Авторы «Панамского архива» Бастиан Обермайер и Фредерик Обермайер, 7 апреля 2016 года, Мюнхен, Германия. Фото: Christof Stache / AFP / Scanpix

Книга «Панамский архив: рассказ о всемирном разоблачении» вышла в Германии 6 апреля, всего через четыре дня после того, как начался «панамагейт». Ее написали сотрудники Sueddeutsche Zeitung — именно с ними связался анонимный источник, передавший терабайты секретных документов о деятельности офшорных компаний. «Медуза» рассказывает, почему труд немецких журналистов Бастиана и Фредерика Обермайеров имеет все шансы стать учебником по журналистике.

В редакции Sueddeutsche Zeitung журналистов Бастиана и Фредерика Обермайеров называют «братьями Обермайерами», несмотря на то, что они — не братья, и фамилии их в немецком языке различаются. Обермайеры и раньше вели совместные расследования, поэтому когда на связь с одним из них вышел «Джон Доу» (анонимный информатор, предложивший журналисту большой массив данных о деятельности офшорных фирм), вопроса о том, с кем поделить работу, не возникло. Теперь «братья Обермайеры» написали книгу о том, как велась работа над «панамским архивом».

Чего меньше всего ожидаешь от мемуаров, написанных авторами главного журналистского расследования года? Например, признания в том, что история, которая привела к «панамагейту», началась в самых тривиальных обстоятельствах, почти «на деревне у бабушки». Рассказ Бастиана Обермайера выглядит так: вместе с женой и детьми он едет в гости к своим родителям, где все, кроме него, заболевают. Обермайер разливает больным чай, укрывает их одеялами, ходит в аптеку за лекарствами, и скучает, потому что никто не хочет играть с ним в футбол и гулять по лесу.

В один из таких ничего не обещающих вечеров ему приходит сообщение от «Джона Доу» — информатора, использующего принятый в англоязычном мире псевдоним для обозначения анонимности. «Джон Доу» предлагает Обермайеру взглянуть на интересные документы; тот сразу соглашается, чтобы история не уплыла к конкурентам, журналу Spiegel и газете Zeit. В последующие дни Обермайер продолжает ходить в аптеку и за продуктами, выходя на связь с информатором только когда все больные в доме ложатся спать.

По словам Обермайера, он доверился анонимному информатору из-за того, что тот сразу предложил ему документы. «У документов есть преимущество: они не важничают и не болтают просто так, у них нет цели и желания манипулировать. Документы просто есть, и их можно проверить. Каждую запись можно соотнести с реальностью», — объясняет он.

Кто был источником самой большой утечки данных в мировой истории, до сих пор неизвестно. Книга «братьев Обермайеров» тоже не отвечает на этот вопрос; более того, авторы признаются, что они сознательно сократили реплики «Джона Доу», чтобы не допустить случайных указаний на личность информатора.

Тем не менее, приведенных подробностей хватает, чтобы усомниться в популярных версиях о хакерах и «женском следе». Хакеров обвиняли сами владельцы панамской компании Mossack Fonseca, которые категорически отвергают вероятность слива данных от кого-либо из сотрудников компании. О «женской мести» писало издание Caribbean News Now — якобы бывшая сотрудница компании и по совместительству бывшая подруга одного из партнеров фирмы-регистратора передала данные журналистам — после того, как ее отношения с совладельцем Mossack Fonseca «плохо кончились».

Из реплик «Джона Доу» становится ясно, что информатор достаточно хорошо знаком с содержанием документов; хотя о некоторых из них он не знает вовсе. Так, например, в разговоре с журналистом источник с ходу называет несколько фирм, связанных с сирийским лидером Башаром Асадом, но удивляется, что в документах также фигурируют сын бывшего генсека ООН Кофи Аннана и родственники китайского руководства. Кроме того, как отмечает сам Обермайер, информатор, вероятно, знал, что россиянин Сергей Ролдугин — друг президента Владимира Путина, и появление этой фамилии в документах его очевидно «обеспокоило».

Любопытно, что информатор не просто слил весь архив данных немецким журналистам. «Джон Доу» по сути давал им наводки на конкретные истории, которыми следует заняться. Пакеты документов информатор сопровождал комментариями в духе «некоторые данные связаны с Россией», «часть PDF-файла будет особенно интересна немцам; ищите по ключевому слову Hans-Joachim», «мне кажется, среди этих документов упоминаются фирмы, связанные с сирийским диктатором Асадом». Кроме того, информатор активно интересовался ходом расследования и выражал недовольство тем, что подготовка публикации занимает слишком много времени: «Мне не нравится, что приходится так долго ждать. Почему бы не опубликовать это немного раньше? Например, в феврале? […] Мне бы хотелось, чтобы проект был более гибким».

Наконец, именно «Джон Доу» посоветовал немецким журналистам привлечь к расследованию «крупного англоязычного партнера вроде The New York Times или похожего калибра». Информатор объяснил свое пожелание тем, что публикаций в немецких СМИ будет явно недостаточно. Предложение Обермайера привлечь партнеров Sueddeutsche Zeitung, с которыми газета сотрудничала раньше («Би-Би-Си», The Guardian и Washington Post) «Джона Доу» устроило.

Вместе с тем, некоторые реплики информатора, приведенные в книге, свидетельствуют о том, что долгосрочного плана действий у него не было. Так, например, однажды источник спросил у Обермайера, в какие страны ему точно не следует обращаться за убежищем. «Пожалуй, в Китай. В документах упоминаются шурин действующего президента и дочь бывшего премьера», — отвечает Обермайер. «Правда? Вау, мне не было об этом известно, — удивляется источник. — Впрочем, я и так не собираюсь ехать в Китай. И я точно не буду сидеть в московском аэропорту как [Эдвард] Сноуден. Ехать в Россию теперь, похоже, очень плохая идея».



Автор книги отмечает, что чем дальше развивалось журналистское расследование, тем больше напряжения чувствовалось в действиях информатора. Сначала он говорит о желании рассказать о расследовании своим родственникам и друзьям — на случай, если с ним что-то случится. Потом выражает беспокойство за журналистов, чьи фамилии появятся под статьями о «Панамском архиве». При обсуждении переноса сроков публикации источник вдруг говорит: «[Запланировано] на начало года? Кто знает, будем ли мы все еще живы». «Будем. Будем», — отвечает ему журналист.

Любопытна глава, посвященная основателю фирмы-регистратора, гражданину Германии Юргену Моссаку (о его судьбе, кстати, особенно переживает информатор). Попытка разобраться в его биографии привела Обермайеров к любопытному открытию: отец Моссака после Второй мировой войны работал журналистом и в этом качестве сотрудничал с Интерполом во время расследования о контрабанде автомобилей в Европе. «Какая ирония, что через пару десятков лет его сын будет помогать людям гораздо хуже контрабандистов регистрировать офшоры и заметать свои следы», — заключает Обермайер.

Богатая фактурой книга о «Панамском архиве» — почти детектив, почти мемуары, но прежде всего, это учебник по журналистике для широкого круга читателей. Авторы книги скрупулезно описали процесс работы над расследованием, упомянув в своем рассказе и друга Путина, и чиновников ФИФА, и Муаммара Каддафи, и исландского премьера. В итоге получился текст, который, с одной стороны, вдохновит журналистов, а с другой — объяснит скептикам, зачем нужна на самом деле эта профессия.

Книга «Панамский архив: рассказ о всемирном разоблачении» опубликована на немецком языке и продается с 6 апреля. Ее можно купить в интернет-магазинах, например, на Amazon.

Ольга Кузьменкова