— Надо размыть лица жены и ребенка. А так, да, устройте ему звездный чаc.

— Мне кажется, достаточно его фотографии с митинга, семейные выставлять некрасиво.

— Под него другие тоже будут копать. Одну семейную нужно, где он в майке с Путиным.

Конечно, мы не выложили семейную фотографию, ведь мы не уроды.

Кулишов Сергей Валерьевич, подполковник. Я нашел его в два клика и отхлебнул из чашки: 27 июля, здесь, в кафе, играет музыка из лифтов, едят лапшу, а за окном полицейские зачищают бульвар — это значит избивают людей. Другой наш репортер, Андрей, работает в самой гуще толпы: он описывает Кулишова как «низкого мужчину в белой кепке, с лицом ребенка». Сегодня подполковник решил не надевать форму, ведь ему с подчиненными предстоит задержать тысячу триста семьдесят три человека — больше, чем на любой другой протестной акции в России за 26 лет. Он сделает этот день историческим, но не хочет, чтобы его заметили. Пробегая через толпу, подполковник указывает пальцем на случайных людей, а через секунду ОМОН заламывает им руки. Андрей погнался за ним по переулку с камерой: «Кто вы такой? Да кто вы такой?!». «Мужчина с лицом ребенка» не ответил, но это было уже не важно — теперь его лицо было у меня.

Дальше все журналисты делают одно и то же, никакого секрета. Берешь стоп-кадр, заходишь на FindClone.ru, загружаешь картинку — мгновение — поиск выдает страницы похожих людей во «ВКонтакте» с именами, ссылками, фотографиями с семьей у бассейна. Скандальные проекты по деанонимизации силовиков — «Русский слон», «Сканер», «Глазок» — все делают то же самое — просто пробивают через FindClone.

За полгода работы сайт взлетел до миллиона просмотров в месяц. Как и его предшественник FindFace, он уже стал национальным достоянием: такого публичного сервиса нет больше нигде в мире. Было лишь вопросом времени, когда его начнут использовать для политики. Редактор The Village Кирилл Руков нашел тех, кто его создал.