В начале 1942 года для возобновления связи с киевской резидентурой десантировались три сотрудника НКВД. Из-за ошибки в навигации они приземлились за сотни километров от города, вынуждены были закопать рацию, оружие и бланки документов. В Киев агенты дошли только в марте, и только в июне двое из них — с позывными «Учитель» и «Лилия» — вернулись на советскую территорию. Дальше — цитаты из совместного их отчёта.

«Прекраснейший город, находясь только шесть месяцев в руках у немцев, теперь представлял из себя что-то необычайное. В прошлом красивые улицы, переполненные молодёжью, теперь напоминали сплошные пожарища. Всюду развалины, грязь. По улицам изредка пробегают, оглядываясь по сторонам, отдельные люди. На перекрёстках улиц разгуливают украинские полицаи, выполняющие у немцев роль холуев и дешёвеньких ищеек.

…

Ещё несколько месяцев после расправы над евреями киевляне наблюдали, как пристреливались на улицах оставшиеся единичные евреи и все те, кто хоть немного имел сходства с ними, а зачастую и русские, чем-либо не понравившиеся тому или иному мерзавцу. Трупы валялись на улице по нескольку дней с надписью „це жид“.

…

Оставшиеся в Киеве в подполье оуновцы издают красочные плакаты о зверствах немцев и расклеивают на столбах и зданиях листовки, призывающие народ к совместной беспощадной борьбе против общего врага — Гитлера. Все замеченные около этих листовок немцами арестовываются на месте».