После выборов президента Украины бои с применением тяжелой артиллерии и авиации продолжились с новой силой не только в Славянске и Краматорске, но и в пригородах Донецка. За тем, кто и с кем воюет в Донецкой области, несколько недель наблюдал специальный корреспондент «Ъ» ИЛЬЯ Ъ-БАРАБАНОВ .

В Донецке контроль «народной республики» в этом смысле меньше. Формально городом продолжает руководить «регионал» Александр Лукьянченко, впервые избранный на эту должность еще 12 лет назад.

Глава города регулярно отчитывается о том, сколько школ и детских садов продолжают свою работу, но реально обстановку в городе контролирует так же слабо, как и ДНР.

Регулярные патрули «республиканцев» можно встретить лишь на улице Артема: несколько человек с оружием прохаживаются от пересечения улицы Артема с выходящим на здание администрации бульваром Шевченко до площади с памятником Ленину, где сторонники ДНР регулярно проводят «многотысячные митинги», собирающие от 300 до 2 тыс. человек. Аккурат напротив памятника — принадлежащая Ренату Ахметову гостиница «Донбасс Палас». Несмотря на наметившееся в последнее время противостояние между олигархом и республикой, ее пока не трогают, и здесь устраивает свои брифинги назначенный Киевом губернатор Сергей Тарута. Зато периодически группы активистов, состоящие преимущественно из пенсионеров, порываются спалить гостиницу «Виктория» на проспекте Мира — здесь живет большая часть команды Таруты.

В один из дней как раз на патрулируемом активистами отрезке улицы Артема мы с фотографом Петром Шеломовским писали заметку в «Коммерсантъ» об участии высокопоставленного функционера «Правого сектора» Андрея Денисенко в стрельбе в Красноармейске. Два человека тогда погибли, один получил ранение. Кому-то из соседей послышалось что-то не то, через пять минут у веранды летнего кафе затормозили две машины, из них выскочили несколько автоматчиков.

— Кому из вас Дмитрий Ярош не заплатил?

Обычно в случае какого-либо недопонимания вопрос решало наличие российского паспорта и аккредитации ДНР, которую журналистам выдают в здании обладминистрации. Но в этот раз обвинения были слишком серьезными: сотрудничество с «Правым сектором». Бойцы отобрали документы, телефоны, iPad, погрузили нас в машину и доставили в ту же обладминистрацию. Лифты здесь давно сломаны, так что на десятый этаж под конвоем подниматься надо по лестнице.

— Руки в карманах не держать. По сторонам не смотреть,— у каждого человека с автоматом свои представления о том, как должен вести себя пленный.

На одном из кабинетов на десятом этаже вывеска «НКВД».

— Правосеки? С Ярошем сотрудничаете? — главный, которому нас передали, задавать вопросов и слушать объяснений не любит. Сначала несколько ударов в корпус, голову и ниже пояса, потом досмотр вещей.— Показывайте свои фотографии и тексты.

Решить проблему помогает звонок в московскую редакцию. Убедившись, что перед ними и правда московские журналисты, охранники сразу становятся дружелюбнее: «Не обижайтесь, время такое».

Те, кому везет меньше, оказываются в подвале. Точное количество узников донецких и славянских подвалов остается неизвестным, но называются цифры от 100 до 250 человек.

Спустя пару дней нового знакомого из «НКВД» я встретил на митинге у памятника Ленину. Здесь он уже руководил личной охраной одного из лидеров ДНР — Дениса Пушилина. В конце прошлой недели, уже вернувшись в Москву, узнал, что этого человека зовут Константин Кузьмин и теперь он первый заместитель министра угольной промышленности ДНР.

Видимо, Игорь Стрелков не зря жаловался на недостаток кадров, когда говорил, что по Донецкой области не смог найти и тысячи человек, готовых воевать.

Те же кадры, что имеются в распоряжении республики, вполне экзотичны. На выходе из «НКВД» один из бойцов предлагает записать его номер на случай возникновения новых проблем.

— Как к вам можно обращаться?

— Джокер.

Уже в 100 км от Донецка рассчитывать на помощь Джокера не приходится, мало что тут значит и имя Пушилина или нового премьера ДНР Александра Бородая. В Славянске не работает и аккредитация ДНР, отдельную бумагу, разрешающую работать, необходимо получать у Игоря Стрелкова.

В Горловке всем командует Бес, которого украинские власти идентифицируют как полковника ГРУ Игоря Безлера. В Константиновке — Японец. В Краматорске — прославившийся в интернете благодаря своей бороде и красочной речи казак Александр Можаев, он же Бабай. Его заместитель отзывается на Водолаза.

Здесь их власть под вопрос не ставится, и, когда по пути на встречу с Можаевым сотрудник ГАИ пытается остановить машину за пересечение двойной сплошной, водитель просто кричит в окно: «К Бабаю срочно едем!» — после чего правоохранитель берет под козырек.

Полная версия репортажа выйдет в понедельник, 2 июня, в журнале «Власть»