Г-н президент, у нас кризис. Вы иногда повторяете: « пик кризиса пройден, пик кризиса пройден», но звучит это так, будто вы запикиваете недопустимые выражения. Запикиваете неприятную действительность.

В кризис власть должна найти людям работу. Ведь безработные — самые неприятные граждане. Денег у них нету, дети голодные, жёны злые; и всё это толкает на бунт; мягче говоря — на массовые протесты. Кроме того, у безработных слишком много свободного времени, они даже иногда начинают думать: кто виноват? что делать?.. Как бороться с такой бедой?

В период депрессии лидеру страны лучше всего начать массовое строительство. Такие совершенно разные типы, как Рузвельт и Гитлер, поступали совершенно одинаково: строили дороги. Нам это не годится. Наше «дорожное строительство» — синоним грандиозного воровства. Если начнём строить дороги — разоримся окончательно. Ибо у нас каждый километр даже московской улицы превращается в чью-то виллу или яхту, а нам остаются дикие ямы и торчащие поперёк дороги металлические стыки. (Прокатитесь разок по Третьему транспортному кольцу — даже ваш «Мерседес» будет подскакивать.)

…Журналистов упрекают: мол, они только критикуют; нет, чтоб предложить что-то хорошее, конструктивное. Предлагаем:

Возможно, страну спасёт массовое строительство тюрем. (Участившееся применение домашнего ареста, по мнению экспертов, объясняется не гуманизмом власти, а нехваткой мест на нарах.) Строить тюрьмы и арестовывать побольше. Тогда недовольные лишатся возможности митинговать, а еду какую-то будут получать. В результате нравы смягчатся.

Самый подходящий контингент для первых арестов — директора библиотек, в том числе школьных. Их больше ста тысяч. Народ это тихий, робкий; с арестами не будет ни проблем, ни осложнений (в отличие, например, от некоторых хорошо вооруженных кавказцев, которых не только арестовать, но даже допросить не удаётся в связи с некоторым убийством).

Минувшей осенью в Москве была задержана и помещена под домашний арест директор московской библиотеки украинской литературы Шарина. Следователи утверждают, что она в нарушение закона «О противодействии экстремистской деятельности» распространяла среди посетителей библиотеки книги, признанные судом экстремистскими материалами. Но адвокат Шариной сообщил нам, что в материалах дела нет ни одной цитаты из якобы экстремистских книг, а когда такие цитаты появятся, тогда уж эксперты будут решать: экстремистские ли они.

Когда эксперты чего-то решат — не знаем. А библиотекарша уже почти три месяца под арестом. А перед тем — две ночи на нарах в ожидании.

Г-н президент, вы думаете, будто это вас не касается? Мол, мелочь, какая-то библиотекарша, да вдобавок — из украинской библиотеки. Но эта библиотека в Москва, в вашей столице. А Шарина — гражданка вашей России. И дело это — полностью ваше.

В вашем Кремле 25 декабря 2015 года вы председательствовали на вашем Совете по культуре и искусству (он так и называется: Совет при президенте). Там вам и задали вопрос об арестованной библиотекарше. Ответ был странный.

ПУТИН. Первый раз слышу то, о чём Вы сейчас сказали, по поводу задержания и домашнего ареста. Просто даже не могу комментировать, потому что не понимаю, о чём речь.

Не знали? Об этом писали все газеты, говорило радио и ТВ. Вы могли бы сказать, что не знаете материалов дела, и что как юрист не имеете права вмешиваться — ну, в общем всё, что вы обычно говорите в таких неприятных ситуациях. Но вы признались, что даже ничего не слышали. Признались публично, при включённых телекамерах.

А ведь случай редчайший и фантастический. Это не бытовая поножовщина, до которой вам дела нет. И не привычная уже свадьба со стрельбой. И даже не арест очередной болотной жертвы. И даже не арест вора-губернатора…

Фото: Александр Астафьев

В вашей столице арестовали директора библиотеки. За книги. Это, безусловно, политика. Арестовало государство. А политика — это вы, и государство — это вы. А вы говорите: первый раз слышу.

Стоило ли признавать, что ваше окружение держит вас в искажённой реальности (мягко говоря, неполной). Ведь это значит, что вы принимаете решения, исходя не из реальной картины нашей жизни, а из той, которая существует в вашем воображении, хотя, естественно, вы уверены, будто она единственно верная. Типичный случай.

В знаменитой книге «История упадка и крушения Римской Империи» Эдуард Гиббон пишет об одном из последних императоров:

«Диоклетиан нередко сознавался, что из всех искусств самое трудное искусство царствовать. Часто случается, говорил он, что личные интересы четырёх или пяти министров побуждают их войти между собой в соглашение, чтобы обманывать своего государя! Будучи отделён от всего человеческого рода своим высоким положением, он не в состоянии узнать правду; он может видеть только их глазами, и он ничего не слышит, кроме того, что они сообщают ему в искажённом виде. Он поручает самые высшие должности людям порочным и неспособным и удаляет самых добродетельных и самых достойных. Путём таких низких ухищрений, прибавлял Диоклетиан, самые лучшие и самые мудрые монархи делаются орудиями продажной безнравственности своих царедворцев».

Символично, что в тот же день, когда вы сказали, что ничего не знаете про арестованную бибиотекаршу, буквально в ту самую минуту суд продлил её арест до 28 января. А в библиотеке, как сообщают, было ещё несколько обысков. Но почему арестована она одна? И почему не обысканы все библиотеки Россия?

На том вашем декабрьском Совете вы ещё дважды сказали об арестантке.

ПУТИН. Во-первых, я узнаю по поводу директора библиотеки, просто понятия не имею, о чём там речь. Вот на это надо точно обратить внимание, так же как и на решение об аресте. Повторяю ещё раз: просто совершенно не в курсе, чего там происходит, не знаю, но выясню.

Прошёл почти месяц. Забыли? Не успели? Или выяснили, что она арестована справедливо?

Символично и закономерно, что за арестом библиотекарши последовало сожжение книг.

На днях в Коми сожгли какие-то учебники по экономике. Г-н президент, если книги такие вредные, что их следует сжигать, то совершенно непонятно, почему не арестованы директора библиотек, где хранили эту отраву? В Коми недавно было арестовано невероятно богатое руководство республики, но подумайте: кто опаснее — вор или растлитель подрастающего поколения? Вредная литература — растлевает детей. Директор (да и простые библиотекари), которые хранят и дают читать такие книги, пощады не заслуживают.

У нас в каждой школе, в каждой библиотеке заложена бомба. Это книга, в которой об исламе говорится как о «бреднях Магомета». Книга считается русской классикой. Называется «Путешествие из Петербурга в Москву». Что будем делать?

В лихие 90-е (1790-е) Александр Радищев опубликовал «Путешествие из Петербурга в Москву». Там, в частности, сказано, что пышная внешность властителей производит сильное впечатление только «на стадо рабов». И что «чем народ просвещённее, тем пышная внешность менее действовать может... Магомет мог прельстить скитающихся аравитян своими бреднями».

«Пышная внешность» действует на рабов и в наши дни: у кого-то самая большая в мире яхта, кто-то открывает самую большую мечеть, кто-то устраивает грандиозные военные парады, кто-то ездит в сопровождении сотни «Мерседесов»...

...«Бредни» — так лаконично никто не отзывался об этой гордой религии.

Книгу прочли, потом признали классикой, включили в школьную программу. Когда вы, г-н президент, учились в школе, там она была, вы её должны были проходить, но либо тогда прогуляли, либо потом забыли, либо вообще не прочли никогда, хотя там много мудрых мыслей о государственном устройстве.

И по сей день это произведение в школьной программе, книга — в школьных библиотеках. Подозреваем: даже в библиотеках чеченских школ. Просто никто не читает — вот и не натыкаются.

Если учебники по экономике сжигают, то за книгу, оскорбляющую религиозные чувства, сожгут всю библиотеку. А школьные библиотеки обычно находятся где-то внутри школы…

…Радищева не приговоришь, ибо он уже на небесах; но надо что-то делать сверху, пока эту проблему не начали решать снизу. Трудно даже вообразить, что будет, если правоверные решат немедленно и в свойственной им манере разобраться со школьными и прочими библиотеками России.

Сжигание книг — такой процесс, что можно миллион обеспечить работой (с небольшой зарплатой). Греться они будут на работе, а украсть-то будет нечего. Разве что спички.

Какая там Сирия, какой на фиг ИГИЛ, тут начнётся такое…