Кучму я начал снимать в 1992 году, когда он стал премьером. А потом уже во время его президентства. На избирательной кампании 1999 года работал как наёмный фотограф.



Именно после съёмки одной из пресс-конференций Леонида Кучмы мне был закрыт вход в Администрацию президента. Кучма тогда сказал что-то резонансное. Мы в газете «День» дали встык два снимка. Как правило, на стыке вспыхивает искра. На одном охрана перед пресс-конференцией проверяла работу микрофонов, это классическая процедура. Потом уже я почувствовал глухую стену со стороны Администрации. Где-то год или полтора я не мог аккредитоваться ни на одно их мероприятие — отвечали, что аккредитация уже закрыта и мест нет.



Известный фотограф Роберт Капа говорил, что, если ты не сделал хороший снимок, значит, недостаточно близко подошёл к человеку. Самое трудное – подойти к политику поближе. Потому что он всегда отсечён охраной, твоими коллегами. И чем ближе ты подходишь к нему, тем больше контакта – ты чувствуешь атмосферу, ситуацию, его окружение, настроение.



Личный контакт с политиком, которого снимаешь, очень помогает. Я делал первый официальный портрет Кучмы, когда работал в «Киевских ведомостях». Это было очень интересно. Мы снимали в его рабочем кабинете, том, где две колонны стоят. Бывшем кабинете первого секретаря ЦК. Пока я готовился, Кучма с кем-то говорил по телефону и сильно матерился. Меня это очень удивило. Это был такой открытый, простой разговор директора завода с кем-то из подчинённых.



Кучму в период кассетного скандала я хорошо помню. Буквально на следующий день после заявления Александра Мороза у него была встреча в Минске на саммите глав стран СНГ. В Беларуси открывали здание нового украинского посольства. Кучма стоял, и было такое ощущение, что время от времени он отключался и начинал что-то про себя говорить. Я подумал тогда, что он сходит с ума, поскольку он себя в какие-то моменты явно не контролировал.



Самое большое впечатление из зарубежных политиков на меня произвёл Фидель Кастро. В 1995 году в Колумбии проходил саммит глав государств, не присоединившихся к военным блокам. Я поехал туда вместе с делегацией, которую возглавлял премьер-министр Евгений Марчук. Делали общий снимок глав государств, их там было больше ста. В финале единственный из всех он сделал несколько шагов вперед, помахал рукой и сказал: «Фотографы, gracias!»

