Нет, Российская Федерация не станет посылать в КНДР своих специалистов по вынюхиванию крамолы. Не откомандирует туда заплечных дел мастеров. Не пошлет для обмена опытом судей и прокуроров. Не поедут в Пхеньян ни начальник колонии №7 в Сегеже майор Сергей Коссиев, ни "болотная" судья Наталия Никишина, ни любитель ночных разговоров в подмосковном лесу Александр Бастрыкин. Эти граждане останутся в своем отечестве, чтобы и дальше заботиться о стабильности государственной власти, пока еще не во всем дотягивающей до лучших образцов северокорейской диктатуры.

Россия поучаствует в северокорейском терроре иначе. Она будет выдавать обратно в КНДР тех, кому удалось бежать из этой страны и не посчастливилось быстренько миновать опасную зону под названием "Россия". Тех, кого поймали по дороге на свободу. Нельзя сказать, что раньше не ловили и не выдавали. Выдавали, конечно, но не всегда это проходило гладко. Кое-кого правозащитникам удавалось спасти. В законодательстве оставались многочисленные лазейки для проявления гуманности. Теперь же на подходе договор между КНДР и РФ о взаимной выдаче. Все будет по закону. 10 ноября по представлению правительства президент Путин внес законопроект о ратификации договора на рассмотрение Государственной думы.

Граница между Россией и Северной Кореей – всего 19 км. Охотников бежать через нее немного, подступы к ней хорошо охраняются с северокорейской стороны. Зато граница между Северной Кореей и Китаем – полторы тысячи километров; через нее и бегут, сначала в Китай, а дальше кто куда, в том числе и в Россию.

Россия поглощена своими нескончаемыми проблемами и великими страданиями. Все остальное в окружающем мире – пустое и недостойно внимания

Договор о выдаче беглецов устанавливает процедуры, связанные с "незаконным въездом и незаконным пребыванием". Статья 5 определяет срок выдачи беженцев в 30 дней со дня получения согласия на выдачу от государства, в котором находится беженец. Не будем обманываться обтекаемыми юридическими формулировками: речь идет именно о выдаче северокорейских беженцев в КНДР. О беженцах из России в Северную Корею почему-то никто никогда не слышал.

В договоре детально прописываются сроки, протоколы, согласования, вопросы транзита. Никакого хотя бы малейшего намека на права человека и судебную защиту. Опротестование судебного решения о выдаче не предусмотрено. Никакого гласного судопроизводства, никакого участия в деле правозащитных организаций, адвокатов и независимых переводчиков. Не будет вообще никакого контроля общественности. Никто ничего не узнает. В том числе и Верховный комиссариат ООН по делам беженцев.

Федеральная миграционная служба, оперативники и следователи, полиция и прочие "правоохранители" будут выполнять условия договора тихо, не привлекая внимания общественности. Этапировать беженцев будут так называемые сопровождающие лица, и обязательно в гражданской одежде. Это специально оговорено статьей 8 Исполнительного протокола к соглашению между Москвой и Пхеньяном от 17 ноября 2015 года, легшим в основу заключенного договора. Чтобы никто из случайных попутчиков в поезде или самолете не подумал, что вот, северокорейских беженцев российская власть везет выдавать на казнь коммунистическому режиму.

Законопроект о ратификации договора должен пройти разнообразные согласования, получить необходимые отзывы и быть готовым к рассмотрению Государственной думой в январе 2017 года. Среди тех, кто должен дать свой отзыв, – Общественная палата Российской Федерации. Будет интересно, как она отзовется на людоедскую инициативу правительства и президента. Что скажут об этом договоре, например, такие члены Общественной палаты, как художественный руководитель театра "Сатирикон" Константин Райкин или президент Федерации еврейских общин России Александр Борода?

Впрочем, это вопрос почти риторический. Ничего не скажут. Не тот случай. Кого вообще в России волнует судьба северокорейских беженцев? За исключением очень немногих правозащитников, никого. Россия поглощена своими нескончаемыми проблемами и великими страданиями. Все остальное в окружающем мире – пустое и недостойно внимания.

Александр Подрабинек – правозащитник и журналист, ведущий программы Радио Свобода "Дежавю"