Россия агрессор. Это безусловно.

Согласно международному праву украинские корабли имели право проходить керченским пролив. Это бесспорно.

Но причем тут военное положение?

Которое по странному стечению обстоятельств не вводили в 2014 году, когда аннексировали Крым. Которое не вводили в 2015 году, во время тяжелых боев под Дебальцево.

Не вводили в пиковые моменты противостояния на Донбассе. Не вводили, когда гибли тысячи украинцев. Не вводили, потому что справедливо замечали, что от него нет никакого толку. Оно не решало никаких проблем.

А какие проблемы военное положение решает сегодня? Только проблему выборов. Самую главную проблему для любого политика.

Военное положение, в том виде как было заявлено на РНБО, не повлияет на экономику, не остановит кредиты МВФ, не приведет к мобилизации. Единственное, что изменится – это выборы.

И если главный результат введения военного положения – это выборы, то может тогда и главная цель – она же?

И в искренность власти, вводящей военное положение, можно будет поверить только в том случае, если военное положение будет введено таким образом, чтобы оно не мешало организовывать выборы. Не разрушало демократические институты.

Если введут его на ограниченной территории и на ограниченный срок. В противном случае станет очевидным, что цель военного положение – сохранение власти перед угрозой выборов.

Разве мы увидели начало какой-то новой российской агрессии? Нет, то, что случилось в Керченском проливе с украинскими кораблями является логичным продолжением агрессии России в Крыму. Это прямой результат аннексии Крыма.

И люди, которые отдавали приказ трем утлым суденышкам пройти через пролив, это прекрасно понимали. Да, мы имели на это права. Но Россию не интересует международное право. Когда вы вечером идете по плохому району, вы имеете право там ходить.

И гопник, который подойдет к вам и попросит прикурить сто раз не прав и нарушает закон. Но когда вы решили прогуляться ночью в его владениях, вы знали, что рискуете встретить его. И знали, что вы ничего не сможете предпринять. Он тупо сильнее.

Точно также как и люди, приказавшие трем кораблям пройти в Мариуполь – знали, что реакция России будет такой. Да, неадекватной. Но предсказуемо неадекватной. И Россия повела себя предсказуемо неадекватно, как гопник, как захватчик. Но что тут неожиданного и нового? Что это вдруг изменило?

Если мы вводим военное положение в связи с инцидентом к керченском проливе, где случилась агрессия российских кораблей против украинских лодок, то мы могли с тем же успехом ввести его, просто прочитав новости от 2014 года.

Прочитать в интернете, что оказывается, Россия аннексировала Крым и считает его теперь своей законной территорией, и объявить о военном положении. Потому что реакция России, ее агрессивные действия, являются прямым следствием аннексии.

Если бы сейчас поенный автомобиль Украины пытался въехать в Крым, то он бы тоже был атакован. И это тоже было бы нарушением международного права. Это бы кого-то удивило? Это бы стало поводом для введения военного положения? Это бы означало новый этап военной агрессии России?

Таким образом, у нас нет никакой новой военной агрессии. Есть старая. С которой мы уже живем 4 года. И что же заставляет нас сейчас вводить военное положение? Ведь нет никаких новых угроз. Мы просто пощупали и убедились, что Россия таки аннексировала Крым. Это сюрприз? Кого это удивляет?

Осудить действия России – логично. Привлечь еще раз внимание к тому, что Россия незаконно аннексировала Крым – да. Поднять вопрос на максимально высокий уровень – правильно.

Добиться посредничества Трампа, Меркель или Макрона, чтобы решить проблемы судоходства, хотя бы введя временный режим, аля Минск 3, – логично. Не дать замолчать этот очередной акт агрессии – верно. Но причем тут военное положение? Какую конкретную проблему оно решает?

Массовая истерика и истерия – плохой советчик. Сейчас, на пике информационного патриотического вала, очень трудно выступать против полноценного военного положения. Как же, это ведь не патриотично.

Но на самом деле не патриотично – уничтожать одно из немногих завоеваний Майдана. Демократию и сменяемость власти. Потому что наша война с Россией – это конфликт ценностей.

Где мы является пограничным форпостом демократии. И нельзя одновременно бороться с Россией и становится ей. Ставать второй Россией, прикрываясь российской агрессией.

Потому что военное положение, вызванное принятием факта агрессии 2014 года, позволяет отменить выборы, которые угрожают тем, кто это военное положение вводит. Оно никак не поможет украинским солдатам, не поможет матросам, даже не поможет пленным членам экипажа.

Более того, спекуляция на теме воинов, которые отдавали свои жизни без всякого военного положения, бесчестна, ведь ими прикрываются свои шкурные интересы.

Патриотизм – последнее убежище негодяя. Помните об этом, особенно когда патриотический угар зашкаливает.

Помните, что военное положение не способно сделать нас сильнее против России. Оно не помогает Украине. Оно лишь помогает людям, пребывающим во власти, сохранить свою власть.

Ключевое достижение Украины – это построения института сменяемости власти. И введение военного положения в полном объеме сейчас разрушает этот институт. Ключевой для Украины.

И выгодно это прежде всего Путину. Потому что двигаясь на пути демократии, мы уходим от России. Отменяя выборы – мы приближаемся к ней.

Потому что в ее объятиях находится место всем, кто идет другим путем. Кто выбирает не демократию и верховенство права. И это наш выбор?

Оригинал публикации — на странице автора Facebook.