Выпускник юридического факультета Санкт-Петербургского университета, Шамалов занял кресло вице-президента по административной поддержке бизнеса «Сибура» в 26 лет. До этого он успел недолго поработать в «Рособоронэкспорте», «Газпроме» и Газпромбанке, а потом три года был специалистом в департаменте экономики и финансов правительства. «Сибур» в 2008 году как раз искал человека, ответственного за связи с госорганами. Идея пригласить на нее Шамалова принадлежала бывшему президенту компании Александру Дюкову, говорит источник, близкий к «Сибуру». Сам Дюков подтверждает, что обсуждал назначение с Шамаловым: по его словам, «политический тяжеловес» в то время был «Сибуру» не по зубам.

Когда в «Сибуре» появилась опционная программа, Шамалов, среди прочих коллег, ею воспользовался (на 30 июня 2015 года бывшим и нынешним менеджерам компании принадлежало 17,5% акций). Он покупал акции в ходе нескольких раундов программы и к осени 2014 года собрал больше 4% компании.

В начале сентября 2014 года сам «Сибур» объявил, что владельцем 17% акций стало ООО «Яуза 12», а Кирилл Шамалов является единственным владельцем этой фирмы. Продавцом пакета выступил Геннадий Тимченко. Так Шамалов консолидировал 21,3% акций, у основного акционера Леонида Михельсона осталось 50,2%, у Тимченко — только 15,3%.

Стоимость «Сибура» заметно превышает оценку других известных активов Шамалова-младшего. РБК нашел, что с февраля 2013 года ему может принадлежать жилой дом в стадии строительства площадью 1429 кв. м, расположенный в Одинцовском районе Московской области вблизи деревень Усово и Калчуги (по данным ЕГРП, собственником здания является Кирилл Николаевич Шамалов). Кроме того, Reuters сообщал, что примерно в то же время молодой бизнесмен выкупил у Геннадия Тимченко дом и участок во французском Биаррице стоимостью до $4 млн (представитель Тимченко это не комментирует). У Шамалова есть также доля в совместном с отцом цементном бизнесе (см. инфографику). Каким был доход Шамалова в «Сибуре», неизвестно, но он вряд ли превышал годовой заработок его начальника Дмитрия Конова, который Forbes по итогам 2014 года оценивал в $5,5 млн. Так как молодому бизнесмену удалось профинансировать столь крупную сделку?

Стоматолог со знанием немецкого

Кирилл Шамалов происходит из состоятельной семьи. Его отец Николай Шамалов однажды даже появился в списке Forbes: в 2011 году журнал оценил его капитал в $500 млн (тогда он занял 198-е место). С тех пор он больше ни разу не входил в число 200 богатейших российских бизнесменов. Знакомые Николая Шамалова утверждают, что сейчас он якобы больше интересуется охотой и своим животноводческим хозяйством, чем крупным бизнесом (подробнее об этом — в инфографике).

Тем не менее в 2014 году Шамалов-старший попал под санкции Евросоюза, власти которого причислили бизнесмена к ближайшему окружению Путина, обосновав это тем, что оба были соучредителями дачного кооператива «Озеро». Николай Шамалов действительно дружит с Путиным и даже был у него на дне рождения в этом году, подтвердил источник РБК в кремлевской администрации (пресс-секретарь президента Дмитрий Песков это не комментирует).

Кооператив «Озеро» был основан в 1996 году. Из восьми основателей, среди которых Владимир Путин, экс-президент РЖД Владимир Якунин, Юрий Ковальчук, братья Фурсенко и Николай Шамалов, в составе учредителей остались только Шамалов, Якунин и бывший гендиректор «Техснабэкспорта» Владимир Смирнов. Помимо доли в самом кооперативе у каждого из них по-прежнему в собственности земля на берегу Комсомольского озера посередине Карельского перешейка в Приозерском районе Ленинградской области (Фото: Екатерина Кузьмина / РБК)

Врач-стоматолог, до начала 1990-х Шамалов работал в Ленинграде по специальности, говорит один из знакомых Шамалова. Со стоматологией, возможно, был связан и ранний бизнес Шамалова: как следует из данных Регистрационной палаты Санкт-Петербурга (содержатся в базе данных Integrum), в 1994 году он стал одним из соучредителей компании «Мастердентсервис». Опытным врачом, хорошо знающим немецкий язык, Николая Шамалова называет и Алексей Эйрих, его бывший коллега по медицинскому подразделению концерна Siemens в Петербурге.

Представителем Siemens Шамалов стал в 1992 году и проработал в компании больше 15 лет. Эйрих вспоминает, что Шамалов был «крайне успешным» в продажах медицинской техники и в некоторые годы «единолично делал до 80% плана». Немцы, по его словам, не скупились: одни только годовые бонусы менеджера могли превышать €100 тыс.

Единственная версия о том, как у Шамалова-старшего появился серьезный капитал, изложена в скандальном письме предпринимателя Сергея Колесникова Дмитрию Медведеву (тот написал его в 2010 году, когда поругался с Шамаловым и другими партнерами и уехал за границу). Колесников утверждал, что Шамалов сотрудничал с компанией «Петромед», которая занималась продажей медицинского оборудования. Ее совладельцами были в том числе сам Колесников и его партнер Дмитрий Горелов.

Как писали «Ведомости» со ссылкой на Колесникова, «в начале 2000-х годов Николай Шамалов [...] обратился к «Петромеду» с предложением от имени Путина «предоставить финансирование для ряда крупных контрактов в области государственного здравоохранения». «Было сказано, что финансировать контракты будут олигархи, готовые на благотворительность для помощи новому президенту, а условием финансирования является перевод «Петромедом» 33% от суммы контракта на зарубежные счета», — пересказывало рассказ Колесникова издание. Взносы, по данным бизнесмена, поступили от Романа Абрамовича ($203 млн) и Алексея Мордашова ($14,9 млн). Мордашов впоследствии это не комментировал, а представитель Абрамовича говорил, что средства направлялись на благотворительность.

Газета Financial Times (FT) со ссылкой на предоставленные Колесниковым документы сообщала позднее, что несколько десятков миллионов долларов при закупках оборудования остались у фирм-посредников, владельцами которых были Шамалов, Горелов и сам Колесников. Следов Путина FT в документах не нашла. Зато, по версии издания, Шамалов и Горелов в 2004–2005 годах могли потратить эти деньги (в сумме минимум 1 млрд руб.) на покупку по 12,6% акций созданного в 1990-е годы при участии Юрия Ковальчука банка «Россия». «Россия», в свою очередь, тоже начала скупать различные активы, например, банк консолидировал около 76% главного газпромовского страховщика СОГАЗ.

Сейчас у Шамалова около 10% акций банка, и этот пакет остается одним из его самых ценных активов. Неясно, можно ли учитывать в капитале Шамалова СОГАЗ, с которым в 2014 году «России» пришлось расстаться из-за риска западных санкций. За прошедшие годы СОГАЗ суммарно выплатил больше 17 млрд руб. дивидендов. Но дивиденды самого банка на этом фоне были незначительными.

Колесников также писал, что в середине 2000-х он вместе с Шамаловым и Гореловым участвовал в создании компании «Росинвест», через которую тоже инвестировались деньги от продаж медицинского оборудования. На них «Росинвест» и его структуры скупали активы: судостроительную верфь в Петербурге, которая получила контракты на постройку двух платформ для «Газпрома», 12,5% акций того же СОГАЗА; строили дворец под Геленджиком (после письма Колесникова СМИ стали называть его «дворцом Путина»), участвовали в национальном проекте «Здоровье» и пр.

Конечным бенефициаром «Росинвеста» была швейцарская Lirus Management АG. Информации о ее владельцах в официальных источниках обнаружить не удалось, но глава совета директоров Lirus Юнг Виссман сообщил РБК, что изначально компания в равных долях принадлежала Шамалову, Колесникову и Горелову.

«Росинвест» в 2012 году был ликвидирован; как утверждает собеседник РБК из окружения Шамалова, это произошло из-за репутационных рисков после скандала с письмом Колесникова. В ликвидационном балансе «Росинвеста» (копия есть у РБК) говорится, что на конец 2010 года финансовые вложения фирмы составляли 7,7 млрд руб., нераспределенная прибыль — 623 млн руб.

Досталось ли Шамалову-старшему что-то из этих активов и денег?

Наследство «Росинвеста»

В конце 2009 года Шамалов «взял полный контроль над компанией «Росинвест», активы которой на тот момент «существенно превышали $500 млн», сообщил Колесников РБК. В их числе он назвал землю и винодельческое хозяйство в районе Геленджика, 25% акций Выборгского судостроительного завода (ВСЗ), 40% акций бизнес-терминала в Пулково, землю в Нижегородской области, которая была выделена под строительство деревоперерабатывающего комбината и проч. (см. инфографику).

На основании имеющихся у РБК документов можно сделать вывод лишь о том, что Николай Шамалов участвовал в ликвидации «Росинвеста». Это следует из протокола собрания акционеров компании, которое состоялось в конце 2011 года (копия есть у РБК). Именно у него была доверенность от учредителя Lirus Management на управление российской «дочкой». Технически ликвидатором выступила Елена Ярошенко — бывшая коллега Шамалова-старшего по Siemens, топ-менеджер нескольких его компаний и последний гендиректор «Росинвеста» с 2009 года до самой ликвидации.

За время ее руководства «Росинвест» распродал некоторые крупные активы, например, Выборгский завод и ривьеру близ Геленджика. В результате серии сделок Выборгский завод сменил нескольких собственников и в конце концов перешел под контроль государственной Объединенной судостроительной корпорации (ОСК). Пакет в размере 80% ВСЗ обошелся ОСК в 1,8 млрд руб., 22% акций верфи непосредственно перед продажей ОСК принадлежало лично Шамалову (указано в отчетности ВСЗ). Поместье «в стиле итальянского палаццо» под Геленджиком примерно за $350 млн ушло бизнесмену Александру Пономаренко, который утверждал, что продавцом также выступал Шамалов (об этом писал «Коммерсантъ»).

В 2012 году ОСК купила Выборгский судостроительный завод. Незадолго до сделки «Росинвест» вышел из актива, а Николай Шамалов, наоборот, нарастил в нем долю (Фото: Игорь Акимов/ТАСС)

Бенефициар «Росинвеста», Lirus Management, от этих сделок не получил ни цента, заявил РБК руководитель швейцарской компании Виссманн. Он оценивает потери учредителя примерно в $250 млн. Lirus пыталась оспорить решение о ликвидации в российских судах, настаивая, что доверенность Шамалова не предусматривала прав на закрытие фирмы, но проиграла во всех инстанциях.

Совладелец Внуково Виталий Ванцев вместе с Николаем Шамаловым (на фото в центре) развивает бизнес-терминал в аэропорту Пулково На фото: официальное открытие Центра бизнес-авиации Пулково-3, 25 апреля 2013 года (Фото: Фото предоставлено компанией «Ладога»)

РБК пытался связаться с Шамаловым-старшим и передавал ему просьбу о встрече через двух его знакомых. По их словам, тот отказался. Источник в окружении Шамалова утверждает, что иностранный учредитель действительно одалживал «Росинвесту» деньги для его проектов. Но на момент ликвидации все расчеты были произведены и обязательства были погашены. Некоторые активы «Росинвеста» были сильно переоценены, считает собеседник РБК. По его данным, единственный проект «Росинвеста», доля в котором осталась за Шамаловым, это 40% в VIP-терминале Пулково.

Но ни терминал, ни прочие из обнаруженных РБК активов Шамалова-старшего (см. инфографику), не сопоставимы по стоимости с пакетом акций «Сибура», который приобрел Шамалов-младший у Геннадия Тимченко.

Кредитная история

Некоторые детали сделки с Тимченко Шамалов-младший раскрыл только через год после покупки «Сибура» — в интервью «Коммерсанту». Несмотря на значительную стоимость актива, покупатель утверждал, что финансировал ее без помощи отца, взяв под залог принадлежавших ему активов кредит в Газпромбанке (каких именно и сколько точно, в интервью не уточнялось).

Шамалов также говорил, что сделка была денежной, а весь «Сибур» для нее был оценен больше чем в $10 млрд (т.е. минимум $1,7 млрд, или 63 млрд руб. за 17% акций по курсу на момент сделки). Источник, близкий к Газпромбанку, утверждает, что Шамалов почти целиком финансировал сделку за счет банка, но сколько точно личных средств он использовал — не уточняет.

РБК изучил открытые данные компании-покупателя, единственным владельцем которой, по данным СПАРК, по-прежнему является Кирилл Шамалов. «Яуза 12», если верить СПАРК, была учреждена в августе 2014 года, за месяц до объявления о покупке. Ее уставный капитал составляет 10 000 руб. Фирму возглавляет Лариса Исаева, которая, по данным СПАРК, в 2014 году около месяца проработала гендиректором ООО «Новое» — животноводческого проекта Шамалова-старшего в Карелии. С 2002 по 2004 год ее полная тезка возглавляла ООО «Акцепт», через которое дальний родственник Владимира Путина Михаил Шеломов владеет миноритарными пакетами в банке «Россия» и СОГАЗе. Она же, если верить СПАРК, руководила некоммерческим партнерством «Российская лига почетных консульских должностных лиц», среди основателей которого — почетный консул Таиланда Юрий Ковальчук, почетный консул Бангладеш Сергей Фурсенко (еще один из основателей «Озера») и почетный консул Сейшельских островов Виктор Хмарин (сокурсник Владимира Путина).

Из бухгалтерского баланса «Яузы 12» следует, что на конец декабря 2014 года у компании было две крупные финансовые статьи: долгосрочные вложения и обязательства. Финансовые вложения в балансе могут быть вложениями в акции, обязательства могут иметься в виду как перед кредитными организациями, так и перед учредителем, говорит гендиректор аудиторской фирмы «Старовойтова и партнеры» Елена Старовойтова.

Размер долгосрочных вложений «Яузы 12» на отчетный период равен 78,6 млрд руб. Это эквивалент $2,1 млрд по курсу на 5 сентября 2014 года, когда было объявлено о сделке между Тимченко и Шамаловым. Скорее всего, исходя из правил РСБУ и данных баланса это и есть цена покупки активов «Яузой», полагает Старовойтова. Это может означать, что весь «Сибур» на момент сделки с компанией Шамалова был оценен в $12,35 млрд.

Из баланса можно сделать вывод и о долгах «Яузы 12». На конец 2014 года они составляли 78,9 млрд руб.. В отчетности также указаны проценты, которые по итогам 2014 года должна была уплатить фирма: 343,7 млн руб. (правда, неясно, за какой период они были начислены).

Источник в окружении Шамалова настаивает, что делать любые расчеты по кредиту на основе отчетности «Яузы 12» некорректно, поскольку у Газпромбанка заняла не эта компания, а ее акционер. Сколько и на каких условиях занял сам Шамалов, использовались ли в сделке его личные средства, собеседник РБК уточнить отказался.

Шамалов обслуживает кредит за счет денег, поступающих ему в качестве дивидендов по акциям «Сибура», и сейчас этих выплат ему хватает, рассказывали РБК источники в окружении бизнесмена и близкий к Газпромбанку. За 2014 год он должен был получить около 3,7 млрд руб.

Чтобы обслуживать этот кредит из дивидендного потока компании, его условия должны быть сугубо индивидуальными, говорит директор по корпоративным рейтингам, управляющий директор рейтингового агентства «Эксперт РА» Павел Митрофанов. При рыночной ставке (это не меньше 10% годовых в то время, сказали РБК двое крупных банкиров) и равномерном погашении срок кредита был бы нереалистично долгим — многие десятки лет, говорит эксперт. По его мнению, кредит был структурирован специально под сделку и учитывает много факторов: например, выплата основной суммы долга по кредиту может быть отложена на несколько лет, а в начале клиент гасит только проценты. Заемщик, таким образом, может рассчитывать на то, что в будущем продаст часть своего пакета и за счет этого сможет погасить основную часть обязательств, рассуждает Митрофанов. «Как правило, в банковской практике под крупные сделки формируются специальные условия», — соглашается аналитик S&P Сергей Вороненко.

Тем не менее никто, кроме Шамалова, не решился брать на себя такие обязательства: Тимченко предлагал акции «Сибура» и другим менеджерам компании, утверждает представитель бизнесмена. В числе отказавшихся был и Александр Дюков, который сейчас возглавляет «Газпром нефть» и входит в совет директоров «Сибура». «Кому-то [из менеджеров] найти финансирование и обслуживать долг было нереалистично, а кто-то не захотел», — объяснил он РБК.

Заурядный должник

Можно ли считать кредит на 60–80 млрд руб. крупным с точки зрения Газпромбанка? Весь его кредитный портфель в сентябре 2014 года превышал 2,5 трлн руб. На этом фоне предполагаемый заем Шамалова не выглядит значительным. С другой стороны, это почти четверть от всех кредитов банка, выданных физическим лицам (290 млрд руб. на тот период).

Тем не менее установленные ЦБ лимиты на одного заемщика Газпромбанк в сделке с Шамаловым не нарушил, считают эксперты. «Мы исходим из предположения, что Газпромбанк не нарушает регулятивные требования», — говорит Вороненко из S&P. По правилам банк не должен выдавать одному заемщику больше 25% от собственного капитала. На конец 2014 года собственные средства банка составляли около 500 млрд руб., говорит Вороненко. Выходит, банк безболезненно мог предоставить одному заемщику до 125 млрд руб.

В Кодексе корпоративного управления Газпромбанка говорится, что крупные сделки должны выноситься на совет директоров (насколько крупные, в документе не уточняется). В совет Газпромбанка входит старший брат Кирилла — Юрий Шамалов. Уже больше десяти лет он возглавляет Газфонд — крупнейший в России НПФ и основной акционер Газпромбанка.

Юрий Шамалов управляет Газфондом более десяти лет (Фото: Велерий Левитин/Коммерсантъ)

Любые крупные кредиты проходят обязательную процедуру обсуждения на кредитном комитете, говорит Вороненко. Требовала ли она одобрения правления или совета директоров — зависит от внутренних регламентов банка. Но с точки зрения российского законодательства конфликта интересов не было, полагает эксперт: в России банкам не запрещено кредитовать аффилированные и зависимые лица. Пресс-служба Газпромбанка на запрос РБК не ответила.

Агентство Fitch 11 декабря подтвердило долгосрочный рейтинг дефолта «Газпромбанка» на уровне BB+ (прогноз — «негативный»). «Мы анализируем все крупные сделки банка, но принимаем решение на основании комплекса факторов», — говорит директор Fitch Александр Данилов (сделку с Шамаловым он не комментирует). Решение Fitch обусловлено «очень высокой готовностью российских властей предоставлять» банку поддержку в случае необходимости, говорилось в пресс-релизе агентства. В 2015 году Газпромбанк получил 164,2 млрд руб. государственной поддержки.

Важная сделка

11 декабря 2015 года комиссия по иностранным инвестициям под руководством премьера Дмитрия Медведева одобрила крупную сделку с китайским нефтехимическим гигантом Sinopec: вторая по величине компания из списка Fortune Global 500 купит 10% акций «Сибура». О том, что сделка закрыта, было объявлено в четверг. Для нее российская компания оценена уже в $13,4 млрд, то есть на $1 млрд больше, чем компания предположительно стоила в сентябре 2014 года во время сделки с «Яузой 12».

Руководители «Сибура» давно знали, что у компании может появиться стратегический партнер. Переговоры по сделке с Sinopec начались в 2013 году, сообщили РБК источник, знакомый с ходом переговоров, и менеджер одного из банков-консультантов. А публично объявлено о ней было только в сентябре 2015 года во время визита в Китай Владимира Путина.

Владимир Путин знает о «Сибуре» не понаслышке — он лично запускал три завода холдинга На фото: президент России Владимир Путин и председатель правления НОВАТЭКа Леонид Михельсон на церемонии запуска завода «Тобольск-полимер» (входит в холдинг «Сибур») (Фото: «РИА Новости»)

К 2020 году стоимость компании может увеличиться на сумму еще до $1,5 млрд, считает аналитик Газпромбанка по нефтегазовому сектору Евгения Дышлюк. Столько «Сибуру», по ее оценке, может добавить только один проект — «Запсибнефтехим», о старте которого компания объявила в 2014 году. Благодаря ему выручка компании вырастет на 25–30%, примерно до $11 млрд, писали в недавнем отчете аналитики Moody’s. Для «Сибура» это будет крупнейшая стройка в истории. Затраты на нее оцениваются в $9,5 млрд. После обвала рубля в 2014 году «Сибур» обратился за господдержкой проекта и, в отличие от многих, ее получил. В конце октября Медведев подписал постановление о выделении компании $1,75 млрд из Фонда национального благосостояния.

Собеседники РБК рассказали, что акции «Сибура» в ходе сделки с Sinopec продали трое крупнейших акционеров — Михельсон, Шамалов и Тимченко. Изначально речь шла о том, что основные владельцы «Сибура» продадут бумаги Sinopeс пропорционально своим долям, утверждает один из них (основной владелец «Сибура» Леонид Михельсон заявил журналистам, что так и было). Для Шамалова это означало бы продажу чуть больше 2%. Но он реализовал меньше, утверждает источник, близкий к «Ладога Менеджмент»: доля Шамалова сократилась «существенно менее чем на 1%». Официально акционеры новое распределение долей в компании пока не раскрыли.

Весной этого года Шамалов ушел с менеджерских должностей в «Сибуре», сохранив за собой место в совете директоров. Он готов инвестировать и в другие проекты (некоторые из них см. в инфографике). Их отбором занимается управляющая компания Шамалова «Ладога Менеджмент» во главе с бывшим юристом «Сибура» Денисом Никиенко. Долги не помеха, если покупаемые активы будут иметь потенциал роста стоимости и смогут обеспечивать денежный поток для того, чтобы платить кредиторам, говорит знакомый бизнесмена.

Хранитель Газфонда Петербургские связи сыграли роль не только в бизнесе Николая Шамалова, но и его старшего сына, Юрия. Собственного бизнеса у него РБК не обнаружил. Зато более десяти лет Юрий Шамалов находится на значимой управленческой должности: с 2003 года он бессменно возглавляет Газфонд, крупнейший НПФ в России. На конец сентября размер пенсионных резервов Газфонда составлял 336,8 млрд руб., пенсионных накоплений — 111,8 млрд руб. До прихода в Газфонд Юрий, как и отец, работал представителем Siemens, только не в Петербурге, а в Москве. «Подводник, окончил военное училище, а немецкий знал еще лучше Николая Терентьевича», — вспоминает Алексей Эйрих, бывший коллега по Siemens Шамалова-старшего. Назначение в Газфонд стало для коллег Юрия неожиданностью. Многое решили связи, полагает финансист, близкий к Газфонду: в 1993–1995 годах Юрий работал специалистом в одном из управлений петербургского комитета по внешним связям. Его непосредственным начальником был нынешний глава «Газпрома» Алексей Миллер.



Через полгода после назначения Шамалова в Газфонд НПФ в России допустили к управлению пенсионными накоплениями граждан. За следующие десять лет их объем у Газфонда вырос со 138 млн руб. почти до 112 млрд руб. — сейчас это 6,7% всех накоплений под управлением российских НПФ. Более полумиллиона клиентов Газфонда по обязательному пенсионному страхованию (ОПС) — это сотрудники монополии и ее многочисленных бывших и нынешних структур: «Сибура», «Газпром-Медиа», Газпромбанка, «Газпром нефти» и др.



Крупные инвестиции руководство Газфонда согласовывает с главой «Газпрома», утверждает собеседник РБК, близкий НПФ. Хотя формально Газфонд распоряжается огромными активами, но большая часть того, что есть у НПФ — «неприкасаемые активы», от которых нельзя избавиться без согласования с «Газпромом», рассказывает бывший менеджер УК «Лидер» (управляет резервами Газфонда). Это, в частности, пакет акций самого «Газпрома», акции Газпромбанка, МОЭСК, РКК «Энергия» и др. Пресс-служба «Газпрома» это комментировать не стала, сообщив лишь, что «Газфонд» вправе размещать пенсионные резервы по своему усмотрению. Пресс-служба «Газфонда» на запрос РБК не ответила. Представитель УК «Лидер» отказался от комментариев.

В подготовке статьи участвовали: Анфиса Воронина, Петр Мироненко, Елена Мязина, Светлана Рейтер, Елена Тофанюк