В скором времени Российская академия наук может лишиться большинства своих медучреждений. С переходом на одноканальное финансирование в рамках ОМС использование бюджетных средств на их содержание стало незаконным. В результате ведомственные поликлиники в крупных городах медленно разваливаются, а в отдаленных научных центрах ликвидируются, оставляя ученых без медицинской помощи.

Автор: Резник Ирина 5 минут

В скором времени Российская академия наук может лишиться большинства своих медучреждений. С переходом на одноканальное финансирование в рамках ОМС использование бюджетных средств на их содержание стало незаконным. В результате ведомственные поликлиники в крупных городах медленно разваливаются, а в отдаленных научных центрах ликвидируются, оставляя ученых без медицинской помощи.

Гибридная ликвидация

Редакция «МедНовостей» получила письмо от сотрудников РАН, обеспокоенных судьбой ведомственных поликлиник в Гагаринском районе Москвы. «Идет такая гибридная ликвидация: никому не говорят, что будет – ни врачам, ни пациентам, несмотря на коллективные письма персонала по этому поводу. Врачам в поликлиниках платят по 10-14 тыс. рублей вместо 30 тыс., 50% врачей уже ушли. При этом у ФАНО (Федеральное агентство научных организаций, управляющее имуществом научных организаций – ред.) почти 200 млн экономии против утвержденного бюджета, – говорится в письме. – В результате пострадают 26 тыс. работников РАН и членов их семей, в том числе 6 тыс. докторов наук. Это, как правило, пожилые люди, многие из которых до сих пор работают, во многом благодаря медсистеме РАН, ее постоянному медицинскому сопровождению.

Даже, если останется из двух поликлиник на ул. Фотиевой одна, то она уже сейчас не выдерживает нагрузки с учетом возрастной специфики контингента, сосредоточением институтов РАН в Гагаринском районе, необходимостью проводить профосмотры, что не делает обычное здравоохранение. Объявили, что ведомственная медицина не нужна, несмотря на многолетнюю историю. В Академии был тот же принцип, как и в МПС, Средмаше, МВД. Но почему-то разрушают именно нас».

Одноканальная уравниловка

«МедНовости» попросили прокомментировать это письмо председателя профсоюза работников РАН, заведующего лабораторией Института общей физики им. Прохорова Виктора Калинушкина.

{#vrez.59056}

– Виктор Петрович, что происходит с поликлиниками РАН?

– То же, что и со многими ведомственными медучреждениями. Переход российского здравоохранения на одноканальное финансирование в рамках ОМСуровнял в финансовом плане все медучреждения за небольшим исключением (кроме силовых структур, управления администрации президента). При этом, человек может быть прикреплен только к одной поликлинике, в «чужой» его будут лечить уже платно. Соответственно, это ударило по медицине РАН – ликвидируется сеть амбулаторий и медицинских пунктов в академических институтах по всей России. Свои поликлиники были практически во всех академических центрах. Как-то подержать их сейчас могут только сами институты, используя деньги из прибыли. Но в большинстве занимающихся фундаментальной наукой институтов денег практически нет.

– Но зато они есть у ФАНО.

– Целевых средств на то, чтобы подержать эти учреждения, у ФАНО нет и по законодательству быть не может. ФАНО не имеет права, даже если захочет, тратиться на ведомственную медицину. Это тюрьма, причем не фигуральная: 500-700 млн рублей – это нецелевое использование в особо крупных размерах. Напрямую ведомственную медицину никто не запрещал, ее просто сняли с финансирования. Поэтому она разваливается.

«Ученые лишаются единственного элемента соцпакета, который был в РАН»

Причем в Москве ситуация не самая плохая. Гораздо тяжелее она в отдаленных научных центрах. Например, в поселке Борок Ярославской области всегда работала небольшая ведомственная больница. Но теперь по ОМС она никак не проходит – там просто людей для этого не хватает. А ближайшая больница в районном центре, в 25 км от Борка. Пока нам удалось отстоять эту больницу, но лишь на 2015 год. Есть еще Баксанская нейтринная обсерватория на Кавказе, где люди тоже окажутся оторванными от медпомощи, когда там будет ликвидирована амбулатория.

– В крупных городах нет таких проблем.

– Да, здесь люди могут прикрепиться к районной поликлинике недалеко от дома. С минимальными потерями этот процесс проходит в академгородках, например, в Новосибирском, где большая концентрация сотрудников Академии наук. Там ведомственная поликлиника продолжает обслуживать их, как районная. Но в Москве, как и в Санкт-Петербурге, Казани, Екатеринбурге ситуация иная.

Фактически, переходя в разряд районных поликлиник, ведомственные оказываются в худшем положении. Во-первых, сотрудники РАН живут не только недалеко от ул. Фотиевой, но и по всей Москве. И при прикреплении к этой поликлинике автоматически возникает ряд проблем, из-за которых академическим поликлиникам трудно конкурировать за средства ОМС с районными. Например, невозможность обслуживания на дому. Кроме того, ведомственные поликлиники не имеют право выдавать рецепты на льготные лекарства, направлять на дополнительные бесплатные обследования в учреждения второго уровня. Вроде бы обещают дать такие права всем работающим в ОМС поликлиникам, но когда это еще будет.

В результате желающих прикрепиться к бывшим ведомственным поликлиникам не так уж много. Зарплаты падают, я уже не говорю о том, что денег по ОМС просто мало. И начинается быстрая деградация и развал этих поликлиник. Это обидно по двум причинам. Во-первых, ученые – сейчас это сотрудники ФАНО – лишаются фактически единственного элемента соцпакета, который был в РАН. И это достаточно серьезный удар по ним.

Ну а вторая ипостась этой проблемы – гибель хорошо оборудованных, с квалифицированным персоналом поликлиник. Некоторые из них, конечно, сохранятся. Например, очень хорошая поликлиника во Владивостоке. Так сложилось, что она была оборудована лучше всех и поэтому сейчас выживает за счет платных услуг. Но это приводит к тому, что из нее вымываются сотрудники Академии наук. Понятно, что здесь смогут остаться те, кто платит, жизнь возьмет свое.

Московская специфика

– А что с московскими медучреждениями?

– В Москве ЦКБ «Узкое» живет тоже в основном за счет платных услуг. Опять же, благодаря тому, что больница достаточно хорошо оснащена диагностическим и лечебным оборудованием. В этом году по сотрудников Академии наук по инерции там еще принимают, но это будет заканчиваться. Кроме двух поликлиник на ул. Фотиевой (№2 и №3), есть еще поликлиника №1 на Тургеневской площади. И там те же самые проблемы, которые усугубляются тем, что она расположена на арендуемых площадях, в центре Москвы. Поэтому там совсем все плохо.

У поликлиник были филиалы. Амбулаторию Объединенного института высоких температур удалось сохранить – ее взял на свое содержание сам достаточно мощный в финансовом отношении институт. А амбулатория в Институте радиотехники и электроники во Фрязино уже ликвидирована. Санаторий в Успенском тоже ликвидируется. Он находится на берегу Москвы-реки, в районе Николиной горы. Земля там очень дорогая. Мы ставим вопрос о том, чтобы в случае его продажи деньги направили на развитие науки. Но не знаю, как это будет на самом деле.

В частных организациях, например, ОАО «РЖД», есть свои собственные деньги, и ведомственная медицина нормально функционирует. Проблему академических медучреждений можно решить только на законодательном уровне, сделав для них исключение и разрешив дополнительное финансирование. Мы пытаемся донести до руководства страны, что это единственный шанс спасти ведомственную медицину в Академии наук. Других нет.

Особые категории

Между тем, «наверху» никакой трагедии в ликвидации ведомственной медицины не видят. Так, по словам заммэра по вопросам социального развития Леонида Печатникова, существование в Москве нескольких автономных систем здравоохранения – поликлиник различных ведомств «порочно, с этим надо заканчивать». «В городе должна существовать единая система здравоохранения. Когда на одного пациента приходится несколько систем финансирования, это всех путает», – говорил ранее Печатников. По его мнению, одноканальная система финансирования должна всех уравнять, так как источником становится только один территориальный фонд ОМС. «Ведомственная разобщенность, конечно, препятствует полной синхронизации. Но одноканальное финансирование эти диспропорции как раз и должно ликвидировать», – считает чиновник.

Впрочем, всех уравнять все равно не получится. Лечение высокопоставленных чиновников будет оплачиваться как за счет средств ОМС, так и за счет бюджета. Принятые в конце прошлого года изменения в закон №314-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» устанавливают особенности оказания медпомощи «лицам, занимающим государственные должности, лицам, замещающим отдельные должности федеральной государственной гражданской службы, и иным лицам».

Как пояснил «МедНовостям» председатель комитета Госдумы по охране здоровья Сергей Калашников, дело в том, что теперь использование бюджетных средств на финансирование ведомственных клиник для управленцев становится незаконным, а содержать их по нормативам ОМС невозможно. При этом «есть некоторые категории госслужащих, которым в силу многих причин требуется дополнительное медицинское обслуживание», поэтому и было решено выделять на это бюджетные дотации.