Кислород для монстра Гарри Каспаров: Россия давно уже миновала ту точку невозврата, после которой перемены без потрясений уже невозможны

До так называемых "парламентских выборов" в России осталось меньше двух недель, так что уже можно сделать определенные выводы из происходящего на наших глазах. То, что мы наблюдаем сейчас, указывает не просто на бессмысленность, а на конкретный вред от участия оппозиции в "выборах" с точки зрения противостояния путинскому режиму.

Уже не первый год абсолютно очевидным является тот факт, что процедура, именуемая в России выборами, не имеет никакого отношения к решению вопроса о власти, а является лишь имитационным механизмом, придающим режиму видимость легитимности. Несмотря на это, снова и снова политики, именующие себя оппозиционерами, стремятся принять участие в этом процессе, не понимая или делая вид, что не понимают, что тем самым они вольно или невольно работают на руку Кремлю, способствуя вовлечению российских граждан в политический процесс, результат которого предрешен заранее. Поступая таким образом, они паразитируют на вполне по-человечески понятном стремлении общества верить в возможность перемен без потрясений. Проблема, однако, в том, что Россия давно уже миновала ту точку невозврата, после которой перемены без потрясений (в том числе посредством электоральных процедур) уже невозможны, более того, чем дольше продлится агония нынешнего режима, тем более масштабные потрясения Россию ожидают. Своими рассуждениями о важности участия в выборах "оппозиционеры" поддерживают у людей ложные надежды, тем самым препятствуя каким бы то ни было переменам в принципе.

Доводы, приводимые сторонниками участия оппозиции в электоральных играх в поддержку своей позиции, полностью игнорируют существующую в стране политическую реальность и в особенности изменения, произошедшие за последние несколько лет.

Необходимо констатировать, что путинский режим практически завершил трансформацию из так называемого режима гибридного типа в полноценный тоталитаризм.

Понимаю, что данный тезис может быть воспринят скептически, поскольку тоталитаризм в обыденном сознании ассоциируется прежде всего с массовыми репрессиями. Однако в действительности основным характеризующим признаком тоталитарного режима является стремление властей контролировать не только действия граждан, но и их мысли. Достаточно ознакомиться со статистикой приговоров за "мыслепреступления", такие как публикации и "лайки" в социальных сетях, а также понаблюдать за интенсивностью "промывания мозгов" пропагандистской машиной, чтобы убедиться, что тоталитаризм для России — суровая реальность. Использование же выборов в качестве инструмента политической борьбы в условиях тоталитаризма невозможно по определению.

Более того, в тех случаях, когда система по каким-либо причинам дает сбой и не отфильтровывает на входе человека, представляющего реальную для нее угрозу, в ход идут более радикальные методы: примеры лишенных депутатских мандатов Геннадия Гудкова, Ильи Пономарева и Льва Шлосберга, а также трагическая судьба мэра Ярославля Евгения Урлашова демонстрируют абсолютную бессмысленность разговоров про "возможность влиять на режим изнутри".

Важно также понимать международно-правовое значение грядущих выборов. Впервые в новейшей российской истории федеральные выборы будут проводиться на аннексированной территории: в Крыму и Севастополе. Уже сейчас очевидно, что Кремль будет стремиться использовать эти выборы в качестве инструмента легитимизации осуществленной аннексии. Любые возможные заявления со стороны как отдельных государств, так и международных организаций о признании результатов выборов будут в публичном пространстве интерпретироваться российскими властями как косвенное признание принадлежности Крыма и Севастополя России. Логика здесь простая: признание легитимности выборов означает признание их легитимности на всей территории, на которой они проводились, включая Крым и Севастополь, а признание легитимности выборов в российскую Государственную думу на территории Крыма и Севастополя означает признание этих территорий частью Российской Федерации.

Соответственно, крайне важно, чтобы международное сообщество не признало результаты предстоящих выборов.

В такой ситуации участие в электоральных процедурах равносильно соучастию в легализации краденого. Попадание же (возможное только с санкции властей) в Думу нескольких оппозиционных депутатов сделает ситуацию еще хуже, так как, ко всему прочему, позволит Кремлю использовать эту ни на что не влияющую "оппозицию" на международной арене в качестве псевдодемократического фасада, прикрывающего тоталитарную природу режима.

В условиях, когда российская власть при помощи репрессий и манипуляций ликвидировала практически все внутренние угрозы, едва ли не единственным способом изменения ситуации становится давление извне. Важную роль здесь играют международные санкции, введенные как в отношении Российской Федерации в целом, так и в отношении ряда лиц и организаций, играющих ключевые роли в путинской России. Стоит ли говорить, что антипутинские санкции были приняты и продлеваются не сами по себе, а являются результатом серьезной планомерной работы с истеблишментом и общественным мнением на Западе. В ходе этой работы приходится преодолевать колоссальное сопротивление многочисленных путинских лоббистов.

В Кремле прекрасно понимают, что решающее сражение, от исхода которого зависит выживание режима, ведется именно на Западе. Путин и его ближайшее окружение извлекли свои уроки из истории, в том числе самый главный урок: когда диктаторские режимы терпят чувствительное внешнеполитическое поражение (причем не обязательно военное), это почти всегда оборачивается крахом самого режима.

Поэтому на борьбу за отмену существующих и против введения новых, более жестких, санкций брошены все ресурсы, как материальные, так и политические. Памфилову поставили руководить Центризбиркомом не для того, чтобы отменить результаты выборов в Барвихе, а для того, чтобы повысить политическую капитализацию путинской агентуры на Западе. Имитация демократических процедур внутри страны призвана придать налет респектабельности режиму на внешнеполитической арене.

Те, кто, не имея об этом внешнеполитическом противостоянии ни малейшего представления, с криками "зато мы хоть что-то делаем" включаются в электоральные игры, делают таким образом неоценимый подарок Кремлю и его агентам влияния на Западе.

Сегодня довольно сложно сформулировать четкий алгоритм, реализация которого могла бы в обозримом будущем привести к ликвидации путинского режима, но для начала необходимо как минимум отказаться от действий, этот режим укрепляющих.

Гарри Каспаров