Кадр из фильма «Тюльпанная лихорадка» (2017) / Фото: Paramount Pictures. Картина художника Франса Халса «Портрет Алетты Ханеманс»

Кадр из фильма «Мария-Антуанетта» (2006) / Фото: Columbia Pictures. Картина художника Адольфа Ульриха Вертмюллера «Королева Мария-Антуанетта»

Фильм «Дракула Брэма Стокера» (1992), «Оскар» за лучший дизайн костюмов

Кадр из фильма «Дракула» (1992) / Фото: Columbia Pictures. Картина художника Густава Климта «Поцелуй»

Кадр из фильма «Дракула» (1992) / Фото: Columbia Pictures. Эскиз Эйко Исиока

Фильм «Отель „Гранд Будапешт“» (2014), «Оскар» за лучший дизайн костюмов

Эскиз Милены Канонеро; Кадр из фильма «Отель «Гранд Будапешт» (2014) / Фото: Fox Searchlight Pictures. Картина художника Густава Климта «Дерево жизни»

Кадр из фильма «Отель «Гранд Будапешт» (2014) / Фото: Fox Searchlight Pictures

Фильм «Багровый пик» (2015)

На съемках фильма «Багровый пик» (2015) / Фото: Universal Pictures. Картина художника Густава Климта «Соня Книпс»

Фильм «Опасные связи» (1988), «Оскар» за лучший дизайн костюмов

Кадр из фильма «Опасные связи» (1988) / Фото: Warner Bros.

Кадр из фильма «Опасные связи» (1988) / Фото: Warner Bros.

Кадр из фильма «Опасные связи» (1988) / Фото: Warner Bros. Картина художника Франсуа Буше «Мадам де Помпадур»

Фильм «Фрида» (2002), номинация на «Оскар» за лучший дизайн костюмов



Джулия Вайсс, художник по костюмам фильма «Фрида»

Картины художницы Фриды Кало «Автопортрет, посвященный Льву Троцкому» и «Две Фриды»

Кадр из фильма «Фрида» (2002) / Фото: Miramax. Картина художницы Фриды Кало «Фрида и Диего Ривера». Эскиз Джулии Вайсс

Кадр из фильма «Фрида» (2002) / Фото: Miramax Кадр из фильма «Фрида» (2002) / Фото: Miramax

Фильм «Девушка с жемчужной сережкой» (2003), номинация на «Оскар» за лучший дизайн костюмов

Кадр из фильма «Девушка с жемчужной сережкой» (2003) / Фото: Lions Gate Films; Картина художника Яна Вермеера «Девушка с жемчужной сережкой»

Кадр из фильма «Зед и два нуля» (1985) / Фото: Skouras Pictures. Картина художника Яна Вермеера «Урок музыки»

Кадр из фильма «Девушка с жемчужной сережкой» (2003) / Фото: Lions Gate Films

Кадр из фильма «Девушка с жемчужной сережкой» (2003) / Фото: Lions Gate Films

Обложка: кадр из фильма «Фрида» (2002) / Miramax

Кинематограф — искусство визуальное, поэтому многое заимствует у живописи: принципы освещения, ракурсы съемки и мизансцены, колористические схемы и типажи. И нет ничего удивительного в том, что в своих поисках прототипов костюмов для киноперсонажей, художники по костюмам обращаются к полотнам известных мастеров.Обычно от этих работ берется настроение, какие-то выразительные детали, цветовая гамма, крой костюма.Но бывает и так, что костюм повторяется целиком, чаще всего в фильмах, которые рассказывают об известных, реально существовавших людях или для воссоздания конкретной исторической эпохи, визуальным маркером которой служит всем хорошо известная картина.Полотна старых мастеров — это не только документ эпохи, но и источник вдохновения. Самым популярным и цитируемым художником в кино является Густав Климт.«Климтовский» костюм носил актер Гэри Олдман в фильме «Дракула Брэма Стокера». Режиссер Фрэнсис Форд Коппола попросил художника по костюмам Эйко Исиоку использовать живопись Климта в костюме главного героя.«Во время одного из наших первоначальных обсуждений, Коппола сказал мне: „Дракула — это очень таинственная личность, и я хочу показать его с различных сторон — как человека и как животное, как мужчину и как женщину, старым и молодым, европейцем и азиатом“», — вспоминает Эйко.Поэтому для создания образа Дракулы с «миллионами лиц», демонстрирующего в фильме свою бесконечную трансформацию, художницей были изучены и отображены в костюме культуры всех тех стран, в которых мог жить граф. Но особое внимание было уделено картине «Поцелуй» Густава Климта.«Когда я увидела картину, то почувствовала ее восточный колорит, вписанный в западную живопись, — рассказывает Эйко Исиоку. — Она идеально подошла для того, чтобы выразить гибридную культуру героя, встречу Востока с Западом». К тому же, картина символизирует вечную любовь, и именно в этом костюме происходит финальное воссоединения графа со своей возлюбленной.В фильме Уэса Андерсона Отель „Гранд Будапешт“ » в костюмах мадам Д. также легко опознается другая работа Густава Климта — знаменитый триптих, созданный для обеденного зала дворца Стокле в Брюсселе. Но если у Дракулы золотое облачение отсылало зрителя к его прошлому и к византийской культуре, то золотое «климтовское» платье мадам Д. олицетворяет собой солнце, после заката которого должна наступить тьма.«90-летняя мадам Д. (в исполнении Т. Суинтон ) является большим коллекционером, — рассказывала в интервью художник по костюмам Милена Канонеро. — Я представляла ее себе как Пегги Гуггенхайм — замечательную, неприлично богатую, щедрую леди, беззаботную и охотно делящуюся своей любовью». Климт, в данном случае — это еще и указание на художественный вкус коллекционерши.Художник по костюмам фильма «Багровый пик» Кейт Хоули, создавая гардероб для главной героини Эдит, также была вдохновлена одной из картин Густава Климта. Она почти скопировала платье с «Портрета Сони Книпс», позаимствовав у него силуэт и воздушность фактур, прекрасно подчеркивающих юность и живость героини.Платье сшили из плиссированной вручную ткани, с огромным количеством нижних юбок, с поясом, украшенным мелкими цветочками и с сердечком по центру. «Таким образом, через символы в украшениях, мы поддерживали историю», — говорит Хоули.Это платье доставило немало хлопот костюмерам: по просьбе режиссера, улицы Буффало были обильно задекорированы грязью, и в ходе съемок оно сильно пачкалось, ручная плиссировка распускалась. Пришлось мастерам срочно изготавливать еще пять подобных платьев.Главная проблема, с которой сталкиваются все художники, реконструирующие костюм, запечатленный на картине — это поиск аутентичного текстиля. Не у всех есть финансовая возможность заказывать ткани на старинных европейских фабриках. Да и изготавливаются они долго, а маленький подготовительный период — бич современного кинематографа.«У нас было всего 3,5 недели, чтобы изучить эпоху и сделать все наши исследования, — рассказывает художник по костюмам фильма „Опасные связи“ Джеймс Ачесон. — За нами шла версия режиссера Милоша Формана „Вальмон“, которая была снята за 26 недель и имела вдвое больший бюджет. „Опасные связи“ были сняты за 10 недель с бюджетом $14 млн.Я ничего не знал о XVIII веке, поэтому просто пересмотрел множество изображений. Меня удивило то удовольствие, с которым были выписаны все эти складки на платьях. Но мы не могли найти подобной ткани скульптурно-маслянистого качества. Как и ткани с рисунком XVIII-го века, поэтому мы использовали индийские ткани для сари ручного производства.Однажды нам попался красивый вышитый кусок оригинального шелка XVIII века, его было достаточно, чтобы сделать лиф для костюма Гленн Клоуз [Маркиза де Мертей]. Мы покрасили шелк для юбки, и провели две примерки. Но пока шили и расшивали платье вручную, оно прибыло на съемочную площадку, буквально разваливаясь на части».Есть в фильме платье-косплей, созданное по картине Франсуа Буше «Портрет мадам Помпадур». Но оно лишь является тем самым маркером эпохи рококо. «Костюмы на картинах Буше и Фрагонара сложнее, чем у нас, мы сознательно решили их не копировать и не перегружать отделкой. Я не хотел „задавить“ актера костюмом, лишив его возможности для самовыражения», — вспоминает художник по костюмам.Джеймс Ачесон мог позволить себе и не копировать известные полотна, поскольку в фильме «Опасные связи» действуют вымышленные персонажи. Но если фильм-байопик, то тут никак не обойтись хотя бы без нескольких узнаваемых зрителем костюмов.«Пытаться одеть актрису, как одевалась Фрида Кало, было бессмысленно — я не смогла бы соревноваться с ней. Когда она шла по улице, то распространяла вокруг себя особое сияние. Своим видом она говорила не „посмотрите на меня“, а „я такая, какая я есть!“, и в этом заключена большая разница».Сегодня редкий человек не знает, как выглядела мексиканская художница Фрида Кало. Она оставила после себя большое количество картин, в том числе, автопортретов. «Замечательная вещь, связанная с Фридой, заключается в том, что у нас было много визуальных источников. — вспоминала художник по костюмам фильма „Фрида“ (2002) Джулия Вайсс. — Ее картины и ее слова были нашими инструментами. И мы видели, как постепенно Сальма [Хайек] превращается в Фриду, и видели, что она уже и есть Фрида».В поисках правильного текстиля и одежды, Вайсс и ее команда прочесали все винтажные магазины и рынки от Лос-Анджелеса до Мехико. Художник считала важным развеять ошибочное представление о том, что родная страна Фриды была отстало-провинциальной. Она стремилась показать в фильме все богатство красок Мексики, элегантность ее интеллигенции.Помощь в сборе сотен необходимых костюмов оказали местные жители, которые хотели внести свой вклад в фильм, рассказывающий о жизни их любимой художницы. «Люди приходили на съемочную площадку. Один говорил: «Я знал Фриду». Другой с большой осторожностью разворачивал папиросную бумагу и говорил: «Было бы честью для меня, если бы вы взяли это ребозо [мексиканская шаль]. Моя бабушка носила его на своей свадьбе», — рассказывала Джулия.В «Фриде» режиссер Джули Тэймор логично вплела в канву фильма ожившие картины (tableaux vivants), они, как и реальные автопортреты художницы, помогли раскрыть характер героини и рассказать ее историю.Но есть фильмы, которые полностью посвящены одной-единственной картине («Мельница и крест», «Тайны «Ночного дозора» и т.д.) и тут художнику по костюмам приходится не только реконструировать костюм с живописного полотна, но и выстроить все остальные костюмы вокруг него. Один из самых удачных (и успешных) фильмов на эту тему — «Девушка с жемчужной сережкой» режиссера Питера Веббера.Веббер пригласил в качестве художника по костюмам голландку Дин ван Страален, известную своим сотрудничеством с режиссером Питером Гринуэем, любящим вводить в фильмы реплики известных полотен голландских мастеров. Дин делала с ним такие фильмы, как «Зед и два нуля», «Отсчет утопленников», «Дитя Макона», «Интимный дневник», работала вместе с Жан-Полем Готье на «Повар, вор, его жена и ее любовник».Режиссер попросил Дин ван Страален в костюмах не увлекаться историческим кроем и деталями, придать им простую, более привычную современному зрителю форму, как он выразился «в стиле «Прада».Художник по костюмам исследовала рынки Лондона и Голландии в поисках старинного текстиля. Для Грит (Скарлетт Йоханссон) ван Страален использовала бледные цвета, чтобы придать ей тусклый вид бедной служанки. Вермеер (Колин Ферт) также был одет просто, потому что он небогат. Ван Страален создала более сложные костюмы для Уилкинсона, поскольку ван Руйвен был для нее «павлином, бродящим вокруг со своими деньгами».Фильм получился впечатляющим, его оценили не только зрители, но и академики, номинировав художника по костюмам, художника-постановщика и оператора на премию «Оскар».Все эти призы и номинации за лучший дизайн костюма говорят о том, что художники по костюмам блестяще справились со своей задачей, донеся до зрителя суть киноповествования.