Эта заметка посвящена двум темам, волею судьбы тесно переплетенным: интеллекту насекомых и человеческой дремучести. Начнем как раз с дремучести, то есть с нежелания задумываться.

У меня есть один знакомый подросток. О нем нужно знать следующее: он (она, по факту) любит животных, и б) он образован, любознателен, интересуется естественными науками и даже таскает у меня книжки по биологии. И вот по какому-то поводу я говорю, мол, о чем только думает эта кошка. И ребенок говорит: «Животные ни о чем не думают, у них инстинкты».

Ну, конечно, получила трепку девочка, такие вещи прощать не годится. Но вот интересно, кто им успел накакать в мозг этой гнилой, недо-религиозной, вульгарно-материалистической идеологией? Как может человек, ежедневно общающийся с кошкой, двумя собаками, иногда еще с крысами и хомяками, достигающий с ними взаимопонимания — не видеть в них мышления? То есть не видеть-то невозможно, но можно, оказывается, в практических вопросах исходить из того, что они думают в точности как люди, а при этом поддерживать в голове гнилой идеологический жупел и предъявлять его иногда по требованию. Зачем придумали этот жупел? Чтобы колбасу есть, не морщась. Чтобы реже задумываться, одним словом. А надо бы, наоборот, почаще.

Тем временем ученые не устают подбрасывать все новые и новые факты, убедительно показывающие, что между мышлением животных и человека грань куда более эфемерная, чем между мышлением моих знакомых подростков и, к примеру, Роджера Пенроуза.

Героями трех исследований, о которых пойдет речь, являются насекомые. В первом из них исследователи из Оксфорда изучали процесс принятия решений у плодовой мушки.

Перечитайте еще раз предпоследнюю фразу. Плодовая мушка принимала решения, а ученые это изучали.

Сперва мушек надрессировали избегать определенных запахов. Затем помещали в раздвоенную «нору», причем в двух половинах норы интенсивность запаха была разная. Оказалось, что когда различие в силе запаха было велико, мухи почти тотчас же выбирали нору, где пахнет меньше. А когда различие было небольшим, они надолго задумывались. Мухи. Над выбором. Задумывались. Буриданов осел — вовсе не выдумка софистов*.

Более того, зависимость времени выбора от разницы в силе стимула описывалась ровно той же математической моделью, которая работает для испытуемых-людей.

Ну и чтобы совсем не оставить вам шансов на эксклюзивность интеллекта: и у мух, и у людей есть ген FOXP. У людей мутации в нем ведут к слабоумию и трудностям в овладении речью. А вот мухи с дефектным геном FOXP испытывали трудности с принятием решений (выбирали нору значительно дольше, чем обычные мухи). Я не знаю, что еще нужно открыть, чтобы убедить вас: мышление у плодовой мушки и мышление у вас — это ровно одно и то же мышление. Но если вы будете задумываться почаще, то станете заметно умнее мушки, ребята.

Две остальные работы, о которых мы здесь упомянем, придают этой истории объемность и глубину. Во-первых, бразильские исследователи изучали личную жизнь ос. А именно, они выясняли, какие осы-мальчики больше нравятся осам-девочкам. Выяснилось, что осы отлично различают «черты лица» своих соплеменников. Например, осам-девочкам очень нравятся мальчики с темным пигментным пятном на голове и с яркими пятнами на брюшке.

Ага, осам-девочкам нравятся осы-мальчики, именно так. Нравятся в смысле черт лица. Давайте уже скорее отбрасывайте шоры, посмотрите на мир, сколько в нем всего такого, что вы всегда отрицали, в том числе разума и (осмысленной) любви!

Вот эти лица мальчиков-ос. Ученые убедились, что пигментация осиной морды совершенно не влияет на статус самца среди других самцов, зато очень даже влияет на привязанность самок. Когда исследователи рисовали осам на морде пятна чернилами, этот макияж вполне эффективно возбуждал любовь дам. Инстинкт, знаете ли, не обманешь (да шутка, никакого инстинкта не бывает!) — а вот девочек-ос завлечь обманчивой любовью ничего не стоило.

Последняя работа опять касается плодовой мушки. Видите ли, мушка эта, столкнувшись с препятствием, имеет обыкновение отступать на пару шагов назад. Точно так же ведут себя жучки, паучки, кошечки, собачки и вообще практически все, что движется. Так вот, австрийские физиологи решили выяснить, как мы все это делаем. Они нашли группу «нисходящих» нейронов MDN, передающих команду «пятиться» из мозга. Если эти нейроны активировать искусственно, вы будете пятиться даже без видимых причин. Если их убить, пятиться вы не станете никогда и ни за что, даже когда стоило бы. Другие нейроны, MAN, — «восходящие». Похоже, именно они передают в мозг сигнал о «преграде», потому что их активность приводит к тому, что их владелец пятится. И пятится. И пятится. Будто никогда не ходил лицом (головой) вперед, как все. И так пока активность нейрона не угаснет.

И, конечно, ровно такие же нейроны есть у вас в мозгу. Их пока не открыли, но когда откроют, мы надеемся, вы не станете очень уж громко удивляться, демонстрируя свою дремучесть. К тому времени, надо надеяться, мрак невежества отступит и все поймут, что мышление всего живого устроено по одному и тому же принципу. И еще сообразят, что это нас нисколечко не унижает. И даже наоборот. Сознание — не такая плевая штука, чтобы эволюция могла позволить себе несколько раз придумать «что-то похожее». Она придумала все один раз и навсегда. Возлюбите мух, они наши браться по разуму. И задумывайтесь почаще.



* Да-да, софистов. Осел, названный в честь Жана Буридана, на самом деле был придуман еще до Аристотеля и помянут в его трудах.