— Что вам можно рассказывать о новом сезоне и о финале сериала в целом?

— Я буду говорить очень медленно и формулировать обтекаемо, чтобы случайно не выболтать все секреты. Когда я прочел сценарий, я долго не мог подобрать с пола челюсть. Шок, восторг, грусть, возмущение, воодушевление — целый букет эмоций. Идеальный финал. Мы все пытались так или иначе предугадать, чем дело закончится, но такого предположить никто не мог. Дэвид и Дэн (Бениофф и Уайсс — Прим. ред.) прекрасно справились с задачей дать людям цельную, закругленную концовку, но при этом оставили кое-где вопросительные знаки. В финале каждой истории должны быть вопросы, которые заставят вас еще долго над ней размышлять, спорить с другими зрителями, сходить с ума. Больше ничего сказать не могу! И так сболтнул лишнего, кажется.

— И на том спасибо! Вы ведь участвовали в коллективных читках сценария? Как реагировала группа?

— В первых сезонах мы тоже проводили читки, но малыми группами, никто эти встречи не воспринимал всерьез. Сидели там, что-то бормотали себе под нос. Кто-то скучал, как Шон Бин, кто-то стеснялся, как совсем молодые актеры, играющие детей Старков. А потом сериал стал настолько популярным и секретность вокруг него так выросла, что нам даже сценарии присылали только фрагментами. Каждый получал свои реплики, и все.

И вот перед съемками последнего сезона HBO решил собрать всех. Сценарий мы получили за несколько дней до наших коллективных чтений, так что у каждого было время его внимательно изучить, все впитать, все понять и принять. Этим они как бы намекали нам: надо наслаждаться каждой минутой, проведенной с коллегами, потому что скоро лавочка закроется. Что ж, приятно было друг с другом пообщаться, перед тем как мы разбредемся по разным уголкам мира.

— Вы, наверное, тут же полезли в конец сценария, чтобы узнать, выжил ли Джорах Мормонт?

— Конечно, я всегда так делаю! Но в данном случае это было не так уж и важно. Самое главное, до финального сезона дотянул. Там уж пусть себе умирает, когда захочет. Мне не жалко!

— Это серьезное достижение, не всем повезло дотянуть до восьмого сезона.

— А жизнь моего героя всегда висела на волоске. Особенно когда он был покрыт гнойной коростой и сидел в камере в Цитадели. Ну, и вообще он всего себя посвятил службе кхалиси, а это занятие очень рискованное и опасное для жизни.

— Как вы отреагировали, когда закончились съемки вашей последней сцены?

— Как и все, рыдал на плече у кого-то из коллег. Поплакал, получил в подарок раскадровку очень важной сцены с моим участием. Такие подарки достались всем членам основного каста. А потом быстро вытер слезы, собрал вещи и отправился в аэропорт. По дороге у меня зазвонил телефон. Это был один из продюсеров, который виноватым голосом сообщил мне: «Йен, есть небольшой шанс, что ты нам снова понадобишься на досъемку. Там немного зеленый экран съехал, и спецэффект не помещается». Черновые эффекты делали прямо на площадке вот как раз для таких целей. Ну, хорошо, мне пришлось вернуться. И так было раз пять, не меньше, я не шучу! Стоит только мне отъехать и выдохнуть, как тут же меня зовут обратно. На пятый раз я уже взял трубку и заорал: «Да что ж такое? Оставьте меня в покое!»

— Не отпускали, значит, вас?

— Именно! Для них ведь это тоже был последний сезон. Они тоже не хотели, чтобы все заканчивалось. Все мы понимали, что скоро придется прощаться. И все готовились к этому морально, но разве от этого легче? Тем более что наши финальные сцены часто совпадали с другими знаковыми событиями. У некоторых, например, это была также самая последняя съемка в декорациях Королевской Гавани, и после этого ее тут же начали разбирать. У других — последняя съемка на локации в Исландии, после чего актеров укутывали в меха и увозили домой на вертолете. У третьих — последняя съемка какого-то костюма, который за все эти годы стал настолько культовым, что его беспрестанно косплеят. Все это происходило, начиная с самой первой недели работы над сезоном. У тебя на глазах люди делали засечки, отмечали конец чего-то важного и грандиозного. И в первые несколько недель было даже сложно работать, потому что все ходили такие понурые. Приходилось подстегивать людей словами: «Хорош киснуть, нам сначала нужно сделать этот чертов сезон!» А то все прощались, а работу еще не закончили.

— Так, может, стоило продлить все еще на пару сезонов, если все так не хотели расходиться?

— Ну нет! Все завершается очень вовремя. Сейчас «Игра престолов» — законченное произведение искусства, и ему не нужны лишние сезоны.

— Чем «Игра» стала для вашей и без того в общем-то неплохой карьеры?

— Для всех нас она стала поворотной точкой. Даже если ты был и раньше актером, который постоянно работал и получал роли, после «Игры престолов» ты оказался у всех на виду. Вся молодежь — Кит, Эмилия и остальные ребята — для них этот проект полностью стал карьерообразующим, потому что для многих роли в «Игре престолов» были их первыми. И они теперь суперзвезды. А мне проект придал серьезного ускорения. Любая карьера время от времени нуждается в таком ускорении, иначе долго не протянуть. Знаете, я раньше мог оставаться абсолютно невидимым в толпе, а сейчас меня узнают. Я стал актером 35 лет назад, но только теперь я дослужился до того, что не могу пойти в магазин за покупками, прогуляться по улице или посидеть в зале ожидания аэропорта, чтобы меня кто-нибудь не узнал. Причем узнают нас всех, даже тех, у кого роли совсем уж эпизодические! Возможно, не все выучили наши имена, но мы поселились в гостиных миллионов домов по всему миру.

— А какая сцена из всех сезонов шокировала вас больше всего?

— Много таких. Битва бастардов, например. Мне буквально не хватало воздуха, когда я смотрел ее. Каждым своим кадром она оправдывала потраченный на нее бюджет. Падение Брана — момент, когда ты понимаешь, что так просто этот сериал тебя не отпустит. Казнь Неда Старка — тут ты понимаешь, что этот сериал тебя не просто не отпустит, но и разрушит все каноны повествования у тебя на глазах, а потом выстроит их заново. Красная свадьба — здесь ты уже видишь, что им вообще закон не писан, эти люди творят, что хотят! Остается просто смириться и страдать. Ну, и бонус — зомби-дракон.

— Традиционный вопрос: вам удалось что-нибудь стащить со съемочной площадки?

— Стащить — нет, но я честно попросил разрешения, и мне выдали дотракийскую фенечку, которую я носил с первого сезона. С ней у меня связано много приятных воспоминаний, и, кто знает, возможно, именно благодаря ей сир Джорах дотянул до финала!

Заключительный сезон «Игры престолов» доступен зрителям HBO, «Амедиатеки» и КиноПоиска (по подписке «КиноПоиск + Амедиатека»). Премьера каждой серии — в ночь с воскресенья на понедельник после 4 утра (по московскому времени).