Image caption В Дагестане в стачке против системы "Платон" принимают участие около четырех тысяч водителей

В России вторую неделю продолжается стачка дальнобойщиков, которые выступают против системы "Платон". И если в других регионах счет участников акции протеста идет на десятки и сотни, в Дагестане к забастовке присоединились уже тысячи водителей.

"Бараньи головы - это очень вкусно. У нас они считаются деликатесом. Один раз попробуешь и сразу полюбишь", - убеждают дальнобойщики. Но в придорожном кафе с характерным названием Bon Appetite бараньи головы не подают. За соседним столиком, судя по разговору, сидят полицейские. Утверждать это с уверенностью нельзя, потому что столы отгорожены друг от друга ширмами и занавесками. Но на всякий случай мы обсуждаем местную кухню, а не стачку водителей, охватившую целую республику.

По утверждению дагестанских организаторов забастовки, начавшейся 27 марта, в ней участвует около четырех тысяч автомобилей. Но одни бастующие держат машины во дворах, другие на вместительных общих стоянках в разных районах Дагестана, третьи оставили фуры в других регионах и вернулись в Дагестан своим ходом. Поэтому сосчитать бастующих физически невозможно. Но больше всего водителей стоят на так называемом "Манасском кольце" под Махачкалой. Здесь в воскресенье было около 200 тягачей, съехавшихся сюда из 13 районов Дагестана.

На " Манасском кольце" установилось хрупкое равновесие между бастующими и правоохранительными органами. По одну сторону проезжей части на стоянке длинные ряды фур. По другую - 11 военных и полицейских грузовиков. Рядом с ними прохаживаются автоматчики в масках. Еще накануне, рассказывают дальнобойщики, здесь были и БТРы, но к утру они исчезли. Участники стачки разочарованно объясняют, почему и их самих, и бойцов Росгвардии сейчас на "Манасском кольце" меньше, чем обычно: воскресенье.

Республика дальнобойщиков

Стачка началась 27 марта, а 29 числа дальнобойщики организовали пробег до Махачкалы. Говорят, колонна из тысячи машин, съехавшихся со всей республики, растянулась на 20 с лишним километров. Повторить этот успех еще через два дня не удалось - на этот раз колонну заблокировали сотрудники ГИБДД. А 31 марта на "Манасском кольце" появились военные.

Водители согреваются чаем в придорожных трактирах. На клеенке в горошек стоят фаянсовые чайники с красными цветами на пузатых боках. Из них чай наливают в стеклянные стаканчики на турецкий манер. Свободных столов почти нет. Появившийся в кафе незнакомец славянской внешности сразу обращает на себя внимание. Если его не сопровождает местный, кто-нибудь обязательно поинтересуется, откуда приезжий и зачем снимает. Но врожденное гостеприимство и желание выговориться берут верх над подозрительностью.

Image caption Стоянка тягачей на "Манасском кольце"

Водители иногда называют Дагестан "республикой дальнобойщиков". По словам водителя с 24-летним стажем Магомед-бека Гаджиева, когда-то дагестанцы шли в дальнобойщики не от хорошей жизни.

"Когда [в 1990-е годы] начались события в Чечне, то к нам перестали поступать грузы и по федеральной трассе, и по железной дороге. Поэтому местные жители сели на грузовики, чтобы самостоятельно обеспечивать население всем необходимым", - объясняет Гаджиев.

Он высокого роста, и во время беседы слегка наклоняется надо мной и придерживает пальцем за лацкан пальто. "Даже родная мать не станет кормить ребёнка, пока тот не заплачет!" - афористично, как и многие дагестанцы, рассуждает Гаджиев о причинах стачки.

Ишаки и лошади

Гаджиев говорит, что и спустя два десятилетия после первой чеченской войны грузоперевозки остаются для многих дагестанцев единственным очевидным способом прокормить большие семьи. Из республики в центральную Россию и Урал возят, по словам местных, в основном овощи. Обратно - что попадется. Грузовики в Дагестане часто покупают вскладчину. Нередко братья или друзья берут один тягач на двоих или на троих, водят его посменно и делят выручку. Получается, что один грузовик кормит сразу несколько семей. Самому Гаджиеву не хватало личных сбережений на покупку своего Volvo. Тогда недостающую сумму добавили двоюродные братья и сестры. Этот тягач позволял водителю содержать семью с четырьмя детьми и поддерживать деньгами тех родственников, которые когда-то вложились в покупку грузовика.

"Я бы хотел обратить внимание правительства вот на какой момент. У нас здесь [в Дагестане] около 5 тысяч дальнобойщиков. У всех есть семьи... Получается, 5 тысяч семей остаются без средств к существованию", - печально резюмирует другой дальнобойщик Мурад Гаджиев. Мураду около 40 лет, у него острый взгляд и вкрадчивая манера разговора. Мужчина внимательно изучает мою аккредитацию, расспрашивает о целях командировки и только потом соглашается говорить.

С 95-го года Гаджиев ездил на КАМАЗе, который достался ему от отца. В 2013 году влез в долги, чтобы купить тягач марки DAF. На заработанные с его помощью деньги Мурад Гаджиев содержит двоих детей и своих родителей. "Говорят, что у нас малый бизнес. А я свое дело бизнесом не считаю. Раньше хворост для растопки с гор спускали на ишаках, на лошадях. А сейчас моя машина - это мой конь, мой кормилец", - горячится он.

Image caption Сотни, а иногда и тысячи дальнобойщиков каждый день собираются на "Манасском кольце"

Нехитрую арифметику работы дагестанских дальнобойщиков объясняет 27-летний водитель Билал Эльдаров - крупный молодой мужчина в спортивной куртке с глубоким капюшоном. Он купил и водит грузовик на пару с другом.

По его словам, за рейс до Москвы платят не больше 60 тыс. рублей. В месяц в среднем дальнобойщик совершает 2-3 рейса. Из этих денег он должен купить солярку (чуть больше 20 тыс. рублей, включая акциз), заплатить за проезд по платной трассе "Дон" (3-4 тыс. рублей), а также за стоянки, питание и благосклонность полицейских (по ситуации). Кроме того, тягач требует регулярного текущего ремонта и техобслуживания, а также за него нужно ежегодно платить транспортный налог.

С 2015 года к этим расходам добавился еще и сбор по системе "Платон". Сейчас он составляет 1,53 рубля за километр. По действующему тарифу поездка из Махачкалы в Москву обходится примерно в 3 тыс. рублей. А с 15 апреля плата вырастет еще на четверть. Особенно дальнобойщиков раздражает даже не сам новый сбор, а тот факт, что власти оправдывают его необходимостью ремонтировать дороги, которые разбиваются многотонными фурами. Водители не видят результатов этого ремонта. "В детский дом мне эти деньги лучше отдать, чем им", - ругается Билал Эльдаров.

"Камни не кидайте"

Билал, Мурад и Магомед-бек, как и многие другие дальнобойщики, бастуют на тесной обочине. Около двух сотен людей стоят небольшими группами, курят, лузгают семечки, переговариваются. В целом участники стачки настроены мирно. Магомед-бек Гаджиев обращает мое внимание, что водители на стоянке даже не матерятся. Непримиримы они лишь по отношению к штрейкбрехерам. Когда мимо парковки проезжает несколько предположительно груженых фур, бастующие их освистывают. "Камни не кидайте, очень вас прошу! Не делайте провокацию!" - умоляюще кричит, оглядывая толпу, пожилой дальнобойщик.

Прецеденты уже были. В социальных сетях публиковалось видео одной сожженной фуры, еще одной, съехавшей в кювет, и двух с разбитыми стеклами. По итогам нападений на тягачи задержали шесть человек. Троих отпустили, троим дали по 10 суток административного ареста, рассказывает районный депутат Умар Гарисов. Он также один из членов "Комитета Манаса", который участники стачки сформировали из 13 своих представителей. Комитет уже вступил в переговоры с властями Дагестана, и, как утверждают его члены, чиновники готовы пойти навстречу дальнобойщикам в вопросах, которые можно решить на региональном уровне.

Image caption Члены "Комитета Манаса" выступают перед дальнобойщиками

Вечером в воскресенье лидеры стачки выходят к бастующим, чтобы рассказать о промежуточных результатах своей работы. С пригорка они зачитывают резолюцию со списком требований дальнобойщиков к федеральному правительству. Среди них - полная отмена системы "Платон", отмена транспортного налога, наведение порядка на весовом контроле, изменение режима труда и отдыха водителей. Комитет намерен собрать под резолюцией подписи дальнобойщиков и отправить правительству России.

C пригорка снова звучат многочисленные призывы не атаковать машины штрейкбрехеров.

"Просьба к вам, ребята! Призывов бить стекла, выбрасывать в кювет у нас нет. Наш дагестанский народ сплотился вокруг нас. Давайте сделаем так, чтобы он не разочаровался в своих дальнобойщиках! Есть и провокаторы среди нас. Давайте к их действиям не будем примыкать ", - говорит один из членов комитета, крупный мужчина в шоферской кепке. "Родной брат кинет [камень], Аллахом клянусь, я за него [просить] не пойду", - добавляет он.