Принятое 13 апреля псевдопрокурором аннексированного Крыма Натальей Поклонской с подачи Кремля решение о приостановке деятельности Меджлиса крымскотатарского народа является свидетельством того, что российские власти взяли курс на восстановление советской системы ценностей, считает российский политолог Дмитрий Орешкин. Он отмечает, что в ближайшее время это решение вряд ли вызовет серьезные протестные настроения в Крыму, поскольку против оккупационной власти пока не готовы выступить элиты полуострова. Немногих же несогласных - усмирят с помощью приклада ружья. Впрочем, протестные настроения в обществе постепенно накапливаются, и, возможно, критический порог будет пройден уже к 2018 году, считает политолог.

Решение российских властей по отношению к Меджлису крымскотатарского народа было абсолютно прогнозированным. Потому что сейчас Москва взяла курс на восстановление советской системы ценностей.

Тогда в "подземной" части "совка" были национальные репрессии. Причем не только крымских татар, но и поляков, прибалтов, балкарцев, чеченцев, ингушей... Пальцев двух рук не хватит, чтобы перечислить народы, которые были выселены, репрессированы, расселены. Это "подземный" слой, который немногие знают и который знать не хотят.

При этом есть "наземный" слой, когда на сцене Кремлевского съезда грузины танцуют лезгинку, украинцы гопака, а на площади ВДНХ в Москве функционирует фонтан "Дружбы народов". Так вот, проблема нынешней путинской России заключается в том, что она берет за образец этот фонтан. Все воедино, все обнявшись, все танцуют и поют...

Но для того, чтобы обеспечить это в реальности, нужно давить всех, кто каким-то образом пытается себя проявить. Ну, например, давить армян, азербайджанцев, чтобы они одинаково сидели и не высовывались. Тех, кто высовывается, нужно наказывать.

Так что, став на эти рельсы, аннексированный Крым неизбежно должен был приехать к подобным вещам. От того, что национальные права ущемлены, следует такой шаг. Если считать, что в Крыму 200-300 тыс. крымских татар, можно представить, что среди них хотя бы 1%, а это как минимум 2-3 тыс. человек, склонны к эмоциональным решениям и не совсем эмоционально уравновешенны. То есть они могут пойти на какие-то резкие действия, включая теракты. Это очень болезненно (для оккупационных властей).

Потому что с ними нужно договариваться, как это было в Крыму почти в течение 25 лет - с 1991 по 2014 годы. Да, был Меджлис, был Джемилев, были конфликты по поводу земли, приезжали крымские татары, которые хотели "отжать" собственность, им ее не отдавали - конфликты были. Но это нормально. Потому что без конфликтов жизни не бывает. Но они решались в крымском парламенте. Были случаи мордобоев, но никакого намека на репрессии и теракты не было. А сейчас есть.

Джемилев последовательно и терпеливо проводил политику ненасилия. Он всегда это повторял. Призывал действовать абсолютно легальными методами. Может быть он кому-то неприятен, но почему он должен быть таким? Он просто защищает интересы своего народа так, как понимает это. Народ его поддерживал.

Так вот, был демократический механизм. А сейчас создается силовой. Силовым образом разогнали крымскотатарский Меджлис. Даже те, кто старался быть лояльным к новым "крымским властителям", чувствует оплеуху. Я имею в виду людей, которые относят себя к категории "Крым — мы". Это представители разных народностей, которые считают полуостров своим домом. Люди этой идеологической общности чувствуют себя оскорбленными.

Нынешняя крымская "власть" боится любой демократической альтернативы. Они не умеют ею пользоваться. Они понимают, что при честных выборах их ожидают проблемы, потому что минимум 200 тыс. человек проголосуют "против". Поэтому выборы будут фальсифицироваться. Все протесты будут подавляться силой, а задним числом многие в Крыму поймут, что картинка о "великой, доброй и справедливой России", которая существовала у них в голове, - это фонтан на ВДНХ. Потому что реальность другая.

Приближающееся ощущение обмана и разочарования, или, как принято сейчас говорить, когнитивного диссонанса, будет усиливаться. Люди будут предпринимать попытки это решить, но их будут загонять обратно прикладом ружья. Иных средств у этой власти нет. Если бы были, то никаких протестов в той же Москве не было бы.

Вместе с тем в ближайшее время по поводу Меджлиса никакого социального взрыва не будет. Изменений не будет, но будет медленное угасание. Мы часто говорим о понятии критической массы. Но никто не знает, где она лежит, из чего состоит и какие у нее размеры. Любую тень протеста можно подавить теми методами, которые сейчас использует госпожа Поклонская. Запрет Меджлиса — демонстрация того, что они к этому готовы.

Критическая масса собирается тогда, когда сами элиты и силовики понимают, что они в дураках. Как это было при Советском Союзе в конце 80-х. Пока этого не произойдет, все можно погасить, как это сделал Хрущев в 1962 году в Новочеркасске, как ее погасил Каримов в Андижане, когда расстреляли около 600 человек...

В общем-то порог критичности не так далек. Сейчас люди более осведомлены, чем при Союзе. Так что это не вопрос десятилетий. Но и не месяцев. Возможно, что-то произойдет до выборов 2018 года (президентских выборов, - "Апостроф"). Здесь нужно будет следить не за уличными настроениями, а за поведением элит. Они теряют деньги, свободу передвижения, их вносят во всякого рода списки. Пока внешне они виляют хвостом и преданно смотрят в глаза, но на самом деле понимают, что после Крыма и "новороссийских" историй потеряли очень много.