Правообладатель иллюстрации Getty Images Image caption Часть помощи бедным странам оседает в Сингапуре и других офшорах

Когда бедная страна получает помощь Всемирного банка на дорогу, водопровод или борьбу с коррупцией, почти всегда немедленно происходит чудо: бедная страна вдруг начинает сочиться валютой.

Она утекает прямиком в офшоры, выяснили экономисты, и после анализа всех вариантов остановились на самом правдоподобном: часть помощи разворовывает власть предержащая. В бедных странах - в среднем около 7,5%, в нищих - вдвое масштабнее, до 15%.

Три экономиста, один из которых - сотрудник Всемирного банка, изложили свои выводы в прошлогоднем исследовании и рутинно передали его в банк для обсуждения и публикации. К ноябрю все было готово.

Но мир узнал об их работе только в феврале и при скандальных обстоятельствах: от двух ведущих западных изданий, одно из которых - Economist - связало отсутствие публикации с уходом главного экономиста Всемирного банка Пенни Голдберг, не пробывшей в этой должности и полутора лет.

Economist, а следом и газета Financial Times описали содержание неопубликованной работы и поставили ситуацию в контекст перемен во Всемирном банке, главой которого недавно стал его критик и соратник американского президента Дональда Трампа. Они назвали ситуацию тревожным напоминанием о том, что независимая экспертиза и исследования порой становятся жертвой политической целесообразности, что подрывает эффективность проводимой политики в целом и помощи бедным странам в частности.

Шум в прессе возымел действие: сначала черновик документа, озаглавленного "Присвоение зарубежной помощи элитами. Свидетельства с офшорных счетов", опубликовал "по согласованию с банком" один из его соавторов. А вскоре банк без лишнего шума выложил исследование у себя на сайте.

"События развиваются стремительно - нашу работу только что разместили на сайте Всемирного банка", - сообщил у себя в "Твиттере" Йорген Андерсон.

Банк говорил, что не запрещал публикацию, а лишь задержал ее, поскольку у него оставались сомнения относительно обоснованности выводов. Пенни Голдберг свой уход никак не объяснила. Агентство Блумберг сообщило, что глава банка Дэвид Малпасс в имейле сотрудникам написал, что Голдберг возвращается в Йельский университет и поблагодарил ее "за страстное стремление обеспечить банк научными исследованиями высочайшего класса".

Украли или само утекло?

Андерсон с коллегой несколько лет назад исследовали феномен притока денег в офшоры из нефтяных стран вслед за скачком цен на нефть. Один из экономистов Всемирного банка заинтересовался работой скандинавских ученых, и вскоре они втроем затеяли похожий проект: выяснить, не происходит ли подобное после поступления в страну международной помощи.

Они изучили данные о переводах валюты из двух десятков стран, наиболее зависимых от льготных кредитов и грантов Всемирного банка. И выяснили, что как только эти страны получают помощь в существенном объеме - более 1% ВВП, почти немедленно из них начинается отток денег в офшоры. В среднем 7,5% полученного. Но воруют, возможно, и больше.

"Такие скромные масштабы - нижний порог, поскольку они учитывают только средства, отправленные на зарубежные счета, и не включают потраченное на недвижимость, предметы роскоши и так далее", - говорится в исследовании.

Правообладатель иллюстрации IMF Image caption Голдберг (справа) входила в трио главных экономистов ведущих мировых институтов наряду с Лоранс Бун из ОЭСР и Гитой Гопинат из МВФ (в центре)

Если масштаб помощи увеличивается до 3% ВВП, что характерно для предельно обнищавших стран ввиду микроскопического объема их экономики, доля оттока удваивается до 15%.

"Можно утверждать практически безошибочно, что выгодоприобретателями перетоков валюты в офшоры в периоды выделения помощи являются представители экономических элит. Точный механизм превращения притока помощи в отток денег определить сложнее, но самой очевидной и правдоподобной версией является присвоение выделенных средств политиками и чиновниками", - приходят к выводу ученые.

И объясняют, почему они отметают версии законного происхождения утекающего капитала.

Во-первых, в периоды описанных всплесков деньги предпочитают тихие гавани банковской тайны вроде Цюриха, Люксембурга, Сингапура и Каймановых островов. Никакого оживления на лондонском или нью-йоркском направлении не наблюдается, несмотря на их бесспорные позиции мировых финансовых центров.

Во-вторых, не выдерживает критики предположение о том, что деньги для вполне законной оптимизации налогообложения выводят компании - подрядчики проектов, реализуемых на средства Всемирного банка. Авторы исследования использовали статистику Банка международных расчетов, которая учитывает приход таких денег не как перевод из, скажем, Армении, а как прирост депозитов местной офшорной компании, например, на Бермудах.

Еще одна вероятная причина оттока валюты в офшоры - ребалансировка портфелей коммерческих и центральных банков - также исключена в данном случае, поскольку исследование касается только переводов нефинансовых организаций и частных лиц.

В исследование попали 22 страны: Кыргызстан, Армения, Афганистан, Буркина-Фасо, Бурунди, Гана, Гайана, Гвинея-Бисау, Замбия, Мавритания, Мадагаскар, Мозамбик, Малави, Мали, Нигер, Руанда, Сан-Томе и Принсипи, Сьерра-Леоне, Танзания, Уганда, Эритрея и Эфиопия.

Они были выбраны потому, что объем помощи относительно размеров их экономики значителен, а местная банковская система не развита, а то и вовсе отсутствует - и потому отток хорошо заметен. Для стран побогаче кредит Всемирного банка - капля в денежном море, и что именно выплескивается через край в офшоры, определить практически невозможно.

Авторы отмечают, что их выводы подкрепляют результаты прежних исследований. Еще в начале века в целом ряде работ экономисты доказали: чрезмерная внешняя помощь способна плодить коррупцию и разлагать институты, а самые зависимые от зарубежных дотаций страны входят в число наименее развитых и наиболее коррумпированных в мире.