Унижением силовиков завершился суд по расстрелу петербургских полицейских. Виновна даже не убогость прокурорского убеждения. Общество в лице присяжных фактически признало, что власть хуже гангстеров. А это и есть реальная политика.

Архив "Фонтанки.ру"

После единодушия присяжных, всех оправдавших на процессе в Городском суде Петербурга по делу о расстреле сотрудников ОМОН, один из обвинявшихся все же приговорен. Фельетонно – к двум годам условно за два патрона, найденных когда-то где-то у него дома. Ясно, что сгоревший заживо подполковник и выживший после ранений прапорщик банально халтурили, перевозя серые зарплаты строителей, но таких оплеух система еще не получала. Следствие было убеждено в бетонных доказательствах. Сегодня в силовых ведомствах ушат выливают на обвинителя Ларису Сынкову. Безусловно, она профнепригодна для дел такого уровня. Но это было известно руководству прокуратуры. За кадром главное: в ажиотаже позора силовики почуяли то, что хорошо бы услышать политическому руководству страны.

Безостановочно все СМИ крутили в конце 2015 года видео, как в Мурино после расстрела транспортных полицейских горел их служебный автомобиль, а по месту происшествия ходили возбужденные генералы. Тогда было тяжело не только им. Подполковник Яблоков сгорел живьем.

Михаил Огнев/"Фонтанка.ру"/Архив

К апрелю 2016-го «заказной» отдел взял трех петербуржцев. Вскоре новости о бойне стихли, как и рассуждения, что ОМОН постреляли при перевозке миллионов на зарплату мигрантам строительной компании. В прошлом октябре начальника транспортного ОМОН наказали небольшим злоупотребительным приговором, что особого внимания уже не привлекло. Посещать все заседания суда на протяжении полутора лет могут позволить себе только сами участники процесса. Так что журналисты вскипятились лишь на вердикт: 12:0 в пользу подсудимых. В предложенном мною контексте они как раз нам и не интересны. Следствие предоставило суду более чем достаточно. Опустим косвенное: например, после нападения каждый из обвиняемых приобрел недвижимость, иномарки. Восклицательный знак стоит на полях экспертиз. На брошенном розжиге и в одной из машин, на которой скрылись налетчики, обнаружена их генетика. Что посильнее следа отпечатка пальца. Хуже для адвоката – трудно придумать. Но в суде есть еще и государственный обвинитель. А перед присяжными он, как правило, начинает и проигрывает.

Интриги никакой. Присяжные – это двенадцать обывателей, они не только не понимают тонкостей экспертиз, но и знать, какая разница между Уголовным и Уголовно-процессуальным кодексом, не должны. Они зрители на спектакле в первом ряду. Либо под занавес им понравится странный сын короля Гамлет, либо мститель Лаэрт. Вот и вся драматургическая премудрость. В театре присяжных выступают прокурор и адвокат, представляющие уже своих героев. И конкурентные преимущества их изначально не равны. Кроме стандартов процесса, никакого спортивного принципа – «при прочих равных условиях». Для представлений нужны раскованность, быстрота реакции, энергия убеждения, русская речь, в конце концов. Адвокаты общаются постоянно и с абсолютно разными людьми. Они чаще всего заходят к журналистам. Обвинители же в основном говорят на косном языке и то в пределах ведомственных совещаний. Их вербальный полет не выше фразеологизма «деянию будет дана надлежащая процессуальная оценка». Сами оцените дорожку обвинителя Ларисы Сынковой с прений по убийству полицейских:

«В результате проверки 200 серийных номеров банкнот номиналом 5 тысяч рублей — то есть это те деньги, которые были изъяты у Геворкяна, — на совпадение с серийными номерами банкнот, загруженных в базу данных в период с сентября 2012 по декабрь 2015 года выявлена запись об обработке 124 уникальных серийных номеров. Из представленного в приложении я бы хотела довести до вашего сведения то, что 104 банкноты — 520 тысяч рублей — были обработаны территориальным органом в 2014 году, 40 купюр обработаны в 2015 году. При этом 16 из них были обработаны 13 ноября 2015 года. Первые купюры датированы 2012 годом. Это значит, что указанные купюры последний раз были использованы фактически в этих территориальных подразделениях в указанные даты. Спасибо». Пожалуйста. Тут и бухгалтера в сон потянет. Что касается построения текста, то обвинение здесь завалило и всю драматургию. Вместо того, чтобы топить в сторону генетики, ушло в дебри, куда грамотно завела защита: какие деньги нашли при обысках, на какие деньги вдруг покупались квартиры, сколько денег перевозили полицейские. Да какая разница! Хоть рубль, хоть миллиард.

Товарищ Сынкова отстранена. Как ее только ни полоскали в последние дни. В прямом смысле: «Посмотри следователям и оперативникам в лицо». Вроде по делу. Но прокуратура Петербурга лучше всех знала, как она же завалила предыдущие суды присяжных. В 2016 году они оправдали за убийство Кокоева. Она же в прошлом году обвиняла известного братве и наркорынку Лося, а последний вместо серии убийств отделался порицанием. При всем уважении, Сынкова ростом метр шестьдесят пять, весом меньше шестидесяти, миловидная. Не очень грозная фигура на сцене (кстати, когда очень хочется, то и в Совет Федерации приходят целые прокуроры республики). Послушайте, надо просто иметь солидного сотрудника, умеющего разговаривать. Такого, который знает, как делать детектив. Силовики верят в искренность присяжных, запутавшихся в доказательной базе, но понимают их сокровенные мотивы. Здесь тоже все болезненно прозрачно. Полицейские, к которым массы относятся нехорошо, перевозили темные деньги. Читай, оборотни в погонах работали на акул капитализма. В широкую клетку все ясно. Остальное – детали и техника исполнения. Без суда тоже ведь неприлично отпускать. Давайте честно: есть такой жанр в Голливуде – гангстер порой милее копа. И касается это полиции только внешне. Исторически городовой лишь яркая и раздражительная этикетка власти. По отношению к нему видно настроение людей по поводу жизни вообще. Так что этот вердикт – привет политическому руководству.

Лет пятнадцать назад любимый многими герой фильма «Антикиллер» Лис произнес вору в законе: «Милиционеров убивать нельзя. И ты это прекрасно знаешь». Даже в девяностые, когда бригады практически захватили власть в Петербурге, был убит только один оперативник. И то на стрелке. И то, если честно, по своей вине. Похоже, что сегодня в головах – это можно. Что будет дальше – «нужно»? А вокруг слышны из каждого утюга милые пожелания друг другу: «хорошего дня», «хорошего вечера». Оправданный Аркадий Нусимович прокомментировал журналистам «Фонтанки»: «Большое спасибо уважаемой коллегии. Ну что ж они все дураки, что ли? Все? Это нормальные, хорошие люди, без прокурорской заточки. Единодушный вердикт говорит о многом. Если бы вы полтора года посидели и послушали, то тоже вынесли бы оправдательный вердикт…» Нечем крыть. Евгений Вышенков, «Фонтанка.ру»