Литературный критик Галина Юзефович рассказывает о трех увлекательных детективах, которые стоит прочитать этим летом: «Нож» Ю Несбе, «Тень за спиной» Таны Френч и «Вчера» Фелисии Йап.

Ю Несбе. Нож. СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2019. Перевод Е. Лавринайтис

Детективный цикл норвежского писателя Ю Несбе о сыщике-алкоголике Харри Холе устроен таким образом, что начинать знакомство с ним, в принципе, можно с любой книги. В этом смысле «Нож» — исключение из общего правила: если вы не следите за карьерой и личной жизнью Харри Холе хотя бы со времен «Снеговика», а главное, не успели проникнуться глубокой привязанностью к сквозным персонажам второго плана, вам едва ли удастся осознать истинно античный масштаб трагедии, разворачивающейся на страницах этого романа. Что же касается преданных и опытных поклонников цикла Несбе, то им стоит приготовиться к мощнейшей эмоциональной встряске: в «Ноже» (и это, пожалуй, единственный спойлер, который в данном случае можно себе позволить) сразу несколько важнейших героев, полюбившихся нам по предыдущим книгам, в силу разных причин скоропостижно сойдут со сцены.

Образумившийся, в прямом смысле слова протрезвевший и остепенившийся в счастливом браке Харри Холе (именно таким он предстал перед читателем в предыдущем романе «Жажда») многим показался скучноватым и слишком «нормальным». Если вы относитесь к числу этих многих, то не тревожьтесь: на сей раз герой Несбе основательно слетит с катушек, а алкоголь вновь станет едва ли не главным катализатором сюжета.

Выгнанный из дома бесконечно любимой женой (что именно стало причиной роковой и необратимой размолвки, читатель узнает лишь в самом конце), Харри вновь погружается в бездну пьянства. Однажды ему едва ли не впервые в жизни удается допиться до полного, стопроцентного беспамятства продолжительностью в целую ночь. Попытки восстановить, что же с ним произошло в момент беспросветной черноты, и выяснить, как он сам связан с совершенным в этот промежуток убийством, проведут Харри Холе через персональный ад сомнений, озарений и отчаянья.

По сравнению с относительно простой и линейной «Жаждой», предлагавшей читателю всего одну ложную развязку и одну-единственную линию-обманку, «Нож» — шаг назад, в сторону барочно-избыточных и великолепных ранних романов Несбе. В поисках правды Холе прорабатывает добрый десяток в высшей степени правдоподобных версий, каждая из которых строится как полноценный роман в романе, с драматичной завязкой, напряженной внутренней динамикой, рельефными героями и впечатляющей кульминацией. И даже сузив число подозреваемых до предела и, по сути дела, сконцентрировав все читательские подозрения на одной фигуре, Несбе ухитряется преподнести нам сюрприз, напоследок одним ловким движением разрушив им же выстроенный карточный домик из намеков, недомолвок и косвенных улик.

Хотя чисто по-человечески Харри Холе, вновь пускающемуся в одинокое нетрезвое плавание, можно только посочувствовать, читатель определенно в выигрыше: после непродолжительной пробуксовки наш любимец снова с нами и снова в превосходной (то есть изрядно проспиртованной и в должной мере отчаявшейся) форме.

В продаже с 6 июня

Тана Френч. Тень за спиной. М.: Фантом Пресс, 2019. Перевод В. Голода, И. Алюкова

Прошлый роман ирландки Таны Френч «Тайное место» поражал редким сочетанием изысканной литературности и крепкой детективной интриги. Пожалуй, то же самое можно сказать и о новом ее тексте — с поправкой на то, что на сей раз баланс немного сместился в сторону детектива. Если «Тайное место» читалось как роман о взрослении, юношеской дружбе и первой любви с криминальной линией в качестве приятного бонуса, то «Тень за спиной» — это все же в первую очередь детектив, отличающийся от типовых образцов жанра несколько большей психологической тонкостью и глубиной.

Повествование в нем ведется от лица молодого детектива Антуанетты Конвей, в то время как Стивену Морану — главному герою и рассказчику в «Тайном месте» — отведена второстепенная роль ее напарника, советчика и друга (все романы Френч из цикла о Дублинской полиции устроены по принципу спин-оффа — каждый следующий растет из предыдущего, но не напрямую, а как бы в сторону). Антуанетта — единственная женщина в отделе убийств, да к тому же вышла из самых низов общества, поэтому коллеги — сплошь уроженцы дорогих респектабельных районов, выпускники престижных школ — относятся к ней в лучшем случае настороженно, а в худшем — откровенно враждебно. Из-за непопулярности Антуанетты им со Стивеном вечно достаются самые скучные дела, а сама героиня пребывает в постоянном напряжении, граничащем едва ли не с паранойей. Она убеждена, что остальные детективы отдела спят и видят, как бы вышвырнуть ее на улицу, желательно предварительно подставив и опозорив.

Однако однажды напарникам улыбается удача. Дело об убийстве молодой миловидной женщины, поначалу кажущееся результатом банальных бытовых разборок, оборачивается чем-то гораздо более увлекательным. Похоже, в нем замешаны не то гангстеры, не то продажные копы, а вероятно, и те, и другие сразу, и теперь исход следствия зависит от того, решатся ли Стивен и Антуанетта рискнуть и, нарушив первую заповедь детектива, выступить против «своих».

Казалось бы, все уже и так непросто, но понемногу в истории начинает проступать второе — еще более зловещее — дно: убитая, которую полиция поначалу воспринимает как невинную и едва ли не случайную жертву, в действительности вовсе не так проста. В точку, где ее настиг убийца, девушку привела одержимость поисками своего исчезнувшего отца. И одержимость эта неожиданно отражается болезненным и неприятным узнаванием в Антуанетте — так же, как и убитая, она росла с одной лишь матерью, не зная даже имени мужчины, причастного к ее появлению на свет.

При некотором желании в «Тени за спиной» можно разглядеть почти гомеровский мотив Телемаха, ищущего отца, но обретающего лишь гнетущую пустоту, а также вдумчивое исследование душевных травм, неизбежно порождаемых подобной ситуацией (к их числу, бесспорно, относится и маниакальная подозрительность Антуанетты). Однако на сей раз Тана Френч аккуратно (и, кажется, вполне рефлексивно) удерживает себя в четко очерченных границах детективного жанра, так что если вам недосуг искать в ее романе сложные подтексты, глубинные слои и эмоциональные полутона, вам не составит труда их проигнорировать.

Уже в продаже

Фелисия Йап. Вчера. СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2019. Перевод Ф. Гуревич

Принято считать, что соотношение памяти и личности, памяти и любви, памяти и общественного блага, а также достоверность нашей памяти как таковой — темы серьезной литературы. Однако молодая писательница из Малайзии Фелисия Йап ухитряется интегрировать их в пространство литературы остросюжетной, получая на выходе потрясающий гибрид альтернативной истории, захватывающего триллера в лучших традициях Гиллиан Флинн и Полы Хокинс, а также философской притчи в духе Кадзуо Исигуро.

Англия в романе Йап похожа на привычную нам Англию во всем, кроме одного: все люди здесь делятся на две большие категории — моно и дуо. Дуо (их в стране порядка одной трети, и они составляют элиту общества) помнят два последних прожитых дня, в то время как моно (все остальные) способны удерживать в голове лишь один день. И те, и другие вынуждены ежедневно записывать важнейшие события собственной жизни в дневник — именно эти записи, которые они позднее заучивают наизусть и называют «фактами», формируют основу того, что моно и дуо знают об окружающем мире и о самих себе. Так называемая «полная память» здесь — удел подростков, а по достижении зрелости она отмирает к полному всеобщему удовольствию: способность запоминать все с тобой происходящее воспринимается и моно, и дуо как проклятие, неизбежно влекущее за собой деградацию, безумие и тотальную вражду.

Однажды на пороге известного писателя, а ныне еще и независимого кандидата в члены Парламента от Кембриджшира Марка Генри Эванса, дуо, и его жены, Клэр Эванс, моно, появляется детектив Ханс Ричардсон (моно, выдающий себя за дуо). Он явился сюда, чтобы поговорить с Марком об убитой женщине — привлекательной дуо, блондинке средних лет, тело которой полицейские выловили этим утром из соседней реки. Многое указывает на самоубийство: так, на женщине надет плащ, карманы которого набиты камнями (в точности так покончила с собой любимая писательница Марка Вирджиния Вулф). Однако детектив Ричардсон убежден, что на самом деле женщину убили и виновник ее гибели — не кто-нибудь, но Марк Генри Эванс собственной персоной.

Переключая фокус с одного героя на другого (повествование ведется попеременно то от лица самого Эванса, то от лица его жены, то от лица убитой женщины, дневник которой попадает в руки полиции, то от лица сыщика, ведущего расследование), Йап проведет читателя по сложной траектории, изобилующей неожиданными поворотами и скрытыми ловушками. Мир, кажущийся поначалу искусственным и образцово нереалистичным, понемногу наполнится жизнью, а ничтожная с нашей точки зрения разница между теми, кто помнит последние 24 часа, и теми, кто помнит 48, откроет героям почти безграничные возможности для многоступенчатых манипуляций и злодейства.

Детективные романы, построенные на амнезии (подлинной или мнимой) одного из персонажей, не так редки — достаточно вспомнить «Ловушку для Золушки» Себастьяна Жапризо или «Прежде, чем я усну» Cи Джей Уотсона. Однако Йап впервые конструирует целый убедительный и органичный мир, основанный на ограниченности памяти, и ухитряется впихнуть в этот мир по-настоящему захватывающий детективный сюжет.

Выйдет до конца мая

Галина Юзефович