Когда ни один совет не поможет

Как перестать быть аутсайдером, в чём загадка первой любви и что нужно сделать зайцу, чтобы научиться летать? Будь то остроумная притча о справедливости или мозаичный роман об актуальной и наболевшей проблеме, каждую из этих книг, по форме или по содержанию, можно назвать новаторской. И все они наверняка вызовут искреннее читательское любопытство: «Ого, теперь и такое есть!»

Юлия Симбирская «Заяц на взлётной полосе». «Абрикобукс», 2019

Аэропорт – место встречи самых разных людей, которые больше никогда не увидятся и вряд ли заговорят друг с другом. Но в романе Юлии Симбирской случается иначе. Герои книги находят силы слушать, слышать и идти на помощь. И это не только люди, но и собака Бо и заяц Хэл. У всех есть свой голос и своя мечта: кто-то хочет научиться летать, другой погружён в ностальгию, третий загадывает желание, чтобы папа стал нормальным. Да, это редкая русскоязычная подростковая книга, посвящённая, в частности, семейному насилию. Главная героиня Мия вместе с мамой вынуждена спасаться бегством от отца, который за несколько лет брака превратился в опасного тирана. Но перед читателем открывается не картина домашнего ада, а экспериментальная для подростковой литературы мозаика из многочисленных персонажей, где каждый занят поиском, в том числе поиском исцеления от пережитых несчастий. Лекарством же становится воздушное пространство, которое каждый может отыскать в себе или в ком-то ещё. Взлётная полоса, похоже, символизирует внутреннюю свободу. Она избавляет от страхов, хотя достигнуть такой свободы в одиночку непросто. Но если тот, кому на роду написано трусить, осмелился лететь, то и человеку под силу скинуть тяжёлый рюкзак прошлого.

Хуан Вильоро «Неприрученная книга». Пер. В. Андреева. «Поляндрия», 2019

В то время разводы были редкими, и юному Хуану стоило труда понять, что случилось, когда мама стала мрачной, а папа уехал в другую страну. Чтобы маме было легче оправиться, Хуан переезжает на лето к одинокому дядюшке Тито, увлечённому книжнику с огромной библиотекой. И здесь начинаются то ли чудеса, то ли хитрая игра – почти живые фолианты, дом-лабиринт, первая любовь, нашествие тараканов и множество отсылок к известным произведениям мировой литературы. Если бы Хорхе Луис Борхес или кто-то другой из латиноамериканских мастеров слова взялся написать для подростков повесть-притчу, то наверняка получилось бы что-то подобное. С «Неприрученной книгой» вполне возможно настоящее читательское открытие – благодаря особому фокусу магического реализма в ней совсем не остаётся места типичным для жанра семейной драмы сентиментальным приёмам и надрывам. Зато возникает совершенно другой, наполненный сочными деталями и волшебными образами текст – о непреходящей радости жизни, эмпатии и тяге к знанию.

Аннете Херцог «Шторм в сердце. Сердце Шторма». Худ. Катрине Кланте, Расмус Бранхой. Пер. Е. Гуровой. «Самокат», 2019

Весной датская писательница Аннете Херцог приезжала в Россию, чтобы представить комикс о взрослении «Псст! Кто я?», и успела рассказать нам о готовящемся переводе второй книги про Виолу. Сейчас продолжение вышло, и оно ничем не уступает первой части. Мы видим историю первой любви с двух сторон, сначала от лица Виолы, а затем от лица её одноклассника Шторма. Загадочное, хотя и знакомое всем нам чувство рассматривается максимально подробно – с точки зрения философии и биологии, родителей и сверстников, мужчин и женщин. И никто, конечно, не даёт однозначного ответа, что же это всё-таки такое – романтическая любовь. «Учёные мужи», среди которых Блаженный Августин, Фрейд и Платон, доходят до драки, папа прежде всего напоминает о контрацепции, а мама ограничивается переживаниями за нравственность. И неудивительно, что советы не спасают, ведь всю правду здесь можно выяснить только на собственном опыте. Само собой, Виола и Шторм испытывают страх перед новым чувством, к тому же они едва ли догадываются о его взаимности. В центре внимания оказываются метания, когда ещё ничего непонятно и порой кажется, что лучше вовсе сбежать от своих навязчивых мыслей. Именно такого фокуса, где на первый план выходят не пресловутые «советы старших», а личные переживания героев, кажется, не хватало подросткам.

Тамара Михеева «Не предавай меня». «КомпасГид», 2019

Тот редкий роман о школе, где жизнь учеников не кренится ни в сторону нарочитой беззаботности, ни в сторону жестокости. Речь идёт о совсем не смертельных, но страшных в седьмом классе трагедиях недопонимания, которые описаны настолько реалистично, что к ним нельзя не подключиться. За динамичным сюжетом и забавными коллизиями просматривается подспудный, ненавязчивый призыв – говорить с близкими о наболевшем, не откладывать важные слова на потом, не скрывать их. Все начинается, казалось бы, с мелочи – главная героиня Юля Озарёнок случайно подслушивает разговор школьного психолога с классной руководительницей. Психолог отчего-то считает, что Юля – аутсайдер. Но семиклассница, конечно, принимает услышанное на веру – начинает сомневаться даже в лучшей подруге и оказывается в круговороте интриг самых «популярных» одноклассниц. А тут ещё и совместный поход с мальчишками, и тайные семейные узы грозят выйти наружу…

Марк Олейник «КриБ, или Красное и белое в жизни тайного пионера Вити Молоткова». «Розовый жираф», 2019

«Не бывает счастья для всех одинакового. Если за человека начинают решать, что для него лучше и как он должен жить, жизнь у него сразу портится, приходит в негодность», – говорит Зинаида Андреевна, потомственная княгиня, волею судеб ставшая гувернанткой в семье идейных коммунистов. Такое произведение рано или поздно должно было появиться в русской литературе для детей и подростков. Смешная, местами гротескная история о неизбывном идеологическом противостоянии «красных» и «белых» рассказана от лица любопытного и проницательного мальчика Вити. Папа Вити – фанат Ленина и директор «красного» завода, но неожиданные проблемы на работе и знакомство с пожилой аристократкой заставляют и его по-новому взглянуть на многие вещи. Важно, что в романе не агитируют ни за, ни против: книга на деле совсем не о политике, а о критическом мышлении как таковом, об умении слышать и слушать – даже тех, с кем не согласен. Это делает её по-настоящему актуальной в то время, когда терпимость может касаться чего угодно, но едва ли иных взглядов на жизнь и общество.

РАССКАЗАТЬ В СОЦСЕТЯХ