У нас на Южной ломают «самострой» — торговый центр «Южная ночь», под крышей которого десять лет располагались разные офисы, банки и обменники.

Здание разбито со всех сторон, с одной стороны работает ковш, а с другой можно незаметно зайти и посмотреть, каково внутри.

Внутри пусто и тихо, лишь слышно, как в другом крыле на втором этаже работает ковш и трясется что-то над головой.

На полу куча обуви, духов, шейных платков — все, что осталось от сотрудниц.

Лежат пачки документов — распоряжений, разнарядок, приказов, какие-то договоры.

Тонкую материю мироздания подчеркивает книжка Захара Прилепина, брошенная кем-то в коридоре.

Какой-то случайный прохожий роется в сейфе. Сейф пустой.

Честно говоря, шел я на ограбление с конкретной целью: срочно нужна металлическая полоса толщиной 3-4мм чтобы приварить к входной двери — крепить к ней электронный замок с бесконтактными картами. Но ничего похожего среди строительного мусора не нашлось. Не уходить же с пустыми руками?

Пришлось ограничиться ерундой — несколько УЗО и полтора десятка автоматов, пара наклеек и пакетиков с резинками для денег. Когда я это приволок домой, Ольга сказала, что я самый неудачливый еврей в мире.

Милые оберточные бумажки «десять тысяч долларов» взял детям для игры в Монополию.

Дети теперь играют этими бумажками, подкидывают вверх и перетягивают пачки резинками.

Вы спросите, как так можно и не страшно ли находиться в здании, которое ломают? Отвечу — нет, совсем не страшно. Привычные знакомые ощущения — как вообще в России. Немного трясется под ногами, немного над головой что-то с хрустом ломают, предельно ясно, к чему всё идет и чем закончится, но всё равно почему-то думаешь, что когда потолок начнет падать, успеешь выбежать.