Герасименко

Как можно коллекционировать стулья? Куда вы их ставили? Друг на друга? У вас был большой дом?

Рейтер

Примерно такой же, как сейчас. Были разные там табуретки, из парикмахерской табуретки, такие, сякие. В Голландии очень приятно коллекционировать мебель. Там ее очень много, она дешевая, красивая. Мы даже собирали что-то с улиц, я помню. Потом у нас был такой палисадник, мы тоже туда много чего ставили, всякие кресла. Да, и пепельницы. Я на тот момент, поскольку была совсем дура дурацкая, еще коллекционировала фотоальбомы.

Герасименко

Хорошо, что ты раньше мне об этом не говорила.

Рейтер

Они хорошие на самом деле фотоальбомы.

Герасименко

В смысле, пустые фотоальбомы?

Рейтер

Нет, конечно. Фотоальбомы фотографов.

Герасименко

А я подумала, просто фотоальбомы.

Рейтер

Нет. Ну, я не знаю, например, Родченко. Правда, я Родченко терпеть не могу теперь. Я его любила раньше, пока не узнала, что он, сволочь такая, ездил фотографировать на Беломорканал. Я его сразу разлюбила.

Герасименко

А я нет, я до сих пор люблю.

Рейтер

Это хорошо. А для меня, видишь, все-таки это важная история оказалась.

Герасименко

А ты бы не поехала?

Рейтер

На его месте? Туда? Тогда? Зная все это?

Герасименко

Неинтересно бы было?

Рейтер

Опять же, это сложный вопрос. Я не знаю, как бы я себя повела на его месте. Я надеюсь, что не поехала бы. По крайней мере, я надеюсь, что если бы я и поехала, то, как минимум, чтобы снять, как оно все было на самом деле.

Герасименко

Про хобби почему спросила. Как думаешь, нормально забивать на всё, кроме работы? То есть, иногда мне кажется, что работа — это твой такой наркотик, и ты зависима.

Рейтер

Мой? Не только мой, во-первых. Твой тоже.

Герасименко

Ты опять переводишь стрелки? Я тут вопросы задаю сегодня.

Рейтер

В общем, забивать на все — это совершенно неправильно. Я, когда уходила из РБК, как раз жаловалась, что у меня совершенно неправильно выстроена парадигма или как это называется... пирамида?

Герасименко

Маслоу перевернутая?

Рейтер

Нет, неправильно выстроена вся моя жизнь, потому что для меня всегда и очень долго самым важным была работа. Надо отдавать себе в этом отчет, по-честному, что да: работа, а потом дети, муж, собака, черепаха.

Герасименко

Родители!

Рейтер

Точно. Дети, родители, муж, домашние животные. А прежде всего — работа. И было такое сто миллионов раз, когда ребенок заболел, а у меня интервью — ну и что, не отменять же.

Герасименко

Сам полежишь.

Рейтер

Моя мама приедет, с тобой посидит. Мне кажется, это, конечно, неправильно. С другой стороны, я не знаю, как правильно, потому что моя мама тоже работает. Но она умудряется как-то это делать не в ущерб семье. Я не знаю, как, почему у нее это вышло, но у нее получается. Может, у нее работа другая? Я в том смысле, что у нас же в этом плане довольно ненормированная и странная работа. Мы работаем по выходным, а иногда в будни просто лежишь кверху пузом — и так три дня.

Герасименко

Должен ли журналист скрывать свои политические взгляды?

Рейтер

От кого? От родителей? От детей?

Герасименко

От публики.

Рейтер

Еще один сложный вопрос, я не знаю, если честно. Не знаю, правда. Затрудняюсь с ответом. С одной стороны, наверное, он не должен, но я так делала, конечно.

Герасименко

Скрывала?

Рейтер

Ну, меня был источник, совершенно упоротый коммунист, сталинист. Понятно, что я: а) не коммунист и б) ни разу не сталинист.

Герасименко

Вот ты и открыла свои политические взгляды.

Рейтер

Да, тебе открыла. Но, надо сказать, что я ему говорила, каких я убеждений, каких взглядов. Иногда ты это не так открыто проговариваешь, наверное. Не знаю, мне правда сложно ответить на этот вопрос. Серьезно.

Герасименко

Смотри, ты сидела в любимой многими стране Голландии.

Рейтер

Почему любимой многими? Потому что дуть можно? Дуть быстро устаешь, правда. Я не знаю, что вы все любите Голландию. Нет, это хорошая страна, милые голландцы. Для читателей хочу сказать, что дуть надоедает очень быстро без компании.

Герасименко

Я люблю Голландию за умение на трех клочках государство построить.

Рейтер

Это правда. Моя мама, которая работает с гидрогеологами, когда приезжает в Голландию, говорит: «Бедные люди, как они здесь живут». А все там видят заливные луга, коров, сыр. Что меня поражало: у них обязательный урок, как у нас русский и литература, — плавание. Они сдают экзамен по плаванию. Не знаю, как сейчас — но мой муж сдавал такой экзамен. Там несколько минут сидишь в холодной воде в одежде. Потому что всегда есть риск наводнения.

Герасименко

В общем, ты сидела в одной из самых успешных стран Евросоюза. Дом, дочь, вторая дочь, муж-иностранец, дворик, палисадник. Почему ты вернулась?

Рейтер

Потому что мне там совершенно нечего было делать, потому что я профессионально деформированный человек. Я, пока не уехала в Голландию, вообще серьезно журналистикой не занималась. И когда я сидела в Голландии, я тоже была таким странным фрилансером. Что-то делала для «Радио Свободы», например. Тогда Милошевича судили, еще правительство Нидерландов постоянно уходило в отставку. Они такие, честные, — в любой непонятной ситуации уходи в отставку. Королева одобряет. И так было несколько раз. Хлебное было занятие — писать про отставку правительства Нидерландов. Плюс к этому я занималась каким-то совершенно ужасным делом. Я писала про каких-то актрис в Cosmopolitan.

Герасименко

Я студенткой очень много писала, как правильно вести здоровый образ жизни. Сидела по ночам в своей комнате, курила в окно, пила кока-колу, ела хлеб и писала, что надо пить много воды, не употреблять фастфуд и высыпаться.

Рейтер

Я гороскопы в «Афише» писала.

Герасименко

Я писала рифмованные стихи, поздравления в открытки, которые продавались потом в книжных.

Рейтер

У меня круче гороскопов ничего не было. Реклама колготок с лайкрой по сравнению с ними была ерунда. Гороскопы я, конечно, выдумывала из головы.

Герасименко

Я думала, ты раскидывала по небесам.

Рейтер

Что я могу раскинуть по небесам? Себя я могу только раскинуть по небесам. И то в нетрезвом состоянии. Писала я их блоками, на несколько месяцев вперед.

Герасименко

А кто-то же верил!

Рейтер

Да. Например, в «Афише» тогда работала удивительно стильная, умная, красивая девушка Юлия Выдолоб. Великолепно одетая, всегда такая очень воспитанная. Я на ее фоне — просто хабалка. И она в какой-то момент в «ЖЖ» написала: «Как мне нравятся гороскопы у „Афиши“, у меня всегда всё совпадает». А ей кто-то пишет: «Юль, так это ж Света Рейтер пишет». А надо понимать, что если есть какая моя противоположность, то это Юлия Выдолоб. Это тихая, удивительно изящная, спокойная — все в превосходной степени. И у нее удивительно была острая, правильная, живая реакция. Она говорит: «О нет, только не Света Рейтер, я не хочу жить, как пишет Света Рейтер».

Герасименко

Отвлеклись.

Рейтер

Почему я уехала? Потому что мне там было скучно. Мне там было нечего делать.

Герасименко

А муж не был против? Это же его родина, там его родители.

Рейтер

Он уехал со мной. Муж был «за» на самом деле, потому что муж у меня в этом плане очень хороший человек. У него спокойный характер, он понимал, что я скучаю. Не потому, что у меня не было работы — она у меня какая-то там была. Я была редактором, была продавщицей в магазине.

Герасименко

Что продавала?

Рейтер

Одежду, как это ни парадоксально.

Герасименко

А, ты же модный редактор.

Рейтер

Я была модным редактором, но продавала я одежду в каком-то полубутике или недобутике. А потом я редактировала в издательстве налоговые кодексы разных стран.

Герасименко

Но ты когда ехала в Россию, ты знала уже, что будешь журналистом?

Рейтер

Да, конечно, конечно. Кем еще я могу быть.