Фото: Сергей Гриц / AP

Адвокат Мария Серновец объясняет, как устроена созданная на основании никогда не публиковавшихся приказов МВД база данных «Розыск-магистраль» и кому мы на самом деле предъявляем паспорт, когда покупаем билеты на поезд или самолет

В последнее время наших сограждан все чаще и чаще задерживают в аэропорту при выезде за границу. Обстоятельства задержаний очень странные, ничем не объяснимые и никем не объясняемые.

Во всех случаях, о которых пойдет речь, сценарий один и тот же: у сотрудников пограничного контроля ФСБ находятся какие-то непонятные, но веские причины, чтобы остановить гражданина при прохождении им паспортного контроля и не дать вылететь за границу планируемым рейсом.

Первый из таких случаев (на моей памяти), который привлек общественное внимание, произошел 5 июня 2014 года с Анной Шароградской, директором Института региональной прессы, которая была задержана в аэропорту Пулково по пути в США, где она должна была читать лекции.

На прошлой неделе похожие неприятности происходили с представителями коренных малочисленных народов Севера, которые должны были принять участие в международной конференции ООН.

Например, по версии силовиков, уважаемый человек, директор Центра содействия коренным малочисленным народам Севера Родион Суляндзига предъявил сотруднику пограничного контроля ФСБ недействительный паспорт, из которого зачем-то перед этим вырвал одну страницу. Знающие люди меня поймут: сотрудник пограничного контроля — далеко не первый, кому Суляндзига, находясь в международном аэропорту, должен был предъявить свой паспорт.

И, наконец, совсем свежая история: в прошлый четверг, когда Надежда Толоконникова и Мария Алехина возвращались из заграничной поездки в Москву, пограничник в аэропорту проявил особый интерес к ним и к их паспортам, о чем Толоконникова тут же написала в ФБ.

Разочарую: вряд ли пограничник знал, кто такие Pussy Riot, а если и знал, то его интерес вызвали другие обстоятельства. При проверке их паспортов он, скорее всего, увидел сведения о наличии так называемого сторожевого контроля, после чего, следуя должностным инструкциям, стал звонить чину повыше, чтобы спросить, надо ли их задерживать.

Вопрос о «сторожевом контроле» занимает меня уже больше двух лет. Это связано с обстоятельствами задержания в марте 2012 года одного из моих клиентов, назовем его В. Задержан В. был при прохождении пограничного контроля в международном аэропорту Домодедово, когда возвращался в Россию. Законных оснований для его розыска и задержания не было, он не был даже свидетелем по уголовному делу, но он был очень нужен некоторым силовикам, поэтому его данные были выставлены на «сторожевой контроль». Задержание В. вызвало большой шум в СМИ, система начала защищаться, а я стала обладателем бесценного документа — листа «сторожевого контроля», где черным по белому написано, кто, когда, почему и для чего выставил на В. «сторожевой контроль» с указанием явок и паролей, к которым следует прибегать, когда В. будет задержан.

Сейчас в открытом доступе есть только один документ, из которого можно получить информацию о пресловутом «сторожевом контроле», — это постановление ЕСПЧ от 21 июня 2011 года по делу «Шимоволос против России», жалоба № 30194/09.

Известный правозащитник Сергей Шимоволос подал жалобу в Страсбург, где изложил следующие обстоятельства: в мае 2007 года, когда он ехал в Самару на саммит Россия—ЕС, его сняли с поезда, задержали и насильно доставили в отдел полиции, поэтому он не смог принять участие в запланированных мероприятиях. Задержание Шимоволоса было связано с выставленным на него «сторожевым контролем». ЕСПЧ признал, что были нарушены пункт 1 статьи 5 («незаконное лишение свободы») и статья 8 («вмешательство в личную жизнь») Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Россия представила в ЕСПЧ документы, обосновывающие действия по задержанию Шимоволоса. Так стало известно о существовании трех секретных приказов МВД РФ.

Вот что это за документы.

1. Приказ МВД России от 01 декабря 1999 года N 980 «О мерах по совершенствованию автоматической информационной системы, используемой подразделениями внутренних дел на транспорте». Он предусматривал создание и установление программной базы данных под кодовым названием «Розыск-магистраль». Ее цель заключается в облегчении выявления лиц, подозреваемых в совершении преступлений, чьи имена были внесены в список разыскиваемых лиц. Она подлежала объединению с базами компаний железной дороги и авиакомпаний, чтобы всякий раз, когда любое из лиц, фигурирующих в списке, приобретало билет на поезд или самолет, в милицию направлялось автоматическое уведомление для задержания этого лица.

2. Приказ МВД России от 22 декабря 1999 г. N 1070 «Об установке программной базы данных „Розыск-магистраль“ в подразделениях внутренних дел на транспорте». В приложении к приказу определена процедура его исполнения. В базу данных должны включаться: 1) лица, разыскиваемые Интерполом; 2) иностранные граждане и лица без гражданства, чьи имена были включены в перечень разыскиваемых лиц в связи с совершением преступлений на территории Российской Федерации; 3) иностранные граждане, которым ограничен въезд в Российскую Федерацию; 4) лица, подозреваемые в следующих серьезных или особо серьезных правонарушениях: нелегальная перевозка оружия, боеприпасов или взрывчатых веществ, нелегальная перевозка антиквариата или его контрабандный вывоз из Российской Федерации, умышленное убийство, террористические акты, перевозка наркотиков, финансовые преступления; 5) лидеры этнических сообществ, лидеры и активные члены организованных преступных группировок.

3. И, наконец, приказ МВД от 14 апреля 2005 года N 47 «О некоторых мерах по усилению борьбы с экстремизмом». Согласно ему, в рамках базы данных «Розыск-магистраль» должна была быть создана и база данных о потенциальных экстремистах. Ей и было присвоено кодовое название «Сторожевой контроль».

Следует обратить особое внимание на то, что ни один из приказов не опубликован: они имеют гриф «для служебного пользования», несмотря на то, что являются нормативными актами федерального органа исполнительной власти — МВД — и подлежат государственной регистрации в Минюсте, перед которой должны проходить правовую экспертизу на соответствие Конституции и федеральным законам.

Более того, приказы затрагивают права и свободы человека и гражданина, и в силу Конституции РФ (части 3 статьи 15) именно как нормативные акты, затрагивающие права, свободы и обязанности гражданина и человека, не подлежат применению, если не опубликованы официально для всеобщего сведения.

Но, как я смогла убедиться на примере дела В., ни Конституция, ни постановление ЕСПЧ по делу Шимоволос — ничто не нарушает спокойствия духа руководящих лиц МВД России, ответственных за массовые нарушения закона в связи с принятыми ими приказами.

По моему глубокому убеждению, наличие «сторожевого контроля» дает силовикам безграничные возможности для незаконных действий в отношении любого гражданина, вне зависимости от того, относится ли он к категории лиц, в отношении которых может быть применена такая форма контроля согласно приказам.

Какой-либо надзор за законностью и обоснованностью постановки на «сторожевой контроль» отсутствует; анализировать, почему это происходит и как с этим бороться (речь идет только о законных и доступных способах), не буду, это займет много времени. Органы прокуратуры и суды посвящены в таинство «сторожевого контроля» и не могут не знать и не понимать, что установленные приказами порядки нарушают не только конституционные права и свободы граждан, но и Конвенцию о защите прав и свобод человека, однако никаких мер для восстановления законности не принимают.

Система контроля набирает обороты и, как мне кажется, скоро станет тотальной.

Поверьте, если кого-нибудь из вас однажды задержат на основании «сторожевого контроля», например, в чреве службы пограничного контроля ФСБ одного из международных аэропортов, то даже адвокаты не смогут найти вас до тех пор, пока система сама этого не захочет.