«Я не могу полностью отнести себя к левым. В Америке левое движение стремится только к тому, чтобы все были одинаково нищими. А можно было бы попробовать обеспечить всем адекватный базовый уровень жизни. Если тебе нравится веселиться и хорошо одеваться, в глазах левых ты просто пустышка, — Даша выдерживает паузу и с усмешкой добавляет: — Для такого мы слишком утонченные натуры».

Девушки смеются. Восходящие звезды медийной тусовки Нью-Йорка, авторы подкаста Red Scare («Красная угроза») Даша Некрасова (28 лет) и Анна Хачиян (34 года) сидят со мной за столиком ресторана «Русский самовар», зажатого небоскребами манхэттенского мидтауна. Меню заведения составили будто специально для них: помимо очевидных «Московского мула», «Русской красавицы» и «Зимней вишни» в список напитков попали «Кровавая Даша» и «Крепостной мартини». Когда подходит официантка, Даша заказывает первый, а Анна — второй.

Обе девушки — дети эмигрантов из Советского Союза. Анна родилась в Москве, но уехала с родителями в США, когда ей исполнилось четыре; Даша родом из Беларуси, переехала с семьей в три. Несмотря на то что происхождение — часть эстетики их подкаста (на его обложке название продублировано кириллицей — «Ред Скер»), ни Анна, ни Даша не были на родине, по‑русски говорят только с родителями, и с русской культурой их мало что связывает. Происхождение позволяет им позиционировать себя аутсайдерами, наблюдателями извне. Тем не менее девушки ощущают себя русскими. Для них это означает не только сентиментальную связь с гречневой кашей и мультсериалом «Ну, погоди!», но и более тонкое видение мира, способность воспринимать его серые зоны. Общественный дискурс в США, который девушки называют «основным культурным экспортом страны», по их мнению, делит все проблемы на «черное» и «белое».

Формально Red Scare — это критический анализ феминизма и капитализма. На деле это «Крепостной мартини»: смесь разговоров о политике и культуре с элементами философии и экономической теории, переплетающиеся с интернет-мемами. Ведущие сочетают злободневную повестку с легкомысленностью поп-культуры так, что стираются границы между шуткой и серьезным.

За последний год не было ни одного социального тренда или общественной дискуссии, над которой они бы не иронизировали. В одном эпизоде писательницу и сценариста сериала «Девочки» Лину Данэм они окрестили «своим любимым человеком-погремушкой». Обсуждая, виновен ли Вуди Аллен в растлении малолетних (по их мнению — не виновен), они называют Мию Фэрроу «нарциссической мегерой», а ее сыну Ронану Фэрроу — журналисту, опубликовавшему расследование о домогательствах Харви Вайнштейна, — приписывают эдипов комплекс.

Обсуждая феминизм, авторы Red Scare заявляют: «Феминистки говорят, что мужчины ведут себя враждебно и агрессивно, но на самом деле женщин бесит мужская пассивность и импотенция». Движение #MeToo, на их взгляд, это «сексуальный джихад», «буржуазная эсхатология», защищающая исключительно интересы представителей элиты. Девушки напрочь отказываются от политкорректности и используют слова вроде gay («гейский») и retarded («умственно отсталый») для уничижительных описаний. При этом Анна и Даша настаивают на том, что не пытаются кого-либо провоцировать.

Девушки познакомились в Twitter. У них схожи и политические убеждения, и негодование по поводу того, в каком направлении движется феминистский дискурс. По их мнению, после выборов 2016 года и поражения Хиллари Клинтон этот дискурс принял форму агрессивной рекламы, навязывающей женщинам капиталистическую версию успеха. «Идея того, что нужно стать лидером, пробить стеклянный потолок, и только в этом мы найдем спасение, мне всегда казалась пустой», — поясняет Даша. Девушки верят в разницу между полами: «Сегодня мужчины и женщины забыли, что им нужно дополнять друг друга, а не соревноваться». Даша добавляет: «Если следовать определению, что феминизм — это вера в равенство мужчин и женщин, я — не феминистка. Потому что думаю, что женщины лучше мужчин».

Ведущих часто упрекают в нигилизме. Большой материал издания The Cut называется « Red Scare ни на что не опирается », а рецензия на Podcast Review (принадлежит Los Angeles Review of Books) озаглавлена «Преступление Red Scare — нигилизм». Но если что-то и способно действительно задеть девушек, так это обвинение в равнодушии: «Наша риторика полна иронии и кому-то может показаться циничной, но нам точно не все равно».

Неравнодушие девушек к происходящему в мире особенно заметно в выпуске, вышедшем после принятия закона о запрете абортов в штате Алабама: в этот раз в эфире не прозвучало ни одной шутки, он полон отчаяния. «Вы верите в женщин-политиков, но не разрешаете женщине выбирать, что будет с ее нерожденным эмбрионом», — говорит Анна. «Я просто не верю, что кто-то действительно считает, что в этом заключается счастье. Это очень циничный политический ход», — соглашается Даша.

«Счастье невозможно в неолиберальном мире. Оно не наступит, пока не поменяется система координат», — заявляют девушки. Впрочем, даже в системе, не предусматривающей успех таких, как они, Анна и Даша преуспели. Red Scare собирает больше $12 000 в месяц на краудфандинговой платформе Patreon. Подкасту посвящена ветка на форме Reddit, где слушатели обсуждают каждый выпуск. Дизайнеры приглашают девушек пройтись по подиуму на Неделе моды. А Лина Данэм решила не обижаться, но написать твит в поддержку подкаста.

За год своего существования подкаст собрал широкую аудиторию: Red Scare слушают и бруклинские левые, и студентки из обеспеченных семей, и геи, и работники медиаиндустрии. Анна и Даша нашли свою нишу в пропасти между линейным дискурсом, транслируемым либеральными медиа, и действительностью, не вписывающейся в «черно-белый» формат. В каком-то смысле Red Scare — это самиздат XXI века для слушателей с пассивной гражданской позицией. Многие из слушателей признаются: подкаст вызывает в них дискомфорт и желание спорить с ведущими, но вместе с тем радость: Анна и Даша говорят то, на что у многих не хватает духу.

Анна пожимает плечами: «Мы просто говорим как люди, которые не занимаются самоцензурой». Даша добавляет: «Большинство вещей, которые кажутся среднему американцу оскорбительными, не задевают нас. Нас трудно обидеть, потому что мы русские».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

5 нескучных подкастов о журналистке и медиа, которые будут интересны не только журналистам

Коллаборация Esquire и подкаста «180 градусов»: аудиоинтервью с журналистом Иваном Сурвилло