Шоколад и другие изделия из какао-бобов до сих пор регулярно покупали более 72 процентов россиян, съедавших их до 5 килограммов в год на человека. Из-за девальвации рубля и падения доходов владельцы торговых сетей уже почувствовали резкое снижение спроса на многие российские и иностранные кондитерские изделия, в среднем за год подорожавшие более чем на 25 процентов. Доля импортных ингредиентов при производстве российских шоколадных изделий составляет более 50 процентов, притом что на мировом рынке, даже без учета девальвации российской валюты, цены на какао-бобы непрерывно растут. В том числе из-за неурожая в странах Западной Африки, являющихся основными мировыми производителями этого продукта, которые вдобавок все еще трясет от эпидемии лихорадки Эбола и военно-политической нестабильности.

Некоторые мировые эксперты сейчас даже утверждают, что через пару десятков лет шоколад будет невероятно дорогим лакомством, доступным лишь самым богатым людям. Согласно информации международных аналитических агентств, в 2015 году объемы сбора какао в Западной Африке, где сокращаются плантации, а люди и деревья в одинаковой степени страдают от лихорадки Эбола и грибковых заболеваний растений, могут упасть на 30-40 процентов по сравнению с прошлым годом, что приведет к еще большему росту закупочных цен.

Среди российских кондитеров и продавцов нет единства в этом вопросе. Российские кондитерские фабрики, которые очень сильно зависят от импортных поставок (не менее 65 процентов всего их производства немыслимо без ввозимого сырья), пока не сумели занять освободившуюся нишу местными товарами, хотя в июне и обратились к Россельхознадзору с предложением включить "заграничные" шоколадные изделия, которых и так в страну ввозят все меньше и меньше, в список пищевых продуктов, подпадающих под так называемое "продуктовое эмбарго" – якобы для поддержки российских сельхозпроизводителей. В то же время Ассоциация предприятий кондитерской промышленности (АСКОНД) России предложила Министерству экономического развития отменить ввозные пошлины не на готовый шоколад, а на сырье, или же на "какао-продукты", в их терминологии – масло какао, пасту-какао и какао-порошок.

Импорт готовой шоколадной продукции в Россию в августе этого года упал более чем в два раза по сравнению с августом 2014 года - такие данные приводят независимые исследовательские агентства. По данным российского Центра исследований кондитерского рынка (ЦИКР), около 20 процентов всех шоколадных изделий на российском рынке в 2014 году были импортного производства, сейчас много меньше. В основном это конфеты и шоколад из Швейцарии, Бельгии, Германии и Италии, рассказывает исполнительный директор ЦИКР Елизавета Никитина, подчеркивающая, что в ближайшее время к ней поступят новые, точные данные :

– Больше всего, конечно же, подорожал именно шоколад – за год на 37 процентов. Я говорю сейчас о данных Росстата по ценам на август месяц. Шоколад – это самое подорожавшее кондитерское изделие, поскольку в себестоимости и производстве шоколада наиболее максимально присутствие импортных ингредиентов, покупаемых за валюту. Следом идут шоколадные конфеты, в которых помимо шоколада и какао присутствует еще карамель, орехи, сухофрукты, вафли. Там подорожание чуть-чуть меньше – примерно на 35 процентов, но оно тоже одно из самых значительных. Меньше всего из кондитерских изделий подорожала выпечка, и с короткими сроками хранения, и с длительными. Это печенье, бисквиты, поскольку там импортных составляющих намного меньше.

Больше всего подорожал именно шоколад – за год на 37 процентов

– То есть все, что покупалось за рубежом, подорожало из-за падения курса рубля, и в результате выросли цены?

– Да, это одна из ключевых причин наших бед в кондитерской отрасли. Потому что она напрямую приводит к росту себестоимости производства. Я говорю о рублевом росте себестоимости. По итогам первого полугодия мы отмечали снижение потребления шоколада где-то в районе 5 процентов. Это не удивительно, когда на полке перед глазами так стремительно растут рублевые цены. Отчасти это связано с тем, что потребители могут просто отказываться от покупок шоколада, могут снижать частоту покупки, могут переходить на другие виды кондитерских изделий – вместо 100-граммовой плитки шоколада за 70 рублей, они могут предпочесть две пачки печенья по 200 граммов. Наступает "период экономии".

– Как сказалось введение "пищевого эмбарго" в ответ на санкции ЕС на рынке кондитерских изделий в России? Работает ли импортозамещение?

– Пока российские производители не компенсируют сокращающихся объемов импорта, а они очень значительны. Импорт шоколада в Россию упал по сравнению с прошлым годом примерно в 2–2,5 раза, в зависимости от типа продукции. А российское производство шоколада и сахаристых кондитерских изделий практически сохранилось на прежнем уровне, притом что у нас нет особо драматических изменений в плане потребления или в плане экспорта. Ситуация в этих направлениях более-менее стабильна. Грубо говоря, мы отмечаем, что пока российские производители не возмещают эти объемы.

– А почему так происходит? Нет мощностей, не хватает сырья?

– Мощностей хватает, сырье можно покупать дополнительно. Был бы спрос! Но есть еще один очень важный ключевой момент. У нас более половины шоколадного импорта – это дорогой шоколад, премиальный шоколад из стран ЕС, бельгийский, швейцарский, французский, немецкий, итальянский. Дело в том, что российское производство работает преимущественно в других сегментах – и это не премиальный сегмент. Конечно, у нас есть производства, которые делают и премиальный шоколад, но их в общей массе немного. В основном это шоколад "среднеценовой". Для того чтобы делать премиальный шоколад, нужно и потребителя как-то приучать к нему. Но пока, видимо, в этом направлении у кондитерских производств двигаться нет необходимости. Потому что отрасли хватает текущих, нерешенных проблем, таких как высокая себестоимость сырья, снижение спроса. А премиальный шоколад дорогой. Понятно, что в период, когда экономика нестабильна, когда идет падение доходов, падение уровня жизни, тут не до премиальных сегментов.

– Но раздавались же голоса, предлагавшие ограничить или даже запретить импорт шоколада из европейских стран, чтобы защитить российских производителей?

– Да, такие мнения высказывались. Это было летом этого года, в июне. Но, собственно, и ограничивать нечего вскорости будет! Первое – это экономические причины, по которым снижаются объемы импорта. Не выгодно сюда ввозить сейчас дорогой европейский шоколад! Нет на него спроса. В общем-то, импортозамещение идет естественным путем, без приложения каких-то дополнительных усилий, то есть за счет исчезновения этого импорта.

Ограничивать нечего вскорости будет!

– В интернете можно встретить очень мрачные публикации о положении не только на российском, но и мировом рынке шоколада, о том, что грядет кризис, связанный с недостатком какао, что шоколад через 20 лет будет стоить чуть ли не как черная икра. Это сильное сгущение красок?

– Это один из вариантов прогноза, на самом деле, существующий не первый день. Да, такие мнения высказывались, но это как самый негативный сценарий. Должны совпасть несколько факторов, которые приведут, возможно, к такому объему дефицита. Вместе с тем есть и позитивные прогнозы. Не факт, что производители будут резко сокращать объемы производства в Западной Африке, основном регионе производства какао-бобов. Не факт, что очень значительно вырастет потребление в Китае – именно рост спроса в этой стране может послужить одним из стимуляторов роста мирового рынка. Не факт, что все эти составляющие совпадут одновременно, и мы столкнемся с сильным дефицитом. Да, сейчас на мировом рынке какао стоит дорого – в первую очередь по причине плохого урожая в Гане. А это второй в мире производитель после Кот-д'Ивуара. Сейчас цены держатся высокими на фоне не очень позитивных прогнозов по будущему урожаю. Но в целом ничего особо драматического не происходит – пики цен на мировом рынке отмечались и раньше, в 2010–2011 годах. Мы пока до них не дошли еще – не мы, Россия, собственно, а африканские какао-бобы, – рассказывает исполнительный директор российского Центра исследований кондитерского рынка (ЦИКР) Елизавета Никитина.