счет синергии с другими, т.к. на конце цепочки был бы качественный продукт с высокой добавленной стоимостью. В итоге: у страны была бы полноценная космическая программа и новые производства; у науки - стимул к развитию; у людей - работа. Или Вы считаете, что космическая программа нам нахер не нужна?

Сделаю небольшую ремарку. В 30-50-е годы закон вертикальной интеграции еще не был претворен в жизнь целиком и полностью. У промежуточных цепочек еще была возможность получать минимальную прибыль (3-4%), да и вся добавленная стоимость сразу же присваивалась обществом. Более того, тогда и не существовало такого понятия, как вертикальная интеграция. Открытие и научное обоснование его сделал коллектив ученых во главе с профессором МГУ С.С. Губановым в 90-х годах, при изучении советской экономики того времени.

Ну а руководство СССР еще в 60-е годы решило отказаться от данного пути развития. Сначала мы разбили производственные цепочки, разрешив им извлекать максимальную прибыль на каждом переделе. Потом в 90-е взяли курс на полную децентрализацию с тотальной приватизацией. Т.е., во главу угла мы поставили не эффективность экономики страны в целом, а эффективность отдельных предприятий.

А знаете ли вы какую структуру имеют Самсунг, Циско, Мелкософт, Тойота, Фольксваген, Эппл, Дженерал Электрик, Шелл, Боинг и т.д? Знаете ли Вы чему обязаны сегодняшним экономическим лидерством США, Германия, Япония, КНР? В 1970 г. крупные западные вертикально интегрированные корпорации обладали 48,8% совокупного капитала, 51,9% - прибыли; в 2005 г. их доля поднялась, соответственно, до 83,2 и 86%. Сопоставима также их доля в экспорте, накоплениях, НИР и НИОКР, инновациях. Это и не удивительно, ведь они концентрируют в себе лучшие производственные, технологические, исследовательские и управленческие ресурсы. Безлимитные кредитные линии, лобби в правительствах.

В развитых странах полностью господствует экономика корпораций, а не малых предприятий, которые нам успешно навязывают. Все их крупнейшие компании функционируют на основе закона вертикальной-интеграции, на которой строилась сталинская экономика и от которой мы отказались.