Во Владивостоке случилась сенсация: на повторном процессе по громкому делу "приморских партизан" два человека, осужденных прежним судом — один пожизненно, другой на 8 лет заключения,— были признаны... невиновными и освобождены в зале суда. На вопрос о том, как невиновные попали за решетку, никто не ответил

Андрей Калачинский, Владивосток

История "приморских партизан" началась с бунта молодых людей против жестокости и своеволия полиции. Продолжалась как военно-политическое реалити-шоу с выработкой идеологии, захватом оружия и убийствами. Закончилась — перестрелкой под телекамеры со спецназом и гибелью идейных вожаков ("Огонек" внимательно следил за этим делом; см. N 24 от 21.06.2010, N 39 от 01.10.2012 и N 5 от 10.02.2014). Теперь "приморские партизаны" — это судебная драма, в ходе которой выясняется, что следствие, обвинение, адвокаты, прокуроры и присяжные заседатели под справедливостью и законом понимают самые разные вещи.

Июльская сенсация

""Приморских партизан" оправдали",— разнеслось 20 июля по стране, когда присяжные заседатели огласили свой вердикт, а судья Марина Каракуян вынесла решение освободить из-под стражи двух человек, которые до последнего момента считались участниками банды и обвинялись по тяжелым статьям. Алексей Никитин и Вадим Ковтун были тотчас освобождены прямо в зале суда, и по их лицам было видно, что произошло то, во что они, может, и верили в глубине души, но уже не надеялись — правосудие. Их товарищи, оставшиеся в клетке, и судебные приставы, и присяжные, и публика в зале, и даже вся команда адвокатов на секунду словно замерли, как в театре, когда в самый критический момент на сцену опустился deus ex machina.

Вот вышли они, Никитин и Ковтун, впервые за последние 6 лет, из зала суда через парадную дверь как свободные люди. Представьте, дорогой читатель, что одному из них еще с первого процесса присуждено было пожизненное заключение, а другому — весомый срок 8 лет с лишним... А теперь они не только свободны, ибо вина их не доказана, но еще и могут с государства компенсацию получить. Репортеры сунули им под нос микрофоны. И что им сказать журналистам и всем нам? И вот, задохнувшись от воздуха и света, один из них выдохнул: "Какой огромный мир... И как тесна была камера!"

После паузы Алексей Никитин продолжил:

— Не выразить эмоций тех, которые... после пожизненного, сейчас, выйдя на свободу... Фильм хочу снять про все, что произошло со мной, фильм обо всех нас, о том, что с нами происходило, чтобы люди знали правду. Ведь ее много кто не знает. Комментируют в интернете, пишут про нас оскорбления. Они не знают правды — что было, как было и из-за чего "партизаны" пошли на это. Мы хотим все вместе, чтобы правда вылилась в свет, и как приплели нас с Вадимом Ковтуном к этому делу... Уважаемая судья, адвокаты. Процесс с ее участием был более законным, не то, что в прошлый раз, когда, не церемонясь, не выясняя, кто виноват, а кто нет, дали такие большие сроки...

Через несколько дней президент Адвокатской палаты Приморского края Борис Минцев объявил процесс огромным успехом своих коллег, пообещал им "поощрение". Они, конечно, того достойны: Елена Мыльникова, Елена Быкова, Олеся Моисеева, Юлия Чебунина и Яна Аминьева проявили лучшие качества адвокатского сословия, прежде всего — настойчивость в защите прав своих подопечных. Именно адвокаты дошли до Верховного суда, добившись решения о повторном рассмотрении дела. Но в сенсационном вердикте, на мой взгляд, не только их заслуга. Все, что произошло на нынешнем судебном заседании, в огромной степени зависело даже не от присяжных, которые с небольшим перевесом голосов (семеро против пяти) решили дело в пользу обвиняемых, а от человека, который на этот раз формулировал для них вопросы,— председательствующей в этом процессе Марины Каракуян.

Первый вопрос звучал так: "Доказано ли преступление — убийство четырех человек 27 сентября 2009 года?" "Доказано",— ответили пять присяжных. "Не доказано",— семеро. И после этого все обвинение зашаталось, адвокаты замерли, а на глазах Вадима Ковтуна, кажется, заблестели слезы. Потом был вопрос номер 17: "Доказано ли, что в поселке Кировский была создана организованная преступная группа, в которую вошел Никитин, члены которой приобрели огнестрельное оружие?" "Да" — пять голосов, "нет" — семь....

Я после этого процесса посмотрел решения Каракуян по другим уголовным делам. Так вот, Каракуян даже в таком ясном деле, когда алкаш во сне задушил подругу, провела процесс так, что не возникало сомнений, что сделал он это неумышленно, что дало ему сравнительно мягкое наказание и очередную возможность для раскаянья. Лучше бы я не читал тех судебных приговоров, столько дикости и кровожадности в деяниях подсудимых, что начинаешь понимать судей, принимающих решения без отблеска милосердия к этим тварям. Но у Марины Николаевны взгляд на профессию жесткий: самое важное — истина, а не эмоции.

А теперь вернемся к процессу. Сенсация случилась, поскольку было выяснено следующее: ни один из подсудимых (и те, кто остался за решеткой,— Владимир Илютиков, Максим Кириллов и Александр Ковтун, и те, кто ныне отпущен,— Алексей Никитин и Вадим Ковтун) не имеет отношения к громкому эпизоду всей этой эпопеи — убийству четырех жителей поселка Кировский.

Убиенные то ли сеяли коноплю и мак, то ли просто были наняты обрабатывать и охранять плантацию — это так до сих пор и не выяснено. Но эпизод с убийством четырех кировских парней на краю делянки с коноплей был существенным для обвинителей во всей этой истории. Сама история с "приморскими партизанами" многослойная (см. "Досье"). Казалось бы, время должно было все расставить по своим местам. Однако не расставило. И вопросы о том, как это все вышло, остаются без ответов до сих пор. И до сих пор в поселке Кировском среди молодежи "партизаны" — герои и мстители.

Вот как резюмировал уже после суда один из обвиняемых:

— Партизаны мы или нет, но нас так прозвали... Идеи какие были? Обратить внимание на то, какие люди работают в органах, до какого упадка это все дошло. По всему Приморью, не только в Кировском...

Судебно-следственные издержки

Напомним некоторые детали сюжета. В сентябре 2009 года недалеко от поселка Кировский кто-то перестрелял четырех местных парней: Пономаренко, Макаренко, Соловьева и Наумова, про которых все знали, что они "охраняли коноплю", и куда-то вывез трупы и спрятал, а автомобиль отогнал и сжег.

Этот эпизод повесили на "партизан", когда они уже сдались властям после последнего боя в Уссурийске. Именно по этому эпизоду и привлекли к ответственности еще двух кировских парней, которые вовсе не партизанили и не убивали милиционеров. Зато один из них, Вадим Ковтун, был старшим братом "партизана" Александра Ковтуна, а другой, Алексей Никитин,— приятелем. Следствие посчитало, что в этом деле они все действовали заодно: Ковтун на своей машине подвез "партизан" к месту преступления, а Никитин помогал закапывать трупы. По версии следствия, убитые на поле возле Кировского молодые люди были наркоторговцами, которые в день преступления охраняли поле с коноплей. И после убийства "партизаны" закопали трупы на том же поле, забрали наркотики и скрылись на автомобиле, который принадлежал жертвам.

В суде обвиняемые отказались признать свою вину по этому эпизоду. Вадим Ковтун утверждал, что в этот день вообще был в другом месте, а Алексей Никитин, обращаясь к присяжным, заявил:

— У меня была хорошая работа, заработок. Имелось два автомобиля. Для чего мне идти убивать людей? Ради наркотиков?.. Я прошу вас все взвесить. У прокурора нет ни единого доказательства, факта, свидетеля.

Это правда, ни одного доказательства, кроме... признания Никитина в том, что он в этом деле участвовал. Как было добыто это признание — моральным давлением или физическим,— неизвестно. Следствие обнародовало видеосъемку, на которой подсудимые показывали, где они закопали трупы. Но где улики? Там, где якобы были расстреляны четыре парня, не нашли никаких следов борьбы, ни пуль, ни гильз, ни крови. Выяснилось и другое: когда трупы были найдены и выкопаны, два тела не были опознаны родственниками, а судмедэкспертиза отмечала, что по крайней мере одна жертва погибла от ножа, а не от пули. Кроме того, тут же была найдена еще одна ступня, неизвестно кому принадлежащая...

Местные об этом эпизоде помнят прекрасно, но свою осведомленность афишировать не готовы, говорят только при одном условии — чтоб без имен: "Я живу в Кировском и знаю всю ситуацию от и до, эти ребята вообще ни при чем, я сама лично была свидетелем, когда Вадима доставили в больницу после избиения ментами (так как работаю там). Были отбиты почки, сотрясение, дышал с трудом, так как надевали мешок... 20 дней пролежал в хирургии. Мы все были в шоке, когда через полгода его закрыли, а следом Никитина. И все поняли: их взяли для количества, не хватало двоих для так называемой банды... А четверых наркоманов однозначно убили менты, они крышевали наркоту. Это стало ясно, когда их раскопали и привезли в морг, их год никто не искал, а тут, под шумок, удачно подвернулся момент навесить убийство на парней. Тех полицейских всех поувольняли..."

Первый процесс над "приморскими партизанами" закончился два года назад: он принял к рассмотрению весь этот следственный "брак" и без тени сомнений довел дело до вердикта. Тогда присяжным тоже было предложено ответить на вопросы о том, доказано ли участие подсудимых в убийстве четырех жителей. Но то ли вопросы (а их было более 200) были лишены внутренней логики, то ли заседатели потеряли нить — в итоге их вердикт был противоречивым. Например, Ковтун В.А. был оправдан по обвинению в бандитизме (вопрос N 223), однако по ответам на вопрос N 211 и другим признан участником вооруженной группы. Очевидные неувязки были в ответах присяжных по Никитину.

Взявшиеся за составление апелляции адвокаты именно на это и указали как на главное обстоятельство: "Суд неверно истолковал указанный ответ и неправильно применил уголовный закон. Назначенное пожизненное лишение свободы за преступление, в совершении которого Никитин не признан виновным присяжными заседателями, является чрезмерно суровым". На мой взгляд, любое наказание по недоказанному эпизоду неправомерно, а не только пожизненное, но адвокатам видней. К тому же в апелляции в Верховный суд адвокаты обвиняемых привели массу, на их взгляд, нарушений закона, доказывая, что суд не был беспристрастным и требуя приговор суда отменить, а дело возвратить прокурору в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Перечень судебных огрехов впечатляет. Например, адвокат Нелли Рассказова считает, что из дела не было исключено "недопустимое доказательство — явка с повинной Никитина, которую он не писал, поскольку преступления не совершал, его алиби подтвердили в суде свидетели". Однако прошлый суд даже не направил этот протокол явки с повинной на экспертизу почерка. Адвокаты указывали и на неясность со смертями: погибшие от чего погибли? Никто из осужденных не причинял колото-резаное ранение, повлекшее смерть, поэтому вменяемый им выстрел смерть потерпевшего не повлек; из вынесенного два года назад приговора не ясно, как четверо осужденных нанесли один удар ножом. Отмечалось также, что вынесенный приговор в части осуждения за угон автомобиля ДПС (был в деле и такой эпизод) является незаконным, поскольку уголовное дело по данному факту не возбуждалось вообще.

У судьи на прошлом процессе пропали три тома уголовного дела. И публика уверена, что это были как раз те три тома, в которых говорилось о коррумпированности кировской полиции

Особенно много претензий было у адвокатов к председателю процесса, который, по их убеждению, нарушал принцип равенства и состязательности сторон. У судьи, кроме того, пропали три тома уголовного дела. И публика уверена, что это были как раз те три тома, в которых говорилось о коррумпированности кировской полиции. А когда тома были восстановлены, то "копии материалов не были сличены с оригиналами" и не признаны достоверными. Еще претензия: судья не предоставил сторонам права на отвод присяжных и не вынес решения о количестве запасных присяжных заседателей. Это обстоятельство, отмечали адвокаты, повлекло вхождение в коллегию предвзято настроенных присяжных заседателей. По мнению защиты, присяжные N 4 и 10 нарушили тайну совещательной комнаты, не слушали показания, а воздействовали на коллегию. Во время допроса свидетеля К. председательствующий прервал допрос, когда свидетель стал давать показания, отличные от показаний на следствии...

Впрочем, я должен огорчить тех, кто думает, что Верховный суд признал приговор по эпизоду убийства четырех человек незаконным, согласившись с многочисленными указаниями адвокатов на разного рода нарушения в ходе процесса, собранные в апелляции. Основой для отмены приговора стало другое: противоречивость и неясность вердикта присяжных. Именно со ссылкой на это 21 мая 2015 года судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Российской Федерации (в составе председательствующего Иванова Г.П. судей Зеленина С.Р. и Боровикова В.П.) отменила приговор в отношении Никитина А.В и Ковтуна В.А, оставив их под стражей до нового разбирательства. Оно, собственно, и завершилось освобождением обоих в зале суда.

Приморский криминальный обозреватель Виктор Булавинцев прокомментировал эту развязку так: "Да нормально все. За эпизоды с нападениями на ментов — на патрули и отделы — сидят те, кому положено. А Никитина и старшего брата Ковтуна тупо подтянули и навесили им убийство наркобарыг, где доказуха вся была заведомо за уши притянута. За ментов и за разбои бандюки свое получили. А эти двое были вообще не при делах".

Итого в остатке: судья, адвокаты, присяжные победили — два человека оправданы. Но и следствие, и сторона обвинения не проиграли: три человека, чья вина в других преступлениях доказана, остались под стражей на большие сроки. Все вроде бы должны быть довольны. Вот только Алексей Никитин, вначале обвиняемый, а теперь оправданный, с этим согласиться не готов: "...Никто не несет ответственности за свои приговоры — ни один судья, ни один прокурор не ответил перед законом за то, что посадил невиновного. В этой стране не знают, что такое презумпция невиновности. Уже если взяли человека, то не выпустят..."

Но кто будет в этом теперь разбираться? Отпустили — будь счастлив. Кстати, позиция государственного обвинения в их отношении осталась прежней: "Фигуранты причастны к убийству жителей Кировского района в сентябре 2009 года".





Досье

Кто такие «приморские партизаны»

"Огонек" напоминает историю громкого дела

По версии следствия, в 2009 году жители Приморья Александр Ковтун и Александр Сухорада создали в Кировском районе края банду, в которую также вошли Роман Савченко, Максим Кириллов, Владимир Илютиков, Александр Сладких.

В сентябре 2009 года близ поселка Кировский банда убила четырех человек, украв у них наркотики. В феврале 2010 года во Владивостоке преступники убили милиционера, похитив его оружие, удостоверение и деньги. В марте они совершили серию краж и грабежей, похищая деньги, автомобили, оружие. 27 мая в ОВД села Ракитное Дальнереченского района был зарезан дежурный милиционер, нападавшие похитили форму, бронежилеты и радиостанцию. 29 мая на трассе Спасск-Дальний — Варфоломеевка в результате обстрела автомобиля ДПС был ранен один милиционер. 8 июня вблизи села Хвалынка Спасского района был обстрелян наряд ДПС, ранены два милиционера. 9 июня в селе Чугуевка из автомагазина было похищено имущество на 55 тысяч рублей.

В задержании банды участвовали более 1 тысячи милиционеров, спецназ, кинологи, были задействованы вертолеты. 11 июня 2010 года четыре преступника были блокированы в одной из квартир в Уссурийске. В ходе перестрелки были ранены два сотрудника милиции; Сухорада и Сладких застрелились, Ковтун и Илютиков сдались, Савченко и Кириллов, были задержаны 10 и 11 июня.

25 июля 2010 года на YouTube был выложен ролик, в котором Александр Ковтун рассказывал, что оперативники пытали его, оформляя явку с повинной. О выбивании признаний сообщал и отец Романа Савченко. 9 октября в интернете появилось видеообращение, в котором "партизаны" рассказали, что убивали милиционеров по идейным соображениям. К концу года в деле появились новые фигуранты — Алексей Никитин и старший брат Ковтуна Вадим, обвиняемые в соучастии в убийстве наркоторговцев в 2009 году.

6 июня 2012 года в Приморском краевом суде началось слушание дела, обвиняемые подали ходатайства о процессе с участием присяжных. 16 июля УМВД по Приморью сообщило о краже из здания суда трех томов дела, на их восстановление ушло несколько месяцев. Коллегию присяжных сформировали 15 января 2013 года с шестой попытки.

4 февраля 2014 года присяжные вынесли обвинительный вердикт. 28 апреля суд приговорил Александра Ковтуна, Владимира Илютикова и Алексея Никитина к пожизненному заключению, остальные получили сроки от 8 до 25 лет.

21 мая 2015 года Верховный суд отменил пожизненные приговоры и уменьшил сроки остальным. Главарь банды Александр Ковтун получил 25 лет, Владимир Илютиков — 24 года, в отношении Алексея Никитина и Вадима Ковтуна обвинительный приговор был отменен, сроки остальных были сокращены до 19 и 24 лет. ВС также отправил на пересмотр ряд эпизодов, в том числе дело об убийстве четырех наркодельцов.

7 июля 2015 года дело "приморских партизан" вернули в Приморский краевой суд для повторного рассмотрения. Коллегия присяжных была сформирована 18 февраля 2016 года с девятой попытки. 10 марта началось новое рассмотрение, в ходе которого суд признал две из шести представленных экспертиз "недопустимыми доказательствами", а из трех исключил некоторые пункты.

20 июля присяжные оправдали "партизан" по делу об убийстве четырех человек. Алексей Никитин и Вадим Ковтун были освобождены в зале суда. Трое осужденных остались отбывать наказание по эпизодам с нападением на милиционеров.