За беженцами сирийскими мы забыли о нашей родной стране, которая, не став сильно менее репрессивной со времен Советского Союза, продолжает поставлять беженцев в Европу и США. Они, впрочем, чаще всего натыкаются на искреннее или притворное непонимание компетентных органов, которые о России знают только одно – что СССР развалился, а значит, по их мнению, проблемы закончились.

19 марта 2016 года норвежский министр Листанг объявил, что Россия является «безопасной страной для беженцев». Он имел это в виду, говоря о сирийцах, которые оставаться в РФ, понятное дело, не хотят. В этом деле важно создание прецедента – если бы РФ была признана страной небезопасной, это существенно увеличило бы количество беженцев в странах Европы, что тоже никому не надо. Мы все должны понимать, что, несмотря на внешне гуманистическую риторику, европейские институты все равно стремятся избавиться от как можно большего количества беженцев.

Сирийцы сирийцами, но граждане России, подвергаемые преследованиям, практически не встречают в Европе понимания. Возможно, это можно объяснить тем, что в той конкуренции среди беженцев ситуации в РФ однозначно проигрывают из-за отсутствия войны. С другой стороны, это не должно влиять на рассмотрение ситуации – поэтому европейские институты тут демонстрируют очевидное лицемерие. Не говоря уже о том, что количество заявок из РФ остается на низком уровне. Масла в костер подбавляют откровенные идиоты из России и Восточной Украины, рассказывающие о том, что приехали получать убежище из-за отсутствия работы на родине – что, конечно, никоим образом не может являться основанием и внушает дополнительный скептицизм властям.

В 2013 году Алексей Долматов покончил собой в Нидерландах, после того как ему отказали в убежище. Так же закончила российская семья в Глазго, совершившая эффектное тройное самоубийство при угрозе депортации на родину. Двое чеченцев, высланные на родину, были замучены, вероятней всего – подручными Кадырова. Каждый раз после этих новостей власти признают, что «проглядели», но политика не меняется. Немногим лучше обстоят дела в прецедентной системе США, где хороший адвокат может доказать что угодно и кому угодно – так, в 2012 году россиянину удалось получить убежище даже без уголовной статьи на родине, только из-за того, что предоставленная суду статистика показала глубокую коррупционность и склонность к пыткам российской правоохранительной системы.

Существует мизерный шанс вписаться и в Европе – так и случилось с профессиональным рашкованином Крюковым, который не поделил с Путиным взгляд на аннексию Украины. Получив на руки документы о возбужденной 282, он сумел получить убежище в Германии.

Но общая ситуация довольно однозначная – большинство россиян, которым реально грозит преследование и пытки на родине, не находят понимания в «гуманистических» странах Европы. Их дела заведомо получают меньшее внимание, чем сирийские, что нарушает принцип равного рассмотрения заявок. Необходимо привлекать внимание СМИ к каждому такому случаю, и активно переводить на английский статьи и беспределе правоохранительных органов. Возможно, такая стратегия в итоге даст свои плоды – но прежде, европейцы должны вспомнить, с чего начиналось формирование системы получения убежища, - с политических беженцев. И до тех пор, пока преступный режим РФ не уйдет, их вопрос всегда останется актуальным.