Image caption Павел Шехтман на Украине планирует заниматься журналистикой

Российский диссидент Павел Шехтман, подвергшийся уголовному преследованию за высказывания в интернете и бежавший на Украину, в понедельник подал прошение о политическом убежище.

С Павлом Шехтманом в Киеве побеседовал корреспондент Русской службы Би-би-си Юри Вендик.

Би-би-си: Причины побега ясны, но что именно стало толчком?

П.Ш.: Как только адвокат мне сказал, что завтра-послезавтра будет браслет, я понял, что у меня окно возможностей захлопывается, удавка затягивается на шее, и если я сейчас же что-то не предприму, то всё, будет поздно. Потом я буду сидеть где-нибудь в Бутырке и думать: а ведь мог бы сидеть в кафе во Львове.

Ну вот и решил, что надо рискнуть. Если поймают - во всяком случае, буду знать, что сделал всё, что мог. А так сидеть, как баран, ждать, когда за тобой придут и посадят - это уж совсем.

Би-би-си: И как получилось сделать так, что не поймали?

П.Ш.: Эти подробности я не буду раскрывать. Могу только сказать, что я сразу же исчез из дома, явился к знакомым, а знакомые узнали, какие есть пути. Часов в восемь вечера 12 февраля я сбегаю из дома, в семь вечера 13-го отъезжаю из Москвы, а уже часов в девять утра 14-го я - на украинском пограничном пункте.

Би-би-си: На украинской границе у вас, я читал, тоже были какие-то проблемы?

П.Ш.: Да. Я подхожу со своим внутренним российским паспортом, говорю: так и так, сбежал из-под домашнего ареста, прошу политического убежища. Парень, рядовой пограничник, который проверяет паспорта, [...] говорит: "А, ну сейчас вас обратно отправят".

Я, в принципе, даже и предполагал, что система, она может сработать, но всё-таки как-то не верил. А тут, гляжу, подходит ко мне охранник и ведёт обратно к этой электричке, на которой я приехал. Я такое устроил, что он испугался, что я сейчас выхвачу пистолет - я полез за телефоном, Володе [Владимир Малышев - еще один российский политбеженец] позвонить, он как раз должен был приехать.

Прибежал офицер, я ему всё объяснил, он говорит: "А, шукаете политичного убежища?" Тут же как раз и Володя приехал. Я там посидел, подождал, потом меня завели в соответствующее помещение, там уже началось оформление, и всё было нормально.

Би-би-си: Чем здесь собираетесь заняться?

П.Ш.: Знакомые собираются выпускать газету - вот, предполагаю, что буду в этой газете работать. Что за газета, это пока секрет.

Би-би-си: Полагаете, этого хватит на пропитание?

П.Ш.: Полагаю, хватит. Я - человек без больших притязаний.

Би-би-си: Когда, как думаете, получится вернуться в Россию?

П.Ш.: Тут ничего предположить не могу. Может быть, в этом году, может быть - через 10 лет, боюсь загадывать.

Но я надеюсь всё-таки, что режим, он вступил в стадию саморазрушения. У меня такое чувство. Но как она будет продвигаться, это уже не могу сказать.