Киев – це не Украина

Путин проводит тайную вечерю с 40 олигархами в Москве. На нее приглашен даже прощеный Иуда Евтушенков.

В последнее время так сложилось, что я довольно быстро был вынужден намотать пару тысяч километров по Украине разными трассами, и, похоже, до Нового Года еще немного намотаю. И вот какие свежие новости у меня имеются для жителей Киева, составляющих 26% нашей аудитории.

Дорогие киевляне. Все вы, несомненно, являетесь хорошими людьми и патриотами Украины. Однако жить в ней вы не хотите. Вы хотите жить в Киеве. А Киев – это вообще не Украина. Это Киев.

Я, собственно, такой же точно. Немного неинтересной истории: я родился и вырос в Николаеве, который его жители с гордостью штрафбатовцев иногда называют Нарколаев. Мне кажется, что это абсолютно несмешная и глупая шутка, которой следует избегать. Тем не менее, еще до наступления 21 года мне повезло попробовать массу разнообразных некачественных наркотиков, включая тарен (под тареном я умудрился доколупаться до участников местной команды КВН «Дизель», что было весьма недальновидно, учитывая вес одного из её участников, Егора Крутоголова, умеющего начинать дискуссию с подачи в голову).

В городе зачем-то живет почти полмиллиона человек. Раньше их существование оправдывалось наличием четырех судостроительных заводов. Это были крутые заводы, и они могли построить всё на свете, и русская кораблестроительная мысль развивалась именно в Николаеве, с 18-го века примерно. На том самом месте, где князь Потемкин в 1787 году заложил верфь, сейчас стоит судостроительный завод имени 61 коммунара. Черноморский флот существует с 18-го века именно потому, что существует Николаев.

До развала Союза это был закрытый город. Богатый, процветающий, но секретный и закрытый. А Николаевский Кораблестроительный Институт был одним из двух лучших кораблестроительных институтов на всем советском пространстве. Два их было – НКИ и ЛКИ в Ленинграде, и один был не хуже другого.

А потом Союз развалился, и Николаев стал не нужен в структуре промышленности Украины. Зачем нужны четыре судостроительных завода, если судостроения нет и не предвидится.

А строить внешнеэкономические связи – долго и сложно. А распиливать на металлолом – просто и очень выгодно. Поэтому в 90-е у нас кончилась вообще вся судостроительная промышленность, и только ветер воет в опустевших цехах, огромных и страшных. Площадь одного только Черноморского Судостроительного Завода больше, чем все карты игры S.T.A.L.K.E.R. вместе взятые.

В общем, как камергер Резанов сказал: «Да будет судьба России крылата парусами», - а потом умер, так и ЧСЗ. Судьбу Российской Империи Николаев окрылял парусами, судьбу СССР окрылял современными кораблями, вплоть до тяжелого авианесущего крейсера «Ульяновск». Судьбу Украины Николаев окрылял распилом судостроительных заводов на металлолом.

В итоге главным человеком в городе является теперь зернотрейдер Вадатурский, глава компании «Нибулон». Судьба Николаева крылата отныне агропромышленными спекуляциями.

Это не претензия к Украине, как вы понимаете. Это претензия к структуре сознания человека. Структура сознания довольно паскудна: рыба ищет, где глубже, а человек – где лучше. А лучше человеку там, где деньги. Причем обычно не свои, а чужие.

Заводы гниют, высшие учебные заведения продолжают по инерции сознания горожан выпускать тысячи все хуже образованных гопников. Мы тут любим смеяться над глупым лицом Моторолы. Ну, так у меня половина одноклассников была примерно такая же, как Моторола, и это я еще в элитной школе учился, лучшей в городе.

Все, кто хоть как-то активен и конкурентоспособен, пытаются покинуть Николаев.

К примеру, при местном костеле действует миссия, они обучают молодежь польскому языку, выделяют из неё самых перспективных, способствуют получению ими «карты поляка» и переезду в Польшу. Молодежь об этом мечтает.

Многие уезжают в Киев. Потому что в Киеве крутятся деньги, а в Николаеве крутятся только проблемы. И только немногие самые ушлые и хитрые остаются в Николаеве и строят разнообразные и совершенно незаконные схемы обогащения. Из оставшихся в Николаеве моих одноклассников мало кто захочет объяснять налоговой, откуда у него деньги на этот огромный сияющий джип, потому что, если объяснять, то конец истории будет слушать уже следователь.

Так вот, к чему я веду эту душераздирающе сопливую историю.

Николаев – это Украина, вот к чему. В связи с моим нестандартным хобби – ролевыми играми – мне еще в молодости повезло обзавестись знакомыми изо всех областей Украины. И поэтому я знаю, что Харьков – это большой сухопутный Николаев. Одесса – это Николаев с контрабандой и таможенными олигархами. Днепропетровск – это Николаев с космическими понтами. Львов – это Николаев с портретами императора Франца-Иосифа. Ивано-Франковск – это Николаев со смешным акцентом.

И это я говорил про города. Сельская местность Украины – это вообще тотальный Арракис. Отъедьте на пять километров от трассы Одесса-Киев, заедьте в село, и местные выйдут из хат на тропу потрогать твою машину, чтобы было, что детям рассказать.

Украинские села – это какая-то вообще временная дыра, по ним едешь, как принц Амбера, из эпохи в эпоху. Тем не менее, не удивлюсь, если бабушки, которые торгуют раками у проезжей части – это те же самые бабушки, которые торговали раками у проезжего тракта в год, когда Владимир крестил Русь. Не такие же, а те же самые. И раки, возможно, тоже те же самые, только ведра из деревянных стали пластиковыми, вот и весь итог тысячелетнего прогресса.

Это очень больная мысль, которая уже две недели не дает мне покоя. Её очень неприятно думать. Мысль о том, что мы тут можем наизнанку выворачиваться, решая судьбы человечества (по версии онлайн-голосования журнала Фокус, я сейчас занимаю 31-е место в рейтинге самых влиятельных людей Украины, услышьте моё грустное муа-ха-ха), только это все ерунда и никого не касается и не трогает. Потому что мы будем жить и умирать, решая судьбы людей, организовывая грандиозные перемены в их жизни, а люди будут сидеть у проезжей части и торговать раками, как и тысячу лет назад. «Мужик на барина сердился-сердился, а барин и не знал», только наоборот. Киев реформы проводил, демократию строил, в Европу шел, а украинец и не знал.

Почему так происходит? Потому что Киев – это не Украина. Киев – такая черная дыра посреди Украины, в которой вертится половина всех денег страны, которая высасывает всю жизнь и перспективы из провинций, и не дает им развиваться, просто в силу самого факта собственного существования.

Это не упрек Киеву, это просто так сложились обстоятельства. Если во дворе живут пацаны и девчонки, то они как-то там разбираются на пары и как-то строят свою жизнь примерно равномерно. И в этот момент во дворе появляется новый пацан, спортсмен, у него есть мопед, он играет на гитаре, курит дорогие сигареты, совершенно неразборчив в половых отношениях, а родители у него постоянно в командировке. Разумеется, в итоге он трахнет всех девчонок во дворе, каких захочет. Это не означает, что остальные парни во дворе плохие, это означает, что он вне конкуренции.

Вот так и Киев посреди Украины. Экономическая и административная ситуация в стране устроена так, что этот спортсмен на мопеде с гитарой – это Киев. А остальные парни – это остальные города. А девчонки – это мы все, вне зависимости от пола, понаехавшие в Киев строить свое личное экономическое чудо именно здесь, потому что больше негде, все остальные города Киеву в этом вопросе не конкуренты.

В итоге лучшие люди, самые активные и агрессивные, не обязательно умные, именно самые мобильные, активные и агрессивные, стекаются в Киев и в большинстве случаев тут и остаются. И двигают уже не экономику своей малой родины, а экономику Киева. А прочие города развиваются по остаточному принципу, на тех людях, которым не хватило длины шила в заднице, чтоб сорваться и броситься покорять столицу. То есть на людях заведомо более медлительных.

Почему так происходит? Очевидно, потому что централизация в этом и состоит. Если решения принимаются в одном-единственном месте, то все деньги и все люди, желающие принимать решения, рано или поздно окажутся именно в этом месте.

Что будут делать остальные города, избавившись от неприятных карьеристов-мудаков и будущих воров из бюджета? Гнить, потому что в столицу уедут самые важные в коррупционном государстве люди – люди, способные воровать не с убытков, а с прибылей, и для этого способные строить прибыльные схемы, а не просто пилить несущие металлоконструкции страны.

В общем, господа, я, конечно же, как демократ, либертарианец и what not, исхожу из верности утверждения о том, что в судьбе людей первичны они сами, а не настроенная над ними ими самими чуждая административная структура. Однако, одновременно с этим, не менее верным я считаю и концепцию отбора. И если административная структура общества такова, что все самые активные стекаются в одно место, то в итоге не надо удивляться тому, что в этом месте кипит одна жизнь, а в остальных местах булькает совсем другая. И расслоение общества по этому принципу мне кажется страшной, грандиозной опасностью в перспективе.

Потому что, когда национальные различия между украинцами, евреями, русскими и татарами Украины неразличимы на фоне отличий между украинцами и киевлянами – это какой-то очень странный знак.

И бороться с этой административной проблемой можно только административными же инструментами, то есть, изменением административной структуры государства на такую, при которой деньги и решения будут равномерно размазаны по всей плоскости страны.

Мне, как пригревшемуся киевлянину, это, конечно, принесет сплошные убытки. Но я же не настоящий киевлянин, я николаевец и патриот в первую очередь Николаева, несмотря на всё его очевидное уродство. Потому что я верю, что оно временное.

Александр Нойнец

http://youtu.be/wwCykGDEp7M