Роган: Том Роган. Как ваши дела, господин министр?

Лексус и Вован: Ах, Том Роган. Хорошо. Добрый день, господин Роган. У меня все хорошо. А у вас?

Роган: Все хорошо. Спасибо!

Лексус и Вован: Спасибо! Позвольте поблагодарить вас и ваше издание за чудесную статью, которая так понравилась нашему народу.

Роган: Я рад.

Лексус и Вован: [Смеется] Да, несомненно. От имени нашего президента, господина Порошенко, позвольте выразить благодарность за поддержку территориальной целостности нашей страны. Да, самое важное — это то, что вам удалось задеть чувства президента России и других представителей российских органов власти.

Роган: Да, знаете, я счел, что это нужно было сказать. И я только что направил дополнение к своей статье. Мне приятно слышать от вас эти слова, и, несомненно, в Кремле моей статьей не очень довольны, но если твои действия вызывают негодование в Кремле, значит, ты занимаешься правильным делом. Так что это хорошо.

Лексус и Вован: [Смеется] Да, я согласен. Вот почему они возбудили это сфабрикованное уголовное дело.

Роган: Да, и знаете, это единственное, что они могут сделать со своей стороны, но, конечно, есть люди — и вам это хорошо известно, — которые совершали гораздо более худшие поступки. Меня это мало волнует. Я признателен вам за то, что и вы нашли время мне позвонить. Надеюсь, что, если вы будете в Вашингтоне, вы зайдете в редакцию Washington Examiner. Мой редактор, сообщивший мне, что русские начали доследственную проверку, поручил мне обратиться к вам с этой просьбой, когда вы в следующий раз будете в Вашингтоне.

Лексус и Вован: Хорошо. Не вопрос. Конечно. Я также надеюсь, что люди из вашей редакции вас поддерживают и что вы не ощущаете никакого давления на вашу точку зрения.

Роган: Поддерживают, конечно, поддерживают. Это очень хорошо.

Лексус и Вован: Следовательно, вы не испытываете давления и со стороны властей в Вашингтоне или еще где-либо?

Роган: Нет, только в Twitter.

Лексус и Вован: [Смеется]

Роган: Да.

Лексус и Вован: Отлично. Хочу вам сообщить, что мы готовы предоставить вам свою правовую помощь в России.

Роган: Спасибо! Большое спасибо!

Лексус и Вован: И мы будем выступать на вашей стороне, а также возьмем на себя все расходы в этом уголовном процессе в России.

Роган: Это очень любезно с вашей стороны.

Лексус и Вован: У нас большой опыт. Вам знакомо дело Савченко? [Смеется]

Роган: Да.

Лексус и Вован: Дело Савченко. В Нидерландах и во многих других странах работают наши юристы. Мы готовы предоставить вам самого известного и успешного адвоката, Марка Фейгина, у которого за спиной очень много успешных дел, а власти России боятся его как огня.

Роган: Правильно. Очень хорошо. Надеюсь, в этом не будет необходимости. Но если она возникнет, я буду знать, что могу к вам обратиться.

Лексус и Вован: Полагаю, эти дела могут стать успешными, и мы сможем рассказать о них миру, другим странам. Это ведь спектакль.

Роган: Правильно.

Лексус и Вован: И этот адвокат — разоблачитель режима. Кроме того, позвольте мне высказать свое частное человеческое мнение. Я говорю не как министр, а как украинский гражданин, которому не безразлична судьба своей страны. Я с вами полностью согласен: мы имеем моральное право взорвать этот мост.

Роган: Да. Да. Да, совершенно верно. Это смехотворно и нелепо. И им не нравится, когда им предъявляют факты, с которыми они не могут смириться. Я не хотел бы использовать ненормативную лексику в разговоре с министром иностранных дел Украины, но полагаю, что мы с вами придерживаемся общей точки зрения по данному вопросу.

Лексус и Вован: И вам известно, как мы поступили в 2015 году, — взорвали ЛЭП в Крыму, устроив там масштабные перебои с электроснабжением. В частности, я был поражен их реакцией на произошедшее.

Роган: Ага. Это кража.

Лексус и Вован: Теперь они полностью зависят от России, но это не означает, что их инфраструктура не принадлежит нам.

Роган: Совершенно верно. Мне интересно, вернется ли она к вам. С удовлетворением отмечаю укрепление отношений между Украиной и США, чему способствует президент Трамп. Надеюсь, что эти отношения продолжат развиваться. И я определенно продолжу освещать данный вопрос. Надеюсь, что, когда вы в следующий раз будете в Вашингтоне, мы сможем выпить по пиву.

Лексус и Вован: Да, конечно. Думаю, я буду в Вашингтоне через два месяца.

Роган: Хорошо.

Лексус и Вован: Я сообщу вам, когда приеду, и мы сможем пообщаться лично. Я понимаю и надеюсь, что вы согласны с тем, что мы должны создать новую нацию, в которой не будет места российской агрессии, ужасной агрессии, в особенности не будет места для их культуры, песен, в частности георгиевских лент. Вы же знаете, что такое георгиевская лента?

Роган: Да, да, да. Это нелепо. Чем они занимаются? Они стремятся запугать и украсть. И им нужно просто бросить вызов. [Неразборчиво] <…> с вашим правительством, и, надеюсь, мы сможем продолжить данную работу. И со временем народ сможет дать им отпор.

Лексус и Вован: Да, да. Я согласен. И я буду очень рад пригласить вас в Киев. Мне известно, что у нашего президента есть для вас сюрприз.

Роган: Хорошо. Это прекрасно. Я сообщу об этом своему руководству.

Лексус и Вован: Да. Наш президент действительно высоко оценил вашу статью, в частности, шумиху, которую она подняла в российских средствах массовой информации.

Роган: [Смеется] Хорошо, я рад, я рад. Это было потрясающе. Мой отец работал в Государственном департаменте США, моя мать британка, поэтому у меня такой акцент, но мой отец раньше работал в Государственном департаменте США. Поэтому я с нетерпением жду возможности сообщить ему, что я говорил с вами. Он будет этому рад.

Лексус и Вован: Ваш отец работает в Государственном департаменте?

Роган: Да. В Государственном департаменте США. Хорошо. Отлично. Поэтому ему понравятся ваши слова. Он отправил мне СМС: "Бей этих русских палками по животам". Эта фраза была популярна во времена Второй мировой войны. (Американская идиома: "Давай утрем нос этим русским".) Он шутил, но только отчасти.

Лексус и Вован: Хорошо, хорошо, это отлично. Я не буду раскрывать все карты, но я должен задать вам один вопрос, если это возможно.

Роган: Пожалуйста.

Лексус и Вован: Вы готовы принять одну из наших наград в области журналистики как знак уважения со стороны нашей страны, если это, конечно, возможно?

Роган: Буду рад. Это очень любезно с вашей стороны. Спасибо!

Лексус и Вован: Это как знак для наших СМИ. Я просто хотел вам сообщить, что президент Украины по достоинству оценил всю эту шумиху, которую подняли в российских средствах массовой информации.

Роган: Хорошо. Это хорошо. Спасибо, господин министр, это очень любезно с вашей стороны.

Лексус и Вован: Хорошо. Я бы хотел задать вам еще один вопрос. Вам известно, что сегодня в Киеве мы арестовали журналиста из России.

Роган: Нет, я об этом не знаю. Хорошо. В чем дело?

Лексус и Вован: Его фамилия Вышинский. Теперь мы оказались под давлением со стороны различных организаций, которые обвинили нас в покушении на свободу слова. Он работал на российское правительство, был журналистом. Но мы понимаем, что этот журналист освещал деятельность Путина и что он может оказаться полезным для нас. Его можно использовать для обмена на других наших политических заключенных.

Роган: Хорошо, ясно. Хорошо. Вот только что прочитал об этом. Вышинский. Это он? Шпион?

Лексус и Вован: Да. Вышинский. Вышинский, да. Вы можете узнать о нем из прессы. В этой связи мы будем признательны за вашу журналистскую поддержку и поддержку со стороны ваших коллег в данном вопросе. Это важно для нас.

Роган: Хорошо. Я передам ваши слова. Да, я сделаю.

Лексус и Вован: Да. Как вам известно, он работал на Путина. Он пытался устроить войну на нашей территории, как это было в США, как Russia Today.

Роган: Да, вмешательство в выборы.

Лексус и Вован: Полагаю, данное решение правильное и поможет это пресечь.

Роган: Правильно. Оказать отпор. Так и сделаю. Хорошо.

Лексус и Вован: Полагаю, мы имеем полное моральное право так поступить.

Роган: Да, совершенно верно. Совершенно верно. Весьма признателен.

Лексус и Вован: Кроме того, я бы хотел порекомендовать вам написать такую же статью о том, как лучше всего бомбить их другие объекты в Крыму. [Смеется]

Роган: Хорошо, хорошо. Моя мать может это не оценить, но я буду иметь это в виду.

Лексус и Вован: [Смеется] Прекрасно. Отлично. Хорошо.

Роган: Хорошо.

Лексус и Вован: Хорошо, спасибо. Благодарю вас за то, что уделили мне время. Завтра я сообщу президенту, что у меня состоялся этот разговор с вами.

Роган: Большое спасибо, господин министр! Ваш звонок — это очень любезный жест с вашей стороны. Я знаю, что у вас очень плотный график.

Лексус и Вован: Хорошо. Да. Как вы думаете, какой объект лучше всего бомбить в следующий раз?

Роган: Думаю, вам, вероятно, это известно лучше меня, но, полагаю, их артиллерийские подразделения на юго-востоке.

Лексус и Вован: [Смеется] Хорошо, отлично. Желаю хорошего дня.

Роган: Взаимно!

Лексус и Вован: Спасибо! До свидания!

Роган: До свидания!