Ученый и шпана Андрей Пионтковский: пройденный обоими жизненный путь прекрасно отражен на лице каждого из них

Владимир Евгеньевич Фортов – выдающийся ученый с мировым именем, ученик академика Н.Н. Семенова. Владимир Владимирович Путин – дворовая шпана, воспитанник уголовника Лёни-самбиста, крупнейший вор в истории России. Пройденный обоими жизненный путь прекрасно отражен на лице каждого из них. Соответственно и заслуженно.

В миру один из них Президент РАН, другой – Президент РФ. Именно в этих качествах пересеклись они на днях в Кремле на заседании президентского совета по науке и образованию. Президент РФ подверг на нем Президента РАН продолжительному публичному унижению с особым цинизмом и в извращенной форме. Для тех, кто пропустил этот сюжет, неоднократно продемонстрированный на всех федеральных телеканалах, бесстрастное его изложение корреспондентом МК:

– Скажите, зачем вы это сделали? – повернулся Путин к обескураженному президенту РАН Владимиру Фортову,

– Они что, такие крупные ученые, что академия без них обойтись не может? Это первый вопрос. И второй – что мне теперь с этим делать?

На Фортове не было лица. "Все они сказали, что получили разрешение..." – растерянно пробормотал он.

– Вопрос не в этом, – перебил ВВП, – Они действительно такие крупные ученые, что должны быть членкоррами и академиками?

– Они прошли весь конкурс без изъятий и исключений...

– Вы не отвечаете на мой вопрос, – опять перебил президент и продолжил свой иезуитский допрос: – Так, значит, они крупные ученые?

Положение Владимира Фортова выглядело абсолютно безвыходным. Он как будто одновременно получил шах и мат. Признать чиновников крупными учеными уровня Капицы или Жореса Алферова ему не позволяла совесть. Сказать, что они таковыми не являются, – честь. Ведь в таком случае получается, что Академия наук раздает высокие научные звания кому попало.

– Они достойны того, что их избрали, – наконец, чуть слышно прошептал президент РАН.

Путин кровожадно улыбнулся.

– Значит, они крупные ученые? – опять переспросил он.

– Получается, что так, – не мог больше сопротивляться Фортов.

– Ладно, не буду вас больше мучить, – наконец, смилостивился президент.

С каким сладострастным cадизмом вечный троечник выстроил и провел мизансцену, возвышающую его над человеком, которому он в подметки не годится.

При чем тут чиновники, лезущие в РАН? Класть ему на них абсолютно. Его же администрация их туда и пропихивала. Их же невиданное воровство он как пахан и покрывает. С Фортовым он решал вновь и вновь свою личную центральную психологическую проблему.

Питерский двор, в котором мальчик, живщий в коммунальной квартире, проводил все свое время – вот его настоящая школа жизни. Обычный двор 50-х, 60-х с жестокими драками, властью уголовной шпаны и культом силы. Чтобы выжить в этой среде, слабенький Вовочка должен был стать изворотливым и жестоким, уметь подстроиться под сильного и никогда не испытывать нравственных сомнений и страданий.

Дворовый волчонок вырос в беспощадного волка, который, сознавая свою ущербность, всегда страстно хотел прыгнуть выше, чтобы преодолеть ту унизительную стену социального, биологического и интеллектуального неравенства, с которой он столкнулся с самого детства.

Оказавшись на вершине власти благодаря невероятным обстоятельствам судьбы и бешеной энергии повешенного впоследствии за ненадобностью Березовского, он превратил власть в государстве в инструмент реализации своих потаенных и мучительных комплексов, в орудие унижения тех, кто слишком явно превосходил его своими достоинствами.

Гневная лекция государственного мужа о недопустимости приобретения чиновниками ученых титулов была тем более убедительна, что сам он в бандитском Петербурге 90-х был одним из первых таких чиновников.

Согласно официальной биографии, Владимир Путин в 1997 году стал кандидатом экономических наук. Он защитил свою диссертацию в горном институте Санкт-Петербурга. Brookings Institute провел исследование и установил , что львиная доля его диссертации на тему “Стратегическое планирование воспроизводства минерально-сырьевой базы региона в условиях формирования рыночных отношений” – банальный перевод книги “Стратегическое планирование и политика” профессоров Уильяма Кинга (William King) и Девида Клиланда (David Cleland), опубликованной в 1978 (!) году.

Ну а для Владимира Евгеньевича эта тягостная сцена в Кремле была неизбежной платой преступной власти за его вынужденное присутствие в ней ради спасения остатков российской науки и почти раздавленной бюрократическим ФАНО академии.

Вообще, весь этот день оказался для пациента терапевтически исключительно насыщенным. Вечером он присутствовал на заседании Географического общества. "Преданные" холуи во главе с министром обороны РФ маршалом Шойгу приготовили ему приятный сюрприз.

Вождю "Русского Мира", не имеющего границ, были представлены два талантливых мальчика и в общении с ними он снова смог продемонстрировать urbi et orbi некоторые интимные стороны своей незаурядной натуры.

Андрей Пионтковский