Оригинал статьи: Andrew Roth, The Washington Post, «Hallmarks of Soviet postwar building boom are finally meeting their demise».

Татьяна Чайникова, 68 лет, в своей квартире в районе м. Беляево

CCCР строил многоквартирную пятиэтажку, в которой живет Маргарита Смурова, и десятки тысяч других таких же, закладывая срок эксплуатации, который давно истек.

Маргарита считает, что дом находится в хорошем состоянии и сможет простоять еще несколько лет, но у Москвы другие планы.

Если посмотреть за окно ее квартиры, можно увидеть, какие именно: два таких же дома были снесены, оставив после себя горы строительного мусора, будто бы разбросанного ураганом или взрывом бомбы.

Почти все соседи Смуровой уже съехали, но она держит оборону, недовольная тем, что предложили ей власти взамен ее квартиры (ее мать — инвалид-колясочник), и оспаривает решение властей в суде. Ей, тем временем, отключили газ. Мародеры расхищают остатки имущества из опустевших соседних квартир.

«Мне правда кажется, что городская власть пытается уничтожить своих же граждан, выгоняя их вот так из их же домов», — говорит она, ведя репортера наверх, в квартиру на пятом этаже, с балкона которой открывается вид на обломки.

Для родителей Смуровой, переехавших в этот дом из коммуналки в 1965 году, это был шанс начать новую жизнь в собственной квартире с парковой зоной недалеко от дома. Сегодня “хрущевки”, названные так в честь лидера СССР, при котором они и были построены, — это символ устаревающей советской инфраструктуры.

«Я люблю свою пятиэтажку, это как патология какая-то», — шутит 68-летняя Татьяна Чайникова, соседка Смуровой, еще одна ярая защитница дома, предназначенного на слом. «После смерти мужа я собрала здесь все, что у меня есть. И что теперь у меня останется, если они меня выселят?»

Малоэтажные дома в районе м. Полежаевская

В 1954 году Советский Союз во главе с Никитой Хрущевым начал проект городского строительства, который мог бы стать крупнейшим в истории. Столкнувшись с ужасающей нехваткой жилплощади и послевоенным демографическим взрывом, он решил преобразить страну с помощью сборных домов. К тому времени, как он отошел от власти, не менее 54 миллионов советских граждан — четверть населения страны — переехали в новые квартиры. В следующие 5 лет эта цифра выросла до более чем 127 миллионов. В 1961 году городское население СССР впервые превысило деревенское население.

Для своего времени “хрущевки” были прорывом — их строительство было быстрым и дешевым, вокруг них удалось разместить зеленые насаждения, но эстетической красотой они, увы, не отличались. Наиболее ранние постройки были рассчитаны на 25 лет — именно столько, рассчитывали лидеры партии, нужно было для завершения строительства коммунизма и замены “хрущевок” на более современный вариант.

«Мы не против красоты, но против излишества», — говорил Хрущев, прося архитекторов сделать дома настолько привлекательными, насколько это возможно при имевшихся ограничениях.

Теперь их время вышло. В феврале мэр Сергей Собянин анонсировал проект сноса домов, который также может стать крупнейшим в истории (На самом деле проект реновации анонсировал на встрече с Собяниным лично Владимир Путин. — П.М.). Около 8000 домов будут снесены, в большинстве своем пятиэтажки, в том числе и те, что были построены при Хрущеве — таков новый проект переселения, затрагивающий более 1.6 миллиона человек.

Дом Смуровой, предназначенный на снос еще по проекту 1999 года, отлично показывает, как далеко могут зайти и надолго затянуться обсуждения жилищного вопроса.

Недавно снесенная “хрущевка” в районе м. Беляво

Проект — часть долгосрочных, хоть и спорных, перемен для многих москвичей. Их город преображается, несмотря на то, что им управляют те, кто редко спрашивают у горожан их мнение по поводу, например, парковых и дорожных работ.

Критики проекта говорят, что это — настоящий подарок строительным компаниям.

«Я знаю настроения и ожидания москвичей», — сказал президент Владимир Путин Собянину на совещании в феврале, давая проекту зеленый свет. «Они ожидают, что эти старые здания будут снесены, а на их месте появятся новые.»

Находятся и те, кто радостно покидает устаревающие дома, знаменитые своими низкими потолками, тонкими стенами и плохим водопроводом.

Но “хрущевки” были большим шагом вперед в городском планировании, считает Куба Снопек. Она — польский архитектор, которая проводила в России исследования и написала книгу

«Беляево навсегда», где она пишет о важности жилищных проектов Советской эпохи, называемых “микрорайонами”. Они регулировали рост города, оставляя людям доступ к зеленым зонам, общественному транспорту и муниципальным зданиям.

«Очень легко найти недостатки такой архитектуры», — говорит Снопек, которая добивалась внесения Беляево в список культурного наследия ЮНЕСКО. «Дома выглядят неприглядно, это очевидно. Но что сложнее — так это найти их достоинства, ведь они незаметны глазу.»

Как только дома появились, они были восприняты, как что-то удивительное и уникальное. В фильме «Черемушки» 1962 года , основанном на оперетте Дмитрия Шостаковича, молодая пара буквально поет оды новым зданиям. «Вся квартира наша, наша. Кухня тоже наша, наша. И все окна и все двери, я глазам своим не верю», — поют они.

Но отношение россиян к сборным домам с годами ухудшалось, особенно, когда дома становились все больше, а инфраструктура — все хуже. В фильме «Осень, Чертаново» 1988 года, рассказывающем о микрорайоне, который выступал площадкой для архитектурных экспериментов, граффити на стене гласило: «Я родился здесь, я умру в Чертаново».

Маргарита Смурова, 55 лет, на балконе своей квартиры. Позади нее — недавно снесенный дом

Сейчас эти советские здания стали именем нарицательным для обозначения места жительства людей рабочего класса. Мини-сериал 2012 года «Принцесса из хрущевки» рассказывает историю молодой девушки с окраины, которая живет с отцом-сантехником, а сама устраивается домработницей к богатому редактору журнала.

Как бы то ни было, жители обеспокоены: получат ли они достаточно хорошие новые дома в замен снесенным. Некоторые из них самоорганизуются для ведения борьбы как на правовом поле, так и на политическом.

«Мы, владельцы, не собираемся просто так отдавать свои квартиры в обмен на то, что они нам предлагают», говорит Кари Гуггенберг, IT-разработчик, ведущий группу «Москвичи против сноса» в Facebook.

«Через два месяца будет список домов, идущих под снос. То есть, через два месяца здесь будет ураган.»