Знаете, какой самый вкусный на свете шоколад? Советский. До сих пор помню волшебный запах и вкус черного «Юбилейного» и молочной «Чайки». И самые вкусные мандарины – советские. В солнечной Абхазии взращенные. И многое другое такое же вкусное я помню…

Феерический вкус «Юбилейного» из 1984 года вызван не тем, что он был качественнее нынешнего «Рошена» или «Свиточа» – вовсе нет. Вкусен он был потому, что плитка его стоила 3 (три) рубля – фантастическая для меня, двенадцатилетнего мальчишки сумма. Был и дешевле, но уж очень красивая у этого этикетка. А молочная “Чайка” – рубль и десять копеек. Тоже не особо разгонишься.

До сих пор перед глазами стоят искусно выложенные в витринах пирамиды из этого шоколада, на которые мы с друзьями смотрели во все глаза, а потом, вздохнув, просили у продавца сто граммов карамели «Сливовая».

Мне шоколад доставался раза два в год – на Новый год точно. Не всегда, но было. Потому, что на три рубля вместо одной шоколадки можно было купить два килограмма карамели или целый килограмм помадок в т. н. кондитерской глазури.

И уж если дядя Митя, который жил в Мариуполе, извините, тогда – в Жданове, приезжал в гости и привозил в подарок шоколадку – это был праздник. Мы разламывали плиту на дольки и медленно смаковали каждую, сгрызая тонким слоем, словно белочки.

Почему родители не покупали нам шоколад? Потому что у мамы моей, бухгалтера совхоза, зарплата была 70 рублей, а у отца, который трудился там же механиком – то ли 110, то ли 115. А нас в семье – трое детей. И еще бабушка, которой щедрое народное государство выделило «колхозную» пенсию в 28 рублей.

Поэтому когда я слышу стенания о том, как хорошо жилось в Союзе, охватывает злость. Не за ложь – в СССР действительно было немало тех, кто был материально неплохо обеспечен: шахтеры, металлурги, рабочие «военных» заводов, ну и, конечно, партийно-советская номенклатура с их спецпайками, премиальными доплатами, спецраспределителями и спецсанаториями.

Злость у меня вызывает воспоминание о несправедливости. Ну, почему родная партия смогла обеспечить жизнь только тех, кто трудился в конечном счете на производство танков и ракет, а моего отца, выращивавшего огурцы, помидоры и капусту для всей страны – нет?

Почему на всех не хватало «Жигулей»? В проклятом капитализме машин было больше чем людей, а у нас десятилетние очереди на вожделенную «Копейку»? Почему моему отцу пришлось копить двадцать лет, выращивая свиней на рынок, чтобы к сорока годам купить подержанный «ИЖ-Комби»?

Но мы все же принадлежали еще к привилегированному сорту советских граждан, ибо жили хоть и в сельской местности, но всего в двух километрах от города, причем города на Донбассе. Что это значит? Это значит первая категория снабжения. Это – счастье. Ибо существовали еще и вторая и третья.

Из третьей категории (Алексеевский район Белгородской области) наша семья сбежала когда мне было 8 месяцев. Попав в первую категорию, как сейчас вспоминает моя мама, ей казалось, что она очутилась в коммунизме. Настоящем. Бабушка наша тогда впервые в жизни увидела торт. Магазинный, со сливочным кремом.

О категориях снабжения слышали все. В СССР их было четыре. «Особая» категория – для Москвы, Ленинграда и столичных городов некоторых союзных республик. Первая – для Донбасса, Кузбасса, промышленных центров, районов Севера и Дальнего Востока. Вторая – для малых и неиндустриальных городов. Ну и последняя, третья – для остального огромного большинства советских граждан.

Третья категория означала, что в магазинах не было ничего, кроме кильки в томате, морской капусты, перловой крупы и черного мокрого хлеба, который завозили два раза в неделю.

Категории эти были установлены Отцом народов, лучшим другом физкультурников и гением всех времен и народов тов. И. В. Сталиным еще в 1931 году, да так до кончины СССР и просуществовали.

Вдумайтесь: самое человечное государство в мире, оплот мира и гуманизма, в котором власть находилась в руках трудящихся, официально поделило этих самых граждан на категории. На сорта.

Только не надо мне говорить здесь «А вот сегодня… Мы все нищие…»

Да, сегодня многие люди живут бедно. Но они хотя бы имеют возможность при наличии энергии, знаний, сноровки, таланта свое положение улучшить. Подработать. Открыть небольшой или большой – по возможностям бизнес. Уехать на заработки в Италию, в конце концов. И главное – их никто официально, по закону не делит на сорта.

Никто не говорит о том, что жизнь сейчас в Украине сладкая, как сгущенка Купянского завода. Жизнь, любезные мои, вообще штука довольно горькая и опасная – во всех странах и во все времена. Но поясните мне, почему в «передовой стране мира», в СССР нельзя было обеспечить колбасой, туалетной бумагой качественными штанами и автомобилями всех желающих?

Лично ваш покорный слуга нашел единственное объяснение всему этому. Постараюсь объяснить предельно просто, без заумных слов, дабы было понятно самому ватному «ватнику».

На 1990 год в Группе советских войск в Германии насчитывалось 4,1 тыс. танков и 8 тыс. БМП, БТР, БМД и других подобных штук; 390 боевых и 315 транспортных вертолетов; 3,6 тыс. артсистем, включая САУ и РСЗО. Всего личного состава – 337,8 тыс.

В одной только ГДР.

А всего в Советской армии, войсках КГБ и МВД только военнослужащих – 5 миллионов. Пять. Миллионов.

Армия США вместе с Национальной гвардией в это же время не дотягивала даже до миллиона. И не дотягивала существенно.

Вы будете шокированы, но в СССР было танков больше, чем в армиях всех остальных стран мира вместе взятых!

Почему так? Потому что военная доктрина СССР предполагала наличие паритета (пояснять значение слова, господа «ватники» нужно?) нет, не с США и даже не со свирепым НАТО. У СССР должен был быть паритет сил с армиями всех остальных стран мира вместе взятыми.

И эту ораву солдат, сержантов и офицеров надо было кормить, одевать, обувать, лечить, мыть в банях. Для такой массы техники нужно было строить ангары и ремонтные мастерские. Ее заправлять нужно было.

В СССР только истребителей МиГ-23 в 70-е годы насчитывалось 3,5 тысячи. А ведь двигатель истребителя не вечен, у него очень ограниченный ресурс и двигатели эти очень даже часто нужно было менять. Как и танковые, между прочим.

Коммунисты нам объясняют: это чтоб на нас не напали. Нет, любезные – это жалкое оправдание! «Отмазка», как любят выражаться в «ватной» среде. Ибо генералы НАТО были не настолько скудоумны и историю войн изучали в академиях.

Опыт Наполеона и Гитлера наглядно продемонстрировал, что захватить такую огромную страну военным путем невозможно. А контролировать и подавно. А тут еще и фактор ядерного оружия как сдерживающий для мечтателей потоптаться натовскими сапогами по улицам деревни Большие Грязнухи или славного города Мачехин конец.

О происках США и «агрессивного блока НАТО» вас пугали и сейчас пугают лишь затем, чтобы вы прощали вождям СССР, а теперь России их спецсанатории, дворцы, яхты, спецпайки и часы по полмиллиона долларов за штуку.

Нет, товарищи. Весь этот ужас имеет один источник: до неприличия огромную агрессивность коммунистов и СССР как государства, которая, между прочим, передалась и нынешней России. СССР был до предела милитаризованной страной с милитаризованной экономикой.

Однако недостаток колбасы объясняется не только тем, что коммунисты настроили после Второй мировой больше семидесяти тысяч одних только танков и две с половиной сотни атомных субмарин – больше, чем во всех остальных странах вместе взятых.

Причина в ином – крайней неэффективности советской экономики. И по-другому в стране, где отсутствовал главный двигатель прогресса – конкуренция на рынке товаров и рабочей силы быть не могло. Директор пивоваренного завода не имел никакого стимула улучшать качество продукции, ибо при системе, когда пиво в дефиците, мужики выпьют и ту бурду, которую он производит «по плану».

Советская экономика просто не выдержала военной нагрузки. Не потянула. Ведь танк, в отличие от колхозного трактора, материальных благ не производит. Ракета, в отличие от молокозавода не умеет делать сгущенку.

А средняя урожайность зерновых во времена тов. Брежнева составляла 13,4 центнера с гектара. Примерно вдвое меньше, чем на плодородных скалах Норвегии. Во времена сладкого Леонида Ильича на благословенных черноземах Украины производилось по 0,78 яйца в сутки на одного украинца, а рыбзаводы УССР давали (внимание!) пять граммов рыбы на душу населения в суточном выражении.

В газетах для народа печатали бравые отчеты о надоях и намолотах, а на закрытых пленумах ЦК КПСС с гордостью констатировали, что после 1964 года советские урожаи ни разу не опускались ниже уровня 1913 года. И гордиться действительно было чем. При тов. Сталине и тов. Хрущеве урожайность была такой же, как при тов. Николае ІІ – около 8 центнеров на круг.

Советский Союз не развалили. Не надо вешать собак на Госдеп, Аллена Даллеса, Горбачева и происки НАТО. Советский Союз развалился сам. Рыночная экономика США гонку вооружений выдержала, а советская – нет. Страна с такой экономической системой не могла долго существовать. Она и просуществовала меньше 70 лет, умерев в детском по историческим масштабе возрасте.

Вы не задумывались почему в СССР начались перебои с харчами через 5-6 лет после того, как коммунисты были вынуждены отменить крепостное право, т. е. выдать колхозникам паспорта (а это случилось лишь в 1971 году) и почему процесс паспортизации крестьян совпал с началом широкомасштабных закупок зерна «за бугром»? А вы подумайте. Третья категория, товарищи-граждане, третья категория…

Вот откуда в городах Донбасса и Урала «все было». Потому что на 80% территории «страны победившего пролетариата» в магазинах – лишь килька в томате и хозяйственное мыло с жутким запахом полуразложившегося трупа.

Кстати, знаете, как в народе расшифровывали ВКП(б)? Второе крепостное право большевиков.

Вопрос на засыпку: себестоимость производства автомашины ВАЗ-2106 в СССР времен «развитого социализма» составляла порядка 800 рублей. Продавали ее по 6 тысяч. В семь с половиной раза дороже. Почему? А чтобы спрос сбить. Чтобы большинству людей она не по карману была. То же самое с джинсами, кроссовками, цветными телевизорами и магнитофонами. В нашем городском универмаге дубленки свободно висели. По 800 рублей/штука. Даже зажиточный шахтер дважды подумает – брать ли.

Вы не поверите, но в долларовом эквиваленте американский рабочий в 1978 году получал в четыре раза большую зарплату, чем его советский коллега. При этом продукты питания в США стоили в 3-5 раз ниже, чем в СССР. Знаете, сколько в США в среднем стоила 100-граммовая плитка треклятого шоколада? 15 центов. Ровно столько же стоил в США и кило белого хлеба. При средней зарплате рабочего в промышленности 879 долларов.

Но вот парадокс: моя мама, которая увидела на Донбассе рай по сравнению со своим родным селом на Белгородщине, почему-то упорно верит в это «все было».

А я вспоминаю как мне хотелось в детстве шоколада. Вспоминаю, как в год московской Олимпиады мы с бабушкой ездили в гости «на родину» и, надрываясь, перли из Алексеевки, что в Белгородской области, «гостинец» – чемодан, набитый банками со сгущенкой без этикеток. Почему без них? Потому, что это была сгущенка, которую «достал» дядя Ваня, работавший на тамошнем молокозаводе.

До слова: рассказывают, что в свое время директора ЦРУ Аллена Даллеса вызвали в Конгресс, где с пристрастием допрашивали примерно так: «Мы посылаем в Южную Америку трактора, комбайны и удобрения – бесплатно. Мы передаем им продукты на миллионы долларов. Мы оказываем им огромную безвозмездную финансовую помощь. Но почему же там народ нас так ненавидит?»

На это Даллес невозмутимо ответил: «Потому что, до того как мы там появились, они не подозревали в какой нищете живут.

Понимаете о чем я?

ПАВЛО ПРАВЫЙ

Загрузка...

Загрузка...