Иногда кажется, что комментарии Кремля и Белого дома пишутся в одном кабинете. На своей большой пресс-конференции Владимир Путин говорил о том, что люди, муссирующие тему российского вмешательства в американские выборы, "наносят ущерб внутриполитическому состоянию страны, обескровливают возможности избранного главы государства". Это любимый аргумент Дональда Трампа: хватит ловить блох в прошлом, дайте работать ради будущего Америки!

Знакомый мотив: не вынимать скелеты из шкафа, не выносить сор из избы, не рыться в грязном белье... Распихать белье по углам, запереть шкаф, замести сор под диван – и дело с концом. Здесь таится глубокое неверие в демократию и ее механизмы. Ричард Никсон тоже считал Уотергейт катастрофой для страны. Но Уотергейт был не причиной, а следствием ползучего конституционного переворота, который совершался незаметно для публики и нити которого тянулись в Овальный кабинет. Никсон тоже видел в законодательной и судебной власти досадную помеху власти президента. Ценой острого политического кризиса Америка избавилась от худшего.

Сегодня уже нелепо называть российское вмешательство выдумкой, как это продолжает делать президент России. Вопрос заключается лишь в том, существовал ли сговор команды Трампа с Москвой. Именно на него ищет ответ специальный прокурор Роберт Мюллер, которого лояльные президенту СМИ последнее время особенно яро атакуют, утверждая, что он необъективен, действует незаконными методами и выходит за рамки своего мандата. Цель нападок не в том, чтобы вынудить его уйти в отставку – Мюллер не из слабонервных. А в том, чтобы заранее подорвать доверие к его выводам и создать для президента почву для помилования замаравших себя политиков и чиновников.

Если бы в Кремле сочли, что России выгоднее подыграть Хиллари Клинтон, компромат получил бы ее штаб

Как России вообще пришло в голову это кибернаступление? Есть версия, что все началось с невинного развлечения сотрудников "фабрики троллей". Они, дескать, "сами обалдели от результатов". Юлия Иоффе в журнале Atlantic излагает, со ссылкой на эксперта Андрея Солдатова, другой сценарий. По сведениям Солдатова, Путин был до такой степени раздражен публикациями "Панамского досье" об офшорах своих близких друзей, что 8 апреля прошлого года созвал совещание Совета Безопасности, на котором, как предполагает Солдатов, и было принято решение об ответном ударе.

Одно другого, впрочем, не исключает. Никакого генерального плана не было, хакеры действовали на ощупь, во многих направлениях сразу. Но именно из-за этой спонтанности американские службы киберзащиты поначалу не придали этим действиям большого значения. Наибольшее беспокойство вызвали взломы сетей избирательных комиссий. Тем временем другие команды трудились над созданием фальшивых аккаунтов в соцсетях и взламывали почтовые серверы.

Специалистов хватало. Юлия Иоффе рассказывает о мероприятии АРСИБ (Ассоциация руководителей служб информационной безопасности) в Волгограде. На сайте организации такие мероприятия называются "студенческими соревнованиями в области информационной безопасности", а по существу являются школой юного хакера. В разговорах с корреспондентом Atlantic участники соревнований охотно демонстрировали свою аполитичность. Видимо, организаторов она вполне устраивает.

На победу Трампа никто в Москве особо не рассчитывал. Задача, скорее, состояла в том, чтобы скомпрометировать демократическую избирательную систему как таковую, усугубить раскол американского общества по всем возможным трещинам. Если бы в Кремле сочли, что России выгоднее подыграть Хиллари Клинтон, компромат получил бы ее штаб. И, скорее всего, воспользовался бы этой информацией. Это и есть самое удручающее во всей истории: ни у той, ни у другой стороны фактически не было этических рамок.

Впереди выборы 2018 года в Конгресс, к которым обе партии идут в деморализованном состоянии. Есть все основания полагать, что Россия и на этот раз примет в политической борьбе живейшее участие. От этой русификации американской политики надо избавляться, пока не поздно.

Владимир Абаринов – вашингтонский журналист и политический обозреватель

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции