В статье "Нравственный протест" на сайте Радио Свобода Зоя Светова объявила подачу челобитных властям примером морального сопротивления режиму. В качестве примера она приводит письмо деятелей советской культуры в защиту писателей Андрея Синявского и Юлия Даниэля. Лукавые "шестидесятники" просили тогда отпустить арестованных писателей на поруки, поскольку это среди прочего "в интересах мирового коммунистического движения". Светова проводит параллели с сегодняшним днем, отстаивая высокое значение и нравственный смысл обращений к президенту Путину или премьеру Медведеву. Эти обращения "продолжают традицию диссидентских писем", пытается убедить читателей Зоя Светова.

Что тут скажешь? Если история демократического движения в СССР так безбожно извращается уже сейчас, представляю, как будут мародерствовать несколько десятилетий спустя те, кому покажется выгодным пристроить мифы собственного сочинения под свои общественные или политические нужды!

Не был жанр обращений к руководителям Советского Союза стержневым в диссидентском движении. Верноподданнические обращения в стиле "Уважаемый Леонид Ильич!" если и имели место в 1960-х, то быстро сошли на нет. Жестокость политических репрессий не располагала к излишней обходительности. Разумеется, среди советской образованщины всегда находились люди, желающие и письмо подписать, и место не потерять. Мучения совести уравновешивались у них страхом лишиться государственных благ. Отсюда и мягкая критика на злободневные темы в упаковке лояльности и верности ленинским нормам.

Не надо подверстывать историю демократического движения под свои сервильные нужды

Но разве это было диссидентской традицией? Уже с конца 1960-х годов основным адресатом диссидентских обращений стало международное общественное мнение. Письма протеста, заявления, обращения передавались работавшим в Москве и Ленинграде западным корреспондентам, а затем западные радиостанции доносили голос диссидентов до советского общества. Весьма популярными адресатами того времени (и не только у диссидентов) были ООН и международные организации, защищающие права человека. С середины 1970-х Хельсинкские группы в СССР адресовали свои обращения к западным правительствам.

К чему теперь делать вид, что нравственная сила диссидентского движения заключалась в подаче прошений советским вождям? Нельзя ли сегодняшним умельцам усидеть на двух стульях обойтись без поклепов на диссидентов? Понятное дело, лоялисты всегда были и всегда будут. Они – та часть общества, которая устала от безумия власти, но побаивается сказать это вслух. А если и говорит, то обращается к власти предельно почтительно и осторожно. Как например исполком российского ПЕН-центра, набравшийся отчаянной храбрости и попросивший Путина смягчить Олегу Сенцову условия тюремного содержания.

Таких придворных правдолюбцев пруд пруди. Вполне естественная прослойка общества. Никто не упрекает их в недостатке смелости. К ним нет никаких претензий, кроме двух: не надо подверстывать историю демократического движения под свои сервильные нужды и не стоит выставлять протест с привкусом лакейства образцом нравственности. Эта планка и так понижена в России до невозможности, куда уж дальше?

Александр Подрабинек – правозащитник и журналист, ведущий программы Радио Свобода "Дежавю"

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции