18:05 Судья спрашивает, может ли защита дать сейчас список своих свидетелей, чтобы Замашнюк сразу вычеркнул тех, кто был на заседаниях. Адвокаты не готовы дать полный список и просят суд огласить им список тех, кто пришел в суд, по данным приставов. Идет обсуждение конкретных людей: Ампилов, Шаргунов, Илья Пономарев, Геннадия Гудкова. Судья список тех, кто был, дать не готов. Выясняется, что за Илью Пономарева Замашнюк принял Льва Пономарева.

18:03 Удальцов просит пояснить, что за средство связи была у Курайши. Тот отвечает, что была рация, которая заглохла после давки. По ней он общался с организаторами, они спрашивали, как все идет, сколько людей и т. д. С сотрудниками МВД организаторы общались на другой волне.

18:00 Удальцов спрашивает, кого Курайши называет "правыми", которых не было среди организаторов. Курайши говорит, что националистов. Удальцов хочет понять, были ли среди организаторов либералы. Свидетель отвечает, что были и они отвечали за безопасность, сцену, общение с сотрудниками полиции.

17:58 Развозжаев спрашивает, где Курайши вернулся за оцепление, когда его выдавили за него. Курайши отвечает, что не шел назад за оцепление, а пошел к сцене.

17:57 Развозжаев спрашивает, были ли какие-то средства связи у Развозжаева. Курайши говорит, что, скорее всего, не было, лично он с Развозжаевым не связывался.

17:55 Судья спрашивает, слышал ли Курайши лозунги от Удальцова. Тот говорит, что не слышал. Судья интересуется, как у него со слухом и зрением. Свидетель говорит, что нормально. Он поясняет, что он просто не обращал внимания на лозунги. Судья спрашивает, звучали ли вообще на акции какие-то лозунги. Курайши отвечает, что и на них не обращал внимания.

17:51 Замашнюк интересуется, знал ли Курайши разрешенное количество участников мероприятия — 5000 человек. Тот этой цифры не знал. Судья спрашивает, присутствовал ли Курайши при том, как Удальцов подписывал документ о недопустимости нарушений порядка проведения акции. Свидетель не обратил на это внимания, т. к. процедура стандартная. Судья спрашивает, заставлял ли кто-либо Удальцова расписываться. Такого не было.

17:50 Судья спрашивает, видел ли он факты применения взаимного насилия со стороны полиции и демонстрантов. Курайши видел, как полиция жестко задерживала граждан, а полицейских окружали группы людей, кто-то ходил в масках: "Я понял, что там происходило уже точно не запланированное мероприятие".

17:47 Курайши рассказывает, что был очень испуган, пошел к сцене интуитивно, увидев, что оцепления уже нет. По дороге он ни с кем не разговаривал, не выяснял, где Удальцов.

Судья спрашивает, видел ли Курайши задержание обвиняемого. Тот говорит, что видел его довольно смутно, а хорошо видел задержание Навального.

17:44 Судья спрашивает, выяснял ли Курайши у кого-либо, где находится Удальцов. Свидетель отвечает, что пошел к сцене, т. к. думал, что он там. Судья спрашивает, мешал ли ему кто-либо подойти к сцене, было ли это легко. Курайши говорит, что никто не мешал, прошел свободно. Судья спрашивает, почему же Курайши тогда сразу к сцене не пошел. Он отвечает, что перед поворотом направо стояли люди, толпа была плотной, не было ощущения, что можно пройти.

17:40 Судья спрашивает, почему левая колонна пошла прямо, а не повернула у моста. Курайши отвечает, что проход был закрыт или затруднен. Судья спрашивает, какой проход был закрыт. Он пытается запутать свидетеля. Спрашивает, был ли закрыт проход справа от моста. Курайши говорит, что, по его ощущениям, он был закрыт. Свободного пространства рядом не было.

Судья спрашивает, почему Курайши не повернул направо, раз площадь перед сценой была заполнена всего лишь на 30-40%, как он ранее сказал. Свидетель отвечает, что не было пространства для маневра.

17:36 Судья спрашивает, много ли людей входили в эту дружину, со многими ли он поддерживал связь. Курайши отвечает, что он отвечал за левую часть колонны. Судья спрашивает, были ли "правые". Курайши говорит, что среди организаторов правых не было.

17:33 Судья спрашивает, где был Курайши, когда Удальцов и другие демонстранты сели на асфальт. Свидетель отвечает, что находился в 20 метрах от Удальцова. Судья спрашивает, был ли у Курайши наушник в одном из ушей. Свидетель подтверждает. Судья спрашивает, с кем Курайши поддерживал связь. Он отвечает, что поддерживал связь с дружиной по безопасности, которую координировали организаторы мероприятия.

17:31 Судья спрашивает, видел ли Курайши мегафон в руках Удальцова. Он не видел. Судья спрашивает, выпадал ли обвиняемый из поля зрения Курайши. Тот говорит, что такое было, в частности, когда началась давка. Толпа его тогда отдавила от Удальцова, поясняет свидетель. "Как же вы бросили товарища в такой опасной ситуации?" — ерничает судья.

17:30 Судья спрашивает, зачем Курайши был рядом с Удальцовым. Тот отвечает, что это было нужно, чтобы он мог оказать помощь. Судья спрашивает, была ли обвиняемому нужна помощь 6 мая. Курайши отвечает, что нет. Судья спрашивает, зачем тогда он был рядом. Курайши отвечает, что по-товарищески хотел помогать человеку, которому искренне верит и уважает.

17:27 Судья спрашивает, к какой категории участников Левого фронта относится Курайши. Он отвечает, что он сторонник организации. Судья спрашивает, все ли сторонники идут впереди рядом с лидером. Курайши отвечает, что принял для себя решение находиться рядом с Удальцовым. Судья спрашивает, не отдалял ли его Удальцов, т. к. он мешал ему общаться с другими сторонниками. Курайши отвечает, что не отдалял.

17:25 Развозжаев спрашивает, что за мужчину оттеснили от Удальцова (свидетель об этом рассказал ранее). Курайши говорит, что этот человек вел себя агрессивно и выкрикивал что-то "нелестное".

17:24 Удальцов хочет узнать, прорвала ли толпа оцепление, или людей просто выдавили за него. Судья снимает вопрос.

17:24 Развозжаев хочет сделать заявление, но судья перебивает и не дает ему такой возможности.

17:21 Удальцов спрашивает, совершали ли люди что-то противоправное в момент прорыва. Курайши уверенно говорит, что нет. Видимо, прошлый запутанный вопрос обвинения Курайши понял неверно, как вопрос о настроении на тот момент. Удальцов и Развозжаев замечают, что обвинение запутало свидетеля намеренно.

Судья говорит, что не раз делал обвиняемым замечания за их поведение, и говорит, что удалит обоих, если они вновь нарушат порядок, как его понимает судья.

17:19 Прокурор спрашивает, почему Курайши "шустро ушел" с места прорыва. Свидетель ранее так выразился. Он отвечает, что ушел к метро, т. к. увидел, что происходит.

Прокурор с многочисленными уточнениями спрашивает, вели ли себя люди противоправно в момент прорыва. Курайши говорит, что да, но была давка, люди нервничали, некоторые были в панике.

17:17 Прокурор спрашивает, охранял ли Удальцова кто-то, кроме Курайши, в тот день. Свидетель говорит, что не охранял Удальцова. Охранников не было. Прокурор спрашивает, видел ли Курайши биотуалеты или поврежденный асфальт. Он не видел ни того, ни другого.

17:14 Прокурор спрашивает, пользовался ли Удальцов мобильным телефоном 6 мая. Курайши не обращал внимания. Прокурор спрашивает, дал ли сотрудник полиции свой телефон Удальцову, чтобы тот звонил, если что. Курайши не помнит.

Прокурор спрашивает, какие видео с 6 мая смотрел Курайши. Тот отвечает, что не смотрел ни "Анатомию протеста", ни "Минаев Life".

Прокурор спрашивает, не является ли Курайши доверенным лицом Удальцова. Тот говорит, что нет. Прокурор спрашивает, сколько лет Курайши знал Удальцова к тому моменту. Свидетель отвечает, что 1,5-2 года как общественного деятеля.

17:11 Прокурор спрашивает, был ли Курайши охранником Удальцова 6 мая 2012 года. Курайши говорит, что никаких договоров об охране не было, он по-дружески находился рядом с Удальцовым в тот день. Прокурор уточняет, стоял ли Курайши за его спиной. Свидетель соглашается, что делал это.

Гособвинитель спрашивает, слышал ли Курайши лозунги из уст Удальцова. Он говорит, что слышал обычные лозунги, а потом поправляется — скорее всего, не слышал, а спутал с другими похожими акциями.

17:08 Допрос начинает сторона обвинения. Прокурор спрашивает, перед каким мостом остановилась колонна. Курайши говорит, что перед Большим Каменным мостом. Обвинитель спрашивает, где должен был быть поворот на Болотную площадь — до цепочки оцепления или после нее. Курайши говорит, что до цепочки. Прокурор спрашивает, была ли давка перед сценой в момент задержания Удальцова. Курайши говорит, что толпа перед сценой была достаточно плотной, но не такой сильной, как до оцепления.

Прокурор спрашивает, действительно ли "сидячая забастовка" уменьшила давку. Курайши отвечает, что сели не все, но на какое-то время давка уменьшилась.

17:07 Аграновский спрашивает, как определялось место, где пойдет какая колонна. Курайши говорит, что это координировалось заранее.

17:05 Удальцов спрашивает, кто организовывал акцию 6 мая. "Оппозиция. Немцов, Навальный", — отвечает Курайши. По его мнению, Удальцов был просто среди заявленных выступающих. Обвиняемый спрашивает, было ли управление акцией коллегиальным или личным. Курайши говорит, что коллегиальным, т. к. в митинге и марше участвовали сторонники разных политических течений.

17:02 Развозжаев спрашивает, какие меры политической борьбы использует Левый фронт. Свидетель перечисляет: выйти маршем, произнести речь, дать интервью — все действия, разрешенные законом.

17:01 Развозжаев спрашивает, приходили ли на мероприятия Левого фронта провокаторы. Курайши говорит, что обычно, если появляется провокатор, об этом говорят сотрудникам полиции, и того выводят. Развозжаев спрашивает, видел ли Курайши провокаторов, мешавших организовывать мероприятие. Свидетель говорит, что не видел такого.

На других маршах и митингах после 6 мая он видел, как выводят провокаторов.

16:58 Развозжаев спрашивает, видел ли Курайши Развозжаева на разных акциях, и чем обвиняемый там занимался. Свидетель смеется и говорит, что не знает, чем Развозжаев занимался, но думает, что помогал организовывать акции.

После уточняющего вопроса свидетель конкретизирует показания: Развозжаев, например, подвозил флаги.

16:55 Судья продолжает давить на Развозжаева, говоря, что его все ждут.

16:52 Развозжаев уточняет, где именно в какой момент находился свидетель. Судья требует, чтобы Развозжаев четче формулировал свои вопросы, "без воспроизведения показаний свидетеля". Замашнюк сравнивает подсудимого с первоклассником, проговаривающим вопросы учителя, и просит адвоката помочь. Развозжаев замечает, что это не он затрудняется с вопросом, а судья ему мешает.

16:49 Адвокат Федорченко спросил, как бы Курайши определил Удальцова: как патриота или сторонника "пятой колонны". Судья снимает вопрос. Адвокату Аграновскому он запрещает проводить параллели с провокацией в Одессе, где у провокаторов якобы были красные ленты на одежде (он хотел спросить, были ли у людей в масках отличительные знаки на одежде). Аграновский говорит, что ему такие параллели близки. Судья разрешает проводить параллели только с русской историей.

16:40 Удальцов расспросил Курайши о том, видел ли он людей в масках 6 мая. Тот рассказал, что такие на акции были, у них было крепкое телосложение, но он старался "с ними не соприкасаться", ждал от них провокаций. Удальцов уточнил, есть ли похожие люди в Левом фронте. Курайши ответил, что таких в Левом фронте нет, нет кого-то, кого вы готовили к силовым физическим действиям. Ему кажется, что в отношении людей в масках "здравомыслящим людям все понятно", — такие люди вообще не имели отношения к политике, а специально подсылались.

16:32 Курайши говорит, что Удальцова часто задерживали и на мероприятиях, и после, и это не зависело от обстоятельств.

Удальцов спрашивает, с кем из сторонников Левого фронта общался Курайши. Он перечисляет несколько имен. Обвиняемый спрашивает, слышал ли свидетель от них что-либо о планах Удальцова или Левого фронта совершить какие-то противоправные действия. Курайши отвечает, что такого не было.

16:29 Удальцов спрашивает, ходил ли Курайши на аналогичные акции летом и осенью 2012 года. Курайши ходил. Удальцов спрашивает, видел ли его там свидетель. Он говорит, что видел. Обвиняемый уточняет, видел ли Курайши, чтобы Удальцов что-то раздавал людям, к чему-то призывал, звал к насилию. Такого не было, по словам свидетеля. Акции заканчивались мирно, массовых задержаний не было, Удальцов выступал со сцены на "левые темы". В сентябре Курайши видел задержание Удальцова. Он отмечает, что обвиняемый не делал ничего противозаконного, ни к чему не призывал, как и люди вокруг него.

16:20 Удальцов спрашивает, предлагал ли кто-либо деньги Курайши или кому-то при нем за участие в акции 6 мая. Курайши говорит, что такого не было ни до, ни после событий на Болотной.

16:16 Курайши говорит, что на митинге в феврале сквер был открыт или, возможно, было больше рамок. Судья запрещает задавать дополнительные вопросы о предыдущих акциях, т. к. Удальцова и Развозжаева обвиняют в организации "массовых беспорядков" 6 мая и попытках сделать нечто аналогичное осенью 2012 года. Аграновский обращает внимание на то, что 6 мая условия проведения акции со стороны полиции были не такими, как во время других акций. "А в 2014 они тоже другие, и все было по-другому во время русско-японской войны", — парирует судья.

16:13 Удальцов спрашивает, каких взглядов придерживается сам Курайши. Тот отвечает, что левых с либеральным уклоном. Фактически социал-демократических. Он пришел на митинг поддержать людей, которые законным образом борются с несправедливостью, выразить свое отношение к нечестным выборам. Оппозицию он считает механизмом формирования гражданского общества.

Подсудимый спрашивает, был ли открыт сквер Болотной площади для людей. Курайши говорит, что он был закрыт. Удальцов спрашивает, бывало ли такое на предыдущих акциях. Свидетель говорит, что такого никогда не было. Маршрут у акций в 2012 году был традиционным.

16:09 Удальцов спрашивает, по какому принципу людей задерживали. Свидетель говорит, что не понимает этого, это вопрос к сотрудникам полиции. Его глазами это выглядело как "зачистка площади": "Ощущение было очень нехорошим". Некоторые люди, по его словам, при задержании сопротивлялись. Удальцов уточняет, как. Курайши отвечает, что кричали.

16:04 Удальцов спрашивает, были ли действия людей организованы. Курайши считает, что люди действовали спонтанно. Подсудимый спрашивает, откуда Курайши узнал, что Удальцов у сцены. Свидетель говорит, что такая информация пошла по толпе. Удальцов интересуется, не шла ли по толпе информация, что Удальцов призывает идти на Кремль. Свидетель сообщает, что такого не было.

16:01 Позже Курайши смог уйти к метро "Третьяковская". Оцепление было со всех сторон, многих задерживали, и они "получали по полной". Критерии задержаний Курайши не были ясны. Удальцов спрашивает. Видел ли Курайши Удальцова, когда началась давка. Он говорит, что не видел, т. к. ему было не до этого: "Была жесточайшая давка, людей били дубинками, в какой-то момент я сгруппировался, это был вопрос выживания".

15:58 Удальцов спрашивает, как себя вели люди в тот момент. Курайши говорит, что нервно, им было некомфортно, у некоторых началась паника. Подсудимый спрашивает, как полицейские реагировали на попытки Удальцова и Гудкова поговорить. Курайши говорит, что оцепление реагировало "четко и холодно", но кто-то из полицейского начальства подходил к Удальцову.

В какой-то момент задние ряды начали давить сзади, и толпа вынесла часть людей за полицейское оцепление, он сам не понял, как оказался на возвышенности. Среди них оказался и Курайши. В этот момент начались задержания. Курайши начал продвигаться в сторону Удальцова, к сцене, там он увидел, что Удальцова задержали. Далее задержали Навального.

15:56 Удальцов спрашивает, все ли сели на асфальт. Курайши говорит, что кто-то сидел, а кто-то стоял, все развивалось динамично. По его словам, сидение на асфальте длилось не более 10 минут.

15:53 Удальцов спрашивает, что он делал во время сидячей забастовки. Курайши говорит, что обвиняемый разговаривал с представителями власти, предлагал им открыть новые рамки и дать людям пройти на Болотную. Судья говорит, что не понимает ответ — откуда такая информация у Курайши. Свидетель говорит, что он лично слышал, как Удальцов обращался к омоновцам, вызывал руководство, говорил о том, что из-за оцепления началась давка, и просил дать пройти на Болотную.

Курайши подчеркивает, что Удальцов не призывал к незаконным действиям.

15:50 Удальцов спрашивает, давал ли кто-то конкретно команду сесть, делали ли это разные люди. Курайши говорит, что не слышал. Подсудимый спрашивает, слышал ли Курайши какие-то еще призывы. Свидетель уверен, что никто никого ни к чему не призывал, речь шла только о проходе на согласованный митинг. Удальцов спрашивает, какой настрой был среди демонстрантов, когда колонна начала садиться. "Ошеломление, нервозность, непонимание ситуации", — говорит Курайши. Насилия со стороны демонстрантов в отношении полиции не было.

15:46 Курайши рассказывает, что депутат Гудков пытался урегулировать эту ситуацию. Удальцов спрашивает, что именно он делал, о чем просил. Свидетель не знает этого, но может сделать предположения. от чего его предостерегает суд. Курайши видел, как Гудков подходил то к полицейскому руководству, то к демонстрантам.

Удальцов спрашивает, видел ли Курайши, что делал подсудимый во время сидячей забастовки. Свидетель говорит, что Удальцов говорил о необходимости провести согласованный митинг. Никаких призывов он не слышал, потом люди стали садиться. Удальцов спрашивает. Видел ли Курайши там лидеров протеста. Свидетель перечисляет Немцова, Навального, Каспарова.

Курайши оценивает "сидячую забастовку" как способ "успокоить ситуацию". Он лично успокаивал женщину, которая была в панике из-за того, что попала в замкнутое пространство.

15:44 Курайши говорит, что после этого "начались переговоры с руководством ОМОНа", свидетелем которых лично он не был. Он отмечает, что не любит вспоминать тот день. Удальцов спрашивает, где шел Курайши во время шествия. Он отвечает, что в начале колонны. Он шел недалеко от Удальцова.

Обвиняемый спрашивает, из-за чего люди остановились. Свидетель отвечает, что перед Малым Каменном мостом стояли ряды ОМОНа, было небольшое количество рамок: "Толпа попала в мешок, а сзади напирали".

15:41 Волкова спрашивает, что делал Курайши на марше. Он отвечает, что раздавал листовки. Адвокат спрашивает, зачем люди вышли на марш. Курайши отвечает, что вышли люди, недовольные социальной политикой и другими аспектами внутренней политики нынешнего режима. Количество участников он оценивает в 50 тысяч.

Защитники просят его рассказать, что происходило на акции. Свидетель рассказывает о том, что в какой-то момент колонна встала на месте, возникла давка. Появились панические настроения, кто-то сцепился руками: "Возможно, это и спасло от того, чтобы людей задавили".

14:35 Заседание продолжается. Судья отчитывает Удальцова и Полозова за двухминутное опоздание.

14:29 Судья спрашивает, сколько защитникам нужно времени для допроса. Адвокаты отвечают, что около двух часов. Замашнюк объявляет перерыв на обед до 15:30. В зале останется только Курайши, который не был допрошен и не имеет права общаться со сторонами процесса и другими свидетелями до допроса. Судья говорит, что приставы будут контролировать соблюдение этих правил. Замашнюк прессует Курайши, расписывая, что и по телефону ему сейчас обсуждать суд нельзя.

14:25 Судья спрашивает, знает ли Курайши подсудимых, имеются ли у него основания для их оговора. Курайши знает обоих, отношения с ними у него товарищеские, он сам сторонник левых взглядов. Оснований для оговора нет, точно так же нет и оснований скрывать какую-либо информацию. Удальцов подтверждает, что знает Курайши и отношения у них товарищеские, но не дружеские. Оснований не доверять показаниям Курайши на данный момент у Удальцова нет. Развозжаев также относится к свидетелю, доверяет его показаниям.

14:24 Начинается допрос участника Левого фронта Дениса Курайши. Судья разъясняет ему его права, обязанности и ответственность за ложные показания. Курайши готов дать показания.

14:23 Судья просит двух наблюдателей "воздержаться от излишне эмоциональных жестов", чтобы ему не пришлось их удалить, чего он делать не хочет "из уважения к их возрасту".

14:22 Удальцов спрашивает, когда Кригер лучше помнил события 6 мая, непосредственно после них или сейчас. Он говорит, что тогда. Допрос завершен. Судья говорит Кригеру, что тот не имеет права общаться с еще не допрошенными свидетелями.

14:18 Судья спрашивает, видел ли Кригер какое-либо насилие. Свидетель отвечает, что сам лично получил удар от полицейских в лицо, видел, что полицейские "не церемонятся с людьми". Его самого бросили на землю. Замашнюк интересуется, совпали ли его впечатления от тех событий с видео, заснятыми СМИ. "Картинка дополнилась", — заметил Кригер. Судья спрашивает, было ли насилие на Болотной обоюдным со стороны полиции и демонстрантов. Кригер пытается ответить, что силы были неравны, но судья его прерывает и требует ответить однозначно. Свидетель говорит, что насилие было со стороны полиции.

Развозжаев интересуется, руководил ли кто-либо обороной митингующих. Кригер отвечает, что "самоорганизация была стихийной".

14:16 Судья спрашивает, видел ли Кригер, чтобы кто-либо нес палатки. Он не видел. Судья уточняет: видел ли вообще Кригер палатки в тот день. Свидетель их не видел. Судья спрашивает, применяли ли какие-либо предметы митингующие против полиции. Кригер этого не видел, видел только, как люди защищались голыми руками. Зато применение дубинок полицейскими он видел. Судья спрашивает, видел ли Кригер, чтобы митингующие что-то бросали в полицию или наоборот. Этого свидетель не видел.

14:14 Замашнюк интересуется, где же туалеты находились относительно митингующих и полиции. Кригер отвечает, что они были справа от митингующих, а впереди стояла полиция. Судья спрашивает, надо ли понимать, что опрокинутые кабинки продолжали цепь демонстрантов. Кригер еще раз пытается объяснить, что нет. Замашнюк снова и снова повторяет сходные вопросы. Хотя сам же постоянно снимает вопросы адвокатов "как повторные".

14:11 Судья спрашивает, слышал ли Кригер предупреждение по громкоговорящей связи о том, что митинг завершен. Свидетель такого не помнит. Замашнюк спрашивает, видел ли Кригер, чтобы кто-то из участников акции 6 мая опрокидывал биотуалеты. Кригер этого не видел, но видел опрокинутые туалеты. Судья спрашивает, где они располагались относительно митингующих и полиции (он наводит на мысль о том, что из них хотели построить баррикады, защититься от полиции или сделать нечто подобное). Кригер отвечает, что они были с краю у сквера. Замашнюк спрашивает, мешали ли они проходу. Свидетель говорит, что не мешали. Судья спрашивает, зачем туалеты опрокидывали. Кригер говорит, что поинтересовался бы, если бы видел, как их опрокидывают.

14:10 Замашнюк спрашивает, сколько людей сцепились руками, как это сделал Кригер. Он отвечает, что сотни людей. Возможно, тысяча, но точнее он сказать не может. Судья спрашивает слышал ли свидетель обращение полиции по громкоговорителям, в частности требования разойтись. Кригер говорит, что во время описанного им эпизода, он таких требований не слышал.

14:07 Судья спрашивает, смог ли Кригер выразить свой протест летом-осенью 2012 года. "В известной мере да", — отвечает Кригер. Судья спрашивает, так же ли это происходило, как на Болотной. Кригер отвечает, что нет, т. к. не было незаконных действий полиции, как 6 мая. Судья спрашивает, вынес ли какое-либо суд решение о том, что полиция действовала незаконно. Кригер говорит, что такого не было, но он надеется, что это еще случится, и поэтому он пришел сюда.

14:02 Судья спрашивает, зачем Кригер вернулся на то место, где стоял, сцепившись руками с другими демонстрантами, если знал, что митинга уже не будет, а лидеры задержаны. Кригер отвечает, что пришел выразить протест, и, если митинга нет, а лидеры задержаны, это не значит, что протестное настроение Кригера исчезло.

Замашнюк ссылается на психологию и понятие "гештальта", интересуясь, что далее происходило с протестным настроением Кригера. Свидетель отвечает, что протестное настроение стало сильнее, так как право законно выразить протест у него отняли.

"И я решил, может быть, не вполне цивилизованно и не вполне мирно, но все-таки выразить свой протест, как уж смогу", — горячится Кригер. Замашнюк интересуется, кому Кригер хотел выразить свой протест. Свидетель отвечает, что "городу и миру". "Если меня откуда-то выгнали, я предпочитаю хлопнуть дверью", — отвечает активист. "Чтобы все знали, что не все люди — тупое, бессловесное стадо, но есть люди, готовые защищать свои права", — замечает Кригер.

13:59 Судья спрашивает, через какое время Кригер узнал о задержании Навального. Свидетель отвечает, что примерно через час после того, как прошел на место митинга. Замашнюк спрашивает, видел ли Кригер прорыв оцепления у кинотеатра "Ударник". Он не видел. Судья интересуется, сколько времени Кригер шел от места митинга обратно к тому месту, где он потом стоял, сцепившись за руки с другими мужчинами, "считая это своим гражданским долгом". Кригер отвечает, что пять минут. Замашнюк спрашивает, препятствовал ли ему кто-либо. Тот отвечает. Что никто не препятствовал. Судья спрашивает. Мешал ли людям кто-то уйти. После задержания лидеров, со слов Кригера, уйти с места проведения митинга ему никто не препятствовал, но, когда толпу разгоняли, Кригеру показалось, что полицейские везде, и уйти с акции они также не дают.

14:58 Судья спрашивает, почему Кригер не ушел с акции. "Не ушел, потому что Родина дороже", — отвечает свидетель.

Замашнюк интересуется, мог ли Кригер уйти. Он полагает, что мог бы это сделать, если бы захотел. По его мнению, препятствий уйти назад не было.

14:53 Судья спрашивает, видел ли Кригер какие-либо заграждения по бокам от колонны, помимо стоящих полицейских. Кригеру кажется, что их не было. Замашнюк интересуется, что мешало Кригеру пройти на место митинга. Тот отвечает, что толпа людей. Судья интересуется, в связи с чем возникла толпа. Кригер отвечает, что это было на тот момент не видно. Замашнюк говорит, чего ждал Кригер и шедшее за ним политическое движение в тот час, когда они стояли на месте. "Я ждал, что мы рано или поздно пройдем на место проведения акции", — отвечает Кригер. Судья спрашивает, предпринимали ли люди попытки пройти на акцию. Кригер говорит, что подавляющее большинство людей стояло на месте, так как не было возможности передвигаться. Судья спрашивает, что мешало пройти. Кригер отвечает, что во всех направлениях стояла плотная толпа. Замашнюк спрашивает, была ли она по правую и левую руку, вдоль парапета и т. д. Кригер говорит, что везде была плотная толпа.

14:52 Судья спрашивает, присоединялся ли кто-либо к колонне по ходу движения. Кригер говорит, что он не видел, чтобы кто-то присоединялся по ходу движения, так как по бокам стояли полицейские. Он думает, что это было невозможно, но судья просит не делать предположений.

13:47 Судья берет допрос в свои руки. Он спрашивает о времени сбора на акцию. Кригер говорит, что может сказать с точностью 90%, но не 100: сбор был намечен на 12-14 часов, окончиться акция должна была в 18:00. Замашнюк спрашивает, какое количество участников было согласовано. Кригер говорит, что то ли 30, то ли 50 тысяч, но сейчас он не помнит точно. При этом он уверен, что тогда точно знал о количестве согласованных участников. Судья спрашивает, известна ли Кригеру была цифра в 5000 согласованных участников. Тот отвечает, что не помнит. Судья спрашивает, как же он ее не помнит, если ранее сказал, что точно знал цифру участников. Кригер отвечает, что сейчас ему воспоминается цифра в 30-50 тысяч. Судья продолжает давить.

13:45 Прокурор спрашивает, были ли на акции биотуалеты. Кригер говорит, что видел кабинки у входа в сквер, их было около пяти. Обвинитель спрашивает, шел ли Кригер в составе колонны каких-либо политических сил. Тот отвечает, что за ним шла "Солидарность". Прокурор спрашивает, видел ли Кригер рамки уже после столкновений. Свидетель их не видел. Прокурор спрашивает, просматривал ли свидетель видео с акции 6 мая после нее. Тот говорит, что смотрел. Прокурор уточняет, смотрел ли тот "Минаев Life". Тот точно не помнит.

13:44 Удальцов спрашивает, слышал ли Кригер призывы идти на Кремль, на Красную площадь. Свидетель отвечает, что ничего подобного не было. Инициативу в допросе берет обвинение.

13:43 Кригер говорит, что там были рамки металлодетекторов, но когда начались столкновения с полицией, их уже не было. Полозов спрашивает, видел ли Кригер в Интернете информацию о готовящихся массовых беспорядках перед 6 мая. "Нет, конечно", — отвечает Кригер.

13:41 Развозжаев спрашивает, какой была ширина свободного прохода. Кригер говорит, что 10-15 метров. Развозжаев спрашивает, было ли все остальное пространство прохода на Болотную перегорожено. Свидетель это подтверждает.

13:39 Развозжаев спрашивает, видел ли Кригер распыление газа. Тот не видел. Обвиняемый спрашивает, препятствовали ли рамки металлоискателей проходу людей на Болотную. Вопрос снят. Судья требует задавать вопросы иначе, например: "Препятствовало ли что-либо проходу на Болотную". Развозжаев спрашивает, были ли искусственные препятствия для прохода. Кригер отвечает, что спустя час стояния на месте "беспрепятственно прошел через щель в несколько метров между рамками металлодетекторов и берегом".

13:36 Удальцов спрашивает, видел ли Кригер установку палаток на Болотной. Кригер отвечает, что не видел. Удальцов спрашивает, какого физического развития люди шли в первой шеренге. Кригер спрашивает, имеет ли Удальцов в виду боевого вида людей? Судья говорит, что такой вопрос не задавали. Удальцов переспрашивает. Кригер отвечает, что в акции участвовали люди самой разной физической формы, но в первой колонне, "так получилось, оказались более крепкие мужчины, в том числе и я" (Из этих слов можно сделать вывод, что едва ли там были специально тренированные молодые "боевики", нацеленные на беспорядки).

13:34 Аграновксий спрашивает, какие действия осуществляли демонстранты, которых задерживали. Кригер говорит, что они "стояли вертикально, сцепившись руками". По какой внутренней логике их задерживали полицейские, он не знает. Аграновский спрашивает, была ли на этих людях какая-то особая одежда, делали ли они что-либо особенное. Кригер ничего такого не видел.

13:32 Аграновский спрашивает, как вели себя люди, которых задерживали полицейские. Судья снимает вопрос, утверждая, что Кригер уже ответил на него, когда описал поведение полицейских. Аграновский спрашивает, в связи с чем задерживали демонстрантов. Кригер отвечает, что у них, видимо, была установка разогнать митинг. Замашнюк парирует, что это предположение, а свидетель не имеет права их делать.

13:29 Аграновский спрашивает, по каким частям тела Кригеру нанесли удары полицейские. Судья снимает вопрос, как "выходящий за пределы судебного разбирательства". Замашнюк, как обычно, крайне пространно объясняет, что дело рассматривается только в отношении подсудимых и только по предъявленному обвинению. Почему вопрос Аграновского не относится к обстоятельствам дела, по-прежнему не ясно.

13:27 Полозов спрашивает, с собой ли Кригер принес флаги, которые раздавал. Судья снимает вопрос, предлагая спросить, откуда Кригер взял флаги. Полозов спрашивает, видел ли Кригер камни или арматуру на Болотной. Свидетель отвечает, что ничего подобного там не было и быть не могло.

13:27 Полозов спрашивает, видел ли Кригер, чтобы у кого-то изымали запрещенные предметы. Он не видел. Видел только раз какое-то "недоразумение с бутылками с водой", но не видел, чем оно закончилось.

13:25 Волкова спрашивает, участвовал ли Кригер в каких-либо мероприятиях по призыву Удальцова. Кригер отвечает, что не помнит.

13:22 Кригер был уверен, что люди имеют право находиться на Болотной, когда полицейские начали их задерживать, так как ориентировался на время проведения согласованной акции. Волкова просит описать социальный, возрастной и половой состав участников акции. Кригер говорит, что были подростки, пожилые люди — участники всех возрастов, мужчин, возможно, было больше, но он не уверен. Волкова спрашивает, является ли Кригер сторонником Левого фронта или Удальцова лично. "Скорее оппонентом", — отвечает свидетель.

13:21 Удальцов спрашивает, слышал ли Кригер, до какого времени будет продолжаться мероприятие. Он сказал, что всегда этим интересуется перед акцией. Митинг должен был быть до 18:00 или 19:00.

13:20 Удальцов спрашивает, как Кригер понял, что митинга не будет. Кригер говорит, что узнал из "Твиттера" о задержании Навального и кого-то еще из лидеров протеста. После этого он понял, что митинга не будет. Официальных заявлений о том, что митинга не будет, он не слышал.

13:19 Кригер говорит, что полицейские подскочили, ударили несколько раз, "ухватили и понесли на руках", потом поместили в автозак, а дальше были суды по административным задержаниям. Полицейские не представлялись.

13:17 Удальцов спрашивает, были ли на акции 6 мая призывы устроить беспорядки, не допустить инаугурации. Кригер говорит, что такого не было. "Был лозунг: "Не пустим вора в Кремль!" — но это же только лозунг", — замечает он. Удальцов спрашивает, почему Кригер пришел на Болотную. Тот говорит, что хотел выразить свое несогласие с тем мракобесием, в которое страна погрузилась в последнее время. Удальцов просит рассказать Кригера о том, как его задерживали.

13:15 Удальцов спрашивает, были ли на мероприятиях лета-осени 2012 года, какие-то столкновения, как на Болотной (этот вопрос связан с тем, что им с Развозжаевым вменяют попытки организовать массовые беспорядки и на этих акциях). Кригер говорит, что ничего подобного не было.

13:13 Кригер говорит, что участвовал, и поясняет, что точно не запомнил эти акции, так как видел, что полиция на этих акциях была экипирована иначе, нежели 6 мая, и успокоился. Удальцов спрашивает, как были экипированы полицейские 6 мая. Свидетель говорит, что это были "космонавты" в шлемах, с дубинками, в защите.

13:12 Судья говорит, что свидетель не имеет права давать показания, основанные на "догадке, предположении".

13:10 Удальцов спрашивает, участвовал ли Кригер в похожих мероприятиях в период с июня по октябрь 2012 года. Тот говорит, что, скорее всего, участвовал в шествиях, поскольку участвовал почти во всех похожих мероприятиях того года.

13:09 Обвиняемый спрашивает, сколько было людей на той акции. Кригер говорит, что несколько десятков тысяч. Удальцов спрашивает, известны ли Кригеру факты, что людям платили за участие в митинге. Кригер говорит, что ему известно обратное: "Такого не могло быть".

13:07 Удальцов спрашивает, через какую территорию все-таки происходил проход на Болотную. Кригер говорит, что справа от моста была цепь рамок металлодетекторов, позже появился проход в несколько сот метров, которого изначально не было. Через сквер Болотной площади на нее вход не осуществлялся, по словам Кригера, он был попросту невозможен.

13:04 Обвиняемый спрашивает, зачем люди сцеплялись руками. Кригер говорит, что люди сцепились руками, чтобы не дать себя утащить полицейским. Удальцов спрашивает, было ли что-то слышно со сцены. Кригер говорит, что выступлений слышно не было, хотя обычно выступления со сцены слышны издалека. Кригер не слышал никаких звуков со сцены.

13:02 Удальцов спрашивает, слышал ли Кригер в этот момент призывы к беспорядкам. Он говорит, что не слышал. Подсудимый спрашивает, отдавал ли кто-либо команды демонстрантам, когда происходили стычки с полицией. Кригер говорит, что такого не было. Удальцов спрашивает, руководил ли кто-либо лично свидетелем. Тот говорит, что нет. "Люди группировались, но какого-то единоначалия у нас не было", — замечает свидетель. Судья в очередной раз отчитывает Удальцова, поскольку считает часть его вопросов "наводящими".

12:53 Удальцов спрашивает, звучали ли 6 мая призывы к насилию. Кригер говорит, что не слышал их. Обвиняемый интересуется, видел ли Кригер сидячую забастовку. Он ее не видел, т. к. ушел в другое место. Удальцов спрашивает, что происходило, когда люди около часа стояли у Малого Каменного моста, какой была атмосфера. Кригер говорит, что стала нарастать тревога, потому что впереди явно происходило что-то "недружелюбное, немирное". Люди находились в неведении, были разные предположения о том, почему их не пропускают на Болотную площадь.

Судья внезапно спрашивает Кригера, говорит ли он только о том, что видел сам. Кригер это подтверждает. Замашнюк говорит, что "адвокат Волкова что-то очень активно кивает на слова Кригера". Волкова возмущена и говорит, что не подсказывает свидетелю, как это предположил судья. "Вот эта мимическая картина, которую вы сейчас изобразили, разведя руками, обратившись к публике, также фиксируется судом", — продолжает Замашнюк. Он требует от Волковой быть сдержаннее, продолжая психологический прессинг.

12:50 Удальцов спрашивает, видел ли Кригер, чтобы кто-то давал демонстрантам какие-либо указания, направленные на организацию массовых беспорядков, раздавал камни, арматуру, бутылки с горючей смесью, файеры и т. д. Замашнюк снимает вопрос, туманно объясняя, что он наводящий, т. к. свидетель может говорить только о том, что видел сам. Судья говорит, что спросить можно только, видел ли он, чтобы на Болотной "кто-то кому-то раздавал". Удальцов задает этот вопрос.

Кригер говорит, что раздавал сам флаги и плакаты, другие люди тоже это делали. Эти предметы не были предназначены для силовых действий. Он лично раздавал флаги "Солидарности".

12:48 Удальцов спрашивает, видел ли Кригер применение оружия на Болотной. Судья снимает вопрос — такое обвиняемым не вменяют. Удальцов отмечает, что это один из обязательных признаков массовых беспорядков, а их организацию инкриминируют подсудимым. Удальцов уточняет, видел ли Кригер применение тех или иных предметов как оружия. Кригер говорит, что видел применение дубинок полицией.

12:46 Удальцов спрашивает, видел ли Кригер насилие со стороны демонстрантов. Кригер говорит, что люди защищались пассивно, закрывали головы и животы, пассивно сопротивлялись, но он не видел, чтобы хоть один человек поднял руку на полицейского, а перед ним прошли десятки человек, которых избивала полиция.

12:43 Кригер вернулся назад и увидел, как группы полицейских выхватывали из толпы демонстрантов, били их. Кригер говорит, что и "ему досталось". Он и другие демонстранты, чтобы защититься, сцеплялись друг с другом руками. Кригер не слышал, чтобы полицейские требовали разойтись или "освободить дорогу для прохода". Он видел избиения, позже его самого задержали, подхватив за руки и за ноги. Удальцов спрашивает, видел ли Кригер поджоги, погромы на акции 6 мая. Кригер говорит, что не видел. Погром он видел разве что со стороны полицейских, которые налетали и избивали демонстрантов.

12:40 Удальцов не точно сформулировал вопрос, по мнению судьи. Удальцов говорит: "Неточно сформулировал, виноват". "Вопрос вины решается потом", — мрачно шутит Замашнюк. Зал берет оторопь.

Удальцов просит Кригера рассказать о событиях 6 мая 2012 года. Кригер говорит, что шел в колонне от Якиманки. Настроение у людей было праздничным, "обнадеживало, что людей было очень много". У Обводного канала люди остановились, потому что впереди было "какое-то затруднение, давка". Так люди простояли "минимум час", не понимая, что происходит. Кригер позже увидел, что, несмотря на затруднения, люди потихоньку "просачиваются" на Болотную, и прошел туда сам. Сцена была пуста, полицейский ему сказал, что митинга не будет. Это возмутило Кригера.

12:38 Удальцов говорит, что у него нет основания не доверять показаниям Кригера. Развозжаев говорит, что у него нет "сведений, чтобы не доверять свидетелю". Судья долго шутит над ним, переспрашивая, доверяет ли он показаниям Кригера, раз он не полицейский. Это связано, видимо, с тем, что Развозжаев ранее постоянно отмечал, что не доверяет показаниям полицейских, которых могло принудить давать те или иные показания руководство.

12:34 Судья спрашивает, знакомы ли Кригеру подсудимые или кто-либо из "потерпевших", и есть ли у него основания для оговора этих людей. Кригер говорит, что немного знаком с Удальцовым, которого время от времени видел на разных акциях, других не знает. Судья спрашивает, каков характер его отношений с Удальцовым. Кригер говорит, что просто виделись на акциях, можно назвать такие отношения приятельскими.

Судья спрашивает, нет ли у Кригера желание что-то скрыть или что-то приукрасить. Кригер говорит, что нет, и он будет стараться рассказывать максимально объективно. Удальцов говорит, что видел Кригера на акциях последние год-два, не сказал бы, что отношения приятельские. Скорее на уровне знакомых.

12:31 Первым будет допрошен участник Союза солидарности с политзаключенными Михаил Кригер. Судья разъясняет ему его права и обязанности как свидетеля и ответственность за отказ от дачи показаний или дачу ложных показаний. Замашнюк спрашивает, готов ли Кригер дать показания. Он готов.

12:28 Замашнюк хвалит суд, который, по его мнению, действует со "строжайшим соблюдением прав всех сторон". Надо отметить, что на первом "болотном деле" судья учитывала только действительное наличие свидетелей в зале суда, а вовсе не сам факт их прохода в здание (поскольку часть сторонников политзаключенных приходят в суд, но не входят в зал, а только хлопают и выражают поддержку обвиняемым, когда тех заводят в зал).

12:22 Судья Замашнюк отказывает защите в допросе двух из четырех свидетелей, т. к. считает, что они присутствовали при изучении доказательств. Он разрешает допросить не ходившего в суд Кригера и Курайши, который пришел в день, когда доказательства не изучались. Замашнюк по своей привычке отчитывает защитников. Он говорит, что адвокаты "избирательно толкуют Европейскую конвенцию прав человека", когда говорят, что каждый может вызвать свидетелей для своей защиты. Судья говорит, что свидетелем не может быть человек, общавшийся с допрошенными или присутствовавший на допросе.

12:18 Прокурор говорит, что свидетелей должны были удалить из зала. Ответственность за этот вопрос несет служба приставов. Обвинители уверены, что данные от приставов, работавших на входе в здание, отражают присутствие свидетелей в зале. Они также замечают, что сторона защиты говорит, что только "старалась не допускать присутствия свидетелей в зале", значит, допускает, что свидетели все-таки могли оказаться в зале. Прокурор просит не допрашивать никого, кроме свидетеля Кригера. При этом он искажает фамилии двух и четырех свидетелей.

12:13 Удальцов просит суд не подходить к вопросу формально. Он уверен, что эти свидетели в зале суда не были. Он также отмечает, что некоторые свидетели выявлялись по ходу дела, и значит, защита не могла изначально контролировать, посещали ли они суд. Он подчеркивает, что защитники старались контролировать, чтобы никто из свидетелей в зале заранее не был.

Обвиняемый отмечает, что свидетель Курайши был в здании суда в день, когда никто из свидетелей обвинения не допрашивался, а значит их слова повлиять на него не могли (именно из-за этого риска свидетели не должны посещать заседания суда заранее). Удальцов говорит, что свидетели могут сообщить важную информацию, и если они не будут допрошены, это нарушит права защиты.

Удальцов также отмечает, что у всех людей есть возможность следить за ходом заседаний через Интернет, не приходя в суд, а это отследить и вовсе невозможно. Обвиняемый подчеркивает, что у стороны защиты не так много свидетелей, как у обвинения, и просит допросить всех четырех свидетелей.

12:09 Замашнюк говорит, что принцип состязательности нарушает не суд, как считают адвокаты, а сторона защиты. Волкова замечает, что два раза приходила в здание суда, но как адвокат на заседании не присутствовала. Это значит, что в журнале регистрации она записана как посетившая заседание, а у секретаря суда — как отсутствовавшая. Судья требует назвать даты, чтобы проверить этот факт. Волкова точно не помнит даты, называет несколько. Замашнюк спрашивает, хочет ли она, чтобы сказанное ей проверили. Волкова хочет. Судья внезапно уходит от темы, и говорит, что дальше разговор будет идти только о явке свидетелей, а не защитников.

12:08 Судья говорит, что каждый раз спрашивал, есть ли в зале свидетели, которые могут быть допрошены позже, и адвокаты каждый раз отвечали, что таких людей не видят. Аграновский замечает, что таких людей и не было.

12:06 Аграновский подчеркивает, что на входе в зал людей действительно не регистрируют, а регистрируют их исключительно на входе в здание суда. Судья говорит, что некоторые лица, заявленные как свидетели, не только были на заседаниях суда, но и удалялись из зала за нарушение порядка. Замашнюк называет в качестве примера музыканта Олега Мокрякова, которого как свидетеля защита пока что не заявляла.

12:03 Полозов говорит, что людей регистрируют на входе в здание суда, а не в зал. Если суд относится к этому вопросу так щепетильно, он может проверить, были ли эти люди на указанных заседаниях, по видеосъемкам с камер наблюдения в зале суда. Ничем иным пребывание в зале не может быть зафиксировано.

11:59 Судья говорит, что, согласно сведениям судебных приставов, три из четырех свидетелей присутствовали в суде ранее. Волкова говорит, что эти люди могли прийти поддержать Удальцова и Развозжаева к зданию суда, войти в само здание, но в зале суда Волкова их не видела. Судья говорит, что возникает вопрос, можно ли допросить этих людей, т. к. они были на заседаниях.

Волкова спрашивает, как было зафиксировано, что эти люди были именно в зале заседаний. Судья говорит, что приставы фиксируют проход граждан на судебное заседание в журнале посещений (это происходит не на входе в зал, а на входе в суд). Волкова замечает, что таким образом фиксируется только проход в здание, но не вход в зал. Судья говорит, что рядом с фамилией записаны залы (на входе в суд необходимо сказать, в какой зал идешь).

11:53 Судьи изучают материалы дела перед допросом. Вероятно это связано с тем, что председательствующий Замашнюк сам активно участвует в допросах, что достаточно необычно для судей, обычно полностью предоставляющих это право сторонам процесса.

11:42 Заседание начинается. Адвокат Волкова перечисляет людей, которых защитники намерены сегодня допросить. Судья спрашивает, присутствовали ли эти лица ранее в зале судебного заседания. Адвокаты говорят, что ранее они на процесс не приходили (это связано с тем, что свидетели не должны слышать чужие показания по делу).

11:38 Меры безопасности в суде усилены, досмотр вещей проводится гораздо более тщательно, чем обычно. У одного из наблюдателей на входе изъяли список фигурантов "болотного дела" с портретами.

Каспаров.Ru ведет прямую трансляцию заседания Московского городского суда по делу об организации так называемых массовых беспорядков в отношении оппозиционеров Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева. На этом заседании свои доказательства начнет представлять сторона защиты. Ожидается, что допрошены будут участник Союза солидарности с политзаключенными Михаил Кригер, активист Левого фронта Денис Курайши, Полина Богданова и Алексей Кондаков.

На прошлых заседаниях свои доказательства представила сторона обвинения. Показания дали "потерпевшие" по делу, свидетели, в том числе один "секретный", были воспроизведены прослушки и скрытые видеосъемки, которые делал на встречах с обвиняемыми и политичеких семинарах в Литве Константин Лебедев. Об организации беспорядков на этих записях речь не шла, на "литовских записях" обсуждались технологии наблюдения за выборами.

Алексей Бачинский