Верховный суд РФ не стал рассматривать жалобы десяти граждан Сирии на отказ в предоставлении временного убежища. Суд определил, что на их родине идет не военное противостояние, а контртеррористическая операция, а значит, истцы могут не опасаться там личного преследования и бесчеловечного отношения. Эксперты сомневаются, можно ли считать территорию Сирии безопасной, а правозащитники критикуют Россию за то, что она не стремится помогать сирийским беженцам на своей территории.

Юрист сети «Миграция и право» правозащитного центра «Мемориал» Ирина Соколова получила определения Верховного суда РФ по кассационным жалобам десяти граждан Сирии, просивших в России временное убежище. Ранее суд Октябрьского района Иваново, где находятся беженцы, отказал всем истцам. В определении Верховный суд РФ дал описание происходящего в Сирии: «Значительное число населенных пунктов Сирии присоединилось к режиму прекращения огня, на территории республики проводятся гуманитарные акции, оказывается медицинская помощь. С Сирией имеется авиационное сообщение. Происходящие на территории Сирии события имеют специфические характеристики контртеррористической операции, а не классического военного противостояния с ярко выраженной линией фронта». Из этого суд сделал вывод, что в Сирии люди не могут подвергнуться «личному преследованию и бесчеловечному отношению», и отказался рассматривать кассационные жалобы.

«Вопрос безопасности возвращения беженцев в Сирию очень спорен,— сказал “Ъ” руководитель Центра арабских и исламских исследований ИВ РАН Василий Кузнецов.— Официальные власти установили контроль над значительной частью территории страны, но многим просто некуда возвращаться — дома разрушены и разграблены, нет работы». Господин Кузнецов подчеркивает, что часть людей бежала от действий сирийского режима, и возвращение может обернуться для них тюрьмой. Во многих районах сменился состав населения, и новая среда может оказаться враждебной. Только с января по апрель 2018 года еще миллион человек были вынуждены перебраться в другие районы страны, напоминает Василий Кузнецов: «Будущее Сирии неочевидно, перспективы примирения между сирийцами туманны, гражданская война, этноконфессиональные конфликты могут вспыхнуть в любой момент».

Напомним, гражданская война в Сирии началась в 2011 году. В сентябре 2015 года ВКС России по просьбе правительства Башара Асада начали военную операцию в этой стране. В 2016 году ООН определила, что 13,5 млн сирийцев нуждаются в гуманитарной помощи, из них более 6 млн были вынуждены сменить место жительства внутри страны. В 2017 году Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев заявило о 4,8 млн сирийцев, покинувших свою страну. Турция приняла 2,7 млн человек. Около 2 млн беженцев находятся в Ливане, Египте, Ираке и Иордании. Россия, по данным МВД на апрель 2018 года, предоставила временное убежище на один год 1047 сирийцам, еще двое получили постоянное убежище. «Еще как минимум 5 тыс. сирийских беженцев живет в России нелегально»,— пояснила “Ъ” руководитель сети «Миграция и право», председатель «Гражданского содействия» Светлана Ганнушкина. По ее словам, в Россию беженцы въезжают по туристическим визам: «С одной стороны, дают визы, а с другой стороны, не открывают беженцам дверь. МИД делает вид, что все нормально, а МВД делает вид, что не знает, как сирийцы сюда попали».

Согласно российскому законодательству, заявки на временное убежище подаются в территориальный орган МВД. Полиция выписывает справку о рассмотрении заявления, которая дает право находиться в России три месяца. В случае отказа заявитель может обратиться в суд, а если это не поможет, обжаловать в вышестоящую инстанцию. «Это может длиться годами, и пока беженцы находятся "в процедуре", они в России легально»,— пояснила “Ъ” представитель «Гражданского содействия», востоковед Анна Батюченко. По словам аналитика «Гражданского содействия» Константина Троицкого, если в 2014 году 1435 сирийцев подали в МВД заявления на временное убежище и 1369 из них получили статус, то в 2017 году 688 человек подали заявление, и только 352 человека получили статус.

По словам госпожи Ганнушкиной, беженцам начинают предлагать статус за взятку. Так, сириец по имени Ахмед (жил и работал в России с 2014 года) сообщил “Ъ”, что у него требовали заплатить $2 тыс. за повторное продление статуса беженца для него, жены и двоих детей. После повторного отказа в продлении статуса семья решила уехать, но их дом в пригороде Дамаска разрушен. На последние деньги они доехали до границы с Норвегией, где налажен бизнес по переправке беженцев на велосипедах: «Россия делала все, чтобы вытолкнуть нас отсюда, в том числе закрывала глаза на этот маршрут для беженцев».

«Плохо, что отказывают беженцам в статусе, но мы даже своих соотечественников не можем легализовать,— напоминает глава комиссии по миграционной политике Совета при президенте РФ по правам человека Евгений Бобров.— Нет указа президента об основном документе для лиц без гражданства, и мы 18 лет с этим бьемся. Люди с советских времен у нас не могут официально работать и реализовать свои права».

Анастасия Курилова, Марианна Беленькая