Реклама

Долгоиграющий сюжет "агенты КГБ в рясах" время от времени обостряется, хотя церковная и околоцерковная публика более или менее смирилась с тем, что высшее руководство Московской патриархии, после того как ее переучредил Сталин в 1943 году, никак не может обойтись без погон спецслужб. Нынешняя волна разоблачений вызвана размещением в свободном доступе в интернете рассекреченных документов из архивов КГБ Латвийской ССР. Примерно год назад в сети появились документы из архивов КГБ Украинской ССР. Но если украинские материалы касаются уже почивших церковных деятелей 1940-60-х годов, то латвийские - ныне здравствующих и занимающих довольно значимые посты в структурах Московской патриархии.

В первую очередь привлекает внимание учетная карточка агента КГБ "Читатель" - это нынешний предстоятель полуавтономной Латвийской церкви Московского патриархата митрополит Александр (Кудряшов). Согласно документу он был завербован в 1982 году подполковником 5-го отдела ("по борьбе с идеологическими диверсиями") Александром Ищенко, который также занимал должность уполномоченного Совета по делам религий при Совете министров Латвийской ССР. Тогда Кудряшов был еще начинающим православным, работал барменом в "злачном" рижском ресторане "Таллин". После вербовки он сделал блистательную карьеру, стал священником, епископом, а в 1990 году возглавил Латвийскую епархию.

Как только Латвия провозгласила независимость, а епархия в связи с этим получила автономный статус, Александр назначил своего тезку-вербовщика, уже вышедшего в отставку с прежнего места службы, управляющим недвижимостью, переданной Латвийской церкви по закону о реституции. Как сообщает латвийский сайт Crediweb.lv, оперативное управление недвижимостью Ищенко осуществлял через коммерческие структуры, созданные в 1992-93 годах. Благодаря деятельности Ищенко недвижимость удалось выгодно распродать, а средства распределить "по-дружески". Как отмечает эмигрировавший в Латвию русский публицист Димитрий Саввин, "фактически митрополит Александр вместе с г-ном Ищенко сумели создать в Латвийской православной церкви Московского патриархата этакий оазис Советского Союза. Вопрос о том, кому это могло быть выгодно и какое это имеет отношение к Православию без кавычек, полагаю, можно считать риторическим".

Среди рассекреченных Латвией агентов есть еще один важный персонаж Московской патриархии. Под псевдонимом "Анатолий" (в переводе с греческого - "Восточный") в июле 1981 года офицером по фамилии Прокопец был завербован 25-летний Иван Иванович Миролюбов. Как сказано в агентурной карточке, "временно не работающий". Иван Иванович принадлежал к общине старообрядцев-поморов, владеющей величественным Гребенщиковским храмом в Риге. Руководство КГБ и Совета по делам религий имело на него далекоидущие планы, поскольку для продвижения "борьбы за мир на международной арене по церковной линии" было мало одной Московской патриархии, требовалась некоторая конфессиональная "диверсификация". Просвещенный молодой старообрядец идеально подходил на роль законопослушного советского верующего, патриота, борца за мир, не связанного к тому же со скомпрометированной Московской патриархией.

Оставаясь официальным старовером-помором, агент Анатолий "маршрутизируется" в Ленинградскую духовную академию РПЦ МП - тогдашний оплот богословского либерализма и экуменизма, ректором которой состоял архиепископ Кирилл (Гундяев). По окончании академии со степенью кандидата богословия Иоанн Миролюбов становится духовным наставником и вскоре возглавляет Центральный совет Древлеправославной Поморской церкви. В этом звании он встречает перестройку и возрождение независимой Латвии. Однако в середине 90-х, к удивлению своих единоверцев, старший наставник начинает усиленный поиск "трехчинной иерархии" для своей Церкви, которой в ней не было с XVII века (поморы ведь беспоповцы!). В конце концов он присоединяется к Московской патриархии, где быстро рукополагается в сан священника и становится секретарем комиссии по делам старообрядчества при Отделе внешних церковных связей, председателем которого служит все тот же Кирилл (Гундяев) - теперь уже в сане митрополита. Новорукоположенный о. Иоанн получает "в кормление" еще и неплохой храм в центре Москвы - Покрова в Рубцове, где теперь располагается Патриарший центр древнерусской богослужебной традиции.

Наконец, данные еще одного рассекреченного латвийскими архивистами агента полностью совпадают с данными действующей игумении Серафимо-Дивеевского монастыря Нижегородской епархии РПЦ МП Сергии (в миру - Конкова Александра Георгиевна). Согласно учетной карточке агента ее завербовали в феврале 1987 года под псевдонимом "Вероника". В графе "Место работы и должность" на момент вербовки указано: "благочинная филиала Рижского женского монастыря". Под "филиалом" подразумевается популярная в советские времена (когда действующих монастырей в РПЦ МП было всего 18) Преображенская пустынь в Елгаве.

Сказать что-либо определенное об официальной позиции Московской патриархии по вопросу о сотрудничестве ее иерархов с КГБ сложно. В 1991 году, когда комиссия Верховного Совета России усилиями о. Глеба Якунина обнаружила в архивах КГБ данные об агентурной работе почти всех высших иерархов РПЦ МП, Синод сформировал комиссию по расследованию этих фактов. О. Глеб, правда, не имел доступа к учетным карточкам, а анализировал отчеты руководителей отдела, курировавшего церковную агентуру. Сопоставляя псевдонимы агентов, "машрутизированных" в ту или иную зарубежную командировку, с сообщениями "Журнала Московской патриархии" о поездках иерархов за границу, о. Глеб сумел вычислить, кому из них принадлежит та или иная агентурная кличка. Так, патриарх Алексий II проходит в отчетах как агент "Дроздов", нынешний патриарх Кирилл - как агент "Михайлов", митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий (Поярков) - как агент "Адамант", митрополит Калужский и Боровский Климент (Капалин) - как агент "Топаз". Патриарх Киевский Филарет (Денисенко), которого в Москве считают "раскольническим", признавался автору этих строк, что имел псевдоним "Антонов".

Созданная Синодом комиссия под председательством епископа Александра (Могилева; ныне - митрополит Астанайский и Казахстанский), так и не собралась ни на одно заседание.

С приходом чекистов к власти в 2000-е годы актуальность таких расследований резко упала - началась героизация "рыцарей плаща и кинжала", некоторые иерархи даже достали из дальних ящиков грамоты и медали КГБ СССР. Сретенский монастырь на Лубянке, который при наместничестве Тихона (Шевкунова) специализировался на "духовном окормлении" высшего командного состава ФСБ, считается местом зарождения особой мифологии о чекистах как новом рыцарском сословии, призванном в союзе с духовенством "спасти Россию".

Увлекшись борьбой с украинской автокефалией, утечку о сотрудничестве высшей иерархии с КГБ допустил в своей телепрограмме "Бесогон" ударник пропагандистского фронта Никита Михалков. В одном из ноябрьских выпусков он заявил, что "лидер украинского раскола" патриарх Филарет является старым агентом КГБ по кличке "Антонов". Пикантность этого заявления в том, что агентурным сотрудничеством с КГБ Филарет занимался, будучи вторым и даже первым (в должности патриаршего местоблюстителя в 1990 году) лицом Московской патриархии. А вот порвав с этой структурой в 1992-м и присоединившись к Киевскому патриархату, Филарет стал лютым врагом своих бывших кураторов. Нацелившись на "раскольников", Михалков сразил своим пропагандистским выстрелом своих же собратьев - иерархов-агентов РПЦ МП.

В той "системе ценностей", которую выстраивает нынешняя Московская патриархия по заказу Кремля, нет внятного ответа на вопрос, оправдано ли с религиозно-моральной точки зрения сотрудничесво иерархов со спецслужбами атеистического государства. И это лишнее доказательство того, что Московская патриархия обречена разделить судьбу чекистского режима, когда его историческое время истечет.