В Кировской области бывшему заключенному Алексею Галкину грозит два с половиной года лишения свободы за ложный донос. Такое обвинение выдвинул следователь, проверявший его заявление о пытках и избиениях в колонии. В Кировской области будет слушаться еще одно похожее дело. Правозащитники приводят и другие примеры подобных обвинений в разных регионах, отмечая, что привлечение к ответственности заключенных в ответ на их жалобы становится тенденцией.

Сегодня судья Кирово-Чепецкого районного суда Кирова вынесет приговор по делу Алексея Галкина, бывшего заключенного ИК-20, пожаловавшегося на избиения со стороны руководства колонии. Прокурор попросил признать его виновным в заведомо ложном доносе и назначить наказание в виде двух с половиной лет лишения свободы. 37-летний Алексей Галкин несколько раз судим и провел в местах лишения свободы 17 лет. Зимой этого года он вышел на свободу и отправился в офис правозащитного фонда «За права человека». «Он приехал в тюремной робе, с порога поднял ее и сказал: “У меня нет двух ребер”. Это было видно»,— вспоминает сотрудница фонда Анастасия Зотова.

Ребра, по словам Алексея Галкина, начали гнить после очередного избиения, и врачи их удалили. Перед освобождением осужденный высказал недовольство по поводу того, что медкомиссия признала его здоровым. «После этого меня вызвал начальник оперативной части и ударил несколько раз по лицу. А спустя пять дней меня сфотографировали на паспорт. На фотографии хорошо виден отек»,— говорит господин Галкин. Он написал о побоях жалобу на имя главы СКР Александра Бастрыкина.

«Следователь, который работал по этой жалобе, поручил провести следственные действия в колонии сотрудникам ФСИН — есть такая возможность в законах, и ее стоит убрать. Они решили, что заключенный упал с турника,— говорит “Ъ” адвокат Петр Курьянов.— После проверки СК отказал Галкину, а заодно возбудил против него дело о ложном доносе — статья 306 УК РФ». В суде потерпевшим выступил начальник оперчасти ИК-20. Алексей Галкин проходил лечение и два раза не приехал в суд. «Тогда потерпевший подал ходатайство о назначении меры пресечения в виде ареста. Судья его удовлетворил, и Галкина поместили в СИЗО Кирова»,— говорит господин Курьянов. По его словам, в Кировской области ждут вынесения приговора по этому делу, так как есть другое аналогичное дело, возбужденное против заключенного из ИК-6 Эдуарда Горбунова. Он заявил об изнасиловании паяльником и палкой. «По его словам, в этом участвовал сам начальник колонии. Проверка не нашла подтверждения его слов»,— говорит адвокат.

«Мне кажется, что президентский Совет по правам человека должен ехать не только в Карелию, но и в Кировскую область, где сюжетов для него не меньше»,— комментирует член СПЧ Андрей Бабушкин. Зампредседателя ОНК Кировской области Артур Абашев указал “Ъ”, что заключенные боятся жаловаться: «Они отказываются с нами говорить, либо сообщают, что все нормально. Так что про избиения мы узнаем, только когда они освобождаются». Он подтверждает, что в области следователи обычно делегируют полномочия по опросу свидетелей в ИК оперативникам, работающим в этих колониях. «Получается абсурд: первичные объяснения берут сотрудники колонии»,— говорит он.

«Мы считаем, что это новая тенденция — возбуждать уголовные дела за ложный донос в отношении заключенных, которые жаловались на избиения и даже на изнасилования»,— сообщил “Ъ” руководитель фонда «За права человека» Лев Пономарев. Он напомнил, что в 2015 году в Мордовии был осужден на год заключенный из ИК-10 Александр Решетов, заявивший об избиении. В 2016 году на два с половиной года был осужден заключенный ИК-17 Саратовской области Сергей Хромов. В этом году уже как минимум четыре подобных дела. В Пермском крае возбуждено дело о ложном доносе в отношении заключенного ИК-12 Виталия Бунтова. В Карелии возбуждено дело в отношении заключенного ИК-7 Кобы Шургая. Он заявил о пытках в конце прошлого года, когда шла проверка по заявлению о пытках Ильдара Дадина, осужденного за неоднократное нарушение правил проведения митингов и впоследствии оправданного. Следователи не нашли доказательств пыток в Карелии. ФСИН неоднократно указывала, что и господина Дадина можно обвинить в ложном доносе, но этого не произошло. «Более того, руководитель Общественного совета при ФСИН режиссер Владимир Меньшов поставил вопрос: почему ФСИН не обвиняет Дадина в ложном доносе. Вот такие у нас правозащитники»,— говорит господин Пономарев. Проверки жалоб заключенных из карельских колоний до сих пор продолжаются. В фонде опасаются, что появятся другие подобные дела. «У нас в стране около 700 колоний, порядка 300 СИЗО, большинство — нормальные, но есть несколько десятков “пыточных зон”. И каждый приговор за “донос” будет намеком заключенным, чтобы они не жаловались»,— говорит господин Пономарев.

Анастасия Курилова