Что привлекает иностранцев?

В чём бытовые отличия от обычной поездки?

Почему они выходят из поезда такими радостными?

Цветение багульника в мае. Не надо есть подозрительные беляши. Лучше скачать разговорник. Посуду (в особенности стакан и подстаканник) дают бесплатно. Лучше взять с собой еды. Лучше взять с собой нормальный душевой набор.

Есть у нас в России одна достопримечательность, которая дичайше привлекает иностранцев. Но при этом почти каждый из нас сочтёт её пыткой. Это Транссибирская магистраль: шесть дней на поезде от Москвы до Владивостока. Первый день вы будете спать, на второй ещё как-то выдержите, а вот дальше сойдёте с ума. Или же воспользуетесь дешёвым и практичным методом телепортации с помощью водки.Каждый раз, когда мы выезжаем за границу, нас спрашивают, что надо знать про Транссиб. А мы не можем толком ответить. В общем, это пост-ликбез про то, как не ударить в грязь лицом перед иностранцами, и про то, что нужно знать про эту поездку. И памятка для иностранцев сразу на английском.Ну, с попыткой понять, зачем, вот зачем они ездят. И чему радуются. Наш респондент — проводник с многолетним стажем. Я работаю в обычных плацкартных вагонах, довольно редко вижу купированные и мягкие (спальный вагон — СВ) вагоны. Поэтому основной контингент — молодёжь. Примерно 5–7 % пассажиров — англоговорящие, чаще всего — европейцы, иногда корейцы, индонезийцы. Но больше Европы: немцы, французы. Часто встречаются американцы. Студенты и люди в студенческом возрасте. Европейцы путешествуют поодиночке, либо парами, либо студенческой группой небольшой. Южные корейцы — студенты, они почти всегда группой от 3 до 12 человек.В купе едут чуть постарше. В СВ ещё постарше, там уже состоявшиеся люди, которые в поезд заходят, как в гостиницу. Но большинство покупает такие же билеты, как и мы, и едет, как и мы. В обычном советском поезде. Потому что, когда появляются новые вагоны, они сначала появляются в западной части России и чаще всего после первого обслуживания (ремонта) уже едут к нам, то есть лет через 10. То есть на романтику поезда никто не покупается.Иностранцы едут обычно в одну сторону — либо во Владивосток, либо оттуда. Наш поезд идёт с короткими остановками в городах, времени хватает только выйти, посмотреть перрон, купить еды и зайти обратно. Поэтому очень часто путешественники разбивают дорогу на несколько отрезков и ездят от города к городу. Это легче переносится: когда ты проводник, то дел много, но один раз я пассажиром ехал и чуть с ума не сошёл за шесть дней.В общем, больше всего иностранцев привлекает, конечно, Байкал. Это даже не обсуждается. Они едут ради него, сидят и ждут, когда он начнётся. Подходят ко мне, спрашивают, скоро ли Байкал. Беспокоятся: боятся пропустить. Ещё не очень понимают, что он большой — около четырёх часов поезд едет непосредственно по берегу этого озера.А потом он начинается, и они сидят у окна, как приклеенные.Дальше там, за Байкалом, начинаются пейзажи Бурятии. Иностранцев очень радует растительность за окном, многие могут часами смотреть на поля. Говорят, поражает, что столько земли в принципе без людей. Ну и вообще в Европе же из города в город можно за час доехать, а тут они могут 300 километров двигаться без остановок по «пустому» месту. Удивляются.Примерно в мае цветёт багульник. Это розовые моря по бокам от поезда. Вот тогда, конечно, эстетика. Там можно долго смотреть, это очень красиво. Так что, если вы отправляете иностранца Транссибом, то советуйте начало мая.Во-первых, гигиена. В самом плацкарте душа нет, есть душ в штабном вагоне и в люкс-вагонах (где купе с душем). В штабном душ стоит 150 рублей. Мы объявляем про это на русском, поэтому иностранцы не всегда понимают. Но им и несильно надо, они же короткими отрезками путешествуют. Не все знают, что если полотенца нет, то можно ещё за 150 рублей купить душевой набор: дадут дополнительно к белью большое полотенце, полотенце для лица и ещё одноразовую зубную щётку, пасту, маленькие шампунь и гель в пакетах, одноразовую расчёску. Бельё мы даём один раз на всю поездку, но если хочется — можно купить ещё один чистый набор в любой день, а старый отдать проводнику.Во-вторых, еда. Тут гости страны очень страдают. Наши-то все знают, что беляши, купленные ночью на перроне у бабушки, подошедшей к поезду, может оказаться есть опасно для жизни. А вот они думают, что это услуга вокзала. И что это цивилизованная торговля с разрешениями и всё такое. Ну и едят их. Дальше зеленеют и начинают очень беспокоиться, занимают туалеты надолго, идут ко мне. Правильная процедура — связаться со штабным вагоном, там начальник поезда связывается с машинистом, машинист передаёт данные на ближайшую станцию; когда мы к ней подходим, там должна стоять «скорая», которая забирает иностранца. Оставлять европейцев на полустанках не хочется (да и путешествуют они одни редко), поэтому так мы делаем только в серьёзных случаях. Это не по инструкции, но я беру с собой штук 10 упаковок активированного угля и даю им. Если не полегчает быстро — уже «скорая», но всё же бабки не специально же травят людей, поэтому обычно всё хорошо кончается.Правильно либо покупать еду в магазинах, либо есть в вагоне-ресторане, либо же заказывать из вагона-ресторана горячее. Ну или брать еду с собой. Комплексный обед и ужин в ресторане хороши и стоят довольно нормально для европейцев.Ещё для многих сюрпризом становится трёхразовое питание или «питание включено»: у нас есть немного странные тарифы, где за шесть дней тебя кормят три раза. Или куда входит один набор питания (ужин), который можно взять в любой из дней. Исторически так сложилось от тарифов коротких путешествий, где «питание включено» — это один приём пищи. Студенты-иностранцы часто не очень понимают, где еда.Мы, проводники, едим взятое из дома или купленное в магазинах. Есть микроволновка в купе проводника, греем там. Можно есть по специальному меню для персонала в вагоне-ресторане, цены около 150 рублей за приём пищи. Через несколько поездок по маршруту уже знаешь, где и что покупать дешевле, где покупать вообще нельзя, где ещё что-то. У пассажиров холодильников нет. У нас небольшие, но всё равно из дома на весь рейс, конечно, не возьмёшь. Когда я рассказываю про это другим проводникам с короткими рейсами, они радуются, что не ездят с нами. Но потом узнают, что начальство ты видишь на земле два раза в месяц, а не каждый день, и крепко задумываются.Да, иностранцы ещё не понимают или не сразу понимают, что можно взять подстаканник, стакан, ложку, тарелку: считают, что надо платить и счёт будет в конце поездки. Или пытаются заплатить сразу. А это входит в билет.В-третьих, отопление. По Транссибу вся дорога электрифицирована с 2002 года. Магистраль — 3 000 Вольт почти везде. Почти — у нас есть ответвления на нечётной схеме (маршрут не всегда одинаковый), на Сковородино состав разделяется, и часть идёт на Нерюнгри с тепловозом. Пассажирам это жизнь не меняет, но мне — куча лишней работы с угольной печью. Потому что снаружи холодно.Температура в вагоне поддерживается от 20 до 24 градусов, обычно держим по верхней границе, потому что за переход за нижнюю дают по ушам. Иностранцы не мёрзнут: многие живут в странах без центрального отопления, им в поезде очень хорошо и приятно. Но удивляются, как наши выходят на перроны «в пижамах». Кстати, про эти пижамы в отзывах из поездок не верьте. Это не пижамы, это майки-алкоголички и штаны-треники с вытянутыми коленками. Просто они не понимают, что это такое.Спать в вагонах очень приятно. Не отель, но все почти сразу привыкают. Иностранцы боятся, что на полке не уснут, но укачивает хорошо. Да, у нас же «Бархатный путь»: очень много где по Транссибу уложены рельсы со стыками не как обычно, «та-да-та-да», а раз в 800 метров. Обычные стыки — на стрелках, станционных горловинах, переездах и на самих станциях. Всё остальное время поезд тихо так наполовину шуршит, наполовину скрипит. Мягко и спокойно. Но в зоне вечной мерзлоты колёса снова становятся круглыми и вот этим пиар-квадратом стучат.В-четвёртых, связь. На станциях почти всегда есть 3G, между станциями — 2G или вообще нет связи. Я бы сказал, разговоры возможны примерно на 40 % пути, а вот с Интернетом хуже. Wi-Fi мы временно не предоставляем, потому что был инцидент со сгоревшим вагоном, и интернет-модули под подозрением как причина возгорания. До конца расследования пока отключили во избежание. Но в любом случае входящий канал — с сотовых операторов (не со спутника), поэтому всё равно он далеко не всегда даёт подключение. Влияет это на то, что у иностранцев в телефонах перестают работать программы-переводчики.В-пятых, безопасность. У нас, бывает, воруют. Нечасто, но, поскольку именно иностранцы часто оказываются обладателями дорогих телефонов и прочих вещей, воруют у них. Они очень расслабленные товарищи: могут поставить телефон на зарядку в коридоре и уйти гулять в вагон-ресторан или на перрон. Потом удивляются, что же такое случилось. Сейфов в плацкарте нет, рундук внизу открытый по противотеррористическим требованиям (без стенки), поэтому надёжно вещи спрятать, по сути, некуда. У нас такой услуги официально нет, но я предупреждаю, что можно сдавать вещи мне на хранение на ночь. Потому что, когда что-то пропадает, начинается ужасная процедура. На выезде из Владивостока вот украли телефон у иностранца, так меня потом на каждой станции допрашивали полицейские. Четверо суток одних и тех же вопросов, потом на земле ещё раз долго, заставили кучу бумаг заполнить. В общем, очень выводит из себя.Часто потому, что они тут общаются. Контингент вагона — это вот эти 5–7 % англоговорящих, много трудовых мигрантов (страны бывшего СССР, Северная Корея, Монголия) и наши граждане, которым довольно быстро становится скучно. А когда нашим гражданам становится скучно, они начинают знакомиться. И языковой барьер тут не мешает. Весь вагон рвётся поговорить с ними. Показывают фотографии с телефонов, что-то рассказывают, рисуют и, конечно, предлагают выпить. Иностранец почти не имеет шансов дойти до вагона-ресторана, чтобы какой-нибудь дедушка не налил ему стопку коньяка.Но! Я никогда не видел, чтобы хоть один напивался в слюни. Если уж пьют много, то делают это в вагоне-ресторане и там же иногда засыпают. Но не буянят в вагоне, не дерутся на перронах, не ходят оставить своё боа на белье других пассажиров. Знают меру. Употребляют в вагоне редко. Катастрофы случаются, когда какой-нибудь наш душевный Вася говорит: «Ща всё будет!» — и уговаривает их присоединиться. Часто такая «вечеринка» заканчивается конкурсом среди наших сограждан «Смотри, как я могу», после чего мы вызываем транспортную полицию, и она забирает под белы рученьки пьяное тело, чтобы передать его в «обезьянник» на ближайшей станции.Ещё они очень любят сувениры. У нас много моделей поездов, шариковых ручек, всяких брелков, кружек с символикой РЖД и так далее. Они прямо сами подходят их купить, всё перебирают и много берут.В общем, так и проходит поездка: они смотрят на что-то очень им нравящееся за окном, живут в тёплом уютном поезде, пробуют новое, разговаривают с очень дружелюбными и общительными русскими (что ломает им все стереотипы о нас), смотрят за бытом незнакомой страны, сидят в вагоне-ресторане, выходят в городах и возвращаются обратно в поезд. Говорят, такая поездка меняет взгляд на жизнь, но я думаю, это потому, что они пару дней без телефона просто.Итак, самое важное:Ещё посты про железную дорогу: какие бывают поезда Ссылка на памятку . Она доступна по лицензии CC BY-SA, то есть вы можете использовать её как хотите и делать новые на её основе, но надо сохранять указание авторства.