Потому что ночь на дворе

В Петербурге в отдел полиции № 28, что на улице Марата, членов общественной наблюдательной комиссии как минимум дважды не пускали, ссылаясь на ночное время: с 22:00 до 6:00 «задержанные спят», заверили наблюдателей в отделе.

«В 28-м отделе было совершенно смешно, потому что они говорили, что в ночное время мы не можем посетить даже туалет для задержанных. Они не ссылаются ни на какие нормативно-правовые акты, когда говорят, что в ночное время что-то не так, — рассказывает наблюдатель Яна Теплицкая. — В последнем письменном ответе еще написали, что у них мало людей, поэтому некому сопровождать ОНК».

Согласно статье 17 федерального закона N 76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека», силовики вправе не допустить члена общественной наблюдательной комиссии (ОНК) в места принудительного содержания в двух случаях: если тот пытается навестить своего близкого родственника или фигуранта уголовного дела, в котором в качестве потерпевшего, свидетеля или защитника участвует сам. «Об общественном контроле за обеспечением прав человека», силовики вправе не допустить члена общественной наблюдательной комиссии (ОНК) в места принудительного содержания в двух случаях: если тот пытается навестить своего близкого родственника или фигуранта уголовного дела, в котором в качестве потерпевшего, свидетеля или защитника участвует сам.

Потому что вы не в списке

В другой петербургский отдел полиции — № 76 на Мытнинской улице — наблюдателей не пустили, объяснив, что их фамилий нет в списках членов ОНК.

«Они даже в одном из письменных ответов написали: "Извините, вас не было в списках, поэтому пустить вас не можем". Но потом они одумались, вроде даже нашли нарушение», ­­— вспоминает Теплицкая.

Потому что нет старшего

Один из самых распространенных предлогов, под которым полицейские отказываются пускать членов ОНК в отдел — отсутствие на месте «старшего». Член ОНК Свердловской области прошлого созыва Дмитрий Калинин связывает эти дежурные апелляции к «старшему» со страхом рядовых сотрудников МВД перед личной ответственностью и инициативой.

«Самое стандартное: "Сейчас будет ответственный от руководства, выехал, скоро будет"», — делится своими наблюдениями Теплицкая.

Член московской ОНК Денис Набиуллин объясняет замешательство полицейских при появлении наблюдателей незнанием федерального закона № 76-ФЗ.

«Все отделы полиции оборудованы постовым на улице. Постовой звонит в дежурную часть, чтобы узнать "можно-нельзя". Те тоже не говорят сразу пропустить, а начинают звонить начальству выше. Целая суета поднимается», — описывает обычные маневры Набиуллин.

Потому что ДСП

Теплицкая особо выделяет объяснение полицейских из 77-го отдела на набережной Обводного канала, которые не разрешили членам петербургской ОНК пройти через дежурную часть.

«Там просто человек сказал, что все для служебного пользования. Они считают, что дежурная часть — для служебного пользования, и нам туда нельзя, а проход в отдел полиции — через дежурную часть, — объясняет Теплицкая. — У них висит в некоторых отделах список лиц, которые имеют право посещать дежурные части. Это какой-то их внутренний приказ. В этих списках есть кто угодно, но членов ОНК нет».

Потому что учения

Дмитрий Калинин вспоминает, что в Екатеринбурге ОНК отказывали в доступе в отделы полиции из-за учений.

«Началось в 2016 году, когда мы стали внезапно попадать на учебные планы летом. Например, когда учебный план "Крепость" (по защите здания от нападения или захвата — МЗ), они закрывают двери, одеваются в бронежилеты, берут оружие. Несколько раз мы попадали с задержкой минут на 30-40 — они опечатываются и закрываются, — рассказывает Калинин. — Мы запланировали [посещение], едем и попадаем на план "Крепость". Раза три-четыре такое было в разных отделах».

Потому что у вас нет бумаги от председателя

В Оренбургской области до осени 2015 года наблюдателям отказывали в допуске в отделы полиции и учреждения ФСИН без разрешения на визит от председателя общественной комиссии.

«Мы выиграли десять или девять судебных процессов, все недопуски были признаны незаконными. Полицейские (УМВД), надо отдать им должное, сменили свою позицию после первых же судебных решений в нашу пользу, и стали нас пускать в свои учреждения», — отмечает член местной ОНК, сотрудник «Комитета по предотвращению пыток» Тимур Рахматулин.

Потому что вам можно проверять камеры, а не кабинеты

Дмитрий Калинин и Екатеринбурга отмечает, что запретной зоной для наблюдателей остаются кабинеты в отделах полиции. Де-юре все корректно: наблюдатели не уполномочены проверять их, они могут осматривать лишь камеры, где содержатся задержанные и арестованные.

«Самые сложные случаи, когда люди в кабинетах. Там происходит очень большая задержка до контакта с человеком — от получаса до часа. Это нарушение, потому что они должны фиксировать задержание, — объясняет Калинин. — Мы опрашивали людей в СИЗО — они говорили, что, если тебя полицейский держит в кабинете, могут воду не давать, у кого-то с туалетом проблема, не кормят, кто-то спал в наручниках сидя. В камерах редко применяется насилие, а кабинеты — "черная дыра"».

Потому что нельзя

Денис Набиуллин обращает внимание на случай в ОВД московского района Соколиная Гора, куда членов ОНК пускать отказались без объяснений причин: «Нельзя и все».

«Если отделение полиции невменяемое, вызывается ответственный по округу. Приехал ответственный и тоже [не стал пускать]. Я думаю, что там просто совершались какие-то преступления — может, незаконно удерживали людей, может, еще что-то. И чтобы скрыть значимое преступление, они пошли на менее тяжкое. Ну, подумаешь, не пустили ОНК... А если бы мы установили, что там, допустим, незаконно удерживаются граждане, их мучают, это было бы гораздо масштабнее для них. После того, как поднялся шум, они устранили все эти нарушения», — рассказывает Набиуллин. Но в тот день наблюдатели попасть в отдел так и не смогли.