Есть два взаимосвязанных вопроса, касающихся России, и ее роли в современном мире. Оба вопроса позволяют понять, почему путинская Россия стала сегодня самой большой угрозой для человечества.



Первый вопрос: почему многие россияне, эмигрировав на Запад, добиваются неплохих успехов в науке, культуре и экономике, а у себя дома не могут наладить нормальную жизнь?



И вопрос второй: почему Путин имеет такую большую поддержку в странах Запада?



Первый вопрос можно переформулировать так: почему из одной из самых несвободных стран мира выходит немало людей, обладающих высоким творческим потенциалом?



Если взять любой из имеющихся мировых рейтингов, касающихся состояния стран, характеризующих их внутреннее устройство, то Россия непременно окажется среди самых несвободных и плохо устроенных стран мира.



В рейтинге свободы прессы за 2015 год, составленном Freedom House, Россия занимает 181-е место из 199 стран мира. На 180-м месте, сразу перед нами, Эфиопия, еще чуть повыше России – Таджикистан, который на 179-м месте. Выше России Судан (177-е место), Конго (172-е место), Чад (165-е место).



Можно, конечно, списать все на то, что Freedom House – американская компания и специально занижает рейтинг России как геополитического противника. Но точно такую же картину дают и "Репортеры без границ", штаб-квартира которых находится в Париже и офис которых возглавляют люди довольно левых взглядов, явно не заинтересованные в том, чтобы "судить против России".



Вот рейтинг коррупции, составленный международной компанией по анализу рисков Verisk Maplecroft. Тут речь идет о бизнесе и престиж компании зависит от ее объективности, так что быть пристрастным себе дороже. В списке из 198 стран мира Россия занимает 4-е место с конца вместе с Суданом и Мьянмой.



Можно посмотреть еще десяток других рейтингов и убедиться, что по уровню внутренней свободы и организации жизни Россия соседствует с наиболее отсталыми странами.



И в то же время творческий, культурный, научный, образовательный и деловой потенциал россиян находится на совершенно ином уровне. Об этом можно судить по тем результатам, которых добиваются выходцы из России, приехавшие на Запад.



Нобелевский лауреат по физике Андрей Гейм родился в Сочи, закончил МФТИ, уехал на Запад, в 2010 получил Нобелевскую премию.



Константин Новоселов из Нижнего Тагила (папа работал на том самом Уралвагонзаводе) уехал на Запад, получил Нобелевскую премию, сейчас один из самых цитируемых и влиятельных интеллектуалов мира.



Алексей Абрикосов в 1991 году эмигрировал в США, в 2003 стал лауреатом Нобелевской премии по физике.



Успехи "наших – там" не ограничиваются физикой. Леонид Гурвич, родился в Москве, уехал в Западную Европу, затем в США, где получил Нобелевскую премию по экономике за "Создание основ теории оптимизации механизмов".



Один из создателей крупнейшей в мире поисковой системы Google, Сергей Михайлович Брин, родился в Москве, откуда его в возрасте 5 лет вывезли в США родители, выпускники механико-математического факультета МГУ.



Это вершина айсберга. Громадное число выходцев из России добивается успехов, создавая новые информационные продукты в Кремниевой долине США, работая в биологических, химических и физических лабораториях Западной Европы, занимаясь бизнесом и культурой.



Ничего похожего нет в странах, соседствующих с Россией в рейтингах свободы прессы, уровня коррупции и т.д. В чем причина того, что народ, вот уже почти сто лет выталкивающий из себя не просто лучших, самых талантливых и образованных, а миллионы лучших, талантливых и образованных, и всякий раз обеспечивающий воспроизводство этих лучших, в то же самое время у себя дома этих лучших уничтожает, стирает в лагерную пыль, запирает в шарашки, в гетто, во внутреннюю эмиграцию, заталкивает в пьянство и на обочину жизни, не позволяя нормально организовать жизнь в этом самом доме?



Вот уже почти сто лет в России воспроизводится режим, который с социологической точки зрения можно назвать жлобократией, то есть властью жлобов. Это нечто иное, чем охлократия и прочие формы организации общества, описанные древними. Жлоб не образует толпу и не является представителем народных низов. По определению Жванецкого, жлобство это то, что образуется от соединения хамства и невежества с трусостью и нахальством. Это психологическая характеристика жлобства. Но жлобство - это еще и социологический феномен, который возникает в эпоху перемен, когда большие массы людей резко меняют статус и, например, переезжают из села в город или вдруг становятся предпринимателями и неожиданно богатеют или попадают из архаичного, тейпового общества в большой город, где их никто не знает, а значит, все можно и ничего не стыдно. Жлоб - это не люмпен, которого описывал Горький в "На дне", это булгаковский Шариков из "Собачьего сердца", дитя резкого изменения статуса, человек в первом поколении, манкурт, лишенный корней, памяти и культуры.



Жлобство характерно для всех стран мира без исключения. Отличие России в том, что здесь власть сознательно делает ставку на жлоба, специально создает для него социальные лифты, целенаправленно устраняет конкуренцию во всех сферах, от политики и культуры до экономики, упорно и настойчиво проводит политику ухудшающего отбора, отрицательной селекции.



В советский период ставка на жлоба компенсировалась необходимостью параллельно выстраивать лифты социальной мобильности для людей с нормальными ценностями, для анти-жлобов, поскольку этого требовало построение мощной державы, способной противостоять всему миру в условиях практически полной изоляции. Отсюда сильная наука, образование и культура. Путинская модель мировой бензоколонки ничего подобного не требует, поэтому ставка на жлоба стала тотальной.



Выстроив в своей стране модель законченной жлобократии, Путин во внешней политике делает ставку на те маргинальные политические силы, которые опираются на местное жлобство. Это прежде всего европейские нацисты. Отсюда и постоянные финансовые вливания в Национальный фронт Марин Ле Пен, которая уже которые выборы не может найти поддержки у себя в стране и участвует в политике только благодаря Путину. Это и немецкие жлобы из движения ПЕГИДА, т.н. патриотических европейцев против исламизации Запада, для которых Путин стал иконой. Это те нацисты, лидеры которых публикуют портреты Гитлера, и идут под лозунгами: "Меркель в Сибирь – Путина в Берлин".



Жлобство в странах Запада, несомненно, присутствует, но является рецессивной, подавляемой культурой. Оно живет в быту, проявляется в частной жизни, прорывается в культуру и отчасти в политику. Вот прямо сейчас в американском политическом доме куролесит здоровенный жлоб, Дональд Трамп, который напрямую обращается ко всему американскому жлобству: я – ваш, посмотрите на меня, голосуйте за меня, и да настанет в Америке царство торжествующего жлоба. Не случайно тот же Дональд Трамп постоянно говорит, что он готов подружиться с Путиным, протягивает ему руку через океан. И Путин, почуяв родственную душу, социально близкого, посылает ему ответные лучи приязни и поддержки.



Сегодня Путин, нарушив послевоенное устройство европейского мира, пролив реки крови в Сирии, не имеет шанса выстроить отношения с нынешней политической элитой. Для них он окончательный изгой, с которым общаются сквозь зубы, заложив руки за спину. Кольцо изоляции будет сжиматься и обязательно задушит его. Эту партию он безнадежно проиграл.



Поэтому все его надежды на то, чтобы перевернуть мировую доску, смахнуть с нее фигуры и установить новый мировой порядок, который он уже давно пропагандирует под псевдонимом "многополярный мир" и который на самом деле означает игру без правил и расползание культуры жлобства по планете, все большее проникновение этой анти-культуры в такие сферы, где она уже во второй половине минувшего века была под запретом: в политику и экономику.



Именно эта стратегия "переворачивания мира" ради вполне ничтожной цели сохранения собственной власти и делает путинский режим самой опасной угрозой человечеству и борьбу с ним не только внутренней задачей российской оппозиции.

Игорь Александрович Яковенко

Blogspot.ru

! Орфография и стилистика автора сохранены