Сталин правил 31 год. Брежнев – 18 лет. Путин – уже почти 17, если считать со дня его назначения премьер-министром России и преемником Ельцина. В течение своей оказавшейся длинной жизни мне довелось наблюдать (в качестве рядового политизированного обывателя – подростка, взрослого и пожилого человека) смерть каждого из них. Личные впечатления дополнялись чтением мемуарной и исторической литературы. Очень разные люди и разные обстоятельства. Но все три смерти выстраиваются в некий единый смысловой триптих долгого прощания с матерым коммунистическим веком (1917–2017). Трагедия коммунизма, его фарс и его постмодернистский абсурд.

За сотню лет великие злодеи Революции (Ленин, Троцкий, Сталин) сначала превратились в смешных беспомощных старцев (Брежнев, Андропов, Черненко), а затем, окропившись живой водицей номенклатурной приватизации, оборотились моложавыми сексапильными нефтетрейдерами с хоккейными клюшками (Путин, Ротенберг, Тимченко). Эти чисто конкретные пацаны и есть подлинные наследники Октября, последняя генерация его вождей, закономерный и неизбежный итог эволюции "нового класса". Жизнь после смерти удалась.

Это для них десятки миллионов жертв столетнего эксперимента (лузеров, в их терминологии) унавозили почву. Им нечего больше желать. Для них наступил персональный фукуямовский конец Истории. У них нет и не может быть проекта будущего. Они уже в вечности. Как же, оказывается, прав был Свидригайлов, когда говорил, что вечность может оказаться деревенской закоптелой банькой с ползающими по углам разбухшими пауками! В нашем случае – ветеранами дрезденской резидентуры, кооператива "Озеро" и их "либеральной" обслугой, составляющей верноподданические доклады о благодатном десятилетнем упадке. Схлопнувшаяся черная дыра русской истории. В ближайшие годы – а может быть, и месяцы – уже после состоявшейся политической смерти третьего аватара мы узнаем, поглотила ли эта дыра Россию навсегда или у нее все-таки остался шанс вырваться из нее отчаянным усилием. И каждый раз – в 1953-м, в 1982-м, в 2016-м – приближающуюся смерть сакрального фараона первой предчувствовала и приходила в волнительное возбуждение стая приближенных, жаждущих перехватить власть.

Зима 1952 года вообще была одним из самых драматических периодов в российской, а может быть, и мировой истории. Впадавший в безумие вождь задумал холокост в масштабах СССР, новую беспощадную чистку номенклатуры и Третью мировую войну. Но ослабив в силу возраста хватку над спецслужбами, приблизил свою кончину. В 1982 году интриговать против умиравшего Брежнева стал сам уже находившийся у двери гроба, но еще подключенный к жизнеобеспечивающей аппаратуре шеф КГБ Андропов. Тяжелая и продолжительная политическая кончина третьего аватара началась 27 февраля 2015 года в Ночь Сил Специальных Операций ритуальным убийством неподалеку от Красной площади лидера оппозиции Бориса Немцова. Не потому, что это было первым его тяжким преступлением. А потому, что оно послужило сигналом к первому серьезному выступлению против него значительной части спецслужб.

Чекисты арестовали кадыровских боевиков, непосредственных исполнителей преступления, и пытались продвинуться вверх по цепочке организаторов и заказчиков, по крайней мере вплоть до Кадырова, не потому, что пепел убиенного стучал им в сердце. А потому, что они решили воспользоваться этим убийством для развернутой атаки на путинский "Проект Кадыров", которым генералы спецслужб были крайне недовольны с самого начала, полагая, что тот лишил их "победы" в Чечне.

"Проект Кадыров" существует уже более десятилетия. Кадырова-отца силовики, скорее всего, грохнули на трибуне в День Победы 2005 года. Но почему же именно сейчас они осмелели и решились бросить Путину открытый и публичный вызов? А потому, что на вершине власти уже хорошо знают то, о чем пока не догадываются счастливые телепузики, которым рассказывают о великих геополитических победах встающей с колен России. Путин еще ежедневно плавает в бассейне, но от него уже смердит политической смертью. И шакалы это прекрасно чувствуют.

Авторитарные персоналистские режимы могут многое. Искусно комбинируя оруэлловские и хакслианские манипуляционные технологии, они способны довольно долго поддерживать в своих изолированных ареалах "политическую стабильность", плавно переходящую в омертвление социума. Но диктатура не может пережить явного внешнеполитического поражения (неважно, какого характера – военного, экономического, идеологического, морального). Такое поражение автоматически десакрализует первое лицо, разрушает структурообразующий миф о непогрешимости вождя и проекта в целом. Срабатывает безжалостная логика систем, родственных по духу, – уголовных сообществ. Опущенный пахан уже не пахан.

Так и путинский режим мог бы пробежать на своих кривых ножках еще какую-то дистанцию, каждым дополнительным годом своего существования необратимо разрушая шансы на будущее России. Если бы не постигшая его украинская катастрофа. Невозможно не вспомнить в этой связи проницательное замечание Андрея Амальрика, сделанное около полувека назад: "Отчего всякое внутреннее дряхление соединяется с крайней внешнеполитической амбициозностью, мне ответить трудно. Может быть, во внешних кризисах ищут выхода из внутренних противоречий. Может быть, наоборот, та легкость, с которой подавляется всякое внутреннее сопротивление, создает иллюзию всемогущества. Может быть, возникающая из внутриполитических целей потребность иметь внешнего врага создает такую инерцию, что невозможно остановиться, – тем более что каждый тоталитарный режим дряхлеет, сам этого не замечая".

Многие из сцепившихся уже, видимо, понимают: их поезд в огне и им некуда больше бежать

Фатальной ошибкой путинского режима стала не столько даже сама аннексия Крыма, сколько ее презентация urbi et orbi в знаменитой речи Путина 18 марта 2014 года и его дальнейших выступлениях как первого шага в реализации неоимперской концепции "Русского мира". Первоначально у Путина была конкретная прагматическая задача – блокировать европейский вектор развития Украины, ни в коем случае не позволить этой стране вырваться из евразийской сети криминальных паханатов, выбрав современную модель экономической и политической конкуренции. До 18 марта Путин и не помышлял об исторической миссии собирателя земель русских, но вскоре он стал заложником обнародованного им в серии речей и интервью мифа "Русского мира".

Романтическая перезагрузка системообразующего мифа оказалась роковой, она требовала динамики, картины непрерывно расширяющейся вселенной. Статика, любой намек на отступление смертельны для диктатора, порождают как раз среди самых горячих сторонников страшное подозрение "Царь не настоящий!". Поэтому была немедленно намечена следующая после Крыма цель экспансии – "Новороссия", исконно русские земли, незаконно переданные Украине жидобольшевиками, Бог им судья, после революции 1917 года. Но русские в Украине в своем большинстве отвергли идеи "Новороссии" и "Русского мира", поддержали антикриминальную революцию и проявили себя патриотами украинского государства. Правление Путина начиналось войной, развязанной окружением Ельцина, чтобы привести своего ставленника к власти. Правление Путина заканчивается войной, которую он развязал сам, чтобы удержаться у власти и сделать ее пожизненной. Обе войны он по-разному, но одинаково позорно проиграл. Все воздушно-космические упражнения в Сирии – всего лишь жалкая попытка припудрить фундаментальное поражение в Украине продолжением фейкового телевизионного банкета.

В подобных ситуациях силовые кланы стандартно переходят от борьбы за влияние на вождя к борьбе за властные позиции после вождя. Именно эскалацию этого процесса мы наблюдаем в последние месяцы и особенно в последние недели. Темп событий нарастает. В своем предыдущем тексте для Радио Свобода я зафиксировал хронику событий и текущее состояние битвы кремлевских престолов на 5 апреля. Вот пейзаж: попытка Путина и Бастрыкина закрыть расследование убийства Немцова смехотворным назначением организатором и заказчиком беглого водителя Мухудинова. В ответ сенсационное повышение силовиками уровня противостояния, слив ими через "Новую газету" и доклад Яшина хорошо подкрепленного оперативной информацией доноса на своего боевого товарища верного оруженосца Путина и близкого друга Кадырова генерала армии Золотова. Золотов фактически назван организатором убийства, и, следовательно, Путина можно назвать заказчиком. Это – объявление войны без правил и на взаимное уничтожение. Особенно в тот момент, когда готовится международное расследование убийства Немцова. Разъяренный Путин переназначил на новый срок Кадырова, как знак недоверия к своей alma mater ликвидировал две чекистские конторы и сформировал свою опричнину из 400 000 бойцов, получивших право стрелять в толпу и подчиненных лично Золотову. А Золотов был назначен постоянным членом Совета безопасности, Политбюро ЦК КПСС современной России.

Все это позволяет мне следующим образом охарактеризовать ситуацию, сложившуюся под кремлевским ковром, по состоянию на утро 6 апреля 2016 года: страной правит тройка – Путин, Золотов, Кадыров – с чрезвычайными полномочиями. Эта тройка правила… ровно до 11 апреля, когда на президентском сайте появился указ с поправками к указу от 5 апреля. Одной из поправок выбивалась табуреточка "постоянный" из-под ног генерала армии Виктора Золотова. Новоиспеченный член Политбюро на шестой день после своего назначения демонстративно опускался в кандидаты в члены Политбюро. Неприятности начали происходить и с Кадыровым: 14 апреля оказавшийся в кустах на ежегодной встрече вождя с народом правдоруб Доренко задал тираноборческий вопрос. Тиран вынужден был промямлить: Кадыров и отец его "воевали с нами в лесах", и хотя Кадыров-младший с тех пор многое осознал, в некоторых вопросах он совершает порой серьезные ошибки. Нельзя было показывать Касьянова в инстаграме в оптическом прицеле. Касьянова надо было показывать голым в постели.

С неменьшим любопытством 20 тысяч кадыровских бойцов читали 11 апреля за утренним кофе с карандашиком в руках, подчеркивая наиболее понравившиеся им места, интервью некоего Заикина в "Новой газете" под названием "Как Путин ликвидировал армию Кадырова". Едва ли, однако, эти бойцы будут обреченно ждать, пока их расформируют, разоружат и пошлют служить на Дальний Восток, чтобы они там бесследно исчезли, как это грезится господину Заикину.

Специальные службы, включая кадыровскую "дикую дивизию", вступают в знакомую по 1953 и 1982 годам стадию борьбы всех против всех, в которой уже нет верховного арбитра, способного создавать или ликвидировать армии. Обрезание постоянного члена Золотова через несколько дней после его триумфального возвышения – серьезнейшая потеря лица для человека, которого Золотов призван охранять от всех посягательств на его верховную власть. Теперь понятно, почему чекисты так дерзко бросили вызов в феврале 2015-го и так резко подняли ставки в феврале 2016-го. У них есть рычаги давления, они продемонстрировали, что могут ими эффективно пользоваться. Многие из сцепившихся уже, видимо, понимают: их поезд в огне и им некуда больше бежать.

Андрей Пионтковский – политический эксперт

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции