В октябре 2018 года "Новая газета" опубликовала расследование "Повар любит поострее" о деятельности групп, подконтрольных бизнесмену Евгению Пригожину, известному как "повар Путина". Как утверждает издание, люди, связанные с известным предпринимателем, могут быть причастны к серии загадочных отравлений и убийств. Об этом журналисту "Новой газеты" рассказал человек, называющий себя бывшим сотрудником структур Пригожина — Валерий Амельченко. В беседе с корреспондентом издания он неоднократно упоминал одного из своих напарников — фармацевта Олега Симонова, который, по данным "Новой газеты", скончался при странных обстоятельствах 25 мая 2017 года в съемной квартире на юго-западе Петербурга. Об этом человеке было известно немногое: родом из Амурской области, закончил медицинский колледж, за несколько лет до смерти переехал в Санкт-Петербург, где устроился в аптеку, а потом стал частью криминальной сети, которую сегодня связывают с именем Евгения Пригожина. Редакции Newsader удалось побеседовать с матерью и сестрой Симонова и выяснить некоторые подробности биографии того, кто, по данным "Новой газеты", принимал непосредственное участие в нападении на социолога Сергея Мохова – мужа юриста Фонда борьбы с коррупцией Любови Соболь, – а также участвовал в тестировании отравляющих веществ на ополченцах в Сирии. Как предполагает Амельченко, к смерти Симонова могут быть причастны структуры Пригожина.

Досье

Олег Олегович Симонов родился 10 сентября 1982 года в семье военнослужащего. После развода родителей переехал с матерью и сестрой в Благовещенск Амурской области. Закончил общеобразовательную школу, поступил в Амурский медицинский колледж по специальности "Фармация". После окончания колледжа призван в армию на срочную военную службу. После её прохождения работал в Благовещенске, в аптечной сети "Фарм-экспресс", замещал вакансию фармацевта. В январе 2013 году переехал в Санкт-Петербург. По словам Валерия Амельченко, не позднее 2016 года начал сотрудничать со структурой, принадлежащей "повару Путина". В январе 2017 года женился. 25 мая 2017 года найден мёртвым в съёмной квартире, где проживал последние несколько лет.

Сдержан, вежлив, ненавязчив

Олег Симонов был старшим сыном в семье военнослужащего. Из-за профессии отца детство фармацевта прошло в постоянных разъездах. В Благовещенск Олег переехал с матерью и младшей сестрой после окончания 10-го класса. Семья военного к тому времени распалась. Ирина Владимировна Симонова, будучи преподавателем английского языка, устроилась в городскую школу №2. Позднее по её стопам, выбрав ту же профессию и специализацию, пойдёт младшая сестра Олега — Надежда. А вот юноша ещё со школьной скамьи решил, что найдёт себя в медицине.

— Говорят, что в нашей стране были лихие 90-е годы — так это время называют сейчас. Оно было очень тяжёлым, это всем известно. Я рассталась тогда с мужем, с папой моих двоих детей. Супруг был военным, мы очень много переезжали с места на место, это было тяжело. И вот, когда дети подросли, мы развелись, а я с Надей и Олегом приехала в Благовещенск. Сын закончил десятый класс и собирался в 11-й, дочь заканчивала 7-й и собиралась в 8-й. Нас никто не ждал в Благовещенске, никакой площадки никто не приготовил. Жили на одну мою учительскую зарплату. Я всю жизнь работаю в школе, деньги получала небольшие, поэтому богато мы никогда не жили. Всё было по-простому, — вспоминает Ирина Владимировна.

Олег Симонов

Стеснённое финансовое положение семьи, по мнению близких Олега, стало причиной отсутствия у мальчика каких-то серьёзных увлечений за пределами школы. Спорт, музыка, мотоциклы и другие хобби, которыми обычно интересуются подростки, прошли мимо Симонова.

— Мы очень много ездили в своё время. Не было возможности заниматься спортом, не во всех школах были секции. Потом, когда уже мы приехали в Благовещенск и решили, что никуда отсюда не двинемся, дети уже подростками были. Единственное, что могу сказать про спорт: Олег очень любил спортивную одежду, это был его постоянный стиль. Хотя возможности заниматься спортом у него не было. И таких ярких, долгих увлечений — тоже. Помню, на гитаре он учился играть, но это было очень недолго, и довольно быстро прошло, — говорит мать Олега Симонова. — Когда он учился в школе, понимал: он не мажор, в нашей семье деньги считают, а не разбрасывают. И поэтому каких-то трат — на секции, на какие-то подростковые покупки, модные вещи — он не требовал, даже не просил. Очень скромным был.

Не только близкие родственники говорят о том, что Симонов был скромным и непритязательным. Сокурсники и преподаватели описывают Олега практически одинаково: сдержан, вежлив, ненавязчив.

— Олежка Симонов… Знаете, есть такие люди, которых сложно вспомнить с первого раза. Не потому, что они были настолько незаметными и никак себя не проявляли. А потому, что в первую очередь ты вспоминаешь о самых курьёзных случаях, самых смешных и ярких людях, о серьёзных проблемах и скандалах. А Олег был не такой. Вообще не помню, чтобы у нас в группе были какие-то конфликты с его участием: не было в нём вот этого желания себя поставить как-то, заявить о себе. Очень сдержанно себя вёл всегда, но при этом очень тепло общался всегда. С другой стороны, я бы не сказала, что он был такой душой компании — со всеми держался ровно, особо никого не выделял. Нормальные отношения однокурсников. Крепкой дружбы у него точно ни с кем на нашем потоке не было — так, туда-сюда поболтать, погулять. Может, всё дело в том, что у нас девчонок очень много было — пацанов в нашей группе было трое, в параллельных чуть больше. Но всё равно бабье царство. Казалось, в таких случаях мальчишки, наоборот, сплочённо себя ведут. Но Олег не тянулся особо. Может, стеснялся, — вспоминает однокурсница Симонова (имя и фамилия не указаны по просьбе собеседника).

Экзаменационный лист Олега Симонова

Сдержанность и скромность студента отмечает один из самых опытных преподавателей Амурского медицинского колледжа — заведующая отделением "Фармация" Людмила Соложенкина.

— Очень хороший мальчик был, способный, я бы даже сказала, талантливый. Такие студенты у нас нечасто бывают, побольше бы — чтобы не просто за дипломом приходили, а именно за профессией. А какой он был человек… Мне как преподавателю, сами же понимаете, только одна сторона личности всегда видна. Студенты с нами совсем иначе общаются, чем между собой. Но плохого ничего не могу сказать о нём. Очень вежливый, спокойный, скромный. Хотя иногда проскальзывали у него вспышки эмоциональные — не всегда мог себя сдержать. Промолчать. Неравнодушный мальчик был. Но хороший, очень хороший, — говорит педагог.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: США ввели санкции против отравителей Скрипалей и изданий Евгения Пригожина

Способный студент вырос в талантливого фармацевта. Эта профессия стала для Симонова настоящим призванием. Интерес к работе, которая стала делом всей недолгой жизни, у Олега появился с детства. Мальчик ещё в школе увлекался химией: как утверждает мама Олега, сын знал этот предмет далеко за пределами общеобразовательной программы.

— У нас дома даже шутка такая была, семейная: "Олежка, у тебя любимая женщина — учитель химии!". И ведь абсолютная правда — сын действительно обожал химию, особенно органику. У него была прекрасная преподаватель, Олег даже на дополнительные занятия к ней ходил. Знаете, как бывает: ребёнок ходит к репетитору в двух случаях. Либо он плохо знает предмет и хочет подтянуть оценки, либо ему уже тесно в школьной программе и хочется больше информации впитать. Вот наш Олег — это второй вариант. Очень уж ему химия нравилась. Поэтому, когда он школу закончил, с профессией всё было ясно — только медицина. Он просто бредил ею, — делится мать Олега Симонова.

"Медицина была его призванием"

Выпускной год Симонов провёл в благовещенской школе №12. Этот отрезок учёбы стал определяющим в дальнейшем выборе профессии — Олег поступил в профильный класс, где подростков готовили к поступлению в Амурскую государственную медицинскую академию (АГМА). Из 23 подростков удача улыбнулась шестнадцати. Симонова в числе счастливчиков не оказалось. Тем не менее, медицинское образование он получил.

Любовь к точной науке не помогла юноше стать дипломированным врачом: для поступления в Амурскую государственную медицинскую академию не хватило нескольких баллов. Но вчерашний выпускник не отказался от мечты — и подал документы в Амурский медицинский колледж. С хорошими оценками, серьёзным багажом знаний по химии и школьными рекомендациями Олег без труда поступил на специальность "Фармация".

Заявление Олега Симонова о допуске к экзаменам в Амурский медицинский колледж

— Вообще, медицина была его призванием. Он тянулся к ней со школы, очень старательно учился и готовился: или врачом стать, или ничего. Но, когда поступал в медицинскую академию, чуть-чуть не добрал до нужных баллов. А ему уже почти 18 было. Я боялась, что Олега заберут в армию — и всё, человек на всю жизнь останется без профессии. Мы посовещались и решили попробовать в медколледж, там был набор на "Фармацию" — сплошная химия. Сын поступил — и не пожалел. Много нового узнал, да ещё и любимый предмет был основным. В общем, всё сложилось удачно, — рассказывает Ирина Симонова.

Со слов матери, любимая профессия Симонова сопровождалась ежедневным тяжёлым трудом — как умственным, так и физическим.

— Хотя мы дружно жили, все друг друга поддерживали — но не жаловались. Тяжело было всем. Может, поэтому и молчали. Когда Олег в колледж поступил, он устроился на подработку в кафе, официантом работал. Сразу после занятий бежал туда, по залу заказы разносил. Смену отработает, придёт домой, у него ноги горят, он сядет — но жаловаться не будет. Мы и узнавали-то, что он устал и ноги болят, потому что он приходил домой, снимал ботинки — а у носков подошва начисто стёрлась. Как раз в это время в Благовещенске начали массово открываться кафе китайской кухни, народу много было. Но он всегда терпел, не ныл никогда. И много позже я посмотрела, как он работает на своём аптечном складе, и спросила: "Олежа, а как ты работаешь, ноги у тебя не болят? Ведь работа тяжёлая: у кого мышцы, у кого вены не выдерживают". И он ответил: "Конечно, болят, мам". Спокойно так, тихо, мимоходом. А так, чтобы прийти и пожаловаться — не было никогда такого, — делится Ирина Симонова.

Сестра Симонова вспоминает Олега как человека открытого и не склонного к робости.

— Олежка никогда не был стеснительным с людьми: наоборот, всегда очень общительный, компанейский. Если что-то нужно друзьям — всегда был готов прийти на помощь, прибежать, сделать. Когда он в школе учился, я ещё маленькой была — общей компании у нас не было. Но вот эта отзывчивость в нём была всегда. Мы, конечно, с ним и ссорились, и дрались даже — это у всех разнополых детей в семье бывает, наверное. Но при этом стояли друг за друга горой, если нужно было. Защищали друг друга. Олег ещё и эмоциональным был, всегда всё переживал. Такой уж был склад характера. Кто-то внутри всё носит, а он выплёскивал, не мог сдерживаться. Есть и такие люди: выскажутся, взорвутся, а потом всё ровно и спокойно. Олежка как раз таким был, — вспоминает сестра Симонова.

Амурский медицинский колледж

Ещё одна характерная черта, которую вспоминают родственники — чистоплотность. С детства Симонову было важно, чтобы вокруг него был порядок. Это касалось и комнаты, и рабочего пространства, и личной гигиены. Чистая одежда, свежие носки каждый день, опрятность— всё это было очень важно для будущего фармацевта.

— Чистоплюй в хорошем смысле слова. Даже педант в чём-то. Конечно, мы с детства всё это ему прививали: мальчик должен быть чистым и опрятным. И приучили: он даже в душе каждый раз по полчаса торчал. Собирался в школу и колледж — каждый волосок приглаживал, — рассказывает мать Олега.

"Хочу в Санкт-Петербург"

После окончания колледжа Симонова забрали в армию. Разъездное детство человека, выросшего в семье офицера, и тут откликнулось: сначала полгода "учебки" в Хабаровске, затем Омск и служба в окружном госпитале. Именно этот период в жизни Олега связал его с Санкт-Петербургом. Семья до сих пор гадает, был ли тот случай простым совпадением или чьей-то незаметной режиссурой.

По словам матери, ещё в армии Олег Симонов получил направление для поступления в военно-медицинскую академию имени С. М. Кирова. Тогда солдат впервые приехал в Петербург — и влюбился в этот город. За два месяца Симонов посетил едва ли не все экскурсии, а после возвращения впервые заговорил о возможном переезде.

— Когда он приехал, постоянно рассказывал: "Мама, это такой красивый город, я так в него влюбился!". Большие города очень часто "съедают" молодёжь. А Олег с таким восторгом рассказывал о Питере, показывал фотографии, делился впечатлениями. И говорил: "Когда-нибудь я туда поеду — на месяц, на два, на три. Как в отпуск. Снова пройду все те места, по которым я уже прошёл". Я объясняла ему, что такая поездка, да ещё на свои средства — это очень серьёзно. Но у него пуля в голове засела: хочу в Санкт-Петербург. Он считал, что это лучший город на земле, — говорит Ирина Владимировна Симонова.

Служба в армии скорректировала не только жизненный маршрут Симонова, но и его профессиональный путь. После окончания колледжа Олег собирался поступать в АГМА, чтобы продолжить образование, но после срочной службы планы молодого человека изменились. Вернувшись домой, Симонов практически сразу устроился на работу. Первым местом, где он трудился по специальности, стала местная аптечная сеть "Фарм-экспресс". Вчерашний студент сначала работал на складе, а затем перешёл на службу в одну из торговых точек предприятия, где стал ночным фармацевтом. Ирина Симонова вспоминает: лишь единожды у её сына появилась мысль о том, чтобы сменить профессию. Олег всерьёз раздумывал о том, чтобы вместо белого халата надеть штатский костюм и получить погоны.

— Когда он работал в местной аптечной сети, кто-то из знакомых дал ему наводку: в Благовещенске набирали парней со средним специальным образованием в караульный полк ФСБ. И Олег подал туда документы, хотел служить. Но, знаете, желания — это одно, а жизнь — другое. Фармацевт на складе — работа тяжёлая, но она человека кормит. Он независим, получает деньги, он на них живёт, как ему хочется. А вот эта служба… Сейчас-то уже подняли силовикам зарплаты, а тогда у них оклады очень маленькие были. Олег взвешивал это всё, прошёл там подготовительный курс. А потом внезапно вернулся на свой аптечный склад. Не смогу, говорит, на эти деньги жить, да и не стоит. И в трудовой книжке у него одни только аптеки и были, — отмечает мать Олега Симонова.

Переезд, женитьба, смерть

Январь 2013 года — переломный период в жизни Симонова, сыгравший в итоге роковую роль в его короткой биографии. Той зимой Олег переехал в Санкт-Петербург. Как отмечает его семья, на решение покинуть Благовещенск повлияли ровесники из компании, в которой молодой человек общался последние пару лет. Фармацевт уехал в Питер вслед за своими приятелями, очень быстро обустроился на новом месте и нашёл работу — в аптеке, где трудился до своей смерти.

Выбраться в гости к сыну Ирине Владимировне не удалось. Но Симонова отмечает: Олег постоянно звал, приглашал приехать и прогуляться, настаивал на необходимости встречи. Мать до последнего верила, что её старший ребёнок всё же вернётся в Благовещенск.

— Когда ты приезжаешь в большой город, совершенно чужой, тебя начинает прижимать эта жизнь. Сказывается нехватка денег, отсутствие близких людей рядом. Я думала, что он там потрётся и вернётся назад. Я очень этого хотела. Но он там остался, — констатирует Ирина Владимировна.

"Общительный и открытый" Олег Симонов проявил непонятную близким скрытность, не сообщив семье об ещё одном важном шаге в своей жизни — женитьбе. Девушка, которая вышла за него замуж, работала, по словам родственников, в парикмахерской, куда молодой человек ходил стричься. Ни мать, ни сестра не знали о том, что Олег вступил в брак, до рокового дня, когда в квартире Симоновых в Благовещенске раздался звонок с печальным известием.

— О том, что Олежка женился, мы узнали, потому что его супруга позвонила нам. Помню, как она сказала: "Это жена Олега. Он умер". Мы пытались у неё узнать, что произошло. Она говорила с нами очень неохотно, немногословно. Узнали, что 28 января они расписались. Очень хотелось с ней поговорить по-человечески. По-родственному — не получилось, — отмечает Симонова.

По словам матери, за несколько месяцев до трагической даты — это время примерно совпадает с периодом женитьбы — Симонов стал чаще звонить родным в Амурскую область. Внезапно начал жаловаться — на усталость, нехватку времени и депрессию. Сестра Олега вспоминает: он даже хотел приехать домой, и постоянно говорил об этом. "Я приеду, надо приехать", — раздавалось в телефонной трубке, и семья была готова принять родного человека. Но вместо сообщения о долгожданной дате прилёта родственники получили известие о трагедии.

Олег Симонов

Мать Симонова до сих пор не верит, что её сын умер естественной смертью. Слишком много странностей и нелепых совпадений, считает она — и в результатах медицинской экспертизы, и в поведении супруги Олега, и даже в документах, которые остались после похорон.

— Мы добились встречи со следователем, который вёл дело о его смерти. Нам говорили, что взяли образцы тканей, и через месяц будет результат экспертизы и подробности. Может быть, и причина смерти станет понятной. Ещё в морге — когда мы только-только прилетели в Петербург, мы сразу поехали в морг — патологоанатом нам сказал: "Смерть от отравления неизвестным веществом". Откуда оно взялось? Ведь каким-то образом этот яд попал в организм. Человек что-то съел, выпил, вдохнул, получил укол — должны быть хоть какие-то следы, верно? Но эта экспертиза закончилась ничем. Через несколько месяцев мы звонили следователю, и услышали: "Да, экспертизу провели. Ваш сын страдал от хронического сердечно-сосудистого заболевания". Но я — мать, я прекрасно помню, что у Олега всегда было хорошее здоровье. Ни о каких сердечных болезнях и речи быть не могло. Он прошёл комиссию, когда его призывали в армию. Когда он хотел поступить в ФСБ, его тоже проверяли — и ничего не нашли. Я понимаю, что признак отравления — сердечный приступ, у человека была остановка сердца. Но ведь причина-то так и осталась невыясненной. "Отравление неизвестным веществом" — каким? Как яд попал в организм? Я боюсь, мы этого уже не узнаем, — говорит Ирина Симонова.

Загадка, которую отмечают родственники — бутылка из-под коньяка, которую нашли рядом с телом Олега Симонова. По словам близких, фармацевт практически не употреблял алкоголь. Единственный напиток, который Симонов иногда мог выпить — обычное пиво, и в очень скромных дозах. Изредка он покупал банку пенного и мог потягивать её в течение вечера. Даже на семейные застолья, где предполагался крепкий алкоголь, Олег приходил с банкой пива. Ничего крепче — тем более коньяк — он не принимал. И, как отмечает сестра, продуктов распада алкоголя в крови у сына тоже не нашли.

— В плане вредных привычек — ну вот курил он, да. В колледже начал, но очень редко. Когда я в первый раз его увидела с сигаретой, ужасно удивилась: Олег, ты куришь? А он мне: "Ты только маме не говори2. Это не так было, что бычки везде валяются. Напротив, очень редко и аккуратно, — делится Надежда.

Ещё одна деталь, которая не даёт покоя семье Симонова — состояние его банковских счетов. Нет, родственники не ожидали, что Олег оставит после себя миллионы в валюте. Но все карты и счета после смерти фармацевта оказались девственно пустыми — ни копейки, будто неизвестные силы максимально зачистили следы его жизни.

— Сейчас любая бабушка пользуется услугами банка — у неё на одном счету три рубля, на другом десять рублей, там 50 копеек, тут тысяча. Никто не живёт так, чтобы ровно под ноль всё снимать. А в случае с Олегом — знаете, будто кто-то кнопку нажал — и сразу всё исчезло, — отмечает мать фармацевта.

На похороны Симонова почти никто не пришёл — семья из Благовещенска, супруга со своим братом и несколько коллег с работы присутствовали на церемонии прощания.

Фармацевта кремировали по настоянию жены — и это тоже не даёт покоя его матери. Родственники хотели привезти его тело домой, в Приамурье: в областном центре похоронен дедушка Олега, и близкие хотели, чтобы оба Симонова покоились рядом. Кремация состоялась якобы потому, что покойный этого желал. Как утверждают родственники фармацевта, именно так аргументировала решение его супруга.

— Она нам говорила: Олег всегда хотел, чтобы его прах развеяли. Для нас это непривычно, даже кощунственно: как это, у человека нет могилы? Но его жена нас горячо убеждала, что Олежка всю жизнь хотел именно такого погребения — якобы он был против похорон. Я слушала её и не понимала: неужели это реально? Молодой парень, которому чуть больше 30 лет, говорит своей девушке, своей жене о том, что делать с его телом после смерти. Неужели это действительно занимает его мысли? — недоумевает Надежда Симонова.

Матери и сестре не позволили войти в квартиру, где обнаружили тело близкого человека, и не дали на память ничего из его вещей. Жена Симонова, со слов родственников, в беседе со следователем настояла на том, что смерть фармацевта — бытовой несчастный случай без криминальной подоплёки. Мать Олега считает, что поспешные похороны, вывоз вещей её покойного сына из квартиры, кремация — факты того же порядка, что и абсолютный ноль на его банковских счетах: кому-то очень нужно, чтобы близкие Симонова не заметили некие детали. Какие именно? Неизвестно.

Возможно, пролить свет на эту историю могла бы вдова фармацевта — но выяснить у неё какие-либо подробности не удалось: девушка отказывается общаться с семьёй своего покойного мужа, а на похоронах поддерживала формальный контакт только в присутствии своего брата. Без него жена Симонова не появлялась ни на одной из немногих встреч с близкими умершего и всё время выглядела напуганной — это отметили и мать, и сестра Олега.

Сейчас у амурских родственников фармацевта остались лишь его детские фотографии и свидетельство о смерти с прочерком. Ни точной даты, ни времени кончины эксперты-криминалисты так и не назвали — или не выяснили, или не указали намеренно. На памятной доске с именем Олега Симонова проставлены только годы рождения и смерти: 1982 — 2017. Фармацевт из Приамурья, который занимался секретными поручениями, и из жизни ушёл "по секрету", оставив после себя массу вопросов — и ни одного ответа.

Анна Ленская, специально для Newsader

Автор фотографий – Анна Ленская