В вопросе о том, кто же будет кандидатом в президенты от правящего тандема наступила ясность. На большом предвыборном съезде партии «Единая Россия», где появились в субботу и президент Дмитрий Медведев, и премьер Владимир Путин, прозвучали недвусмысленные заявления обоих. Дмитрий Медведев возглавит список ЕР на думских выборах декабря 2011 года, а Владимир Путин пойдет на президентство. В случае победы «ЕдРа» в декабре Медведев может возглавить правительство. Эту идею предложил сам нынешний премьер. Таким образом, налицо ситуация, полностью симметричная сложившейся в 2007—2008 годах.

«Было ощущение, что ¾ шансов за то, что в президенты пойдет Путин, ¼ — за то, что Медведев, — сказал „СП“ политолог, специалист по выборам и Член Совета при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Дмитрий Орешкин. — Что ж, ситуация пошла по более вероятному сценарию».

О том, что следует из нынешних заявлений президента и премьера, «СП» поинтересовалась у политолога Евгения Минченко, директора Международного института политической экспертизы:

«СП»: — Ожидаем ли для вас был именно такой ход тандема?

— То, что Путин идет в президенты в 2012 году, было понятно уже несколько месяцев назад. Но все равно это новость номер один. То, что Дмитрий Медведев будет работать в правительстве — новость номер два, и понятно, зачем это делается. Суть этого послания — консолидация нынешней правящей элиты. Ведь есть большой круг медведевских назначенцев. И нужно дать им понять, что они не будут брошены. Таким образом Путин и Медведев достигли, пожалуй, оптимальной консолидации правящей элиты вокруг тандема. Решено очень логично.

«СП»: — Возможно, стремление поставить на пост премьера Медведева — это попытка нагрузить его ответственностью за предстоящий экономический кризис?

— Не думаю. Я считаю, что вопрос переброски ответственности второстепенен. Да и управленческий стиль Путина не так уж сильно отличается от медведевского, чтобы ради этого устраивать такие рокировки.

«СП»: — В чем, по-вашему, разница между путинским и медведевским стилем в политике?

— Дмитрий Анатольевич более склонен к быстрым и импульсивным решениям. Путин более консервативен. Разница, в целом, не так велика, еще раз говорю.

«СП»: — Может ли быть теперь какая-то интрига на выборах президента России — ведь оппозиция туда пойдет как в последний бой?

— Я думаю, к выборам теперь вся элита подойдет полностью отмобилизованной. Теперь есть ясность. Если всплеск протестной активности и будет, то он выразится, скорее, в уклонении от выборов. А голосов оппозиционным партиям вряд ли прибавится. Напротив: в последнее время оппозиционеры пытались позиционировать себя как «за Медведева, против Путина». Теперь этой возможности у них нет.

Съезд «Единой России» — именно потому, что на нем, как ожидалось, разрешится интрига с главной кандидатурой на будущих выборах — смотрели и отслеживали почти все интересующиеся политикой в России. Поэтому немедленно после программных заявлений дуумвиров в интернете появилось множество — сотни и тысячи — откликов. Преимущественно эти отклики разочарованные: завсегдатаи социальных сетей и блогеры относятся, по большинству, к той части электората, что охотнее поддержала бы Медведева. К тому же в месяцы неопределенности многие сделали ставку именно на младшего члена тандема. «Как же можно было подставить столько людей вот так сразу», — подобные фразы популярны в субботнем «Твиттере». Стихийно возник и уже получил популярность кириллический тег «П**дец».

"Чувство такое, что нас изнасиловали в прямом эфире — и собираются насиловать пожизненно", — такую фразу обозреватель «СП» слышал в кафе, где обсуждали новости съезда. «Теперь здесь долго, очень долго не будет ничего хорошего», — вторят в блогах.

Пессимистический настрой передался и некоторым политологам. Настроение Владимира Кара-Мурзы-старшего, историка, журналиста, ведущего программы «Грани времени» Радио Свободы в субботу было невеселым:

«СП»: — Ожидали ли вы именно такого решения по кандидатуре?

— Да, я не исключал такой сценарий. Грустно, что именно он реализовался. Медведев был бы куда лучше…

«СП»: — Почему? Разве это не единая команда?

— Потому что в годы президентства Медведева обстановка несколько разрядилась все-таки. Были поползновения изменить ситуацию по делу Магнитского. Несколько раз Медведев одергивал Путина, когда он лез не в свою сферу компетенции. Были надежды, что он всё-таки избавится от зависимости…

Например, я помню письмо в «Новую газету», подписанное целым рядом общественныцх деятелей, от политолога Дмитрия Орешкина до литературоведа и правозащитницы Мариэтты Чудаковой. Они заявляли, что второй срок президентства Медведева куда предпочтительнее, чем третий срок для Путина. И я с этим письмом вполне согласен: хоть Путин с Медведевым и тандем, но это принципиально разные президенты. Хотя и не разделяю восторгов по поводу Дмитрия Анатольевича как такового.

Поймите, при президенте Медведеве мы прожили 4 года без войны, без взрывов домов, без новых громких процессов наподобие юкосовского. Да, была война в Грузии. Но она была подготовлена еще при Путине, Медведев только выполнил необходимое дипломатическое и политическое прикрытие.

Но Дмитрий Анатольевич никому не хамил, не держался так резко. Единственный раз он сказал про «отливать в граните»; но разница между двумя членами тандема заметна очень сильно.

Кстати, ведь к нам не раз приезжали высокопоставленные американские дипломаты — и все они так или иначе высказывали свою поддержку именно Дмитрию Медведеву. Говорили, что хотели бы видеть в России молодого президента. А здесь Владимир Путин уже старше даже Брежнева, когда тот пришел к власти…

«СП»: — Поговорили о достоинствах Медведева. В чем его недостатки, в таком случае?

— Недостаток Медведева как политика вполне очевиден: слабоволие. Он как будто извинялся перед Путиным на съезде; говорил, что их пытаются поссорить. А ведь видно, что у него были президентские амбиции. Но, похоже, его «дожали».

"СП": — Чем же ему, президенту, мог угрожать Путин?

— Медведев ментально зависит от Путина, он долго работал под его началом. Впрочем, надежда-то была — ведь и Брежнев долго работал «шестеркой» Хрущева, а потом сумел его скинуть. Но вот — похоже, надежда, что Медведев проявит характер, не оправдалась.

«СП»: — Как по-вашему, окончательное ли это решение тандема? Или еще будут переигрывать?

— Думаю, что решение этих товарищей уже окончательное. То есть они переигрывать уже не будут. Но ведь тут не только они могут переиграть, тут и ситуация может переиграть их. Вон, Каддафи, тоже правил очень долго и прочно. И Мубарак тоже…

«СП»: — Вы говорите о революции. Будет ли ей, по-вашему, способствовать надвигающийся мировой кризис?

— Не верю, что в России сейчас возможна социальная революция. Люди слишком апатичны. Какой беспрецедентный спад был в 2008 — 2009 годах, а ничего не случилось! Нет, катастрофический сценарий (который я ничуть не желаю родной стране, но только это способно убрать из власти нынешнюю команду) возможен. Но что послужит его поводом — совершенно непонятно.

«СП»: — Но если все-таки пофантазировать…

— Ну вспомните, как это происходило во Франции, где волна поджогов и бунтов в 2005 году началась с мелкого происшествия, когда двое негров погибли в трансформаторной будке. Или сейчас в Англии, когда полиция застрелила наркодилера, а получилась волна бунтов. Вот и у нас может начаться с чего угодно: с утонувшего корабля, разбившегося самолета, отключения электроэнергии, с неловко сказанных «наверху» слов…

«СП»: — Что-то, что затронет огромные массы народа?

— Для этого не нужно особенно много людей. Ведь в 1991 году революцию — а это была настоящая революция, крушение огромной империи — устроили буквально несколько десятков человек, которые первоначально решились идти к Белому дому. Я горжусь, что был в числе этих наиболее активных людей. Потом уже люди подтягивались по системе обзвонов, в геометрической прогрессии — и массы народа решили дело. Но началось буквально с десятка единомышленников. И дела были проделаны гигантские — мы же освободили тогда Прибалтику, Среднюю Азию, Кавказ…

«СП»: — То есть вы считаете вероятным распад России?

— Какое может быть общее будущее у страны, где живут одновременно ительмены с Камчатки и дагестанцы? Они же никогда друг друга не видели и не общались! Что общего у нас, кроме нарисованного Кремля на денежных знаках? Да, я и про СССР то же говорил — подобные конгломераты неестественны и то, что они распадаются, вполне закономерно.

«СП»: — Когда это может произойти?

— Этого никому знать не дано. В 1991 году мы 16 августа не знали, где окажемся 22-го. И даже предполагать не могли. Так и сейчас — на дворе 24 сентября, а что будет 30-го — Бог весть.

«СП»: — Но впереди все же выборы, какими бы они ни были. Может быть, что-то изменится?

— Исключено, ничего не поменяется. Потому что реальную оппозицию — например, настоящих левых из «РОТ-Фронта» и либералов из «Солидарности» — загнали в подполье, их не регистрируют и не дают действовать. А победа «системной» оппозиции, во-первых, исключена, во-вторых, ничего не даст.

«СП»: — Ну представим себе, что протест сумеет оседлать, например, КПРФ — и повторится 1996 год…

— Ну, в 1996 году я знаю, как было — я работал на НТВ, и никакого давления на Зюганова не было. Мы его показывали с такой частотой, что он даже обгонял Ельцина. Сейчас бы так. А все-таки выбрали Бориса Николаевича — я до сих пор утверждаю, что это были вполне честные выборы. Ельцин, кстати, ничего не боялся — если бы на месте Путина был он, то тот же Борис Немцов мог бы схватиться с ним во втором туре. Но нет, Путин боится и подобные варианты для себя исключил. Вспомните, были ли при Путине вторые туры? Нет!

«СП»: — Что вы посоветуете избирателям в свете последних событий? Идти ли на выборы, портить бюллетень или голосовать за оппозицию?

— Конечно, результаты выборов уже «нарисованы». Никто наши бюллетени даже смотреть не станет. Если сейчас взломать какую-нибудь секретную базу ЦИК, то я уверен, что мы уже сейчас могли бы знать — как проголосуют в декабре в Дагестане, Воркуте, Мордовии… Это как с нынешними скандалами с вступительными экзаменами в медицинский и на журфак.

Так что я просто заберу свой бюллетень, как делаю уже много лет. Чтобы потом никто не мог бы предъявить мне мой бюллетень, подписанный за «Единую Россию». А так — я расписался и забрал его домой. Мы все имеем на это право по Конституции, есть специальное определение Конституционного суда: бюллетень собственность избирателя, а не избирательной комиссии.

Фото: premier.gov.ru