История

Путеводитель по Москве XVIII века

Представьте, что вы иностранец, оказавшийся в Москве конца XVIII века. Куда идти, на что смотреть, где перекусить? Редакция проекта «Мосгортур» подготовила подробную инструкцию

До XVIII века в России не существовало путеводителей: вместо путешествий с непременным осмотром достопримечательностей было распространено паломничество по храмам и монастырям, к чудотворным иконам и мощам святых. Первым путеводителем часто называют вышедшее в 1782 году «Описание императорского, столичного города Москвы» Василия Рубана, автора многих популярных текстов. Вот семь идей, как неплохо провести время в Москве XVIII века.

1. Изучите гигантский макет дворца Екатерины II

1 / 4 Большой Кремлевский дворец архитектора Василия Баженова. Зарисовка-реконструкция предполагаемого вида фасада на Москву-реку Карла Лопяло. 1960-е годы © Карл Лопяло / Библиотека имени Н. А. Некрасова 2 / 4 Фрагмент макета Большого Кремлевского дворца в Государственном музее архитектуры имени А. В. Щусева в Москве. 2010-е годы Wikimedia Commons 3 / 4 Итоговый чертеж реконструкции Кремля для строительства Большого Кремлевского дворца. 1770-е годы Wikimedia Commons 4 / 4 Проектная модель Большого Кремлевского дворца (окончательный вариант 1769–1773 годов ) в Государственном музее архитектуры имени А. В. Щусева в Москве. 2017 год © Екатерина Чеснокова / РИА «Новости»

Описывая кремлевские достопримечательности, автор «Путеводителя к древностям и достопамятностям московским» 1792 года упоминает только одну светскую постройку — гигантский дворец Екатерины II, спроектирован­ный архитектором Василием Баженовым и так и не законченный. Сам Баженов говорил, что «колоссальное здание по горе Кремлевской обняло бы древние здания Кремля, соборы, церкви, монастыри, дворцовые и Патриаршие, от Спасских до Троицких ворот» И. Снегирев. Памятники московской древности, с присовокуплением очерка монументальной истории Москвы и древних видов и планов древней столицы. М., 1842–1845 . С. 290.. Для строительства макета, тоже огромного, в Кремле был возведен специальный павильон под названием модельный дом с мастерскими и кабинетом архитектора. Модель дворца была готова в 1768 году: она составляла 25 аршинов ( 17,8 метра) в длину и 2 аршина ( 1,42 метра) в высоту, «дабы желающему можно было видеть по огромности сего здания великую душу основательницы оному» (то есть Екатерины).

От желающих взглянуть на диковинку не было отбоя, и Баженов рапортовал в Петербург: «…Публика из любопытства нетерпеливо смотреть желание имеет особливо же многие знатные особы и почтенные люди, от коих я, чтобы не допустить, и отговориться не в состоянии» Цит. по: А. Михайлов. Баженов. М., 1951. С. 80. Экскурсии в модельный дом, которые иногда проводил сам Баженов, устраивали в последнюю субботу месяца. Допускались все, кроме подлого люда — то есть низших слоев городского населения.

Большой Кремлевский дворец так и не был построен — в самом начале работ одна из стен пошла трещинами, а находившийся рядом Архангельский собор стал сползать в Москву-реку . Дерзкий проект Баженова остался макетом В начале XIX века макет передали в ведение московских музеев, и начиная с 1810 года его экспонировали в Оружейной палате, Румян­цев­ском музее и Политехническом музее. Через двадцать три года модель вернули в ведение Оружейной палаты, и до 1936-го она хранилась разобранной в нижних пала­тах колокольни Ивана Великого. Затем макет передали Музею архитектуры имени Щусева, сотрудники которого занимались рекон­струк­цией модели. Сегодня наиболее сохранившиеся фрагменты модели вновь можно увидеть в постоянной экспозиции..

2. Отправьтесь к самому высокому зданию Москвы

Церковь Архангела Гавриила (Меншикова башня). Реконструкция первоначального вида Карла Лопяло. 1955 год © Карл Лопяло / Музей архитектуры имени А. В. Щусева / Wikimedia Commons

С 1707 по 1723 год церковь Архангела Гавриила на Чистых прудах, прозванная Меншиковой башней, была самым высоким зданием Москвы. В конце XVII века Александр Меншиков, фаворит и ближайший сподвижник Петра I, выкупил под постройку усадьбы обширные земли в Мясницкой слободе. Гаврииловская церковь, стоявшая на этом участке, стала домовым храмом его семьи. Обосно­вавшись на новом месте, Меншиков начал приводить окрестности в порядок: по его приказу Поганую лужу Существует несколько версий происхожде­ния этого названия. По самой распростра­ненной, Поганой лужей пруд стали называть потому, что в него сбрасывали отходы торгов­цы из близлежащих мясных лавок и боен, располагавшихся по улице Мясницкой. превратили в Чистые пруды, а на месте старой церкви возвели новый храм в стиле западноевропейского барокко — первый в столице. На крыше архитектор Иван Зарудный разместил прежде невидан­ный в России «шпиц» — деревянный шпиль высотой почти в треть здания — и медного ангела с крестом. Благодаря шпилю Меншикова башня ( 84,2 м) обогнала колокольню Ивана Великого (81 м).

Церковь украшал заказанный в Англии часовой механизм с полусотней колоколов. По свидетельству современника, на ней были «устроены большие и превосходные куранты, играющие через каждые час, полчаса и четверть часа разные песни и могущие, кроме того, служить для обыкновенной игры коло­колами, которая бывает еще ежедневно» Дневник камер-юнкера Берхгольца, веден­ный им в России в царствование Петра Великаго, с 1721 по 1725 год. М., 1860. С. 53..

Летом 1723-го во время грозы в шпиль попала молния: начавшийся пожар полностью уничтожил деревянную верхушку. В огне погибли и часы, а сорвав­шиеся сверху колокола повредили нижнюю часть храма. Светлейший князь, к тому моменту ставший генерал-губернатором Санкт-Петербурга, денег на восстановление не прислал, и церковь перестала быть самой высокой в городе.

3. Рассмотрите модель корабля Петра I у Сухаревой башни

1 / 3 Праздничное маскарадное шествие из села Всехсвятского в Москву во время празднования Ништадтского мира в 1722 году. Гравюра XVIII века из собрания Д. А. Ровинского Wikimedia Commons 2 / 3 Василий Суриков. Большой маскарад в 1722 году на улицах Москвы с участием Петра I и князя-кесаря И. Ф. Ромодановского. 1900 год Государственный Русский музей 3 / 3 Сухарева башня. Гравюра с акварели Жюля Арно. XIX век Государственный музей А. С. Пушкина

Еще одним небоскребом того времени была Сухарева башня. Здание, напоминавшее европейские ратуши, строили в несколько приемов, между 1692 и 1701 годом. Это был знак благодарности Петра I стрелецкому полков­нику Лаврентию Сухареву: его полк сохранил верность государю во время Стрелецкого бунта 1689 года. В деревянной пристройке у западной стены башни хранилась девятиметровая модель «Фридемакера» (в переводе с голландского — «Миротворец») — одного из первых линейных кораблей Балтийского флота, спущенного на воду в Петербурге в 1721 году.

Московский «Фридемакер» прославился как флагман грандиозного маскарада, организованного в Москве зимой 1722 года в честь победы в Северной войне. Разодетая знать во главе с Петром несколько дней каталась по городу в лодках и кораблях: они были поставлены на полозья и запряжены лошадьми, волами и даже медведями. Голштинский дворянин Фридрих Вильгельм фон Берх­гольц, участник маскарада, так описывал петровского «Миротворца»:

«За ними шел большой корабль императора (длиною в 30 футов), сделанный совершенно наподобие линейного корабля „Фридемакер“ теми же мастерами, которые строили последний. На нем было 8 или 10 настоящих небольших пушек, из которых по временам палили, и еще множество деревянных и слепых. <…> Сам император командовал им в качестве корабельщика и командора, имея при себе 8 или 9 малень­ких мальчиков в одинаковых боцманских костюмах и одного роста, нескольких генералов, одетых барабанщиками, и некоторых из своих денщиков и фаворитов. Его Величество веселился истинно по-царски. Не имея здесь, в Москве, возможности носиться так по водам, как в Петербур­ге, и, несмотря на зиму, он делал однако ж с своими маленькими ловкими боцманами на сухом пути все маневры, возможные только на море» Дневник камер-юнкера Берхгольца, веден­ный им в России в царствование Петра Великаго, с 1721 по 1725 год. М., 1860. С. 70–71 ..

При императрице Елизавете Петровне «Фридемакер» был участником московского парада в честь победы в Русско-шведской войне 1741–1743 годов. «Машкерад­ный кораблик» погиб во время пожара 1812 года.

4. Пройдите через главные триумфальные ворота города

Красные ворота в Москве. Гравюра Михаила Махаева. XVIII век Государственный исторический музей / Diomedia

В декабре 1709 году в честь победы в Полтавской битве в столице возвели восемь деревянных триумфальных арок. Одну из них поставили на границе Земляного города у Мясницкой улицы. Четыре раза арка горела в московских пожарах — до тех пор, пока в 1754 году не были построены новые каменные Красные ворота по проекту архитектора Дмитрия Ухтомского. Ворота декори­ровали под мрамор и украсили пятнадцатью картинами и сорока восемью эмблемами: в центре — портрет императрицы Елизаветы Петровны, кругом гербы четырех царств — Московского, Сибирского, Казанского и Астрахан­ского, гербы провинций, орденские знаки и другие образы, олицетворяющие российскую государственность. Венчали триумфальную арку символические фигуры, олицетворявшие славу, мужество, верность, изобилие, постоянство, милосердие и так далее.

По одной из версий, Красными ворота называли потому, что они стояли на пути к Краснопрудскому дворцу и Красному Селу, по другой — ворота были выкрашены красной краской изначально. Путеводитель Погосского сообщал, что при Петре ворота назывались Флоровскими, так как находились около церкви Флора и Лавра у Мясницких ворот. В то время там праздновали Масленицу:

«Здесь преобразователь России первый выпивал чарку вина за здоровье любимого им народа, садился на накрытый стол и обедал; восхищенный народ с громким „Ура“ окружал отца-государя, метал вверх шапки и на этом месте ликовал с непритворною радостью» А. Погосский. Москва, ея святыни и древности. СПб., 1871. С. 160..

5. Обратите внимание на фонари

Вид Старой площади в Москве. Фрагмент гравюры с картины Жерара Делабарта. 1791 год Государственный исторический музей

В 1730 году императрица Анна Иоанновна издала указ «О сделании для осве­щения в зимнее время в Москве стеклянных фонарей»: «На Москве, в Кремле, в Китае, в Белом и Земляном городах и в Немецкой слободе по большим улицам для зимних ночей… поставить на столбах фонари стеклянные один от другого на 10 сажень, все в одну меру линейно…» Так в городе появилось уличное освещение. Работали фонари на масле из конопли, дававшем тусклый свет в одну-две свечи. Сначала их зажигали только по госу­дарственному приказу и в праздничные дни, позднее установили осветитель­ный сезон — с сентября по май. В лунные ночи фонарей не зажигали.

В начале 1850-х годов на центральных улицах появились керосиновые фонари, но на городских окраинах по-прежнему продолжали использовать конопляные. По свидетельству горожан, «зажигать и чистить их лежало на обязанностях пожарных, которые большую часть конопляного масла… съедали с кашей» И. Слонов. Из жизни торговой Москвы (Полвека назад). М., 1914. С. 59..

6. Сходите на гуляния в Кусково

1 / 2 Вид на Грот в парке усадьбы Кусково под Москвой. Гравюра Пьера Андре Барабе. 1770-е годы Государственный Эрмитаж 2 / 2 Общий вид усадьбы Кусково под Москвой. Гравюра Пьера Лорана. 1770-е годы Государственный Эрмитаж

Знаменитые гулянья в духе галантного века устраивал в своей усадьбе граф Петр Шереметев. Кусково славилось пышными приемами, театральными представлениями, фейерверками и морскими парадами на Кусковском пруду, где базировалась небольшая флотилия яхт, галер и прочих судов.

Парк удивлял гостей не только каменной скульптурой, но и кустарниковой — деревья были «застрижены мужиками, Бахусами, сидячими собаками, лежачими собаками, гусьми, курицами, человеками с рыбьими плесками То есть хвостами., перевитой пирамидой, обезьянами и так далее» Л. Сягаева. Усадьба Шереметевых Кусково. М., 2012. С. 179.. Приглашения на гуляния вывешивались на верстовых столбах по дороге из Москвы в Кусково — прийти мог любой человек, «приличный одеждой и поведением» Там же. С. 24.. Распоряжение хозяина гласило:

«Гуляльщиков в сад пускать в положенные от меня дни, притом наблюдать, чтобы гуляли смирно и в саду бы ничего не ломали и не рвали, бесчинств, ссор и драк не заводили, ежели такие будут, высылать вон» Там же. С. 25..

7. Отдохните в герберге с кофием и пивом

В кабаке. Гравюра Джона Августа Аткинсона. 1803–1804 годы Музей-усадьба Останкино

Если в XVII веке царь Алексей Михайлович разрешил «в каждом городе только по одному кабаку, а в Москве три», то концу XVIII века их было уже полторы сотни. Только в одном Кремле их было два: «Неугасимая свеча» у Царь-пушки и «Каток» у Тайницких ворот. В середине века появились первые трактиры и герберги — то есть трактирные дома с квартирами и с постелями. В харчевнях и кабаках собиралась публика попроще, а в гербергах и трактирах действовал фейсконтроль — вход был запрещен подлым людям и солдатству.

Как свидетельствовал выданный в 1783 году московскому купцу Ивану Долго­ву билет, разрешающий содержать в Москве герберг, зажиточным постояльцам были доступны «кофий и чай, шеколат, билиард, табак, виноградные вина, французская водка, заморский эльбир То есть эль. и полпиво лехкое». Переночевать тоже можно было с комфортом, в комнатах имелись «кровать деревянная, крашен­ная под дуб, на две персоны, да к ней две перины для спанья, да перина верхняя для окуфтыванья; две простыни полотняныя (и одеялы, по времени года, шер­стяное и полушелковое, легкое; четыре подушки больших и две малых, в по­лотняных наволоках. К кровати ж опахало французской соломки для отгона мух; и щеточка для почесывания спины и пяток перед сном» И. Курукин, Е. Никулина. Повседневная жизнь русского кабака от Ивана Грозного до Бориса Ельцина. М., 2007. С. 168..