В течение достаточно длительного времени российские ВВС и войска, подконтрольные президенту Сирии Башару Асаду, наносили удары по зоне деэскалации в Идлибе, что, по утверждению западных наблюдателей, привело к многочисленным жертвам среди местного населения. Недавно подконтрольные Асаду соединения обстреляли и турецкий военный конвой.

Теоретически, если Асад продолжит наносить удары по турецким военным, то ответ гораздо более сильной Турции мог бы привести к совершенно новым раскладам в сирийской войне. Однако турецкий президент Реджеп Эрдоган пока никак не реагирует. О том, почему «сильный человек» из Анкары не торопится отвечать ударом на удар, и к чему могут привести новые повороты в сирийской войне, обозревателю «Росбалта» рассказал эксперт по Ближнему Востоку Михаил Магид.

— Насколько, на ваш взгляд, вероятно серьезное столкновение формальных союзников — Эрдогана и Асада? Или же недавний обстрел турецкого конвоя это простая случайность?

— Далеко не случайность. Асад и стоящие за его спиной силы — Иран и Россия, прощупывают границы возможного: способна ли Турция защитить Идлиб и свои собственные базы и конвои в регионе. В настоящее время ответ отрицательный — Турция оказалась не только не в состоянии защитить Идлиб, последний район, контролируемый силами антиасадовской оппозицией, который постепенно превращается в руины и мертвые селения под ударами бомб Асада, но она оказалась даже не в состоянии прикрыть собственные войска и ответить ударом на удар.

Это серьезное политическое поражение Эрдогана, потеря лица. Хотя, надо сказать, что события в Идлибе далеки от завершения и турецкие войска оттуда не выведены. Поэтому в будущем возможны новые столкновения, исход которых непредсказуем. В этом смысле и Асад, и Россия играют в опасные игры в этой сирийской провинции.

После инцидента со сбитым Турцией российским военным самолетом в 2015 году, Путин и Эрдоган научились разговаривать напрямую. Оба осознали тогда, что война между Россией и Турцией крайне опасна и не выгодна двум государствам. Так что вооруженного конфликта они стараются избегать. Анкаре не нужно столкновение с ядерной державой. Россия не готова к войне с кем-либо сильнее Украины, да еще на огромном удалении от собственных баз. Это смертельный риск.

Поэтому Москва не ответила тогда ударом на сбитый Турцией самолет и не стала отвечать Израилю на инцидент, в ходе которого был сбит еще один российский самолет. Однако постоянное перетягивание канатов в Идлибе все равно способствует росту напряженности между РФ и Турцией, и это опасно.

— Почему именно Идлиб вызывает такую напряженность?

11599 С кем Путин делится мороженым

— Идлиб — зона хронической нестабильности. Асад и его союзники противостоят боевикам оппозиции и Турции, которая в той или иной мере поддерживает вооруженных противников сирийского президента. Дело осложняется тем, что большую часть Идлиба контролирует группировка «Хайат Тахрир аш-Шам» (ХТШ — в прошлом «ан-Нусра», террористическая организация, запрещенная на территории Российской Федерации). Это 20-30 тысяч хорошо подготовленных фанатичных боевиков, считающих себя мусульманами-суннитами и сторонниками вооруженного джихада.

Эта группировка уничтожила советы — революционные органы самоуправления, созданные в 160 городах и селах Идлиба местным населением в ходе антиасадовского восстания. ХТШ, разогнав советы, установила там свою диктатуру и обложила население данью, вызвав его ненависть. Боевики там делают все, что хотят, в частности совершают вылазки, притом очень болезненные, на территории, контролируемые Асадом, обстреливают российские военные базы и т. д.

Силы Асада и его союзников, в свою очередь, время от времени отвечают бомбежками и массированными сухопутными атаками на Идлиб, стремясь вытеснить оттуда ХТШ и другие группы оппозиции.

В то же время Идлиб объявлен зоной деэскалации в результате соглашений, которые заключили в Сочи Россия, Турция и Иран. Там расположены турецкие военные базы, наблюдательные пункты. Анкара обязалась защитить данный район, и содействовать деэскалации, но она не собирается этого делать.

В итоге Эрдоган теряет лицо, демонстрируя беспомощность перед асадовским наступлением. Более того, он рискует тем, что в Турцию придет новая волна беженцев из Идлиба — три миллиона человек. Это в дополнение к тем трем с половиной миллионам сирийских беженцев, которые уже там. А это может дестабилизировать ситуацию в стране, и без того переживающей тяжелый экономический кризис. Но и не пустить в Турцию беженцев, погибающих под бомбами, тоже означает потерю лица Эрдоганом, который говорил о себе как о защитнике мусульман.

Принципиальные разногласия по Идлибу между РФ и Турцией сохраняются. Но Кремль сейчас ведет себя очень уверенно. После истории с конвоем Путин некоторое время не отвечал на призывы Эрдогана о встрече и даже согласился публично с действиями Асада. Но затем, спустя неделю после инцидента, 27 августа, все же принял Эрдогана в Москве.

-Были ли достигнуты принципиальные договоренности между РФ и Турцией во время этих переговоров?

— Скорее всего, нет. Ни о чем принципиальном стороны по Идлибу не договорились, зато Эрдоган пообещал обдумать идею новых закупок российского оружия.

В прошлом Турция отвечала на удары Асада и отбрасывала его. Она решительно остановила в прошлом году наступление на Идлиб, введя туда бронетанковые соединения. Но сегодня Эрдоган значительно сблизился с Москвой, покупает у России зенитно-ракетные комплексы C-400, и все это на фоне резкого ухудшения отношений с США. На фоне таких событий Эрдоган считает, что он не может противостоять еще и России. Но это ставит его в Идлибе в унизительное положение.

1874 Трамп оттачивает искусство санкций

-А что происходит между Турцией и США и как продвигаются их переговоры по созданию зоны безопасности в Северной Сирии, а также по курдскому вопросу?

— Одновременно с переговорами по Идлибу с РФ, Турция ведет переговоры с американцами по Северной Сирии. США сохраняют свое военное присутствие там, защищая от Турции ряд районов, контролируемых курдскими Отрядами народной самообороны (ОНС), союзниками США в борьбе против остатков «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная на территории Российской Федерации).

Эрдоган утверждает, что ОНС курдов связаны с курдской герильей — партизанами РПК (Курдская рабочая партия), которые ведут вооруженную борьбу с силовиками на востоке Турции, сражаясь за автономию двадцатимиллионного курдского народа. Поэтому он хотел бы занять часть территорий Северной Сирии, контролируемых ОНС, создав там буферную «Зону безопасности» шириной в несколько десятков и длиной в сотни километров, отодвинув ОНС от турецкой границы. Он угрожает начать наступление на позиции ОНС в Северной Сирии

Американцы, которые сейчас не заинтересованы в полной сдаче своих союзников-курдов, (Вашингтон опасается потерять лицо и доверие других союзников в различных регионах планеты), приостановили вывод войск из Сирии. США пытаются изменить планы Турции, уменьшить зону безопасности и максимально затянуть переговоры с Эрдоганом. Тот же, осознавая, что происходит, постоянно угрожает ударами по курдам или даже обстреливает их позиции. Курды, со своей стороны, ведут партизанские операции против сил Эрдогана уже на территории Сирии, в оккупированном Турцией курдском регионе Африн.

— Получается, что Турция оказалась втянута сразу в несколько вооруженных конфликтов — на севере Сирии с курдами, в Идлибе с Асадом, РФ и Ираном, и вдобавок ведет борьбу с курдской герильей на своей территории?

— Именно так. Война на востоке Турции — незаживающая рана. Курдские повстанцы прекрасно подготовлены, у них есть базы и массовая поддержка среди соотечественников как на территории Турции, так и за ее пределами. Прибавим сюда военные операции Анкары против РПК в северном Ираке, где обе стороны так же несут потери.

И все это на фоне углубляющегося экономического кризиса в Турции, американских санкций из-за покупки С-400 и перепалки с самым мощным государством на планете — Соединенными Штатами. Добавим сюда конфликт с мощным газовым консорциумом в Восточном Средиземноморье, куда входят Египет, Греция, Кипр и Израиль (и где присутствуют военные и финансовые интересы Франции) из-за бурения Турцией газовых скважин в районе Кипра, что вызвало экономические санкции против Анкары уже со стороны Евросоюза.

Не удивительно, что Эрдоган теряет популярность. Экономический кризис, усугубляемый некомпетентной финансовой политикой и внешними санкциями, ведет к падению его поддержки — недавно Эрдоган проиграл муниципальные выборы в крупнейших городах страны. Даже его собственная Партия справедливости и развития (ПСР) постепенно раскалывается, а ее электоральное ядро уменьшается.

У турецкого лидера остается немного союзников. Вот почему Эрдоган так держится за отношения с Россией, даже несмотря на противоречия по Идлибу. Ему очень не хочется воевать сразу на много фронтов и ссориться со всеми.

Очень похоже, что режим Эрдогана запутался в противоречиях внешней и внутренней политики. И то, что происходит в Идлибе, то, как беспомощно он ведет себя там — это очередной сигнал, что нынешний курс турецкого президента зашел в тупик и его время постепенно заканчивается.

Беседовал Александр Желенин