На очередное заседание суда Эдуард Шилкин пришел налегке. Говорит: дурная примета вещи собирать. До этого он целый год провел в следственном изоляторе. Обвинения, которые ему предъявили, серьезные: незаконное хранение боеприпасов и угрозы представителю власти. На самом же деле лишили свободы отца троих детей после того, как он предположил, что закон в стране один для всех.

История началась с того, что местные власти выписали Шилкину предписание снести лодочный гараж и освободить прибрежную зону на берегу озера Большого Шарыповского района.

"Вот тот самый гараж, который я приобретал у прежнего хозяина. Прокуратура усмотрела, что он находится близко к воде, – показывает Шилкин. – Им было принципиально, чтобы я отодвинул его на двадцать метров. Но, если вы посмотрите, у остальных соседей тоже есть нарушения, абсолютно у всех".

Шилкин в ответ заявил, что готов снести свои постройки, но захотел, чтобы то же самое сделали и другие владельцы прибрежных домов. Но соседи у него оказались непростые – депутат, глава района, прокурор. С некоторых пор, "большим" людям района стало престижно иметь свой дом на Большом озере.

"Я пришел в прокуратуру, говорю: давайте сносить планово, – рассказывает Эдуард Шилкин. – Я законопослушный гражданин, но мне сказали: здесь находятся такие люди как глава района, депутат. Этих людей трогать нельзя, они неприкосновенны, на них закон не распространяется".

После этих слов Шилкин все равно решил бороться за справедливость. Он снял нарушения на видео. Вот, к примеру, часть озера, засыпанная скальником: участок на тот момент принадлежал прокурору Андрею Расторгуеву. Обличающий материал Шилкин хотел отвезти в вышестоящую инстанцию, в прокуратуру Красноярского края, но не успел. К нему пришли с обыском.

Как говорит Эдуард, обыск проводили сразу семь сотрудников полиции, без понятых. Связаться с адвокатом ему не дали. В сейфе для охотничьего ружья у Шилкина нашли 4 патрона от пистолета, предъявили обвинение в незаконном хранении боеприпасов – статья 222 УК РФ и отправили в СИЗО.

Патроны, якобы найденные у Шилкина, эксперт по баллистике первоначально определил как табельные. Позже в деле появилась новая справка, уже без этой формулировки.

"Там была формулировка табельное, в новом обвиненительном заключении ее уже нет. Если табельные–то откуда появились? – отмечает адвокат Шилкина Олег Бабенко. – Это привело нас в Шарыповский РОВД".

Еще одно обвинение Шилкину предъявили по статье 318 "Угроза применения насилия в отношении представителя власти". Тот самый прокурор Расторгуев, чей участок с засыпанным озером попал на кадры любительской съемки, заявил, что обвиняемый угрожал "расправиться с ним". Прокурор утверждает, что узнал он об этом от некоего Попова, как говорят горожане, своего друга. Аудиозапись этого разговора адвокаты отправили на экспертизу и надеются обвинение с Шилкина снять.

"По записи видно что запись начитана, диктофон лежит между ними, нет того что зашел-поздоровался, нет шагов, двиганья стульев и так далее, – перечисляет Олег Бабенко. - Есть признаки инсценировки для третьего лица".

На судебные заседания по делу Шилкина съемочные группы до сих пор не пускают, а истец Расторгуев наотрез отказывается общаться с журналистами. Эдуард Шилкин подумывает уехать из родных мест, где прожил более сорока лет. Но когда это случится, не загадывает. На свободе он лишь несколько месяцев, а впереди его ждет приговор суда.

"В положительный исход я не верю, мы же живем в России. С системой невозможно бороться. Но я буду бороться до конца чтобы доказать, оправдать свое честное имя".