Серия первая. Истовая вера в могущество бумажки с печатью отличает бюрократа от настоящего ученого. Итоги деятельности «Диссернета».

«Почему вы не жалуетесь официально?» — слышим мы постоянно от наших «клиентов», огорченных расследованиями «Диссернета». Так, Павел Астахов, доказательства диссертационного фокусничества которого нами были опубликованы, заявил в свое время: «Это балаган… Хотите — обращайтесь в ВАК». Заключение РГБ, официально подтвердившее неоригинальность работы Астахова, для него — не авторитет. Господину Астахову хочется если и быть разоблаченным, то главой ВАК господином Филипповым лично.

Феерический депутат Госдумы Игошин, обессмертивший себя тем, что менял слово «мясо» из чужой диссертации на «шоколад» в своей, — гордо отсылает нас, видимо, в ту же инстанцию, заявляя: «Оказываться в роли жалобщика я не собираюсь. Если кто-то может доказать что-то подобное — что ж, для этого есть соответствующие официальные процедуры. Пусть тогда они их запускают, и эти свои обвинения сами доказывают. И, кстати, прошел уже без малого год, а никто такую процедуру не инициировал».

Выдающийся деятель российского образования депутат Николай Булаев в свое время предлагал транслировать защиты диссертаций в интернете. По его словам, «повышение публичности в защите диссертаций заставит серьезнее относиться к качеству подготавливаемых работ». Публичность его работы в свое время повысил лично я. Помимо того факта, что работа Булаева представляет собой мелкую нарезку из трех десятков чужих работ, она шедевральна своей бессмысленностью. Достаточно вспомнить фразы вроде: «Образование и наука содержат в себе некоторые свойства и идеи, подобные благотворительным и религиозным абстракциям», обильно рассыпанные по ее страницам.

«Мясо с шоколадом» в исполнении господина Булаева, впрочем, отличалось изяществом: он менял прилагательное «социальный» на «государственный».

Что же ответил нам господин Булаев на предъявленные доказательства его жульничества? Он очень долго вообще ничего не хотел отвечать, поэтому за него отдуваться перед гражданским обществом приходилось другим людям. Например, политологу Сергею Маркову, который в связи с разоблачением мною Булаева заявил в интервью «Коммерсантъ FM»: «Был плагиат или нет, должны не блогеры определять, а должна определять ВАК — Всероссийская аттестационная комиссия, которая, собственно говоря, и присуждает диссертацию, к которой нужно обращаться в данном случае». Итак, все — в ВАК!

Прекрасная любительница чужих текстов, депутат Ольга Баталина (она же мадемуазель Елесина), тоже посылает нас в ВАК: «Никакой официальной позиции ВАК по всем этим псевдоразоблачениям не было. Мне даже нечего сказать, я тоже могу что-то написать в адрес кого-то».

Один из самых знаменитых любителей чужих слов, депутат Бурматов, неоригинальность диссертации которого подтверждена и официальной экспертизой РГБ, в свое время в интервью «Коммерсантъ FM» также апеллировал к ВАК как к ultima ratio: «У нас есть ВАК, где сидят не блогеры, а где сидят люди с учеными степенями и званиями, доктора наук, профессора. Моя диссертация проходила проверку в ВАК, как и все диссертации, которые защищаются».

И Олег Митволь, в чьей работе есть чьи угодно тексты, кроме самого Митволя, — не стал отвечать «Диссернету» по существу, но сослался на авторитет пожилых членов ВАК. При личной встрече он заявил «Диссернету» в лице Сергея Пархоменко и Андрея Ростовцева, в присутствии депутата Госдумы Дмитрия Гудкова: «Как вы могли?! Как вы могли представить себе, что я оскорблю память прекрасных людей, ветеранов российского просвещения?! Как вы посмели предположить, что я скажу теперь этим прекрасным, заслуженным людям, которые приняли когда-то мои защиты и постановили присудить мне ученые степени: что их жизни прошли напрасно, что их дело оказалось погублено?» Итак, ВАК снова оказывается в образе последней инстанции, к которой нам предлагается апеллировать.

А после того как «Диссернет» представил публике во всей красе полностью раскрашенную диссертацию министра транспорта Соколова, тот воззвал к непререкаемости авторитета Диссовета: «Моя диссертация прошла процедуру публичной защиты и была единогласно одобрена Диссертационным советом такого авторитетного вуза, как Санкт-Петербургский государственный университет. Диссертационный совет не нашел в ней никаких нарушений», — и далее опять же указал на то, что в ВАК никто не обратился с претензиями.

Сколь-нибудь оригинален среди этих деятелей был сын Жириновского Игорь Лебедев. Он ответил на предъявленные нами доказательства фальсификации им диссертационной работы обращением в прокуратуру по поводу письма 1100 российских ученых, требовавших от депутатов — авторов разноцветных диссертаций — отказаться от степеней и мандатов.

А депутат Абубакиров в сентябре 2013 года сообщил публике нечто выдающееся: «После того как весной началась вот такая же кампания по обвинению меня в плагиате, я обратился официально с просьбой в Высшую аттестационную комиссию, чтобы сделали экспертизу по моей диссертации, полностью ее проверили и вынесли решение президиума ВАК, — о том, что никаких претензий со стороны ВАК к моей диссертации нет. В ближайшее время ВАК вынесет решение, и я смогу его вам представить».

Крайне забавно было читать это в апреле 2014 года, когда у меня уже был официальный документ из Минобра, отосланный мне в ответ на мою поданную еще в январе 2013 года жалобу по диссертации Абубакирова. И который сообщает мне, что заседание ЭС ВАК состоится в сроки, о которых меня оповестят, — но состоится именно по моей просьбе, а не по просьбе Абубакирова. Очень интересно: неужели ВАК динамит почтеннейшего депутата, а на мои заявления отвечает так лихо и скоро?

Мы могли бы насобирать еще больше отзывов от наших клиентов, но кажется, что «обращайтесь в ВАК» — основной их тезис, которым они хотят нас опровергать. С вариациями — «в прокуратуру», «в суд», «в Следственный комитет».

Само по себе желание заменить аргументацию по существу предъявлением бумажки с печатью должно быть достаточным основанием для лишения наших клиентов ученых степеней. Одно то, что в ответ на предъявленные на всеобщее обозрение доказательства в виде сравнения текстов нам предлагают заняться разбором не этих текстов, а подписей и печатей должностных лиц, — показывает, что наши клиенты не имеют никакого отношения к науке. Поэтому и непонятно, на каком основании они носят ученые степени.

«Доказательство» для наших клиентов — не разновидность интеллектуальной деятельности, а должное оформление протоколов и приказов.

Удивительно, как никто из них (например, депутаты Балыхин и Булаев, курирующие сферу образования) еще не потребовал от авторов школьного учебника по геометрии вместо доказательств теорем и лемм представить ссылки на решения российских судов или хотя бы приказы департамента аттестации научных и научно-педагогических работников.

Ведь, по логике чиновных плагиаторов, только решения компетентной инстанции следует считать «доказательством», а все остальное — не заслуживает рассмотрения.

Взывал к бумажкам с печатями и депутат муниципального собрания в Ново-Переделкине Дмитрий Олегович Салов, грозя нам судом. Заметим, что единственная ВАКовская публикация депутата Салова (заявленная им якобы в № 11 журнала «Власть» за 2007 год) в природе не существовала, что выяснила «Новая газета», направив запрос в редакцию «Власти». Однако ни это, ни факт обнаружения в его работе текстов иных лиц на 125 страницах для депутата Салова не является аргументом к тому, что его ученая степень им не заслужена. А вот справку из ВАК, видимо, депутат Салов бы уважил.

Сам ход такого рассуждения — это «шибболет», который позволяет отличить депутата от ученого. Напомню, что во время междоусобиц в Древнем Израиле неправильное произношение буквы «шин» позволило жителям Галаада выявить в своей среде агентов из соседнего племени, которые ее произносили как «самех»: «И перехватили Галаадитяне переправу чрез Иордан от Ефремлян, и когда кто из уцелевших Ефремлян говорил: «Позвольте мне переправиться», то жители Галаадские говорили ему: «Не Ефремлянин ли ты?» Он говорил: «Нет». Они говорили ему: «Скажи «шибболет», а он говорил: «Сибболет» и не мог иначе выговорить. Тогда они, взяв его, закололи у переправы чрез Иордан» (Суд. 12:5-6). Тот, кто вместо рациональных аргументов взывает к бумажке с печатью — из суда, Министерства образования и науки, ВАК, Диссовета и тому подобных, тем самым с головой выдает свою инородность по отношению к академическому сообществу. Сама апелляция к бюрократическим доказательствам, даже без сведений о плагиате, достаточна для срабатывания в отношении фальшивых кандидатов и докторов наук системы распознавания «свой—чужой».

Продолжение следует