Индия стоит на пороге одного из самых тяжелых водных кризисов за всю свою историю. По прогнозам, к 2020 году более 20 крупных городов останутся без собственных подземных источников водоснабжения, включая столицу страны Нью-Дели. Бурно развивающийся аграрный сектор требует все больше воды, быстро растущие мегаполисы тоже никак не могут напиться. Но индийцы надеются на своего премьера: недавно переизбранный Нарендра Моди пообещал решить эту проблему. Он уже доказал, что способен творить чудеса: за последние пять лет Моди в буквальном смысле преобразил Индию, очистив ее улицы от мусора и экскрементов. До недавнего времени местные политики не проявляли особого рвения в решении этой проблемы, молчаливо полагая, что фекалии на улицах не помешают Индии стать великой державой. Моди решил, что помешают, и сумел убедить в этом сотни миллионов сограждан.

Пахучее неравенство

Когда заходит речь о чистоте в Индии, к ней, как правило, применяется прилагательное «духовная». Моются индийцы тоже с энтузиазмом, когда представляется возможность. Но на грязь вокруг себя до недавнего времени они смотрели со спокойствием людей, жизнь которых – лишь звено в цепи перерождений. Какой смысл убирать мусор, если завтра ты можешь внезапно умереть и переродиться где-нибудь в другом штате? Жизнь так устроена: сегодня ты наступил в чьи-то экскременты – смирись, завтра кто-нибудь наступит в твои.

Живучесть такого подхода обеспечивали традиции. В кастовом обществе каждая джати (подкаста) имеет свою социальную роль. Неприкасаемым–далитам, к примеру, положено делать грязную работу, в том числе убирать отходы человеческой жизнедеятельности на улицах, чистить стоки канализации и выгребать фекалии из так называемых «сухих туалетов» – ям, где нет смыва и откуда их приходится буквально вычерпывать. Этим занимаются представители особой далитской касты – бханги. Сами они предпочитают именовать себя балмики (или валмики). Кастовая специфика привязалась к ним настолько крепко, что даже при переходе бханги в ислам они по-прежнему живут отдельной джати, занимаясь привычным делом, и считаются отверженными среди высших исламских каст.

Подобная ситуация давно вызывала недовольство у индийской прогрессивной общественности: интеллигенция и просто неравнодушные люди небезосновательно считают подобную практику варварской. Но находились и защитники старых обычаев: в конце концов, указывали они, бханги выполняют важную общественную функцию и даже получают за это небольшие деньги. Если старые добрые выгребные ямы и «сухие туалеты» исчезнут, чем бханги будут тогда заниматься? Впрочем, голос апологетов такого подхода поутих, когда была опубликована статистика: в Индии каждые пять дней погибает человек из бханги из-за тяжелых условий труда и несовершенства канализационной системы: люди просто захлебываются в ней во время внезапных ливней.

Борьба за права бханги началась еще в 1950‑х. В 1993 году был принят закон, запрещающий строить «сухие туалеты» и использовать для их чистки представителей угнетенных каст. В 2013‑м приняли еще один закон, так как первый выполнялся через пень-колоду. В 1999 году правительство Бхаратия Джаната парти (БДП) запустило «Кампанию тотального очищения». На протяжении 15 лет правительства – сперва БДП, затем Индийского национального конгресса – выделяли деньги на строительство все новых и новых туалетов. Чиновники, филантропы, представители Всемирного банка и ЮНИСЕФ, многочисленные неправительственные организации вели пропаганду, убеждая индийцев прекратить наконец облегчаться прямо на улицах. Но все безрезультатно. К 2014 году туалетом в деревне пользовался только 31% жителей; города немного улучшали картину, доведя общий процент индийцев, предпочитавших справлять нужду в специальном помещении, до 50.

Дошло в итоге до того, что Индию по уровню обеспеченности удобствами обогнала даже соседняя Бангладеш, традиционно считавшаяся куда более грязной страной. Но тут появился Моди.

Нарендра Моди фактически поставил на карту свое политическое будущее, пообещав коренным образом изменить бытовые условия рядовых индийцев всего за пять лет Harish Tyagi / EPA / Vostock Photo

Плюс туалетизация всей страны

Для премьер-министра Нарендры Моди, триумфатора национальных выборов 2014 года, вопрос строительства современных туалетов оказался связан с идеологией и философией. Функционеры Бхаратия Джаната парти, да и сам премьер часто упоминают в своих документах и речах золотой век Индии – чудесные времена до начала мусульманских вторжений. Неотъемлемой частью этого нарратива служит история цивилизации долины Инда – древнейшей культуры на территории Индостана, которая, как показывают раскопки, знала не только туалеты со смывом, но и подземную систему канализации с трубами из обожженной керамики. Если уж туалетами пользовались в золотом веке, то возрожденной Индии, претендующей на роль одного из центров силы современного мира, выгребные ямы совсем не подобают.

2 октября 2014 года, в праздник, посвященный дню рождения Махатмы Ганди, Нарендра Моди лично вышел на улицу с метлой. Так стартовала инициатива «Свачх Бхарат» – «Чистая Индия», сопровождавшаяся грандиозной кампанией в прессе. Отныне каждый гражданин страны, провозглашали газеты и телеканалы, ответствен за чистоту своей улицы и окрестностей. Как показали последующие события, великий индийский народ ждал только руководящего указания. Бесчисленные бригады уборщиков возглавили правительственные чиновники и общественные активисты. Как отмечали СМИ, в некоторых районах расчистка территории производилась впервые за весь период письменной истории.

Но грандиозного субботника Моди показалось мало. Требовалось сделать куда больше – изменить складывавшиеся веками привычки людей, отучив их публично справлять нужду. Для этого прежде всего нужно было создать материальную базу, и премьер с энтузиазмом принялся за дело. Так как лишних денег в бюджете не было, Моди ввел специальный налог – «Свачх Бхарат Сес». Случайно или нет, но получилась игра слов: cess по-английски означает не только налог, но и отстойную яму, и сточную трубу, и клоаку.

Пять лет Моди и его правительство неустанно объясняли полутора миллиардам сограждан, что нужно соблюдать правила гигиены. Тех, кто не понимал с первого раза, наказывали рупией. То, что получилось в итоге, можно назвать одним из самых грандиозных достижений социальной истории. 2 октября 2018 года Моди объявил, что 25 штатов являются теперь «зоной, свободной от публичной дефекации». Недавно министр финансов страны Нирмала Ситхараман сообщила новые цифры: 560 тысяч деревень запретили справлять нужду на улицах, за пять лет построено 96 миллионов туалетов. Объявлены новые цели: минимум один общественный туалет в каждую деревню, запрет публичной дефекации по всей стране и введение программы менеджмента твердых отходов в сельских поселениях. Судя по официальным цифрам, эта цель будет достигнута в ближайшем будущем: сейчас программой всеобщей туалетизации охвачены 99,2% всех сельских хозяйств, в 30 штатах и территориях из 36 каждый дом обеспечен туалетом.

До начатой Нарендрой Моди кампании ни уборка мусора, ни пользование общественными туалетами не были в привычке у большинства индийцев Arun Sankar / AFP / East News

На бумаге все выглядит великолепно. Но в реальности, судя по всему, картина не столь радужная. По сообщениям индийских СМИ, граждане зачастую относятся к туалетной кабинке (а их часто строят из бетона) как к дополнительному сараю, сваливая туда дрова или коровий навоз, а сами предпочитают по старинке ходить по-большому на лоно природы. Винить их трудно: во многих нужниках строители забыли поставить унитазы. Не обошлось и без традиционной коррупции: как выяснилось, за многие туалеты деньги были перечислены дважды, а некоторые по документам строятся уже пятый год. И главная проблема – вода. Во многие районы до сих пор не проведен водопровод, люди живут на грани жажды – откуда им взять достаточно воды для смыва?

Правительство Моди, похоже, осознало, что поставило телегу впереди лошади и что строить туалеты на участках, куда не подведены канализация и водопровод, – пустая трата денег. Чиновники поняли, что ситуацию надо исправлять, и ревностно взялись за дело.

Пить или не пить

«Многие части нашей страны ежегодно сталкиваются с нехваткой воды. Вы удивитесь, но только 8% воды, которую приносят с собой дожди, собирается должным образом. Пришло время разобраться с этой проблемой. И я верю, что мы справимся с ней, как справились с другими трудностями, если люди нам помогут».

Этими словами Нарендра Моди начал вторую часть очередного выпуска своей программы Mann Ki Baat – «Голос сердца». Подобно знаменитым «Беседам у камина» Рузвельта, Mann Ki Baat позволил Моди войти в каждый дом, где его ждали, и обратиться к избирателям напрямую.

На этот раз повод более чем весомый. Страна стоит на пороге водного кризиса: подземные запасы больших городов истощаются, а из-за несовершенства ирригационных и водосборных систем малейший каприз погоды может обернуться засухой, гибелью урожая и миллионами смертей. Меж тем, по оценкам главного индийского аналитического центра, по совместительству выполняющего роль госплана – NITI Aayog, – потребность Индии в воде к 2030 году возрастет в два раза.

Моди обещает справиться с проблемой к 2024 году. К этому сроку в каждом индийском доме должно появиться центральное водоснабжение. Займется решением водного вопроса специально созданное министерство – Jal Shakti (от jal – «вода» и shakti – «мощь, сила, энергия»), объединившее в себе функции министерства питьевой воды и санитарии и министерства водных ресурсов, развития рек и возрождения Ганга. Программа по всеобщему водообеспечению называется просто – Nal Se Jal, «Вода из крана». Но как именно Моди и его правительство собираются реализовывать громкие обещания, пока непонятно, учитывая, что во многие деревни до сих пор не удалось протянуть линии электро- и газоснабжения. Впрочем, электричество и газ, как объявила министр финансов Нирмала Ситхараман во время выступления перед нижней палатой индийского парламента, должны появиться в каждом доме к 2022 году.

Перед руководством страны стоит сложная задача, учитывая, что управление водными ресурсами в Индии относится к компетенции штатов, а не национального правительства. С одной стороны, большинство законодательных собраний штатов находится под контролем БДП, а тем, в которых у власти оппозиция, придется выполнять распоряжения центра с удвоенным рвением, чтобы не попасть под огонь критики за срыв грандиозных планов Моди по улучшению народной жизни. С другой – Моди фактически поставил на карту свое политическое будущее, пообещав коренным образом изменить бытовые условия рядовых индийцев всего за пять лет.

Критики премьера сомневаются, что ему удастся сделать то, чего за десятилетия не смогли добиться его предшественники. Однако пять лет назад, когда Моди начинал свою программу всеобщей туалетизации, скептики говорили то же самое и оказались в итоге посрамлены. Одно можно сказать твердо: если Моди удастся сделать то, что он обещает, то он оставит после себя совершенно другую Индию.