Твитнуть

Обратите внимание: Постановление ЕСПЧ от 31 июля 2014 года, о котором написано на этой странице, вступило в силу 15 декабря 2014 года.

ЕСПЧ огласил сегодня Постановление, которым единогласно признал целый ряд нарушений прав и свобод Бориса Немцова в связи с его задержанием за предполагаемое неповиновение требованиям сотрудников милиции на Триумфальной площади 31 декабря 2010 года, привлечением к административной ответственности и назначением наказания в виде административного ареста на 15 суток.

По мнению ЕСПЧ, в первую очередь в отношении Бориса Ефимовича была нарушена статья 11 Европейской Конвенции, гарантирующая свободу собраний. Страсбургский Суд усомнился в официальной версии событий, послуживших основанием для его задержания и привлечения к административной ответственности. Согласно показаниям двух сотрудников милиции, на которые ссылались сначала национальные суды, а затем и российские власти в ЕСПЧ, подойдя к выходу с Триумфальной площади, где проходил согласованный митинг, на котором Борис Ефимович выступал, он сразу же стал агитировать прохожих к участию в новом стихийном митинге, выкрикивал антиправительственные лозунги и отказался подчиниться требованию сотрудников милиции вернуться на место проведения согласованного мероприятия. Как указал ЕСПЧ, власти не пояснили, что за «прохожие» находились внутри милицейского оцепления, преграждавшего выход с площади. Не говоря уже о том, что неясно, зачем человеку, только что выступившему на согласованном мероприятии, агитировать за немедленное проведение другого. В то же время из показаний очевидцев следует, что у оцепления стояли люди, которые хотели покинуть Триумфальную площадь, но не могли беспрепятственно сделать это именно из-за указанного оцепления. Более того, согласно видеозаписи этих событий, происходивших в течение всего одной или двух минут, что властями не оспаривалось, никаких признаков агитации или неподчинения Борис Ефимович не проявлял. Это было признано даже Тверским районным судом, рассматривавшим дело в качестве суда второй инстанции. Никто из очевидцев, не считая двух сотрудников милиции, не видел и не слышал, чтобы Борис Немцов призывал к участию в митинге или агитировал за что-то. Согласно показаниям одного из очевидцев, Борис Ефимович поинтересовался у сотрудников ОМОН’а, стоявших в оцеплении, почему выход с площади был заблокирован, а затем крикнул, что свобода собраний гарантирована статьей 31 Конституции. Со слов другого очевидца, Борис Ефимович был схвачен сотрудниками милиции сразу после того как он подошел к оцеплению. Таким образом, ЕСПЧ пришел к выводу, что Борис Немцов, подойдя к милицейскому оцеплению, обнаружил себя в толпе людей, которые хотели покинуть площадь, но не могли сделать этого из-за того что были заблокированы ОМОН’ом. Он стал выяснять причины блокировки выхода и крикнул про статью 31 Конституции, после чего и был задержан без сопротивления с его стороны. Страсбургский Суд пришел к выводу, что задержание Бориса Немцова и привлечение его к административной ответственности представляли собой вмешательство в свободу собраний, которое может быть охарактеризовано только как произвол и беззаконие. ЕСПЧ добавил, что вмененные Борису Ефимовичу действия – предположительные призывы к стихийному митингу и выкрикивание антиправительственных лозунгов – сами по себе защищаются статьями 10 и 11 Конвенции, гарантирующими свободу слова и собраний. И требование прекратить эти действия, если бы таковые действительно имели место, нуждается в серьезном обосновании, что национальными судами было проигнорировано.

ЕСПЧ также признал нарушение гарантированного статьей 6 Конвенции права Бориса Немцова на справедливое судебное разбирательство по предъявленному ему обвинению в совершении административного правонарушения, которое Страсбургский Суд признал «уголовным» по смыслу статьи 6 Конвенции. По мнению Страсбургского Суда, решения мирового судьи Боровковой О.Ю. и Тверского районного суда были произвольными. Суды приняли во внимание только показания двух сотрудников милиции, являвшихся «потерпевшими» от предположительно имевшего место неповиновения их требованиям, и проигнорировали показания всех свидетелей защиты со ссылкой на то, что они, будучи участниками того же мероприятия, являются предубежденными в пользу Бориса Ефимовича. В результате суды в принципе отклонили все показания потенциальных очевидцев, вне зависимости от конкретных обстоятельств, связанных с ними, и их отношения к Немцову. Кроме того, ЕСПЧ отметил неправдоподобность официальной версии событий и отсутствие каких бы то ни было доказательств, подтверждающих показания сотрудников милиции.

В свете изложенного выше ЕСПЧ также признал нарушение права Бориса Немцова на свободу и личную неприкосновенность, которое гарантировано статьей 5 Конвенции. По мнению Страсбургского Суда, административное задержание и арест Бориса Ефимовича были незаконными и произвольными, преследовали цели, не связанные с теми основаниями лишения свободы, на которые ссылались власти. Кроме того, все это подразумевает недобросовестность со стороны сотрудников милиции.

Условия содержания Бориса Немцова в отделе милиции, где он провел 40 часов в камере размером 1,5 х 3 метра с бетонным полом, без окон и со скудным освещением, без вентиляции, без туалета, без нар, матраца и какой-либо мебели, не считая скамьи, по мнению ЕСПЧ, свидетельствуют о бесчеловечном и унижающем достоинство обращении в нарушение статьи 3 Конвенции. Кроме того, в нарушение статьи 13 Конвенции Борису Ефимовичу не были доступны какие-либо внутригосударственные средства правовой защиты от этого нарушения.

Принимая во внимание признанные нарушения, Страсбургский Суд посчитал, что отсутствует необходимость в рассмотрении остальных жалоб Бориса Немцова на нарушения в отношении него статей 5, 6 и 18 Конвенции.

Борису Ефимовичу было присуждено 26000 евро в качестве справедливой компенсации морального вреда и 2500 евро в возмещение издержек.