При этом он уже был обеспечен жильем, пишет центр антикоррупционный расследований Transparency International. В декларациях Максименко о доходах указывается, что до 2015 года он владел пятой долей квартиры площадью 89,8 кв.м в районе Марьино в Москве, а двумя пятыми доли владела его супруга. 17 декабря 2015 года Максименко продал свою долю дочери, и на сегодняшний день владельцами квартиры являются жена Максименко Елена (⅖ доли), его 28-летний сын Дмитрий (⅕ доли) и 23-летняя дочь Светлана (⅖ доли).

Это произошло после того, как в 2015 году Валерий Максименко получил социальную выплату на приобретение жилья в размере 14 млн рублей. При этом в декларации замдиректора ФСИН указано, что у него есть несовершеннолетний сын, в пользовании которого находится квартира площадью 70 кв.м.

«При стандартной процедуре определения целесообразности выделения субсидии и ее размера эта площадь тоже должна браться в расчет. Получается, что до конца 2015 года Максименко был обеспечен жильем, однако все равно запросил социальную выплату на приобретение или строительство жилья», — пишет Transparency International.

Как отмечают исследователи, в обычном порядке при определении размера выплаты учитывается площадь помещений, которые находятся в собственности или по договорам социального найма, при этом учитывается не только имущество самого сотрудника, но и совместно проживающих членов его семьи.

«У рядовых сотрудников ФСИН эта квартира могла быть учтена вместе с другой имеющейся собственностью и на этом основании никаких выплат быть не могло. Но генерал Максименко — начальник, и для него действуют особые условия», — отмечают они.

Субсидию Максименко получил по особой процедуре, согласно которой правительство может определить отдельные категории сотрудников, которым выплаты могут быть предоставлены без соблюдения условий об отсутствии иного жилья. В центральном аппарате ФСИН предусмотрено 26 должностей, которые относятся к высшему начальствующему составу и могут получить подобные льготы.

«Фактически, получение выплаты может представлять собой «бонус за лояльность» высших офицеров ФСИН руководителю службы. Мы полагаем, что система выплат высшему начальству ФСИН может приводить к злоупотреблениям. Руководство других силовых органов, на которые распространяется действие указанных правовых актов (например, противопожарная служба МЧС, госнарконтроль до его расформирования и таможенная служба) в таком объеме субсидии не получало», — отмечают эксперты Transparency International.

С 2013 года, когда было принято постановление о выделении единовременных выплат, средства на улучшение жилищных условий были представлены 11 сотрудникам центрального аппарата ведомства. С 2014 по 2016 год субсидии получили еще четыре генерал-майора ФСИН. К примеру, первый замдиректора ФСИН Анатолий Рудый и замдиректора ФСИН Александр Сапожников получили по 16 млн рублей, начальник оперативного управления ФСИН Евгений Гнедов — 21 млн рублей, а начальник управления исполнения приговоров и специального учета ФСИН Сергей Есипов — почти 24 млн рублей.

Всего 11 генералов ФСИН с 2013 года получили более 187 млн рублей на улучшение жилищных условий, резюмирует Transparency International.

При этом суточный рацион питания заключенного карельской колонии ИК-7, где находится Ильдар Дадин, стоит 137 рублей. Если учесть, что в колонии могут содержаться до 1342 заключенных, выделенных на субсидии генералам денег хватило бы, чтобы кормить всю колонию почти три года, отмечают в организации.

Transparency International намерена обратиться в Генеральную прокуратуру с просьбой провести проверку законности выделения субсидии, а также проверить достоверность сведений о доходах и имуществе Валерия Максименко.

Источник: «Квартира для тюремщика» (Transparency International).