Василеостровский районный суд Петербурга не удовлетворил иск журналиста Романа Захарова "Мегафону", "ТЕЛЕ2" и "Билайну" с требованием отключить его абонентские номера от "прослушки".

Журналист Роман Захаров обратился в суд после того, как 4 декабря 2015 года выиграл дело в Европейском суде по правам человека "Захаров против России": ЕСПЧ признал незаконной "прослушку" по системе СОРМ, при которой оператор мобильной связи даже не имеет возможности определить, когда его абонента прослушивает ФСБ. По российскому законодательству, решение ЕСПЧ является достаточным основанием для пересмотра решений российских судов по вновь открывшимся обстоятельствам. Поэтому Захаров снова обратился в Василеостровский суд Петербурга с требованием отключить его абонентские номера от системы оперативно-розыскных мероприятий – СОРМ, так называемой "прослушки".

Роман Захаров подчеркивает, что не выступает против государства и не оспаривает необходимость системы безопасности, он выступает против бесконтрольного и незаконного использования этой системы.

– Судья Василеостровского районного суда Петербурга отказала нам, согласившись с мнением операторов мобильной связи и ФСБ России, участвовавшей в этом деле как третье лицо, в том, что я, оказывается, не являюсь жертвой нарушения моих прав на тайну частной жизни, что факт прослушивания установить невозможно и что решение ЕСПЧ тут ни при чем. Очень странное решение, наверняка мы будем его оспаривать. Здесь вопрос не только правовой оценки, но и справедливости. И я, и правозащитники, и юридическое сообщество – мы все недоумеваем: а почему российские операторы мобильной связи, которые еще на днях возмущались законом Яровой – Озерова, теперь поддерживают эту гнусную систему, где они фактически не знают, когда их абонентов прослушивают и записывают. Как могут так поступать организации, которые хотя бы частично принадлежат западным акционерам? Я хочу спросить западных акционеров: как они могут вкладывать деньги в компании, которые нарушают законодательство, и российское, и международное, и подводят своих абонентов, – говорит журналист.

Захаров обращает внимание на то, как изменилась позиция оператора "ТЕЛЕ2". Раньше он полностью принадлежал зарубежной структуре, у него были скандинавские владельцы, теперь – российские:

– Хотя "ТЕЛЕ2" и раньше протестовал против нашего иска, но действовал довольно формально – видимо, чувствуя внутреннюю справедливость этого процесса. Сейчас он договорился до прямого извращения решения ЕСПЧ – в своем ходатайстве "ТЕЛЕ2" ссылается на отзывы правительства. Между тем, во втором пункте резолютивной части решения ЕСПЧ ясно сказано, что суд, внимательно изучив все доводы правительства России, единогласно их отклоняет. И теперь "ТЕЛЕ2" не стесняется прямо извращать текст решения ЕСПЧ, говоря, что белое это черное, а черное – это белое. При этом надо понимать, что, когда вводилась система СОРМ, операторам выкрутили руки. Не поставишь у себя оборудование СОРМ, позволяющее прослушивать абонента, уйдешь с рынка. И действительно, пара мелких операторов не согласились на эти условия и исчезли, крупные согласились и стали потворствовать этой системе.

Роман Захаров отстаивал свой собственный судебный иск, но он подчеркивает, что его процесс имеет огромное значение для защиты прав на тайну частной жизни всех граждан России:

– Мы не боремся против СОРМа как такового. Верховный суд многие годы показывал, что система СОРМ несовершенна, что те нормативы, которые вносятся по указке ФСБ, ФСО и Минсвязи, просто незаконны. И если бы в свое время Верховный суд не удовольствовался несколькими изменениями в нормативной базе и нормативных актах, а пошел дальше и четко определил, что технические нормативы этой системы незаконны, то все бы было в порядке. Оператор не в состоянии контролировать подключение спецслужб – не только кнопка остается вне досягаемости оператора, но и контроль осуществлять невозможно – а это значит, что оператор потворствует совершению преступления. И самое поганое, что с нас еще деньги за это берут – то есть мы платим сами за незаконную "прослушку". Ведь по закону оператор несет полную ответственность за тайну связи, и после этого устанавливать у себя оборудование, за которое ты не можешь нести ответственности? Само по себе наличие документально засвидетельствованных технических нормативов – это, как ни странно, победа российского правосудия. Ведь только суд смог изъять документы, вводящие технические нормативы системы СОРМ, которых не было ни у Минсвязи, ни у прокуратуры. Эта система позволяет прослушивать любых абонентов и просматривать их корреспонденцию без каких-либо оснований и, главное, без какого-либо общественного и государственного контроля. Система устроена так, что невозможно даже доказать факт "прослушки". То есть граждане России лишены эффективных правовых норм, чтобы отстаивать свои права. Решение ЕСПЧ о том, что права на частную жизнь нарушены, было принято единогласно, с участием судьи от России. И мы дали России шанс оправдаться – прекратить бесконтрольное использование системы безопасности. Но нам было отказано, – говорит Захаров.

По закону после решения ЕСПЧ дело Захарова должно быть пересмотрено, но, поскольку суд отказался это сделать, Роман Захаров собирается оспорить решение Василеостровского суда.

За процессом следила председатель правозащитной организации "Гражданский контроль" Елена Шахова, которая считает, что отказ в иске Роману Захарову – это полное игнорирование решения ЕСПЧ.

– Судья отказалась признать Романа жертвой и говорила об отсутствии фактов, подтверждающих, что телефонные разговоры Романа прослушивались. А ведь это решение ЕСПЧ признано одним из самых значимых решений за прошлый год – оно было включено в соответствующий рейтинг. Сам ход процесса, порядок в зале заседаний был нормальным, хотя зал был такой маленький, что все желающие туда, конечно, не поместились. Решение Василеостровского суда будет, безусловно, обжаловано в вышестоящей инстанции.

Защитником Романа Захарова был адвокат Борис Грузд, который считает, что сегодня суд просто не мог вынести иного решения.

– В нынешних обстоятельствах суд не мог удовлетворить иск Романа Захарова – и не потому, что наше заявление не было основано на законе, а, скорее, как раз наоборот. По закону суд должен был постановить, что дело надо пересмотреть по вновь открывшимся обстоятельствам. Но это бы означало столь кардинальное изменение в судебной практике, что суд не мог себе этого позволить. Так что научный интерес представляло лишь то, на каком основании нам откажут. Как мы видим, суд не проявил особой изобретательности и отказал, поскольку счел, что Роман не являлся жертвой нарушения Европейской конвенции по правам человека и основным свободам. Но такое заключение прямо противоречит тому, что сказано в постановлении ЕСПЧ. Там сказано, что в отношении Романа нарушена статья 8 Конвенции. Сегодняшнее решение Василеостровского суда означает, что если наши попытки по его обжалованию не увенчаются успехом, то на этом вся эта история и закончится. Я бы сказал, что она вообще сменила свое звучание после принятия закона Озерова – Яровой. Если раньше в ходе рассмотрения этого дела Российская Федерация еще стеснялась и говорила – нет-нет, мы не прослушиваем всех, разве что по решению суда, то теперь, после принятия этого закона, они вслух говорят о том, что раньше скрывалось: мы прослушиваем всех от мала до велика, более того, делаем это за ваш же счет и обязываем вас это хранить в течение 6 месяцев.

Адвокат Борис Грузд считает, что именно в ходе этого процесса "прослушка" по молчаливому согласию операторов мобильной связи оказалась практически узаконенной.