Финляндия сумела сохранить свою внутреннюю свободу и суверенитет, но в течение более 40 лет страна была вынуждена ограничивать свою внешнеполитическую активность. Любое государство, окруженное более сильными врагами, может выжить лишь двумя способами: либо быть крайне воинственным, либо проводить хитроумную политику договоренностей и балансирования. Если Израиль являет нам пример выживания за счет воинственности, то Финляндия в течение холодной войны придерживалась исключительно второй тактики.



Впервые эти идеи выдвинул американский политолог немецкого происхождения Ганс Моргентау (1904-1980), считающийся основателем теории реализма в международных отношениях. Политики и политологи-идеалисты, обычно выступающие с наиболее воинственных позиций, применительно к враждебной внешней среде рассматривали финскую модель как форму умиротворения и покорности по отношению к Советскому Союзу.



Сейчас Обама предложил Польшу в качестве модели переходного периода для Украины, но все дипломатические ведомства склоняются к финской модели. Именно ее в самом начале нынешнего кризиса выдвинули два реалиста: Збигнев Бжезинский, бывший советником по вопросам национальной безопасности при президенте Картере, и Брент Скоукрофт (Brent Scowcroft), занимавший ту же саму должность во время президентства Форда и Буша-старшего.



Как и во времена холодной войны, принятие Украиной финской модели в качестве образца для подражания оставляет весьма неприятный осадок огромной уступки Путину, но нет никаких соображений в пользу иной политики, которая обеспечила бы возвращение Крыма и уход пророссийских ополченцев из восточный областей, граничащих с Россией.



Скорее наоборот: военное противостояние приобретает затяжной характер, и новые украинское руководство, пришедшее к власти в результате выборов, не в состоянии контролировать всю территорию страны. Возможно, лишь прямые переговоры между Киевом и Москвой могут привести к выводу пророссийских военизированных формирований, пересекающих границу с Украиной при пособничестве российских властей и спецслужб.



Новый избранный президент Петр Порошенко понимает, что НАТО не защитит его страну. Он также понимает, что западные, прежде всего европейские, интересы подталкивают к финской модели, поскольку Камерон не пожертвует капиталами российских олигархов, размещенными в британских активах. Олланд не откажется от военных контрактов с Москвой, а Меркель — не пойдет на то, чтобы вся Центральная Европа осталась без отопления ближайшей зимой.



Именно Порошенко должен договориться о самой безболезненной для его страны финской модели, которая, если и не позволит вернуть Крым, то, по крайней мере, даст возможность сохранить в составе Украины ее юго-восточные области, хотя ради этого придется отказаться на время от вступления в Евросоюз и НАТО.



Благодаря этому не будет холодной войны, зато будет Финляндия XXI века между путинской Россией и Североатлантическим альянсом.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.