В Российской национальной библиотеке эту выставку уже назвали «самой провокативной из всех»

Текст: Ольга Штраус/РГ

Фото: Ирина Морозова

Вот слоганы, определяющие тематические разделы выставки «Книжные черви» в РНБ: «Как украсть книгу», «Как любить книгу», «Как расчленить книгу»… Но разумеется, здесь — не руководства к действию, а рассказы о том, до какой степени может простираться любовь к книге. Библиофильство, как любая страсть, способно на безумства, в том числе — на кровавые преступления. Известный историк культуры и юрист Иштван Рат-Вег описывает историю библиофила, который ради покупки книг влез в огромные долги. У него был вариант — продать свои раритеты и расплатиться с долгами. Однако он предпочел убить кредитора.

Известна история петербургского библиофила Щапова, который владел редкостным экземпляром «Путешествия из Петербурга в Москву» Радищева. Переиздать факсимиле задумал известный книгоиздатель Суворин. Он с большим трудом выпросил у Щапова драгоценный экземпляр, однако наборщики суворинской типографии испортили книгу, разобрав ее на страницы. Суворин долго искал аналогичный исторический экземпляр, чтобы вернуть Щапову. И нашел! Но тот, заподозрив неладное, от расстройства умер.

Вообще раздирать книги на части не гнушались даже образованные люди. В XVII—XVIII веках в Европе обычным делом было вырезать из книг гравюры, иллюстрации, чтобы украшать ими интерьер. Например, видный археолог Джон Бэгфорд (1657—1716) относился к книгам как истинный варвар: его привлекали только титульные листы. Он их вырезал, объединял по собственному классификатору, снабжал пояснениями и переплетал. Его коллекция составила сто огромных томов, которые ныне хранятся в Британском музее.

Вообще мнение о библиофилах как о тихих, неприметных людях выставка, конечно, способна поколебать. Нет, зритель, конечно, найдет здесь рассказы о великих собирателях книжных коллекций, таких как Николай Соловьев, англичанин Томас Филипс, француз Габриэль Ноде, который скупал книги метражом: приходил в лавки книготорговцев со складным метром и увозил товар экипажами, потом из этих закупок сложилась Национальная библиотека Франции. Но есть тут детективные истории: например, об Алоизе Пихлере (1833—1874), сотруднике Императорской публичной библиотеки, который «прославил» свое имя кражей библиотечных книг. Он был изобличен и пойман с поличным библиотекарем Собольщиковым. Потребовалось 7 огромных возов, чтобы вернуть украденное.

Отдельный раздел выставки посвящен библиотерапии.

— Еще в хранилище папирусов Рамзеса II у входа висела табличка «Лекарство для души», — говорит куратор выставки Мария Зотикова. — Аристофан считал, что чтением книг можно исправлять преступников, а Пифагор был уверен, что душевные болезни отлично лечатся стихами.

С тех пор библиотерапия всегда справедливо воспринималась как величайший инструмент исцеления. Наверное, это единственное средство медицины, в котором самолечение не приносит вреда.

Источник: «Российская газета»