На днях глава Беларуской православной церкви раскритиковал современный кинематограф за подрыв душевных скреп. «Сегодня поглумились над Николаем II, завтра будут показывать, чем занимался Ленин в шалаше», – говорит Митрополит Павел. В этой же реальности 22-летний правозащитник Максим Ковалев учится на преподавателя воскресной школы, и это совсем не мешает ему пить алкоголь, употреблять легкие наркотики и не проклинать ЛГБТ-сообщество. KYKY встретился с парнем, чтобы узнать, как религия должна ассимилировать с современным обществом, что теперь считается грехом и зачем принимать целибат в 21 веке.

Длинные волосы, берцы и одежда в милитари-стиле – 22-летний Максим Ковалев скорее напоминает металлиста, а не будущего священника. Парень одним своим видом опровергает стереотипы не только о религиозном человеке, но и о христианской вере в целом. Мы встречаемся с Максом в самом либеральном и простодушном месте Минска – баре универсама «Центральный». За бокалом пива разговоры от теологических материй переходят в плоскость вечных вопросов – о патриархате, порнографии и марихуане. Послушайте же слово пастыря.

Фото: Виолетта Савчиц

«Можно каждый день ходить в церковь и не спастись»

KYKY: Как ты вообще пришел к религии?

Максим Ковалев: Меня крестили в православной церкви. Мои родители не очень верующие: я пару раз сходил в церковь ребенком, и на этом все закончилось. В 9-10 классе я вообще ненавидел Бога. Думал: «Как это – быть рабом кого-то?» Мысль, что кто-то наблюдает за мной, мне не нравилась.

Потом я поступил в Минск. Я жил в общежитии на Петровщине. Там не было никаких магазинов, и я поехал за едой в центр. Не зная хорошо город, я заблудился и забрел в Кафедральный костел. Сел там на скамью и почувствовал себя, как дома. Я ходил на занятия по религии, присутствовал на мессе, и постепенно начал больше понимать. 9 октября 2012 года мне исполнилось 18 лет, а 11 октября я соединился с католической церковью. Так началась моя духовная жизнь. В 2014 году я поступил в Минский теологический колледж, ведь чтобы достойно рассказывать о вере людям, нужно иметь фундаментальные знания. Тогда я и начал думать, что мне нужно стать священником.

KYKY: Когда-то ты говорил, что современные люди неправильно понимают церковь и религию. А как их понимаешь ты?

М. К.: Нет одного ответа. Самый простой: все мы больны грехом, а церковь – это больница. Как обычные врачи могут быть хорошие и не очень, так и наши священники: есть хорошие, а есть те, которые создают не самый лучший образ церкви. Как говорил Папа Франциск: «Священники – как самолеты. О них вспоминают только тогда, когда они падают». Для меня церковь – это дом, где я могу соединиться с Богом. Некоторые верующие, особенно протестанты, говорят, что им церковь не очень нужна, они и дома могут поговорить с Богом. Да, действительно, спасение может быть вне церкви, но невозможно без Христа. Но лично я не уверен, что могу дома час отдать Богу. А костел – это хорошая возможность час побыть наедине с Богом, услышать ответы, принять его тело.

KYKY: Чтобы быть добросовестным верующим, обязательно постоянно ходить в церковь?

М. К.: Можно каждый день ходить в церковь и не спастись. Но надо ходить в костел каждое воскресенье и по обязательным праздникам, исповедоваться раз в месяц и причащаться. Церковь – это не вся наша жизнь. Мы идем туда, чтобы что-то понять. Церковь – это и то, как мы ведем себя с ближними. Если ты не любишь ближнего и много грешишь, но считаешь себя святым, потому что ты ходишь в костел, ничего из этого не будет.

Для меня костел — это осмысленная необходимость, как позвонить матери. Возможность прийти к тому, кто любит нас больше всех. Это не место, где просят только для себя, либо каются и разбивают себе лбы. Это скорая помощь, больница и дом в одном флаконе.

KYKY: Ты занимаешься и студенческим активизмом, и правозащитой. Как совмещаются костел и общественная активность?

М. К.: Мои поступки никогда не будут противоречить костелу. Как в студенческом, так и в правозащитном движении я пытаюсь как-то помогать людям добиться справедливости. Но я никогда не буду свидетельствовать против кого-то. Например, против сотрудников ОМОНа, если я не знаю, что они точно сделали что-то плохое, – это противоречит моим принципам.

Что говорит религия об алкоголе, марихуане и сексе

KYKY: Что церкви нужно делать, чтобы активнее привлекать молодежь?

М. К.: Главное – не запрещать. Мы часто слышим: то нельзя, это нельзя. Церковь, по моему мнению, должна идти к людям, способствовать диалогу. И первый месседж, который она должна с собой нести, – это любовь. Насчет верующих много стереотипов. Мол, девушки только в платьях ходят, верующие не ходят на концерты, а только и делают, что читают духовную литературу. Но Иисус был обычным человеком. Посмотри на его учеников: кто-то был рыбаком, кто-то мытником. Апостол Павел, например, убил тысячи христиан перед тем, как стал апостолом. Поэтому Бог призывает к себе всех.

KYKY: Если говорить о запретах, что Библия говорит об алкоголе?

М. К.: Какое первое чудо сотворил Иисус? Он превратил воду в вино на свадьбе. В Библии написано, что нельзя объедаться. Но это не значит, что мы должны вообще не есть. Если знать меру – можно. «Радуйтесь и веселитесь», – написано в Библии. Иисус и с апостолами вино пил. Если человек знает свою меру и не злоупотребляет алкоголем, то это разрешено. Почему бы не выпить с друзьями на празднике? Это точно не будет грехом.

KYKY: Что говорил Бог насчет марихуаны?

М. К.: Бог ничего не говорил о траве (смеется). Сколько жен было убито из-за травы? Ноль. Сколько людей покончила жизнь самоубийством из-за травы? Ноль. Алкоголь делает в разы больше вреда, чем трава. Я ни в коем случае не призываю людей курить. Я призываю их думать своей головой. Жизнь может быть счастливой и без этого. Но каннабис используется и в медицинских целях – поэтому я против запрета. Проблема в том, что молодежь злоупотребляет этим и вечно дует. Что касается меня, то да, я пробовал, но не в Беларуси. И, конечно, не у костелов.

Более тяжелые наркотики, например героин, наносят значительный вред организму. Я и костел против этого. Человек не должен принимать то, что вредит и меняет его сознание. Бог создал человека не для этого. Человек – сын Божий. Какой отец хотел бы, чтобы его дитя себе вредило?

KYKY: Папа Франциск объявил, что католическая церковь должна извиниться перед гомосексуалами. Изменилось ли отношение к ЛГБТ-сообществу?

М. К.: Думаю, он имел в виду, что раньше церковь убивала гомосексуалов. Гомосексуалы тоже люди, мы должны протянуть им руку. Но не надо говорить: «Я гомосексуал, и это норма. Делайте меня священником и допускайте к причастию». Извини, друг, но это ненормально. Ты, наверное, в другого Бога веришь и другую Библию читаешь. Я лично хорошо к ним отношусь. У меня есть подруги-лесбиянки и друзья-бисексуалы, я знаю пару транссексуалов. Кто я такой, чтобы их осуждать? Да, я считаю, что гомосексуальность является грехом, и я никогда не буду говорить иначе. Но из-за того, что человек грешен... Почему я должен как-то по-другому к нему относиться? Я тоже грешник. У каждого из нас есть грехи. У кого-то больше, у кого-то меньше.

Меня пугает, когда гомосексуальность пытаются вписать в церковную доктрину. Мол, это обстоятельства времени, раньше это было ненормально, а теперь нормально. Я считаю, что мы не можем переписывать Библию под самих себя. Но костел ждет таких людей. Если человек говорит, что он гомосексуал или трансгендер, то он может спокойно приходить в храм и молиться.

KYKY: Меняется ли со временем отношение костела к сексу?

М. К.: В Беларуси костел почти не говорит о сексе, и это тоже проблема. Часто можно услышать, что проституция – это плохо, и секс до брака – тоже нехорошо, но что такое секс, открыто не говорят. Общее мнение: секс – акт любви, поэтому он не может быть чем-то плохим. Вопрос в том, почему люди это делают.

Если они делают это только ради удовольствия, то это считается грехом. Ведь конечная цель секса – иметь детей, поэтому контрацепция – это грех. Мастурбация – тоже грех.

Секс – это не то, что происходит под одеялом с выключенным светом. Рекомендую почитать монаха-капуцина Ксаверия Кнотца. Он прекрасно пишет на тему семьи, гендера и секса с точки зрения церкви.

Церковь плохо относится к порнографии. Возникает вопрос сексуального воспитания и образования. Родители не говорят об этом со своими детьми, как и священники и учителя. Где парень или девушка ищут ответ на вопрос «Откуда появляются дети?» В интернете! Пишут: «Откуда появляются дети?» И что им высвечивается? Ага, порно.

«Иерархия костела полностью патриархальная. Но женщины могут петь в хоре, вести катехизис»

KYKY: Что вообще в современном мире считается грехом?

М. К.: Знаешь, грехи остаются такими же, что и были во времена Иисуса. Это основа, о которой много говорят. Надо любить ближнего своего, молиться за него. Трудно молиться за тех, кто делает плохие вещи.

Яркий пример – 25 марта, когда мы видели, как ОМОН избивает людей. Можно молиться о том, чтобы Бог открыл им глаза, чтобы они посмотрели на то, что они делают.

Если Иисуса убивали, он говорил: «Боже, прости их, ибо они не знают, что делают». Поэтому даже за наших врагов мы должны молиться, так и в Евангелии написано.

Существует градация грехов. Есть нетяжелые грехи, от которых можно избавиться через молитву. Есть более тяжелые, от которых надо избавляться через исповедь. А есть еще более тяжелые, от которых даже священник не всегда может избавить. Чтобы искупить грех, нужно его осознавать, сожалеть о нем и хотеть исправиться. Главное именно это, а не исповедь у священника.

KYKY: Получается, что Бог специально создает грешных людей?

М. К.: Бог создал человека и дал ему свободу выбора. Бог не создает грешных людей, люди сами выбирают грех. Бог не заставляет никого становиться убийцей и никого не заставляет быть святым. Бог знает все направления и пути, которыми мы можем пойти. Но выбор этого пути – дело самого человека.

KYKY: Что насчет феминизма? Церковь же – целиком патриархальная структура.

М. К.: Ну, да. Иерархия костела полностью патриархальная. Но женщины могут петь в хоре, вести катехизис – занятия в церкви. Они не могут только венчать, не могут быть священниками, однако если есть необходимость – могут крестить.

Можно сказать, что мужчина в христианской жизни стоит немного выше. Но у нас нет немецкого принципа: «Kuchen, Kinder, Kirche» – кухня, дети, церковь.

Библия говорит, что женщина должна воспитывать детей, а мужчина – работать, чтобы обеспечивать семью. Но если женщина хочет заниматься бизнесом или работать – это хорошо, почему нет. Никто не запрещает. Однако важнейший институт костела – семья. Когда люди идут в бизнес – кто будет заниматься воспитанием детей? Если муж – окей, почему бы и нет? Главное, чтобы дети воспитывались своими родителями. Современный костел не против, чтобы женщина зарабатывала на уровне мужчины и занимала руководящую должность. Главное, чтобы женщины не забывали, что они являются женщинами, матерьми.

Я лично знаю, что проблемы еще существуют. Мне не нравится, что в нашем обществе давление больше делается на феминитивы, чем на домашнее насилие. Есть статистика, согласно которой женщины зарабатывают на 20% меньше, чем мужчины. Нужно бороться за равноправие, за то, чтобы к женщинам относились так же, как к мужчинам. Вот президент говорил: «Я не вижу женщину главой государства». Или Ермошина говорит: «Вот женщины на площадь вышли и что-то там прыгали – это же стыд, им надо сидеть дома и варить борщ». С таким колхозом в голове надо бороться.

«Кто не думал, чтобы стать Папой?»

KYKY: В чем смысл целибата? Почему он и по сей день существует в католической церкви?

М. К.: В ранней истории христианства не существовало целибата. Но в Библии Иисус говорит: «Если ты хочешь быть моим учеником, то возьми свой ежедневный крест и следуй за мной». Служение Богу и людям требует большой преданности 25 часов по 8 дней в неделю. Священник отказывается от семьи, но получает весь мир. Его приход – его семья. Он занимается воспитанием детей и своей паствы во время катехизации. У него есть много братьев и сестер. Если Бог зовет, я готов на это пойти. Бог говорит: «Если ты погубишь свою жизнь ради меня – ты ее сбережешь».

KYKY: Из-за того, что Бог тебя зовет, ты и решил дальше продолжать образование и быть священником?

М. К.: Да, я чувствую это божье призвание. Теперь я получаю образование учителя воскресной школы. Можно сказать, что это средне-специальное образование. А высшее уже будет в семинарии. Богу можно служить по-разному, и не будучи священником. Сейчас я считаю, что Бог призывает меня именно для этой жизни, священника и монаха. Я очень люблю детей, я не против, чтобы они у меня были. Но не мы выбираем, а нас выбирают. Если я очень захочу, я могу отказаться. И ко мне не придет ангел и не скажет: «Расстрелять!» Но если я не попробую, то буду жалеть об этом всю жизнь. Я чувствую, что костел – мое место, я готов отдать ему всю жизнь, и она не будет прожита впустую.

KYKY: А Папой хочешь стать?

М. К.: Кто не думал, чтобы стать Папой? Но это большая ответственность. Больше, чем у президента. Это больше миллиарда верующих, которые на тебя смотрят. Нужно управлять такой огромной структурой со своим мнением. Костел в Беларуси – это не костел в Испании или Саудовской Аравии, например.

Чтобы быть Папой, нужно быть дипломатом, чтобы балансировать и вести костел верным движением. Но это больше карьерный вопрос, а я просто хочу быть священником. Святым священником.

Краткий FAQ начинающего священника

Какая в костеле иерархия

Первая ступень – это диакон, это еще не священник. Он должен соблюдать целибат. Он служит и помогает священнику при литургии и в ежедневных обязанностях. После диакон становится священником или ксендзом в католическо-польской традиции.

Следующая ступень – епископ. После епископа идет градация. Есть епископы, управляющие епархией – церковной областью. Тадеуш Кондрусевич (Председатель Конференции католических епископов Беларуси) имеет титул архиепископа Минско-Могилёвской архиепархии. Есть еще кардиналы. Они тоже являются епископами. Это люди, которые ближе стоят к Папе. Папа – тоже епископ.

В чем разница между разными течениями христианства?

Когда мы говорим о католиках и греко-католиках (униаты — религиозное течение, распространенное в Речи Посполитой, «смесь» католичества и православия), то разница только в обряде: у католиков он западный, а в греко-католиков – восточный. Обе эти течения исповедуют Папу Римского и принадлежат к костелу.

Что касается православной церкви, то основное противоречие, из-за которого и произошел раскол в 1054 году — это Филиокве, происхождение Святого Духа. Католики говорят: «От отца и сына», а православные говорят: «От отца через сына».

Отличаются догматы – католики считают, что Дева Мария была непорочно зачата, а православные этого не признают. Мы все равно остаемся братьями, мы исповедуем одного Бога. Но причащаться вместе не можем. Что касается протестантов, то здесь и различий гораздо больше. Протестантских течений очень много: есть лютеране, есть англикане, есть баптисты, и у каждого своя точка зрения на христианство.

Какие книги читать тем, кто хочет понять христианскую веру?

Сейчас в мире царит мультимедийность, поэтому людям, которые хотят больше узнать о христианстве, особенно православным, я бы советовал посмотреть канал «Батюшка ответит» на YouTube. Его ведет православный священник. Этот канал направлен на обычную аудиторию, которая может не ходить в церковь, поэтому он рассказывает о вере простым языком.

Если человек хочет углубить свои знания, то почти при каждом храме или при церкви есть курсы катехизации, где человек может больше узнать о вере. И, конечно, не надо бояться спрашивать у священника. Также можно почитать «Катехизис» — этакий FAQ по церковным вопросам.

Как стать католическим священником?

Нужно быть сознательным католиком, служить в храме и помогать там, например петь в хоре не меньше трех лет. Потом необходимо обратиться к своему священнику, и он напишет тебе рекомендательное письмо. Потом – шестилетнее обучение в семинарии. За это время кто-то сам уходит, а кому-то говорят: «Нет, чувак, тебе нужно в обычный мир».

Где учиться на католического священника в Беларуси?

На ксендза можно учиться в Гродно и в Пинске. Если ты хочешь стать монахом, то специальное образовательное учреждение для этого в Беларуси не найдешь, поэтому желающие обучаются в Украине, Польше или Италии.

Какие предметы изучаются в семинарии?

Латынь, греческий, английский, польский язык в беларуских семинариях. Социальные науки, например о средствах массовой коммуникации. Есть, конечно, и религиозные дисциплины: нравственное богословие, догматическое богословие, социальное учение костела, священное писание, катехетика. Есть даже экономические науки, например бухгалтерский учет.