Корреспонденту Лайфа удалось поговорить с Дэвидом Уайтхэдом — человеком, создавшим звуковые эффекты для фильмов "Район № 9", "Хоббит", "Сквозь снег", "Элизиум", "Робот по имени Чаппи" и "Прибытие", и Андреем Бельчиковым — номинантом на премию "Золотой орёл" в номинации "Лучшая работа звукорежиссёра".

Оба в данный момент были заняты созданием звуковых эффектов к фильму "Притяжение" Фёдора Бондарчука, премьера которого состоится 26 января 2017 года.

Немного поговорим о фильме, над которым вы работали недавно — о "Прибытии" Дени Вильнёва, которое вышло в прокат неделю назад. Вы занимались дизайном звуковых эффектов для инопланетян в этой картине. То, что вы сделали, было очень… концептуальным.

Дэвид: Очень чужим, да. В самом прямом смысле слова.

Как вам удалось получить эти звуки?

Дэвид: В основном это мой собственный голос. А также птицы, которых я записал у себя во дворе дома, в Новой Зеландии. И мой голос, и голос птиц понадобилось обработать и значительно замедлить в редакторе.

Некоторые звуки пришельцев из "Прибытия" спокойные и умиротворённые, а другие пронзительные и злые. Как получилось создать их язык и его звуковую палитру?

Дэвид: Когда я начинаю работать над проектами подобного рода, я отталкиваюсь от физических характеристик существ. Мне показали наброски пришельцев, и я решил, что у них внутри находится некая кость, которая, вибрируя, создаёт их звуки речи. Пришлось её себе представить, рта-то у них нет.

Если говорить о языке инопланетян, который вы создаетё уже третий раз после "Прибытия" и "Района № 9", когда вы чувствуете, что он у вас получился? У вас же нет словаря, вы берёте его из собственной головы. Как вы понимаете, что получается именно то, что нужно?

Дэвид: Иногда "то, что нужно" не получается с первого раза. Когда я работал над фильмом "Район № 9", первая версия языка инопланетян была основана на звуках китов. Я хотел, чтобы пришельцы общались сигналами, чем-то вроде сонара. Но в итоге эту версию пришлось отменить, потому что создатели фильма хотели, чтобы у пришельцев был именно язык. Поэтому нам пришлось переделать концепцию полностью и создать настоящий язык: со словарём, звучанием и так далее. Мы решили сделать звук органическим, как у насекомых. Одним из звуков речи пришельцев, например, стал звук стука авторучкой по пластиковой карте, ускоренный в несколько раз и напоминающий стрёкот насекомых.

Перейдём к "Притяжению" Фёдора Бондарчука: над чем именно вы работаете в этом фильме?

Дэвид: Я работаю над звуками пришельцев и их технологий: я создаю их язык и звуковую картину для их корабля. И ещё некоторые звуки рушащихся зданий, например в сцене, где корабль падает на Москву. Фёдор рассказал, что главной звуковой "темой" инопланетян должна стать жидкость или конкретно — вода.

Мне приходится работать над палитрой каждого фильма индивидуально. Ты берёшь концепцию и делаешь всё, следуя ей. Поэтому, когда у меня появилась тема воды, мне было с чего начать. Сначала я записывал шум душа, садовых шлангов, канализационных стоков и так далее. Как-то раз я отправился в зоопарк и в служебном помещении записал шум труб. Он будет звучать в одной из последних сцен "Притяжения".

Андрей: Мы записали множество звуков, которые стилистически относятся к выбранной теме. Наш звукорежиссёр Алексей Кобзарь, например, записал нам звуки ломающегося льда на Байкале. Лёд ломался где-то в километре от места записи, а мы с помощью высокоточных звукоснимателей записывали низкочастотную вибрацию, которая идёт по леднику на километры во все стороны. Этот звук в фильме будет сопровождать инопланетный корабль.

Мы работали не только над инопланетянами. Отдельная команда писала звуки для земной техники: танков, грузовиков, бронетранспортёров. Мы даже отправили нескольких звуковиков на авианосец "Адмирал Кузнецов", чтобы записать, например, рёв взлетающих истребителей.

А каково переключаться с работы над многомиллионным блокбастером на работу над "Притяжением" — блокбастером в некоторой степени национальным?

Дэвид: Ну сейчас все фильмы — большие международные блокбастеры. С моей точки зрения — звуковой, — они все показываются в одних и тех же залах, а звук подаётся через одни и те же динамики.

Но этот фильм особо выделяется своими актёрами. Мне очень понравилась их игра.

А чем "Притяжение" отличается от других фильмов того же жанра? У нас очень много фильмов про гостей из космоса в этом году: вторая часть "Дня независимости", "Прибытие", "Звёздные войны".

Дэвид: Это русский фильм, в хорошем смысле слова. Я бы отметил дизайн для начала. То, как сделаны пришельцы, как сделан их корабль и всё остальное, — на высшем уровне. Пришельцы выглядят очень круто. Для любителей фантастики это будет настоящая конфетка.

Там есть и драма, и юмор, и боевые сцены. Всё это в одном фильме. Причём юмор там очень неожиданный.

А вот почему российской киностудии понадобилось вызывать мастера по звуковым эффектам из-за рубежа? В России никто этим не занимается? Нет кадров?

Андрей: В случае с Дейвом мы специально искали не просто саунд-дизайнера, а именно инноватора, саунд-дизайнера, который нестандартно мыслит и создаёт креативные концепции с нуля. Более того, у него огромный опыт этом.

Во-первых, в нашей среде давно стёрты границы: на "Притяжении", например, помимо Дейва работали монтажёр из Сербии и Новой Зеландии. Во-вторых, саунддизайнер — довольно редкая профессия, а у нас была ещё к тому же слишком необычная задача, опыт решения которой есть у единиц в мире.

Мало кто в России любит русское кино. У нас много стереотипов на его счёт. Как относятся к русскому кинематографу за рубежом?

Дэвид: Мы смотрим, чаще всего с субтитрами. Я смотрел "Левиафана" и "Хардкор" недавно — очень понравились.