Контекст

Отвечая на вопросы слушателей молодежного лектория, протоиерей Всеволод Чаплин заявил, что считает, что священнослужители имеют право носить дорогие вещи, поскольку эти вещи отражают общественный престиж Церкви. «Люди как правило несут самое дорогое в храмы, священнику, люди совершенно естественно хотят, чтобы их иерархи выглядели не хуже, чем представители светской власти, чтобы храмы выглядели лучше, чем резиденции светских властителей, чтобы церковные торжества были самыми красивыми и самыми торжественными», – сказал отец Всеволод. Слова отца Всеволода были подхвачены СМИ и уже через день оказались на первых полосах светских изданий. В ответ на слова отца Всеволода обозреватель ВГТРК и ведущий еженедельной программы «Церковь и мир с митрополитом Иларионом (Алфеевым)» написал Открытое письмо протоиерею Всеволоду Чаплину, в котором предположил, что либо новостные издания исказили слова отца Всеволода, либо он выразил не вполне то, что думал, и предложил отцу Всеволоду извиниться за слова, вызвавшие столь широкий резонанс. Протоиерей Всеволод отвечает на открытое письмо Ивана Семенова.

Дорогой Иван!

Рад возможности дискуссии и, раз Вы с самого начала развернули ее в публичном пространстве, принимаю этот формат.

Украшение не только храмов, но и одежд священнослужителей, в том числе одежд внебогослужебных, а также предметов, которые окружают священнослужителей в официальной обстановке (у иерархов практически любая обстановка официальная) — это не придуманная мной вещь, это традиция Церкви. Да, одежды, согласно каноническому праву, не должны быть кричаще-разноцветными, но они вовсе не обязательно должны быть бедными и грязными. К тому же мы знаем, что и иерархи христианской древности, и практически все архипастыри Церкви Русской имели и резиденции, не уступавшие или немного уступавшие царским и княжеским, и соответствующие колесницы. Мы знаем, что святой праведный Иоанн Кронштадтский носил шелковые рясы и передвигался на личном пароходе. Мы знаем (или по крайней мере могли бы поинтересоваться), что Патриарх Сербский Павел, позволявший себе иногда погулять по улице и проехаться на трамвае (что не мешало интеллигенции его поругивать), обычно ездил на мерседесе и жил в довольно величественной официальной резиденции. Мы знаем, что Сам Господь Иисус Христос посещал ужины в домах людей, которых нынешние интеллигенты назвали бы «совершенно нерукопожатными» — роскошествующих воров, да и не просто воров, а сборщиков оккупационного налога с собственного народа. Мытаря Закхея, например. Стол при этом наверняка был богатым и оплаченным на нечестные деньги.

Какой ужас для привыкших к диссидентским кухням интеллигентов! Какое разочарование для тех, кто привык любить Церковь только слабой, не говорящей с телеэкранов, одетой в драный подрясник, ютящейся в скрытом от нечистого объектива Китеже, за покосившимся забором полуразрушенного храма. Вот там благодать – ни мерседесов, ни мигалок, ни позолоченного иконостаса, ни «нерукопожатных» спонсоров…

Да, такая Церковь тоже у нас есть. Только ее положение совершенно ненормально. В стране, где миллионы людей именуют себя (кто с большим основанием, кто с меньшим) православными христианами, Церковь должна быть в центре народной жизни. Полуразрушенных храмов у нее быть не должно. Наоборот, ей приличествует обладать современными и солидными зданиями, красивыми облачениями, золотыми иконостасами (что не должно означать – безвкусными). А также достаточными знаками материальных возможностей, чтобы на равных говорить с теми, кто «встречает по одежке» и, быть может, пытается вести себя с позиции силы, опираясь на свое богатство и влияние. Будь то глава инославной либо иноверной общины, чиновник или бизнесмен. Не случайно все христианские сообщества – от Ватикана до самой бедной нашей епархии – стараются, общаясь с подобными непростыми собеседниками, «не ударить в грязь лицом». И так было во все века христианской истории.

Мне самому приходилось и при полном параде входить во дворцы, и в драном подряснике ходить по трущобам. Убежден, что для Церкви нужно и то, и это. Но ни на том, ни на этом не нужно слишком заострять внимание. Когда христиане без конца рассуждают о «блеске и нищете» одежд и часов – это признак духовного нездоровья. Или зависти. Или вечной квази-диссидентской привычки ругать все сильное, дорогостоящее, властное. Привычки, к счастью, уходящей в прошлое вместе с левацким пониманием христианства. Между прочим, тридцать лет живя в Церкви и зная очень многих, подметил одну особенность: все – подчеркиваю, все! – священнослужители, которые, имея возможность прилично одеваться и иметь приличный быт, постоянно подчеркивали свою «нищету» старыми подрясниками и убогими бытовыми условиями – были съедаемы, а часто и съедены изнутри гордыней. Не буду называть их имен. Но многие из тех, кого сейчас интеллигенция именует «святыми бессребрениками», в беседах «для своих» откровенно намекали, за что именно их надо после кончины канонизировать…

Ну и, наконец, о пресловутых мерседесах. Да, Святейший Патриарх ездит на дорогих машинах и живет в дорогих резиденциях. И это неизбежная часть послушания Церкви ее Предстоятеля. Верующие – среди которых чурающиеся богатых вещей интеллигенты (пост)советского типа давно уже не составляют большинство – скорее не понимают и не примут ситуации, когда муфтий или раввин будут ездить на более престижной машине, чем Патриарх. Такой уж у него крест. Помогает его нести, наверное, одно: основное жизненное пространство Святейшего – это небольшая келия в Москве. До недавнего времени была такая же в Смоленске. Больше ему не надо – не как Предстоятелю, для которого нужны внушительные представительские резиденции, а как монаху и человеку. И тем, какие на руке часы, он, по-моему, озаботился лишь после того, как это стало сильно волновать медиазавистников, в том числе (около)церковных.

>>>Автомобили Патриархов

Итак, дорогой брат… Церковь, ее храмы и священнослужители – иконы Христа, Царя царствующих, — всегда будут украшаться драгоценными предметами, которые жертвуют именно на такое украшение верующие люди. Такова традиция Церкви. А логика Иуды: «К чему такая трата? Ибо можно было бы продать это миро за большую цену и дать нищим» (Мф. 26, 8-9) — иудиной навсегда и останется. И извиняться по этому поводу Церкви нечего. Да и мне, наверное, тоже. Разве вот только извинюсь перед Вами за то, что поспорил с вещами, которые Вам почему-то кажутся бесспорными. Что ж, служитель Христа всегда виноват, да и перед всеми… Такова еще одна церковная традиция.

Ваш во Христе

протоиерей Всеволод Чаплин