Фото: Илья Выдревич / Интерпресс / PhotoXPress

В петербургском издании «Фонтанка» 21 июня вышел текст «Адская кухня». В нем утверждается, что структуры, связанные с миллиардером Евгением Пригожиным разыскивали личные данные писавшего о нем журналиста «Фонтанки» Дениса Короткова. В тексте говорится, что данные Короткова пытались выведать у его коллег, причем IP-адрес, с которого велись расспросы, принадлежит компании «Главсеть». Эта фирма — юридическое лицо «фабрики троллей», деятельность которой, как считается, финансируется Пригожиным. Кроме того, «Фонтанка» намекнула, что люди Пригожина могут быть как-то связаны с чередой нападений на оппозиционеров и гражданских активистов в Санкт-Петербурге. По просьбе «Медузы» журналист издания «Бумага» Павел Мерзликин поговорил с главным редактором «Фонтанки» Александром Горшковым.

— Какие сведения собирали о вашем журналисте Денисе Короткове? Были только сообщения в соцсетях или еще что-то? Может быть, слежка?

— По поводу Дениса Короткова были сообщения нашим корреспондентам. Человек представился одноклассником Короткова и пытался выяснить дату его рождения. Никакой слежки Денис Коротков за собой не замечал, но профессиональную слежку и заметить довольно сложно.

— Почему вы связываете этот интерес с Евгением Пригожиным?

— Мы ничего не связываем, мы обладаем точными данными. IP-адрес, с которого велась переписка, используется компанией «Главсеть», которая располагается по адресу: улица Савушкина, дом 55, в Петербурге. Здесь находится известная всем «фабрика троллей» и ряд других медиаресурсов, которые связывают с ресторатором Евгением Пригожиным.

— В статье говорится о других случаях слежки за журналистами; их вы тоже связываете с Пригожиным?

— За автомобилем Евгения Вышенкова, моего заместителя, ездила «наружка». Под машиной мы обнаружили двухконтактный радиомаячок — и задокументировали этот факт. И мы знаем, что данные о передвижениях Евгения Вышенкова получали люди из окружения Пригожина.

Кроме того, год назад я брал интервью в гостинице «Астория» у посла США в России — в маленькой комнате для переговоров. Некоторое время спустя — я, кстати, поначалу не обратил на это серьезного внимания — я увидел, что запись этого интервью выложена в интернет. Причем это была не моя запись. Моя запись была была крайне плохого качества, я намучился с расшифровкой — там была явная какая-то помеха, какой-то фон. А обнародованная запись была отличного качества. И по хронометражу прослушка началась еще до моего прихода. Я меньше всего склонен предполагать, что такими вещами балуются наши силовые структуры. То есть записать они могут, но выкладывать в интернет никому из силовиков в здравом уме в голову не придет.

Через месяц с небольшим после этого интервью упоминание об этой записи появилось на одном из ресурсов, которые принято относить к окружению Пригожина.

— Почему вы упоминаете в связи с этими случаями нападения на оппозиционеров из Петербурга? Можете более четко сформулировать, чем в статье?

— Пока что больших комментариев, чем уже есть в статье, я давать не буду. Но они последуют в ближайшее время.

— И все же: «фабрика троллей» распространяла комментарии в интернете, а вы ее упоминаете в контексте избиений людей в Петербурге. Насколько уместно их связывать?

— Я, признаться, не знаю, какие еще структуры располагаются по адресу «фабрики троллей» на Савушкина, 55. Но цепь событий и совпадений наводит на определенные мысли. Я думаю, что в будущем мы подтвердим эти мысли фактами. Вы все обязательно увидите.

Павел Мерзликин Санкт-Петеребург