Как стало известно "Ъ", Россия проиграла длившийся почти десять лет судебный процесс, инициированный экс-акционерами ЮКОСа. Третейский суд в Гааге счел, что Россия нарушала Энергетическую хартию, и фактически признал нефтекомпанию экспроприированной. Group Menatep Limited (GML), представляющая интересы Леонида Невзлина, Владимира Дубова и других (Михаил Ходорковский традиционно дистанцируется от процесса), требовала возмещения $114 млрд, но суд оценил потери примерно в $50 млрд. Источники "Ъ" называют решение политическим и считают, что Россия попытается аннулировать его. В GML готовы взыскивать положенные ей средства принудительно.

Глава GML Тим Осборн в пятницу сообщил ИТАР-ТАСС, что сегодня утром будет опубликовано решение постоянной палаты третейского суда в Гааге по иску бывших акционеров ЮКОСа к России. Источники "Ъ", знакомые с ходом процесса, рассказали, что суд 18 июля единогласно принял решение удовлетворить иск GML, признав, что Россия нарушила Энергетическую хартию (международный документ, принятый в 1991 году как политическая декларация об энергетическом сотрудничестве, поддержан странами ЕС и рядом других государств; в 1994 году к ней был подписан юридически обязывающий договор, в котором приводились правовые нормы инвестиций в ТЭК) и экспроприировала активы ЮКОСа. GML оценивала свои потери в $114 млрд, но ей присудили $50,02 млрд. Кроме того, Россия должна оплатить издержки судебного процесса в размере $65 млн. Представители сторон вчера обсуждать решение суда не стали. Источники "Ъ" поясняют, что стороны договорились не комментировать ситуацию вплоть до объявления итогов 28 июля, взяв время на ознакомление с более чем 500-страничным решением. Собеседники "Ъ" считают, что Россия будет в любом случае пытаться обжаловать вердикт суда.

Судебный процесс начался в 2005 году. В 2003 году государство выдвинуло против ЮКОСа обвинения в неуплате налогов, президент и основной акционер компании Михаил Ходорковский был арестован (осужден за мошенничество в 2005 году, помилован и выпущен на свободу в декабре 2013 года). В конце 2004 года через аукцион за 263 млрд руб. ($9,3 млрд на тот момент) был продан основной актив ЮКОСа, "Юганскнефтегаз" (сейчас принадлежит "Роснефти"). В 2005 году Михаил Ходорковский продал своим партнерам долю в GML, и она стала контролировать 70,5% ЮКОСа. От всех судебных разбирательств вокруг компании бизнесмен с тех пор дистанцировался, на прошлой неделе его представители утверждали, что к текущему процессу господин Ходорковский не имеет никакого отношения. Владельцами GML считаются Леонид Невзлин, Владимир Дубов и ряд других.

В судебном процессе GML представляла интересы кипрских Yukos Universal и Hulley Enterprises (непосредственные владельцы акций ЮКОСа), затем к ним присоединился траст Veteran Petroleum. В качестве арбитра Россия выбрала американца Стивена Швебеля, GML — швейцарца Шарля Понсье, а третьим судья назначила канадца Ива Фортье. Интересы России защищали американские Cleary Gotlieb и Baker Botts, а GML — французская Shearman & Sterling. При подаче иска GML оценила свои потери в $28,3 млрд, но затем требования возросли. В ходе процесса, рассказывают источники "Ъ", российская сторона пыталась "уделять больше внимания фактам", а GML "создавала картинку". "У России почти не было свидетелей, у GML — много и все политизированы",— утверждает один из собеседников "Ъ". В частности, в суде, помимо Леонида Невзлина, выступали топ-менеджеры ЮКОСа Жак Косьюско-Моризе, Франк Ригер, Брюс Мизамор, Стивен Тиди и даже бывший помощник президента России Андрей Илларионов.

По словам источников "Ъ", фактически процесс разделился на два этапа. До 2009 года представители России пытались, с одной стороны, доказать, что данный суд вообще не может рассматривать иск GML, а с другой — что страна не нарушала Энергохартию. В первом случае речь шла о том, что граждане страны могут судиться с ней только в ее судах, то есть в данном случае в российских. Энергохартию в 1994 году подписал премьер РФ Виктор Черномырдин, но Госдума ее так и не ратифицировала.

Документ применялся на "временной основе", говорили представители РФ, то есть только в частях, которые не противоречат Конституции РФ и другим российским законам. "Но ни один аргумент российской стороны тогда услышан не был. Складывалось ощущение, что РФ сразу признали виновной",— говорит один из собеседников "Ъ".

В итоге в 2009 году суд начал рассмотрение дела по существу, по сути приняв как факт, что Россия обязана применять Энергохартию, говорят собеседники "Ъ". На этом этапе представители GML утверждали, что налоговые требования к ЮКОСу, следствием которых стало его банкротство (конкурсное производство завершилось в 2007 году), "были предъявлены с целью отобрать компанию". Юристы РФ доказывали, что экспроприации (ст. 26 Энергохартии защищает инвестиции в ТЭК от претензий правительств стран) не было, а для банкротства ЮКОСа имелись законные основания. GML в качестве примера приводила переход "Юганскнефтегаза" под контроль "Роснефти", доказывая, что прямую выгоду от этого получило государство. Суд признал действия властей РФ "полномасштабной атакой на ЮКОС и его владельцев с целью обанкротить компанию", хотя и согласился с тем, что она пыталась уклониться от полной выплаты налогов через "подставные" структуры в Мордовии.

При этом, подчеркивают источники "Ъ", суд не учел одну из статей Энергохартии, по которой решения о налоговых спорах должны принимать правительства стран, где зарегистрированы компании (Россия, Великобритания и Кипр), назвав это "пустой тратой времени". Заслушать специалистов по российскому налогообложению суд отказался, решив разбираться в фискальной системе самостоятельно, хотя и признал отсутствие у себя экспертизы в этом вопросе. Также суд не принял во внимание решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) по двум сходным искам акционеров ЮКОСа (см. "Online") о справедливой компенсации РФ за неуплату налогов, говорят собеседники "Ъ".

Вызывает у российской стороны вопросы и методика расчета убытков. Предложенную истцами суд отклонил и утвердил свою, не объяснив сторонам деталей. По словам собеседников "Ъ", сумма $50 млрд включает стоимость 70,5% ЮКОСа на момент окончания конкурсного производства в компании в 2007 году, оцененную на базе биржевых индексов нефтегазовых компаний в $61 млрд (стоимость доли GML — $42,6 млрд) плюс потенциальные дивиденды в размере $52 млрд, которые GML могла получить в 2003-2014 годах. Признав, что действия ЮКОСа все же могли "частично" привести к банкротству, суд вычел из получившейся суммы 25%. "На 2007 год суд оценивал уже несуществующую компанию. Если нарушения, как определил суд, были в 2004 году, логично рассчитывать убытки с учетом оценки компании на тот момент, то есть на уровне $22 млрд. И к 2007 году ЮКОС уже не мог платить дивидендов",— говорит один из собеседников "Ъ".

По решению суда, так как присуждена "существенная сумма", у России есть время на выплаты до 15 января 2015 года, после чего начнут начисляться проценты. Также в течение 10 дней с 28 июля Россия может обратиться в суды Голландии, на территории которой рассматривался иск, с заявлением об аннуляции решения, говорят собеседники "Ъ". Скорее всего, РФ будет апеллировать к тому, что доводы одной из сторон не были заслушаны, то есть решение "нарушает порядок и основы нравственности". В GML не ждут легкой победы. "Мне кажется, что Россия воспользуется всеми юридическими возможностями для оспаривания решения суда",— заявил вчера "Ъ" Тим Осборн. Сама же GML, по его словам, будет "добиваться выплат в принудительном порядке", если Россия не расплатится в установленный судом срок.

Юрист международной компании, работавшей с GML, полагает, что решение суда стало во многом очевидным уже в 2009 году, когда он начал рассматривать иск по существу. "Тогда был послан важный сигнал, представители РФ могли сесть за стол переговоров, но продолжили разбирательство, хотя во многом оно уже стало техническим",— считает собеседник "Ъ". Процедурный аргумент о том, что иск должен был подаваться в России, он не считает состоятельным, поясняя, что международные суды часто рассматривают иски граждан к своим странам, это "сложившаяся практика". Руководствоваться решениями ЕСПЧ, добавляет юрист, суд также не был обязан, хотя и мог принять их к сведению. В то же время, добавляет управляющий партнер адвокатского бюро "Дмитрий Матвеев и партнеры" Дмитрий Матвеев, западные страны относятся к "делу ЮКОСа" сильно политизированно, что явно стало одним из серьезных факторов для решения суда.

Кирилл Мельников, Кирилл Сарханянц